Жанр: Электронное издание
SHEKLI
...ть, пока мы не добились контакта с ним, - заметил
Передатчик. Ему было крайне трудно поверить, что разумное
существо способно отказаться от добровольного
сотрудничества.
- А как это сделать? - спросил Питатель.
Разработали план действий. Доктор медленно подошел к
Ускорителю; тот попятился. Тем временем Передатчик просунул
нить сквозь Стенку наружу, протянул вдоль Корабля и снова
втянул внутрь, как раз позади Ускорителя.
Пятясь, Ускоритель уперся спиной в Стенку, и Передатчик
ввел нить в его голову, во впадину связи, расположенную в
центре мозга.
Ускоритель без чувств рухнул на пол.
Когда ускоритель пришел в себя, Питатель и Доктор держали
его за руки и за ноги, иначе он оборвал бы линию связи. Тем
временем Передатчик, пользуясь своим искусством, изучал язык
Ускорителя.
Задача оказалась не слишком сложной. Все языки
Ускорителей принадлежали к одной и той же группе, и этот
случай не был исключением. Передатчику удалось уловить на
поверхности коры достаточно мыслей, чтобы представить себе
строй чуждой речи.
Он попытался наладить общение с Ускорителем.
Ускоритель хранил молчание.
- По-моему, он нуждается в пище, - сказал Питатель. Все
вспомнили, что Ускоритель находится на борту Корабля почти
двое суток. Питатель изготовил одно из стандартных блюд,
любимых Ускорителями, и подал его чужаку.
- О господи! Бифштекс! - воскликнул Ускоритель.
По переговорным цепям Передатчика вся Команда испустила
радостный клич. Ускоритель произнес первые слова!
Передатчик проанализировал слова и покопался в памяти.
Он знал сотни две языков Ускорителей, а простейших диалектов
- еще больше. Передатчик установил, что Ускоритель
разговаривает на смешении двух наречий.
Насытившись, Ускоритель огляделся по сторонам.
Передатчик перехватил его мысли и разнес их по всей Команде.
Ускоритель воспринимал окружающее как-то необычно.
Корабль казался ему буйством красок. По Стенкам пробегали
волны. Прямо перед ним находилось нечто вроде гигантского
черно-зеленого паука, чья паутина опутала весь Корабль и
протянулась к головам остальных невиданных существ. Глаз
почудился ему странным зверьком без меха - существом,
которое находилось где-то на полпути между освежеванным
кроликом и яичным желтком (что это за диковинки, никто на
Корабле не знал).
Передатчика покорила новая точка зрения, которую он
обнаружил в мозгу Ускорителя. Никогда до сих пор не видел
он мира в таком свете. Теперь, когда Ускоритель это
заметил, Передатчик не мог не признать, что у Глаза и
вправду смешная внешность. Попытались войти в контакт.
- Что вы за создания такие, черт вас возьми? - спросил
Ускоритель; он заметно успокоился к исходу вторых суток. -
Зачем вы схватили меня? Или я просто свихнулся?
- Нет, - успокоил его Передатчик, - твоя психика вполне
нормальна. Перед тобой торговый Корабль Галактики. Штормом
нас занесло в сторону, а наш Ускоритель погиб.
- Допустим, но при чем тут я?
- Нам бы хотелось, чтобы ты присоединился к нашей
команде, - ответил Передатчик, - и стал новым Ускорителем.
Ускорителю растолковали обстановку и он задумался. В
мыслях Ускорителя Передатчик улавливал внутреннюю борьбу.
Тот никак не мог решить, наяву ли все с ним происходит или
нет. Наконец Ускоритель пришел к выводу, что он не сошел с
ума.
- Слушайте, братцы, - сказал он, - я не знаю, кто вы
такие, и в чем тут дело, но мне пора отсюда убираться. У
меня кончается увольнительная, и если я не появлюсь в самое
ближайшее время, мне не миновать дисциплинарного взыскания.
Передатчик попросил Ускорителя пояснить, что такое
"дисциплинарное взыскание", и послал полученную информацию
Мыслителю.
"Эти Ускорители заняты склокой" - таково было заключение
Мыслителя.
