Экзистенциальная психиатрия

страница №9

...В электронных машинах большая часть энергии расходуется
на выработку "решения", а сам сигнал использует
минимальные количества энергии. Человеческий мозг
использует около 1/5 всей энергии, потребляемой организмом.
Миллиарды нервных клеток, из которых состоит
мозг, используют этот огромный запас энергии, главным
образом, на формирование "решения". (Из сотен нервных
импульсов, которые непрерывно поступают к отдельной
нервной клетке, она должна сформировать свое собственное
"решение", репродуцировать собственный нервный
импульс и переслать его дальше.) Из собственного
опыта известно, сколь трудными бывают решения в жизни
человека, сколько вызывают колебаний, беспокойства,
внутренней борьбы, как часто бывают причиной чувства
вины. В основе неврозов нередко лежит невозможность
принятия решения (не всегда при этом речь идет о сознательных
решениях, так называемых волевых актах, но
чаще о бессознательных, например, в случае противоположных
эмоциональных установок).

117

Возникает вопрос, на что человек будущего будет использовать
сэкономленную психическую энергию, когда
значительная часть решений будет приниматься машинами,
а усилие и психическое напряжение, связанное с его собственными
решениями, будут уменьшены, например, благодаря
психофармакологическим средствам. Подвергнется
ли эта энергия распылению или же сконцентрируется на
неиспользуемых раньше возможностях? Благодаря миллиардам
нервных клеток и связям между ними нервная система
человека располагает прямо-таки неограниченными
возможностями создания разнообразных функциональных
структур. По-видимому, только малая часть потенциальных
структур оказывается реализованной. Нервная
система, подобно, впрочем, другим системам организма, работает
обычно только примерно на 20-30% своей максимальной
эффективности (в этом выражается общий принцип
экономии работы организма). Существует обоснованное
мнение, что человек может развиваться в разных направлениях,
и что многие его психические возможности не
используются просто потому, что никогда не было для этого
случая. Не исключено, что способности телепатии и ясновидения,
о которых уже была речь, принадлежат к таким не
используемым возможностям человеческой психики. Ибо
то, что не используется, подлежит атрофии. Такой атрофии
часто подвергаются артистические способности, которые
обычно наблюдаются у многих детей в дошкольном возрасте
. Неизвестно также, насколько широки границы абстрактного
мышления, а также переживаний артистических, мистических
и т. д. Возможности развития человека велики,
если не сказать - неограниченны. Полезной для человека
средой была бы такая среда, которая эти возможности развивала
бы, а не тормозила.

Установке абсолютного подчинения требованиям технического
мира, которую здесь можно было бы определить
как "космонавтскую", можно противопоставить установку
спонтанного и индивидуального отношения к жизни -
"артистическую" установку. Здесь не идет речь о художественном
творчестве sensu stricto, так как немного есть

118

людей, наделенных истинным талантом, но о реализации
существующих в каждом человеке творческих тенденций
(установка "над", о которой уже была речь ранее). Это
может быть научение смотреть на мир, видеть в нем то, чего
не видят другие, возрождение в себе детского восприятия
мира, которое в результате требований жизни в зрелые
годы обычно исчезает; это может быть культивирование
мелких увлечений и талантов (разного рода хобби); артистическая
установка - это поиск красоты в повседневной
жизни, в жилье, на рабочем месте, в манере одеваться и в
макияже (сегодня, например, благодаря соответствующему
подчеркиванию индивидуальных черт не видно некрасивых
девушек; некрасивость, соответственно "поданная",
становится красотой); артистической установки требует
также умение взаимодействовать с другими, умение найти
что-то красивое в каждом человеке, не играть роль судьи,
что немедленно разрушает межчеловеческие отношения, а
также с самим собой - не уничтожать в самом себе того,
что подлинно, что есть доброго и прекрасного, ради мнимых
требований борьбы за жизнь, амбиций, жажды мести и т. п.

В случае артистической установки речь идет об умении
жить своей аутентичной жизнью.

