Введение в этническую психологию

сторінка №7

...общающую
статью Bronner W. Zur Theorie der kollektivpsychischen
Erscheimingen. - Z"eitschrift" f"iir" Phylos"ophie". - 1911. -
В. 141. - H. 1. Справедливая критика Бреннера у Крюгера: Ор.
cit.-S.ISIff.

100

ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

требуют объяснения, но, может быть, они указаны и
совершенно верно - что же они объясняют? Они объясняют,
как под их влиянием усиливаются или обостряются
одни стороны душевной деятельности и все
более погашаются другие, но душевной деятельности
каждого отдельного индивида, входящего в состав
"толпы", а не "духа" или "души" этой "толпы" как
такой. Они объясняют еще, говорят иногда, единство
действия толпы. Но вот это-то и неверно - здесь объяснение
привносит от себя нечто, чего нет в самом
объясняемом факте. Как я указывают, о единстве действия
здесь можно говорить только в физическом отношении,
но не в психологическом. В психологическом
же отношении речь идет лишь о сходстве или единообразии
индивидуальных реакций и переживаний. Иллюзия
психологического единства "толпы" создается здесь
тем, что 1) к представлению о психологии толпы примешиваются
еще представления о других значениях
коллективного, которые мы еще рассмотрим ниже;
2) факторы, которые здесь приводятся как объяснительные
факторы, сами выходят за пределы того значения
коллективного, которое мы здесь рассматриваем.
Но важно отметить, что при этом они вводят нас
не прямо в область другого коллективного, а в область
явлений совершенно sui generis, и такую, которая,
действительно, лежит в основе коллективности нового
порядка. Логически здесь можно, констатировать своеобразую
цет6фасп.(; е{(; "Uo yivoc,* через посредство
одного объясняющего. Так как объясняющее шире по
объему, общие объясняемого и может, следовательно,
объяснить также факты за пределами данного^ рода, то

* Переход (рассуждения) в другую область (др.-греч.)
Ошибка, приводящая к подмене понятий, к игре слои.

101

Г. Г. ШЛЕТ

понятно, что этим создаются благоприятные условия
для смешения самих родов, - ошибка, встречающаяся
нередко. Но если мы, во избежание ошибок, не будем
уходить так далеко, а остановимся только на указанных
факторах как таких, мы и здесь останемся в границах
"общей" психологии. Я имею в виду следующее: такие
переживания, как переживания подражания, внушения,
симпатии, понимания и под"обные", суть переживания
парные, т. е. для их осуществления требуется
два субъекта; присоединение всякого нового субъекта
создает новые пары переживаний: Ас В, Ас С, В с С
и т.п., в результате большого соединения может получиться
много пар, составляющих коллектив, где элементами
будут, однако, не индивиды, а пары их. Если
мы станем изучать сходное членов пары, мы, очевидно,
не выходим из обшей психологии, и тогда для нас
переживание подражающего и вызывающего подражение,
внушающего и испытывающего внушение', изъясняющего
и понимающего и т.д. не отличаются одно
от другого. Но если мы изучаем само отношение двух
субъектов, беря последних в их индивидуальности,
тогда все это целое, состоящее из "отношения" и двух
его определителей, представляет собою новый объект
изучения: sui generis интерсубъективные или, пользуясь
термином Тарда, интерпсихологические факты. Система
таких пар с их все усложняющимися взаимными

' Имею в виду внушение "бессознательное" и не требующее
особых "условных приемов", т. е. то, что Вигуру и Жюкелье называют
"психической заразой". В случае "сознательного" внушения
слишком явно нет "массовой" коллективности. Случай
одновременного (гипнотического) внушения одним лицом зараз
многим лицам есть сложный случай, слагающийся из "сознательного"
попарного (внушающего с каждым из испытуемых)
внушения и взаимной "заразы" (испытуемых).

102

ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

отношениями представляет, действительно, новую взаимодействующую
и динамическую коллективность, а
не простое умножение сходного и однообразного. Эта
коллективность и не должна быть смешиваема с коллективностью
"массы".

