Жанр: Научная фантастика
Звезды и полосы 1. Кольца анаконды
... полетели ему прямиком в
глаза. На один глаз он окривел, а второй видит тоже не ахти как. Джефферса
наш рапорт заинтересует.
- Всех заинтересует, как только весть об этом долетит до Вашингтона.
ГИБЕЛЬ АРМИИ
Стояла тихая и жаркая ночь. И очень душная. Рядовой Эльфинг из Третьего
Миддлсекского вгля-делся в предрассветную тьму, затем расстегнул во-ротник,
чувствуя страшную усталость. Вторую ночь подряд на часах, и только потому,
что напился вмес-те с остальными. А ведь к женщинам он даже близко не
подходил, был чересчур пьян для таких дел. Во тьме мерцают светлячки --
диковинные насекомые, светящиеся в ночи. А ночь очень мирная; легкий
ве-терок доносит ароматы жимолости, роз и жасмина.
Кажется, что-то двигалось? Небо на востоке по-светлело, так что,
выглянув из-за дерева, он ясно разглядел темный силуэт человека,
затаившегося в подлеске. Да, Господи Боже, это один, а там и дру-гие!
Эльфинг выстрелил из мушкета, не давая себе труда прицелиться. Но не успел
даже возвысить голос, чтобы поднять тревогу, когда рухнул, сражен-ный сразу
дюжиной винтовочных пуль. И был мертв еще до того, как тело его упало на
землю.
Пропели горны. Сбросив одеяла, британские сол-даты схватились за ружья,
чтобы ответить на огонь, шквалом обрушившийся на них из-за кустов и
дере-вьев возле лагеря.
Выскочив из своей палатки, генерал Буллерс по интенсивности стрельбы
отчетливо понял, что до пол-ного истребления остались считанные минуты.
Вспыш-ки ружейного огня и плывущие по ветру облака дыма указывали, что
атакует весьма значительное войско. Да еще с пушками, понял он, когда взрывы
первых ядер проредили шеренги обороняющихся. Да еще с тыла — нападающие
преградили армии путь к месту высадки.
— Трубить отход! — крикнул Буллерс подбежав-шим офицерам. Мгновение
спустя шум боя перекрыл чистый голос трубы.
Солдаты не бросились врассыпную, ибо все были ветеранами, видавшими не
один поход. Дав залп в надвигающегося противника, они отходили, сохра-няя
боевые порядки, не срываясь на бег. Вспыхнув-шая в небе заря осветила
остатки дивизии — отстре-ливающиеся, пятящиеся неровной цепью. Но каждый
шаг уводил их дальше от берега, прочь от надежды на спасение. Небольшими
группами они продвига-лись в задние ряды, где останавливались, чтобы
перезарядить мушкеты и выстрелить снова, когда их товарищи пройдут мимо.
Времени на перегруппиров-ку просто нет. Остается только сражаться. И найти
место, где можно закрепиться.
Сержант Гриффин из Шестьдесят седьмого Саут-Гемпширского почувствовал,
как пуля вонзилась в приклад мушкета с такой силой, что его крутнуло во-круг
оси. Цепь атакующих почти настигла его. Вски-нув мушкет, Гриффин выстрелил в
солдата в синем мундире, поднявшегося прямо перед ним. Пуля по-пала в руку,
и солдат, выронив ружье, зажал рану. Боец, шагавший рядом, с пронзительным
воплем ри-нулся вперед, занося штык по длинной дуге и вонзив в грудь
сержанта, когда тот только-только вскинул свое оружие. Провернувшись, штык
вырвался из гру-ди, и кровь потоком хлынула из ужасной раны. Сер-жант
попытался поднять свой мушкет, не смог, выро-нил и сам повалился следом, в
последний миг своей жизни с недоумением гадая, почему на убийце серый
мундир. Другой был в синем...
Атакующие не мешкали и не колебались. Британ-ских солдат, пытавшихся
закрепиться на позициях, уничтожали. Бежавших расстреливали или добивали
штыками в спину.
