Жанр: Электронное издание
Таранов П. С.
Анатомия мудрости: 120 философов: В 2-х т.
РОДЖЕР БЕККОН
1. ЖИЗНЬ
Английский мыслитель, доктор богословия Парижского университет
а.
Родился на юго-западе Англии, близ Ильчестера, в графстве
Доргет.
От рождения он прозывался Давид Ди Радик, а Роджером Бэконом
он стал именоваться позже.
Учился в Оксфорде.
Учителем Р. Бэкона был Роберт Гроссетест/Роберт Линкольнский
- епископ из г. Линкольна (около 1168--1253)/.
С 1236 г. по 1247 г. преподавал в Парижском университете.
Он знал Фому Аквинского и Бонавентуру.
В 1256 г. вступил во францисканский орден.
БЭКОН РОДЖЕР (около 1214-1292 гг.)
В 1277 г. был за точен-в монастырскую тюрьму, где пробыл
14 лет.
У него был единственный ученик - Джон из Лондона.
До нас дошли его сочинения - многие сотни листов, но о начале
его пути, о целых десятилетиях его жизни мы не знаем почти
ничего.
Современники называли его Doctor Mirabilis ("Дивный доктор").
Р. Бэкон первым употребил словосочетание "опытная наука"
("..icientia experimentalise.
Сочинения Роджера Бэкона:
"Большое сочинение";
"О продлении человеческой жизни";
"Руководство для изучения богословия";
"Руководство к изучению философии" (1271-1276);
"Малый труд";
"Похвала математике";
"О радуге";
"Третий труд" (Предварение к "Большому" и "Малому");
"Перспектива";
"О врачебных ошибках".
2. СУДЬБА
" Рассказывают, как Роджер Бэкон предупредил английского
короля Генриха III (1216 1272) об опасности для трона и госуд
арства, исходящей от приближенного к монарху епископа Пьер
а де Роша - жестокого человека, мракобеса, гонителя ученых,
Бэкон обыграл имя Винчестерского епископа. Пьер де Рош
по-латыни будет Петрус де Рупибус, что в переводе означает
"скалы и утесы" - (петрэ эт ру пес).
"Государь, - обратился он к Генриху, - что всего опаснее и
страшнее для плывущего через бурное море к берегу?" Король
отвечал: "Про то ведают странствующие и путешествующие по
большим водам". И тогда Бэкон - глаза его дерзко блестели, а
сердце билось тревожно - сказал монарху правду: "Государь, я
скажу: всего опаснее скалы и утесы".
^ Именно у Р. Бэкона встречаются первые упоминания о приборе,
который позднее будет назван телескопом. Знакомство Роджер
а Бэкона с достижениями арабской оптики, собственные опыты
с преломлением лучей в кусках стекол с различной геометрией
и даже пользование при чтении "магическим кристаллом",
БЭКОН РОДЖЕР (около 1214-1292 п-.)
'"иодогнанным под собственные глаза, приводят его к такому восЦЙЖОрженному
выводу: "Расскажу о дивных делах природы и
ДДИЙвюкусства,. в которых нет ничего сверхъестественного... Про-
Щййэачные тела могут быть так обделаны, что отдаленные предме-
lfli^BM покажутся приближенными, и наоборот, так, что на невероятlISliOM
расстоянии будем читать малейшие буквы и различать
?"'^йaeльчaйшиe вещи, а также будем в состоянии усматривать звез-
:.;..;"яды, как пожелаем".
-йК^' 3. УЧЕНИЕ
'^^ ':'
^ ^ Ничто не совершенно в человеческих изобретениях...
l^^l Изложение должно быть наглядным; последнее невозможно
л^г-без опыта; у нас в руках три средства познания: авторитет,
ЩИ" мышление и опыт. Авторитет не имеет значения, если спрай^к
ведливость его не может быть доказана: он не учит, он тре^^..бует
только согласия. При мышлении мы обычно отличаем
"^ истинный аргумент от ложного, проверяя вывод опытом. Экс^А-
периментальная наука испытывает и проверяет выводы дру-
,.. гих наук, она исследует тайны природы собственными сила.^^г
ми.
