Жанр: Электронное издание
profkill
...ьно, - задумчиво молвил Хозяин, когда специалисты отбыли. -
Все верно...
Да, как и предрекал Шепелев, консультация получилась по большей части
весьма интересной, но малоэффективной в информативном плане: ничего такого, чего
бы он не знал, специалисты не рассказали.
- Так... До утра доводишь легенду по всем пунктам. Утром: проект
распоряжения по администрации, проект -хану, инструкции - команде, ведомости,
документация, заявка на людей, имущество, оружие. В 12.30 у меня аудиенция с
ханом - сказал, чтобы выдернули с Парижу. Бездельник, конечно, слов нет - в дому
разруха, а он по заграницам прохлаждается... Эм-м... В 12.45 у тебя с ханом -
закрытое совещание по теме. В 13.30 зайдешь - согласуем окончательно, проточкуем
по всем пунктам. Все. Вопросы?
- Нету.
- Тогда - до завтра...
Тратить ночь на доводку легенды Тимофей Христофорович не стал: легенда и
так была хороша, исправлять - только портить. Пошел домой пораньше, отдохнул как
следует, плотно пообщался с супругой - она у него ещё в соку, грех жаловаться. И
пораньше лег спать.
- В командировку собрался? - догадалась супруга, поглаживая симпатичную
плешь засыпающего предкомиссии. - Я уж думала, на этом месте тебя никуда
посылать не будут...
- "Посылать", дорогая, - это некорректно, - сонно буркнул Тимофей
Христофорович, ласково погладив пышный бок спутницы жизни. - Правильнее будет -
"отправлять". Партия и правительство отправляют меня на важное задание. Я тебе с
того задания гостинец привезу...
По прибытии на следующее утро к рабочему месту Тимофея Христофоровича
ожидал сюрприз. Сюрприз имел от роду тридцать восемь лет, ещё имел звание
полковника ФСБ, назывался Сергеем Николаевичем Кирилловым и в недалеком прошлом
являлся шепелевским сослуживцем.
- Я твой зам, - сообщил Кириллов, обнявшись с бывшим коллегой и
непринужденно располагаясь в его кабинете. - На все время проведения операции.
- Операции? - удивленным эхом откликнулся Тимофей Христофорович. - Зам?
- Вот приказ по нам. Вот распоряжение по вам. - Кириллов протянул
скоросшиватель с двумя листками. - Откомандирован на период проведения... Да ты
почитай.
- Однако! - озадаченно молвил Шепелев, прочитав документы и вперившись
взглядом в худощавого, невысоконького, с чистым личиком мужчинку, больше
похожего на прилежного студента последнего курса, нежели на начальника
оперативного отдела следственного управления ФСБ. - Начальство не дремлет... Ну
что ж, зам, - впрягайся, как говорит наш Папа. Я пока подумаю, кого из наших
привлечь, а ты тут давай - того... Ну, садись, что ли, ведомости составляй. Четыре
штуки в трех экз. Оружие, связь, экипировка, материально-техническое
обеспечение.
- Прошу. - Кириллов элегантно распахнул свой "дипломат" и достал папочку.
- Все готово.
- Ну! - вскинул брови Шепелев, бегло знакомясь с документами. - Так... Так...
Но позвольте - из какого расчета?
- Пятнадцать человечков, - с готовностью сообщил Кириллов. - Восемь -
опера. Из них три - дамы. Пять -спецы. И - мы с тобой. Годится?
- Ты хочешь сказать, что и людей уже подобрал? -обескураженно
поинтересовался Шепелев. - Тебя вообще когда оприказили?
- Вчера в восемнадцать тридцать. - Кириллов по-свойски подмигнул. - Ты
здесь ожирел маленько - отвык от наших темпов. Тебе что-то не нравится?
- Людей я бы хотел - сам, - неуверенно пожал плечами Тимофей
Христофорович. - Как-никак специфика...
- Мне в общих чертах разъяснили суть, - успокоил Кириллов. - Людей
подобрал соответственно специфике. Они тебе понравятся - гарантирую.
- Интересно - тебе всю суть разъяснили или только легенду? - отчего-то
удрученно подумал Тимофей Христофорович. - Исполнительный ты наш...
