Жанр: Научная фантастика
Николас Сифорт 4. НАДЕЖДА ПОБЕДИТЕЛЯ
... - Извини, старина, - бормотал он, - дай Бог, утром не буду помнить этого кошмара.
Я довел его до самой квартиры и пошел к себе спать, но уснул лишь к утру.
Сержант вошел в кабинет строевым шагом, остановился перед моим столом, вытянулся
по стойке "смирно" и доложил:
- Сержант Серенко по вашему приказанию прибыл, сэр!
- Вольно, сержант, садитесь. - Мой тон был подчеркнуто официальным. Но мне
показалось, что я перегнул палку, и я добавил теплоты:
- Дело пустяковое, сержант. Недавно мы проверяли запасы и оборудование, обычная
проверка, ничего особенного, но кое-что нам показалось неясным. Вот я и решил
выяснить у вас некоторые пробелы.
- Пробелы, сэр? - Серенко уставился на меня невинными голубыми глазами. - Не
вполне понимаю, что вы имеете в виду.
- Ну, например, скафандры. Дело в том, что их заводские номера не совпадают с
номерами, записанными в нашем компьютере.
- Впервые слышу о номерах, сэр. - Он непонимающе повернулся к Толливеру. -
Лейтенант, вы ради этого просматривали мои финансовые документы? Почему вы не
спросили у меня об этом прямо?
- Потому что...
- Молчать, Толливер! - рявкнул я. - Сержант, он действовал по моему приказу. - Черт
возьми, все мои планы тактичного допроса провалились в тартарары! -
У вас в финансовой документации полный хаос. Я собираюсь провести расследование.
Сержант встал, гневно сверкая глазами.
- Тогда отправьте меня в отставку! - потребовал он. - Если вы подозреваете меня в
нечестности лишь на том основании, что я точно исполнял все указания прежнего
начальника Академии...
- Я не разрешал вам вставать! - загремел я и для убедительности стукнул кулаком по
столу. - Сесть! - Он сел. Я заставил себя говорить спокойно. - Мы не обвиняем вас, а всего
лишь хотим выяснить некоторые мелкие вопросы, возникшие...
- Мелкие?! Вы специально тянули время, дожидаясь, пока лейтенант Слик...
- Молчать! Еще раз перебьете - и я вас уволю! Это в лучшем случае, Серенко! А могут
быть последствия и похуже. - Я резко встал. - Здесь я начальник! Будете делать так, как
прикажу я! Сколько вам нужно времени, чтобы прояснить ситуацию со скафандрами?
- Понятия не имею. Во-первых, мне нужна копия того документа, на основании
которого вы подозреваете нарушения. Во-вторых, мне надо... - Оробев под моим зверским
взглядом, Серенко сменил пластинку:
- Два дня мне, пожалуй, хватит. Как ни крути, а запросы в отдел снабжения
Адмиралтейства мне придется послать, а потом надо дождаться ответа.
- Потрудитесь разобраться с этим до того, как я вернусь с церемонии принятия
"Веллингтона"! А мистер Толливер к этому времени подготовит другие вопросы. Идите.
Серенко вышел.
- Я рад, что не допрашивал его сам, - с обычным сарказмом усмехнулся Толливер. - Вы
допросили его с присущим вам так-том. Я бы так не сумел.
- Хватить ехидничать. - Я бросился расхаживать по кабинету, кипя негодованием. -
Хрен с ними, скафандрами, но каков наглец! Перебивает самого начальника Академии!
Неслыханно! Огрызается! Как низко пала здесь дисциплина!
- Здесь же не корабль, сэр. Пригрелись на теплых местечках, вот и раскуздяйничают.
- Вот-вот! Сержант, называется! Одно название! - Я в бешенстве бросился на диван. -
Какое бесстыдство! Он такой же наглец, как и вы!
- Вам плохо спалось, сэр? - ехидно приподнял бровь Толливер.
- Хватит дерзить! Да, я не выспался. А тут еще этот нахал.
- А ты не наглец? Я недавно звонил в отдел кадров. Капитан Хигби мне кое-что
поведал.
- Представляю, что он наговорил обо мне. - Чтобы заставить Хигби перевести Эдди в
Академию, мне снова пришлось хамить, дерзить, угрожать. Одним словом, тогда я
малость покипятился.
