Жанр: Научная фантастика
Николас Сифорт 4. НАДЕЖДА ПОБЕДИТЕЛЯ
...сэр, - подтвердила Сандра, - я поставила часовых из числа гардемаринов, они
караулят дверь посменно. Цай и Тайер отнесли тело в лазарет.
- Почему вы уверены, что это самоубийство? - посмотрел я на Толливера.
- Посмотрите сами. - Толливер вставил в щель дисплея на моем столе дискетку с
видеофильмом. - Позвольте предупредить, что зрелище это не из приятных.
Я запустил фильм. На экране дисплея возникло мрачное, усталое лицо Дарвина Слика.
Он сидел за письменным столом и смотрел прямо в видеокамеру. Вот он протянул к ней
руки, поводил ею по комнате, показывая, что в ней никого больше нет, и снова направил
объектив на себя, достал из выдвижного ящика старинный пистолет со свинцовыми
пулями, приставил его к виску.
- Я кончаю жизнь самоубийством, - произнес Слик, обращаясь к камере. - Я в квартире
один, никто меня не вынуждает к самоубийству. Я ухожу из жизни исключительно по
собственной воле. Капитан Сифорт, простите меня. Я был не прав. Мне казалось... - Слик
закрыл глаза. - Верую в бесконечную любовь и милость Господа... - Он нажал спусковой
крючок.
Я отшатнулся от грома выстрела.
- Боже! - вырвалось у меня.
- Аминь. Я ведь предупреждал, - тихо сказал Толли-вер.
У меня в желудке начались спазмы, я изо всех сил сдерживал рвотные позывы.
Дрожащей рукой я выключил жуткое изображение, сделал глубокий вздох, чтоб
успокоиться.
- Теперь у меня нет сомнений, что это самоубийство. Все же непонятно, что он имел в
виду? За что я его должен простить? В чем он виноват? - растерянно спрашивал я.
- Не знаю, - ответил Толливер.
Я нервно барабанил пальцами по столу:
- Сколько у нас времени?
- Его тело в холодильнике, сэр, так что с похоронами можно не торопиться.
- Я имею в виду не похороны. Как долго мы можем скрывать его смерть?
- О его смерти знаем мы, кадет Бранстэд, гардемарины и санитар. Сержант утверждает,
что санитар надежный человек.
- На гардемаринов тоже можно положиться, сэр, - заверила мисс Экрит.
- Значит, по крайней мере до завтра это останется тайной, - заключил я. - Эдгар, а как
насчет мисс Бьен? Она знает?
- Нет, сэр.
- Сообщите ей. Ночью обыщите с ней квартиру Слика. Сержант, вы пойдете с ними, а
вашей казармой займется кто-нибудь из гардемаринов.
- Ею уже занимается мистер Тайер, сэр.
Мистер Тайер? А... Вспомнил! Тот рыжий пацан, что бросался в казарме подушками,
празднуя получение гардемаринского звания.
Я встал:
- Как только закончите обыск, доложите мне о результатах в любое время суток, хоть
среди ночи. Я буду у себя в квартире, только вначале зайду в столовую, а то не ел целую
вечность. Пришлите туда мистера Бранстэда.
Я доедал в безлюдном зале столовой аппетитный сэндвич, когда гардемарин Диего
привел Джеренса. Гардемарина я сразу отпустил. Джеренс робко переминался передо
мной с ноги на ногу и вдруг замямлил:
- Простите, сэр, теперь я понимаю, что вел себя тогда очень нехорошо.
Он пробыл в Академии уже немало и должен был знать, что кадеты в присутствии
капитана имеют право раскрывать рот только для ответа на вопросы, но я решил его пока
не наказывать.
- Садись.
- Есть, сэр. - Джеренс сел с округленными глазами, удивленный моей
благосклонностью.
Я пристально изучал его. Белки были красными от слез, вся поза какая-то жалкая, вид
подавленный.
- Сильно переживал?
- Уже все нормально, сэр, - моментально ответил он.
- Расскажи, как это произошло.
- Я постучал в дверь, как положено. Она оказалась незапертой. Я подумал, что он уже
ждет меня, поэтому вошел, не дожидаясь разрешения, а он лежал... - Беднягу аж
передернуло. - Он лежал у стола...