. Бог, ангелы, загробная жизнь и небесные тела труднодоступны
для человеческого знания, и чем более они превосходны, тем
менее нам известны.
.. В метафизике не может быть иного доказательства, кроме как
через следствие, так что духовные вещи познаются через те-
лесные следствия и творец — через творение.
Математика была открыта первой из всех частей философии,
'! ибо от начала рода человеческого она была открыта первой,
: еще до Потопа...
- Если мы хотим в других науках прийти к несомненной досто-
верности и безошибочной истине, то необходимо положить ос-
нования всякого знания в математике...
Важнейшие тайны мудрости остаются в наши дни неизвестны-
ми толпе ученых за недостатком правильного метода.
Хотя Аристотель и признавал силлогизм источником знания, но
есть случаи, когда простой опыт учит лучше всякого силлогизма.
; Выше всех умозрительных знаний и искусств стоит умение про-
изводить опыты, и эта наука есть царица наук.
Людям прирожден способ познания от ощущения к уму, так что
" если нет ощущений, нет и науки.
БЭКОН РОДЖЕР (около 1214 1292 п.)
Существуют четыре величайших препятствия к постижению
истины. Они мешают всем и каждому мудрому человеку и едва
позволяют достичь подлинной мудрости. А именно: пример жал-
кого и недостойного авторитета, постоянство привычки, мне-
ние несведущей толпы и прикрытие собственного невежества
показной мудростью.
Авторитет, данный церкви Божественным судом, неколебим и
подлинен.
Математические знания как бы ирирождены нам, ибо, как рас-
сказывает Цицерон в "Тускуланских беседах", маленький
мальчик на вопросы по геометрии, задаваемые ему Сократом,
отвечал так, как если бы он уже обучался геометрии.
Для нас естествен путь от легкого к трудному...
Доводов недостаточно, необходим опыт. Ибо если какой-ни-
будь человек, никогда не видавший огня, докажет с помощью
веских доводов, что огонь сжигает, повреждает и разрушает
вещи, то душа слушающего не успокоится, и он не будет избе-
гать огня до тех пор, пока сам не положит руку или воспламе-
няющуюся вещь в огонь, чтобы на опыте проверить то, чему
учат доводы.
Двояк путь познания вещей: один через философский опыт,
другой - через божественное вдохновение.
Практическая геометрия создает зеркала, способные сжечь все,
сопротивляющееся огню...
С) Очевидно, здесь речь идет о том, что сегодня именуется
"солнечной печью". С)
Науки полезны и для богословия. Вот сказано, что праведник
Ной спасся от Потопа, сделав Ковчег. Надо полагать, это был
огромный корабль, если на нем поместились сам Ной, и все его
семейство, и все звери, и птицы, и гады, пресмыкающиеся на
земле, - по паре от каждого рода. Огромный корабль, триста
локтей в длину, и было в нем устроено "нижнее, второе и
третье жилье". Никак нельзя было его сделать без знания гео-
метрии.
Опытная наука - владычица умозрительных наук.
Пока длится невежество, человек не находит против зла
средств.
1. ЖИЗНЬ
Итальянский философ, богослов.
Был младшим сыном графа Ландольфа Аквинского, феодала,
рыцаря короля Фридриха II.
Родился Фома в замке Роккасекка близ Аквино (отсюда иногда
встречающееся прозвище философа - Аквинат, и второе поименов
ание-Аквинский).
Воспитывался у бенедиктинцев в Монте-Кассино.
Изучал в Неаполитанском университете свободные искусств
а (философию и диалектику) на подготовительном факультете.
