Философия науки: ТРАДИЦИИ И НОВАЦИИ.

страница №8

...ксты арабоязычных ученых, посвященные
естественнонаучным изысканиям, широко употреблялись арабские
цифры. Но в науке господствовал схоластический метод с его необходимым
компонентом - цитированием авторитетов, что лишало первостепенной
значимости задачу по исследованию естества, фюзис, Природы.
Когда проводят компаративистский (сравнительный) анализ средневековой
науки с наукой Нового времени, то основное отличие видят в
изменении роли индукции и дедукции. Средневековая наука, следуя линии
Аристотеля, придерживалась дедукции и оперировала путем
заключений из общих принципов к отдельным фактам, тогда как новая
наука (после 1600 г.) начинает с наблюдаемых отдельных фактов и приходит
к общим принципам с помощью метода индукции. Дедукцию
истолковывают иногда и как процесс нисхождения, который начинается
от чего-то наиболее общего, фундаментального и .первичного и растекается
на все остальное. В такой интерпретации весьма узнаваемо сходство
дедукции и эманации, предполагающей истечение из лона порождающего
характеристик, особенностей и сущностей более простого порядка.
В рамках же официальной доктрины средневековья главенствуют вера и
истины откровения. Разум теряет роль главного арбитра в вопросах истины,
ликвидируется самостоятельность природы, Бог, благодаря своему
всемогуществу, может действовать и вопреки естественному порядку.
Теологическая ориентация средневековья очень хорошо прослеживается
в текстуальном анализе идей великих мыслителей того времени. Так,

66

в высказывании Тертуллиана (ок. 160 - после 220) отмечается: "...напрасны
потуги философов, причем именно тех, которые направляют неразумную
любознательность на предметы природы прежде, чем на ее Творца и
Повелителя...". Ведь "философы только стремятся к истине, особенно недоступной
в этом веке, христиане же владеют ею. "..." Ибо с самого начала
философы уклонились от источника мудрости, т.е. страха Божьего"1-1.
Истина оказывалась в полном ведении Божества, так что "христиане
должны остерегаться тех, кто философствует сообразно стихиям мира
сего, а не сообразно Богу, которым сотворен сам мир", - подчеркивал
Августин14. Средневековье пестрило многообразными аргументами и подходами,
опровергавшими возможность истинного познания природы вне
божественного откровения. Считалось, что знание, перерастающее в науку,
- это разумное познание, позволяющее нам пользоваться вещами. Науку
необходимо подчинять мудрости, доступной лишь божественному разуму.
Говоря о философах, Августин пишет: "Они твердили: "истина, истина" и
много твердили мне о ней, но ее нигде у них не было. Они ложно учили
не только о Тебе, который есть воистину Истина, но и об элементах мира,
созданного тобой..."15.
В особом, преимущественном положении находилась логика, ибо, как
справедливо полагал Боэций, "всякий, кто возьмется за исследование
природы вещей, не усвоив прежде науки рассуждения, не минует ошибок...
Таким образом, размышления о логике заставляют прийти к выводу,
что этой столь замечательной науке нужно посвятить все силы ума, чтобы
укрепиться в умении правильно рассуждать: только после этого сможем
мы перейти к достоверному познанию самих вещей"16. Он понимал логику
как рациональную философию, которая служит средством и орудием и с
помощью которой получают знание о природе вещей.
Логику как науку о доказательстве в рассуждениях ценил очень высоко
Пьер Абеляр, утверждавший, что наука логики имеет большое значение для
всякого рода вопросов и что первым ключом мудрости является частое
вопрошание17.
Пожалуй, в окончательном виде кредо средневековья было сформулировано
пером Фомы Аквинского: "...необходимо, чтобы философские
дисциплины, которые получают свое знание от разума, были дополнены
наукой, священной и основанной на откровении. "..." Священное учение
есть такая наука, которая зиждется на основоположениях, выясненных
иной, высшей наукой; последняя есть то знание, которым обладает Бог, а
также те, кто удостоен блаженства... Эта наука- теология, к другим
наукам она прибегает как к подчиненным ей служанкам"18.
Таким образом, в средневековье оформился специфический и решающий
критерий истинности, а именно ссылка на авторитет, которым в
контексте средневековой культуры был Бог.
Начало эпохи Возрождения было отмечено подъемом интереса к математике.
Известна, например, "Сумма арифметики, геометрии, пропорции
и пропорциональности" флорентийского математика Луки Пачоли (ок.
1445 - позже 1509). В ней автор подводил итог всему математическому
знанию, а также с новой силой утверждал тезис античного математика