3) "Коллективность" в третьем значении близка к
только что рассмотренному значению и носит также
характер статический. Но ее роль по преимуществу методическая.
Это есть коллектив слагаемых, "сумма", совокупность
в собственном смысле. Слагаемые здесь не
элементы, как во втором случае, а "члены", как в первом,
только не индивидуальные и не видовые, а, в
свою очередь, некоторые конкретные группы, причем
весьма существенно для этого значения коллективного,
что это - группы не "естественные", а "произвольные":
индивиды, составляющие группы, поэтому могут входить
в состав разных групп, логически между собою даже
"перекрещивающихся". При таком "произвольном"
определении групп как "членов" целого, разумеется,
не может быть и речи об их реальном взаимодействии,
а в силу "перекрещивающихся" индивидуальных участий
нельзя даже говорить о совместной жизни их. То же
относится и к составу групп, к которым индивиды только
"сопринадлежат": сами группы, в конце концов, не
что иное, как только "совпадение" или результаты "подбора"
(например, "группа" или количество самоубийств
в данном обществе, количество студентов, находящихся
в возрасте 21 года, и т. п.). Предметом научного изучения
такой коллектив как в целом, так и в членах является,
однако, не в своей конкретной реальности-так
как ее в сущности и нет - а в некоторой искусственной
"средней", выражаемой числом, статистически. Другими
словами, это изучение направлено не на анализ ре103


Г. Г. ШЛЕТ

альных, например, причинных зависимостей, а на некоторые
отвлеченные или логически конструируемые
определения и отношения. Именно в применении статистических
приемов поэтому и заключается методологическая
роль этого значения коллективного. Можно
сказать еще, что здесь мы определяем типические отношения
"членов" к целому и между собою, понимая под
"типом" именно некоторое "среднее", подобно, напр"имер",
"родовым образам" Голтона, что ни в коем
случае не следует смешивать, конечно, с логическим
"родом". - О характере в этом смысле "духа" как коллективного
не может быть речи. Что касается психологического
изучения этого значения коллективов, то
опять-таки можно говорить о нем не как об особом
предмете, а как о методическом приеме. Он может найти
применение, напр"имер", в психической антропологии
или в своего рода психической демографии, также
в дифференциальной психологии, но только, как
очевидно, не в этнической психологии.

4) Новое и весьма важное значение понятия "коллективности"
- то, которое, как я указывал, смешивают
иногда с понятием "коллектива" как массы - мы
находим, когда мы принимаем во внимание взаимодействие,
в котором находятся индивиды, составляющие
группу. Собственно говоря, мы изучаем само взаимодействие
как некоторый "продукт" или "результат",
и это предмет - совершенно sui generis. Но так как "носителем"
или "производителем" здесь является коллектив
и так как элементарные отношения между его членами
также выступают как множественные связи, то,
наряду с логическими приемами изучения "объемных"
родовых отношений, мы подходим к изучению названных
продуктов так же, как к "коллективам". Такой колВВЕДЕНИЕ
В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

лектив мы мыслим расчлененным, но состоящим также
из элементов, где на долю каждого члена и индивида
выпадает выполнение своей особенной функции, связывающей
его с целым. Можно характеризовать поэтому
такую коллективность как организацию. Разнообразное
действие организации понимается нами как некоторая
внутренняя согласованность членов и элементов в порядке
координации и субординации. Существенно, что
все названные функции и взаимные действия "органов"
такого коллектива суть функции и действия реального
значения. Следовательно, в этом значении "коллектив"
играет преимущественно предметную роль, и притом в
смысле реальной вещи. Если мы станем отыскивать соответственную
вещь среди вещей окружающего нас мира,
то мы должны будем ее признать в особенности в
социальной вещи'. Социология, изучающая формы и
отношения социального, имеет дело с такого рода коллективами;
история, этнология изучают такие коллективы
в их конкретном бытии. В основе взаимодействий
и реальных связей коллектива могут лежать чисто биологические
или органические условия, как единство
или общность происхождения, но само по себе "социальное"
определяется и массою других условий, временных,
пространственных, телеологических, конечно, и
психологических, но непременно и всегда условий реальных!
Реальность же социального как покоящегося на

' Разумеется, коллективы в рассматриваемом значении могут
быть органического и даже неорганического (например, солнечная
система) рода, но я останавливаюсь только на "социальном",
1) следуя общей задаче своего изложения, а 2) я считаю,
действительно, социальное преимущественным примером этого
коллективного и думаю, что переносить социальные аналогии в
другого рода коллективы так же удобно, как и обратный пугь
аналогизирования.