- Просьбы, пожелания есть? - Толливер встал.
- Нет. Есть один вопрос. - Я сел за стол. - Почему ты назвал Джеффа Торна моим
дружком?
- Беру свои слова обратно.
- Отвечай!
- Мне так показалось.
- Черт бы тебя побрал, Эдгар, ты же знал его!
- Еще как! Торн презирал меня. Правда, теперь он, наверно, уже не помнит этого.
Кадеты обрадуются, если он обучит их компьютерным играм.
- Пошел вон!
На этот раз Толливер не стал спорить.
- Прошу садиться, - произнес я сакраментальную фразу, войдя в столовую. Задвигались
сотни стульев, обед начался. Я занял свое обычное место за круглым столом. Джефф Торн
оказался напротив меня, рядом с Сандрой Экрит. Лицо его было непроницаемым, волосы
аккуратно причесаны, униформа - в идеальном порядке. Следов тяжкого похмелья не
замечалось, если не считать нездорового румянца.
Я украдкой поглядывал на своего бывшего друга и покровителя, с болью замечая
печальные изменения. Всегда опрятный, подтянутый, веселый, обаятельный, гардемарин
Джефф превратился в хмурого, обрюзгшего, полноватого лейтенанта Торна. А ведь ему не
было и тридцати.
Да и сам я после тяжелой ночи был не в лучшей форме. Мучительные размышления
перемежались недолгими минутами забыться, несколько раз снился отец. А утром после
нервного разговора с сержантом Серенко остался неприятный осадок. Несмотря на все
это я попытался завязать с Торном беседу. Толливер наблюдал это жалкое зрелище с
нескрываемой насмешкой. Разговор не клеился, и я мрачно умолк, горько жалея, что
вызволил Торна из Богом забытой дыры. Вдруг к нашему столу подошел запыхавшийся
"специальный" кадет.
- Докладывает кадет Кил Дрю, сэр. Мистер Киндерс просил передать, что вам звонят
из Кардиффа.
Я поспешил к телефону у двери, едва не переходя на галоп.
- Анни?
- Нет, капитан, это я, Эдди Босс.
- Что случилось?
- Анни уже второй день не ест, только лежит и плачет. Не знаю, разрешить ей остаться
здесь или нет.
- Знаешь, что... - Что, в самом деле? Отправить ее обратно в клинику, откуда она
сбежала? - А чего она хочет, Эдди?
- Валяться целыми днями и жалеть себя, вот чего она хочет!
- На ее долю выпали нелегкие испытания, мистер Босс.
- Не одной ей было плохо, сэр. Нельзя ж все время думать о прошлом. - Чувствовалось,
что капризы Анни уже достали его.
- Значит, не ест ничего. А пьет?
- Пьет, еще как пьет! Много чая. Больше ничего.
- Давай подождем еще сутки. Если и завтра она не начнет есть, тогда вызывай такси и
вези ее на вокзал, а оттуда - в Академию. Ты ездил когда-нибудь на поездах?
- Нет, но я ж не гикнутый, капитан, - обиделся Эдди, - разберусь как-нибудь с
расписанием.
- Хорошо. Звони, если возникнут трудности.
Я вернулся к столу. Толливер тревожно-вопросительно приподнял бровь, я в ответ
отрицательно покачал головой Но тревога за Анни не проходила. Если к ее
разбалансировке гормонов добавится истощение, к чему это приведет? От мрачных
мыслей меня оторвала Сандра:
- Простите, сэр...
- Слушаю, мисс Экрит.
- Согласно вашему приказу я обучала кадета Стрица. Так вот, за последние две недели
его успеваемость заметно повысилась.
- Хорошо. - Я сосредоточенно резал рулет.
- Вы также упомянули тогда, что я обязана учить его до тех пор, пока успеваемость не...
В общем, в связи с тем... Поскольку теперь.. - Так и не договорив, Сандра смущенно
умолкла.
- По-моему, гардемарины должны уметь говорить законченными предложениями.
Джефф, помните, как вы заставляли меня по часу стоять лицом к стене, когда я начинал
мямлить?
- Конечно, сэр, ведь тогда у вас не было оправдания. Вы говорили не с начальником
Академии.
