Жанр: Психология
Патопсихология поведения. нарушения и патологии психики
...яется во многих случаях
сильной депрессии (см. главу 6). Тем не менее вопрос об отказе от электрошоковой
терапии сложнее, чем отказ от психохирургии. Электрошоковая терапия
акон, общество и профессия психиатра
545
Ни одного серийного убийцу, которого у меня была возможность осмотреть, нельзя
было назвать невменяемым официально, но и нормальными их тоже назвать было
нельзя. Это все были люди, страдающие психическими расстройствами. Однако,
несмотря на ненормальность их характера и сексуальных интересов, это были люди,
которые знали, что они делали, знали, что то, что они делали, - дурно, но попрежнему
делали это (Douglas, 1996, р. 344-345).
В результате, как правило, се-ийных убийц не признают неви-овными на основании
психичес-ого расстройства. Кроме того, в бществе сразу возникают опасе-ия, что
если подсудимого призна-iT невиновным, то его могут слиш-ом быстро выпустить на
свободу Sresham, 1993).
Ричард Чейс, серийный убийца, слагавший, что ему нужно пить еловеческую кровь,
чтобы его соб-гвенная не превратилась в поро-юк, один из немногих серийных бийц
- явный психотик (Ressler : Schactman, 1992). Гораздо чаще зрийные убийцы
проявляют при-яаки сильного расстройства лич-ости (Scarf, 1996). Недостаток совести
и полное неуважение к людям и общественным нормам - основные черты
расстройства антисоциальной личности. Для них характерно нарциссистское
мышление. Ощущение своей уникальности может сформировать у убийцы
нереалистическое представление о том, что его не схватят (Scarf, 1996). Зачастую
именно ощущение непобедимости приводит к поимке преступника.
Сексуальные дисфункции и фантазии также, кажется, довольно распространены среди
серийных убийц (Ressler & Schactman, 1992). Исследования обнаружили, что в
формировании поведения этих людей зачастую участвуют фантазии сексуального и
садистского характера (Lachmann & Lachmann, 1995; Ressler & Schactman, 1992).
Некоторые клиницисты также считают, что убийцы, контролируя, причиняя боль или
уничтожая тех, кто кажется им слабее, могут делать это, пытаясь преодолеть свое
ощущение беспомощности (Levin & Fox, 1985). Исследования показывают, что многие
серийные убийцы в детстве подверглись физическому, сексуальному или
эмоциональному насилию (Ressler & Schactman 1992).
Несмотря на такие подозрения и изучение личностных характеристик преступников,
ученые еще не
Этот придуманный газетным иллюстратором портрет "Бомбардировщика" стал в 1994
году символом серийного убийцы и ужаса, который тот наводил.
понимают, почему серийные убийцы ведут себя именно таким образом. Так что
большинство соглашается с утверждением Дица: "Трудно вообразить какую-либо
ситуацию, при которой их снова можно выпустить на cBo6ofly"(Douglas, 1996, р.
349).
чень эффективна для многих людей, переживающих струю депрессию; однако она может
привести к бо-ее сильному расстройству и порой ее применяют не-равильно. Вот,
например, каким незавидным оказа-ось положение пациентки по имени Нэн.
Когда психиатр предложил ей пройти в психиатрической клинике курс шоковой
терапии, Нэн с неохотой согласилась, но, попав в клинику, изменила свое решение.
Несмотря на ее протесты, пациентку подвергли шоковой терапии и она испытала
обычные переживания спутанности сознания и потери памяти. После серии процедур
желание Нэн прекратить терапию настолько усилилось, что она сказала медсестре:
"Мне просто надо выбраться отсюда. Я уйду, что бы вы не говорили".
Нэн сбежала из больницы, и когда это обнаружил пославший ее туда психиатр, он
позвонил ей домой и сказал, что вызовет полицию, если она не вернется. Под таким
давлением Нэн вернулась и сказала медсестрам: "На самом деле я не хочу
здесь оставаться; меня заставляют лечиться электрошоком. Доктор сказал, что если
я не вернусь, то он пошлет за мной полицию" (Coleman, 1984, р. 166-167).