Я не мог прикоснуться к Джеренсу, не мог утешить его хотя бы словами, чтоб не
выделять из массы других кадетов. По традиции капитан не должен сюсюкать с кадетами.
Но несколько месяцев назад на планете Надежда я обещал Хармону Бранстэду заботиться
о его сыне. На Земле и во всей Солнечной системе у Джеренса не было никого, кроме
меня. Нужно ли проявлять к нему армейскую строгость? У меня тоже когда-то был сын.
Он мог бы стать кадетом...
- Пошли. - Я положил ему на плечо руку и повел на камбуз. - Джеренс, капитану не
положено кормить кадета на камбузе, поэтому не рассказывай никому, ладно?
- Никому не скажу, сэр.
- Ты ужинал?
- Да, сэр. Мистер Цай принес мне ужин на склад скафандров.
- Что ты там делал?
- Проводил инвентаризацию, сэр. Записывал номера скафандров.
Я вздохнул. Сержант Ибарес мог бы придумать Джеренсу более осмысленную работу.
В холодильнике нашелся большой кусок шоколадного торта. В самый раз! Это немного
утешит мальчишку. Пошарив вокруг, я нашел две тарелки, разрезал кусок торта пополам,
потом порыскал по морозильникам, обнаружил огромную порцию мороженого и отдал
львиную долю Джеренсу.
- Наворачивайте за обе щеки, мистер Бранстэд. Небось ужин ваш был не таким
вкусным.
- Спасибо, сэр. - Но к лакомству он даже не прикоснулся. - Мистер Сифорт, в чем я
виноват? Почему меня весь день не пускали к товарищам? Вы не отпустите меня в
казарму даже на ночь?
- Ты ни в чем не виноват, Джеренс, а остальное не твоего ума дело, - строго сказал я. -
Ешь мороженое. Приказ есть приказ. Он нехотя взял ложку.
- Простите меня, сэр, я исправлюсь. Простите.
Я тяжко вздохнул. Бедняга вообразил себе Бог весть что! Придется объяснить ему,
чтобы не чувствовал себя виноватым.
- Джеренс, дело вот в чем. Мы не знаем, почему Слик застрелился. И хотим выяснить
это до того, как о его самоубийстве узнают все. Мы не хотим утечки информации, вот
потому и держим тебя отдельно.
- Сержант боялся, что я разболтаю кадетам?
- Да. - Я понял, как оскорбительно для него недоверие. Ведь на "Виктории" я доверил
ему, начинающему наркоману, наркотик. Тогда Джеренс выдержал испытание. - Но я-то
знаю, что ты не подведешь. Когда справишься с этим, - я показал на тающее мороженое и
шоколадный торт, - отпущу тебя в казарму. До конца расследования о смерти Слика
никому ни слова. Ладно?
- Конечно, сэр! - Джеренс расправил плечи. - Никому не скажу, даже соседям по койке.
Обещаю.
- Тогда за работу, пока нас не нашли. Включай челюсти.
- Есть, сэр, - улыбнулся он наконец.
- Небось испугался, когда увидел мистера Слика?
- Еще как, сэр! - Отправив по назначению кусок торта, Джеренс гордо добавил:
- Но теперь не боюсь.
10
Джеренс вернулся в казарму, я в тяжких раздумьях побрел домой. Осмотр квартиры
Слика наверняка займет несколько часов, значит, можно немного поспать. После
насыщенного событиями дня я чувствовал себя изнуренным, но сон не шел, навязчиво
всплывали мрачные образы: изуродованная выстрелом в висок голова Слика, коридор в
Фарсайде, санитары вокруг безжизненного тела Эдвардса.
Разбудил меня страшный грохот - кто-то долбил в дверь и зверски орал. Я бросился
открывать, забыв спросонья надеть хотя бы штаны.
- Руки вверх! - рявкнул громила, наставив на меня лазерную винтовку. Я поднял руки.
- Полегче, Джодсон, - осадил его ворвавшийся следом лейтенант, командир отряда
охраны, - это же Сифорт. С вами все в порядке, сэр?
- Конечно! Какого черта вы ворвались... О, Боже мой! - Я зарделся. Растяпа! Как я мог
забыть об отряде?! - Лейтенант, дайте отряду отбой. Извините, я просто забыл о вас. - Под
его испепеляющим взглядом я чувствовал себя тряпкой, корчащейся в огне.