67

Филолая и других пифагорейцев о том, что математика отражает
всеобщую закономерность, применяемую ко всем вещам.
П. Гайденко оценивает средневековую науку так: "...научное
знание в средние века имеет характерные особенности. Прежде всего
оно выступает как правила, в форме комментария. "..." Второй
особенностью средневековой науки является тенденция к
систематизации и классификации. Именно средневековье с его
склонностью к классификации наложило свою печать и на те
произведения античной науки и философии, которые были признаны
каноническими в средние века. "..." Компиляторство, столь чуждое
и неприемлемое для науки Нового времени, составляет как раз
весьма характерную черту средневековой науки, связанную с общей
мировоззренческой и культурной атмосферой этой эпохи".

Появляется феноменальный принцип двойственности истины, он
указывает на две принципиально разные картины мира: теолога и
натурфилософа. Первая связывает истину с божественным
откровением, вторая - с естественным разумом, базируется на
опыте и пользуется индукцией.
Как отмечает В. Соколов, тогдашняя наука сосредоточивалась в
двух почти не связанных друг с другом организациях. Одной из них
были университеты и некоторые школы, существовавшие уже не один
век. Другой можно считать опытно-экспериментальное исследование
природы, которое сосредоточилось в мастерских живописцев,
скульпторов, архитекторов. Практика создания предметов искусства
толкала их на путь экспериментирования. Иногда эта практика
требовала соединения логики мастерства с математикой20.
Великий живописец Леонардо да Винчи по праву завоевал имя
пионера современного естествознания. Его исследовательская
деятельность охватывала собой области механики, физики,
астрономии, геологии, ботаники, анатомии и физиологии человека.
Леонардо подчеркивал безошибочность опыта и стремился к
точному уяснению его роли в деле достижения истины. Он
указывал, что опыт есть то минимальное условие, при котором
возможно истинное познание. Леонардо ориентировался на спонтанное
экспериментирование, которое осуществлялось в многочисленных
мастерских. Его широко известная фраза: "Наука - полководец, а
практика - солдаты", - говорила о том, что наука не сводится
только к опыту и экспериментированию, а включает в себя нечто
большее потребность осмысленного обобщения данных опыта.
Интересно, что механика мыслится им не как теоретическая наука,
какой она впоследствии станет во времена Галилея и Ньютона, а как
чисто прикладное искусство конструирования различных машин и
устройств. Можно присоединиться к мнению В. Соколова о том, что
именно Леонардо подошел к необходимости органического
соединения, единства эксперимента и его математического
осмысления, которое и составляет суть того, что в дальнейшем
назовут современным естествознанием. Постепенное проникновение
естественно-научного взгляда на мир подготовило появление классической
науки.
Версия 4 наиболее традиционная. Она датирует рождение
науки Нового времени в общеупотребляемом европейском смысле
слова

68

XVI- началом XVII в., делая точкой отсчета систему Коперника, так
называемый коперниканскии переворот, а также законы классической
механики и научную картину мира, основанную на достижениях
Галилея и Ньютона.
Польский астроном Николай Коперник (1491-1496) учился в Краковском
университете. Затем приехал в Италию для постижения основ
астрономии, медицины, философии и права, где изучил
древнегреческий язык и космогонические идеи древних авторов. Он
рано пришел к убеждению о ложности теории Аристотеля-Птолемея и
в своем небольшом произведении "Очерк нового механизма мира"
(1505-1507) попытался математически конкретизировать свою идею.
Главным делом его жизни был труд "Об обращениях небесных сфер",
который был издан после его смерти. В нем Коперник предложил
гелиоцентрическую систему мира. С момента провозглашения его идеи,
заключающейся в том, что разработанная система позволяет "с
достаточной верностью объяснить ход мировой машины, созданной
лучшим и любящим порядок Зодчим"21, можно вести отсчет рождения
детерминистическо-механистического мировоззрения в его
противоположности телеологическо-организмическому. Земля оказалась
не привилегированной, а "рядовой" планетой, закономерности которой
могли быть обнаружены на всем громадном ее протяжении.
Таким образом, согласно этой позиции наука очень молода, ее возраст
чуть более 400 лет. "XVI век н.э. увидел крушение западного
христианства и рождение современной науки", - подчеркивал А.
Уайтхед в работе "Наука и современный мир". Развитие науки придало
новую окраску человеческому сознанию и породило новизну способов
мышления. "Новое мышление явилось более важным событием, чем
даже новая наука или техника. Оно изменило метафизические
предпосылки и образное содержание нашего сознания, так что теперь
старые стимулы вызывали новый отклик". О греческих изысканиях
Уайтхед отзывался так: "Их чрезмерно интересовала математика. Они
изобрели ее основоположения, анализировали ее предпосылки, открыли
замечательные теоремы благодаря строгой приверженности
дедуктивному рассуждению. Их умы увлекала страсть к обобщению.
Они требовали ясных и смелых идей и строгих умозаключений из них.