Не нравилась ему такая инициатива. Понятное дело - зам, вроде бы удобно:
он уже отставник, любые вопросы взаимодействия, силовые проблемы и так далее... Но
с другой стороны, получается контроль на линии и некоторая опека. То есть мы
тебе, конечно, верим, славный ты наш товарищ, но как бы ты там чего не
напортачил...
- Инструкции, проекты распоряжений, документация... У тебя, случаем, в
чемоданчике вся эта хренотень не лежит? - с некоторой обидой съязвил Шепелев. -
Если лежит - все бросаем, идем пить пиво.
- Не лежит, - смущенно улыбнулся Кириллов. - Ты слишком хорошо думаешь о
нашем ведомстве. Мне кажется, мы никуда не пойдем. Мне кажется, мы сейчас
засучим рукава и начнем потихоньку выправлять всю эту, как ты правильно заметил,
хренотень. Но ты не горюй: я тут на дискетку скинул наши формы - мы их только
заполним да шапочки перебьем - к аудиенции в любом случае успеем.
- К аудиенции? - напрягся Тимофей Христофорович. - Однако! Тебе не
кажется, что ты слишком много знаешь, коллега?
- Ну что ты, в самом деле, - засмущался Кириллов. -Ревнуешь, что ли?
Вместе делаем одно дело - привыкай. Кстати, нам нужно прорепетировать на скорую
руку разговор с ханом. Экспромт, знаешь ли, в данном случае вряд ли...
- Нам?! - взвился Тимофей Христофорович, ощущая себя если и не полным
идиотом, то персоной весьма близкой к такому нехорошему состоянию. - Ты... Ты что
- собираешься при этом присутствовать?
- Скурвился, - огорченно вздохнул Кириллов, театрально всплеснув
ладошками. - Вот оно - гнилая атмосфера старых стен, гнет власти... Ты, Тимоха,
чтобы себя не травмировать, сходи в сортир, встань перед зеркалом и десять раз
произнеси: "Мы с Серегой теперь вместе". Привыкни, что я - твоя тень... Но-но, не
расстраивайся ты так. Ты все придумал. Ты - главный. Тебе - все лавры...
Аудиенция с ханом проходила в одном из "верхних" кабинетов - до комиссии
степной владыка не опустился, не его уровень. Непосредственно перед аудиенцией
Кириллов просканировал апартаменты противожуковым аппаратом и сообщил:
- Чисто вроде. Но все равно, старайся это... Обтекаемо...
Такая деловитость Тимофея Христофоровича изрядно покоробила, о чем он не
преминул новому заму сообщить: вообще-то, дорогой товарищ, тут государственное
учреждение самого высокого разряда, есть соответствующая служба, которая с
большим профессионализмом следит, чтобы никто не смел...
- Вот эта самая служба и слушает всех подряд, - невозмутимо заметил
Кириллов. - Знаем мы ребят из этой службы - ухари ещё те...,
С ханом Тимофей Христофорович познакомился в 1993 году, в ходе обеспечения
выборов - но мельком, процессуально. Как-то не было необходимости в более
плотном общении: работать тогда приходилось в основном с его приспешниками -
людьми пожившими, мудрыми и искушенными в закулисных хитросплетениях внутренней
политики. Единственное, что запомнилось из того мимолетного знакомства
восьмилетней давности, - удивительная молодость нового главы субъекта Федерации,
его вечная задумчивая улыбка и... уши.
Уши были просто уникальные - профессор Ломброзо с удовольствием бы за них
ухватился. Но это, разумеется, фигурально выражаясь: на самом деле никто какомуто
там задрюченому профессору хвататься за уши хана не позволил бы - его просто
близко бы не подпустили! Однако в самом деле - уши были действительно
замечательные. Живописать не станем: просто посмотрите как-нибудь
повнимательнее, когда хана будут по телевизору показывать, и сами все поймете.
- Здравствуйте, Тимофей Христофорович, здравствуйте! - Вовремя прибывший
хан, источая радушие, сердечно пожал руку Шепелеву с Кирилловым и, на правах
высокой персоны, расположился на хозяйском месте. Свита его осталась в приемной.
- Растем помаленьку?