- Ладно, мисс Экрит, - смилостивился я, - вы можете не утруждать себя помощью
кадету Стрицу, когда научитесь говорить законченными фразами.
- Есть, сэр, - ответила Сандра, тщательно скрывая свою досаду.
- Попробуете произнести законченную фразу на эту тему спустя две недели. Если
успеваемость кадета останется на приемлемом уровне, я освобожу вас от этой нагрузки.
- Есть, сэр. Спасибо, сэр.
После обеда по пути к офицерским квартирам ко мне присоединился Джефф Торн.
Вначале мы шли молча. Наконец Джефф решился спросить:
- Кажется, вчера я показал себя не с лучшей стороны?
- Я надеялся, ты это забудешь.
- Прости, если что было не так.
- Выражался ты, конечно, не очень пристойно, но для разговора под рюмашку вполне
терпимо, - уклончиво ответил я, стараясь не показаться ханжой.
- Ты знаешь, что мне осталось служить всего пять месяцев?
- Знаю, но надеюсь, ты завербуешься на новый срок.
- Нет. Уйду в отставку. Мою карьеру уже не поправить.
- Только из-за карьеры? Не неси ахинею, еще не все потеряно. Одумайся, рано тебе
уходить в отставку.
- Командир не имеет права заставить подчиненного завербоваться на новый срок.
Статья сто вторая, параграф...
- Ну ты даешь! - заржал я. - Цитируешь устав не хуже меня.
- Стараюсь походить на прославленного героя.
- Хватит паясничать! - вспылил я. - Какой я, на хрен, герой? Я мошенник! Дутая
знаменитость! - Остановившись, я вдруг заметил "специальных" кадетов, следовавших за
мной по пятам, и загремел на них громовым голосом:
- Какого хрена вы за мной...
- Бегите, парни! - приказал им Джефф. - Нам надо поговорить. Живо!
- Есть, сэр. - Испуганно козырнув, кадеты понеслись прочь.
- Не я спас "Дерзкого", рыба спасла! - орал я, как сумасшедший. - А на Надежде я
совершил уголовное преступление! Врут журналюги, не верь им.
- Полегче, капитан, - увещевал меня Джефф.
- Думаешь, я кривляюсь?! Нет! Это правда!
- Ладно, ты не герой, только не шумите, мистер Сифорт.
В голосе Джеффа воскресли те самые непередаваемые нотки, которые я так обожал в
далекие кадетские времена, и вдруг я снова почувствовал себя одиноким маленьким
страдальцем, которому судьба нежданно-негаданно подарила сильного, умного друга.
- Знаешь, Джефф, - чуть не всхлипнул я, - не получается у меня ладить с людьми. Я ору
на всех, издеваюсь над подчиненными. Как только понял, что Сандра Экрит не любит
сидеть за одним столом с кадетами, так сразу заставил ее помогать кадету осваивать
навигацию. Мне нужен помощник, способный обуздать мой дурной нрав.
- Ничего с Сандрой не случится, - усмехнулся Торн.
- Ты даже не представляешь, чего мне стоило выцарапать тебя из Каллисто! Хигби мне
этого никогда не простит. Как я ему грубил! угрожал! А он ведь старше меня!
- Поделом ему. Ты правильно ему врезал.
- Нет, Джефф, ты не представляешь! Я сжег за собой все мосты!
- Вижу, что ты вот-вот сорвешься с нарезки. Нервишки пошаливают?
- При чем здесь нервы!
- Пойдемте-ка, мистер Сифорт, ко мне.
Я хотел возмутиться - лейтенант приказывает капитану! - но почему-то покорно
поплелся за ним.
Оставив меня в гостиной, он закрыл дверь в спальню (но я успел заметить скомканную
постель), зашел в свой домашний кабинет и, вернулся с бутылкой джина.
- Не пей сейчас, Джефф, пожалуйста, - взмолился я.
- Я и не собирался. Это для тебя. - Он плеснул в стакан немного джина, бросил пару
кубиков льда, протянул мне. - Пей.
Я послушно хлебнул, поморщился - давненько не пробовал крепких напитков - и снова
завел свою волынку:
- Джефф, ну почему все-таки ты не хочешь завербоваться на следующий срок? Ты так
мне нужен. Оставайся.