Это было совершенство, это был гений, это была идеальная
подготовительная работа. Но это еще не было наукой в нашем понимании"2'.

В аристотелевской и схоластической традиции изложение науки
основывалось на схеме, состоящей из двух элементов (диадической
схеме): действительность, объективный мир - и картина этого мира,
создаваемая учеными. Истина означала согласие человеческого
интеллекта с вещами действительного мира. Иногда индукция
понималась как то, что позволяет на основе "материала наблюдений"
строить структуру лингвистического материала. Работа, связанная с
созданием кратких изящных аналитических выражений, является
существенной частью успеха науки. Поэтому наука стала пониматься на
основе триптической схемы: наблюдаемый объект, творящий ученый и
третий элемент- знаки, которыми ученый изображает картину мира.
(Впоследствии логические позитивисты

69

акцентировали именно связь второго и третьего элементов, т.е. отношение
между физическими объектами и знаками, или символами. Результат этого
соотношения был назван семантическим качеством науки. Отношения же
между членами третьего необходимого элемента науки - знаками -
составляют логический компонент.)
Существует мнение, что история индуктивных наук есть история открытий,
а философия индуктивных наук- история идей и концепций.
Наблюдая однообразие в природе, мы приходим с помощью индукции к
утверждению естественных законов. Эмпиризм и математическое обобщение
стали визитной карточкой науки Нового времени. От имени эмпиризма
выступил Фрэнсис Бэкон с его обширной программой эмпирической
философии. От имени рационалистического подхода выступил математик
Рене Декарт. Впрочем, Гарвей высказался о родоначальнике английского
эмпиризма так: "Бэкон занимался наукой как лорд-канцлер". Видимо,
имеется в виду, что дело ограничивалось одними только пожеланиями,
общей характеристикой задачи и увещеваниями о том, что не следует
доверяться случайным восприятиям, а нужно производить методические
наблюдения и дополнять их обдуманным опытом. Декарт же был уверен, что
серьезная потребность в истине может быть удовлетворена не
схоластическими рассуждениями и метафизическими теориями, а исключительно
математикой. Эта своеобразная математическая реформа философии
заставила признать ясность и отчетливость важнейшими
принципами научного метода. Они влекут за собой необходимость
количественных определений, тогда как качественные, основанные
на чувственном восприятии, по сути своей неясны и смутны.
Обычно называют 1662г., год образования Лондонского королевского
общества естествоиспытателей, утвержденного Королевской хартией, как
дату рождения науки. В 1666г. в Париже появляется Академия наук.
Лондонское королевское общество объединяет ученых-любителей в добровольную
организацию, устав которой был сформулирован Робертом
Гуком. В нем было записано, что цель общества - "совершенствование
знания о естественных предметах, всех полезных искусствах с помощью
экспериментов (не вмешиваясь в богословие, метафизику, мораль, политику,
грамматику, риторику или логику"). Королевское общество стремилось
поддерживать экзальтированный эмпиризм. Работы, выполненные но
другим нормам, отвергались. "Вы не можете не знать, - так звучал отказ
одному из авторов, - что целью данного Королевского института
является продвижение естественного знания в помощью экспериментов и
в рамках этой цели среди других занятий его члены приглашают всех
способных людей, где бы они ни находились, изучать Книгу Природы, а
не писания остроумных людей"2"'.
В XVII в. обозначилась новая роль естествоиспытателя - испытующего
естество и уверенного, что божественная "Книга Природы" (метафора,
унаследованная из теологии) написана на языке геометрии (Галилей).
Ученые галилеевского типа настроены на рациональное прочтение книги
природы. "...Хотя к 1500 г. Европа не обладала даже уровнем знаний Архимеда,
умершего в 212г. до н.э., все же в 1700г. "Начала" Ньютона были