- Забыли, значит, - презрительно процедил он. - Хорошо, капитан. - Он поднес к губам
рацию. - Капрал Маннерс, отбой! Освободите часовых. Тревога оказалась ложной.
Я опустил руки.
- Лейтенант, как вы сюда проникли? Вы сняли наших часовых?! Что с ними? Вы
покалечили их?
- Не особенно, сэр. Вначале мы скрутили полусонных часовых у ворот, потом
окружили это здание, в одной из квартир арестовали троих ваших людей.
- Отпустите их. Это была учебная тревога, - затараторил я, стараясь не казаться
оправдывающимся.
- Хорошо. - Лейтенант козырнул, но напоследок не удержался от колкости:
- Если вам еще когда-нибудь захочется проверить бдительность ваших часовых,
вызывайте нас, мы поможем.
Как только они вышли, я мгновенно впрыгнул в штаны, набросил китель и понесся в
квартиру Слика, где у двери наткнулся на разъяренного Толливера.
- Молчать! - рявкнул я, маскируя стыд гневом. - Продолжать работу! - Не хватало мне
еще дурацких вопросов Толливера!
Конечно, лейтенант из отряда охраны был уже здесь.
- Сэр, тут следы крови, - доложил ему охранник. - Дело нечисто, надо бы...
- Лейтенант, выведите отсюда своих людей! - заорал я.
Слава Богу, он подчинился беспрекословно. Я проводил его до вертолетной площадки,
сурово предупредив о прискорбных для него последствиях в случае утечки строго
секретной информации об инциденте. Я не был уверен, что мои идиотские угрозы
подействуют на лейтенанта, но надеялся, что он все-таки сжалится надо мной и будет
держать язык за зубами.
Наконец, отряд улетел. Часовые, прошляпившие налетчиков, избегали смотреть мне в
глаза. Я помчался к квартире Слика.
- Пока ничего не нашли, сэр, - доложил Толливер. - Мы очень благодарны вам за
весьма стимулирующий перерыв в работе, вы так заботитесь о нашем отдыхе...
- Хватит! - оборвал я его и выбежал вон, хлопнув за собой дверью.
Уснуть мне удалось лишь под утро.
- Совсем ничего? - мрачно спросил я. Недосыпание сказывалось, и после бурных
событий прошедшей ночи голова была чугунной.
- Я просмотрел даже письма его сестры, - угрюмо отвечал Толливер. Вид у него тоже
был далеко не бодрый. - Мисс Бьен по второму разу изучает файлы его компьютера.
- Что в них?
- Ничего существенного. Заметки, касающиеся расписания отправки кадетов на
учебную станцию, и еще какая-то мелочь. Если хотите, взгляните сами.
- После завтрака, - проворчал я.
Самоубийство Дарвина Слика казалось совершенно бессмысленным. Финансовая
проверка задела его самолюбие, но серьезных нарушений не обнаружилось. Наложить на
себя руки из-за какой-то мелочи? Глупо.
Я еще раз все обдумал. Пожалуй, предосторожности Толливера нелишни. Не пристало
Академии выставлять свое грязное белье напоказ. Газетчикам только дай повод, мигом
сделают из мухи слона. Опять будет сенсация, связанная с моим именем.
Что делать с трупом? Кем заменить Слика? Такого опытного в делах Академии
офицера мне не найти. А пока все не улажено, я не могу навестить Анни. Сколько сразу
проблем!
В столовой за круглым столом никто не решился спросить меня, куда подевался
старший лейтенант Слик. После завтрака мисс Бьен робко сообщила:
- Интендант принес документы... Их должен подписать мистер Слик.
- Вы хотите взвалить эту работу на меня? - раздраженно огрызнулся я. Молчаливый
укор в ее глазах заставил меня опомниться. - Простите, мисс Бьен. Объявите всем, что
мистер Слик улетел в срочную командировку. Займитесь его делами сами.
- Есть, сэр. Пороть кадетов тоже должна я?
- Пусть этим займется Толливер. Я уединился у себя и принялся расхаживать по
кабинету. Что же толкнуло Слика на самоубийство? Обыск его квартиры ничего не дал.
Может быть, никаких серьезных причин просто-напросто нет? Может быть, Слик
застрелился в приступе депрессии? Тогда бояться нам нечего, можно объявить о его
смерти прямо сейчас.
