Жанр: Философия
Новейший философский словарь: 3-е изд
...роблема Т. утрачивает не только актуальность, но и основания своего
проблемного статуса: по оценке Фуко, если ранний Ницше еще задавался вопросом,
"следует ли приписывать Богу происхождение зла", то зрелого Ницше этот вопрос
лишь "заставляет улыбнуться".
М.А. Можейко
ТЕОЛОГИЯ (греч. theos - Бог, logos - слово; русская калька - богословие) -
феномен теистских вероучений, выражающийся в традиции доктринальной
интерпретации сущности и бытия Божьего. Различают: 1) фундаментальную
(теоретическую) или системную Т., включающую в себя догматику (предлагающую
системную интерпретацию догматов вероучения), апологетику (обоснование
вероучения с помощью рациональных средств), сравнительную Т. (основанную на
компаративном анализе базового вероучения с основоположениями других религий),
экзегетику (методологию имманентного истолкования сакральных текстов),
социальную Т. (представляющую собой концепцию истории в духе вероучения),
экклесиологию (концепцию церкви и ее роли в истории человека и человечества) и
др.; 2) историческую Т., включающую в себя церковную археологию (история церкви,
история Библии и ее истолкований, рефлексивная мета-история Т. и др.); 3)
нравственную (практическую) Т., т.е. концепцию личного спасения (сотериология),
предполагающую разработку соответствующей моральным ценностям вероучения
поведенческой парадигмы; 4) пастырскую Т., т.е. систему раскрытия прикладных
аспектов культовой деятельности, включающую в себя литургику (теорию
богослужения), гомилетику (теорию проповедческой деятельности), катехитику
(включая прикладные методики адаптации) и др. Возникает исключительно в рамках
такого типа вероучений, как теизм. Бог как личность сообщает человеку знание о
себе через слово (западно-христианская и протестантская theologia, православное
"богословие", калам (арабск. "слово", "речь") в мусульманстве, которое может
быть конституировано как в "живом откровении", так и в "текстах откровения". Эта
абсолютная и непреложная истина "слова Божьего" и выступает исходной основой Т.
- доктрины о сущности и бытии Бога. Оформление Т. как феномена теистских
вероучений формирует и каноническую ее проблематику: содержание социальной
аппликации трактовки Бога как "правящего" миром задает парадигму
провиденциализма, в контексте этой трактовки с неизбежностью встает проблема
теодицеи; возможность личного диалога человека с Богом формирует традицию
мистического богословия и т.п. Однако центральной и конституирующей проблемой
для Т. неизменно выступает проблема богопознания, сама постановка которой в Т.
фундаментально проблемна (см. Бог). В разветвленном и законченном виде - как
развитая концептуальная система - Т. характерна только для таких классических
вероучений, как христианство, иудаизм, ислам, где теизм обретает свою
завершенную и абсолютную форму. Развитие трех названных версий Т. осуществляется
во многом параллельно: с одной стороны, опора на канонические тексты, признанные
автохтонно сакральными в рамках того или иного вероучения и генетически так или
иначе восходящие к Библии, с другой - использование при их толковании
категориальной традиции античной философии. По формулировке Вольтера, "платонизм
- это отец христианства, а иудаистская религия - его мать"; новозаветное
ТЕОРИЯ (греч. theoria - наблюдение, рассмотрение, исследование, умозрение,
буквально - "зрелище", "инсценировка") - высшая форма организации научного
знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных
(структурных, функциональных, каузальных, генетических) связях определенной
области описываемой действительности (предметного поля объяснений и
интерпретаций). В классической науке Т. в идеале должна представлять собой
систему ее законов и презентировать основной категориально-понятийный аппарат ее
описания (понимания, истолкования, интерпретации, объяснения и прогнозирования,
при акцентуализации последних двух процедур). Она представляет собой дедуктивно
(в большинстве случаев) простроенную систему организации знания, вводящую
правила логического вывода более конкретного знания (следствий) из наиболее
общих (в пределе - аксиоматических) для данной Т. оснований-посылок. В идеале
правильно построенная Т. является открытой как в сторону исследования фактов,
так и в сторону метатеоретических исследований, в которых она согласовывается с
другими Т., имеющими отношение к данной предметно-проблемной области. Т.