70

уже написаны, и мир вступил в современную эпоху, - делал вывод
Уайтхед^4.
Главным достоянием Нового времени считается становление
научного способа мышления, характеризующегося соединением эксперимента
как метода изучения природы с математическим методом, и
формирование теоретического естествознания. И Галилей, и Декарт были
уверены, что позади чувственных феноменов стоят математические законы.
Интерес к решающему эксперименту был "платой за застывшую
рациональность средневековой мысли". Достаточно напомнить тот факт,
что галилеевс-кий принцип инерции получен с помощью идеального
эксперимента. Галилей формулирует парадоксальный образ - движение
по бесконечно большой окружности при допущении, что она
тождественна бесконечной прямой, а затем осуществляет алгебраические
исследования. И во всех интересных случаях фиксируется либо
противоречие, либо несоответствие теоретических идеализации и
обыденного опыта, теоретической конструкции и непосредственного
наблюдения. Поэтому суть научно-теоретического мышления начинает
связываться с поиском предметов-посредников, видоизменением
наблюдаемых условий, ассимиляцией эмпирического материала и созданием
иной научной предметности, не встречающейся в готовом виде.

Теоретическая идеализация, теоретический конструкт становится постоянным
членом в арсенале средств строгого естествознания. Примерами таких
конструктов могут служить понятия математической точки, числа, таблицы,
графы, абстрактные автоматы и т.п.
К многообразным приметам возникновения науки относят рост благосостояния
и досуга, распространение университетов, изобретение книгопечатания,
захват Константинополя, появление Коперника, Васко да
Гамы, Колумба, телескопа. Хроника той гениальной эпохи любопытна.
Ссылаясь на А. Уайтхеда, заметим, что в начале XVII в., в 1605г.,
выходят "О достоинстве и приумножении наук" Бэкона и "Дон Кихот"
Сервантеса. Годом раньше увидело свет первое издание "Гамлета". Сервантес
и Шекспир умирают в один день - 23 апреля 1616 г. Весной того же
года Гарвей в Лондонском врачебном колледже представил свою теорию
циркуляции крови. В год смерти Галилея родился Ньютон (1642), почти
100 лет спустя после опубликования коперникансТсого "Об обращении
небесных сфер". Годом раньше Декарт публикует свои "Метафизические
размышления", а двумя годами позже - "Первоначала философии". У
истоков новоевропейской науки стоят имена Ф. Бэкона, Гар-вея, Кеплера,
Галилея, Декарта, Паскаля, Гюйгенса, Бойля, Ньютона, Локка, Спинозы,
Лейбница.
"Современная наука рождена в Европе, но дом ее - весь мир", - так
резюмировал процесс бурного роста научных технологий А. Уайтхед.
Версия 5 обсуждает проблему исторического возраста науки с
привлечением классификации, когда данный феномен представлен двумя
стадиями своего становления, а именно прсднаукой и собственно
наукой. Зарождающаяся наука во многом опирается на
результаты каждодневного практического опыта, обыденное знание, наблюдения
и приметы. Оперирование реальными предметами послужило

