Жанр: Электронное издание
sponsor
...рения: какникак,
а он возможный Женькин убийца. Толик предупредительно распахнул передо
мной дверь "Тойоты", при этом он явно
волновался, руки его заметно дрожали. Я, конечно, тоже волновалась, но не до
такой же степени. Выходит, права подружка:
Толик совсем непрост, и его появление... А что, если этой ночью к нам пытался
проникнуть именно он?
- Как спалось? - брякнула я. - То есть я хотела... - Ну надо же, ума у меня
совсем не осталось.
Пока я ругала себя последними словами, машина неожиданно остановилась, я с
некоторым удивлением уставилась в окно и
обнаружила себя во дворе десятиэтажного дома с башней в центре, дом выглядел
очень респектабельно, а Толик взволнованно
и неуверенно сообщил:
- Это мой дом. Первый подъезд, второй этаж. Лоджия и четыре окна с этой
стороны... - Я кивнула, не зная, что ответить,
Толик облизнул губы и сказал:
- Может быть, зайдем на полчаса? У меня есть пирожные и... Конечно, мы бы
могли поехать в ресторан, но я подумал... - Он
окончательно запутался, а я почувствовала что-то вроде сострадания, широко
улыбнулась и с готовностью покинула машину.
Через пять минут мы уже стояли в огромном холле и нервно озирались. Я -
потому что после своей хрущевки побаивалась
обширных пространств, из-за чего переживал Толик, осталось неясным.
- Хочешь посмотреть квартиру? - предложил он.
- Да, пожалуй.
Квартира оказалась четырехкомнатной, общей площадью двести метров (о
метраже я не спрашивала, просто прикинула на
глаз). В огромной кухне совершенно новый ореховый гарнитур, гостиная без мебели,
заглядывать в спальню я сочла
неприличным, хотя Толик и предлагал, третья комната тоже щеголяла пустыми
стенами, а четвертая была кабинетом. Очень
уютным, к слову сказать.
- Я только месяц назад переехал, - пояснил Толик. - Надо заняться мебелью,
и вообще... а времени нет.
- Хорошая квартира, - заметила я, устраиваясь в кресле в кабинете Толика.
- Да, конечно, для меня это немного дороговато, но надо смотреть в
будущее... - В этом месте он как-то странно взглянул на
меня, а я торопливо кивнула. - Посиди здесь - несколько суетливо попросил он. -
Я сейчас, одну минутку. - И бросился в
направлении кухни, оставив дверь открытой. Саму кухню отсюда я видеть не могла,
только коридор. Толик чем-то гремел в той
стороне и говорил очень громко, в пустой квартире голос его напоминал раскаты
грома. Я время от времени что-то орала в
ответ, но односложно, потому что напрягаться не люблю.
От нечего делать я стала разглядывать предметы на его столе: стандартный
офисный набор, ручка "Паркер" в футляре с
дарственной надписью: "Анатолию от мамы в день двадцатипятилетия", стопка бумаг
справа... и при этом пыталась отгадать,
чем занимается Толик, не в данный момент, конечно, а вообще. Проще было бы
спросить, это я и собиралась сделать через
некоторое время, но и свои мозги не грех потренировать. Я заглянула в бумаги на
столе, они касались какой-то неведомой мне
фирмы, несколько циркуляров в папках-файлах, и вдруг... То, что я пережила в это
мгновение, словами не передать. Могу
сказать только, что я буквально остолбенела, потом едва не тюкнулась лбом о
блестящую поверхность стола, потому что передо
мной лежал большой конверт с адресом юридической конторы, а в конверте моя
рукопись. Я могла полюбоваться титульным
листом: "Анна Асадова. Убийство в доме с колоннами. Детектив". Выходит, Женька
права и появление Толика не случайность?
Он наш враг и, вполне возможно, готовится укокошить подружку. А что, если он и
меня укокошит? Привез в квартиру, по
виду нежилую, хряснет по голове чем-нибудь тяжелым, и мой несчастный труп будет
лежать здесь никем не найденный и еще
хуже: меня разрежут на кусочки и разбросают по всем помойкам. В этом месте я
совсем было собралась рухнуть в обморок, но
в кабинете появился Толик, толкав перед собой сервировочный стол, а я
сообразила, что стою дура дурой и проклятущий
конверт красуется передо мной. Толик, мило улыбаясь, подкатил столик к дивану и
сказал весело:
- Прошу.