различаются по характеру решаемых задач, способам своего построения, типам
реализуемых процедур. Различают: 1) гипотетико-дедуктивные Т., характеризующиеся
иерархической соподчиненностью своих компонентов, обеспечивающей переход от
высказываний к
высказываниям без привлечения дополнительной информации, и нацеленностью на
процедуры объяснения; 2) дескриптивно-прогностические Т., построенные из
пропозициональных утверждений примерно одного уровня обобщения (что не требует
иерархической соподчиненности), обеспечивающие согласование с эмпирическим
(фактуалистическим) уровнем знания и нацеленные на описание (как возможную базу
для построения моделей и прогнозов); в этом смысле используют и термин
"феноменологические Т."; 3) индуктивно-дедуктивные Т., занимающие срединное
положение между первыми и вторыми; 4) формализованные Т. логики и математики. В
структуре полностью развернутой Т. выделяют: 1) фундаментальную теоретическую
схему - исходные принципы, универсальные (для данной Т.) законы, основные
системообразующие категории и понятия; 2) возможные дополнительные частные
теоретические схемы, конкретизирующие и проецирующие фундаментальную
теоретическую схему на сопредельные предметные области; 3) идеализированную
(концептуальную) схему (модель, объект) описываемой области с "прописыванием"
основных связей между ее элементами (структурно-организационный срез предметного
поля), на которую проецируются интерпретации всех утверждений Т.; 4) логическую
схему Т., включающую множество допустимых внутри Т. правил вывода, способов
доказательства и принципов ее оформления; 5) языковой тезаурус, синтаксис как
нормы построения правильных язяковых выражений и предъявления полученных
результатов (логико-математические Т. вообще понимаются как совокупность
предложений некоторого формализованного языка); 6) интерпретационную схему,
программирующую возможность перехода от концептуальной (реже - фундаментальной)
схемы к уровню фактов и процедур наблюдения и эксперимента (задающую
операциональный смысл Т.); 7) совокупность законов и утверждений, логически
выведенных из фундаментальной теоретической схемы. Таким образом, Т.
представляет собой систему логически взаимосвязанных утверждений,
интерпретируемых на идеализированных предметностях, презентирующих
("референтирующих") тот или иной фрагмент изучаемой действительности. Иначе: Т.
есть сеть (как целостность) простроенных из исходных концептов конструктов,
связанных определенной совокупностью выведенных высказываний относительно них.
Т. должна максимально полно объяснять известные факты, подводя их под систему
связей-законов, конституируемых как лежащие в их основе. В то же время,
эвристическая сила Т. определяется ее способностью предсказывать еще неизвестные
факты, расширяя сферу познанного. По отношению к Т. осуществляется ряд процедур
ее обоснования: верификация, фальсификация, методологическая рефлексия ее
оснований, фальсифицирующая критика оснований Т.-"конкурентов" (особенно в
социогуманитарном знании), переконструирование архитектоники и другие процедуры
более частного порядка. Фактически, в данном случае речь идет о "натурализации"
теоретических схематизмов как описывающих не только идеальные, но и
"действительные" объекты, т.е. об фиксации области применения Т. (реальных
ситуациях опыта). Переход от схематизмов Т. к уровню фактов осуществляет
достаточно подвижный (подвергаемый постоянным переформулировкам) слой гипотез
(вытекающих из Т., но обосновываемых эмпирическими данными). Таким образом,
каждая Т. обладает определенным объяснительно-прогностическим потенциалом,
указывающим на ее "силу". Последняя влияет на: 1) способность Т. экспансировать
в сопредельные предметные, даже дисциплинарные области; 2)
конкурентноспособность Т. в ее столкновении с другими Т., претендующими на
объяснение и прогнозирование той же предметной области, но с других теоретикометодологических
(концептуальных) оснований. В последнем случае речь может идти
о двух разных эпистемологических ситуациях: 1) случай конкурирования "старой" и
"новой" теоретических систем; 2) случай конкурирования между собой двух (и
более) "новых" концептуальных схем (моделей, гипотез), претендующих на свою
институционализацию в качестве Т. той или иной предметной области.
Дополнительными основаниями различения "силы" Т. являются: 1) критерий
конструктивности (архитектоника Т.); 2) критерий простоты (способность Т.