71

непосредственной основой для возникновения идеального плана познания,
действий с идеальными объектами.
На этапе собственно науки, к .примеру математики, числа уже не рассматриваются
как прообразы предметных совокупностей. Они выступают как
самостоятельные символические объекты. И когда появляются теоретические
возможности, связанные с превышением сложившихся стереотипов
практики, когда эмпирические зависимости строятся и получаются не сугубо
практически, а как следствие теоретических постулатов, исследователи
фиксируют возникновение стадии собственно науки. Знания предстают не как
суммарный исход практических операций, но как рецептура действия с
точки зрения всеобщего и необходимого. Следовательно, демаркация между
наукой и преднаукой проходит по линии формирования предпосылок
научно-теоретического способа исследования. Преднаука - это обобщение
эмпирических ситуаций, предписания для практики. Наука- это
возникновение научного метода, соединяющего математику с
экспериментом. Эвристические и прогностические компоненты научного
исследования также свидетельствуют о возникновении собственно науки.
ЛИТЕРАТУРА
1 См.: Гайденко П.П. Эволюция понятия науки. М., 1980. С. 18.
2 Аристотель. Соч.: В4т. М., 1976. Т. 1. С. 288-289.
3 См.: Чанышев А.Н. Курс по древней философии. М., 1981. С. 185.
4 См.: Огурцов А.П. Дисциплинарная структура науки. М., 1988. С. 69-71.
5 Гайденко П.П. Указ. соч. С. 252.
6 Цнт. по: Франк Ф. Философия науки. М., 1960. С. 67-68.
7 См.: История Древнего Востока / Под ред. В.И. Кузнщина. М., 1988. С. 12.
8 Шмелев И.П. Феномен Древнего Египта. Минск, 1993. С. 9.
9 Там же. С. 53-54.
10 БернарДж. Наука в истории общества. М., 1956.
11 ТураевБ.А. Древний мир. М., 1917.
12 История философии. Ростов н/Д.. 1998. С. 111.
13 Тертуллиан. Избранные сочинения. М., 1994. С. 40, 62.
14 Августин. Исповедь. М., 1992. С. 14.
15 Цнт. по: Мир философии: Ч. 1. М., 1991. С. 92.
16 Боэций Д. О высшем благе, или о жизни философа // Вопросы философии.
1994. №5. С. 10. '' Абеляр П. История моих бедствий.
М., 1959. С. 121.
18 Фома Аквинский. Теология и наука. Приложение // Боргош Ю. Фома Аквннскнй.М.,
1975. С. 144-145.
19 Гайденко П.П. Указ. соч. С. 429-433.
20 СоколовВ.В. Европейская философия XV-XVII веков. М., 1984. С. 132.
21 Польские мыслители эпохи Возрождения. М., 1960. С. 42.
22 Уаптхед А. Наука и современный мир // Избранные работы по философии. М.,
1990. С. 56-57,62.
23 Философия и методология науки. М., 1994. Ч. 1. С. 44 -47.
24 Уайтхед А. Указ. соч. С. 61.

72

Тема 7. О МНОГООБРАЗИИ ФОРМ ЗНАНИЯ.
НАУЧНОЕ И ВНЕНАУЧНОЕ ЗНАНИЕ
Специфические формы знания. - Ненаучное, донаучное, паранаучное,
лженаучное, квазинаучное, антинаучное, паранаучное - формы вненаучного
знания. - Обыденное, игровое, личностное знание и его особенности.
- Народная наука как этнонаука. - Характеристики девиантного
и анормального знания. - Знание и вера. - Соотношение знания
и веры в пределах гносеологии и за ее пределами. - Вера как основа
саморегуляции человека. - "Верующий разум" русских философов.
Познание не ограничено сферой науки, знание в той или иной своей
форме существует и за пределами науки. Появление научного знания не
отменило и не упразднило, не сделало бесполезными другие формы знания.
Полная и всеобъемлющая демаркация - отделение науки от ненауки - так
и не увенчалась успехом. Весьма убедительно звучат слова Л. Ше-стова о том,
что, "по-видимому, существуют и всегда существовали ненаучные
приемы отыскания истины, которые и приводили если не к самому
познанию, то к его преддверию, но мы так опорочили их современными
методологиями, что не смеем и думать о них серьезно"1.
Каждой форме общественного сознания: науке, философии, мифологии,
политике, религии и т.д. соответствуют специфические формы знания.
Различают также формы знания, имеющие понятийную, символическую или
художественно-образную основу. В самом общем смысле научное познание -
это процесс получения объективного, истинного знания. Научное познание
имеет троякую задачу, связанную с описанием, объяснением и
предсказанием процессов и явлений действительности. В развитии научного
познания чередуются революционные периоды, так называемые научные
революции, которые приводят к смене теорий и принципов, и периоды
нормального развития науки, на протяжении которых знания углубляются и
детализируются. Научные знания характеризуются объективностью,
универсальностью, претендует на общезначимость.
Когда разграничивают научное, основанное на рациональности, и
вненаучное знание, то важно понять, что вненаучное знание не является
чьей-то выдумкой или фикцией. Оно производится в определенных интеллектуальных
сообществах, в соответствии с другими (отличными от
рационалистических) нормами, эталонами, имеет собственные источники
и средства познания. Очевидно, что многие формы вненаучного знания
старше знания, признаваемого в качестве научного, например, астрология
старше астрономии, алхимия старше химии. В истории культуры
многообразные формы знания, отличающиеся от классического научного
образца и стандарта и отнесенные к ведомству вненаучного знания,
объединяются общим понятием- эзотеризм.
Выделяют следующие формы вненаучного знания:
• ненаучное, понимаемое как разрозненное, несистематическое
знание, которое не формализуется и не описывается законами,
находится в противоречии с существующей научной картиной мира;