Первое укрытие, где можно было остановиться, дать отпор и предотвратить
разгром, генерал Буллерс увидел в заросшей вьющимися растениями,
по-косившейся деревянной изгороди.
— Ко мне! — крикнул он, взмахнув шпагой. — Сорок пятая, ко мне!
Бегущие люди, некоторые из которых были на столько измождены, что не
смогли бы идти дальше, заковыляли к нему, падая на землю под ненадежной
защитой изгороди. К ним присоединились остальные, и вскоре британская цепь
уже вела непрерывный огонь, впервые за утро.
Наступающие устали ничуть не меньше, но их влекло вперед исступление
боя. Борегар быстро раз-вернул войско в цепь перед изгородью, положив
бой-цов в высокую траву.
— Найди укрытие, заряжай и пли, ребята! Про-держитесь, пока не
отдышитесь, до подхода подкреп-ления. Оно вот-вот подоспеет.
Увидев, как поступил Борегар, Шерман собирал солдат рядом с собой, пока
не скопилось изрядное войско. Полевые пушки были уже на подходе, гото-вясь
занять новый огневой рубеж, но ждать их готов-ности было нельзя, потому что
Борегар оказался в опасном положении. Когда Шерман скомандовал на-ступление,
знаменосец Пятьдесят третьего Огайского находился поблизости. Увидев
надвигающуюся цепь, англичане сосредоточили огонь на новой угрозе. Пу-ли
засвистели вокруг наступающих, выстригая кло-чья травы.
Услышав крик боли, Шерман обернулся и увидел, что раненый знаменосец
падает. Осторожно опустив его на землю, генерал принял из ослабевших рук
древко, несущее звездно-полосатое полотнище, под-нял флаг высоко над головой
и приказал атаковать.
Бегом одолев последние ярды, солдаты Союза бросились на землю среди
конфедератов, прикован-ных к месту плотным огнем. Шерман, по-прежнему сжимая
в руке флаг, присоединился к Борегару, на-шедшему укрытие в небольшой
рощице, вместе со своими офицерами и группой солдат.
— Пушки на подходе, — сообщил Шерман. — Пусть немного забросают
англичан ядрами, прежде чем мы атакуем снова. Как у вас с боеприпасами?
— Отлично. Похоже, перестрелке ребята сегодня предпочитают штыковую.
Шерман оглядел солдат. Выбившиеся из сил, из-можденные, с закопченными
пороховым дымом ли-цами и мундирами, они по-прежнему выглядели грозной
силой, готовой сокрушить любого врага. Знаменосец конфедератов устало оперся
на древко флага. Шерман хотел перезарядить пистолет к сле-дующей атаке, но
вдруг обнаружил, что руки его за-няты знаменем. Мысли его тоже были заняты,
но сражением, так что, даже не подумав, Шерман про-тянул флаг солдату
Конфедерации.
— Держи, парень. Тебе что один нести, что два — труд невелик.
Усталый солдат с улыбкой кивнул, взял второй флаг и связал оба древка
вместе.
Никто не обратил на это внимания — все готови-лись к атаке.
В ту минуту, в пылу боя, звездно-полосатый и флаг Конфедерации
объединились.
И затрепетали на ветру, как один, когда прозву-чал приказ и солдаты
устремились вперед.
Королевские военно-морские пехотинцы встали лагерем на берегу у
Билокси, охраняя пушки и скла-ды. Долетевшая с запада орудийная канонада
послу-жила сигналом тревоги, и они уже готовились к вы-ступлению, когда в
лагерь приковыляли первые из солдат, ускользнувшие от нападающих. Майор
Дэшвуд решительно подошел к спотыкающемуся от уста-лости пехотинцу и
притянул к себе, ухватив за грудки.
— Что там случилось?! Говори!
— Атака... на рассвете. Врасплох. Много ружей,
сэр. Солдаты, тоже множество. Генерал приказал от-ступать.
— Бросать оружие он вам не приказывал. — От-швырнув солдата на землю,
майор зашагал вдоль бе-рега. — Пусть люди займут позиции на укреплениях.
