Жанр: Политика
Основы геополитики (геополитическое будущее России)
...и, геополитические синонимы. Именно такой план разрабатывается
и реализуется сегодня в международной политике Запада, и в первую
очередь, США. Очевидно, что мондиалистская концепция Большого
Пространства полностью исключает любые формы подлинного
государственного и политического суверенитета каких бы то ни было
народов и государств. Более того, двуполярный мир давал несравнимо
больше степеней свободы (суверенитета) государствам, включенным в
сферу влияния одного из двух Больших Пространств, чем это планируется
в мондиалистском проекте, хотя бы уже потому, что планетарное
противостояние заставляло не только подавлять государства-сателлиты,
но и подкупать их. Единое планетарное Большое Пространство мондиалистских
футурологов будет означать полное исчезновение даже
слабой тени какого бы то ни было суверенитета, так как силовое (военное
или экономическое) подавление раздробленных и атомизированных
"малых пространств" станет единственным способом контроля (по421
Основы геополитики
требность в подкупе и обмане отпадет сама собой за отсутствием возможного
геополитического конкурента).
Актуальная ситуация ставит перед каждым государством и каждым
народом (и особенно перед государствами и народами, входившими ранее
в геополитический блок, противоположный атлантическому Западу)
насущную альтернативу - либо интеграция в единое Большое
Пространство под руководством атлантистов, либо организация
нового Большого Пространства, способного противостоять последней
сверхдержаве. Вопрос о подлинном'геополитическом суверенитете
имеет к этой альтернативе прямое отношение, но при этом никакого
полного суверенитета для отдельного народа или государства не может
быть ни в одном из двух случаев. - При принятии мондиалистской
модели всякий суверенитет вообще заведомо исключается, так
как "мировое правительство" становится безальтернативным и единственным
центром власти, и суверенным является в таком случае только
планетарная псевдоимперия "нового мирового порядка". Все ее части
становятся при этом колониями. При организации нового Большого
Пространства мы имеем дело с относительным суверенитетом в рамках
большого геополитического образования, так как это возможное
Большое Пространство будет относительно свободно при определении
идеологической и мировоззренческой доминанты. Значит, народы и государства,
которые войдут в этот блок, смогут рассчитывать, по меньшей
мере, на этнокультурный суверенитет и на прямое участие в созидании
и разработке новой макроидеологии, тогда как мондиалистский
вариант "нового мирового порядка" уже является идеологически законченным
и выработанным и предлагается всем народам земли как
колониальный аналог либерально-рыночной американской модели.
3.3 Парадокс России
Особенность актуальной геополитической ситуации в том, что инициатива
разрушения евразийского Большого Пространства, существовавшего
до последнего времени в форме социалистического лагеря, исходила
из самого центра этого лагеря, из столицы Евразии - Москвы.
Именно СССР в лице Горбачева стал инициатором включения евразийского
блока в мондиалистский проект. Идеи "перестройки", "нового мышления"
и т.д. на геополитическом уровне означали полное принятие мо422
Евразийский ан-ализ
дели единого Большого Пространства и сознательный переход от двуполярного
мира к однополярному. Вначале был разрушен социалистический
лагерь, урезан Восточный блок. Потом геополитическое самоликвидаторство
было продолжено и от России отбросили те регионы, которые
принято называть сегодня "странами ближнего зарубежья".
Как бы то ни было, Россия как сердце Евразийского Острова, как
Heartland, в актуальной геополитической ситуации лучше всех остальных
регионов могла бы противостоять атлантистской геополитике и
быть центром альтернативного Большого Пространства. Но факт ее
геополитического самоликвидаторства вынудил ее на время (надеемся,
на короткое) уйти с центральных ролей в геополитическом противостоянии.
Поэтому следует разобрать иные возможности создания
альтернативного Большого Пространства, чтобы государства и народы,
отказывающиеся от мондиалистского проекта, смогли предпринимать
некоторые самостоятельные шаги, не ожидая геополитического
пробуждения России. (Кстати, эти шаги могли бы только ускорить такое
пробуждение).