105

Г. Г. ШЛЕТ

взаимодействии и составляющего его продукт есть реальность
sui generis. Поэтому обычные приемы научного
анализа, состоящие в разложении сложного на простые
элементы, находят себе границу в специфичности
самого предмета. Это значит, элементами социального
являются не элементы психологические, биологические
или какие еще, а только социальные же. Здесь-то мы и
встречаемся с специфическими явлениями, вырастающими
на почве отношений "пары" как минимального
социального элемента с элементарным понятием "общения".
Нередко такие отношения характеризуются как
социально-психологические. Я думаю, что добавление
здесь "психологические" излишне, так как оно дает повод
к неправильному пониманию названных элементов
как чисто психологических. Но психологическое, в действительности,
участвует не в самом взаимодействии
как таком, а в единицах, входящих во взаимодействие,
и психология изучает соответствующие явления как свой
объект; само же взаимодействие не может быть и не
должно быть квалифицируемо как психологическое. То,
что мы встречаем, например, у Тарда, Дюрктейма ("социо-психические"
явления - socio-psychiques), Фиркандта
и т.п., не есть психология, и это относится в
значительной степени также к этнической психологии
как Лацаруса-Штейнталя, так и Вундта. И теперь мы
можем видеть, что это не только потому, что conditio
sine qua поп* для коллективно-социального лежит в его
"объективировании", но также и потому, что при ином
способе изучения ускользает само изучаемое, т. е. взаимодействие.
Последнее есть "отношение" и должно изучаться
как такое, а не в его "терминах"; как в механике

* Обязательное условие (букв. - условие, без которого не... )
(лат.)

106

ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

мы изучаем "движение", а не "тела". Коллектив, характеризуемый
взаимодействием, по существу есть динамический
коллектив. "Власть", "брак", "хозяйство",
"язык", "министр", "околоточный надзиратель" и т.д.-
все это отношения в динамическом коллективе и не
психологические, а социальные определения. "Овеществляя"
их, мы делаем меньшую ошибку, чем тогда,
когда переходим к психологии "пар", осуществляющих
эти отношения. Отношения требуют, разумеется, терминов,
стоящих в отношении, но эти термины изучаются
только через само отношение и в нем. Изучение
такого предмета можно мыслить по аналогии с математическим
понятием "отображения"', только что здесь
"соответствия" суть всегда реальные соответствия, и не
привносимые нами "по произволу", а лежащие в природе
самих вещей. - Итак, коллектив в этом смысле не
может быть объектом психологии. "Социальная психология",
поскольку она изучает такого рода объект, нс
есть психология; о "социальной психологии", извлекаемой
из такого "коллектива", можно говорить только
в таком смысле, как раньше мы допускали "психологию
языка", т. е. это группа вопросов общей психологии.
В этом же смысле коллектива понимает иногда свой
объект, как мы видели, этническая психология. Но раз он
не есть предмет психологии, он не может быть объектом
этнической психологии - разве, опять-таки, в смысле
отдела общей психологии, но никогда - в смысле самостоятельной
науки. Можно ли назвать этот "коллек'
Ср.: Жегалкин И. Трансфинитные числа.-М., 1908.-
С. 23: "Само отображение как вещь, как предмет мысли не
есть ни вещь а, ни вещь Ь, ни пара вещей а и Ь, а есть то, что
получается, когда мыслим как одно целое и вещь а, и вещь Ь,
и то, что одна из них соответствует другой".

107

Г. Г. ШЛЕТ

тив" - духом? Поскольку мы все частные случаи и
формы реальных связей коллектива относим к "одному"
носителю и понимаем его реально, мы можем условно
называть его "духом" в первом из указанных значений
этого слова. Так как такое название решительно подчеркивает
непсихологический характер соответствующего
предмета, то оно может иметь серьезные оправдания,
хотя за ним скрываются и некоторые серьезные
метафизические опасности. Но зато тем яснее, что этот
коллектив не есть предмет этнической психологии, ибо,
как мы видели, "дух" в указанном смысле не есть "дух",
о котором может говорить этническая психология.