Пустите в ход ящики и тюки, пусть они тоже послу-жат прикрытием. Разверните
пушки. Проследите, что-бы люди трудились быстро и на совесть. Лейтенант, до
моего возвращения остаетесь за командира. Я от-правляюсь туда, чтобы
выяснить, что к чему.
Косоглазая лошадь, захваченная после штурма, отличалась пугливым нравом
даже в лучшие време-на. Будучи не слишком опытным наездником, майор прибег к
помощи двух морских пехотинцев, чтобы взобраться в седло. И галопом, не умея
сдержать ло-шадь, поскакал на шум перестрелки. Довольно бы-стро отыскав
место боя, он сумел остановить лошадь, сильно натянув поводья.
С первого же взгляда стало ясно: битва проигра-на. Трупы англичан
буквально устилали землю. Они взяли с собой немало врагов, но все-таки
недостаточно много. Уцелевшие оказались в окружении и вырвать-ся не могли. В
кольце превосходящих сил. Конечно, можно было бы контратаковать силами
морских пе-хотинцев. Но они тоже окажутся в численном мень-шинстве и
наверняка не успеют подойти вовремя, чтобы повлиять на исход сражения.
Интенсивность огня уже начала понемногу убывать по мере того, как тесный
кружок обороняющихся становился все тес-нее. Песок у ног лошади взметнулся
от удара пули, и майор понял, что обнаружен. Неохотно развернул лошадь и
галопом поскакал обратно к берегу.
Увидев, что люди уже заняли оборонительные ру-бежи, укрепив позиции,
насколько это возможно, майор приказал морякам спустить на воду одну из
шлюпок и сесть на весла. И направился к "Воителю".
Навстречу полнейшей неразберихе. Шлюпки с других кораблей сбились у
трапа, и майору при-шлось ждать, пока выйдут старшие офицеры. Когда он
наконец поднялся на палубу, там метались матро-сы, натыкаясь друг на друга,
зависнув на вантах, они сворачивали парус, чтобы его не закоптило дымом,
валящим из трубы. Младший помощник, с которым Дэшвуд во время плавания делил
каюту, надзирал за опусканием телескопического кормового дымохода, и майор
направился прямо к нему.
— Дес, что происходит? Мы что, отплываем?
— Да... и нет. — Дес обернулся, чтобы рявкнуть на матроса: — Эй, ты!
Смотри, что делаешь! Налегай на шкот! — Знаком отозвав Дэшвуда в сторонку,
он продолжал: — Адмирал мертв, очевидно, покончил с собой.
— Кажется, я знаю, почему.
— Видишь вон тот остров, едва виднеющийся на горизонте? Вот это как
раз и есть Дир.
Дэшвуд поглядел на остров и перевел взгляд в сторону берега.
— И как же наши замечательные военные моряки совершили этот промах?
Ошибочка в расчеты закра-лась? — При виде замешательства младшего
помощ-ника Дэшвуд холодно усмехнулся. — Мы обнаружи-ли это утром. Сейчас
генерал Буллерс развивает наступление. Я должен был последовать за ним, как
только будут выгружены остатки припасов. А те-перь. .. мне надо доложить
герцогу...
— Уплыл на "Яве".
— А кто же командует?
— Кто знает? Капитан созвал в своей каюте экс-тренное совещание
командного состава.
— У меня для них найдутся свежие дурные вес-ти. — Склонившись к уху
приятеля, майор зашеп-тал: — Буллерс атакован и разбит. — Развернулся и
сбежал по трапу на нижнюю палубу.
У дверей каюты стояли на посту двое его под-
чиненных, при виде командира вытянувшихся во
фрунт.
— Приказ капитана, сэр. Не входить...
— Отойди, Дунбар, или я удавлю тебя твоими же кишками.
Занятые спором капитаны смолкли и устремили взгляды на вошедшего
офицера.
— Проклятье, Дэшвуд, я же приказал...