В настоящее время многие штаты дают возможность пациентам, в особенности тем,
кто лечится добровольно, право отказаться от электрошока. Как правило, эти
пациенты должны быть полностью информированы о лечении и обязаны письменно
подтвердить свое согласие пройти такой курс. В ряде штатов тем не менее
разрешают проводить принудительную терапию электрошоком, тогда как в других
требуется согласие близкого родственника или третьей стороны.
В прошлом пациенты не имели права отказываться от психотропных препаратов. Как
мы, однако, видели, многие психотропные препараты обладают сильным действием и
вызывают нежелательные и опасные эффекты. Поскольку эти вредные эффекты стали
более очевидными, то некоторые штаты предоставили пациентам право отказаться от
такого
В Патопсихология поведения
Изменения в окружающей среде. За прошедшие два десятилетия решения суда
установили некоторые минимальные стандарты для психиатрии и условий лечения
пациентов. Часть устаревших помещений была переоборудована в соответствии с
этими стандартами или закрыта. Вскоре после того как была сделана данная
фотография, изображенный на ней флигель психиатрической больницы был закрыт.
медикаментозного лечения. Как правило, эти штаты требуют, чтобы врачи объяснили
пациентам цель терапии, получили от них письменное согласие. Если отказ сочтут
некомпетентным, он покажется иррациональным или представляющим опасность для
самого пациента, то независимый психиатр, медицинская комиссия или местный суд
могут его опровергнуть (Prehn, 1990; Wettstein, 1988). Тем не менее юрист или
адвокат пациента поддержит его в этом процессе.
Другие права пациентов
За последние несколько десятилетий решения суда стали защищать и другие права
пациентов. Пациенты, которые выполняют какие-то работы в психиатрических
учреждениях, в особенности в частных клиниках, теперь по крайней мере получают
гарантированную оплату. Один из местных судов постановил в 1974 году, что
пациенты, освобождающиеся из государственных психиатрических клиник, имеют право
на последующее наблюдение врача и право жить среди обычных граждан. А в 1975
году в деле Диксон против Вайнбергер другой местный суд постановил, что люди с
психологическими расстройствами должны получать лечение в клиниках с наименьшими
ограничениями для пациентов. Если в местном муниципальном центре психического
здоровья существует программа, которая может решить проблемы данного пациента,
то его надо определить именно туда, а не отправлять в психиатрическую больницу.
Спор о "правах"
Конечно, люди с психологическими расстройствами имеют гражданские права, которые
следует всегда
защищать. Тем не менее многие клиницисты выражают озабоченность, что законы
и постановления о правах пациентов могут ненамеренно лишить пациентов
возможности выздороветь. Возьмем, к примеру, право на отказ от лечения
(Appelbaum & Grisso, 1995; Grisso & Appelbaum, 1995). Если лекарства могут
помочь больному шизофренией, то разве пациент не имеет права на выздоровление?
Если спутанное сознание заставляет пациента отказаться от лекарства, то могут ли
клиницисты в здравом уме откладывать применение терапии, пусть даже закон
позволяет это сделать? Психолог Мэрилин Уайтсайд высказывает такие опасения,
описывая пациента с задержкой умственного развития.
Ему было 25 лет и он сильно отставал в развитии, а после того как его любимый
санитар уволился, стал заниматься самоуничижением. Он бил себя кулаками по
голове, пока медицинский персонал не надел на него футбольный шлем, чтобы хоть
как-то защитить от травм. Тогда он вцепился себе в лицо и выдавил один глаз.
Институтские психологи провели с ним бихевиористскую терапевтическую программу
для создания легкой реакции отвращения: они брызгали теплой водой ему в лицо
каждый раз, когда * пациент занимался самоуничижением. Когда это " не помогало,
психологи попросили разрешения использовать удары электротока. Комитет по правам
человека наложил вето на эту "излишнюю и ч бесчеловечную форму коррекции",
потому что, " хотя молодой человек и страдал задержкой умственного развития,
но не был преступником.