Мне, разумеется, было не до веселья, очень хотелось заорать "караул!" и
кинуться со всех ног отсюда, сшибая на своем пути
столики и Толиков.
- У меня совершенно необыкновенный чай, - продолжал болтать главный
подозреваемый. - Уверен, тебе понравится... - Тут
взгляд Толика упал на конверт, но особых перемен в его физиономии это почему-то
не вызвало, точнее, он вроде бы вовсе не
придал появлению рукописи никакого значения, улыбнулся и неуверенно произнес:
- Я думаю, на диване нам будет удобнее.
На всякий случай я повертела конверт в руке, чтобы убедиться в том, что
Толик его видит, но и после этого он думал только
о диване. Я улыбнулась в ответ и пересела. Диван в самом деле нравился мне
больше, чем кресло: он стоял вплотную к стене и
подобраться ко мне сзади потенциальный убийца никак не мог.
- Ты работаешь литературным агентом? - с самой лучшей своей улыбкой
спросила я.
Толик на мгновение смешался, потом ответил:
- Нет. Я адвокат. Наш офис на Ворошилова.
- Это в бывшем райкоме партии?
- Да, - обрадовался он.
Разумеется, Русанов Анатолий Сергеевич и есть тот самый адвокат, которому
Аверин послал рукопись. Могла бы и раньше
догадаться или хотя бы поинтересоваться фамилией своего спасителя. Что-то он
очень спокоен... должно быть, хороший актер,
а может, он твердо решил меня укокошить и теперь ему все равно, догадалась я или
нет. Я посмотрела на Толика с
подозрением, он в ответ улыбнулся, а я спросила:
- А что это за рукопись на столе? Детектив, кажется... Извини, что я
копалась в твоих бумагах, дурная привычка совать свой
нос...
- Ради бога, - легко засмеялся он. - Здесь нет ничего секретного. А
рукопись эта пришла по почте в контору на мое имя.
Довольно странно, не правда ли? Обратного адреса нет, вообще ничего такого,
никакой возможности связаться с автором. Я
пытался найти эту Анну Асадову по телефонному справочнику, но, похоже, это
псевдоним, по крайней мере никто не
признался, что рукопись принадлежит ей, я имею в виду женщин, которым звонил.
- А ты читал рукопись? - вкрадчиво поинтересовалась я.
- Если честно, нет. Терпеть не могу детективы. К тому же я так и не понял,
с какой стати мне ее прислали? Ни
сопроводительного письма, ни простой записки... Чепуха какая-то, одним словом.
Впрочем, может быть, автор все же
объявится и я смогу узнать, в чем тут дело.
- А вдруг ты прочитаешь и тебе все станет ясно? Толик поморщился.
- У меня нет времени на подобную ерунду. Далее продолжать разговор на эту
тему было бессмысленно, я немного
успокоилась, ровно настолько, чтобы съесть два пирожных и выпить чаю, но
бдительность все же не теряла. Очень возможно,
что этот тип просто морочит мне голову.
Несмотря на тревожные мысли, чаепитие вполне удалось. Я три раза подряд
посмотрела на часы, и Толик на конец обратил
на это внимание.
- Тебе пора? - спросил с плохо скрытой горечью, а может, он ее не скрывал,
а, наоборот, демонстрировал, поди разберись.
Теперь ему нет никакой веры, это уж точно.
- Да, - улыбнулась я в ответ. - Работа есть работа. Толик с готовностью
поднялся с дивана, чем меня порадовал.
- А можно мне почитать рукопись? - неожиданно для себя попросила я. -
Обожаю детективы.
- Конечно, - пожал плечами Толик. - Читай на здоровье.
"Очень хитрая бестия", - решила я и всю дорогу до машины старалась
держаться за его спиной и даже пыталась изобрести
причину, по которой могла бы поехать на такси, причину так и не нашла, села в
его джип и сразу запаниковала. К счастью, до
нашего офиса было всего не-сколько минут езды, и вскоре мы уже прощались.
- Я позвоню, - торопливо заверила я и поспешно крылась.