5) Последнее значение трудно поддается определению
и вследствие этого часто ускользает от наблюдателя
и часто смешивается в особенности с предыдущим значением.
Тем важнее для нас отдать себе отчет в нем. Здесь
мы опять имеем дело с динамическим коллективом, но
не имеющим своей собственной организации, потому
что он не имеет сколько-нибудь устойчивых членов и
элементов; они находятся как бы в "текучем" состоянии,
непрерывно сменяют друг друга, появляются и исчезают.
В целом такой коллектив живет "своей" жизнью, но
всякая попытка фиксировать хотя бы один момент в
нем необходимо требует соотнесения этого момента к
вещам и отношениям, находящимся вне этого коллектива.
Ни один момент не "действует" здесь в собственном
смысле, а только "участвует" в целом, будучи направлен
на нечто "вне" себя и целого. Я затрудняюсь характеризовать
этот коллектив как-нибудь иначе, как только назвав
его коллективом типа. С типическим или типом в применении
к коллективности мы уже встречались выше, но
там мы под "типическим" подразумевали просто некоторую
"среднюю", формально выражавшую известные

ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

формальные отношения. Здесь же речь идет не о формальных,
а о реальных отношениях. Точно так же "тип"
не означает здесь "нормы" или "идеала", и тем более он
не значит логического "родового" понятия, ибо "тип"
никогда такого значения по существу не имеет, хотя в
литературе встречаются и такие смешения (например, у
Рюмелина). Здесь "тип" надо сопоставлять с "типом", как
употребляется этот термин в характеристике художественных
произведений: он необходимо включает элемент
творчества, будучи тем не менее иногда адекватным
выражением некоторого коллективного предмета.
Тип в этом смысле коллективен, потому что он "собирается",
"составляется" из элементов, черт, признаков;
он и в высшей степени индивидуален как по полноте
признаков, так и по своей незаменимости. Это - не есть
"средняя", всегда обедненная по сравнению по крайней
мере с некоторыми индивидуальными слагаемыми, и не
есть совокупность сходств, так как "различия" включаются
в тип как особенно "типические". Тип до крайности
интенсивен и индивидуален, он не результат обобщения,
обезличивающего индивидуальное, а репрезентант
многих индивидов. Если мы в качестве примеров такого
коллективного будем искать "вещей", помня, что речь
идет о реальном, мы едва ли найдем подходящие примеры;
их нужно искать в области текучих процессов, актуальных
по существу, и такими примерами могут служить,
прежде всего и в конце концов, наши переживания,
конкретные и живые. Всякая аналогия их с "вещами"
убивает их жизненность; психология со своими "абстрактными"
законами столь же мало передает их жизненную
коллективность, как и любые аналогии. Каждое переживание
уже само по себе коллективно, заключая в одной
своей интенсивности неисчерпаемое количество влияГ.
Г. ШЛЕТ

ний: еще больше это относится к экстенсивности переживания.
Всякая совокупность переживаний - коллективность
бесконечного числа элементов.

"Общая" психология с этим не может справиться.
Здесь нужна особая "описательная" психология с особыми
методами типических, структурных и пр"оч."
построений. Коллективный тип, например: мещанина,
китайца, труса, может быть, в своем репрезентанте
есть "воображаемый" мещанин и пр"оч.", но в нем
может быть своя психологическая правда. Как я указывал,
"составление" такого коллектива в высшей степени
трудно, потому что переживание нельзя изобразить
иначе как соотносительно предмету переживания. Отсюда
и происходит, что, характеризуя переживания, мы вынуждены
говорить о "вещах", "днях", "делах", "идеалах",
и пр"оч.", и пр"оч.", и становится понятно, что
при недостаточном внимании мы характеристику вещей
принимаем за характеристику переживаний, и обратно.
В особенности тут легко смешать это коллективное с
предыдущим, и мы начинаем видеть в "социальном"
предмет "психологии", говорим о "социальной психологии"
и пр"оч." С другой стороны, есть достаточно
примеров в изображении этой психологической коллективности,
где она заменяется описанием "быта".