- В смысле? - Тимофей Христофорович, приготовившийся к дежурному презрению
со стороны высокого гостя, несколько подрастерялся. Таковое презрение было бы
вполне оправдано: случай беспрецедентный, вытащили черт-те откуда большого
человека, озадачили и отправили общаться с каким-то заштатным клерком...
- К нам приезжали простым майором. А сейчас уже -председатель комиссии... а?
- Хан доброжелательно подмигнул. - Скажите - вот восемь лет прошло... А хорош
апрель в калмыцкой степи?
- Апрель... Да, апрель, безусловно... Да, здорово, что тут говорить, - слегка
заалев плешью, вымолвил Тимофей Христофорович.
Неужели запомнил? И что - всех вот так помнит, с кем доводилось
встречаться хоть мельком? Вытащили его внезапно, свита не могла подготовить
информацию, потому что неизвестно было, зачем зовут... Хозяин вряд ли освежил
память хана - он не информационное бюро... Однако!
- Давайте сразу к делу, - напомнил хан, продолжая улыбаться. - С
удовольствием поболтал бы с вами, но у меня, знаете ли, регламент...
- Что вам сообщили по нашему вопросу? - не успев оправиться от
неожиданности, с грубоватой прямотой ляпнул Шепелев. - Эм-м... Простите...
- Что вопрос крайне конфиденциальный, - с готовностью сообщил хан. - Что
об этом будет знать очень ограниченный круг лиц. Что от меня требуется всемерное
содействие. Что я должен помогать вам, как если бы на вашем месте был... ну, вы
понимаете. И что вы посвятите меня в детали. Правильно?
- Правильно, - с облегчением вздохнул Шепелев. -Все правильно...
Черт подери, как приятно общаться с азиатом! Любой наш барчук такого
уровня или даже пониже на порядок выдал бы что-нибудь типа: ты, пешка, тут
дурные вопросы 'не задавай, по-быстрому излагай суть да отваливай! А ежели ты
вообразил о себе невесть что, быдло ходячее, мы тебя моментом поправим - нам
только пальчиком шевельнуть...
Да, недаром говорят - азиатская хитрость. Поэтому они и бьют нас по всем
позициям: улыбочка, доброжелательность, умение легко опуститься до уровня
нижестоящего, показать человеку, что в нем видят личность... когда того требуют
обстоятельства. Вот с такой обаятельной улыбкой и горло перережут - если
обстоятельства потребуют. И все - ласково, по-доброму...
- Очень хорошо. - Хан поудобнее уселся в кресле, изображая живейшее
внимание. - Излагайте, пожалуйста, - я готов...
Тимофей Христофорович, заранее отрепетировавший доклад по обстановке,
быстро и толково изложил суть. Все у вас хорошо, дорогой вы наш хан, в вашем
степном Эльдорадо, но... Больно мест у вас там много, где можно проехать
невозбранно. Вдоль и поперек, что называется, - степь по большей части ровная,
при наличии хорошей техники и дорог не надо. И расположены вы, я вам скажу,
вообще - хоть стой, хоть падай! Во-первых, на отшибе. Во-. вторых, на перепутье
всех дорог, что ведут из России на Кавказ и обратно. В-третьих - соседи у вас...
того.
- Террористов ловить будете, - поощрительно намекнул хан. - Правильно?
Верной дорогой идете, товарищ хан! Масштабно мыслите, на лету схватываете
- вот что значит государственная школа! Да, есть такое дело. Завелись там,
понимаешь, на теле вашей многострадальной степной республики, некие паразиты
вредоносные, террористы международные. Шляются безнаказанно с Кавказа в Россию и
обратно, раскатывают по степям, схроны и явки оборудуют, как им
заблагорассудится и даже - страшно сказать! - даже лагеря оборудуют учебнотренировочные...
- Ну уж прямо и лагеря?! - улыбнувшись ещё шире, удивился хан. - У нас там
регулярно вертолеты летают: пограничники, МЧС, сельхозавиация... Наверняка бы
заметили и доложили куда следует!
А вот это, товарищ хан, нам и предстоит проверить. Есть такая информация -
из достовернейших источников, что вот эти самые вредоносные террористы
международные замыслили крепко побаловать на шестое августа34. То есть
подготовить и осуществить беспрецедентно дерзкие теракты сразу в двух
прилегающих к Калмыкии городах: Волгограде и Астрахани.