,.;'.' Поскольку нельзя было применить никаких эф-i'S фективных мер, которые не
ограничивали бы прав
Право на жизнь среди обычных людей. Несмотря на "гарантированное" право жить в
обществе среди обычных людей, многие люди, страдающие хроническими и острыми
психическими расстройствами, не получают лечения и ухода, слоняются по улицам
или живут в приютах, таких как этот приют в Вашингтоне. .••••" :•••.•"•,-
Закон, общество и профессия психиатра
т
vn
Р М II
•in
ПЛАНОМ
Нападения на терапевтов
Многие терапевты отмечают, что на их права, в том числе право на безопасную
практику, часто посягают. На 12-14% частнопрактикующих терапевтов по крайней
мере один раз нападали пациенты, а в психиатрических больницах этот процент еще
больше (Тгуоп, 1987; Bernstein, 1981). Исследование обнаружило, что на 40%
психиатров нападали по меньшей мере один раз за их карьеру (Menninger, 1993).
Для своих нападений пациенты
используют самое разнообразное оружие, в том числе такие обычные вещи, как
туфли, лампы, огнетушители и палки. Некоторые применяют пистолеты или ножи и
сильно ранят или даже убивают терапевтов.
Многие терапевты, на которых нападали, ощущают тревогу и опасность на работе еще
долгое время спустя. Некоторые стараются более избирательно принимать клиентов и
ищут признаки, сигнализирующие о возможном насилии. Один терапевт даже полтора
года потратил на изучение каратэ (Тгуоп, 1987).
Вопросы
для размышления________
Как может длительное беспокойство воздействовать
на поведение и эффективность клиницистов, на которых совершили нападение?
Что говорят эти атаки о способностях терапевтов предсказывать опасность? Такие
атаки, по-видимому, усиливаются в последнее время. Почему?
и не лишали достоинства этого отставшего в развитии пациента, то ему лишь
сделали выговор за его поведение - и дали возможность выдавить себе еще один
глаз. Теперь он слепой, конечно, но у него есть права и его достоинство не
трону-,_To(Whiteside, 1983, р. 13).
С другой стороны, клиницисты не всегда эффективно защищают права пациентов. В
течение многих лет тациентам давали лекарства и проводили другие виды
зиологической терапии, нанося при этом им вред (Crane, 1973). Точно так же
некоторые лечебные учреждения злоупотребляют трудом пациентов. Мы должны гакже
задать вопрос, оправдывают ли современные знания в психиатрии нарушения прав
пациентов. Могут аи клиницисты с уверенностью утверждать, что данные виды
лечения помогут пациентам? Могут ли они пред-жазать вредные последствия
некоторых видов тера-тии? Так как клиницисты сами часто не соглашаются аруг с
другом, то кажется уместным, что пациенты, их адвокаты и сторонние наблюдатели
должны играть определяющую роль в принятии решений.
"Когда человек утверждает, что он Иисус или Наполеон ...его можно назвать
психотиком и запереть в сумасшедшем доме. Свобода речи существует только для
нормальных людей".
Томас С. Сэз, "Второй грех"
Судебное преследование за преступную небрежность - преследование в суде
терапевта, который использовал неподходящие методы лечения.
ДРУГИЕ ВИДЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
МЕЖДУ КЛИНИЦИСТАМИ И
ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫМИ ОРГАНАМИ
Профессиональные психиатры и юристы оказывают влияние друг на друга и в других
сферах деятельности. За прошедшие два десятилетия их пути пересеклись в трех
новых областях: в преследовании преступной небрежности, в выборе присяжных и в
профессиональных ограничениях.
Число судебных преследований за преступную небрежность (malpractice lawsuit) за
последние годы настолько возросло, что клиницисты создали термины для страха
перед судом - страх судебного преследования" ("litigaphobia") или стресс
судебного преследования ("litigastress"). Клиницистам предъявлялись обвинения за
доведение до покушения на самоубийство, секс с пациентом, за неподтверждение
согласия на лечение, за халатность в применении лекарств, за неприменение
лекарств, которые могли бы ускорить улучшение состояния больного, за
неправильный выбор срока окончания лечения и неправильное лечение (Smith, 1991;
Wettstein, 1989). Как бы то ни было, судебные преследования или страх перед ними
могут оказывать значительное влияние на решения терапевтов.
Еще одна область, в которой пересекаются интересы клиницистов и служителей
закона, - это выбор присяжных. За прошедшие 15 лет все больше юристов обращаются
к клиницистам за советом при ведении судебных процессов (Gottschalk, 1981).
Появились новые специалисты, известные как "специалисты по присяжным". Они
советуют адвокатам, какие члены жюри присяжных скорее всего встанут на их
сторону и какую стратегию нужно проводить, чтобы завоевать поддержку присяжных.
