Жанр: Электронное издание
menby1
...ня провела.
И битву в тот вечер мне пришлось выдержать столь нешуточную, как будто мне
противостоял вооруженный налетчик.
- Благодарю вас, инспектор, - сказал адвокат и, повернувшись к присяжным,
одарил их лучезарной улыбкой. - У меня все.
Мистер Тейлфорт встал и многозначительно прокашлялся.
- Сейчас я его в клочья разорву, - пообещал он мне.
Я молитвенно возвела глаза к потолку.
- Скажите, инспектор Уитворт, - начал мистер Тейлфорт. - Ваш рост, если не
ошибаюсь, шесть футов?
Барри приосанился.
- Шесть футов и один дюйм, если быть точным* (*около 184 см), - горделиво
произнес он.
- А весите вы, похоже, фунтов двести десять?
Барри поспешно втянул живот.
- Двести три* (*около 92 кг).
- Тогда как рост моей клиентки, - мистер Тейлфорт кивков указал на меня -
пять футов два дюйма* (*около 157 см), а весит она, в лучшем случае, сто
тридцать три фунта* (*около 60 кг).
Я тоже втянула живот, но подавила в себе порыв уведомить присяжных, что в
лучшие дни весила всего сто двадцать шесть фунтов.
Мистер Тейлфорт приблизился к барьеру, отделяющему его от присяжных,
остановился и задумчиво поскреб подбородок.
- Взрослый мужчина, - вслух рассуждал он, - могучего телосложения,
зарабатывающий на жизнь арестами опасных и зачастую вооруженных преступников, и
вдруг спасовал перед натиском крохотной девушки, весящей легче пушинки?
Две женщины из числа присяжных недоверчиво замотали головами.
- Сомневаюсь я, - сказал мистер Тейлфорт. И добавил: - К этому свидетелю
вопросов у меня больше нет.
- Как, и это все? - прошипела я, когда он уселся рядом со мной.
- Доверьтесь мне. Я посеял в их душах сомнение, а это самое главное.
Мне бы его уверенность.
Глава 51
В глубине зала Марвин, Эмма и Эшли, следя за ходом процесса, шумно
хрумкали чипсами. Лицо Эммы, словно зеркало, отражало происходящее в зале
заседаний. Пока оно казалось мрачнее тучи. Однако, перехватив мой взгляд, Эмма
тут же ободряюще улыбнулась и показала жестом, что все идет замечательно.
На мой взгляд, Дэвид и его братец полностью заворожили присяжных. По
крайней мере, во всей красе продемонстрировали те черты мужской части семейства
Уитвортов, которые в свое время очаровали и меня. Благовоспитанность,
сдержанность, велеречивость, изысканность манер. Эдакие пай-мальчики, мечта
любой мамаши. А Тейлфорт даже пальцем о палец не ударил, чтобы развеять эту
иллюзию.
Интересно, кто у них следующий?
- Обвинение вызывает мисс Лайзу Браун.
Вот она, расплата за мои грехи.
Лайза выглядела необычно. Розовое платье с огромными золочеными пуговицами
придавало ей неестественно хрупкий облик. Волосы, обычно зачесанные назад и
собранные в пучок на затылке, были распущены, а завитки на висках свешивались на
щеки. Похоже, с ней поработал опытный имиджмейкер, который собаку съел в том,
как воздействовать на присяжных.
Восходя на возвышение для свидетелей, Лайза споткнулась и едва не упала. Я
не преминула заметить, что виной тому послужили туфли на непривычно высоком
каблуке.
- Лайза Браун, - пропищала она в ответ на предложение назвать свое имя.
- Поклянитесь на священной Библии, что будете говорить правду, одну лишь
правду, и ничего, кроме правды.
- Клянусь, - снова пропищала Лайза.
- Мисс Браун, расскажите нам о ваших отношениях с мистером Дэвидом
Уитвортом. С самого начала, со времени вашего знакомства.
Лайза натянуто улыбнулась.
- Мы познакомились на концерте Элтона Джона, - начала она. - Мой брат
представил мне Дэвида - они, оказывается, знали друг друга ещё со школьной
скамьи. Брат очень взвешенно подходил к моим знакомствам, - добавила она для
важности. - Он предъявлял к людям жесткие требования, следил, чтобы я
знакомились лишь с самыми достойными людьми. Вот почему я изначально знала, что
Дэвид - человек достойный.