--Так точно, сэр. — Майор закрыл за собой дверь, прежде чем
заговорить. — У меня для вас сквер-нейшие новости. Генерал Буллерс и вся
его армия подверглись нападению. К текущему моменту все либо погибли, либо
захвачены в плен.
— Не может быть!
— Уверяю вас. Я отправился туда лично и видел случившееся. Один из
солдат, вырвавшихся оттуда, может подтвердить мой доклад.
— Возьмите своих людей и ступайте к ним на под-могу! — выкрикнул
капитан "Роял Оука".
— Разве вы здесь командуете, капитан? — холод-но осведомился майор
Дэшвуд. — Насколько я пони-маю, после смерти адмирала моим подразделением
командует капитан моего корабля.
— Все погибли? — переспросил капитан Роланд, ошеломленный вестями.
— Или погибли, или попали в плен уж наверня-ка. Какие будут
приказания, сэр?
— Приказания?
— Да, сэр. — Нерешительность капитана вывела Дэшвуда из себя, но он
ничем не выдал своих чувств. — Я приказал людям окопаться на берегу. С
пушками они смогут сдержать атакующих, но побе-дить им не удастся.
— Что вы предлагаете?
— Немедленное отступление. Бесспорно, наши сухопутные силы со своей
задачей не справились. Предлагаю сократить потери, немедленно выведя войска.
— А вы абсолютно уверены, что наши войска на суше уничтожены? Или
будут уничтожены в бли-жайшее время? — уточнил один из капитанов.
— Даю вам слово, сэр. Если же у вас имеются со-мнения, я с радостью
отведу вас на поле боя.
— А провизия на берегу, пушки? Как быть с ними?
— Предлагаю забрать, что удастся, уничтожить остальное, пушки разбить.
Мы ничего не добьемся, задержавшись хоть на минуту дольше, чем надобно. А
теперь прошу простить, мне необходимо вернуться к своему отряду.
Несмотря на безотлагательность решения, коман-дование Судило и рядило
целый день. Дэшвуд вы-слал разведчиков, и те донесли, что битва
действи-тельно закончилась. Видели, как небольшую группу пленных повели
прочь. А вражеские дивизии пере-формировываются. Стрелки уже выступают и
более чем очевидно, что случится дальше. Майор расхажи-вал взад-вперед по ту
сторону укреплений, а в душе его кипела черная злоба против нерешительных
моряков. Неужели его морские пехотинцы тоже долж-ны пойти на заклание?
Только под вечер решение было наконец принято. Уничтожить провизию,
разбить пушки, посадить морскую пехоту на корабли. Шлюпки только-только
успели доставить первую партию людей к транспорт-ному судну, когда марсовый
"Воителя" доложил, что на восточном горизонте виден дым.
Не прошло и минуты, как все подзорные трубы во флоте были устремлены в
том направлении. Облако дыма разрослось, распавшись на отдельные столбы.
— Насчитываю четыре-пять кораблей, возможно, больше. Идут на
форсированной тяге. — Голос капи-тана Роланда хранил бесстрастность и
равнодушие, хотя в душе его росла тревога. — Нет ли блокадного флота в
заливе Мобил?
— Согласно последним донесениям, весьма нема-лый, сэр.
--Да. Я так и думал.
Головные корабли уже полностью вышли из-за горизонта, белея парусами. И
остановились на рас-стоянии много больше пушечного выстрела; большой линкор
в центре строя начал разворачиваться
— Что они еще там затевают? — недоумевал ка-питан. — Окликните
марсового.
— Есть, сэр.
— Убрали трос, сэр. Буксировали какое-то судно.
— Какое именно?
— Не могу толком сказать. Ни разу не видал та-кого.
Черное судно сидело в воде так низко, что разо-брать детали было весьма
трудно. Опередив осталь-ные корабли, суденышко медленно двинулось к
бри-танской флотилии. Никому так и не удалось опоз-нать его тип, даже когда
оно подошло ближе.
Черное, сидящее настолько глубоко, что палубу омывает вода. А посредине
— круглое сооружение.
— Будто сырная коробка на плоту, — прокоммен-тировал кто-то из
офицеров.