- Я гожусь в образцовые офицеры? Видишь? - Джефф обвел рукой грязную квартиру. -
Нам вдалбливали в голову высокие понятия: честь, храбрость, самоотверженность. А в
действительности армия живет по-другому. Я по таким законам жить не хочу.
- В моих глазах ты был самым лучшим гардемарином.
- Чушь собачья.
- Да знаешь, что ты для меня значил! - вскрикнул я и бухнул стакан на стол так, что
выплеснулся джин.
- Забыл, как тебя из-за меня выпороли?
- Ты о "походе" в камбуз? Ерунда какая!
- А я жалел о том проколе долгие годы. Я во всем был виноват, один только я...
- Не дури, Джефф. - Я быстро промокнул на столе капли джина.
- Ник, может быть, я действительно чем-то помог тебе тогда, но все это в прошлом. Я
неудачник. История с камбузом, потом с женой Дагани... Слишком много ошибок.
Как же его образумить? Я медленно потягивал капли со дна стакана. Наконец пришла
дельная мысль.
- Скажи, Джефф, зачем ты перебил меня, когда я орал на кадетов?
- Они были не виноваты, а ты мог влепить им кучу нарядов.
- Ну и что? Они же всего лишь кадеты.
- Не прикидывайся, будто ты не считаешь их за людей.
- В том-то и дело, что иногда не считаю. Вот для чего ты нужен мне, Джефф.
Печально помолчав, он задумчиво вздохнул:
- Жаль, что нам не довелось служить вместе, Ник.
- Жаль... Ты удержал бы меня от преступлений, не позволил бы мне погубить свою
душу. Только не спрашивай, как это произошло. Все равно не скажу.
Джефф откинулся на спинку кресла, снова умолк и погрузился в задумчивость.
- Ник, - наконец устало промолвил он, - куда делись надежды нашей юности?
- Умерли от старости. - Я встал. - Спасибо за джин. Джефф, ты же видишь, что со мной
происходит, я не справляюсь с обязанностями. Не уходи в отставку, помоги мне.
- А знаешь, я ведь действительно думал, что ты вызвал меня лишь для того, чтоб
рассчитаться за тот дурацкий случай в камбузе.
- Пожалуйста, не уходи в отставку.
- Ладно, подумаю, сэр.
Больше я его не упрашивал. Я знал - он останется.
17
Я нетерпеливо поглядывал в иллюминатор шаттла. Еще два шаттла ждали своей
очереди подплыть, медленно маневрируя, к стыковочным узлам гигантского корабля
"Веллингтон". Какая скука! Придется вести вежливые беседы с политиками и высоким
начальством Военно-Космических Сил, с теми самыми офицерами, которые по
выражению адмирала Дагани представляют собой "второй" флот.
За мной на сиденьях ерзали кадеты. Гардемарин Адам Тенер что-то шепнул Йохану
Стрицу, и оба довольно заржали. Я обернулся, пронзил их лазерным взглядом, и пацаны
мигом притихли.
- Если я пожалею, что взял вас с собой, то вы пожалеете еще больше! - пригрозил им. я.
Пацаны съежились.
Бледный, подавленный Роберт Боланд, недавно переживший приступ тошноты,
выпрямился; Стриц и Арнвейл смиренно опустили глаза; Джеренс Бранстэд зарделся.
Вскоре кадеты по команде Адама тихонько поднялись с мест и пошли в хвостовую часть к
огромному иллюминатору. Меня грызло раскаяние. Стыковка задерживается, но при чем
здесь гардемарин и кадеты? Какого черта я срываю на них злость?
Зачем я взял их на столь важную церемонию? Достойны ли они столь щедрого
поощрения? Правда, Бранстэд и Боланд - лучшие по дисциплине и успеваемости, но
можно было наградить их скромнее: объявить благодарность, освободить на неделю от
очередных нарядов на камбузе. Что скажут мои коллеги? Капитан Сифорт таскает на
государственные церемонии детей!
Ну и ладно. Будет благовидный предлог уйти с поста начальника Академии. Не годен я
для этой работы, не мое это. И вообще, надо уйти в отставку, посвятить остаток жизни
заботе об Анни.
Наконец наш шаттл пристыковался. По пути к шлюзу я в сотый раз осмотрел свою
белоснежную парадную униформу, поправил давно выровненный галстук. У шлюза, как и
требует протокол, я официальным тоном произнес в микрофон:
- Капитан Сифорт и сопровождающие его лица просят разрешения войти на корабль.