"сокращать", "сжимать" знание, увеличивать свою информационную "емкость" без
дополнительного усложнения своей архитектоники). С методологической точки зрения
любая Т. должна стремиться к максимальной полноте и адекватности описания,
целостности и выводимости своих положений друг из друга, внутренней
непротиворечивости. Актуализация тематики выбора Т. сместила акценты
общеметодологической рефлексии с проблем внутренней организации знания на
проблемы его вписанности в более широкие знаниевые системы, с логического и
языкового анализа Т. на вопросы институциональной организации знания, что было
закреплено как переход от "неопозитивистской" к "постпозитивистской" фазе в
развитии аналитической философии, сделавшей научное знание основным предметом
своих анализов. В фокус внимания общеметодологической рефлексии в этом случае
попадают проблемы, связанные с рассмотрением вопросов идеалов и норм научного
познания; научные картины мира, внутри которых формируются конкретные Т., или
которые формируются (изменяются) под воздействием тех или иных Т., а также
стратегии, применяемые определенными научными сообществами для закрепления
своего доминирующего положения или для достижения такового в той или иной
дисциплинарной области. В наиболее широком контексте речь идет о вписанности
рассматриваемых Т. в систему культуры в целом, об их роли в описаниях
(самоописаниях) последней. В этом случае содержание термина "Т." максимально
расширяется вплоть до обсуждения теоретической компоненты и способов ее
оформления в познавательных практиках того или иного типа культуры. В результате
понятие Т. соподчиняется с понятиями (или даже заменяется ими) исследовательской
программы (термин конституирован Лакатосом), как презентирующей те или иные
исследовательские стратегии, или парадигмы (термин конституирован Куном), как
презентирующей те или иные видения исследуемой реальности. У истоков
релятивизации понятия "Т." стоял Поппер, у которого начало и завершение
определенного этапа изменения знания маркируются проблемами, а само знание
трактуется как принципиально гипотетическое. Из постпозитивистских дискурсов
берет начало тенденция оспаривания понимания развития Т. как куммуляционного
процесса. Представления об усовершенствовании и развертывании Т. в период
"нормальной науки" были дополнены представлениями: 1) о "научной революции" и
смене конкурируищих парадигм (Кун); 2) о переинтерпретации "защитного пояса"
инвариантного ядра исследовательской программы (Лакатос); 3) о "методологическом
анархизме", т.е. о равноправии различных сосуществующих Т., что только и
способно служить гарантом того, что факты будут замечены и должным образом
оценены (Фейерабенд). В этом же ключе можно понимать и введенное Фуко понятие
эпистемы, а также анализ "эпистемологических разрывов" Башляром. Важную роль в
пересмотре понятия Т. сыграли также: 1) введение Мертоном понятия "Т. среднего
уровня", как опосредующей фундаментально-теоретическое и эмпирическипроцессуальное
(фактуалистическое) знания; 2) формирование представлений о
метатеоретическом уровне организации знания (метатеория и метаязык), позволивших
максимально дистанцироваться от конкретно-предметных "фрагментов", описываемых
той или иной Т., и выйти на уровень методологической рефлексии над научным
знанием того или иного рода или над научным знанием как таковым, с одной
стороны, и на "вписывание" теоретического знания в контекст культуры - с другой.
С середины 20 в. наметилась тенденция обособления методологии от научнотеоретического
(и философского) знания в особую область знаниевых практик
(неорационализм, системо-мыследеятельностная (СМД) методология и др.).
Универсальность Т. как высшей формы организации знания постоянно ставилась под
вопрос в социогуманитарном знании (начиная с неокантианства). В этой связи
обсуждались такие формы его организации как типологизация, идеальные и
конструктивные типы и т.д. В более мягких версиях критики предлагалось снятие
наиболее строгих требований, предъявляемых к Т. любого рода, а сама она
фактически приобретала вид научной концепции, как задающей видение, логику и
средства (концепты) описания той или иной исследуемой области. (В традиции
аналитической философии близких взглядов придерживается Тул-мин, рассматривающий
науку как совокупность эволюционизирующих популяций понятий и объяснительных
процедур.) Существенным в этом отношении было и формулирование тезиса о
принципиальной мультипарадигмальности (плюралистичности) социальных и
гуманитарных дисциплин. Не менее важным для понимания сути и природы научного
знания оказались и представления о нем не только (и не столько) как о
дисциплинарно-предметно организованном (а тем самым стремящимся к выражению себя
в форме предельно эвристичной Т.), а как о знании дискурсивном, порождающем
специфические дискурсы и коммуникации особого рода. (См. также Гипотеза, Наука,
Дисциплин арность, Знание.)