В коридоре нос к носу столкнулась с Веркой, она шла с электрочайником в
руке и тоже очень спешила.
- Денис здесь? - шепотом поинтересовалась я.
- Нет и не было, а тебя ждут. Уже минут десять, вот собралась людей чаем
поить.
- Кто ждет? - испугалась я, в моем воображении почему-то сразу возник
Ромашка, то есть Роман Андреевич, и я
запаниковала: вот уж кому здесь не место. Верка употребила множественное число.
Что, если он притащился с каким-нибудь
другом, например с Пашкой из сауны, вторую неделю обмывающим свою звездочку?
Дрожащей рукой я открыла дверь в
кабинет и с облегчением вздохнула: возле моего стола удобно расположилась моя
давняя приятельница Ирка Овчинникова с
совершенно незнакомой мне женщиной. Ирка год назад очень удачно вышла замуж и
сейчас выглядела сокрушительно.
- Привет, - просияла я и обнялась с Иркой. - Классно выглядишь.
- Ты тоже, - кивнула она. - Что Денис? Разбежались навеки?
- Ага.
- Ну и правильно, ты себе получше найдешь. Знакомься, это Вика. Мы к тебе
по делу. Вика собралась в отпуск, хочется чегонибудь
такого... необычного.
- А главное, чтоб не надули, - вступила в разговор Вика. Голос у нее был
низкий, а взгляд словно у милиционера. - Полно
жулья, бабки сдерут, а потом будешь сидеть где-нибудь у черта на куличках безо
всякого толку. Потому и хочется через
знакомых, знаете, чтоб надежнее было.
- Пожалуйста, - по привычке начала улыбаться я. - У нас есть очень
интересные туры...
- Только не в Египет, - перебила Вика. - Сеструха месяц назад ездила, всю
физиономию сожгла начисто. Просто страшно
смотреть...
- В Африку лучше ездить осенью или зимой, - кашлянув, подала я голос. -
Может быть, Испания?
- Я была в Испании, в прошлом году, вместе с подругой. Она там чуть не
утонула. Верите? Свалилась с этого... забыла, как
называется... да черт с ним! Но ведь это свинство, правильно? За свои-то
деньги... Конечно, ее вытащили. Правда, она в этом
году все равно утонула, так что в прошлом могли и не мучиться. - Мы с Иркой
разом моргнули, а Вика, обращаясь к подружке,
пояснила:
- Стелка, ты ж ее видела!
- А, - кивнула Ирина, - Козырева, что ли?
- Ну... ты что, не знаешь? Она в Сочах утопла. Голова у меня буквально
пошла кругом. Боже мой, что это творится?
Сплошные подозрительные совпадения... Может, эта Вика оказалась здесь не
случайно? Верка вернулась, я торопливо разлила
чай и спросила с легким недоверием:
- Как же она утонула?
- Кто знает... - В этом месте Вика перегнулась к нам и зашептала:
- Может, муженек того... Он мужик крутой, слышали о нем, наверное?
- И вы думаете, что он ее утопил? - ахнула я и тоже перешла на шепот.
- Да не думаю я ничего, - отмахнулась Вика. - Если и утопил, так правильно
сделал. Стелка стерва была и чокнутая. Даже в
психушку ходила... подлечиться. Бешеные бабки, скажу я вам. А Коля, муж ее,
мужик вполне приличный, что бы о нем там ни
базарили. Она ему как кость в горле... Хотя, может, она сама утопилась? - вдруг
произнесла задумчиво Вика и опять зашептала:
- Ее ж посадить могли.
- Как посадить? - вытаращила глаза Ирина.
- Как сажают? Молча. Тут такое дело... Помните, сынка нашего мэра
укокошили? Двенадцать ножевых ран. Это вам не кот
чихнул. А Стелка с ним любовь крутила, я доподлинно знаю: два раза у меня были.
Мой-то в Москву укатил, и дом свободный.
А мне что, жалко? Вот они и явились.
- Так ты думаешь, это она его? - едва не упав со стула, пролепетала Ирка. -
А чего раньше молчала?