- Разрешаем, сэр, - послышалось из динамика. - Добро пожаловать на борт военнокосмического
корабля "Веллингтон".
Люк шлюза открылся. Впереди был просторный коридор.
- Смирно! - рявкнул лейтенант. Две шеренги солдат вытянулись, блестящие офицеры
замерли с приложенными к козырькам руками. Кадет Боланд изумленно застонал, а
Джеренс, проведший на "Виктории" несколько месяцев, взирал на великолепие
настоящего боевого корабля едва ли не равнодушно. - Лейтенант Холлис, сэр! Добро
пожаловать на борт нашего корабля. - Он показал на лестницу. - Капитан Причер пока на
мостике, выйдет, когда соберутся журналисты. Адмирал Дагани, сенатор Боланд и другие
уважаемые гости ждут в гостиной. Куда вас проводить, сэр?
Во всяком случае, не в гостиную. Терпеть не могу политиков.
- Мне бы хотелось поговорить с капитаном, если он не возражает, - ответил я.
- Конечно, ему будет приятно встретиться с вами, сэр. - Лейтенант скользнул взглядом
по моему необычному сопровождению - Адаму Тенеру и кадетам. - Ваш эскорт пойдет на
мостик с вами?
Оставить их без присмотра в гостиной - большой риск. Мало ли что мальчишки учудят
в присутствии важных политиков? Вдруг Адам собьет кого-нибудь из них с ног за углом,
как однажды проделал это со мной?
- Да, они пойдут со мной.
Лейтенант повел нас по идеально чистому коридору. Нигде ни пятнышка, ни щербинки
- новенький корабль, только что выпущенный ракетостроительным заводом в Лунаполисе.
Испытания "Веллингтона" завершились всего две недели назад.
Перед капитанским мостиком я выстроил кадетов в шеренгу и строго приказал:
- Ждать здесь, пока не позову!
Лейтенант почтительно распахнул передо мной дверь:
- Прошу вас, капитан Сифорт. Навстречу мне с холодной улыбкой поднялся капитан
Причер.
- Рад видеть вас, капитан Сифорт. А вы, лейтенант, можете идти.
- Добрый день, сэр. - Я отдал честь первым (Причер был старше меня на несколько лет)
и жадно впился взглядом в приборы капитанского мостика, оснащенного
суперсовременными системами. Одна из стен
полностью была занята голографическим экраном, на котором сияли мириады звезд.
- Вы добирались сюда с проблемами, мистер Сифорт? - с любезной едкостью
осведомился Причер, буравя взглядом синяки, украсившие мою рожу в походе по
трущобам.
- Нет, сэр, - скромно ответил я, зардевшись. Объяснять происхождение фингалов я,
конечно, не стал.
- Торжественная церемония начнется через час. Все хотят выступить, говорильни будет
немало. Принимать корабль будет заместитель Генерального секретаря ООН Франджи, но
прежде мы продемонстрируем возможности "Веллингтона" политикам и журналистам.
- Не сомневаюсь, что ваш корабль оставит незабываемое впечатление.
- Надо произвести впечатление, чтобы оправдать "незабываемые" средства, вложенные
в "Веллингтон", скривился Пример. - Экипаж собрался с разных кораблей, так что
пришлось повозиться, сколачивая команду. Я по своему опыту знал, сколько сил и
времени требует "сколачивание" новой команды, и искренне сочувствовал бедняге
Причеру.
- Куда пошлют ваш корабль, сэр? - Конечно, я заранее знал ответ, но хотелось
перевести разговор на другую тему.
- Никуда. Останемся в Солнечной системе. Приятно служить неподалеку от дома, не
терзаться скукой нудного полета к дальним планетам.
- Хороший вам достался корабль, сэр.
- Великолепный. Вооружение превосходное, сверхсветовой двигатель новейшей
модели. Сами взгляните - если хотите, я дам вам сопровождающего.
- Большое спасибо, сэр, но сейчас вашему экипажу не до этого. Подожду до поры.
- Тогда подкрепитесь легкими закусками в гостиной на втором уровне, - предложил
Причер вежливо, но с таким оттенком, что сомнений у меня не осталось: пора выметаться
с мостика.