Капитана Роланда охватил неописуемый холод. Именно эти слова он читал в
газетах.
— Так что ж это такое? --вслух гадал кто-то.
— Немезида, — едва слышно проронил капитан. Паровые деревянные
фрегаты американцев раз-вернулись полукругом, готовясь вступить в бой с
британскими судами, старательно удерживаясь на приличном расстоянии от
грозного стального корабля. И только "Монитор" неуклонно продвигался вперед.
Американцы были уже наготове — пушки заря-жены и выкачены. В
бронированной рубке на борту " Мониторам лейтенант Уильям Джефферс направил
подзорную трубу в сторону стоящих на якоре судов.
— Атакуем броненосец, пока он не тронулся. Это либо "Воитель", либо
"Черный принц". Насколько мне известно, других железных кораблей в
британ-ском флоте нет. Наши агенты сообщили все подроб-ности их конструкции
и устройства.
"Воитель" выбирал якорь и разводил пары. Кор-ма корабля была обращена к
атакующему "Монито-ру", и первый помощник охнул, увидев ее.
— Корма, сэр... да она же не бронирована! Там какая- то машина,
лебедка, что ли. станина какая-то.
--Верно, — подтвердил Джефферс. — Я читал описание в рапортах. Когда
корабль идет под пару-сом, винт для снижения сопротивления поднимают из
воды. Так что корма не покрыта броней. Равно как и нос.
— Да мы потопим его в два счета!
— Это будет не так-то просто. В донесениях раз-ведки приводятся
мельчайшие подробности его кон-струкции. Корпус сделан из стали дюймовой
толщи-ны, но это корабль внутри корабля. Все основные батареи находятся в
цитадели — бронированном ко-робе внутри судна. Их тридцать две — двадцать
шесть шестидесятивосьмифунтовых и шесть стофунтовок. Он превосходит нас по
числу пушек, но не по калибру. С нашими Дальгренами нельзя не считать-ся. Но
цитадель эта сделана из четырехдюймовых сварных стальных плит, подкрепленных
двенадца-тью дюймами тикового дерева. Взять его не так-то просто.
— Однако попытаться можно?
— Несомненно. Наши ядра отлетали от "Мерри-мака", потому что у того
были выпуклые борта. Мне хочется поглядеть, как сработает ядро
одиннадцати-дюймового орудия системы Дальгрена против этой цитадели с ее
вертикальными бортами.
Словно комар напал на слона. Вовсю дымя корот-кими толстыми трубами,
крохотный стальной "Мо-нитор" устремился к длинной черной громаде
"Во-ителя", угрюмой и грозной Пуленепробиваемые за-слонки орудийных портов
отъехали кверху, и жерла больших пушек выдвинулись наружу. Загодя
заря-женные пушки выстрелили как одна, изрыгнув ши-рокую полосу огня, и
стальные ядра с воем устреми-лись через разделяющую корабли дистанцию.
Без какого-либо видимого результата. Башню развернули, чтобы орудия
обратились прочь от бри-танского броненосца. Ответный залп тоже ничего не
дал. Большинство ядер пронеслось мимо крохотной мишени, а два-три, попавших
по восьмидюймовой броне башни, отскочили, не причинив ни малейшего вреда.
"Монитор" с пыхтением двигался вперед на своей предельной скорости почти в
пять узлов. Когда он приблизился к черному кораблю, под башней за-шипел пар,
проворачивая шестерню, сцепленную с зубчатым колесом под основанием башни.
Под лязг громадных шестерен башня развернулась, так что жерла обеих пушек
оказались в считанных футах от высокого борта "Воителя".
И выстрелили. Ядра пробили броню, сея хаос и разрушение на орудийной
палубе. Отдача швырнула пушки назад, они заскользили по рельсам под визг
тормозных башмаков — металл о металл — и остано-вились.
— Заряжай!