Специалисты по присяжным делают выводы на основе обзоров, интервью и анализа
данных о присяжных и в лабораторных условиях воспроизводят предстоящий процесс.
Тем не менее не ясно, что окажется полезнее - советы психологов или инстинкт
адвоката.
За прошедшие несколько лет законодательная и юридическая система также помогла
изменить границы, отделяющие различные профессии. Так, психологи приобрели
больше компетентности и стерлись границы, некогда отделявшие психиатрию от
психологии (Cullen, 1993). В 1991 году, с одобрения Конгресса, министерство
обороны начало пересматривать самую прочную границу между психиатрами и
психологами - право выписывать лекарство и последующую роль в лечении, которых
раньше психологи были лишены. Министерство обороны запустило в армии пробную
обучающую программу для психологов, в ней они под наблюдением врачей прописывали
лекарства для решения психологических проблем (DeLeon, 1992). Учитывая явный
успех этой пробной программы, Американская психологическая ассоциация
рекомендовала в 1996 году, чтобы все психологи прошли соответствующую
образовательную программу и на ее основании получили сертификат, дающий им право
выписывать лекарства. Такие рекомендации вызвали оживленные споры, причем не
только среди психологов (Deleon & Wiggins, 1996; Denelsky, 1996).
Как предполагает рекомендация Американской психологической ассоциации,
законодательные и юридические системы не просто вмешиваются в область психологии
и психиатрии. Фактически, психологи, психиатры и работники социальной сферы в
каждом штате лоббируют законы и решения, которые могут усилить авторитет и
компетентность их профессии. В каждом случае психологи и психиатры стремятся
сотрудничать с другими учреждениями, снова демонстрируя, что система
психиатрических клиник и заботы о психическом здоровье пересекается с другими
сферами интересов нашего общества.
4" Резюме
Система права часто влияет и помогает регулировать различные направления
деятельности клиницистов.
Принудительное лечение граждан - для помещения граждан на принудительное лечение
часто прибегают к положениям законодательства. Общество позволяет отправлять на
принудительное лечение людей, которым, как считается, нужно лечение и они
представляют опасность для самих себя или для других. Процедуры отправки на
принудительное лечение в разных штатах варьируются, однако Верховным судом
определен стандарт минимального доказательства - четкое и убедительное
доказательство необходимости лечения.
Защищая права пациентов, суды и законодательные органы также воздействуют на
профессионалов в области психического здоровья, они определяют и
обеспечивают легальные права, которыми располагают пациенты. Наибольшее внимание
общества привлекли право на лечение и право на отказ от лечения.
Другие взаимодействия клиницистов и юристов охватывают три области. Во-первых,
за последние годы увеличилось количество судебных преследований терапевтов. Вовторых,
адвокаты могут прибегнуть к советам профессиональных психологов, когда
выбирают присяжных и стратегию своего поведения на суде. В-третьих, судебная и
правовая системы помогают устанавливать границы профессиональной клинической
практики.
Этический кодекс - ряд принципов и правил этического поведения, которые должны
определять действия и решения профессионалов.
Вопросы
для размышления_______________________
Большинство психиатров не желают, чтобы психологи получили право выписывать
психотропные препараты. Удивительно, но многие психологи также противятся этой
идее. Почему они могут занимать эту позицию?
САМОРЕГУЛЯЦИЯ: ЭТИКА И СИСТЕМА ОХРАНЫ ПСИХИЧЕСКОГО
ЗДОРОВЬЯ
Дискуссии о законодательной системе и системе психологии и психиатрии могут
иногда создать впечатление, что клиницисты - это беспечные профессионалы,
считающиеся с правами и потребностями пациентов, только когда их вынуждают.
Дело, конечно, не только в этом. Большинство клиницистов проявляют заботу о
клиентах и пытаются помочь им и в то же время уважают их права и достоинство.
В действительности клиницисты, пытаясь обеспечить надлежащую и эффективную
клиническую практику, не опираются исключительно на судебную и законодательную
систему. Они регулируют себя и сами, так как постоянно развивают и
пересматривают этические принципы специалистов в данной области (Bersoff, 1995).
Многие законодательные решения просто юридически подкрепляют уже существующие
профессиональные принципы.