- Мой сказал, вякнешь, башку отшибу. И ты молчи, не то мне и вправду
достанется. А моему прокурор сказал, мол, все
указывает на ее присутствие во время убийства. Конечно, арестовывать ее сразу
никто не побежал, хоть он и сынок мэра, так
ведь и она жена Козырного. В общем, следствие шуршало вовсю, а Стелка с мужем на
юг махнула и там утопла. - Вика с
минуту понаслаждалась произведенным эффектом и заговорила вновь:
- Но там, в Сочах, все было тип-топ. Ничего подозрительного, все по-умному,
комар носа не подточит. А теперь и вовсе с
концами: труп кремировали. Один пепел в банке.
- Да, - восторженно пропела Ирина, а я сидела с открытым ртом. Кое-что еще
надлежало проверить, но в общем-то все
сходится.
Мы переглянулись и разом вспомнили, по какому поводу собрались, мне-то о
своих профессиональных обязанностях и
вовсе забывать не следовало.
- Значит, в Испанию вы не хотите? - кашлянув, спросила я.
Я едва дождалась конца рабочего дня, а покинув офис, смогла лицезреть в
опасной близости от подъезда фиолетовую
"девятку", в которой сидел Роман Андреевич и рядом с ним Женька. Подружке я
порадовалась, в крайнем случае можно
сказать, что кавалер ее, а я здесь вовсе ни при чем. Женька выпорхнула из машины
и начала оправдываться:
- Он бы все равно приехал. Пристал, как репей, где ты работаешь, и все
такое, вот я и решила...
- Ерунда, - отмахнулась я с подозрительной для Женьки легкостью. - Я
случайно узнала такое...
- Какое? - насторожилась она, я вспомнила про Романа Андреевича,
пролепетала: "Потом" и устремилась к машине.
- Привет, - разулыбался мой жилец, а теперь еще и шофер, схватил букет с
заднего сиденья и сунул мне. К цветам я всегда
была довольно равнодушна, а последнее время меня от них уже начинало
подташнивать, но, несмотря на это, я счастливо
улыбнулась и сунула нос в хризантемы, прошептав дежурное:
- Какая прелесть.
Роман Андреевич остался доволен, мы с Женькой устроились сзади и
нетерпеливо переглянулись. У обеих были сведения
чрезвычайной важности, а Ромашка препятствовал скорейшему обмену ими.
- Э-э, - сказала Женька, - высади нас на Садовой. У нас там дело.
- Скажи адрес, - кивнул Роман Андреевич.
- Я адреса не знаю. Высади на остановке, там сами доплюхаем.
- Зачем это? - изумился он. - Отвезу, подожду и домой доставлю. Для чего-то
я тачку взял?
- Мы за раскладушками хотели, - обрадовалась я. - Вот ты пока и...
- Съездили, - перебила Женька и поджала губы, потом заныла жалобно:
- Ромашка, езжай домой, голубь. Ужин сваргань, ты ж хозяйственный, а у
нас... дела, одним словом.
- У меня все готово, - ядовито ухмыльнулся он в ответ. - В смысле ужина. А
если вас где-то кто-то ждет, тем хуже для него,
как родных предупреждаю, ноги выдерну.
- Кому? - испугалась я.
- Этому... с букетом.
- Толику, что ли? - обрадовалась Женька. - И правильно сделаешь. Анфисе он
не пара, ишь шастает... А я не выдержала и
заявила:
- Он адвокат. Русанов Анатолий Сергеевич.
- Подумаешь, адвокат... - Тут до подружки дошло, она малость похлопала
глазами, а потом злорадно сказала:
- Что я говорила? А как ты?..
Мне пришлось малость пошептать ей на ухо. Хорошо, что Роман Андреевич был
сильно занят, так как к этому моменту мы
выехали на проспект, а движение здесь очень оживленное, но все равно он пытался
изо всех сил что-нибудь услышать и
недовольно хмурился, потому что вряд ли ему это удалось. Зато Женька все поняла
и некоторое время сидела истуканом. Мы
миновали остановку "Садовая", и Ромашка спросил сурово:
- Куда?
- Улица Мичурина, дом пять, квартира три, - отбарабанила подружка. - И в
голову не бери, мы по делу. Статью хочу писать о
пропавших без вести, а Анфиса обещала мне помочь.
Наш шофер этому объяснению не поверил, но промолчал. Через несколько минут
притормозил возле дома номер пять и
сказал:
- Здесь ждать буду.
