Жанр: Религия
Основы религиоведения
...ктер.
Мировая душа проявляется в сознании и воле каждого отдельного человека
и выступает в качестве синтезирующего начала всего многообразия
социальной деятельности.
Булгаковская софиология в применении к историческому процессу
выражается в эсхатологизации общественного прогресса, включении в
сознательную деятельность людей провиденциальной цели. София
обусловливает и характер общественного развития "как провидение,
как объективная закономерность, как закон прогресса", она обеспечивает
реализацию христианского идеала. С. Н. Булгаков подчеркивал,
что только христианское мировоззрение позволит утвердить
197
справедливые принципы производства и распределения, свободы и
равенства, лучшей социальной организации общества и подлинной
культуры.
3. Новое религиозное сознание
Кризис официального богословия и церкви, проявившийся в середине
XIX в., особенно обострился на рубеже XIX и XX столетий.
Необходимость ограждения религии от надвигающейся опасности
понимали наиболее дальновидные церковные и нецерковные
мыслители, предпринявшие еще одну попытку приспособить
традиционную православную доктрину к новым условиям развития
России.
Наиболее видными представителями религиозно-философского
обновления в церковных кругах были епископ Сергий (Страгородский
Иван Николаевич; 1867 - 1944), позже местоблюститель патриаршего
престола и патриарх, протоиерей С. А. Соллертинский, протопресвитер
И. Л. Янышев (1826 - 1910), архимандрит Антоний (1864
- 1936), Е. П. Аквилонов и др. В среде либеральной интеллигенции
обновлением исторического христианства и его философии занимались
Л. И. Шестов (1866-1938), И.О. Лосский (1870-1965),
Н. А. Бердяев (1874 - 1948), С. Н. Булгаков, Д. С. Мережковский
(1865-1941), В. В. Розанов (1865-1919), Д. В. Философов (1875
- 1929), Н. М. Минский (1855- 1937).
Одним из видных представителей "нового религиозного сознания"
экзистенциалистского направления начала XX столетия был
Н. А. Бердяев. Нетрадиционная постановка онтологических, гносеологических,
социально-этических проблем сделала его популярным в
среде многих философов, социологов, политологов, писателей и
публицистов. Н. А. Бердяев стал выразителем воззрений буржуазнолиберальной
интеллигенции, недовольной "политическим победоносцевским
клерикализмом", "откровенно охранительной функцией
православной церкви", объявлявшей самодержавие "чисто
христианским правительством". Он разработал собственный вариант
православного персонализма, включающего философские,
политические, экономические, нравственные, эстетические воззрения.
В своих работах "Философия свободы", "Опыт эсхатологической метафизики",
"Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого",
"Самопознание" и других он изложил систему своих
философских взглядов. Исходным принципом персоналистской конструкции
Н. А. Бердяева, ее основой является понятие универсального,
абсолютного бытия. Оно трансцендентно, не имеет пространственных
и временных определений, не подчинено закону необходимости.
Носитель универсального бытия - божество. Оно обусловливает
единство бытия, отсутствие в нем зла. В процессе грехопадения
возникло другое - вторичное бытие, в котором все стало временным,
т. е. исчезающим и возникающим, умирающим и рождающимся; все
стало пространственным и отчужденным. Вторичное бытие распалось
на составные части, в том числе и материальный мир, лишенный смысловой
связи. Н. А. Бердяев допускает существование независимого от
Бога "ничто", использованного для сотворения мира. Эта точка зрения
была оценена отрицательно не только православными богословами, но
и сторонниками обновления христианства.
Считая природное бытие символическим отражением первореальности,
Н. А. Бердяев тем самым отвергает библейский креационизм
и провиденциализм. Бог у него не наделяет человека свободной волей,
он не властен над небытием. Иррациональная свобода существует до
акта творения, как первичный хаос она несет в себе зло и страдания,
ужас смерти и бессмысленность бытия. Она представляет "вневременное
свершение", делает невозможным осмысление мирового процесса.