- Но зачем? - спросил Передатчик. В мыслях он с грустью
допустил, что Мыслитель, очевидно, прав: Ускоритель не
выказывал особенного стремления сотрудничать.
С удовольствием выручил бы вас, ребята, - продолжал
Ускоритель, - но откуда вы взяли, что я могу придать
скорость такому огромному агрегату? Да ведь чтобы
только-только сдвинуть ваш Корабль с места, нужен целый
танковый дивизион.
- Одобряете ли вы войны? - спросил по предложению
Мыслителя Передатчик.
- Никто не любит войну - особенно те, кому приходится
проливать кровь.
- Зачем же вы воюете?
Органом приема пищи Ускоритель скорчил какую-то мину,
которую Глаз зафиксировал и передал Мыслителю. "Одно из
двух: или ты убьешь, или тебя убьют. А вам, друзья,
известно, что такое война?"
- У нас нет войн, - отчеканил Передатчик.
- Счастливые, - горько сказал Ускоритель. - А у нас
есть. И много.
- Конечно, - подхватил Передатчик. К этому времени он
успел получить у Мыслителя исчерпывающее объяснение. - А
хотел бы ты с ними покончить?
- Конечно.
- Тогда лети с нами. Стань Ускорителем.
Ускоритель встал и подошел к Аккумулятору. Усевшись на
него. Ускоритель сжал кулаки.
- Какого черта ты тут мелешь? Как я могу прекратить все
войны? - осведомился он. - Даже если бы я обратился к
самым важным шишкам и сказал...
- Этого не нужно, - прервал его Передатчик. - Достаточно
отправиться с нами в путь. Доставишь нас на базу.
Галактика вышлет на вашу планету отряд контактеров. Тогда
войнам придет конец.
- Черта с два, - ответил Ускоритель. - Вы, миляги,
значит, застряли здесь? Ну и прекрасно. Никаким чудищам не
удастся завладеть Землей.
Ошеломленный Передатчик пытался проникнуть в ход мыслей
собеседника. Неужели Ускоритель его не понял? Или он
сказал что-нибудь невпопад?
- Я думал, ты хочешь прекратить войны, - заметил он.
- Ну, ясно, хочу. Но не хочу, чтобы нас заставляли их
прекратить. Я не предатель. Лучше уж буду воевать.
- Никто вас не заставит. Вы просто прекратите сами,
потому что не будет необходимости воевать.
- А ты знаешь, почему мы воюем?
- Само собой разумеется.
- Неужто? Интересно послушать.
- Вы, Ускорители, слишком долго были отделены от
основного потока Галактики, - объяснил Передатчик. У вас
есть специальность - ускорение, но вам нечего ускорять.
Поэтому у вас нет настоящего дела. Вы играете вещами -
металлами, неодушевленными предметами, - но не находите в
этом подлинного удовлетворения. Лишенные Истинного
призвания, вы воюете просто от тоски. Как только вы займете
свое место в Галактическом Содружестве - и, смею вас
уверить, это почетное место, ваши войны прекратятся. К чему
воевать - ведь это противоестественное занятие, -когда можно
ускорять? Кроме того, исчезнет ваша механическая
цивилизация, поскольку нужды в ней уже не будет.
Ускоритель покачал головой - жест, который Передатчик
истолковал как признак растерянности.
"А что это такое - ускорение?"
Передатчик попытался растолковать как можно яснее, но,
поскольку ускорение не входило в его компетенцию, у него
самого было лишь общее представление о предмете.
- Ты хочешь сказать, что этим и должен заниматься каждый
житель Земли?
- Безусловно, - подтвердил Передатчик. - Это ваша
великая профессия.
На несколько минут Ускоритель задумался.
"По-моему, тебе нужен врач-психиатр или что-нибудь в этом
роде. Никогда в жизни я не мог бы это сделать. Я
начинающий архитектор. К тому же... ну, да это трудно
объяснить".
Однако Передатчик уже воспринял возражение Ускорителя, в
мыслях которого появилась особь женского пола. Да не одна,
а две или три. Притом Передатчик уловил ощущение
одиночества, отчужденности.
Ускоритель был преисполнен сомнений.
Он боялся.