- А какого сорта людей ваш брат считал недостойными?
- Ну, это очевидно, - ответила Лайза, пожимая плечами. - Грубых, жестоких,
склонных к насилию. Агрессивных, одним словом.
- И Дэвид оказался не таким?
- О нет. Дэвид оказался самым кротким и добрым человеком из всех, кого я
знала. Он не способен и мухи обидеть. Обожает детей и животных. - Она вздохнула
и добавила: - У нас с ним были одинаковые взгляды на жизнь. И общие интересы. И
планы на будущее мы строили совместно.
Да, архитектор у нас с Лайзой был один и тот же, машинально отметила я про
себя.
- И я думала, что будущее нас ждет безоблачное. Мы собирались сочетаться
браком и нарожать детишек. - Лайза вдруг всхлипнула и вытерла глаза платочком.
Я метнула осторожный взгляд на присяжных и, к своему ужасу, заметила, что
три женщины из числа жюри тоже шмыгают носами. А взоры нескольких мужчин были
прикованы к пышному бюсту Лайзы, который трагично вздымался и опадал.
- Все у нас было замечательно, пока я не отправилась в командировку. В
Боснию, с благотворительной миссией. Помогать детям-сиротам.
Мистер Тейлфорт глухо застонал.
- Я отсутствовала две недели. Каждый день звонила домой Дэвиду, но, сами
понимаете, никакие звонки не заменят живого общения. И именно это время хищница
выбрала, чтобы перейти к решительным действиям. Вероломно воспользовавшись моим
отсутствием. Пока я помогала осиротевшим детишкам.
- Уточните, мисс Браун, кого вы имеете в виду?
- Элисон Харрис.
- А знала мисс Харрис о вашем отъезде из Бриндлшема? - уточнил обвинитель.
- Еще бы! О моей миссии писали во всех местных газетах.
- И что случилось за время вашей отлучки?
- По возвращении, я не узнала моего любимого Дэвида. Его словно подменили.
Как будто кто-то высосал его нежную любящую душу, заменив её чужой, черной и
черствой.
На сцене бы ей играть, с горечью подумала я. Какая трагическая актриса
пропадает.
- Создавалось впечатление, что она его околдовала. Хотя потом я убедилась,
что Дэвид был просто запуган. Он безумно боялся проявлений её буйного нрава.
- Я протестую, Ваша честь! - вскричал Мистер Тейлфорт.
- Протест отклонен, - жестко сказала судья.
- Целых два года он собирался с силами, чтобы вернуться ко мне, -
заключила Лайза. - И вот тогда, наверно, она и решила нанести решающий удар.
Оставить его на всю оставшуюся жизнь калекой.
- Ваш свидетель, - сказал обвинитель мистеру Тейлфорту. Однако не успел
мой адвокат и рта раскрыть, как глаза Лайзы закатились.
- Боюсь, что я сейчас упаду в обморок, - выдавила она. - Здесь слишком
душно!
- Ну это уже чересчур! - проревел мистер Тейлфорт.
- Есть здесь врач? - вскричал обвинитель. - Скорее, помогите же ей.
Судейский писарь помог Лайзе сойти с постамента и вывел её из зала.
Судья объявила перерыв до завтрашнего дня.
- Господи, это просто кошмар какой-то! - простонала я, когда мы с мистером
Тейлфортом сидели в коридоре. - Вам даже не дали допросить ни одного из них.
- Да, - кивнул мой адвокат. - Но не все ещё потеряно. Наш черед ещё не
настал. Раз уж он решил вас оклеветать, мы отплатим ему той же монетой. Вы
знакомы с кем-нибудь, кто знает, каков этот красавчик на самом деле? С его
бывшей подружкой, например.
- Я знаю только одну его бывшую подружку, - уныло ответила я. - Лайзу. А
она, сами понимаете, обливать его грязью не станет.
Мистер Тейлфорт задумчиво потеребил усы.
- Понятно, - промолвил он. - Может, он приставал к вашим подругам?
- Ни одна из них мне в этом не признавалась.