3.4 Россия остается "Осью Истории"
Геополитический выбор антимондиалистской альтернативы вне временно
парализованной России должен все равно учитывать ключевую
стратегическую и географическую функцию именно русских земель и
русского народа, а значит, противостояние современным мондиалистам,
контролирующим до некоторой степени российское политическое пространство,
не должно переходить в общую русофобию. Более того, коренные
геополитические интересы русских и культурно, и религиозно,
и экономически, и стратегически совпадают с перспективой альтернативного
антимондиалистского и антиатлантистского Большого Пространства.
По этой причине национальные тенденции политической оппозиции
внутри России с необходимостью будут солидарны со всеми антимондиалистскими
проектами геополитической интеграции вне России.
3.5 Mitteleuropa и Европейская Империя
Одной из возможных альтернатив нового Большого Пространства
является Европа, которую определенные политические и идеологиче423
1 Страны православной цивилизации. Ось Евразии.
2 Страны Средней Европы. Ось Европы.
3 Страны европейского Запада. Наиболее вероятные союзники
антиконтинентальных сил.
Евразийский анализ
ские круги противопоставляют Западу - англосаксонскому миру, и в
первую очередь, США. Такая антизападная Европа не является чистой
утопией, так как подобный проект неоднократно реализовывался в истории,
хотя всякий раз с определенными погрешностями или искажениями.
Так, в XX веке страны Оси представляли собой остов именно
такой Европы, хотя англофилия и франкофобия определенных кругов
в германском руководстве (наряду с другими обстоятельствами) и помешали
полному осуществлению этого проекта. После Второй мировой
войны подобная попытка предпринималась Де Голлем, и этой политике
Франция обязана тем, что она не является сегодня официально
членом НАТО. Как бы то ни было, идея антизападной, традиционной,
имперской Европы становится все более и более актуальной сегодня,
когда присутствие американских войск на европейском континенте не
оправдывается более наличием "советской угрозы" и приобретает характер
открытой американской оккупации. Европа по уровню своего
технического и экономического развития .является серьезным противником
Америки, и при усилении давления снизу естественных геополитических
интересов европейцев мондиалистская и проамериканская
верхушка европейских государств может отступить, и Европа начнет
самостоятельную геополитическую жизнь. Тенденции к политической
эмансипации и к поиску идеологической альтернативы нарастают в
Европе с каждым днем, параллельно с этим возрастают шансы создания
независимого европейского Большого Пространства.
3.6 Германия - сердце Европы
Европейское Большое Пространство должно складываться вокруг
самой континентальной из европейских держав - вокруг Германии, а
еще точнее, вокруг Mitteleuropa, т.е. Средней Европы. Геополитические
интересы Германии традиционно были противоположны атлантистским
тенденциям Запада. Это касалось как собственно континентальных,
так и колониальных аспектов геополитики. Германия всегда была
противником англосаксонских колониальных завоеваний и стремилась
к созданию сугубо сухопутной, континентальной, автаркийной цивилизации,
основанной на традиционных, иерархических и почвенных
ценностях. Mitteleuropa в лице Австро-Венгерской империи Габсбургов
была последним европейским следом Великой Римской Империи, к
425
Основы геополитики
которой и восходит корнями европейская цивилизация в ее государственно-социальном
аспекте. Собственно говоря. Римская Империя и была
Большим Пространством, объединявшим Западную и Среднюю Европу
в единый геополитический организм. И сегодня идея Европейской Империи
прямым образом связана с Германией и странами, входящими в
зону германского влияния.
Из этих тезисов можно сразу сделать один важный геополитический
вывод. - Для всех западных стран "ближнего зарубежья" (как
прибалтийских республик, так Украины и Молдавии) антимондиалистский
геополитический союз возможен только при вхождении в
блок Средней Европы (если, конечно, ситуация в самой России не
изменится) при ориентации на Германию. В таком случае, западные
регионы СССР будут иметь шанс стать восточными пограничными
районами европейского Большого Пространства и смогут обладать некоторым
подобием суверенитета (хотя намного меньшим, нежели в составе
России или в возможном новом Евразийском Блоке с центром в
антимондиалистской России).