- Когда мы попадем в Галактику, - сказал Передатчик,
горячо надеясь, что нашел нужные доводы, - ты познакомишься
с другими Ускорителями. И с Ускорительницами. Вы
Ускорители, все похожи друг на друга, так что ты с ними
непременно подружишься. А что касается одиночества на
Корабле, так здесь его просто не существует. Ты еще не
понял, в чем суть Содружества. В содружестве никто не
чувствует себя одиноким.
Ускоритель надолго задумался над идеей существования
внеземных Ускорителей. Передатчик силился понять, почему
эта идея настолько поразила его собеседника. Галактика
кишит Ускорителями, Питателями, Передатчиками - и многими
другими видами разумных существ в бесконечных вариантах и
повторениях.
- Все же не верится, что кто-нибудь способен покончить со
всеми войнами, - пробормотал Ускоритель. - Откуда мне
знать, что это не ложь?
У Передатчика появилось такое ощущение, словно его
ударили в самое ядро. Должно быть. Мыслитель был прав,
утверждая, что эти Ускорители не станут сотрудничать.
Значит, деятельность Передатчика прекратится? Значит, он
вместе со своей Командой проведет остаток жизни в космосе
только из-за тупости горстки Ускорителей?
Однако даже эти горькие мысли не приглушили чувства
жалости к Ускорителю.
Какой ужас, думал Передатчик. Вечно сомневаться, не
решаться, никому не верить. Если эти Ускорители не займут
подобающего им места в Галактике, кончится тем, что они
истребят друг друга. Им давным-давно пора вступить в
содружество.
- Как мне убедить тебя? - воскликнул Передатчик.
В отчаянии он подключил Ускорителя ко всем цепям. Он
открыл Ускорителю грубоватую покладистость Двигателя,
бесшабашный нрав Стенок; показал ему поэтические склонности
Глаза и дерзкое добродушие Питателя. Он распахнул настежь
собственный мозг и продемонстрировал Ускорителю свою родную
планету, семью и дерево, которое мечтал приобрести по
возвращении.
Он развернул перед Ускорителем картины, которые показали
историю каждого из представителей разных планет. У них были
разные моральные понятия, но всех их объединяли узы
Галактического Содружества.
Ускоритель созерцал все это, никак не реагируя. Немного
погодя он покачал головой. Ответ был выражен жестом -
неуверенным, смутным, но явно отрицательным.
Передатчик приказал Стенкам открыться. Те повиновались,
и Ускоритель ошарашенно уставился в образовавшийся проем.
- Ты свободен, - сказал Передатчик. - Отключи только
линию связи и ступай.
- А как же вы?
- Поищем другую планету Ускорителей.
- Какую? Марс? Венеру?
- Не знаем. Остается только надеяться, что поблизости
есть другая.
Ускоритель посмотрел в проем - и перевел взгляд на
Команду. Он колебался, и лицо его ясно отражало внутреннюю
борьбу.
- Все, что вы мне показали, - правда?
Отвечать не пришлось.
- Ладно, - внезапно заявил Ускоритель, - поеду. Я,
конечно, круглый дурак, но я поеду. Если вы так говорите,
значит, так оно и есть.
Передатчик видел, что мучительные колебания, которых
стоило Ускорителю согласие, лишили его ощущения реальности
происходящего. Он действовал, как во сне, когда решения
принимаются легко и беспечно.
- Осталось лишь маленькое затрудненьице, - прибавил
Ускоритель с истерическим легкомыслием. - Ребята, будь я
проклят, если умею ускорять. Вы, кажется, упоминали о
сверхсветовой? Да я не дам и мили в час.
- Да нет же, уверяю тебя, ты умеешь ускорять, - убеждал
его Передатчик, сам не вполне веря в то, что говорит. Он
хорошо знал, на что способны Ускорители, но этот...
- Ты только попробуй.
- Обязательно, - согласился Ускоритель. - Во всяком
случае, тогда я уж наверняка проснусь.
Пока Корабль готовили к старту, Ускоритель разговаривал
сам с собой.
Странно, - бормотал ускоритель. - Я-то думал, что
туристский поход - лучший отдых, а в результате у меня
появились кошмары!