Я сел за дисплей, начал набрасывать текст некролога, но нужных слов не находилось,
что-то не давало покоя, в душу вгрызались сомнения. В конце концов я стер с экрана
неудавшийся некролог, позвонил в приемную:
- Вызовите мисс Бьен.
Вскоре она явилась, я начал допрос:
- Что вы нашли в компьютере Слика?
- Ничего интересного, сэр. Служебные документы, отчеты, письма, заметки для
памяти.
- Совсем никакой зацепки?
- Никакой, сэр. Можете посмотреть его файлы сами, я переслала их на ваш дисплей.
Два часа мы с мисс Бьен просматривали файлы из компьютера Слика. Все без толку. Я
отпустил ее, размышлял в одиночестве до обеда, ничего путного не придумал и решил
покончить с делом без лишних выкрутасов. Опубликуем некролог, а там будь что будет.
Пусть журналюги пишут что им вздумается. Только я собрался сочинять некролог, как в
дверь постучали. Вошел сержант Киндерс.
- Недельные отчеты готовы, сэр, можно посылать в Адмиралтейство, - доложил. он.
- Отправляйте, - буркнул я. Никакого значения эти отчеты не имеют, никто их не
читает. Я могу вообще не отчитываться. Кстати, об Адмиралтействе... Может быть,
посоветоваться с адмиралом Дагани? Нет, наш разговор могут подслушать. - Сержант,
скажите, что вам известно о Слике?
- Официально ничего, сэр. Ходят кое-какие слухи, - уклончиво ответил он. Выражение
лица его было непроницаемым.
Слухи не прибавят мне авторитета. Сержанты должны знать, что я им доверяю.
- Он застрелился в своей квартире.
Целый час я бился над составлением сообщения о самоубийстве лейтенанта Слика и
наконец вручил дискету рыжему гардемарину Тайеру со строжайшим наказом:
- Срочно летите в Лунаполис, отдадите эту дискету адмиралу Дагани лично, из рук в
руки! Ясно?!
- Есть, сэр! - радостно отчеканил мальчишка. Еще бы! Не каждый день гардемаринам
выпадают такие важные, такие секретные задания.
- Идите. - Я смотрел ему вслед с умилением. Раньше Тайеру не приходилось летать на
Луну одному, без начальства, а теперь он посетит Адмиралтейство, зайдет в кабинет к
самому адмиралу, а потом сможет несколько часов свободно болтаться по Лунаполису, по
всем его барам и прочим увеселительным заведениям, возможно, даже останется там
ночевать.
Кем же заменить Слика? Может, пригласить моего старого друга Алекса Тамарова?
Нет, я приношу ему одни неприятности. Без меня ему будет лучше.
Хорошо бы найти достойного человека, талантливого наставника, способного
воспитывать кадетов в уважении к традициям нашего доблестного флота. Из тех, кого я
знаю, такими качествами не обладает никто. Придется обратиться в отдел кадров
Адмиралтейства, пусть ищут замену Слику сами. Раз уж я терплю Кроссберна, сработаюсь
и с любым другим.
После обеда я позвонил в нью-йоркскую клинику, но Анни к телефону не позвали - она
вышла на прогулку в сад. В ожидании звонка адмирала Дагани я сидел в кабинете как на
иголках, проторчал в нем до самого ужина, ничего не дождался и пошел в столовую
усталый и раздраженный.
Эдгар Толливер фонтанировал бодростью, должно быть, урвал пару часиков сна.
Первую его колкость по поводу налета отряда охраны я пропустил мимо ушей, а после
второй тихо сказал ему в ухо:
- Мистер Толливер, хватит. Признаю, я спорол глупость, но сколько можно об этом
твердить? Не сыпьте соль на рану.
- Что вы! У меня и в мыслях этого не было! - деланно спохватился он. - Я так рад, что в
наше болото ворвалось нечто новое! Ворвалось и развеяло скуку!
Каков наглец! Во мне все всклокотало.
- Вам скучно? Я устрою вам развлечение. Завершите финансовую проверку за неделю.
А чтоб вам было веселее, присматривайте за утренними пробежками кадетов в течение
месяца. - Теперь наглец будет вставать на час раньше!
- Есть, сэр, - невозмутимо ответил Толливер.
Может, он привык рано вставать? До меня вдруг дошло, что я до сих пор этого не знаю.