Иногда людям нашей цивилизации ставится в упрек,
что в погоне за деньгами, за реализацией своих амбиций, в
некритическом выполнении обязанностей и т. д. они утратили
вкус к жизни. Вкус жизни - это именно умение переживания.
Но можно ли жить ради самого переживания?
Может ли получение максимального "вкуса жизни"
быть целью жизни?

Сила и качество переживания зависят от чувственного
заряда. Одна и та же ситуация может в спокойном настроении
вызывать восхищение, а в угнетенном настроении -
разочарование и скуку. Нельзя быть напоказ веселым или
печальным, кого-то любить или ненавидеть, чем-то восхищаться
или чувствовать отвращение. Чувственная жизнь
автономна, т. е. преимущественно от воли независима.
Как во всех автономных функциях, в ней выступает парадокс
импотенции - чем больше хочется, тем меньше дос119


тигается. Это значит, что чем больше хочется быть счастливым,
здоровым, сильным, переживать красоту, любовь и
т. д., тем меньше шансы реализации всего этого. Аналогично
тому, как в лечении импотенции первым и основным
моментом является изменение установки больного в том
направлении, чтобы перестать прилагать все усилия, так и
в поиске счастья является существенным перестать его
искать. "Покой души", который дает человеку чувство
счастья, часто достигается через кропотливое упорядочение
отношений к своему окружению и самому себе; это требует
большого интеграционного усилия. Решающим при этом
является не "есть", но именно "я", так как от его конструкции
зависит внутренний и внешний порядок.

Существуют, правда, возможности химического или
нейрофизиологического воздействия на психические состояния,
о чем уже была речь выше. В этом случае, однако,
человек попадает в наибольшую, какую только можно
себе представить, зависимость от технического мира. Он
трактует свою психическую жизнь как предмет, управляет
ею с помощью искусственных средств, доставляемых из
того же презираемого иногда мира. Он перестает быть
хозяином самому себе; им управляет наркотик. В поисках
освобождения от технического мира человек становится
его невольником.

При одном из наиболее частых неврозов - неврозе навязчивых
состояний - больные становятся невольниками
своих бессмысленных мыслей, страхов, навязчивых действий.
Их жизнь становится мучительной, так как они не
могут освободиться от принуждения мыслительной или
двигательной активности - чем больше они борются с
ними, тем сильнее они закрепощают их свободу. Целые
дни у них заполняются мытьем рук, специальными ритуалами
одевания и т. п.; годами они остаются замкнутыми у
себя в доме из боязни выйти на улицу и т. д.

Рассматривая историю человека от наиболее примитивных
культур до нашей цивилизации, можно усмотреть
аналогию с этим вариантом невроза. Человек мучился и
мучается в клетках, которые он сам себе создал в форме

120

менее или более иррациональных наказов, культа денег
или неволи технического способа жизни. Создается впечатление,
что он боялся собственной свободы и сам ковал
себе оковы. В нашей культуре, в эпоху Возрождения человек
сбросил с себя власть богов и демонов и сам себя
назначил на власть (антропоцентризм), но власти этой как
бы испугался - стал слугой денег в эпоху капитализма и
машины - в эпоху технократии. Ее требования становятся
для него такими же абсолютными законами, как разнообразные
табу, как каноны религии и т. д.

"Артистическая" установка является установкой свободы,
в том смысле, что в ней ищут выражения того, что
есть в нас наиболее спонтанного и индивидуального, а тем
самым возможности сбросить с себя закрепощающие маски
и узы. Установка "космонавтская" есть установка
крайнего подчинения обязательным в данном окружении
строгим правилам. Человек не может быть абсолютно свободным;
как принадлежащий к живой природе, он подлежит
ее законам, хотя не в той степени, как растения или
животные, так как может природу подчинять себе, тем не
менее, однако, от ее основных законов освободиться не может;
как живущий в человеческом мире не может жить в
постоянном бунте против его обязательных норм. С младенчества
человек учится подчиняться разнообразным
нормам своей среды так, что в общем не ощущает своей
"неволи". Резкое изменение среды, которое произошло в
результате исключительного развития науки и техники,
привело к тому, что современный человек осознал в значительно
большей степени, нежели его предки, диалектику
свободы и несвободы. Чтобы не потеряться в абсурдности
жизни, он должен найти свою собственную роль в новом
мире, согласовать две противоположные установки "космонавта"
и "артиста".