В 17 лет вступил в доминиканский орден, откуда был послан
учиться в Париж, где его учителем в течение трех лет (12451248)
был doctor universalis Великий Альберт фон Болыптедт
(около 1193 -1280), получивший титул "всеобъемлющего доктор
а" за энциклопедичность познаний.
ФОМА из Аквино (1225- 1274 гг.)
/ Альберт Великий:
"Разум все же не может доказать сверхразумных истин или
тайн христианства. Он может только отражать все нападки
против них и установить, что эти истины не противоречат
разуму".
"Хотя творения не дают нам оснований для доказательства
посредством умозаключений тайн христианства, но они да-
ют нам известные аналогии, на основании которых можно
установить уместность этих тайн". /
В 1249-1251 гг. Фома следует за своим учителем в Кельн и
налаживает там преподавание теологии.
В 1252 г. он возвращается в Париж, и с этого момента начинается
собственная академическая деятельность Фомы в качестве
магистра богословия Парижского университета. Его слава вскоре
затмевает славу его учителя. Толпы юношей стекались к нему
со всех христианских стран.
Фома был знаком с Роджером Бэконом и с Джованни Фиданца
Бонавентурой (1221- 1274):
За мягкость и легкость своего характера Фома получил прозвище
"Ангельский доктор",
На пальце левой руки у него, как и у всех докторов богословия
того времени, было кольцо - символ обручения с религией, верой.
На Фому сильное влияние оказали труды Аврелия Август^-
на. В частности, такое учение этого "отца церкви": ""Сущность"
означает то же самое, что и "субстанция", но Бог обл
адает сущностью, которая выше субстанциальности". В
естество Фомы глубоко запало исповедальное августинское:
"Хочу понять Бога и душу. И ничего более? Совершенно ничего".
В 1259 г. папа Урбан IV отозвал Фому в Рим. Аквинат преподает
теологию, знакомится с трудами Аристотеля.
По поручению римской курии Фома участвует в переработке
аристотелизма в христианско-католическом духе.
В 1269 -1272 гг. Фома вновь в Парижском университете. Он
активно вовлекается в лихорадившую это учебное заведение полемику
август ианцев с латинскими аверроистами во главе с Сигером
Брабантским (около 1235- около 1282), сторонником учения
о двойственной истине. В связи с последним характерен и
примечателен такой эпизод, когда Сигер Брабантский, обращаясь
к Фоме, заметил: "Вы говорите о разуме и вере в том смысле,
что оба дают истину. Так же считаем и мы, но только с тем
ФОМА из Аквино (1225-1274 гг.)
различием, что не следует беспокоиться о примирении двух ис-
lg' тин. Это тонкое различие - единственное, что нас разделяет".
"Й^ Укол оппонента, ироничный и язвительный, оказался точным и боISfe
дезненным. Так что Фома, отличавшийся уравновешенностью тем^Д1:
аерамента, во второй раз в жизни, как он сам вспоминал, вышел из
йЦ^себя, закричав: "Твое учение пронизано ложным знанием!".
'"~1^'"" В 1272 г. Фома возвращается в Италию и преподает теологию в
родном Неаполитанском университете.
Словарь научных трудов Фомы Аквинского насчитывает
13000 000 терминов.
/Чтобы представить себе масштабность этой цифры, доста-
точно трех сравнений:
[*] весь русский язык, по данным Института русского языка,
насчитывает 440 тысяч слов;
L*] общее количество слов, имеющихся во всех текстах
А. С-. Пушкина,- 600000.
В Словарь языка А. С. Пушкина, считающийся специали-
стами одним из самых емких, составляет 16 000 слов./
Сочинения Фомы Аквинского:
"О вечности мира против ворчунов";
"О единстве разума против Аверроэса";
"О единстве разума против аверроистов";
"О правлении владык";
"О существовании и сущности" (1250-1256);
"Сумма истины католической церкви против язычников"
(1259-1264);
"Сумма теологии" (1265-1274)
/Это последнее сочинение Фомы осталось неоконченным и
было дописано учениками.