- Что ж, это усложняет нашу задачу. Похоже, нам остается полагаться только
на ваши показания. Скажите, не было ли случаев, когда мистер Уитворт сам вел
себя агрессивно по отношению к вам?
- Однажды, в Брайтоне, он запустил в мою сторону клюшкой для игры в гольф,
- припомнила я. - Но, пожалуй, без злого умысла. Просто он только что проиграл
матч.
Мистер Тейлфорт оживился.
- Значит, он не умеет держать себя в руках, - сказал он. - Уже неплохо.
Что-нибудь еще?
- Как-то раз он сбросил с лестницы моего кота, - добавила я. - После того,
как Пушистик помочился на его новый замшевый пиджак.
- Прекрасно! - воскликнул Мистер Тейлфорт. - Жестокое обращение с
животными. Подобные акты насилия в дальнейшем неизбежно оборачиваются ещё
большим злом.
- Уж куда больше, - ядовито промолвила я. - Едва не убил бедного котика.
(На самом деле Дэвид сбросил Пушистика всего лишь со второй ступеньки. Кот ловко
приземлился на лапы, и лишь обиженно зашипел на своего обидчика). Вы думаете,
это нам поможет?
- Вполне вероятно, - ответил мистер Тейлфорт. - Британские присяжные
терпеть не могут, когда с животными жестоко обращаются. В любом случае, завтра я
непременно допрошу Дэвида с Лайзой, и тогда мы ещё посмотрим, кто кого.
- Вашими устами бы да мед пить, - со вздохом промолвила я.
- "Выше нос!", вот мой девиз.
Я лишь мученически улыбнулась ему на прощание.
Однако в действительности сколь-либо радужных иллюзий я не питала.
- Это конец, - простонала я вечером, сидя в кругу домашних. - Все пропало.
Наверно, это моя последняя ночь на свободе.
Мама с ободряющими словами обняла меня за плечи, но я чувствовала, что на
душе у неё тоже кошки скребут. Закончив давать показания, Дэвид приобрел в
глазах присяжных ореол мученика. Я же, напротив, предстала настоящим исчадием
ада. Иезавель, восставшей с того света.
- Но ведь и слепому видно, что он нагло врет! - возмутилась мама. - Как
они тебя выслушают, все сразу встанет на свои места. Я сама готова
засвидетельствовать, сколько раз этот негодяй тебя до слез доводил. Мою любимую
доченьку.
Джо и Джейн изумленно переглянулись.
- О, вы все у меня любимые, - поспешно добавила мама. - Но Элисон сейчас,
как никогда, нуждается в нашей поддержке. Как тебе сегодняшнее судилище, Джо?
- По-моему, Дэвид предстал эдаким херувимчиком, - сказала Джо. -
Благоухающим духами "Шанель номер пять". Их, между прочим, из лепестков роз
делают, - добавила она, на тот случай, если мы не поняли.
- Спасибо, - закивала мама, опасаясь, что слова Джо добьют меня. - А у
тебя какое мнение, Джейн?
- Дэвид недурно сыграл свою роль, - рассудительно промолвила моя сестра. -
Но мне кажется, что женщины-присяжные должны были раскусить его игру. Особенно
попытку разыграть астматика... Да и сцена с обмороком Лайзы тоже белыми нитками
шита. В том смысле...
- Все это прекрасно, - грустно промолвила я. - Однако меня ничто не
спасет. Готовьтесь носить мне сигареты в каталажку.
- Отлично, - оживилась Джо. - Давно мечтала посмотреть, в каких условиях у
нас заключенных содержат. Как, по-твоему, Эли, какие-нибудь известные личности
там будут?
- Какое мне до них дело? - простонала я. - И почему, Джо, я к тебе не
прислушалась в свое время? Ты ведь говорила, что глазки у Дэвида маленькие. И
вообще, сволочь он последняя. У него теперь другая женщина, а я на бобах
осталась.
- Угу, - поддакнула Джо. - Зато он своим драгоценным членом не владеет.
- Если не врет, - процедила мама. - В противном случае, я ему сама яйца
оторву.
Папа, который до сих пор стоически делал вид, будто штудирует газету, при
этих словах нервно вздрогнул и поморщился.