- Жди, голубь, жди, - кивнула Женька и потрусила к подъезду. Само собой, и
я не отставала.
В подъезде мы наконец дали волю своим эмоциям.
- Это что ж получается, Стелла укокошила любовничка, явилась к мужу, а он
укокошил ее, чтоб, значит, семью не позорила.
Потом, прихватив доверчивую дурочку, укатил в Сочи, утопил бедняжку и обеспечил
себе алиби, одновременно смыв позор со
своего честного имени.
- Все это еще надо проверить, - напомнила я.
- Мы должны ее найти, - с горящим взглядом прошептала Женька.
- Кого?
- Пропавшую без вести, ту, которая изображала Стеллу в Сочи. А когда у нас
будут доказательства, я такую статейку
забацаю, господину Козыреву мало не покажется, а прокурору ничего другого не
останется, как засадить его в тюрьму. Мы же
вздохнем с облегчением и будем жить долго и счастливо.
В вышесказанном я сильно сомневалась, но дипломатично промолчала и только
через некоторое время, когда Женька
нажимала кнопку звонка третьей квартиры, удосужилась спросить:
- Куда мы?
- Здесь жила первая пропавшая женщина из нашего списка. У меня теперь все
адреса, так что мы ее найдем, это точно.
Я пожала плечами, дверь распахнулась, и мы увидели мужика лет пятидесяти,
хмурого и явно страдающего с перепоя.
- Ковригина Галина Павловна здесь живет? - решительно шагнула вперед
Женька.
- Ну... жила месяц назад, а теперь не живет.
- А где сейчас проживает? - насторожилась подружка.
- Пес ее знает... Сгинула.
- А она вам кто будет? - решила я принять участие в разговоре.
- Никто. Бабы моей дочка. Галька из дома бегать начала лет с четырнадцати,
непутевая. А вы из милиции, что ли?
- Нет, из газеты. Вы ведь объявление о розыске давали?
- Баба моя давала, да что толку? Звонили несколько раз, потом сестра из
Перми звонила, вроде Галька к ней нарисовалась,
баба-то моя поехала, но та уж дальше утекла. Только деньги на ветер выбросила,
билеты нынче кусаются... Чего ее искать? -
неожиданно рассвирепел он. - Зима придет, и сама объявится. Говорю: совсем она
непутевая.
- А супруга ваша дома? - поинтересовалась я.
- Нету. Работает, на дежурстве она. Завтра с утра приходите, ежели что...
- А когда она в Пермь ездила? - всполошилась Женька.
- Да вот в среду вернулась. В субботу ей сеструха позвонила, в воскресенье
она отправилась, а в среду назад...
Стало ясно: непутевая Галина, которая в субботу еще была жива и здорова,
нам не подходит. Мы торопливо простились и
покинули квартиру.
- Так мы никогда ничего не найдем, - нахмурилась я. - Надо верить в удачу.
И не кисни по пустякам, журналистский хлеб
несладок...
Роман Андреевич терпеливо ждал в машине, почитывая журнальчик.
- Все? - слегка удивился он.
- Какой шустрый, - хмыкнула Женька. - У нас еще три адреса. Подрядился, так
вози.
- Да я с удовольствием, - хмыкнул Роман Андреевич, отбрасывая журнал.
- Давай-ка к Пироговой Татьяне Матвеевне наведаемся, - сказала Женька,
продемонстрировала мне ее фото и тут же ткнула
пальцем в фотографию Стеллы. Налицо было определенное сходство: возраст, цвет и
длина волос.
- Едем, - неожиданно воодушевилась я, Женька назвала адрес, а Ромашка лихо
рванул с места.
Женька пылала энтузиазмом, и вскоре оказалось, что не зря... Но лучше все
по порядку.
Мы прибыли к типовой пятиэтажке и, обнаружив над подъездной дверью нужный
номер квартиры, поднялись на третий
этаж, позвонили, глядя на обшарпанную дверь и стараясь представить, что нас
ждет. Дверь открылась, и мы увидели девушку
лет двадцати семи в розовом домашнем халате. Одного взгляда на нее было
достаточно, чтобы понять: перед нами та самая
пропавшая без вести Пирогова Татьяна. Я, признаться, растерялась, а Женька,
сунув ей под нос свое удостоверение, нахально
внедрилась в квартиру. После этого было довольно глупо стоять на пороге, и я
тоже вошла.