"Сумма" - означает логически упорядоченный трактат,
обобщающий теоретические достижения эпохи той или иной
области знаний с позиции автора.
"Сумма теологии" (иногда дается перевод "Теологическая
сумма") содержит несчетное количество цитируемых и тол-
куемых мест из Писания и несколько тысяч ссылок на Ари-
стотеля. Выдержек из Августина приводится более 2000. /;
"Объяснение Апостольского Символа Веры":
"Вопрос о чудесах";
"О могуществе Бога";
"Об ангелах";
"О демонах";
ФОМА из Аквино (1225-1274 гг.)
"Комментарий к " Сентенциям " Петра Ломбардского":
"О тайных делах природы";
"О жребиях";
"Комментарий к "Метафизике" Аристотеля";
"Комментарий к книге Аристотеля " О душе "";
"Комментарий к ,,Никомаховой этике"".
Умер Фома Аквинский весной, 7 марта 1274 г., в монастыре
бернардинцев Фоссануове, тяжело заболев в дороге из Не-
аполя в Лион, куда он был приглашен на собор папой Григорием
X.
В 1368 г. его останки были перенесены в Тулузу.
2. СУДЬБА
^ В 1244 г. Фома принимает решение вступить в орден доминик
анцев, отказавшись тем самым от должности аббата Монте
Кассино, что вызвало решительный протест семьи, которая,
желая заставить сына отказаться от принятого решения, обращ
алась даже клапе, прося о ходатайстве перед властями орден
а. Просили также, чтобы Фоме было разрешено носить рясу
доминиканца и одновременно занимать пост аббата в бенедиктинском
монастыре в Монте-Кассино. Но молодой Фома был
непреклонен и не изменил однажды принятого решения. Совершив
пострижение в монахи, он несколько месяцев пребывает в
монастыре в Неаполе, откуда генерал ордена доминиканцев
Иоанн Тевтонский забирает его с собой в Болонью, куда он
отправился на капитул. Здесь было решено послать Фому с
несколькими другими членами ордена в Парижский университет,
являвшийся в то время центром католической мысли. Но
намечавшаяся поездка не состоялась. В дело решительно вмеш
алась семья. Едва Фома успел покинуть Болонью и выехать
за пределы Рима, как на пути к Парижу он был схвачен группой
всадников - его братьями, которые служили в то время в
императорской армии в Ломбардии. Захваченный в плен, он
был возвращен в отцовский замок в Роккасекка и здесь в профил
актических целях заключен в башню, в которой находился
свыше года. В дальнейшем семья, не пренебрегая никакими
средствами, пытается заставить сына отказаться от принятого
решения. Есть сведения о том, что братья Фомы, желая совратить
его с избранного пути, проведи в принадлежавшую ему
комнату красивую куртизанку, полагая, что он подвергнется
ФОМА из Аквино (1225-1274 гг.)
искушению или будет скомпрометирован. Фома впал в неистовство,
выхватил из камина тлеющее полено и стал им размахив
ать, угрожая поджечь замок. Перепуганная женщина убеж
ала. Через минуту он успокоился, запер изнутри дверь и
бросил горящее полено в огонь. Мать, видя, что сын не изменил
решения, смирилась с судьбой, и Фома летом 1245 г. получил
свободу, а осенью того же года отправился наконец в
Париж.
" В 1323 г. учение Фомы было канонизировано папой Иоанном
XXII, а с 1366 г. католические магистры должны были изучать
труды Аристотеля как философский источник томизма ("фомизм
а"),
^ На Тридентском соборе (1545-1563), основавшем Контрреформ
ацию, его участники искали именно в произведениях Фомы
обоснования своим действиям. Уже после собора, в 1567 г., папа
Пий V провозгласил "всеобщего доктора" (doctor communis) одним
из учителей церкви.