Двигатель поднял Корабль в воздух. Стенки сомкнулись еще
раньше, а теперь Глаз направлял Корабль прочь от планеты.
- Мы вышли из зоны притяжения, - сообщил Передатчик.
Прислушиваясь к Ускорителю, он молил судьбу пощадить разум
этого бедняги. - Сейчас Глаз и Мыслитель зададут курс, я
передам тебе, а ты ускоряй в заданном направлении.
- Ты сумасшедший, пролепетал Ускоритель. - Ты ошибся
планетой. И вообще, хорошо бы вы исчезли, кошмарные
видения.
- Ты теперь участник Содружества, - возразил доведенный
до отчаяния Передатчик. - Вот тебе курс. Ускоряй!
Какое-то мгновение Ускоритель бездействовал. Он медленно
стряхивал с себя оцепенение, начиная сознавать, что все это
ему не приснилось. Он ощутил Содружество. Он ощутил
спаянность Глаза с Мыслителем, Мыслителя с Передатчиком,
Передатчика с Ускорителем, всех четверых со стенками, с
остальными членами Команды - всех со всеми.
- Что это такое? - растерянно спросил Ускоритель. Он
проникался единством Корабля, безмерной теплотой, близостью,
достигаемой только в Содружестве.
Он стал ускорять.
Ничего не получилось.
- Попробуй еще разок, - взмолился Передатчик.
Ускоритель заглянул себе в душу. Ему открылся бездонный
колодец сомнения и страха. Смотрясь в него, как в зеркало,
он видел лишь искаженное ужасом лицо.
Мыслитель осветил ему этот колодец.
Ускорители веками не расставались с сомнением и страхом.
Ускорители воевали из страха, убивали из сомнения.
Но на дне колодца... там скрывалась тайна ускорения!
Человек, Специалист, Ускоритель - теперь он целиком
влился в Команду, растворился в ней и как бы обнял Мыслителя
и Передатчика за плечи.
Внезапно Корабль рванулся вперед с восьмикратной световой
скоростью. И эта скорость все возрастала.
Роберт Шекли
"Особый Старательский"
Перевод А. Иорданского
Пескоход мягко катился по волнистым дюнам. Его шесть
широких колес поднимались и опускались, как грузные крупы
упряжки слонов. Невидимое солнце палило сквозь
мертвенно-белую завесу небосвода, изливая свой жар на
брезентовый верх машины и отражаясь от иссушенных песков.
- Только не засни, - сказал себе Моррисон, выправляя по
компасу курс пескохода.
Вот уже двадцать первый день он ехал по Скорпионовой
пустыне Венеры. Двадцать первый день он боролся со сном за
рулем пескохода, который качаясь из стороны в сторону,
переваливал одну песчаную волну за другой. Ехать по ночам
было бы полегче, если бы не приходилось то и дело объезжать
крутые овраги и валуны величиной с дом. Теперь он понимал,
почему в пустыню направлялись группами: один вел машину, а
другой тряс его/не давая заснуть.
- Но в одиночку лучше, - напомнил Моррисон сам себе. -
Берешь вдвое меньше припасов и не рискуешь случайно
оказаться убитым.
Он начал клевать носом и заставил себя рывком поднять
голову. Перед ним, за поляроидным ветровым стеклом, все
плясало и зыбилось. Пескоход бросало и качало с
предательской мягкостью. Моррисон протер глаза и включил
радио.
Это был рослый, загорелый, мускулистый молодой человек с
коротко остриженными черными волосами и серыми глазами. Он
наскреб двадцать тысяч долларов и приехал на Венеру, чтобы
здесь, в Скорпионовой пустыне, заработать себе состояние,
как это сделали уже многое до него. В Престо - последнем
городке на рубеже дикой пустыни - он обзавелся снаряжением и
пескоходом, после чего у него осталось всего десять
долларов.
Десяти долларов в Престо хватило как раз на то, чтобы
выпить в единственном на весь город салуне. Моррисон
заказал виски с содовой, выпил с шахтерами и старателями и
посмеялся над россказнями старожилов про стаи пустынных
волков и эскадрильи прожорливых птиц, что водились в глубине
пустыни. Он знал все о солнечной слепоте, тепловом ударе и
о поломке телефона. Он был уверен, что с ним ничего
подобного не случится.