Таким образом, это коллективное и есть предмет
психологии, но только не "общей", а, как мы видели, sui
generis психологии. Нетрудно убедиться, что социальная
и этническая психология имеют задачей исследование
этого предмета. Социальные явления, язык, миф, нравы,
наука, религия, просто всякий исторический момент
вызывают соответствующие переживания человека.
Как бы индивидуально ни были люди различны, есть

ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

типически общее в их переживаниях как "откликах" на
происходящее перед их глазами, умами и сердцем.

Важно отметить и особо подчеркнуть, что такие отклики,
душевное эхо, раздаются не только на голоса и
раздражения, идущие из объективной природной среды
коллектива и из его социальной и исторической обстановки,
но они выражают также его душевное отношение
к понятиям и идеям - "идеальным предметам", -
предстоящим индивиду и коллективу как, равным образом,
объективное, от них не зависящее, обстояние.
Таково отношение "души" к науке, к философии в целом
и в ее отдельных проблемах и понятиях - закона,
бесконечности, долга, красоты и т. д. Это обстоятельство
в особенности должно быть продумано и взвешено, чтобы
уметь различать "историю" соответствующих "идей"
как историю развития культуры от психологического отношения
к ней рассматриваемого коллектива, в среде которого
эта история осуществляется. Может быть, нигде
так ярко не сказывается психология народа, как в его отношении
к им же "созданным" духовным ценностям.

Нечего повторять, что типическое и общее "отношение
к" данному объективному изображается как конкретное
и реально полное переживание коллективного
состава, вкладываемого в определенный репрезентант
народа, сословия, касты, группы и пр"оч." Здесь коллективная
социальная психология находит свой собственный
объект, и здесь именно этническая психология
может найти свой особенный и самостоятельный научный
предмет. С другой стороны, очевидно, что и понятие
духа как "типа" или "стиля" подходит вполне для
коллективности, так же как "типа". "Тип" здесь и есть не
что иное, как "дух"; новое мы только прибавляем указанием
на его "коллективность". Наконец, мы говорили

Г. Г. ШПЕТ

также об "духе народа" как предмете этнической психологии
и назвали его "объективным" духом. "Дух" как коллективный
субъект, действительно, объективируется,
выражается, в языке, мифах и прочем содержании этнической
психологии, и в этом смысле он - "объективный
дух". Но "выражается", как мы знаем, не только "дух", но
и другие "значения" и "смыслы"; поэтому-то и нужно
различать психологию от не-психологии'. Кроме того,
"выражаясь", хотя и "рядом" с этими значениями, как
TOpepyov, "дух" тем не менее и сам становится "социальным"
явлением. Его роли в этом смысле нельзя отрицать,
но было бы совершенно ошибочно все "сводить" к нему
- в конце концов это было бы так же странно, как
странно сводить, например, значение слов только к
представлениям и чувствам говорящего и не допускать,
что они обозначают вещи и отношения вне его. Во всяком
случае, какую бы роль мы ни приписали "духу", поскольку
и он объективируется в выражении, он не является
началом объясняющим. И опять это согласуется с
характеристикой его как типического коллективного
психологического переживания и единства многих таких
переживаний. Таким образом, этническая психология
находит свой предмет и определяется не как объяснительная,
основная для других наук дисциплина, а как
описательная психология, изучающая типические коллективные
переживания.

' Дальнейшее разъяснение столь важного для этнической
психологии понятия "выражение" (как "осуществление", как
"объективация", как "экспрессия" и т. п.) читатель найдет в
моей работе Учение о внутренней форме слова, имеющей появиться
в печати вслед за настоящей работою.

XIII

Может показаться, что по крайней мере некоторые
из приведенных определений и разъяснений
затрагивают уже вопросы метода
нашей науки и, следовательно, выходят за пределы
темы о предмете ее и задачах. Однако не следует забывать,
что вопрос о предмете науки и сам по себе уже
вопрос методологический, и в особенности поскольку
предмет предопределяет собственный метод. Поэтому
и обратно, предвосхищающие указания на метод способствуют
уяснению природы самого предмета как такового.