/Фома Аквинский стал пятым именем в этом списке после
Григория Великого, Амвросия Медиоланского, Августина
Аврелия, св. Иеронима./
^ 4 августа 1879 г. папа Лев XIII в энциклике "Aeterni Patris"
провозгласил учение Фомы Аквинского обязательным для всей
католической церкви в качестве "единственно истинной философии
католицизма".
* "Парадокс Фомы" (в любопытной трактовке мельбурнского
теолога А. Келли):
"Теология - это интеллектуальная процедура, предназначенн
ая для укрепления веры. Но ежели человек верит, если им инстинктивно
овладевает Дух Божий, зачем ему схоластические
размышления. Ведь последнее слово предоставлено вовсе не систем
атическому рассуждению. Кто же не знает, что божественное
откровение превосходит совершенное использование разума. Сам
Фома в последние годы своей жизни осознал этот парадокс и
охарактеризовал свои теологические труды как "сплошную солому".
Вывод напрашивается сам собой: мы можем отбросить
все эти осложнения как неправомерные изощрения средневекового
интеллектуализма".
^ Лопес де Андраде:
"Само небо допустило, чтобы в писаниях святого Фомы были
кое-какие противоречия, иначе их, пожалуй, приняли бы за канонические".
ФОМА из Аквино (12251274 гг.)
Торжество Фомы. Картина Андреи да Фиренце.
Фреска создана в 60-х гг. XIV века в Испанской капелле Флорентий-
ской церкви Санти Мария Новелла. На троне - Фома А квинский. В
руках его книга, раскрытая на тексте из "Книги премудрости
Соломона": "И сошел на меня дух премудрости: я предпочел ее
скипетрам и престолам". Витающие над ним семь ангелов символизи-
руют кардинальные и теологические добродетели. В одном ряду с
Аквинатом четыре евангелиста, апостол Павел и ветхозаветные цари
и пророки. Четырнадцать аллегорических женских фигур нижнего
ряда фрески символизируют семь теологических наук и семь свободных
искусств. Еще ниже, соответственно каждой аллегории, помещены
(слева направо): Юстиниан, папа Климент V, Петр Ломбардский,
Дионисий Ареопагит, Боэций, Иоанн Дама скин, Блаженный Августин.
Пифагор, Эвклид. Птолемей, легендарный кузнец Тувал-каин, Аристо-
тель, Цицерон, Донат. У ступеней трона, у ног вознесенного к славе
Фомы, между еретиками первых веков христианства
Арием и Савелием - поверженный Аверроэс.
3. УЧЕНИЕ
Размышляю о теле, чтобы размышлять о душе, а о ней размыш-
ляю, чтобы размышлять над отдельной субстанцией, над нею
же размышляю, чтобы думать о Боге.
Есть разумное существо, полагающее цель для всего, что проФОМА
из Аквино (1225-1274 IT.)
...Бог есть первопричина всех вещей как их образец. Дабы
стало очевидным, следует иметь в виду, что для продуцирова-
ния какой-либо вещи необходим образец, т. е. постольку, по-
скольку продукт должен следовать определенной форме. В са-
мом деле, мастер продуцирует в материи определенную форму
в соответствии с наблюдаемым им образцом, будь то внешний
созерцаемый им образец или же такой, который зачат в недрах
его ума. Между тем очевидно, что все природные порождения
следуют определенным формам,
Бог есть первичный образец всего. Однако же и среди сотво-
ренных вещей некоторые могут именоваться образцами других
в соответствии с тем, что одни из них следуют подобию других
либо в силу принадлежности к тому же роду, либо в силу ана-
логии некоторого подражания.
Коль скоро Бог есть всеобщий распорядитель всего сущего,
должно отнести к его провидению то, что он дозволяет отдель-
ным недостаткам присутствовать в некоторых частных вещах,
дабы не потерпело ущерба совершенство всеобщего блага. В
самом деле, если устранить все случаи зла, то в мироздании
недоставало бы многих благ. Так, без убийства животных бы-
ла бы невозможна жизнь львов, а без жестокости тиранов -
стойкость мучеников.