Беспомощность познавательного процесса, с точки зрения Н. А. Бердяева,
можно преодолеть ориентацией познания не на "факты науки",
а на "факт религиозного откровения".Наличие двух несводимых реальностей - первичной и вторичной
- предполагает у Н. А. Бердяева различные формы их познания:
мистическую интуицию, посредством которой постигается идея бытия,
и объективацию как средство постижения предметной, вторичной
реальности. Мистическая, или первичная, интуиция рисуется
Н. А. Бердяевым как нерационализированное познание сущего, раскрывающее
"логос, смысл мира". Это органически целостное познание,
тождественное соборному разуму. Основными степенями восхождения
к истине посредством мистической интуиции являются догматы. Они
- "лестница к небу и Богу", "могучее орудие творческого перерождения
мира, творческого его развития".
Этическое учение Н. А, Бердяева также во многом отлично от православной
ортодоксии. Признавая наличие абсолютного и вечного
нравственного закона, данного в Откровении, он одновременно существующее
в мире зло соотносит не со свободой воли человека, а с
иррациональной свободой, коренящейся в первичном хаосе, предшествующем
акту творения. Бог не творит ни добро, ни зло, и поэтому
он не несет за них ответственности. Бердяевский вариант теодицеи
тем самым исключает ортодоксальное представление о божественном
всемогуществе. Исполнение морального долга Н. А. Бердяев соотносит
со вторым видом свободы - рациональной свободой. Наконец, третий
вид свободы, определяемый любовью к Богу, проявляется как божественная
жертва во имя искупления мира и человека.
В соответствии со своей конструкцией свободы Н. А. Бердяев
различает три ступени в развитии этических установок: этику закона,
этику искупления и этику творчества. По его мнению, этика закона,
сформулированная в Ветхом Завете, устанавливает различие только
между добром и злом, строгие правила и нормы, нетерпимость исходят
всецело из страха перед Богом. Эта этика должна быть дополнена
этикой искупления, в которой определяющим является подражание
нравственному подвигу Христа. Однако подлинно христианской этикой
Н. А, Бердяев считает этику творчества. В соответствии с ее требованиями
страх и наказание не играют никакой роли в исполнении
человеком нравственного долга. Этика творчества предполагает свободную
любовь человека к Богу, размышление о Боге, истине, красоте,
воспитание святости, духовное преображение, влюбленность в высший
мир, возвышение личности до богоподобного совершенства. Она обусловливает
достижение человеком апокатастазиса.
Философские и этические воззрения Н. А. Бердяева являются
исходным принципом его социально-политических теорий. В работах
"Смысл истории", "Философия неравенства", "Новое средневековье"
он обосновывает неоправданность социальных революций, бесперспективность
изменения общественных условий жизни вне божественного
творчества. По его мнению, К. Маркс превратил исторический
процесс "в окончательно лишенный души". Марксистское понимание
истории было оценено им как "стремление сочетать притязания просветительского
разума с мессианскими притязаниями". Между тем главной
задачей истории является приобщение к тайнам духовной жизни,
раскрытие человеческой судьбы, представляющей "совокупность
действий всех мировых сил". В конечном счете объектом исторического
познания оказывается у него то, что фиксируется в категориях
"историческая память", "историческое предание".
Для Н. А. Бердяева утрачивает смысл любое учение о характере
прогрессивного развития общества, если из него исключаются
религиозное воззрение и надежда. Он считает не утратившими своей
актуальности мессианские и хилиастические идеи, поскольку идея
прогресса предполагает такую цель исторического процесса, которая
не имманентна ему, т. е. лежит не внутри истории, не связана с какой-либо
эпохой, с каким-либо периодом прошлого, настоящего или
будущего, но возвышается над временем. С этих позиций он оценивает
и характер социальной революции, и сущность переустройства общественной
жизни на социалистических началах. В "Философии неравенства"
он выдвигает идею о революции как обмане и самообмане
народа, поскольку "революция всегда враждебна духу свободы". Революционное
преобразование общества Н. А. Бердяев отождествляет
с истреблением святости, а ее последствия - с уничтожением духовной
культуры, науки и искусства. Он говорит об "апокалиптичности русской
души", о склонности русского народа к нигилизму и пассивности.