- Взорвать плотину Волжской ГЭС и Астраханский"Газпром". - Улыбка хана
слегка погрустнела. - Это, Тимофей Христофорович, уже старо. Это они хотят аж с
девяносто пятого года. Все хотят и хотят - уже восемь лет. Вы мне подлинную
суть, пожалуйста...
А вот тут вы, товарищ хан, недооцениваете противника. Масштабно мыслите,
глобальными категориями, в деталях не сечете. Вот на этот раз уж точно: готовят
теракты тщательно и педантично, лучшие специалисты Хаттаба и Басаева, и именно
на вашей территории. Болтали, обещали, бдительность усыпили, заставили поверить
в безопасность хорошо охраняемых объектов... А теперь вот рванут. Представляете
себе, каковы будут последствия?
- Волгограда и Астрахани не будет, - понятливо кивнул хан. - Я в курсе,
мне наш министр МЧС докладывал. Жаль - без астраханских помидоров, воблы и
волжского пива нам будет трудновато...
Дядя шутит! Хи-хи... Хорошо у вас с чувством юмора, товарищ хан! Но, увы, -
обстановка складывается такая, что с иронией лучше повременить...
- Вопрос такого порядка... Почему операция не увязана с территориальными
органами безопасности и соседями? Я, конечно, у Самого не спросил... Ну а с вами,
по дружески, стесняться не стану. В чем дело, дорогой мой? При чем здесь
руководитель субъекта? У нас что - в одночасье все спецслужбы преставились?
А вот в этом-то и вся фишка, товарищ хан! Спецслужбы здравствуют и вам
того желают. Но! Они хоть здравствуют, но "текут" - и со страшной силой. Именно
из-за этого злобным террористам удалось уйти от возмездия. Трижды они
готовились, трижды их "доводили" практически до самого конца, оставалось лишь
схватить за ногу и на степную траву уложить... Но в последний момент кто-то всегда
предупреждал ворогов, и им удавалось уходить. Правда, и теракты произвести не
удалось, это, конечно, положительный момент, но тем не менее...
- А по-моему, самое главное не то, что террористы не пойманы, а что
теракты не допущены и не пострадали люди, - государственно заметил хан.
Да, конечно, это - самое главное, но... Но, увы, в жизни всякое бывает.
Трижды удалось теракты предотвратить, а в четвертый, глядишь... тьфу-тьфу-тьфу,
короче... И потому, уважаемый товарищ хан, операцию решено проводить на
правительственном уровне, сугубо конфиденциально и с привлечением лишь первых
лиц государства. То есть в полной информационной изоляции для местных спецслужб.
Фээсбэшники ваши, региональные, - баловники, скажу вам по секрету. А у МВД
вашего, не столь давно назначенного, - товарища Ковсасы, откуда-то джипец взялся
за семьдесят штук баксов. А получка у него знаете какая? Хи-хи... нет, не скажу -
смеяться будете. Так что...
- Я все понимаю. - Улыбка хана приобрела несколько досадливый оттенок. -
Но как вы собираетесь работать? Наши спецслужбы региональные хоть и "текут", как
вы ловко подметили, но профессионализма от этого не утратили. Республика
небольшая, единственный более-менее большой город... вас очень быстро вычислят,
дорогой Тимофей Христофорович! Представляете - приезжает куча москвичей,
перемещается где попало, чем занимается -непонятно...
А не извольте беспокоиться, товарищ хан, дорогой вы наш! На этот случай
заготовлена весьма даже недурственная легенда. Вы обратили внимание, как наша
комиссия называется? Правильно! Операцию возглавляю я: председатель данной
комиссии. Народу будет не так уж и много, мы собираемся заниматься поисковоразведывательной
деятельностью, а не войсковыми операциями. Привлекать
масштабные силы будем лишь на последнем этапе - стремительно, молниеносно,
внезапно. И то - лишь в том случае, если первый этап принесет хоть какие-то
плоды. Легенда наша вот: археологическая экспедиция на предмет изучения истории
Золотой Орды в целом и Орды Калмыцкой в частности. Представляете? Мы можем
спокойно раскатывать где угодно со снаряжением, беседовать с любыми людьми,
останавливаться для ночлега и разбивать лагерь в любом месте - и в рамках нашей
миссии это совершенно ни у кого не вызовет подозрения. Не правда ли, здорово?