Представляется, что человек будущего, с одной стороны,
должен будет подчиняться абсолютным требованиям
технического мира, не терпящего индивидуальности и
спонтанности, с другой же, чтобы не утратить своей человеческой
природы, будет самостоятельно стремиться к мак121


симальному развитию собственных возможностей, сохраняя
индивидуальность и спонтанность.

Представленный прогноз выглядит довольно оптимистично;
можно изложить также пессимистический вариант.
Чувство хаоса, враждебности к окружающему миру, абсурдности
собственной жизни и того, что происходит вокруг и
т. д. будут нарастать, так что спасением будет возможность
опереться о любую, хотя бы наиболее иррациональную идеологию.
Ибо в ней можно найти порядок и чувства смысла,
правда, фальшивые, но лучше хотя бы какая-то интеграция
и какая-то цель в жизни, чем никакие. Возрастет потребность
в ложных пророках, а таковые, как известно, легко
приводят общества к катастрофе.

Оптимизм биологических наук вытекает из веры в эволюцию.
Развитие жизни идет постоянно в направлении все
более высокой степени порядка, все более высоких и более
сложных форм. В мире растений и животных легче всего
наблюдать эволюцию морфологических форм. У человека
они не подвергаются никаким или почти никаким изменениям.
Зато изменяются его функциональные структуры,
становясь все более развитыми и более сложными. Резкое
изменение среды ускоряет процесс эволюции. Возможно,
что современный человек стоит перед таким эволюционным
скачком, а его невротические симптомы являются сигналом
необходимости внутренней мобилизации для совершения
такого скачка.

'-."-

СТРАХ

Страх в мире человеческих переживаний - явление
столь распространенное и имеет столько разных оттенков,
что трудно решиться не только на попытку его
объяснения, но даже его рациональной классификации.
В каждом языке существует много определений для этого
чувственного состояния. Они представляют наилучшую,
на многовековом опыте опирающуюся классификацию,
однако, когда приходится давать определение таких понятий,
как, например, страх, ужас, боязнь, тревога и т. п., то,
несмотря на то, что, как правило, можно чувствовать правильность
или неправильность употребления термина,
дать его ясное определение не удается. Впрочем, обычно
так бывает всегда, когда речь идет о понятиях, касающихся
наиболее личных переживаний. Их можно чувствовать, но
трудно определять. Собственный мир, в противоположность
миру окружающему, как бы ускользает от попыток
классификации и интеллектуальной манипуляции.

На основе аналогии основной двигательной системы
можно с большой вероятностью принять, что реакции
страха выступают во всем животном мире, даже на самых
низких уровнях филогенетического развития. Разумеется,
качество переживания разное, в зависимости от ступени
развития. Рассуждения такого рода возможны исходя из
того, что помимо человека также и другие живые организмы
переживают свою жизнь, не являясь ничего не чувствующими
автоматами.

Если мы стеблем травы подразним какое-нибудь насекомое,
то вызовем у него либо сильные, хаотические движения
бегства, либо оно замирает в неподвижности. Тот
же самый тип реакции можно встретить и у человека в
ситуации максимальной опасности, реальной, либо бредо123


вой. Говорится, что человек "замер" либо "обезумел" от
страха. При шизофрении, когда нормальные человеческие
переживания достигают крайней степени выраженности,
оба типа реакции встречаются в кататоническом торможении
или возбуждении (stupor et furor catatonicus).

Богатство форм поведения в животном, а также человеческом
мире можно определить схематически посредством
двух двигательных векторов: "к"" и "от" окружающего
мира. В первом случае поступающий извне сигнал
вызывает сближение, в другом - отдаление от источника
стимуляции. Основная двигательная реакция является
антиципацией того, что наступит, своеобразным исчислением
вероятности относительно того, удовлетворит окружающий
мир основные потребности индивида или нет.
Субъективным коррелятом движения "к" окружающему
миру являются позитивные чувства, переживаемые человеком,
как любовь, дружба, симпатия и т. д., а противоположного
направления - негативные чувства, как страх,
ненависть, враждебность, презрение и т. п. Негативная
антиципация, или установка "от" окружающего мира, содержит
в себе две возможности: либо "я уничтожу мир",
либо "сам буду им уничтожен". Бегство и агрессия, а также
соответствующие им чувства страха и ненависти стоят
очень близко друг к другу, а часто вообще неразделимы.