Что же касается революционного учения, то оно, по мнению Н. А.
Бердяева, является результатом оторванности сознания человека от
сознания космического. Для Н. А. Бердяева социализм лишен твор200
ческого порыва, наполнен злобой и мстительностью". При этом он сочувствует
"христианскому социализму": "Братство людей возможно
лишь во Христе и через Христа", а коллективизм возможен только
в "соборном сознании церкви", поскольку корни человеческих бедствий
и человеческой нужды заложены в греховной природе человека и мира.
КАТОЛИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ
В католической философии можно выделить две тенденции: католический
спиритуализм, персонализм, экзистенциализм своими корнями
восходят к иррационализму и мистике древнегреческого
философа-идеалиста Платона и христианского теолога Аврелия
Августина, а неотомизм, тейярдизм и суарезианизм - к
рационалистической традиции Аристотеля (384 - 322 до н. э.) и средневекового
схоласта Фомы Аквинского (1226 - 1274).
1. Неотомизм
Неотомизм (лат. nео - новый и thomismus - учение Фомы
Аквинского) - влиятельное течение в философии католицизма. После
периода расцвета в XIII - XV вв. и последующей утраты своих
позиций в интеллектуальной жизни Западной Европы модернизированный
томизм возродился в силу ряда субъективных причин
в конце XIX в. Он не отрицал значения частных наук, признавал в
определенных границах роль эмпирического знания, использовал некоторые
постулаты рационализма, ставя их на службу теологии.
Энцикликой Льва XIII (1810 - 1903) "Aeterni patris" ("Отцу вечному",
1879) философия Фомы Аквинского (1225 или 1226 - 1274) была провозглашена
вечной и единственно истинной.
Вскоре после обнародования энциклики Ватиканом была создана
сеть институтов, школ и специальных католических центров, задачей
которых и ныне является изучение, развитие и популяризация учения
Фомы Аквинского. Этим занимаются старейший папский
Григорианский университет, основанный в 1552 г. создателем ордена
иезуитов Игнатием Лойолой (1491 - 1556), Институт святого Фомы
в Лувене (Бельгия), католические институты в Париже, Лионе, Лилле,
Турине, Академия Альберта Великого в Кельне и др. Только в Риме
и его окрестностях действует около 50 католических вузов и исследовательских
центров, в том числе 14 вузов, имеющих статус "папских
университетов". Католические вузы и научные центры ежегодно издают
сотни монографий и наименований журналов, истолковывающих
различные аспекты современной цивилизации в духе неотомизма,
ищущих в учении Фомы ключ к решению многих проблем конца XX
в. Видные представители неотомизма - Ж. Маритен (1882 - 1973), Э.
Жильсон (1884 - 1978), Г. Веттер (род. 1911), И. Бохенский (род.
1902), Г.Манзер (1866-1949), И. де Фриз (1874 - 1959) и др.
Принцип гармонии
веры и разума
Краеугольным камнем неотомизма является
учение о гармонии веры и разума. В свое вре-
мя Фома Аквинский, оценивая предшествующие
попытки решения указанной дилеммы [иррационализм
христианского апологета Тертуллиана (ок. 160 - после 220),
рационализм французского философа П.Абеляра (1079- 1142)],
пришел к выводу об их неприемлемости и необходимости выработки
новой концепции. Тертуллиан утверждал, что разум не в состоянии
постичь истины, открывающейся в акте веры, и тем самым признавал
неустранимостъ противоречия между разумом и верой, а значит, и невозможность
рационального доказательства бытия Бога. Для воззрений
А. Абеляра, напротив, характерен рационализм - предварительным
условием веры у него выступает разум ("понимаю, чтобы верить").
П. Абеляр подчеркивал преимущества разума перед слепой верой, подвергал
сомнению истинность догматов и тем самым проводил идею автономии
науки по отношению к теологии.
Предложенный Фомой Аквинским и его последователями принцип
гармонии веры и разума предполагает, что религиозная вера и знание
суть различные пути постижения Бога, который открывается естественным
образом через познаваемый разумом сотворенный мир и сверхъестественным
образом - через Откровение, божественное слово.