Принимая во внимание, с другой стороны, что
мое определение социально-психологического как типически
общного в реакциях коллектива на объективную
действительность принципиально отличается от
распространенных и принятых определений, составляющихся
под влиянием объективирующих и гипостазирующих
тенденций генетического толкования понятий
"дух" и "душа", считаю нужным подробнее остановиться
на разъяснении своей мысли именно с этой
стороны и в этом противопоставлении'.

' Настоящая работа была составлена с первоначальном виде
в конце 1916 г. Вышедшая в 1915 г., во время войны, книга:
KrUger Felix Uber Entwicklungspsychologie. - Lpz., была для меня

113

Г. Г. ШЛЕТ

Прежде всего, приходится считаться с тем методологическим
мнением, согласно которому описание вообще
лишь предварительная ступень в научной работе.
За описанием необходимо должно следовать объяснение,
которое будто бы только и делает науку наукою.
Такое мнение есть отголосок старого рационалистического,
восходящего к Аристотелю представления об истинном
и высшем познании как познании из причин.
В действительности, отношение описательных и объяснительных
наук вовсе не есть простая последовательтогда
неизвестна и недоступна. Она-то теперь в особенности
побуждает меня противопоставить резче свое понимание этнической
психологии как социальной, этнологической, описательной,
аналитической, интерпретативной толкованию ее
как антропологической, генетической, объяснительной, субстанциальной.
Для разъяснения этого противопоставления
"антропологического" и "этнологического" сошлюсь хотя бы
на определение Дрисманса: "Раса есть антропологическое понятие,
которое охватывает человека как отдельное существо,
подчиненное законам природы и стоящее в великой связи
всей естественной жизни, в противоположность этнологическому
понятию народ, которое понимает человека как существо
социальное в его отношении к общественной и государственной
жизни" (Rasse und Milieu. - В., 1902. -S. 3). К этому
только добавлю, что антропологическое изучение всегда индивидуально,
этнологическое - существенно коллективно. В вышедшей
в 1920 г. книге: Hurwici Elias Die Seelen der Volker.
Ideen zu einer Volkerpsychologie. - Gotha, я встретил определение,
которое напомнило мне мое собственное: "Поэтому-то
мы и выставили как предмет этнической психологии различие
в способах реакции, в чувственном акценте (Geflihisbetonung)
у различных народов и характеризовали самое этническую
психологию как учение о душевных различиях народов" (S. 19,
ср.: 1 1, 1). Однако все изложение автора в целом показывает,
что он стоит на точке зрения антропологической и субстанциальной.
В этой же книге приводится определение нацио114


ВВЕДЕНИЕ В ЭТНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ

ность двух ступеней. Оба типа наук существуют рядом.
Непосредственною целью и руководящею идеею описания
служит не объяснение, а классификация и систематизация.
Напротив, объяснение имеет место там,
где получены некоторые обобщения характера эмпирических
законов, объясняемых из более общих положений,
содержащих указания на причины объясняемых
явлений. И лишь в том случае, когда так или иначе установленная
объяснительная причина принимается за
principium divisionus*, между соответствующими описанальности,
данное гр. Кесслером, где, между прочим, отмечается
как признак "всегда сходное реагирование вследствие
сходства предпосылок чувства и реагирования" (S. 42). Это
"вследствие" я и считаю поспешным. Ибо что разуметь под
названными предпосылками"! Антропологические теории непосредственно
примыкают к биологическим, последние же,
под влиянием новых натурфилософских теорий витализма и
новых объяснений наследственности (в особенности менделизма),
заметно склоняются в сторону тенденций субстанциалистических.

Современная генетика носит явно субстанциалистический
характер-ср. напр"имер", недавно вышедшую
интересную и значительную книгу проф. Л. С. Берга - Номогенез
или эволюция на основе закономерностей. - Пб., 1922,
в особенности определение эволюции как развертывания уже
существующих зачатков и идею автономического ортогенеза
на основе признания внутренних, в химическом строении
протоплазмы заложенных сил. Каково бы ни было реальное
значение этих "сил" в биологических науках, допущение аналогичных
факторов ("души") в объяснительной психологии,
при современном ее состоянии, может быть опасно, тем более
что, пока не раскрыта природа биологической субстанции,
объяснительная психология в ...

Список сторінок

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9

Поділитися у соцмережах