Теперь же, пройдя за двадцать один день 1800 миль, он
научился уважать эту безводную громаду песка и камня
площадью втрое больше Сахары. Здесь в самом деле можно
погибнуть!
Но можно и разбогатеть. Именно это и намеревался сделать
Моррисон.
Из приемника послышалось гудение. Повернув регулятор
громкости до отказа, он едва расслышал звуки танцевальной
музыки из Венусборга. Потом звуки замерли.
Он выключил радио и крепко впился обеими руками в руль.
Разжав одну руку, он взглянул на часы. Девять пятнадцать
утра. В десять тридцать он сделает остановку и вздремнет.
В такую жару нужно отдыхать. Но не больше чем полчаса.
Где-то впереди ждет сокровище, и ему нужно найти его до
того, как кончатся припасы.
Там, впереди, должны быть выходы драгоценной золотоносной
породы! Вот уже два дня, как он напал на ее следы. А что,
если он наткнется на настоящее месторождение, как Кэрк в
восемьдесят девятом году или Эдмондсон и Арслер в девяносто
третьем? Тоща он сделает то же, что сделали они: закажет
"Особый старательский" коктейль, сколько бы с него ни
содрали.
Пескоход катился вперед, делая неизменные тринадцать миль
в час, и Моррисон попытался сосредоточиться на опаленной
жаром желтовато-коричневой местности. Вон тот выход
песчаника точь-в-точь такого же цвета, как волосы Джейн.
Когда он доберется до богатой залежи, то вернется на
землю, купит себе ферму в океане и они с Джейн поженятся.
Хватит с него старательства! Только бы одну богатую
находку, чтобы он мог купить кусок глубокого синего
Атлантического океана. Кое-кто может считать рыбоводство
скучным занятием, но его это вполне устраивает.
Он живо представил себе, как стада макрелей пасутся,
плавая в планктоновых садках, а он сам в маленькой подводной
лодке, сопровождаемый верным дельфином, посматривает, не
сверкнет ли серебром хищная барракуда и не покажется ли из
за коралловых зарослей сера-стальная акула...
Пескоход бросило вбок. Моррисон очнулся, схватился за
руль и изо всех сил повернул его. Пока он дремал, машина
съехала с рыхлого гребня дюны. Опасно накренившись,
пескоход цеплялся колесами за гребень. Песок и галька
летели из- под его широких шин, которые с визгом и воем
начали вытягивать машину вверх по откосу. И тут обрушился
весь склон дюны.
Моррисон повис на руле. Пескоход завалился на бок и
покатился вниз. Песок сыпался в рот и в глаза.
Отплевываясь, Моррисон не выпускал руля из рук. Потом
машина еще раз перевернулась и провалилась в пустоту. Она
падала несколько секунд, а потом рухнула на дно сразу всеми
колесами. Моррисон услышал, как с гулом лопнули обе задние
шины. Он ударился головой о ветровое стекло и потерял
сознание.
Очнувшись, он прежде всего взглянул на часы. Они
показывали десять тридцать пять.
- Самое время вздремнуть, - сказал себе Моррисон. - Но,
пожалуй, лучше я сначала выясню ситуацию.
Он обнаружил, что находится на дне неглубокой впадины,
усыпанной острыми камешками. От удара лопнули две шины,
разбилось ветровое стекло и сорвало дверцу. Снаряжение было
разбросано вокруг, но как будто осталось невредимым.
- Могло быть и хуже, - сказал себе Моррисон. Он нагнулся
и внимательно осмотрел шины.
- Оно и есть хуже, - добавил он.
Обе лопнувшие шины были так изодраны, что починить их
было уже невозможно. Запасные колеса он использовал еще
десять дней назад, пересекая Чертову Решетку. Использовал и
выбросил. Двигаться дальше без шин он не мог.
Моррисон вытащил телефон, стер пыль с черного
пластмассового футляра и набрал номер гаража Эла в Престо.
Через секунду засветился маленький видеоэкран. Он увидел
длинное угрюмое лицо, перепачканное маслом.
- Гараж Эла. Эдди у аппарата.