В.Л. Абушенко
ТЕОСОФИЯ (греч. theos - Бог и sophia - мудрость, знание) - (1) -доктрина
богопознания (в отличие от теологии, опирающейся на идею откровения и догматы
церкви), основанная на внеконфессиональном эзотерическом опыте. К Т. относятся
гностицизм, герметизм, розенкрейцеровское миропонимание и др. В средние века
этот термин соотносится с мистическими учениями Беме, Пара-цельса, Л.К.СенМартена,
графа Сен-Жермена и др. Шеллинг употреблял термин "Т." для обозначения
синтеза мистического богопознания и рациональной философии. Близко к этому
понятие "свободной Т." у В.Соловьёва. Фундаментальное и всестороннее изложение
Т. получила в трудах Блаватской. Исследуя исторические формы религии, Т.
стремится объединить различные вероисповедания через тождественность
эзотерического смысла всех религиозных символов. Онтология Т. строится на учении
о "Непознаваемом", неизреченном Абсолюте, Безличном Принципе, благодаря которому
все начало быть. Высшую триаду составляют Бесполый Непроявленный Логос,
Потенциальная мудрость и Вселенская Мыслеоснова. Нисхождение в мир божественных
энергий совершается через сферу Проявленного Логоса, духовный, психический,
астральный и материальный планы. Человек, по Т., есть отражение проявленного
Бога (микрокосм подобен Макрокосмосу), и его истинное реальное "Я" вечно и едино
с "Я" Вселенной (ср. Пуруша в индуизме, Адам-Кадмон в Каббале и др.). Эволюция
человека совершается путем многочисленных воплощений, в которых он приобретает
опыт, знания и самопожертвованной жизнью, служением людям становится активным
участником божественного преобразования и строительства на Земле и во Вселенной.
Вся философская концепция Т. строится на семеричном принципе: 7 планов бытия, 7
принципов человека, 7 эволюционирующих рас и др. Гносеологическая доктрина Т.
опирается на учения о карме, перевоплощении, законе жертвы и восхождении
человека к своему истинному "Я", и заключенному в высшем Триединстве "АтмаБудхи-Манас".
Человек, вступивший на путь самосовершенствования и постижения
Божественной Мудрости, встречает, по Т., множество препятствий и опасностей:
только чистое, огненное сердце способно устоять под натиском стихий и выдержать
воздействия низших желаний, страстей, мыслей. В контексте Т. формулируется
закон: когда испытуемый вступает на путь, то начинают проявляться некоторые
оккультные следствия, и "первое из них есть выявление наружу всего, что
находилось в человеке до сих пор в спящем состоянии: его недостатков, привычек,
качеств и скрытых желаний, хороших или дурных, или безразличных" (Блаватская).
Особенностью исторического подхода Т. является учение о семи человеческих Расах.
Развитие и становление человечества проходит в течение сотен миллионов лет от
первой Расы - эфироподобных существ, через Расу "потомрожденных", к человеческим
существам Лемурийского (Третья Раса) и Атлантического (Четвертая Раса) периодов.
Настоящее человечество представляет собой пятую Расу, эволюционирующую к более
высокой шестой, у которой будут проявляться божественные способности
яснослышания, ясновидения и т.п. Социально-историческая концепция Т. строится на
идее "Всемирного Братства Человечества", которая является ведущей во всех
мировых учениях (Сангха буддизма, Умма ислама, Община христианства и др.). Идеи
Т. послужили предметом осмысления М.Ганди, Е.И. и Н.К.Рерихов, В.Кандинского и
др. (2) - в узком смысле - эзотерическая доктрина, основы и фрагменты которой
изложены Блаватской в труде "Тайная Доктрина".