Европейская Империя сможет гарантировать этим регионам определенную
культурную, лингвистическую и экономическую автономию
и сберечь их от нивелирующей мондиалистской Системы, уничтожающей
в либерально-рыночной, плутократической структуре даже намеки
на различие, автаркию и сохранение национальной идентичности.
Однако ни о какой политической и государственной независимости
здесь не будет и речи. Более того, Европейская Империя с германским
центром всегда будет находиться под угрозой вспышки немецкого национализма,
хотя это и чревато ее распадом, как был чреват поражением
"пангерманизм" Гитлера.
3.7 "Примкнуть к Европе"
Более всего эта перспектива близка Западной Украине и Эстонии,
так как только эти области, действительно, принадлежат исторически
и религиозно к западной культуре и считают свои геополитические
интересы тождественными интересам Средней Европы. Что же касается
других "стран ближнего зарубежья", то Белоруссия и восточные и
центральные районы Украины политически и культурно принадлежат
к зоне России-Евразии, и если в чем-то и существует культурное раз426
Евразийский анализ
личие, то оно может быть сведено к частным деталям, отнюдь не предполагающим
смену геополитического блока с Восточного на Центральный
(Средняя Европа) и могущим быть урегулированными в рамках
этно-культурной (но не государственной!) автономии. Литва, со своей
стороны, всегда играла особую роль в геополитике Восточной Европы,
выполняя двойную функцию - по отношению к России она выступала
как носительница западной культуры, по отношению к Средней Европе
она, напротив, вместе с Польшей проявляла себя как восточная
сила, отстаивающая балто-западно-славянскую независимость от германского
давления. С геополитической точки зрения, в последние столетия
Литва становилась то немецкой, то русской, и единственно какой
она уже давно не является (да и не может являться), так это литовской,
так как у нее нет достаточных геополитических предпосылок
для того, чтобы соответствовать условиям суверенитета, выдвигаемым
современностью.
Отчасти то же самое можно сказать и о Латвии, хотя она в отличие
от Литвы вообще никогда не играла никакой самостоятельной роли в
геополитической истории, явля-ясь периферией посторонних воздействий
в Балтике.
Что касается Молдавии, то это территориальное образование также
никогда не имело своей государственности, и какая бы то ни было
самостоятельная политическая и государственная традиция у румын,
как и у молдаван, полностью отсутствует. Однако исторически Румыния
(включая некоторые земли Молдавии) входила в геополитический
блок как России-Евразии, так и Средней Европы (в лице Австро-Венгрии),
поэтому определенный прецедент альянса со Средней Европой у
Румынии был. Хотя Православие подавляющего большинства молдаван
и румын больше сближает их все-таки с Востоком и Россией.
3.8 Границы "свободы"
и утраченные преимущества
Перспектива вхождения западных стран "ближнего зарубежья" в
Европейскую Империю и их примыкание, к Средней Европе является
возможным и исторически обоснованным, хотя почти во всех случаях
(исключая Эстонию как колониальные земли Тевтонского Ордена, населенные
потомками безмолвных и покорных автохтонных угро-фин427
Основы геополитики
ских работников, и Западную Украину) Восточный блок России-Евразии,
с чисто геополитической точки зрения, предпочтительней во много
раз, так как культурно эти регионы больше связаны с Востоком,
нежели со Средней Европой. Таким образом, союз западных "стран
ближнего зарубежья" со Средней Европой может служить промежуточным
вариантом антимондиалистской геополитической ориентации
в том случае, если Россия будет продолжать отказываться от своей
интеграционной миссии.
Надо заметить, что никакого политического суверенитета в случае
вхождения в состав гипотетической "Европейской Империи", конечно,
эти страны не получат, так как Большое Пространство, предоставляя
геополитическую, экономическую и военную протекцию, требует
от своих подданных, в свою очередь, отказа от политико-национальной
самостоятельности, от права проводить собственную идеологическую
или дипломатическую политику, идущую вразрез с интересами Империи.
Как бы это ни затрагивало представителей "малого национализма",
в нашей ситуации суверенными могут быть только сверхгосударства,
континентальные Империи, взятые как единое целое.