Любой рядовой сотрудник региональных спецслужб, если не поленится, может навести
справки и удостовериться, что все здесь чисто...
- Хорошая легенда. - Впервые за все время аудиенции улыбка вдруг сползла с
лица хана, а в голосе прозвучали какие-то странные интонации. - Это вы
придумали?
- Я. - Тимофей Христофорович с вниманием уставился на собеседника,
стараясь понять, чем вызвано изменение в манере держаться. - Вам что-то не
нравится?
- Нет-нет, все в порядке. - Лицо хана вновь посетила дежурная улыбка. -
Просто несколько необычно и... И ловко. Наш народ очень хорошо относится к тем,
кто изучает его историю. Выступая в рамках своей легенды, вы повсеместно можете
рассчитывать на радушный прием и совершенно бескорыстную помощь - это вы верно
придумали... Продолжайте.
- Да вот, собственно, и все, - пожал плечами Тимофей Христофорович. - От
вас требуется только одно: дать распоряжение вашим людям, чтобы нас всюду
пускали, не трогали, не досматривали и везде оказывали всяческое содействие.
- Это все? - Хан скосил взгляд на полупрозрачный скоросшиватель, который
до сего момента покоился на столе под ладонью Кириллова.
- Все. - Кириллов подвинул к гостю скоросшиватель. - Правильно вы
подметили, это вам. Это - проект распоряжения для вашей администрации:
относительно нашего пребывания, функционирования и статуса. Здесь все учтено,
чтобы вам не тратить напрасно время и не вдаваться в ненужные подробности... И
кстати, можно вскользь, ненароком этак, обронить для ваших людей: Сам любит
историю и доклады о работе каждой экспедиции своей комиссии принимает лично... Вот
теперь - все. Не смеем больше отрывать вас от государственных дел,
- Сволочь, - в очередной раз на ровном месте расстроился Тимофей
Христофорович. - Я, я главный! Всю беседу вел я, а вышло так, что он
снисходительно внимал, не перебивая - разрешил, подлец, говорить! - а потом
подытожил: не смеем задерживать, мол...
- Приятно иметь дело с предусмотрительными людьми, - улыбчиво похвалил
хан, вставая из-за стола и радушно наделяя "хозяев" крепкими рукопожатиями -
Кириллову руку подал во вторую очередь, но рукопожатие задержал даже чуть
дольше, чем в случае с "боссом" - - Шепелевым. - Ждем вас на калмыцкой земле.
Надеюсь, наше гостеприимство не оставит вас равнодушными...
- Значит, это теперь не тайна? - Это был первый вопрос, который Тимофей
Христофорович задал в 13.31, оказавшись в верхних апартаментах.
- Ты имеешь в виду Кириллова?
- Так точно.
- Это тайна. Кириллов знает только легенду. Вы проводите сверхсекретную
антитеррористическую операцию под глубоким прикрытием. Только и всего.
- Странно... А у меня создалось такое впечатление, что он - в курсе... И... И
что он занимает несколько иное положение, чем мой заместитель!
- Вот как?! Хм... Ну, это не более чем впечатление. Он тебе какие-нибудь
вопросы задавал?
- Нет, не задавал. Потому и создалось такое впечатление, что он все знает.
Ничего не спрашивает, держится уверенно, я бы даже сказал, как-то... как-то
снисходительно, что ли...
- Обманчивое впечатление. Кириллов - специалист высшего класса. Ну, ты
знаешь. И - оцени корректность бывшего коллеги. Эм-м... Он поставлен в
известность, что, помимо основного направления, ты будешь выполнять отдельное
поручение. Какое - ему знать не обязательно. Будь уверен - дурных вопросов он
задавать не станет.
- Вот так, значит... - Шепелев неподатливо насупился, но возражать не
посмел. - Ну что ж - это кое-что объясняет... Но Кириллов не дурак. Мне почему-то
кажется, что он уже сейчас понимает, что основная цель нашего рейда - именно то
особое поручение, которым буду заниматься я. А собственно операция - не более
чем прикрытие.
- Ну и пусть себе на здоровье понимает. Кстати, на последнем этапе... Эм-м...