По мнению Шумана, чувства являются "субъективным
проявлением положительных, т. е. пропульсивных и ассимилятивных,
либо отрицательных, т. е. репульсивных и
оборонительных реакций организма на окружающий мир,
а также достижения организмом внешнего и внутреннего
равновесия, или же его недостижения". Бжезицкий противопоставляет
биполярность чувств монополярности логического
рассуждения. Карен Хорни схематически определяет
отношения между людьми посредством трех векторов:
"к","от" и "против".

Понятно, что враждебный мир требует значительно
большей мобилизации сил, нежели мир дружественный.
В бегстве и борьбе расходуется больше энергии, нежели в
безопасном и спокойном окружении. Позитивная установка

124

связывается с преобладанием анаболических (построение),
а негативная - с преобладанием катаболических (распад)
процессов. В первом случае баланс обмена с окружением
полезен для организма; он строит себя за счет окружения, во
втором - баланс отрицательный (для организма); преобладает
процесс уничтожения собственной структуры.

Обмен со средой, разумеется, не может быть однонаправленным,
исключительно анаболическим, ибо его сущностью
является построение и уничтожение, диалектика
жизни и смерти. Строя свою индивидуальную структуру,
люди уничтожают структуру своей среды, т. е. живут за
счет жизни других живых существ и одновременно уничтожается
также собственная структура для высвобождения
энергии, необходимой для борьбы за жизнь, и одновременно
индивид находится под угрозой уничтожения со
стороны других живых существ.

Нельзя также устранить из жизни всех переживаний,
которые связаны с аспектом ее уничтожения, а именно,
боли, страдания, страха и ненависти, подобно тому, как
нельзя представить ее себе без позитивных переживаний,
связанных с аспектами ее творения: радости, наслаждения
и любви.

При всех попытках анализа основных переживаний
важно правильно поместить их на оси времени. Иначе
представляется уничтожение в непосредственном столкновении,
и иначе - на дистанции. В настоящем времени
частичное уничтожение даст переживание боли, в то время
как полное, т. е. смерть, не есть уже переживание, но
конец всего. Агония, вероятно, обусловлена отчаянным
усилием отдаления от смерти, максимальной мобилизацией
организма для борьбы за жизнь, в которой минуты, когда
организм готов сдаться, связываются с потерей сознания,
бегством в сновидения, в молниеносные образы прошлого.
Бегство от действительности в виде разных форм
нарушения сознания является при этом своеобразной защитой
перед слишком близким столкновением с полной
деструкцией.

125

Во временном отдалении опасность уничтожения представляется
в форме сигнала из окружающего мира, который
тем самым изменяется в мир опасный и враждебный,
либо сигнала изнутри собственного организма, который в
результате вызывает беспокойство. Не всегда сигналы соответствуют
действительной опасности, и чем более развита
сигнальная система (органы чувств, нервная система и
двигательный аппарат), тем больше возможности разнообразных
трансформаций внешних или внутренних стимулов
в отдельных звеньях рефлекторной дуги. Тем самым
больше их способность отрывается от конкретной
ситуации, а в связи с этим все чаще конкретная опасность
заменяется абстрактной.

Сигнал опасности возбуждает установку "от" окружающего
мира, которая связывается, как уже упоминалось, с
общей мобилизацией организма для бегства или борьбы, а
субъективно выражается в переживаниях страха и ненависти.
Не вдаваясь в обсуждение сложной и пока еще только
частично изученной физиологии этой основной установки,
можно сказать, что у высших животных и у человека мобилизация
организма осуществляется, главным образом, через
сильную разрядку в вегетативно-гормональной системе.
Эта разрядка иногда может быть столь сильной, что сама по
себе приводит к смерти. Выражение, что кто-то "умер от
страха" не является только фигуральным. Смерть без явной
органической причины известна клиницистам и патологоанатомам.
У так называемых примитивных народов
встречаются случаи смерти, вызванные нарушением табу
или проклятием колдуна; это - "смерть Буду" (voodoo
death), описанная, например, выдающимся физиологом
Кэнноном. Из его концепции о роли вегетативной системы
в эмоциональной сфере родилась позднее теория стресса
Селье. Острая кататоническая шизофрения может окончиться
смертью, одной из причин которой, вероятнее всего,
является страх.