3.9 "Санитарный кордон"
Геополитическая проблема западных "стран ближнего зарубежья"
имеет и еще один аспект - это атлантический фактор, действующий
непосредственно и навязывающий этим странам политические ходы,
выгодные мондиализму и американизму. В этом вопросе существует
несколько уровней. Начнем по порядку.
США имеет перспективу реального мирового господства только в
том случае, если никакого иного Большого Пространства на планете
больше не будет. Отсюда следует вывод, что американская геополитика
своей главной целью имеет разрушение потенциального геополитического
сильного блока и создание препятствий для его образования.
В истории мы имеем прецедент такой политики в лице Англии, всегда
стремившейся к созданию на континенте "санитарного кордона" или
"санитарных кордонов". "Санитарный кордон" представляет собой территорию
государств и народов, которая располагается между двумя
крупными геополитическими образованиями, чей союз или обоюдное
вхождение в Большое Пространство могло бы составить опасную кон428
Евразийский ан'ализ
куренцию заинтересованной державе (ранее Англии, сегодня США).
Страны "санитарного кордона" как правило являются одновременно
причиной конфликтов двух континентальных держав, причем их геополитическая
самостоятельность де факто невозможна, и поэтому они
вынуждены искать экономической, политической и военной поддержки
на стороне. Сущность политики третьей крупной геополитической
силы в данной ситуации состоит в том, чтобы сделать из "санитарного
кордона" зону напряженности между двумя близкими Большими Пространствами,
провоцируя эскалацию конфликта через дипломатическое
влияние на правительства "промежуточных" стран. Самым радикальным
вариантом "санитарного кордона" является положение, при котором
"промежуточная" страна стремится к полной независимости от
обоих континентальных соседей, что на практике означает превращение
в колонию третьей "далекой" державы.
Самым знаменитым примером "санитарного кордона" были в начале
века страны, расположенные между Россией и Германий и контролировавшиеся
Англией. Они разбивали Большое Пространство Средней
Европы и Большое Пространство России-Евразии, служа прямыми
агентами и сатрапами стран европейского Запада. Тот же ход повторялся
неоднократно и в других более локальных ситуациях. В наше
время США в силу прямой геополитической необходимости вынуждены
сделать "санитарный кордон" основным инструментом своей внешней
политики. В докладе американского советника по делам безопасности
Пола Вольфовица правительству США (март 1992) прямо говорилось
о "необходимости не допустить возникновения на европейском
и азиатском континентах стратегической силы, способной противостоять
США", и в этом смысле указывалось, что страны "санитарного
кордона" (в частности, страны Прибалтики) являются "важнейшими
стратегическими территориями, покушение на которые со стороны русских
должно повлечь за собой вооруженный отпор со стороны стран
НАТО". Это - идеальный пример геополитической логики третьей
державы в зоне обоюдных интересов Германии и России.
3.10 Превращение из провинции в колонию
Политику "санитарного кордона" можно выразить в формуле "независимость
от ближнего и зависимость от дальнего". При этом надо
Основы геополитики
ясно понимать, что ни о какой подлинной независимости или суверенности
здесь не может быть и речи, хотя близорукий "мелкий национализм"
и может на уровне обывателя временно отождествить такую
"колониальную зависимость от третьей державы" с успехом "национально-освободительной
борьбы". Следует напомнить также, что в случае
малых государств в нашем прекрасно управляемом мире не может
быть не только победы, но и полноценной, единодушной борьбы.
Страны "ближнего зарубежья", вышедшие из под контроля Москвы
по воле различных геополитических обстоятельств, среди которых их
внутренняя борьба за независимость играла ничтожно малую роль (если
вообще таковая наличествовала), имеют все шансы стать "санитарным
кордоном" мондиалистской политики США на континенте, а значит,
потерять доверие своих соседей и навлечь на себя проклятие "двойного
предательства". Более того, в этом случае они превратятся из
провинций в колонии. Что произойдет в этом случае с их национальной
культурой вообще страшно себе представить, так как мондиализм
предложит вместо нее универсальный колониальный суррогат, культурную
"кока-колонизацию". В качестве же правителей "санитарный
кордон" будет иметь марионеточных надзирателей. Политической самостоятельности
эти страны будут полностью лишены, а безопасность
их населения постоянно будет под угрозой континентальный соседей,
которые не преминут отомстить.