Спать я легла рано. Пушистик, словно почувствовав, как мне плохо, тут же
впрыгнул на кровать и устроился на моей груди. Я взяла с Эммы слово, что в мое
отсутствие она будет заботиться о котике, как о собственном ребенке, и не станет
изводить его голодными диетами.
- Вот бы разрешили взять тебя с собой, - мечтательно промолвила я,
почесывая довольно мурлыкающего кота за ухом.
Однако я уже знала, что в Британии матерям в заключении не позволяют
держать при себе собственных детей уже по достижении ими полугодовалого
возраста. Что уж тогда о престарелом коте говорить, пусть даже в его жилах
наполовину сиамская кровь течет.
После скудного завтрака, состоявшего из джема и тостов, я, едва не задушив
Пушистика в объятиях, ждала такси.
По случаю неминуемого вынесения обвинительного приговора, вырядилась я,
как на казнь. В короткое черное платьице, которое в последний раз надевала в
день рождения, когда мне исполнился двадцать один год. Пожалуй, для судебного
зала платье было несколько броским и вычурным (одни усыпанные блестками
бретельки чего стоили!), но я хотела, чтобы меня запомнили такой. Хотя, подходя
к двери, я убедилась, что немного смазала эффект - подол платья сплошь усыпали
кошачьи волоски.
Эмма по пути хранила столь не свойственное ей молчание. Да и на родителях,
поджидавших меня в вестибюле здания суда, лица не было. Сестрицы порывисто меня
обняли, и мне даже показалось, что в глазах Джо блеснули слезы.
- Только не целуй меня, - предупредила мама. - Иначе мне покажется, что
это прощальный поцелуй.
- Попрощаться нам разрешат, - уверенно сказала я. - Не все же они такие
паскуды.
- Неужели нельзя убедить этого мерзавца отозвать свой подлый иск? - громко
спросила мама, увидев входящего в зал адвоката Дэвида. - Он пытается отобрать у
мамы старшую дочь. Ее гордость и утешение. Бедная бабушка, возможно, не доживет
до её освобождения.
- Тс-сс! - прошептала я. - Как она, кстати, поживает?
- Опять за свои штучки взялась, - наябедничала Джо. - Похвасталась, что
сегодня её будут снимать фотографы из "Золотого мира". Видела этот журнальчик
для старых маразматиков? Его на почте бесплатно дают. Кабы не съемки, так она
сама явилась бы сюда и навела шороху...
Джо прервало появление мистера Тейлфорта.
- Как настроение? - игриво осведомился он. - Зададим им перца?
Мама смерила его суровым взглядом. Нашел, мол, время шутить. Тем более что
весь ход процесса недвусмысленно свидетельствовал об одном: тюрьмы мне не
избежать.
Мистер Тейлфорт жестом поманил меня за собой. Мама же напоследок набросила
мне на плечи свой жакет.
- Надень, - напутствовала она меня. - Нечего дразнить присяжных своими
оголенными телесами.
Адвокат Дэвида развалился на скамье в такой позе, словно присяжные уже
вынесли вердикт в его пользу. За его спиной восседали Барри с Лайзой. На Лайзе
был блейзер, а ля Джеки Онассис. Оранжевый, на сей раз. Из кулака её торчал край
изорванного в клочья бумажного платка. Невооруженным глазом было видно, как она
нервничает, опасаясь перекрестного допроса. На сей раз, правда, рассчитывать на
спасительный обморок ей уже не приходилось.
- Надеюсь, вы покажете ей, где раки зимуют? - с надеждой спросила я
мистера Тейлфорта.
Присутствующим велели встать, после чего судья Максвелл-Харрис
величественно вплыла в зал и взошла на свое место. Она вкратце напомнила, по
какому поводу мы здесь собрались, и выразила надежду, что присяжные не забыли,
сколь высокая ответственность возложена на их плечи. После чего место на
возвышении для свидетелей вновь пригласили занять Лайзу.
Когда выкликнули её имя, Лайза поднялась на ноги с грацией новорожденного
жирафенка. Ноги её предательски разъехались, и мне показалось даже, что она не
сможет самостоятельно взойти на возвышение. В следующий миг я явственно
услышала, как она всхлипнула.
- Что это с ней? - недоуменно спросила я мистера Тейлфорта.