Коленчатые банники с шипением прошлись по стволам пушек. Затем на место
забили заряды, за ко-торыми последовали ядра, поднятые железными клешнями
при помощи цепных лебедок. Через две минуты пушки были готовы к выстрелу, и
потные, чумазые канониры налегли на лямки, выкатывая орудия на огневую
позицию.
К тому времени "Монитор" зашел к стальному кораблю с кормы, едва не
касаясь высокого руля. Несмотря на огневую мощь английского броненосца, на
корме у него была одна-единственная турельная пушчонка, и ее выстрел не дал
ничего.
Обе пушки "Монитора" рявкнули в один голос, вогнав ядро в корму и
пробив дюймовую сталь кор-пуса. Там "Монитор" и лег в дрейф, дожидаясь,
по-ка орудия будут перезаряжены. Прошли две минуты. Морские пехотинцы
выстроились вдоль планшира, безрезультатно паля из мушкетов по стальному
су-денышку. Из труб <Воителя", разводившего пары, клубами валил дым.
Якорь уже подняли, и черная громада начала разворачиваться, чтобы направить
орудия на крохотного неприятеля.
Затем "Монитор" выстрелил снова. Висевшая на корме шлюпка разлетелась в
щепки, а вместе с ней и массивное перо руля.
Винт " Воителям уже начал вращаться, и тяжелый корабль двинулся прочь.
Развернуться без руля он уже не мог, но зато мог ускользнуть от
сокрушитель-ной атаки.
В тишине между выстрелами экипаж "Монито-рам отчетливо слышал цокот
пуль по обшивке; пере-вешиваясь через фальшборт, пехотинцы продолжали
тщетный обстрел из мушкетов. Но когда игрушечный корабль северян вышел из-за
кормы и двинулся вдоль борта, он опять натолкнулся на более сущест-венную
угрозу шестидесятивоеьми- и стофунтовых орудий. Как только он оказался на
прицеле, канони-ры британца открыли беглый огонь, даже не выкаты-вая пушки
вперед. Железные ядра обрушились на железный кораблик, как множество молотов
на нако-вальню, с лязгом и грохотом осыпая башню и корпус ударами.
Без видимых результатов. Круглому ядру не под силу пробить подобную
сталь, как обнаружил "Мер-римака. Но "Мерримак" был неуязвим для ответно-го
огня. А вот британец — нет. "Монитор" удерживал свою позицию у борта
броненосца, отвернув башню
для перезарядки. Перезарядка и залп, каждые две минуты. В конце концов
" Воителю" пришлось оста-новить машину, потому что он шел прямо на берег.
"Монитор" двигался за ним как приклеенный, по-вторяя каждый маневр, ведя
непрерывный обстрел, круша броню цитадели, уничтожая пушки и разлета-ющимися
обломками стали и дерева кося канониров.
А вокруг двух сцепившихся в схватке кораблей неистовствовал морской
бой. Схватка шла не на жизнь, а на смерть, деревянные корабли против
дере-вянных кораблей. Однако все американские корабли ходили на пару, что
давало им неоценимое преиму-щество против британских парусников. Пушки
изры-гали пламя и сталь; безоружные транспорты держа-лись в море, стремясь
избежать бойни.
Теперь, когда большинство пушек британского броненосца было выведено из
строя, лишенные бро-ни американские суда подошли, чтобы включиться в битву
против "Воителя". Их мелкокалиберные пуш-ки не могли пробить броню, но зато
сметали всех и вся на палубах. Три исполинские мачты и реи броне-носца были
сделаны из дерева. Шквал американских ядер сперва подкосил грот-мачту, с
оглушительным треском рухнувшую на палубу, парусами и реями давя оказавшихся
под ней. Далее последовала бизань, сея свою долю смертей и разрушений.
Паруси-на и рангоут, свисающие вдоль бортов, заслонили орудийные порты, так
что огонь совершенно прекра-тился.
" Монитора сдал назад. Капитан Джефферс кив-ком одобрил сокрушительный
результат.
— Славная работа. Оставим ему последнюю мач-ту, потому что теперь он
не скоро отправится в плава-ние.