Таким образом, для стран "ближнего зарубежья" перспектива превращения
в "санитарный кордон" означает потерю всякой геополитической
независимости, так как за возможность "санитарной моськи"
подразнить "континентального слона" сама "моська" заплатит полным
политическим, культурным и экономическим рабством у заокеанских
шефов "нового мирового порядка" (и плюс к тому, вполне закономерной
реакцией "слона" в самом близком будущем).
Перспектива "санитарного кордона" в отношении западных стран
"ближнего зарубежья" очевидна. Ее формула - "ни Германия, ни Россия"
(т.е. "ни Средняя Европа, ни Евразия"). Поскольку Германия как
самостоятельная геополитическая сила сегодня является чистой потенцией,
то справедливо предположить, что за понятием "независимости"
("суверенитета") западных стран "ближнего зарубежья" следует
видеть как раз переход на службу мондиализму и американизму. По
меньшей мере, такова актуальная геополитическая картина. Иными
Евразийский анализ
словами, западные страны "ближнего зарубежья", действительно стремящиеся
к "независимости" (а не "обреченные на независимость" предательской
политикой Москвы), скорее всего, сознательно выбирают
роль "санитарного кордона" на службе США. Особенно это характерно
для тех "стран", у которых традиционно с Германией были довольно
неприязненные отношения.
Страны "санитарного кордона" из "ближнего зарубежья" входят в
альянс с Западом (с Западной Европой), минуя Среднюю Европу, и это
является ярчайшим признаком их атлантистской. мондиалистской ориентации.
В принципе, то же самое верно и для восточных стран "ближнего
зарубежья". Однако чтобы адекватно понять их геополитические перспективы,
надо более подробно остановиться на геополитических силах
Востока.
3.11 Азия перед выбором
На Востоке существуют следующие потенциальные геополитические
силы, которые могут претендовать на то. чтобы стать Большими Пространствами:
Китай, Иран, Турция и Арабский мир. Проанализируем
кратко специфику каждого из этих Больших Пространств применительно
к восточным странам "ближнего зарубежья".
Надо сказать, что геополитика Китая представляет собой особую
тему, которую невозможно осветить в нескольких строках. Так как
"ближнее зарубежье" Востока является регионом распространения ислама,
то перспектива образования с Китаем единого Большого Пространства
отходит на второй план перед возможностями исламских
геополитических коалиций. По меньшей мере. так обстоит дело в настоящий
момент, что не исключает, впрочем, резкой активизации китайского
фактора как фактора интегрирующего в ближайшем будущем.
В рамках собственно исламского мира для восточных стран "ближнего
зарубежья" актуальны три геополитических фактора, имеющие
глобальные перспективы, причем каждый из этих факторов имеет свои
ярко выраженные идеологические особенности. Это - континентально-исламский,
революционный Иран; светская, атлантистская, профанически-националистическая
Турция; и арабский "саудовский" теократический
вариант ислама. Конечно, в арабском мире есть и другие гео431
Евразийский анализ
политические возможности (Ирак. Сирия. Ливия), но ни одна из них в
настоящий момент не может претендовать на роль интегрирующего
Большого Пространства по отношению к странам Средней Азии. Вообще
говоря, ориентацию на Саудовскую Аравию можно условно и геополитически
приравнять к ориентации на "арабский (несоциалистический)
ислам".
Восточные страны "ближнего зарубежья" имеют перспективу трех
возможных геополитических интеграции в рамках азиатского блока.
3.12 Континентальные перспективы "Исламской
Революции"
Иран является сегодня уникальной страной, которая выполняет в
Азии роль Средней Европы на Западе. Характерно, что сами иранцы
резко отличают себя как от Запада, так и от Востока, понимая под
"Западом" "профаническую мондиалистскую цивилизацию Европы", а
под "Востоком" - "Индию. Китай и ... Россию".