В.В. Лобач
ТЕРМИНИЗМ (лат. terminus - граница, определенность, имя) - позднесхоластическое
течение в рамках номинализма (14-15 вв.), ориентированное на понятийную
аналитику (логика и теория языка) и исследование проблем соотношения логикоязыковых
средств познания с данными чувственного опыта (гносеология и
методология). Развивается в рамках радикальной традиции францисканского ордена,
выразив в своих концептуальных построениях фундаментальную интенцию позднего
францисканства на логицизм и эмпиризм. Был распространен в университетской среде
(Кембриджский, Парижский, Гейдельбергский, Лейпцигский, Эрфуртский, Падуанский,
Пражский, Краковский и другие университеты). Наиболее яркие представители -
Роберт Холкот, Жан из Мирекура, Николай из Отрекура, Жан Буридан, Альберт
Саксонский, Марсилий Падуанский и др. В своем возникновении был инспирирован
идеями Уильяма Оккама, чья позиция "universale post res" фундирует собою
методологический изыск Т.: номиналистический пафос последнего во многом
продиктован ранней формулировкой знаменитой "бритвы Оккама": "без необходимости
не следует утверждать многого" (в силу этого обстоятельства в рамках
постсхоластической традиции Т. часто обозначается как "оккамизм"). Развивая
общесхоластическую интенцию на экспликацию содержания понятий и рефлексивную
отстройку категориального аппарата теоретического познания, Т. выступает
интеллектуальным феноменом схоластической традиции, наиболее мощно и плодотворно
репрезентирующим логико-аналитический потенциал схоластики (см. Схоластика,
Иоанн Дунс Скот, Николай Кузанский). Вместе с тем статус Т. внутри
схоластической традиции может быть оценен в категориях модернизма:
методологический пафос Т. был эксплицитно презентирован в оценочной формулировке
своего метода, фундированного параллельно категориальным анализом терминов и
анализом данных чувственного опыта: via moderna (лат. "современный путь" - в
противоположность via antiqua - "старому пути" классической схоластики).
Стандартная ориентация на концепцию "двойственной истины" трансформируется в Т.
в программу синтеза парадигмальных когнитивных установок на получение знания на
базе сенсорных данных опыта, с одной стороны, и парадигмы движения мысли в сфере
абстракции, с другой. В области социальных воззрений Т. апплицирует гештальт
"двойственной истины" на проблему разделения властей, проводя идею о
секуляризации светской государственной власти, за что неоднократно официально
осуждался папской курией (1339, 1340, 1348, 1474). Амбивалентность статуса Т.
как - одновременно - классики и модернизма схоластики позволяет типологически
сопоставить его как с последующей когнитивной программой эмпиризма локковского
направления (например, у Гоббса), с одной стороны, так и с интегративной
парадигмой синтеза опытно-эмпирического и логико-рационального путей получения
знания в новоевропейской философии науки. Семантические отголоски терминистской
методологической программы могут быть - в исторической перспективе -
зафиксированы и в проекте унификации языка науки Фреге, и в позитивистской
программе элиминации "метафизических суждений" из языка науки, и в программе
"исключения абстракций" в логико-философском анализе оснований математики
(В.Крейг, А.Хвистек, С.Лесьневский и др.). Т. внес серьезный вклад в разработку
функциональной теории терминов, теории логического следования, модальной
силлогистики и теории суппозиции, а также в становление формальных языков
исчислений (термин как "обозначающее" в значении предметной переменной в
концепции разрешаемых множеств). Т. содержательно повлиял на формирование
методологических концепций Юма, Ф.Бэкона, Гоббса и др., а также оказал
значительное воздействие на оформление новоевропейской парадигмы математического
естествознания. Трактовка в Т. знаков и их свойств в качестве предмета логики
позволяет квалифицировать Т. как один из ранних источников семиотического
подхода к языку и мышлению: в частности в сфере анализа коннотативных терминов
(лат. connotative - соозначающее) и феномена коннотации, выдвигаемого на
передний план в семиотическом анализе постмодернизма.