Согласно неотомизму, существуют три формы постижения истины: наука,
философия и теология. Низшая из них наука; она фиксирует
явления и устанавливает причинно-следственные связи между ними.
Но это лишь выявление непосредственных ближайших причин, дальше
которых наука не идет.
Философия - более высокая ступень рационального знания. Главной
ее задачей должно быть познание Бога как первопричины и конечной
цели всех вещей. Неотомисты, устанавливая функции
философии, особо выделяют следующие два положения: философия,
будучи наукой о высших причинах, вместе с тем является учением
о первой высшей причине и в этом плане смыкается с теологией;
философия посредством своей аргументации и понятийного аппарата
должна выполнять служебную роль по отношению к теологии.Рациональное знание ценно, согласно утверждению теологов, потому
что оно позволяет более полно понять истины Откровения. Посредством
"света разума" неотомизм пытается обосновать такие
догматы, как существование Бош, бессмертие человеческой души. Но
есть и догматы, при постижении которых обнаруживается ограничен202
ность философии и тем более науки. Таковыми являются догматы боговошющения,
воскресения, троичности Бога, которые постигаются
только путем божественного Откровения. В этом смысле теология
является в одно и то же время и вершиной рационального знания,
доступного человеку, и нерациональным сверхразумным знанием, тождественным
вере.
Понимание неотомистами взаимоотношения науки и философии,
с одной стороны, и теологии, с другой, тесно связано с их пониманием
взаимоотношения веры и знания. Принцип гармонии веры и знания
сводится к следующему: истины веры не могут противоречить истинам
разума, ибо Бог является творцом и Откровения, и разума. Противоречить
же себе Бог не может.
Ныне католическая философско-теологическая мысль обновляет
традиционную схему соотношения веры и знания за счет избирательного
использования теоретических достижений наук о природе и идеалистической
философии. Основными элементами этого обновления
являются обоснование положения о "новом" лице естествознания,
признавшего в настоящее время ограниченность своих методов познания
природы, и наличие "пограничных вопросов" между теологией,
философией и естествознанием. Усилия направлены на обоснование
возможности интеграции теоретических достижений науки в целостное
религиозное мировоззрение.
Учение о бытии Основным разделом философии неотомизма
является онтология (учение о бытии). Ее
предмет и основная категория - бытие - понимается неоднозначно,
поскольку неотомизм исходит из признания сверхъестественного и материального
(вторичного по отношению к первому) миров. Дать определение
бытия, согласно неотомизму, невозможно. Бытие для теологов
- это "абсолютно первое понятие", о котором лишь можно сказать,
что оно обладает существованием. С одной стороны, бытие в неотомистской
интерпретации предстает как абстракция общих свойств
материальных и нематериальных объектов, с другой - как Бог. Поэтому
онтология неотомизма выступает и как учение о свойствах
явлений природы, и как учение о бытии Бога.
Идеалистически понятое бытие состоит из потенции (она же возможность,
или "чистое бытие") и акта (действительности). Потенция
означает возможность изменения, становления чем-то определенным,
в то время как акт - реализация потенции. Акт бытия в мире определяется
божественной первопричиной посредством иерархии причин:
материальной, формальной, действующей и целевой. Первые две
причины находятся в самих вещах, последние - вне их. Материальная
причина, как и вся материя, лишена качественной и количественной
определенности; формальная выступает как принцип обретения материей
конкретной определенности; действующая означает определен203
ную субстанцию в виде материи и формы, вызывающую какое-либо
движение, а затем и возникновение чего-то нового; целевая определяет
способ реализации действующей причины, она свидетельствует о направленности
Божьего плана.
Вещи, созданные Богом, рассматриваются как субстанции, о которых
можно судить по их сущности и существованию. Все, кроме
Бош, состоит из сущности, т. е. из того, чем данное бытие является,
и из существования, т. е. из того, что определяет существование этого
бытия.
Многообразие окружающего мира неотомисты объясняют с
помощью идеи гилеморфизма (греч. "гале" - материя и "морфе" -
форма) или спецификой соотношения материи и формы. Первая для
них - метафизически понятая возможность, вторая - действительность.