- Вы Пирогова Татьяна Матвеевна? - строго спросила Женька.
- Я, - испуганно кивнула девушка. - А чего такое?
- Поговорить надо. Вы одна?
- Одна...
- Может, мы пройдем?
- Проходите, - растерянно кивнула хозяйка и провела нас в крохотную
комнатку, метров одиннадцать, не больше. Правда,
здесь было довольно уютно. Мы с удобствами устроились на диване, девушка
забралась в кресло, продолжая взирать на нас с
испугом. - Чего случилось-то? - спросила она плаксиво.
- Месяц назад в газете было объявление о вашем розыске.
- Ну и чего? - не поняла она.
- Хотелось бы знать, как вы нашлись.
- Да я и не терялась. - Девушка заметно успокоилась, извлекла пачку сигарет
и нам предложила:
- Будете?
- Нет, спасибо, - разом ответили мы, потому что проповедовали здоровый
образ жизни и третий год собирались бегать
трусцой.
- А я закурю... Малость сдрейфила я, как вас увидела. Думала, хахаля моего
жена с подругой. -Давно грозится мне волосы
выдрать. - Татьяна хихикнула и весело посмотрела на нас.
- Вы нам про свое исчезновение расскажите, - напомнила Женька.
- Да это соседка моя, Нинка, шум подняла. Мы на пару квартиру снимаем, у
нее большая комната, а у меня вот эта. Нинка
учится в колледже, а еще в Пассаже манекенщицей подрабатывает, в общем, вся из
себя и шибко умная. Вот и сунулась куда не
просят... - Татьяна кашлянула, затушила сигарету и наконец объяснила, что
произошло:
- Мужик у меня, старше на семь лет, женатый, конечно, дальнобойщиком пашет.
Заезжает ко мне как-то на работу и
говорит: "Я в Одессу на неделю, махнем со мной?" А я на море сроду не была, а
тут, считай, бесплатно и дорога, и жилье, а
главное - неделю вместе и он к жене не спешит. Ну, я плюнула и, в чем была, с
ним поехала, чтоб не передумал, пока я вещички
собирать буду. Работала я нянькой в детском саду, и мне на работу эту... сами
понимаете. В общем, прямо из детского сада и
смоталась, никому ничего не сказав, не до того было. А Нинка, дура, меня
хватилась. Вещички мои на месте, с работы не
вернулась. Давай в детский сад звонить, ей там говорят: как ушла три дня назад в
половине шестого, так и нет ее. Ну, она и
поперлась в милицию, а потом в газету. Удружила, стерва. Я когда приехала,
хорошо хоть мамка с папкой коньки не отбросили,
я сама из Кургана, так они в такую даль притащились... - Татьяна покачала
головой и даже вздохнула, видно, встреча с мамкой
и папкой была не из приятных. - Но, что ни делается, все к лучшему. Родители мне
на радостях шубу купили, а мой-то к себе
диспетчером устроил, все лучше, чем в няньках.
- Значит, ваша соседка подняла шум совершенно напрасно? - подытожила я.
- Точно. Забеспокоилась, хоть никто ее об этом не просил, и, что самое
смешное, сама взяла и пропала. Дня через два, как я
вернулась.
Мы с Женькой переглянулись в крайнем недоумении.
- И давно это было?
- Сейчас скажу... четвертого июля. Точно.
- А вы об этом куда-нибудь сообщили?
- Что я, дура? Людей попусту баламутить? Ясно, с хахалем смылась. Я его
один раз видела, крутой и уж точно женатый.
Такие всегда женатые. Высокий, правда лысый, хотя сейчас лысые в моде, костюм на
нем клевый, и стоял он рядом с
"Мерседесом", Серега сказал: "шестисотый". Мы с моим как раз мимо Пассажа ехали,
не у самого Пассажа, а сзади, улочка там
такая... тихая. Едем и видим: Нинка чешет, радостная, и к "Мерседесу" этому, а
ухажер ее из тачки вышел, ждет. Нинка,
конечно, девка красивая, но все равно обидно.
- Почти месяц ее нет, и никто не побеспокоился?