- Привет, Эдди. Это Том Моррисон. С месяц назад я купил
у вас этот пескоход "Дженерал моторе". Помните?
- Конечно, помню, - ответил Эл. - Вы тот самый парень,
который поехал один по Юго-Западной тропе. Ну как ведет
себя таратайка?
- Прекрасно. Замечательная машина. Я вот по какому
делу...
- Эй, - перебил его Эдди, - что с вашим лицом?
- Ничего особенного, - сказал он. -Я кувыркнулся с дюны,
и лопнули две шины.
Он повернул телефон, чтобы Эдди смог их разглядеть.
- Не починить, - сказал Эдди.
- Так я и думал. А запасные я истратил, когда ехал через
Чертову Решетку. Послушайте, Эдди, вы не могли бы
телепортировать мне пару шин? Сойдут даже реставрированные.
А то без них мне не сдвинуться с места.
- Конечно, - ответил Эдди, - только реставрированных у
меня нет. Я телепортирую новые по пятьсот за штуку. Плюс
четыреста долларов за телепортировку. Тысяча четыреста
долларов, мистер Моррисон.
- Ладно.
- Хорошо, сэр. Если вы покажете мне наличные или чек, я
буду действовать.
- В данный, момент, - сказал Моррисон, - у мены с собой
нет ни цента.
- А счет в банке?
- Исчерпан дочиста.
- Облигации? Недвижимость? Хоть что-нибудь, что можно
обратить в наличные?
- Ничего, кроме этого пескохода, который вы продали мне
за восемь тысяч долларов. Когда вернусь, рассчитаюсь с вами
пескоходом.
- Если вернетесь. Мне очень жаль, мистер Моррисон, но ни
чего не выйдет.
- Что вы хотите сказать? - спросил Моррисон. - Вы же
знаете, что я заплачу за шины.
- А вы знаете законы Венеры, - упрямо сказал Эдди. -
Никакого кредита! Деньги на бочку!
- Не могу же я ехать на пескоходе без шин, - сказал
Моррисон. - Неужели вы меня здесь бросите?
- Кто это вас бросит? - возразил Эдди. - Со старателями
такое случается каждый день. Вы знаете, что делать, мистер
Моррисон. Позвоните в компанию "Коммунальные услуги" и
объявите себя банкротом. Подпишите бумагу о передаче им
остатков пескохода и снаряжения и всего, что вы нашли по
дороге. Они вас выручат.
- Я не хочу возвращаться, - ответил Моррисон. -
Смотрите. Он поднес аппарат к самой земле.
- Видите, Эдди? Видите эти красные и пурпурные крапинки?
Где-то здесь лежит богатая руда!
- Следы находят все, - сказал Эдди.
- Но это богатое место, - настаивал Моррисон. - Следы
ведут прямо к чему-то крупному, к большой жиле. Эдди, я
знаю, это очень большое одолжение, но если бы вы рискнули
ради меня парой шин...
- Не могу, - ответил Эдди. - Я же всего навсего здешний
служащий. Я не могу телепортировать вам никаких шин, пока
вы мне не покажете деньги. Иначе меня выгонят с работы, а
может быть, и посадят. Вы знаете закон.
- Деньги на бочку, - мрачно сказал Моррисон.
- Вот именно. Не делайте глупостей и поворачивайте
обратно. Может быть, когда- нибудь попробуете еще раз.
- Я двенадцать лет копил эти деньги, - ответил Моррисон.
- Я не поверну назад.
Он выключил телефон и попытался что-нибудь придумать.
Кому еще здесь, на Венере, он может позвонить? Только Максу
Крэндоллу, своему маклеру по драгоценным камням. Но Максу
негде взять тысячу четыреста долларов - в своей тесной
конторе рядом с ювелирной биржей Венусборга он еле-еле
зарабатывает на то, чтобы заплатить домохозяину.
"Не могу я просить Макса о помощи, - решил Моррисон. -
По крайней мере до тех пор, пока не найду золото. Настоящее
золото, а не просто его признаки. Значит, остается
выпутываться самому".
Он открыл задний борт пескохода и начал разгружать его,
сваливая снаряжение на песок. Придется отобрать только
самое необходимое: все, что он возьмет, предстоит тащить на
себе.