В каждой профессии в области психического здоровья есть свой кодекс этики. В
этом смысле кодекс Американской психологической ассоциации типичен (АРА, 1992).
Профессионалы в области психического здоровья и работники общественной сферы с
глубоким уважением относятся к этому кодексу, он включает ряд конкретных
принципов, как например, следующие:
Закон, общество и профессия психиатра
1. Психологи могут предлагать советы в книгах серии "Помоги себе сам", в
телевизионных и радиопрограммах, в статьях в газетах и журналах, по почте и в
других местах, при условии, что они действуют ответственно и профессионально и
их советы основываются на соответствующей литературе и практике.
2. Психологи не должны фальсифицировать исследования, заниматься плагиатом
или публиковать ложные данные. За прошедшие два десятилетия случаи научных
подделок и некачественного проведения исследований обнаружились во всех науках,
в том числе и в психологии. Эти поступки привели к неправильному пониманию
важнейших вопросов, при этом научные исследования проводились в ложном
направлении и подорвали доверие публики. К сожалению, фальсифицированные данные
могут в течение многих лет оказывать влияние на представления как простой
публики, так и ученых (Pfeifer & Snodgrass, 1990).
Getting What You Wan
Этические нормы советов профессионалов. Подобно Джону Грею, автору бестселлера
"Мужчины с Марса, женщины с Венеры", многие современные клиницисты предлагают
советы миллионам людей в книгах, на занятиях групповой психотерапией, в теле- и
радиопрограммах и на аудиокассетах. Их мнения часто оказывают сильное
воздействие на людей и поэтому они тоже обязаны следовать этическим принципам,
действовать ответственно и профессионально, основываясь на соответствующей
психологической литературе.
3. Психологи, которые делают оценки и дают показания на суде, должны
подтверждать свое мнение достаточной информацией и обосновывать данные. Если
нельзя провести адекватное исследование человека, нормальность которого следует
определить, психологи должны понимать ограниченный характер своих показаний.
4. Психологи не должны использовать своих клиентов или студентов сексуально
или каким-то иным образом. Этот принцип связан с большой социальной проблемой
сексуального домогательства, так же как и проблемой терапевтов, занимающихся
сексом со своими клиентами. Кодекс, в частности, запрещает заводить сексуальные
отношения с нынешним или бывшим клиентом, это ограничение простирается почти на
два года после окончания терапии; и даже тогда такие отношения позволяются
только в "самых необычных обстоятельствах". Более того, психологи не должны
воспринимать как клиентов тех людей, с которыми у них до того были сексуальные
отношения.
Сексуальные взаимоотношения с терапевтом могут принести большой эмоциональный
вред клиенту (Lazarus, 1995; Sherman, 1993). Все большее число терапевтов теперь
лечат клиентов, чья главная проблема состоит в том, что когда-то раньше они
оказались жертвами сексуальных притязаний других врачей (Wincze et al., 1996;
Pope & Vetter, 1991). Многие такие клиенты проявляют те же симптомы, что и люди
с посттравматическим стрессом (Hankins et al.,1994).
Сколько терапевтов в действительности устанавливают сексуальные отношения с
клиентом? Исследование 1977 года обнаружило, что 12,1% мужчин и 2,6% женщинпсихологов
признались, что вступали в сексуальный контакт с пациентами (Holroyd
& Brodsky, 1977). Опрос 1989 года показал, что среди психотерапевтов 0,9% мужчин
и 0,2% женщин вступали в сексуальный контакт с пациентами (Borys & Pope, 1989).
Снижение процента, продемонстрированное в этих исследованиях, свидетельствует,
что все меньше терапевтов не вступают в сексуальные отношения с пациентами (Pope
& Bouhoutsos, 1986; Walker & Young, 1986). Но может быть, дело просто в том, что
современные терапевты реже признаются, даже анонимно, в своем проступке, который
все в большем числе штатов считается уголовным преступлением? Так, по данным
некоторых опросов, исследователи делают вывод, что более точной будет следующая
оценка случаев секса с пациентами - 10% для мужчин-терапевтов и 3% для женщинтерапевтов
(Hankins et al., 1994).