— Если вообще отправится! — воскликнул стар-ший помощник, указывая на
броненосец. — "Наррагансетт" зацепился за нос и берет его на абордаж!
--Отлично сработано. Теперь, когда стальной корабль вышел из боя, нам
пора подумать о деревян-ных. Надо помочь нашим. Освободить часть кораб-лей,
чтобы они переключились на транспорты. Надо подбить как можно больше судов,
пока они не удра-ли. Если не сдадутся, пустим их на дно. — В улыбке его
стыл лед, в душе кипел гнев. — Мы славно утер-ли нос этому кичливому
британскому военному фло-ту, так что они надолго запомнят.
ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЕ СОБЫТИЕ
— Может, видал я и худшие дни, Джон, но что-то не припомню, когда.
Президент сидел в своем стареньком кресле, уст-ремив остановившийся
взгляд на телеграмму, вру-ченную ему Николаем. Он сильно сдал и похудел
на-столько, что его потрепанный черный костюм висел на нем, как на вешалке.
Со времени смерти Вилли Линкольн почти не ел, почти не спал. Его смуглая
кожа приобрела желтушный оттенок, под глазами за-легли черные круги. Новая
война пошла весьма скверно. По кабинету с сердитым жужжанием кру-жил
слепень, снова и снова колотясь головой в стек-ло полуоткрытого окна. В
комнате рядом с кабине-том Линкольна затарахтел недавно установленный
телеграфный аппарат, отбивая только что получен-ное сообщение.
— Скверные новости теперь доходят до меня на-много быстрей, с тех пор
как у нас под рукой эта адс-кая машинка, — заметил Линкольн. — Видел ли
те-леграмму военный министр?
— Да, сэр.
— Тогда, мне кажется, он скоро будет здесь. Бед-ные мальчики в
Платсберге. Ужасная жертва.
— Очи задержали англичан, господин президент.
— Но ненадолго. Порт Генри захвачен и пылает, а от генерала Халлека
все еще ни слова .
— В его последних донесениях сказано, что он формирует оборонительный
рубеж в форте Тайкондерога.
— Неужели мы обречены на неустанное повторе-ние истории? Помнится, мы
бежали от британцев точно там же?
--' Это было стратегическое отступление, к не-счастью начавшееся
Четвертого июля.
— Я уповаю, что Халлек не станет повторять именно этот маневр.
— Сейчас к нему уже должны были подоспеть ди-визии Гранта. Вместе они
являют собой грозную силу.
— Но пока они еще не вместе. Англичане съедят нас с потрохами. А что
это за таинственная телеграм-ма от генерала Шермана? Разъяснения не
поступали?
— Пока что не удалось выяснить. Часть теле-графных линий оборвана, и,
как мне сказали, посла-ния пытаются направить обходным путем. Пока же у нас
имеется только обрывочное, искаженное донесе-ние — что-то о движении на юг
и какое-то упомина-ние о генерале Борегаре.
— Продолжайте выяснять, загадок я не терплю. В любое время, а уж тем
паче в военное. И отмените все посещения на сегодня. Я уже не могу видеть
этих претендентов на должности, воплощающих пагубную угрозу моему здоровью.
— А собралась довольно большая толпа. Некото-рые ждут с рассвета.
— Я не испытываю к ним сочувствия. Известите их, что дела
государственные имеют первостепенную важность. Хотя бы на сей раз.
— Не сделаете ли вы единственное исключение, сэр? Здесь находится
английский джентльмен, толь-ко что прибывший на борту французского судна.
У него имеются рекомендательные письма от видней-ших людей Франции.
— Англичанин, говорите? Вот так загадка, при-чем весьма интригующая!
Как его зовут?
— Мистер Милл, Джон Стюарт Милл. В своей сопроводительной записке он
пишет, что располагает сведениями, которые помогут нам в этой войне за
свободу Америки.
— Если он английский шпион, то Фокс наверня-ка с радостью повидается с
ним.
— Я сомневаюсь, что он шпион. Рекомендатель-ные письма говорят о нем,
как о весьма в
...Закладка в соц.сетях