Нужно взять телефон, походный набор для анализов.
Концентраты, револьвер, компас. И ничего больше, кроме
воды, - столько, сколько он сможет унести. Все остальное
придется бросить.
К вечеру Моррисон был готов. Он с сожалением посмотрел
на остающиеся двадцать баков с водой. В пустыне вода -
самое драгоценное имущество человека, если не считать
телефона. Но ничего не поделаешь. Напившись досыта, он
взвалил на плечи мешок и направился на юго-запад, в глубь
пустыни.
Три дня он шел на юго-запад, потом, на четвертый день,
повернул на юг. Признаки золота, становились все
отчетливее. Никогда не показывавшееся из-за облаков солнце
палило сверху, и мертвенно-белое небо смыкалось над ним, как
крыша из раскаленного железа. Моррисон шел по следам
золота, а по его следам тоже кто-то шел.
На шестой день он уловил какое-то движение, но это было
так далеко, что он ничего не смог разглядеть. На седьмой
день он увидел, кто его выслеживает.
Венерианская порода волков, маленьких, худых, с желтой
шкурой и длинными, изогнутыми, как будто в усмешке,
челюстями, была одной из немногих разновидностей
млекопитающих, которые обитали в Скорпионовой пустыне.
Моррисон вгляделся и увидел, как рядом с первым волком
появились еще два.
Он расстегнул кобуру револьвера. Волки не пытались
приблизиться. Времени у них было достаточно.
Моррисон все шел и шел, жалея, что не захватил с собой
ружье. Но это означало бы лишние восемь фунтов, а значит,
на восемь фунтов меньше воды.
Раскидывая лагерь на закате восьмого дня, он услышал
какое-то потрескивание. Он резко повернулся и заметил в
воздухе футах в десяти от себя, на высоте чуть больше
человеческого роста, маленький вихрь, похожий на водоворот.
Вихрь крутился, издавая характерное потрескивание, всегда
сопровождавшее телепортировку.
"Кто бы это мог мне что-то телепортировать?" - подумал
Моррисон, глядя, как вихрь медленно растет.
Телепортировка предметов со стационарного проектора в
любую заданную точку была обычным способом передвижения
грузов через огромные расстояния Венеры. Телепортировать
можно было любой неодушевленный предмет. Одушевленные
предметы телепортировать не удавалось, потому что при этом
происходили некоторые незначительные, но иепоправимые
изменения молекулярного строения протоплазмы. Кое-кому
пришлось убедиться в этом на себе, когда телепортирование
только еще входило в практику.
Моррисон ждал. Воздушный вихрь достиг трех футов в
диаметре. Из него вышел хромированный робот с большой
сумкой.
- А это ты... - сказал Моррисон.
- Да, сэр, - сказал робот, окончательно высвободившись из
вихря, - Уильямс-4 с венерианской почтой к вашим услугам.
Робот был среднего роста, с тонкими ногами и плоскими
Ступнями, человекоподобный и наделенный добродушным
характером. Вот уже двадцать три года он представлял собой
все почтовое ведомство Венеры - сортировал, хранил и
доставлял письма. Он был построен основательно, и за все
двадцать три года почта ни разу не задерживалась.
- Вот и мы, мистер Моррисон, - сказал Уильямс-4. - К
сожалению, в пустыню почта заглядывает только дважды в
месяц, но уж зато приходит вовремя, а это самое ценное. Вот
для вас. И вот. Кажется, есть еще одно. Что, пескоход
сломался?
- Ну да, - ответил Моррисон, забирая письма.
Уильямс-4 продолжал рыться в своей сумке. Хотя старый
робот был прекрасным почтальоном, он слыл самым большим
болтуном на всех трех планетах.
- Где-то здесь было еще одно, сказал Уильямс-4. - Плохо,
что пескоход сломался. Теперь уж пескоходы пошли не те, что
во времена моей молодости. Послушайте моего совета, молодой
человек. Возвращайтесь назад, если у вас еще есть такая
возможность.
Моррисон покачал головой.
- Глупо, просто глупо, - с
...Закладка в соц.сетях