Материя - это неопределенная, бесформенная и пассивная, неспособная
к самодвижению и самосуществованию потенция. Чтобы
стать определенной субстанцией, превратиться из возможности в
действительность и вообще существовать, материи требуется причина,
находящаяся вне ее. В результате действия указанных выше четырех
причин форма конституирует содержание - субстанцию.
В гилеморфическом истолковании все сотворенное Богом образует
так называемую иерархию бытия. Первые объекты, характеризующиеся
материей и формой,- минералы. Над неорганическим миром
возвышаются растения и животные, обладающие смертной душой, человек
и девять хоров "чистых духов" - ангелов. Человек, как и всякое
бытие, есть единство потенции и акта, материи и формы. Человеческая
бессмертная душа - это форма, определяющая бытие, человека. Она
более благородный элемент, нежели телесная организация, поскольку
принадлежит Богу.
Но как соотносится бытие Бога с сотворенным им бытием? Этот
вопрос неотомисты решают посредством признания аналогии Бога и
мира. Они исходят из того, что Бог и созданный им мир обладают
не единой и не противоположной природой, они суть аналоги. В силу
этого по свойствам всякого бытия можно составить определенное представление
о свойствах Бога.
Несмотря на то, что раскрытие любой категории онтологии имеет
целью обоснование бытия Бога, неотомисты, не останавливаясь на
этом, считают важной частью своего учения специальные доказательства
его существования. Они повторяют аргументы, выдвинутые еще
Фомой Аквинским: от наличия движения в мире к существованию неподвижного
перводвигателя; от причинной обусловленности всякой
вещи к наличию первопричины; от случайности вещей к признанию
абсолютно необходимого существа; от градации степеней совершенства
вещей к наличию абсолютного совершенства; от целесообразности в
природе к существованию сверхприродного разумного существа -
источника этой целесообразности.
Теория познания Последователи Фомы Аквинского утвержда-
ют, что именно их теория познания позволяет
именовать философию неотомизма реализмом. Основанием для этого
является признание ими существования независимой от человека
реальности и возможности ее познания, а также критика субъективноидеалистического
понимания процесса познания.
Признание объективной реальности действительно является исходной
посылкой теории познания неотомизма, он признает значение
опыта в процессе познания, поскольку считается, что только опытным
путем у человека вырабатываются элементарные понятия. Но опыт
не дает знания нематериальной сущности вещей.
Процесс познания неотомисты определяют как взаимоотношение
субъекта и объекта. Субъектом выступает бессмертная душа человека,
а объектом - сущность вещи: форма, идея. Таким образом, человек
познает не сами материальные объекты, а содержащиеся в них идеальные
сущности. Материя выпадает из неотомистской гносеологии.
Более того, поскольку инертная и лишенная формы, а стало быть,
способности к саморазвитию материя не есть объект исследования, то
непременным условием процесса познания является освобождение от
материи (дематериализация формы). Процесс познания выглядит следующим
образом. В результате воздействия "внешних бытии" на органы
чувств человека у него возникают чувственные подобия вещей,
являющиеся посредниками между человеком и вещами. Эти познавательные
формы не тождественны самим вещам, ибо, по терминологии
Фомы Аквинского, "они не то, что мы видим", а то, "посредством
чего мы видим". На основе данных форм у человека возникают образы
вещей, понятия, слова, являющиеся конечным результатом познания.
Указанный посредник особождает форму от материи, и сущность вещи
в неотомистском понимании становится доступной человеческому
разуму, разум может воспринимать нематериальную форму вещи.
Рациональное неотомистское познание - своего рода приобщение к
"разуму Бога".
Вплоть до II Ватиканского собора (1962 - 1965) неотомизм выступал
как единственная философская основа не только теории бытия
и теории познания, но и социального учения официального католицизма.
Однако уже на первых сессиях собора многие теологи отмечали,
что неотомизм стал тормозом на пути католицизма к
обновлению. Церковь, доказывали они, поддерживая только неотомизм,
отрезает себе пути к использованию других, более дееспособных
и современных философских систем.