- Спасибо, капитан. Удачи вам. - Я козырнул, но Причер уже отвернулся к дисплею и
не удосужился мне ответить.
Делать было нечего, пришлось идти всей гурьбой на второй уровень в гостиную к
политиканам. Прежде чем туда войти, я спросил сенаторского сынка, страдавшего от
невесомости в шаттле:
- Как вы себя чувствуете, мистер Боланд?
- Хорошо, сэр. Гравитация помогла, мне стало гораздо лучше.
- Внимание! - рыкнул я и обвел строгим взглядом своих подопечных. - Сейчас вы
войдете в помещение, где собрался цвет нашей политики и Военно-Космического флота.
Никаких разговоров! Ни звука по собственной инициативе! Открывать рот вы можете
только для ответа на прямые вопросы. Ни в коем случае не перебивать! И вообще, ведите
себя как настоящие джентльмены. Адам, не спускай с них глаз!
Я еще раз осмотрел свой мундир, открыл дверь и шагнул в просторную гостиную.
- Наконец вы пришли, Ник! - приветливо воскликнул адмирал Дагани. В руке у него
был стакан с коктейлем, явно не безалкогольным.
Вообще-то пить на кораблях строго запрещено, но торжественные церемонии -
исключение. К тому же тут присутствовали и штатские: политики и журналисты.
- Здравствуйте, сэр, - учтиво произнес я.
- Позвольте представить вас заместителю Генерального секретаря ООН. Кадеты? - Он
недовольно покосился на моих спутников. - Идея, прямо скажем, эксцентричная, если не
сказать больше... А это... Это сын сенатора Боланда?! Да вы молодчина, Ник! Гениально! -
Адмирал жизнерадостно похлопал меня по плечу. - Сенатор Боланд будет доволен!
- Я взял кадета Боланда не для того, чтоб порадовать его отца, а потому, что он
заслужил это, - начал я объяснять натянутым тоном. - Его оценки и...
- Ладно тебе прикидываться, - хитро ухмыльнулся Дагани, все еще похлопывая меня по
плечу. - Правильно сделал!
- Простите, сэр, - робко чирикнул сзади Адам.
- В чем дело?! - зашипел я, резко развернувшись. Как этот щенок посмел вмешаться в
мой разговор с адмиралом Дагани!
- Кадета Боланда снова тошнит, - тихо сказал Адам. - Что делать? Проводить его в
туалет или послать его туда одного? Или вывести из гостиной всех кадетов?
- Из-за такого пустяка ты посмел... - Я спохватился и прикусил язык. За что я собрался
ругать гардемарина? Он правильно сделал, вопрос важный. - Туалет рядом, отправь
слабака туда одного и присматривай за остальными кадетами. - Я повернулся к Дагани и
продолжил свои оправдания:
- У кадета Боланда действительно самая высокая успеваемость...
- Ладно, ладно, - перебил меня Дагани, - пойдемте, познакомлю вас с Франджи и
другими не менее известными персонами.
Пришлось идти за адмиралом к косяку знаменитостей.
- Мистер Франджи, позвольте представить вам капитана...
- Сифорта! - закончил Франджи, перебив адмирала. - Разве можно не узнать
знаменитого капитана Сифорта?! - Низкорослый темноволосый заместитель секретаря
протянул мне руку. - Я давно хотел встретиться с вами, но вы, говорят, стесняетесь
появляться на публике.
- В некотором роде, сэр...
- Однако газеты снова запестрели вашими фотографиями, как только "Виктория"
вернулась домой. Такова жизнь, никуда нам не деться от журналистов. Не пора ли вам,
молодой человек, всерьез заняться политикой? А мы охотно поможем.
Одни политики заулыбались, другие вцепились в меня оценивающими взглядами. Нет!
Ни за что на свете! Хватит с меня обмана и преступлений!
- Я не нахожу в себе способностей политика, сэр, - выдавил я из себя, - ведь я офицер и
могу служить только на флоте.
- Но когда-нибудь вам придется уйти в отставку, а на этом жизнь не кончается. Как
только решитесь попытать свои силы в политике, обращайтесь ко мне или к Ричарду. Вот
он, здесь, к вашим услугам, - кивнул он на Боланда.