Иранский ислам является динамической и мощной силой, которая
имеет яркую антимондиалистскую направленность и претензии на глобальную
Мировую Исламскую Революцию. В геополитическом смысле
Иран является сугубо континентальной державой, имеющей и стратегически,
и экономически, и идеологически все шансы стать ядром крупного
евразийского блока.
Ориентация среднеазиатских республик на Иран (и в первую очередь,
Азербайджана с его нефтью и гигантского ядерного Казахстана)
вполне могла бы создать предпосылки для подлинного континентального
суверенитета. Проиранская коалиция была бы среднеазиатским
аналогом Средней Европы (сравните: Средняя Азия - Средняя Европа),
так как и исторические прецеденты, и идеологические принципы,
и культурно-религиозная однородность этих континентальных регионов
служат достаточным основанием для прочности и эффективности
такого союза.
Важно заметить, что проиранское Большое Пространство потенциально
включает в себя Афганистан и Пакистан, а это, в свою очередь,
открывает полосу территориальной непрерывности с Таджикистаном
и Узбекистаном. С Туркменией же Иран имеет непосредственные
границы.
Основы геополитики
3.13 Ловушка "пантюркизма"
Совершенно иной характер имеет ориентация на Турцию, часто сопровождающаяся
"пантюркизмом" (так как среднеазиатские народы
"ближнего зарубежья" являются по преимуществу "тюркскими").
Турция как государство возникло на месте Османской Империи не
как ее продолжение, но как пародия на нее. Вместо полицентрической
имперской многонациональной исламской структуры Кемаль Ататюрк
создал восточный вариант французского Etat-Nation, Государства-Нации,
со светским, атеистическим, профаническим и националистическим строем.
Турция была первым государством Востока, которое резко порвало
со своей духовной, религиозной и геополитической традицией. Фактически,
Турция, будучи сегодня членом НАТО, является восточным форпостом
атлантизма и мондиализма, "санитарным кордоном" между азиатским
Востоком и арабским миром. Геополитическая модель, которую
предлагает Турция, - это интеграция в западный мир и атеистическую,
мондиалистскую цивилизацию. Но так как сама Турция, стремящаяся
войти в "Европу", пока остается лишь "политико-идеологической" колонией
США, а не действительным членом европейского Большого Пространства
(что могло бы теоретически предполагать участие Турции в
блоке Средней Европы), то ориентация на Турцию означает для стран
"ближнего зарубежья" интеграцию в мондиалистский проект на правах
"санитарного кордона", в качестве "колониальной прокладки" между
восточной континентальной массой Евразии (с Ираном, Китаем и Индией)
и взрывоопасным арабским миром, постоянно стремящимся сбросить
мондиалистское марионеточное руководство.
Путь Турции - это путь служения атлантистской сверхдержаве и
принятия мондиалистской модели планетарного Большого Пространства,
подконтрольного "мировому правительству". Могут возразить,
что карта "пантюркизма", разыгрываемая Турцией, имеет внешне традиционалистский
характер. Это отчасти верно, и проекты "Великой
Турции от Якутии до Сараево" действительно активно разрабатываются
турецкой пропагандой. Надо при этом заметить, что серьезность
этим проектам могла бы придать только радикальная смена политического,
идеологического и экономического курса сегодняшней Турции,
а это предполагает ни больше ни меньше как Революцию и поворот
геополитических интересов на 180 градусов. Не исключая такую воз434
Евразийский анализ
можность, надо отметить все же малую вероятность такого течения
событий в ближайшем будущем. Но в то же время подобная перспектива,
пропагандируемая в настоящем, может привести к весьма конкретному
геополитическому результату - к повороту восточных стран
"ближнего зарубежья" от Ирана, к выбору светской, атеистической
модели общества, к постепенной интеграции в проатлантистский "санитарный
кордон". "Пантюркизм" столь же двусмыслен, как и "панславизм"
или "пангерманизм", т.е. как все идеологии, ставящие национальный
признак выше геополитических, пространственных и религиозных
интересов народов и государств.
3.14 Нефтедоллары и мондиализм
Саудовская Аравия, оплот су
...Закладка в соц.сетях