Зло, состоящее в совершенстве действования, неизменно имеет
свою причину в несовершенстве действующего лица. Однако в
Боге нет никакого несовершенства, но высшее совершенство,
как то было показано. Поэтому зло, состоящее в несовершенст-
ве действования или проистекающее от несовершенного дейст-
вия, не может быть возведено к Богу как к своей причине. Но
зло, состоящее в порче каких-либо вещей, восходит к Богу как к
своей причине. И это очевидно как в делах природы, так и в
делах воли. В самом деле, уже было сказано, что любое дейст-
вующее начало в той мере, в которой оно своей силой произво-
дит некоторую форму, подверженную порче и несовершенству,
своей силой вызывает эту порчу и это несовершенство. Между
тем очевидно, что форма, которую прежде имеет в виду Бог в
своих творениях, есть благо целокупного миропорядка. Но це-
локупный миропорядок требует, как то сказано выше, чтобы
некоторые вещи могли впасть в несовершенство и время от
времени впадали в него. И таким образом Бог, обусловливая в
вещах благо целокупного миропорядка, в качестве следствия и
как бы акцидентально обусловливает порчу вещей.
ФОМА из Аквино (1225-1274 IT.)
Подобно тому как совершенство Вселенной требует, чтобы
. были не только вечные, но и бренные сущности, точно так же
совершенство Вселенной требует, чтобы были и некоторые
вещи, которые могут отступить от своей благости; потому что
они и в самом деле время от времени делают это. В этом и
состоит сущность зла, т. е, в том, чтобы вещь отступала от
блага. Отсюда явствует, что в вещах обнаруживается зло, как
и порча, ибо и порча есть некоторое зло.
... Есть.1юди, которых Бог отвергает.
Если все сущее, поскольку оно таково, благо, то всякое зло,
поскольку оно таково, есть не-сущее. Но для не-сущего, по-
скольку оно таково, невозможно предположить производящую
причину: ведь всякое действующее начало действует постоль-
ку, поскольку оно есть актуально сущее, и производит оно
нечто себе подобное. Итак, для зла, поскольку оно есть зло,
невозможно предположить причину, действующую через себя
самос. А потому и невозможно свести все виды зла к единой
первопричине, которая через себя самос была бы причиной
всех зол.
То, чего вообще нет, не есть ни благо, ни зло. Но то, что есть, в
меру того, что оно есть, есть благо, как мы видели выше.
Итак, необходимо, чтобы нечто было злым в меру своего небы-
тия. А это есть ущербно сущее. Итак, зло, поскольку оно тако-
во, есть ущербно сущее, и само зло есть эта ущербность.
Добро - это то, чего все желают.
Добро является субъектом зла.
Для познания тех истин о Боге, которые могут быть добыты
разумом, необходимо уже заранее обладать многими знания-
ми, ибо почти все изыскания философии подчинены цели бого-
познания; именно по этой причине метафизика, занимающаяся
тем, что относится к божеству, в ряду философских дисциплин
изучается последней.
Когда человеку предлагаются некоторые истины в Боге, выхо-
дящие за пределы разума, то через это в человеке укрепляется
мнение, что Бог есть нечто, превышающее все, что можно по-
мыслить,
Познание истины двояко: это либо познание через природу,
либо познание через благодать. И то познание, которое про-
исходит через благодать, в свою очередь двояко: первый
вид познания исключительно умозрителен, как то, когда не-
которому лицу открываются некоторые божественные тяйчи-
другой же род познания связан с чувством и производит
любовь к Богу. И последнее есть особое свойство дара
мудрости.