Минуя редкие случаи, в которых само приготовление к
борьбе за жизнь - биологическая "холодная война" с окружающим
миром - кончается смертью, можно принять,

126

что разнообразные физиологические реакции, сообща вызывающие
общую мобилизацию организма, имеют целевой
характер. Эта целенаправленность зависит, однако, от
того, в какой степени антиципация будущего является правильной,
окажется ли мобилизация необходимой или избыточной.
Она необходима тогда, когда после нее следует
требующая крайнего напряжения сил борьба за жизнь;

избыточна тогда, когда после нее ничего не происходит и
вся мобилизация оказывается неэкономичным выделением
энергии.

У студентов, ожидающих трудного экзамена, работа
сердца сравнима по интенсивности с его работой при высокогорном
восхождении. Так стесняющее в товарищеских
контактах потение ладоней облегчает захват противника
в яростной борьбе. Позывы к мочеиспусканию и дефекации
физиологически целесообразны, так как легче
убегать или бороться с пустым мочевым пузырем и кишечником,
но вызывают хлопоты, если столкновение с окружением
принимает иные формы. Увеличение свертываемости
крови противодействует кровотечению, которое в
жестокой борьбе неизбежно, но если до такой борьбы дело
не доходит, оно может привести к инфаркту. Подобных
примеров можно найти значительно больше.

В человеке существует противоречие между его основной
ориентацией в окружающем мире, которая, как и у
животных, осциллирует между установками "к" и "от"
окружения и связывается с вегетативно-гормональной разрядкой
и его актуальным поведением, в котором преобладает
установка "над", т. е. осцилляция между преобразованием
окружения соответственно собственной структуре и
преобразованием себя соответственно структуре своего
окружения. Эта установка не требует общей мобилизации
организма, но принуждает к образованию все новых функциональных
структур в постоянном взаимодействии с окружением.
С анатомической точки зрения развитие этой
установки у человека связано с развитием neocortex, в то
время как основная ориентация (установка "к" или "от")
зависит, прежде всего, от филогенетически более древних

частей нервной системы, которые тесно связаны с эндокринной
системой. Мозг человека, что касается древних
его частей, немногим отличается от мозга низших млекопитающих.
Филогенетическое развитие концентрируется
на коре мозга, в особенности на ее молодых частях, т. е.
neocortex. Во временном аспекте основная ориентация
(установка "к" или "от") опережает детальную и конкретную
(установка "над"), в которой осуществляется более
точный анализ ситуации и выбор одной из многих
форм взаимодействия с окружением. В противоположность
установки "над", установки "к" или "от" отличаются
большой инерцией, бедностью потенциальных функциональных
структур и легкостью их закрепления. Следствием
этого часто бывает то, что одна из основных установок
сохраняется значительно дольше, чем это необходимо.
Можно наблюдать людей, которые всю свою жизнь
проявляют установку страха или агрессии, так что их установки
трактуют как конституциональные и в зависимости
от разделяемых взглядов объясняют их генетическими
влияниями или внешними, закрепленными в раннем
детстве.