Несмотря на то, что подавляющее большинство терапевтов в поведении не проявляют
сексуальности, превышающей профессиональные нормы, проблема состоит в их умении
контролировать свои личные чувства. По данным одного из опросов, 72% терапевтов
предавались сексуальным фантазиям о своих клиентах, хотя большинство утверждали,
что это с ними случалось крайне редко (Pope & Brown, 1996; Pope et al., 1987).
По данным других опросов,
около 90% утверждали, что испытывали сексуальное влечение к клиенту по крайней
мере один раз (Pope & Brown, 1996; Pope & Tabachnick, 1993; Pope et al., 1986).
5. Психологи должны соблюдать принцип конфиденциальности. Для того чтобы терапия
была эффективной, а также для собственного спокойствия клиенты должны быть
уверены, что их личные разговоры с терапевтом не будут разглашены (Smith-Bell &
Winslade, 1994). Однако бывают такие ситуации, когда принцип полной
конфиденциальности нужно нарушить. Терапевт, скажем, во время тренинга, должен
регулярно обсуждать свои случаи с методистом. Клиенты в свою очередь должны быть
проинформированы о таких беседах.
Второе исключение из принципа конфиденциальности возникает для амбулаторных
пациентов, представляющих социальную опасность или способных на убийство. Дело
1976 года Тарасофф против администрации Калифорнийского университета - один из
самых важных прецедентов, которые повлияли на взаимоотношения клиента и
терапевта. Это дело касалось амбулаторного пациента университетской больницы,
признавшегося терапевту, что хочет причинить боль своей бывшей подруге, Тане
Тарасофф. Через несколько дней после окончания терапии бывший пациент сдержал
свое обещание. Он заколол Таню Тарасофф до смерти.
Следовало ли в этом случае нарушить конфиденциальность? Терапевту действительно
казалось, что он должен был это сделать. Он известил полицию кампуса, однако
пациента отпустили после допроса. В своем иске родители жертвы заявили, что
терапевт должен был предупредить их и их дочь, что пациент намеревался причинить
боль мисс Тарасофф. Верховный суд Калифорнии согласился: "Привилегия защиты
прекращается там, где начинается опасность для общества".
Л Современный кодекс этики для психологов, таким образом, провозглашает, что
терапевты обязаны защищать людей, то есть они должны обнародовать
конфиденциальную информацию даже без согласия клиентов, когда необходимо
"защищать клиентов или других от возможной опасности". После решения по делу
Тарасофф суды Калифорнии постановили, что терапевты должны также защищать людей,
находящихся в близких отношениях с предполагаемой жертвой клиента и которые
находятся в опасности. Ребенок, например, оказывается в опасности, если клиент
планирует напасть на его мать. Судебные решения также говорят, что обязанность
защищать применима только тогда, когда предполагаемый объект насилия - человек,
а не собственность. Многие, но не все штаты согласились с постановлением
калифорнийского суда или аналогичными постановлениями (Bloom, 1990; Pietrofesa
et al., 1990), а в ряде штатов изданы специальные документы об обязанности
защищать, в которых проясняются правила конфиденциальности для терапевтов и
которые ограждают их от некоторых видов гражданских исков (Monahan, 1993).
Судебные эксперты. Каждый сегмент сферы психиатрии имеет своих "судебных"
специалистов, которые представляют их в судах и законодательных органах.
Судебные психологи, психиатры и работники социальной сферы, как правило,
проходят специальный тренинг и учатся оценивать нормальность подсудимых, давать
рекомендации по правам пациентов и оценивать психологическую травму,
переживаемую жертвой преступлений (Ladds, 1977).
Конфиденциальность - принцип, заключающийся в том, что профессионалы не должны
разглашать информацию, которую они получают от клиента.
Обязанность защищать - принцип, заключающийся в том, что терапевты должны
нарушить конфиденциальность, чтобы защитить человека, который может стать
предполагаемой жертвой клиента.
Психологические заметки
По данным Бюро судебной статистики, 6% всех изнасилований, 8% грабежей и 16%
нападений происходят на работе (Bureau of Justice Statistics, 1994).
ПСИХИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ, БИЗНЕС И ЭКОНОМИКА
Законодательная и судебные системы - не единственные социальные институты, с
которыми взаимодействуют специалисты в области психического здоровья. Бизнес и
экономика оказывают влияние на клиническую практику и сами находятся под ее
воздействием. _:.-"-.
Закон, общество и профессия психиатра
551...
Закладка в соц.сетях