Как я невнимателен к людям!
- Сэр, вас к телефону, - доложил стюард. Я подошел к аппарату у двери.
- Сифорт слушает.
- Адмирал Дагани. Получил ваше сообщение час назад. Думаю, вы правы, инцидент
вызовет кривотолки, особенно неприятные для нас после несчастного случая с кадетом в
Фарсайде. Если информация просочится в прессу, конкурс в Академию может упасть.
Никому ничего не говорите, я все улажу, пришлю к вам людей за... э... за грузом.
- За чем?
- За грузом! - рыкнул адмирал. - За тем самым грузом, сообщение о котором вы
передали с гардемарином. Мы разберемся с грузом здесь без лишнего шума. Некий
офицер будет переведен на другое место службы, только и всего.
- Вы хотите перевезти... - Назвать Слика "грузом" у меня не поворачивался язык. - Вы
хотите перенести проблему в Лунаполис, оформив переход в иное качество как переход
на иное место службы?
- Черт вас возьми, Сифорт! А как вы это себе представляли?! Вы просили меня помочь?
- Да, сэр.
- Вот я и помогаю. Я устрою все за день-два, пришлю вам вертолет, он отвезет груз в
лондонский космо-порт.
Меня охватили дурные предчувствия.
- Сэр, а что если... - Вдруг я понял, что мямлю, как Адам Тенер.
- Ни о чем не беспокойтесь, все будет сделано в строжайшем секрете. Помните ложную
тревогу, когда якобы обнаружили рыб? А на самом деле никаких чудищ в Солнечной
системе не оказалось. Мы с такими происшествиями справляемся хорошо. - Адмирал
положил трубку.
У меня на душе кошки скребли. Насчет истории с рыбами Дагани был прав.
Журналисты так и не узнали, что на самом деле рыбы в Солнечной системе были. Правда,
некоторые въедливые борзописцы чесали по этому поводу языки, пытались посеять
сомнения, издевались над плохой системой наблюдения флота, но раздуть скандал им не
удалось.
Я вернулся к круглому столу.
- Хорошие новости? - поинтересовался Толливер. Его учтивость была невыносимой.
- Очень хорошие, - ответил я, жестоко терзая рулет.
Раздался грохот, полетели осколки тарелок. Кадет, уронивший поднос, испуганно
съежился - наряд обеспечен. За одним из столов засвистели, заулюлюкали. Я вскочил:
- Сержант Ольвиро! Пришлете свистунов ко мне в кабинет! Всех! - Воцарилась мертвая
тишина. - Если вы не способны обеспечить порядок, я подыщу вам замену!
Сержант встал навытяжку.
- Простите, сэр, больше этого не повторится. Я объясню им, как надо себя вести в
столовой.
- Объясните как следует, черт возьми! - прогремел я вне себя от ярости. -
Возмутительно! Пришлите этих хулиганов ко мне в кабинет завтра ут...
- Извините, сэр, - вмешался Толливер, очутившийся рядом.
- Идите за свой стол, лейтенант, - огрызнулся я. - Подождите, пока я разберусь с...
- Это не терпит отлагательств, - вежливо, но твердо настаивал Толливер, встав между
мной и сержантом. - Пожалуйста, выслушайте меня. Срочное сообщение.
Пришлось отойти с ним в сторону.
- Выкладывай, - злобно прошипел я.
- Возьмите себя в руки! - прошептал он так тихо, что я едва расслышал.
- Опять дерзишь! ? Уволю!
- Но пока я ваш помощник и обязан защищать вас даже от вашей собственной глупости.
Об истории с отрядом охраны знают немногие, а сейчас вы выставили себя на посмешище
перед всеми кадетами!
Сквозь ярость, как сквозь вату, до моего сознания постепенно дошло, насколько
необычная в столовой стоит тишина. Из-за чего я разорался? Из-за сущего пустяка!
Я сделал глубокий вздох, еще один, потом, едва держась на ногах, подошел к сержанту
Ольвиро, заговорил с ним совсем другим тоном, как мне казалось, доброжелательным:
- Сержант, я хотел сказать, что кадетам не подобает смеяться над промашкой
товарища. Беда одного - беда всех. Побеседуйте с ними на эту тему, пожалуйста.