- Боится, - самодовольно ответил он, подкручивая усы. - Я славлюсь своей
суровостью на допросах.
- Не могу! - вдруг истерично выкрикнула Лайза адвокату Дэвида. - Я не
выдержу! Отпустите меня!
Адвокат, похоже, раздумывал, не устроить ли очередной спектакль с
нездоровьем, но судья Максвелл-Харрис, грозно нахмурив брови, метнула на него
предостерегающий взгляд, красноречивая давая понять: на сей раз подобные штучки
с рук представителям истца не сойдут.
- Мисс Браун, - обратилась она к заметно позеленевшей Лайзе. - Надеюсь,
сегодня вам не станет дурно?
Вместо ответа Лайза зажала рукой рот, как будто опасаясь, что её стошнит.
Ей поднесли библию для приведения к присяге.
- Не могу я! - жалобно взвыла Лайза.
- Сможете, мисс Браун, - ледяным голосом произнесла судья Максвелл-Харрис.
- В противном случае, вам придется нести ответственность за неуважение к суду.
Тем временем я, обводя глазами зрителей, заприметила ещё одно знакомое
лицо. Аманду из "Полноценной женщины", которая, сидя с блокнотом на коленях,
жадно внимала каждому слову.
Наконец, Лайза, жалобно всхлипнув, соизволила присягнуть на Библии. Ей
даже разрешили сидеть, принимая во внимание её жалкий вид, однако предупредили,
что ни при каких обстоятельствах не отпустят, пока она не ответит на последний
вопрос защитника.
Мистер Тейлфорт поднялся во весь свой недюжинный рост и деловито
прокашлялся. Глаза Лайзы испуганно расширились, как у затравленной лани. Я
злорадно потирала руки. Пусть и она хоть немного помучается, коль скоро мне не
миновать отсидки.
- Мисс Браун, - начал мистер Тейлфорт. - Вчера мы выслушали
душераздирающие подробности ваших отношений с мистером Уитвортом вплоть до
второго февраля 1998 года. Сегодня я хотел бы задать вам несколько вопросов о
ваших нынешних отношениях с ним. В частности, меня интересует вот что: когда вы
в последний раз вступали с ним в половую связь?
Глаза Лайзы полезли на лоб.
- Что?
- Повторяю, - не без удовольствия промолвил мистер Тейлфорт. - Когда вы в
последний раз вступали в половую связь с мистером Уитвортом? Или, если
предпочитаете, "предавались любви"?
Лайза затрепетала. Даже серьги в ушах задрожали.
- У нас с ним были замечательные интимные отношения, - еле слышно
пробормотала она.
- Говорите громче, мисс Браун, - потребовала судья.
- Сначала я не хотела, чтобы наши отношения заходили столь далеко, -
сказала она. - Хотела сберечь себя до свадьбы. Но потом, когда мы с Дэвидом
объявили о помолвке, я решила, что откладывать не стоит.
- Вы сказали, что у вас с ним были замечательные интимные отношения, -
подчеркнул мистер Тейлфорт. - Значит ли это, мисс Браун, что в них произошли
перемены? И, если да, то когда?
С тех пор, как я ворвалась в их жизнь, само собой разумеется. Иного ответа
я и не ждала.
- Но затем, когда мистер Уитворт расторгнул помолвку с мисс Харрис, они
снова возобновились?
Лайза кивнула.
- Надолго?
- Вплоть дДо второго февраля 1998 года, - еле слышно прошелестела она.
- И вы готовы утверждать, - в голосе мистера Тейлфорта зазвенел металл, -
что с этого самого дня, когда, по его словам, он подвергся нападению со стороны
мисс Харрис, между вами не было интимных отношений?
Лицо Лайзы исказилось. Вопрос был задан не в бровь, а в глаз. Неужели с
тех пор у мистера Уитворта не развивалась нормальная эрекция? - так затем
перефразировал свой вопрос мой адвокат.
- Э-ээ... - выдавила она.
- Возможно, вы меня не поняли, - процедил мистер Тейлфорт. - Тогда я
поставлю вопрос ребром. Способен ли был мистер Уитворт с тех пор функционировать
как мужчина?