Для спасения человеческого было необходимо, чтобы сверх
философских дисциплин, которые основываются на человече-
ском разуме, существовала некоторая наука, основанная на
божественном откровении; это было необходимо прежде всего
потому, что человек соотнесен с Богом как с некоторой своей
целью. Между тем цель эта не поддается постижению разумом;
в соответствии со словами Исайи (гл. 64, ст. 4): "Око не зрело,
Боже, помимо тебя, что уготовал ты любящим тебя". Между
тем должно, чтобы цель была заранее известна людям, дабы
они соотносили с ней свои усилия и действия. Отсюда следует,
что человеку необходимо для своего спасения знать нечто та-
кое, что ускользает от его разума, через божественное откро-
вение.
Притом даже и то знание о Боге, которое может быть добыто
человеческим разумом, по необходимости должно было быть
преподано человеку через божественное откровение: ибо исти-
на о Боге, отысканная человеческим разумом, была бы доступ-
на немногим, притом с примесью многочисленных заблужде-
ний, между тем как от обладания этой истиной целиком зависит
спасение человека, каковое обретается в Боге.
Потому сила Бога не может быть познана во всей своей полно-
те из познания чувственно воспринимаемых вещей, из чего
следует, что его сущность не может быть созерцаема.
То. что преподано Богом в откровении, следует принять на веру.
Различие в способах, при помощи которых может быть познан
предмет, создает многообразие наук. Одно и то же заключе-
ние, как то, что земля кругла, может быть сделано и астроло-
гом, и физиком, но асторолог придет к нему через посредство
математического умозрения, отвлекаясь от материи, физик же
через посредство рассуждений, имеющих ввиду материю. По
этой причине нет никаких препятствий, чтобы те же самые
предметы, которые подлежат исследованию философскими дис-
циплинами в меру того, что можно познать при свете естест-
венного разума, исследовала наряду с этим и другая наука в
меру того, что можно познать при свете божественного откро-
вения. Отсюда следует, что теология, которая принадлежит к
священному учению, отлична по своей природе от той теоло-
гии, которая полагает себя составной частью философии.
Священное учение есть наука. Следует, однако, знать, что при-
рода наук бывает двоякой. Одни из них таковы, что зиждутся
на основоположениях, непосредственно отысканных естест-
, венной познавательной способностью, как-то: арифметика, гео-
метрия и другие в этом же роде. Другие таковы, что зиждутся
на основоположениях, отысканных при посредстве иной, и при-
том высшей, дисциплины; так, теория перспективы зиждется
на основоположениях, выясненных геометрией, а теория музы-
ки - на основоположениях, выясненных арифметикой. Свя-
щенное учение есть такая наука, которая относится ко второ-
му роду, ибо она зиждется на основоположениях, выясненных
иной, высшей наукой; последняя есть то знание, которым обла-
дает Бог, а также те, кто удостоен блаженства. Итак, подобно
тому как теория музыки принимает на веру основоположения,
переданные ей арифметикой, совершенно так же священное
учение принимает на веру основоположения, преподанные ей
Богом.
Теология может взять нечто от философских дисциплин, но не
потому, что испытывает в этом необходимость, а лишь ради
большей доходчивости преподаваемых ею положений. Ведь
основоположения свои она заимствует не от других наук, но
непосредственно от Бога через откровение.
Если что-либо относящееся к творениям совместно наблюдают
философ и верующий, то их объяснения будут исходить из раз-
личных оснований. Ведь философ будет опираться в своих рас-
суждениях на собственные причины вещей, верующий же - на
первопричину, т. е. он будет говорить: "Так дано в открове-
нии", или: "Это относится к славе Божией", или: "Могущество
Божие беспредельно". Отсюда вера, коль скоро она созерцает
высочайшую причину, может быть названа высшей мудростью
в соответствии со словами писания (Второзак., IV, 6): "Это
есть мудрость ваша и разумение перед лицом народов". И
потому человеческая мудрость берет на себя услужение этой
мудрости, признавая ее превосход
...Закладка в соц.сетях