73

• донаучное, выступающее прототипом, предпосылочной
базой научного;
•паранаучное - как несовместимое с имеющимся
гносеологическим стандартом. Широкий класс паранаучного
(пара- от греч. - около, при) знания включает в себя учения
или размышления о феноменах, объяснение которых не
является убедительным с точки зрения критериев научности;
MRNI "лженаучное - как сознательно эксплуатирующее домыслы
и предрассудки. Лженаука представляет собой ошибочное
знание. Лженаучное знание часто представляет науку как дело
аутсайдеров. Иногда лженаучное связывают с патологической
деятельностью психики творца, которого в обиходе величают
"маньяком", "сумасшедшим". В качестве симптомов лженауки
выделяют малограмотный пафос, принципиальную
нетерпимость к опровергающим доводам, а также
претенциозность. Лженаучное знание очень чувствительно к
злобе дня, сенсации. Особенностью лженаучных знаний
является то, что они не могут быть объединены парадигмой, не
могут обладать систематичностью, универсальностью. Они
пятнами и вкраплениями сосуществуют с научными знаниями.
Считается, что лженаучное обнаруживает себя и развивается
через квазинаучное;
• квазинаучное знание ищет себе сторонников и приверженцев,
опираясь на методы насилия и принуждения. Оно,
как правило, расцветает в условиях жестко иерархированной
науки, где невозможна критика власть предержащих, где
жестко проявлен идеологический режим. В истории нашей
страны периоды "триумфа квазинауки" хорошо известны:
лысенковщина, фиксизм как квазинаука в советской геологии
50-х гг., шельмование кибернетики и т.п.

• антинаучное - как утопичное и сознательно искажающее
представления о действительности. Приставка "анти"
обращает внимание на то, что предмет и способы исследования
противоположны науке. Это как бы подход с "противоположным
знаком". С ним связывают извечную потребность в обнаружении
общего легкодоступного "лекарства от всех болезней". Особый
интерес и тяга к антинауке возникает в периоды нестабильности.
Но хотя данный феномен достаточно опасен, принципиального
избавления от антинауки произойти не может;
• псевдонаучное знание представляет собой
интеллектуальную активность, спекулирующую на
совокупности популярных теорий, например, истории о
древних астронавтах, о снежном человеке, о чудовище из
озера Лох-Несс.
Еще на ранних этапах человеческой истории существовало обыденно-практическое
знание, доставлявшее элементарные
сведения о природе и окружающей действительности. Его
основой был опыт повседневной жизни, имеющих, однако,
разрозненный, несистематический характер, представляющий собой
простой набор сведений.

Люди, как правило, располагают большим объемом обыденного знания,
которое производится повседневно в условиях элементарных жизненных
отношений и является исходным пластом всякого познания. Иногда аксиомы
здравомыслия противоречат научным положениям, препятствуют
развитию науки, вживаются в человеческое сознание так крепко, что становятся
предрассудками и сдерживающими прогресс преградами. Иногда,
напротив, наука длинным и трудным путем доказательств и опровержений
приходит к формулировке тех положений, которые давно утвердили себя в
среде обыденного знания.
Обыденное знание включает в себя и здравый смысл, и приметы, и
назидания, и рецепты, и личный опыт, и традиции. Обыденное знание,
хотя и фиксирует истину, но делает это несистематично и бездоказательно.
Его особенностью является то, что оно используется человеком практически
неосознанно и в своем применении не требует каких бы то ни было
предварительных систем доказательств. Иногда знание повседневного опыта
даже перескакивает...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15
• ...
• 44
• 45
• 46

Закладка в соц.сетях