Внутрицерковная критика неотомизма, как правило, ведется с
целью очищения его от всего анахроничного и обогащения элементами
других философских систем. В результате тот неотомизм, который существует
ныне и признается официальной церковью, есть только
"ассимилирующий неотомизм", т. е. активно воспринимающий и
приспосабливающий к потребностям католицизма идеи
экзистенциализма, феноменологии, позитивизма и даже отдельные
элементы марксизма. Отдельные элементы указанных философских
направлений можно обнаружить, в частности, в последних энцикликах
папы Иоанна Павла П.
2. Неоавгустинизм
Видное место в католической философии наряду с неотомизмом
занимает неоавгустинизм. Многочисленные неоавгустинистские школы
["философия духа" Р. Ле Сенна; "философия действия" М. Блонделя
(1861 - 1949); католический экзистенциализм Г. Марселя (1889 -
1973), персонализм Ж. Лакруа (1900-1986) и др.] объединяет
приверженность к следующим принципам: признание достаточности
внутреннего человеческого опыта для постижения окружающего мира;
учение о непосредственном отношении между Богом и человеком;
выдвижение на первый план эмоционально-интуитивных средств познания
действительности; сосредоточение внимания на проблемах
отдельной личности.Теория познания В то время как неотомизм допускает
рациональные доказательства догматов
христианства, неоавгустинизм исходит из того, что рациональные архументы
не достигают своей цели. Главный недостаток неотомистской
апологетики, по мнению неоавгустинистов, заключается в том, что она
представляет религию в виде отвлеченных истин, к которым приходят
в процессе познания. Но вера, согласно их концепции, не познание,
а личностный, неповторимый опыт приобщения к религии и встречи
с Богом.
Ориентация на интуитивно-эмоциональные пути познания Бога
приводит к иррационалистическому учению о предмете и возможностях
науки и философии. Неоавгустинисты признают способность разума
познавать действительность, создавать научную картину мира,
однако устанавливают жесткие границы применения разума и науки.
Наука объявляется низшей ступенью познания, ее предмет - мир наблюдаемых
явлений, она не возвышается до постановки вопросов о
сущности бытия. Эмпирическое наблюдение, абстрагирование и обобщение
приносят положительные результаты только в исследовании
объективного мира, но непригодны для познания внутреннего мира
личности.
Неоавгустинисты выступают за расширение рамок познания и
признание в качестве адекватного способа постижения личности так
называемого экзистенциального (лат. existentia - существование)
опыта. Специфика познания в экзистенциальном опыте раскрывается
через понятия "таинство", "вовлечение", "вера".
Говоря о познании мира, неоавгустинисты фактически имеют в
виду интерпретацию в моральном плане личностного существования.
Таким подходом располагает только философия, она представляет собой
продукт индивидуального творчества мыслителя, посредством которого
он выражает прежде всего свою личность, а не некое
объективное содержание, оцениваемое с помощью логических
критериев. Каждая личность создает свою философию. Сколько личностей,
столько может быть и философских истин.
Центральной проблемой философии неоавгустинисты считают
отношения Бога и человека. Они утверждают, что погружение в недра
собственного "я" создает пропасть между личностью и миром, конкретным
существованием человека и бытием в целом. Чтобы избежать
этого дуализма, необходимо, по их мнению, объединяющее начало,
которым может быть только Бог.
Учение о бытии Благодаря интуиции человек осознает себя
связанным с чем-то общеобязательным, превосходящим
его, и обнаруживает присутствие бытия. Это бытие наделяется
всеми свойствами христианского Бога: вездесущностью,
неизменностью, бестелесностью, индивидуальностью и т. д.
Если неотомисты в учении о бытии исходят из аналогии Бога и
мира, то неоавгусгинисты полагают, что более правильным будет обозначить
отношения Бога и мира термином однородности, тождественности,
единосущности. Вводя понятие однородности бытия,
неоавгустинисты снимают границу между Богом и человеком и тем
самым пытаются доказать возможность их непосредственного общения.
Важную роль в обосновании неоавгустинистского миропонимания
играет идея креационизма - сотворения живой и неживой природы в
едином творческом акте. Эту идею призван
...Поділитися у соцмережах