М.А. Можейко
ТЕРТУЛЛИАН (Tertullianus) Квинт Септимий Флоренс (около 160 - после 220) -
классик христианской патристики. Родился в Карфагене в языческой семье (сын
центуриона), получил юридическое и риторическое образование в Риме, выступал как
судебный оратор. Около 195 принимает христианство, в частности - входит в строго
аскетическую секту монтанитов, проповедовавших мученичество во имя веры. В 207
выступает с резкой критикой сложившейся церковной практики, в первую очередь - в
связи с недостаточно последовательным соблюдением принципов аскетизма в
христианских общинах, и с критикой оформляющейся иерархии клира. (Существуют
также неподтвержденные сведения о том, что Т. выступал пресвитером, т.е.
старшиной христианской общины, и о создании им особой общины его последователей
- тертуллианистов.) Перу Т. принадлежит множество трудов по апологетике и
догматике, а также по вопросам моральной теологии и экклесиологии. Выдающийся
стилист, отличающийся полемической и саркастической заостренностью формулировок,
неожиданными поворотами мысли, парадоксальностью метафор и лаконизмом языка, Т.
является одним из самых ярких раннехристианских апологетов, обосновывавших
преимущества христианской веры в сравнении с политеистическими верованиями
Римской империи и высокие нравственные принципы христианства. В отличие от
основного направления аргументации, используемого большинством апологетов и
ориентированного на доказательство непротиворечивости христианства и философской
традиции античной мудрости (Юстин, Афинагор), Т. является основоположником той
традиции, которая провозгласила принцип несовместимости христианской веры с
языческой мудростью. И хотя эти идеи были высказаны до Т. (противопоставление
Татианом мудрости эллинов христианству как "мудрости варваров"), тем не менее,
именно Т. впервые зафиксирована парадоксальность связи веры и мудрости как
таковых, причем речь идет не только о спекулятивной констатации того
обстоятельства, что содержание веры по своему когнитивному статусу не нуждается
в рационально-теоретической аргументации, - Т. схватывает то противоречие,
которое красной нитью пройдет сквозь всю историю христианской (как и любой)
теологии: именно Т. (как в философской, так и в теологической традиции)
принадлежит первенство в усмотрении невозможности постижения концептуализирующим
(в том числе, и богословским) разумом истины, открывающейся в непосредственном
акте веры - откровении. В этом находит свое выражение глубинная внутренняя
противоречивость между основополагающим для такого типа вероучения, как теизм,
признанием "живого Бога" и оформляющейся в рамках теизма теологии как
концептуальном учении о нем. Сама установка на богопознание как рациональнотеоретическую,
а, значит, субъект-объектную процедуру кощунственна в
теистическом контексте сакрального диалога с Богом. Созерцание Бога, данное в
акте откровения, есть результат его воли и не достигается в одностороннем
порядке ни когнитивным усилием, ни напряжением веры. Более того, созерцание Бога
в принципе не может быть понято как когнитивный процесс, ибо неизбежно
предполагает встречу с его взыскующим и милосердным взором. Весь этот комплекс
идей, который позднее, в Средневековье, задаст оппозицию таких способов
богопознания, как мистика и схоластика, и конституирует проблематику
христианской теологии на всем протяжении ее эволюции - вплоть до аджорнаменто,
хотя и не выражен эксплицитно, но адекватно осмыслен Т. ("Что общего у Афин и
Иерусалима? у Академии и церкви?") и точно схвачен в известном тезисе credidile
est quie ineptum ("верую, ибо абсурдно"). Рациональные структуры ни
теоретического, ни аксиологического порядка абсолютно не валидны в делах веры:
"Распят сын Божий - не стыдно, ибо постыдно. И умер сын Божий - это вполне
достоверно, ибо нелепо. Погребенный, он воскрес - это верно, ибо невозможно". Т.
понимает христианина как "пребывающего всегда в присутствии Бога", и потому,
ориентируясь не на теорию, а на мистический опыт, полагает необходимым доверять
чувству, собственным душевным движениям, которые "чем истиннее, тем проще; чем
проще, тем обыденнее; чем обыденнее, тем всеобщней; чем всеобщней, тем
естественней; чем естественней, тем божественней". Мистический опыт
актуализирует глубинные проявления человеческой души, позволяя им реализовать
себя сквозь все напластования внешней рациональности (в зрелой мистической
традиции это фиксируется термином "глоссолалия" - от греч.
...Поділитися у соцмережах