В ожидании ответа Лайзы, я затаила дыхание. Время вдруг раздулось и
растянулось, точно пузырь, наполненный водой. Мои родственники, как и прочие
зрители, дружно вытянули шеи.
- Да, - выпалила вдруг Лайза.
У Дэвида отвалилась челюсть. Я тоже разинула рот от изумления.
А мистер Тейлфорт, как ни в чем не бывало, продолжал гнуть свою линию.
- Поясните, что вы имеете в виду? - потребовал он.
Щеки Лайзы стали пунцовыми, как спелый помидор.
- Я имею в виду, что после второго февраля мистер Уитворт был способен
функционировать как мужчина, - отчеканила она.
- О нет! - простонал адвокат Дэвида.
- Вы, должно быть, имеете в виду какую-нибудь тяжелую физическую работу, -
сказал мистер Тейлфорт, делая вид, что не понимает. - А я имел в виду нечто
совсем другое. Был ли он способен удовлетворить вас в постели?
- Да, - твердо сказала Лайза. - Расставшись с Эли Харрис, Дэвид Уитворт
предавался со мной любви в постели каждую ночь.
- Вы имеете в виду половой акт, сопровождающийся пенетрацией? -
бестрепетно уточнил мистер Тейлфорт.
- Чем угодно.
В зале послышались смешки и ехидные возгласы.
И тут Лайзу словно прорвало.
- Он вешал вам лапшу на уши, - отчаянно затараторила она. - Элисон вообще
не причинила ему ни малейшего вреда. И на его активности в постели это никак не
отразилось. Более того, когда Барри, его брат, сказал, что на истории с Элисон
можно неплохо подзаработать, сексуальная мощь Дэвида выросла неимоверно. Это
могут и другие подтвердить.
Адвокат Дэвида глазами умолял её замолчать, но Лайза уже поймала кураж, и
остановить её было не легче, чем альпийскую лавину.
"Крепость пала, враг бежит", - написал мне на листочке бумаги помощник
Тейлфорта. Я прекрасно понимала, что ещё не все кончено, что моя судьба попрежнему
находится в руках присяжных, но комок в горле уже рассосался и
неприятное ощущение в затылке исчезло.
Меж тем Лайза продолжала методично добивать моего бывшего жениха.
- Через неделю после того, как Элисон натерла мазью "Огненный перчик" член
Дэвида, мы с ним еженощно предавались любви по три раза, - поведала она с гордой
улыбкой. - А весь этот скулеж про неспособность добиться эрекции из-за моральной
травмы - нахальное вранье. Ни о каком членовредительстве или моральной травме не
может быть и речи. - Она злорадно усмехнулась. - Более того, прежде чем поехать
к доктору на обследование, Дэвид попросил, чтобы я заново натерла его член этой
же мазью прямо в машине.
От этих слов сидевшая в зале мать Дэвида громко охнула и мешком свалилась
на пол. Однако Лайзу было уже не остановить.
- Вчера вечером, возвращаясь с работы, я заметила перед нашим домом
незнакомый автомобиль. Роскошный. То ли новый "мерседес", то ли нечто в том же
роде. Я подумала, что к Дэвиду заехал его адвокат, однако, войдя, ни в гостиной,
ни на кухне Дэвида не нашла. Тогда я поднялась наверху, в спальню, где меня
ждало замечательное зрелище. Дэвид сидел на кровати, а перед ним на коленях
стояла незнакомая женщина и увлеченно делала ему минет.
Я хлопнула себя по губам, чтобы не захихикать.
Мать Дэвида отчаянно заголосила.
- Я оттащила её за волосы, а потом от души надавала оплеух. А какого
хрена? Дэвид потребовал, чтобы я отпустила её волосы, но было уже поздно. В
первый миг мне даже показалось, что я скальпировала эту стерву, но потом поняла,
что держу в руке парик. Словом, я пинками выгнала её из дома, но потом, когда
вернулась в спальню, чтобы потребовать объяснений, Дэвид даже не соизволил
извиниться передо мной. Напротив, он был взбешен.
- Взбешен? - переспросил Тейлфорт. - А почему?
- По его словам, я разрушила его карьеру.
- Что? - Тейлфорт не срывал своего изумления. - Его карьеру? Как
страхового агента?