- Надо будет подумать, - уклончиво ответил я. Не высказывать же ему в лицо все, что у
меня на душе. - Рад видеть вас, сенатор, - улыбнулся я Боланду, искренне радуясь
знакомому лицу среди клики больших шишек.
- И я рад вас видеть, капитан, - любезно осклабился он, ничем не выдав своего
истинного ко мне отношения.
Я покраснел, со стыдом вспоминая свою глупую клятву с угрозой уйти в отставку, и не
знал, как держаться, что говорить. Слава Богу, Ричард Боланд разрядил дурацкую
ситуацию, заведя непринужденную болтовню о пустяках:
- Огромный корабль, не правда ли? Какая просторная гостиная! Знаете, политиком я
стал случайно, а когда-то мечтал служить в Военно-Космических Силах.
Дипломат из меня никудышный, но от презрительного фырканья я все-таки удержался.
Разве можно стать кем-то случайно? Я мечтал о флоте с десяти лет и делал все, чтобы
добиться своего: поднажал на математику, в журналах читал запоем статьи о флоте. Будь
у Боланда на самом деле желание стать офицером, он бы для этого костьми лег. Но сейчас
заводить спор было не время.
- Зато вашу мечту осуществит ваш сын, - "утешил" я сенатора.
- Это его собственная мечта, я его не заставлял. Кстати, весьма польщен тем приятным
фактом, что вы взяли его с собой, но еще лучше было бы узнать об этом заранее.
- Возможно, - холодно ответил я. Хрен тебе, не дождешься! Чтоб я обзванивал
родителей, извещая о каждом шаге их сынков? Когда рак на горе свистнет!
- Между прочим, капитан, тот необычный вопрос с кадрами улажен в лучшем виде.
О чем он? О Джеффе Торне? Что за бессмыслица? А... Он о Слике! Конечно, о трупе
лейтенанта Дарвина Слика!
- Его похоронили? Все как следует?
- Да. В Лунаполисе. Вы правильно поступили, что обратились к Дагани. Ни к чему вам
скандал с таинственным самоубийством подчиненного.
На самом деле это была идея Толливера, без него я точно напоролся бы на скандал.
- Знаете, я слишком прямолинеен и не умею улаживать такие дела, так что без помощи
адмирала Дагани правда не мог обойтись.
- Ричард, - окликнул Боланда сенатор Уиверн, - я вижу, ты захватил нашего юного
героя в личную собственность?
- Болтали о пустяках, Бретт. - Боланд тактично удалился к группке адмиралов, уступив
Уиверну место.
- Капитан, журналисты жаждут взять у вас интервью, - хихикнул Уиверн. - Если
представители масс-медиа не идут к Франджи, он сам идет к ним; а вот взять интервью у
вас им пока еще не удавалось.
- И не удастся, надеюсь.
- О, вы не знаете журналистов! Это такие наглецы! Им ничего не стоит вас растерзать,
поэтому я хочу вам помочь. Давайте выйдем в тихое местечко, где я смогу дать вам
хороший совет.
Я глянул на часы.
- Но церемония начнется через несколько минут.
- Этих минут нам вполне хватит.
Мне не терпелось отделаться от него, но наживать новых врагов не стоило. В конце
концов, Академия превыше всего. И я послушно последовал за сенатором.
После гула людной гостиной коридор показался странно тихим. Мы зашли за угол. Я
волновался за кадетов, оставшихся без присмотра, если не считать гардемарина Тенера,
но от него можно ждать чего угодно.
- Итак, - страдальчески вздохнул я, - каков ваш совет?
Улыбка сенатора померкла, во взгляде появилась жесткость.
- Чтобы выдержать натиск журналистов, вы должны быть готовы к самым коварным,
самым наглым вопросам.
- Я готов.
- Они буду изводить вас вопросами о вашей сказочной карьере, о чудесных спасениях
из безвыходных положений, но это все цветочки, а ягодки впереди. Наверняка вас спросят
и о душевнобольной жене, сбежавшей из клиники в трущобы Нью-Йорка, и...
- Сенатор! - рыкнул я,.
- О бывшем трущобнике, сожительствующем с ней в доме вашего покойного отца в то
время, как вы в Академии изображаете из себя строгого блюстителя нраво
...Закладка в соц.сетях