Я вернулся за круглый стол. Лейтенант Бьен покосилась на меня и отвела взгляд. Боже
мой, до чего я дошел?! Недосыпание и расшатанные нервы не могут служить
оправданием.
- Спасибо, - пробормотал я Толливеру.
- Если хотите, я поговорю с сержантом Ольвиро после ужина, - промолвил он.
- Конечно. - Я прикрыл глаза, прислушался к себе. Уши горели. Какой позор! Что я
натворил? Доказал, что в начальники Академии не гожусь.
- Простите, сэр, вам снова звонят, - доложил стюард.
- Кто?
- Не знаю, сэр.
Я опять потащился к двери. Замучили. Может быть, таскать с собой мини-телефон?
- Сифорт! - гаркнул я в трубку.
- Никки?
- Анни! Как поживаешь, лапочка?
- Не знаю... Честно, Никки, не знаю. Иногда мне хорошо, иногда плохо. Иногда я
думаю о...
- Понимаю, понимаю... - Конечно, она думает о нашей встрече!
- О том, что со мной сделали в Сентралтауне.
Я зажмурился, прислонился к стене. С тех пор, как ее жестоко изнасиловали и
ограбили, она не обмолвилась об этом ни словом. Значит, теперь дела у нее пошли на
поправку. Теперь она может справиться со своим горем.
- А у тебя как дела, Никки?
- Нормально. Скучаю по тебе.
- Это хорошо, - хихикнула она. - Как только перестанешь скучать по мне, значит, дела
мои плохи.
- Анни, мне так хочется, чтобы ты увидела нашу новую квартиру. Она огромная! А
знаешь сколько всяких магазинов в штатском районе Девона? Прорва!
- Ой, мне так хочется кой-чего огромного, - хохотнула она с неприличным намеком..
- Анни! - Я зарделся, как мальчик.
- Никки. я люблю тебя. - Анни всхлипнула и бросила трубку.
Я вернулся к столу, обхватил ладонями горячую чашку кофе, наслаждаясь его теплом,
нетерпеливо ждал десерта. Скорей бы попасть домой, отоспаться... Наконец принесли
пудинг.
- Простите, сэр, - робко подошел стюард.
- Что еще?
- Вас опять к телефону. Звонят из Фарсайда.
- О, Всемогущий Господь на небесах!
- Простите, но...
- И Его ангелы! Аминь. - Пришлось снова переться к телефону у двери. - Сифорт
слушает!
- Докладывает сержант Обуту, сэр. Надеюсь, не потревожила вас?
- Потревожили, да еще как! Если из-за пустяка, пожалеете!
- Судите сами, сэр, пустяк или нет. Кадета Арнвейла послали к лейтенанту Паульсону
на порку.
- И это все?!
- Его послал сержант Радс, сэр. А Кил Дрю только что получил десятый наряд и
должен явиться к Паульсону на порку утром.
- Кто ему дал наряды?
- Большинство нарядов, думаю, дал сержант Радс. И кадет Стриц из казармы сержанта
Куна тоже наказан, сэр. За низкую успеваемость. Его ждет месяц сверхурочных работ.
Ее беспокойство можно понять. Сержанты Радс и Кун, пожалуй, слишком сильно
закручивают гайки. Такими крутыми мерами успеваемость вряд ли поднимешь.
- Передайте сержанту Радсу, пусть отменит наряды кадету Дрю и впредь не доводит их
число до десяти.
- Есть, сэр. Вы уверены, что это оптимальное решение?
- Что вы предлагаете, сержант?
- Мне кажется, не стоит подрывать авторитет сержанта Радса у кадетов.
Опять она права! Значит, Кил Дрю должен быть выпорот. Впрочем, есть один выход...
- Пришлите этих троих кадетов сюда в Девон, - приказал я.
- Есть, сэр. Правильно, флотская дисциплина для них слишком строга, будет лучше,
если вы отчислите их из Академии.
- Я не собираюсь их выгонять! - зарычал я. - Я всего лишь сказал, что их надо
отправить в Девон! И сделайте это прежде, чем мистера Дрю отправят на бочку! -
Авторитет сержанта Радса при этом не пострадает, а бедный мальчишка избежит
расправы. Я бросил трубку и в который уже раз пошел к столу.
Наконец беспокойный ужин закончился.
- Вначале поговорю с сержантом Ольвиро, - предложил Толливер.
- Нет, пойдете со мной, - приказал я.