Как представляется, негативные установки (ориентация
"от" окружения) имеют большие шансы закрепления,
нежели позитивные. Ибо они вызывают большую
мобилизацию организма, которая по механизму порочного
круга еще больше усиливает данную установку. Когда
какой-то сигнал из окружения возбуждает чувство страха,
то сопутствующая ему вегетативно-гормональная разрядка
усиливает чувство страха, что, в свою очередь, увеличивает
оборонительную мобилизацию организма и так
дальше по кругу, теоретически ad infinitum. Выходом из
порочного круга становится какая-либо двигательная активность,
в которой хотя бы частично разряжается мобилизация
организма. Потому в состоянии беспокойства
осуществляется ряд бесцельных движений, как хождение
туда и обратно, стучание пальцами по столу, ритмическое
притопывание ногой и т. п. В сновидениях страшные ситуации
переживаются обычно сильнее, чем аналогичные

128

ситуации наяву, вероятно, потому, что возможности двигательной
разрядки во время сна ограничены. Само лишение
двигательной свободы усиливает страхо-агрессивное
напряжение. Собака на цени становится злой, раб всегда
страшен. И даже бездеятельность, хотя бы в состоянии
благостного расслабления, спокойствия и чувства счастья,
через некоторое время приводит к состоянию беспокойства,
которое мобилизует к активности. Это была бы положительная
сторона негативной установки; благодаря
ей нельзя застыть в едином пункте, противостоять тем
самым процессу жизни, основной чертой которого является
изменчивость.

Ситуации, вызывающие установку страха, можно поделить
па четыре группы: связанные с непосредственной
угрозой жизни, с социальной угрозой, с невозможностью
осуществления собственного выбора активности и с нарушением
существующей структуры взаимодействия с окружающим
миром. Следовательно, в зависимости от генезиса
можно говорить о страхе биологическом, социальном,
моральном и дезинтеграционном. Само протекание
реакций страха обычно не позволяет нам различать, с
каким видом страха мы имеем дело. Это возможно лишь
при подробном анализе ситуации, вызывающей установку
страха. Например, в неврозах часто встречаются приступы
сильного страха смерти, который вовсе не является
биологическим страхом, так как смерть больному не грозит
и, наоборот, па начальной стадии онкологического
заболевания нередко выступают симптомы невротического
беспокойства с тематикой, позволяющей предполагать
социальный или моральный страх, а фактически за ними
стоит биологический страх.

Биологический страх вызывается ситуацией, угрожающей
непосредственно жизни. Угроза может исходить извне
или изнутри организма. В первом случае угроза осознается
ясно, и при этом мы говорим о страхе. Он бывает
сильнее, если нет возможности действовать, если человек
чувствует себя в отношении опасности беззащитным. Даже
сознание, что можно самому лишить себя жизни, уменьшает

5 Заказ № 2191

129

частей нервной системы, которые тесно связаны с эндокринной
системой. Мозг человека, что касается древних
его частей, немногим отличается от мозга низших млекопитающих.
Филогенетическое развитие концентрируется
на коре мозга, в особенности на ее молодых частях, т. е.
neocortex. Во временном аспекте основная ориентация
(установка "к" или "от") опережает детальную и конкретную
(установка "над"), в которой осуществляется более
точный анализ ситуации и выбор одной из многих
форм взаимодействия с окружением. В противоположность
установки "над", установки "к" или "от" отличаются
большой инерцией, бедностью потенциальных функциональных
структур и легкостью их закрепления. Следствием
этого часто бывает то, что одна из основных установок
сохраняется значительно дольше, чем это необходимо.
Можно наблюдать людей, которые всю свою жизнь
проявляют установку страха или агрессии, так что их установки
трактуют как конституциональные и в зависимости
от разделяемых взглядов объясняют их генетическими
влияниями или внешними, закрепленными в раннем
детстве.

Как представляется, негативные установки (ориентация
"от" окружения) имеют большие шансы закрепления,
нежели позитивные. Ибо они вызывают большую
мобилизацию организма, которая по механизму порочного
круга еще больше усиливает данную установку. Когда
какой-то сигнал из окружения возбуждает чувство страха,
то сопутствующая ему вегетативно-гормональная разрядка
усиливает чувство страха, что, в свою очередь, увеличивает
оборонительную мобилизацию организма и так
дальше по кругу, теоретически ad infinitum. Выходом из
порочного круга становится какая-либо двигательная активность,
в которой хотя бы частично разряжается мобилизация
организма. Потому в состоянии беспокойства
осуществляется ряд бесцельных движений, как хождение
туда и обратно, стучание пальцами по столу, ритмическое
притопывание ногой и т. п. В сновидениях страшные ситуации
переживаются обычно сильнее, чем аналогичные