- Нет, актерскую, - пояснила Лайза. - Он собирался сниматься. -
Презрительно фыркнув, она добавила: - В порнофильмах.
В зале воцарилась могильная тишина.
Затем послышались испуганные возгласы. Мать Дэвида на руках понесли из
зала.
- Да, - всхлипнула Лайза. - Оказывается, эта сука в парике, которая ему
отсасывала, владеет крупнейшей в стране компанией по производству порнофильмов.
Студия "Мягкие губки", так, кажется, она называется. И она, якобы, хотела снять
фильм про биографию Дэвида. А минет делала лишь с целью удостовериться, что во
время съемок он не подкачает!
В зале грянул дружный хохот. Вскоре все вокруг все покатывались от смеха.
- Не понимаю, что тут смешного, - обиженно заявила Лайза.
Судья Максвелл-Харрис призвала всех соблюдать тишину.
- Если я вас правильно понял, - заговорил мистер Тейлфорт, - то действия
вашего суженого мало походили на поведение до смерти запуганного мужчины. Это
так?
- Совершенно верно, - ответила Лайза, хмыкнув. - И после всего этого Дэвид
ещё хотел, чтобы я лжесвидетельствовала в его пользу. Но я не могу врать, когда
на карту поставлена честь другой славной женщины, также пострадавшей из-за этого
гнусного негодяя.
Зал начал дружно скандировать "Лай-за, Лай-за, мо-ло-дец!" Приглядевшись,
я узнала Марсию Гуттенберг, окруженную целой кучей феминисток из Сафьянового
клуба. Лайза вопросительно посмотрела на меня. Я жестом показала, что она
молодчина. Сестра Дэвида вскочила со стула.
- Это ложь! - истошно завопила она. - Она все это выдумала!
Судья Максвелл-Харрис потребовала, чтобы она села на место и замолчала.
- Это чистая правда, ваша честь, - закончила Лайза. - Дэвид Уитворт -
лживый мерзавец, и вы можете известить его - тут она сорвала с пальца
обручальное кольцо и, не глядя, швырнула в сторону Дэвида, - что наша помолвка
разорвана.
С этими словами она сбежала с возвышения и, сломя голову, кинулась прочь
из зала.
- У меня больше нет вопросов к свидетельнице, - поспешно произнес мистер
Тейлфорт, видя, что кто-то пытается её остановить.
- Обвинение просит объявить перерыв, - срывающимся голосом пролепетал
адвокат Дэвида.
Еще бы!
Сами понимаете, после разоблачительных показаний Лайзы окончательно
развенчать показания Дэвида и остальных его свидетелей было уже телом техники. О
кротком агнце, безвинно пострадавшем от свирепого и безжалостного чудовища в
образе Элисон Харрис, никто больше не вспоминал. Все жаждали лишь одного:
вывести проходимца на чистую воду.
Вспоминая потом случившееся, я пришла к твердому выводу, что именно тогда
испытала звездный миг своей жизни. Судья Максвелл-Харрис, выслушав доводы
мистера Тейлфорта, согласилась с ним: да, никаких оснований для дальнейшего
рассмотрения моего дела нет. Затем, вперив гневный взгляд в Дэвида, что он
виновен в тяжком преступлении, в попытке оклеветать доброе имя законопослушной
гражданки. Когда же она добавила, что так этого не оставит, я едва не подскочила
до потолка от радости. На этом процесс был завершен, и я, еле живая, выползла на
солнечный свет. Ноги плохо слушались меня, словно я провела несколько месяцев в
темнице.
На ступеньках лестницы меня поджидала Марсия Гуттенберг во главе своей
шайки. Они держали в руках плакаты с лозунгами в мою честь. Не успела я
пробежать глазами ближайший плакат, объявлявший меня героической заступницей
всех британских женщин, как послышались хлопки, и меня с ног до головы облили
шампанским. Со всех сторон мне совали букеты, а, оглянувшись, я увидела
растерянную Лайзу с целой охапкой цветов. Что ж, если кто и спас британскую
женщину, так это она.
И только тогда выяснилось, какую роль в моем чудесном избавлении сыграла
Марсия Гуттенберг. Вот уж не подумала бы, что именно она окажется тем самы
Закладка в соц.сетях