- В колледже каникулы, и в Пассаже сейчас работы никакой, а сама она из
Воркуты, мать вроде замуж вышла... в общем, не
до Нинки. Да она с крутым отдыхать укатила: рубль за сто. Чемодана нет и тряпок,
что получше, мы ж комнаты не запираем, я
сначала тоже забеспокоилась и вещи проверила. Купальника нет и желтого сарафана.
Точно, на югах загорает, а может, и за
границей, у нее загранпаспорт был. У крутых все круто, вот вернется,
Расскажет...
- А никто из мужчин ею не интересовался?
- Было дело, - кивнула Татьяна. - Недели две назад пришел один, говорит, из
колледжа, мордастый такой, спрашивал Нинку.
Ну я ему: уехала куда-то, а куда да с кем, не знаю. А он мне: книжку она взяла,
нужна ему книжка, библиотечная вроде. Такой
правильный парень, хоть по морде ни в жизнь не скажешь, что он книжки читает.
Надоел до смерти. Я ему и сказала: иди да
ищи сам свою книжку.
- А вы в Нининой комнате находились, когда он искал?
- Нет, в кухне. Мой как раз пришел, ну мы и ужинали на кухне. Но когда
парень уходить стал, я проверила, чтоб не спер
чего. Пустой уходил, на нем джинсы да футболка, ничего не спрячешь. Из золотишка
у Нинки только сережки с колечком, она
всегда в них, а телик в кармане не унесешь. Так что барахло цело, но книжку он
не нашел.
- Да, - вторично переглянулись мы. - А как фамилия вашей соседки?
- Глаголева. Глаголева Нина, по отчеству не знаю...
- А номер "мерса" вы случайно не запомнили? - озарило меня.
- Запомнила. Номер городской, а в нем три шестерки, оттого и запомнила:
дьяволово число. Кино про Демьена помните? Я
мистику очень люблю.
- Вы об этом больше никому не говорили? - испугалась я. - Например, тому
парню, что за книгой приходил?
- Нет, конечно, а вдруг он Нинкин ухажер? Через пять минут мы вышли на
улицу в сильнейшем волнении, выпросив у
Татьяны фотографию Нины. Фото пришлось вынуть из рамки, что Татьяну сильно
беспокоило, но Женьке удалось-таки ее
уговорить.
- Чуешь, куда ветер дует? - с восторгом лепетала Женька. - "Шестисотый" и
лысый, а потом паренек с протокольной рожей.
Пришел проверить, нет ли у Нины чего подозрительного, что указало бы на его
хозяина: дневника, фотки или записки...
Остальные адреса можно не проверять. Мы на верном пути.
- Похоже, - вынуждена была я с ней согласиться. - Проверим номер машины
Козырева и попробуем свести все данные
воедино.
- Ага, но сначала заскочим в одно место.
Если быть точной, заехали мы не в одно место, а в три, из последнего Женька
появилась с толстенной подшивкой газет, а на
физиономии ее читалось большое стремление разоблачить всех городских
преступников. Пока Женька моталась по нужным
местам. Роман Андреевич предпринял попытку разузнать, чем конкретно мы
занимаемся. Я стойко молчала и хмуро смотрела в
окно. Вернувшись в мою квартиру, мы с Женькой обложились газетами и листами
бумаги (для заметок), устроились за столом
и только тогда вспомнили про нашего жильца, то есть охранника. Сидя в кресле, он
с большим интересом наблюдал за
приготовлениями. Мы переглянулись, Женька начала мне делать тайные знаки, а я
кашлянула и спросила, невинно глядя на
Романа Андреевича:
- Ромашка, а тебе разве никуда не надо сходить?
- Нет, - широко улыбнулся он.
- Э-э-э, - я пыталась придумать, как бы подоходчивее дать понять человеку,
что его присутствие совершенно необязательно,
но он меня опередил:
- И что это за намеки? Мы уже перевезли раскладушки, так что я здесь живу.
- Конечно, - вяло согласилась я, вспомнив ночного гостя. - Но не мог бы ты
некоторое время побыть на кухне?
- У вас секреты, что ли? - не поверил он.
- Да. Женские. При тебе говорить неловко.
- Тогда ладно, - согласился он. - Пойду почитаю Толстого, у меня всег
...Закладка в соц.сетях