До моей квартиры мы шли в угрюмом молчании. Там я позволил себе немного
расслабиться - сбросил китель, устало плюхнулся на диван.
- Толливер, а не уйти ли мне в отставку?
- С какой стати? - удивленно приподнял он бровь.
- Нервы сдают. Сам видишь, уже сдали. Он сел, как у себя дома, не спрашивая.
- Ты просто устал, - спокойно сказал он. - Мы уже не так молоды, как когда-то.
- Не болтай чепухи. Я ору на всех, как ненормальный, кидаюсь из одной крайности в
другую. То требую от кадетов железной дисциплины, то балую их, спасаю от наказания.
Такие метания до добра не доведут.
- Выдающимся личностям свойственны причуды. Ты же капитан с мировой славой.
- Хватит зубоскалить, Толливер, - обиженно проворчал я. - Мне сейчас не до шуток.
- Просто сегодня у тебя выдался тяжкий день. Бывает. - Он встал. - Если это все, я
пойду вправлять мозги сержанту Ольвиро.
- Сядь, - рявкнул я и тут же пожалел о своем раздраженном тоне. - Прости. В Фарсайде
неприятности. Два сержанта слишком наседают на кадетов.
- Что ты собираешься предпринять?
- Не знаю. Вот почему я не гожусь для этой работы. Не знаю, как ее делать. Кстати, о
работе... Когда ты сможешь подготовить отчет о финансовой проверке?
- Ты же сам сказал, что я должен управиться за неделю. На самом деле я мог бы
закончить эту работу раньше, если б ты не заставил меня заниматься утренними
пробежками кадетов.
- Черт с ними, с пробежками, брось все и сосредоточься на финансовой проверке. Как
только закончишь, пошлю тебя наверх. В Фарсайде нужен... В общем, за ними нужно
присматривать.
- На роль надсмотрщика я вряд ли подойду.
- На "Виктории" ты присматривал за гардемаринами отлично, - проворчал я. Это был
скрытый комплимент.
Тогда Толливер был старшим гардемарином. Между прочим, разжаловал его в
гардемарины не кто иной, как я, к тому же несправедливо, за что Толливер меня
ненавидел, но это не мешало ему выполнять офицерский долг и усмирять также
ненавидевших меня гардемаринов "Виктории".
А за что я ненавижу Толливера? Всего лишь за давние кадетские обиды? Не глупо ли
это? Конечно, глупо!
- Ладно, Толливер, иди спать, - мягко сказал я.
- Есть, сэр. Но вначале поговорю с сержантом Ольвиро.
- Не надо, я сам с ним поговорю. И не спорь! Я знаю, что делаю.
Толливер ушел. Я сидел на диване, схватившись за голову. Как все это выдержать?
Столько забот! Как не согнуться под тяжестью этого бремени? Так я просидел час, потом
надел китель и вышел в прохладу позднего вечера.
Сержант Ольвиро был воспитателем казармы имени Вилхэвена. Едва я распахнул в нее
дверь, смех оборвался, ближайший ко мне кадет проорал:
- Смирно!
Кадеты мигом выстроились в две шеренги у коек. Некоторые были еще в полной
форме, другие - без кителей, третьи - в нижнем белье. Постели на койках измяты.
Типичная картина кадетского отдыха перед отбоем.
- Вольно, - скомандовал я. - Где ваш сержант?
- Наверно, в своей квартире, сэр, - ответил кадет с нашивками капрала.
- Пригласите его, пожалуйста, сюда.
- Есть, сэр. - Капрал проворно надел ботинки и шмыгнул за дверь.
Полминуты прошло в абсолютной тишине. Наконец, шаги.
- Сержант Ольвиро по вашему приказанию прибыл, сэр!
- Вольно, сержант. - Я вышел на середину прохода между шеренгами и обратился к
кадетам. - Наступит день, когда вам придется командовать рядовым и сержантским
составом. Но вы должны научиться не только приказывать. Сейчас я преподам вам урок. -
Я повернулся к Ольвиро. - Сержант, приношу вам свои извинения за грубые и
необоснованные упреки, высказанные мною сегодня в столовой в приступе
раздражительности. Весьма сожалею о случившемся и впредь постараюсь держать свои
нервы в узде. - Я прошелся взглядом по нап
...Закладка в соц.сетях