Если, конечно, этот этап наступит... - Тут Хозяин суеверно постучал костяшками
пальцев по столешнице. - На последнем этапе... эм-м... надо будет крепко подумать...
- Чего тут думать? Придется посвящать, - как о решенном сказал Шепелев. -
Иначе никак не получается. Если вдруг все получится... в общем, там понадобится
минимум строительный батальон с техникой.
- Ты доберись до него - до последнего этапа. Ты только доберись! А уж
тогда и будем крепко подумать.
- Я постараюсь, - пообещал Шепелев. - Приложу все усилия.
- Приложи, - благосклонно кивнул Хозяин. - Приложи... Ну вот - все вроде бы.
Вопросы?
- Связь?
- Через секретаря Совбеза.
- Он что - тоже...
- Он знает то же, что и Кириллов. Спецоперация. Ты, помимо этого,
действуешь с отдельной миссией. И все. Все вопросы должны решаться с полоборота.
Вопросы?
- Нету.
- Иди, организуй подготовку к отправке. Зайдешь в 18.35 - у меня
релаксация. Доложишь о готовности...
...В начале апреля в ханскую ставку из Астрахани прибыл малый обоз на три
кибитки, сопровождаемый оружными верхоконными числом до двух десятков. Тихо
просочился меж утренне неприветливых юрт, отсалютовал стражам у ханского куреня
да и свернул по балочке на Казачью заставу.
Следовавшие с обозом двое калмыков из патрульного дозора, курсировавшего
по Астраханскому тракту, поскакали докладывать начальнику стражи, кто прибыл.
А прибыл с военной инспекцией по делам заставы гвардии лейтенант Егор
Кудрин - Ставки его приезд никоим образом не касался.
С Кудриным была небольшая команда: крепкие, как на подбор, бывалые
гвардейцы, числящиеся по попутному списку... писарями Финансовой комиссии.
А ещё с обозом прибыл сухонький старикашка, вообще никак не числящийся - в
списке его не было. Старикашка кутался в просторную волчью шубу и поглубже
натягивал заячий треух, как будто желая, чтобы его никто не узнал.
И никто бы наверняка не обратил внимания на невзрачного дедка, кабы не
обронил кто-то из прибывших неосторожное словцо...
Ушаков!!!
Как только имя это прозвучало на заставе, в стане казачьем немедля
поднялась паника. Храбрые воины, годами торчавшие на порубежье и не раз
принимавшие участие в совместных с калмыцким войском ратных делах, казаки
притихли, похватали полы кафтанов и попрятались кто куда!
Глядь - а высыпавших на двор встречающих и не осталось! Стоит один казачий
полковник Ефрем Зотов да писарь Василий Капуста. Писарю бежать несподручно:
держит рушник с караваем, на котором шкалик с мутноватой хлебной.
- 3-здрав будь, ваш-ш пр-р-сх-тство... - хрипло промямлил бравый полковник,
обогнув, как столб, полезшего было с представлением лейтенанта и на негнущихся
ногах приблизившись к повозке, с которой не спешил слезать отлежавший бока
страшный сенатор. - В...вых-x-x...
И все - на более сил не хватило. Уже мерещилось наяву закаленному в
баталиях вояке: розыск, дыба, кнуты палачьи и каленые клещи. Ушакова знали по
всей Великой и Малой Руси, каждый смертный, независимо от чинов и сословий,
вздрагивал при одном упоминании страшного имени. А теперь, ни с того ни с сего,
он вдруг собственной персоной пожаловал сюда, на задворки империи...
- Воруете, значит? - скрипучим голосом спросил старец, сверзаясь с повозки
и волчьим взором окидывая казачье хозяйство.
- Отец родной! Что ж ты так... Кто ворует-то?! - в обиде великой воскликнул
полковник, сжимая кулаки. Господи, вот нанесло-то! Если Сам прибыл, значит,
такое воровство учинилось, что и сказать страшно!!! Откуда, господи? Вроде за
всем догляд имеет, никаких серьезных вин за людом служивым нету... Разве озорство
какое с калмыками? Так и то промеж себя всегда решали полюбовно, без доклада
даже в Астрахань - не то что в Москву!
- А коли нет - пошто тогда прыснули, как крысята? -приподнял бровь Ушаков,
сверляще глядя на полковника. - Пошто дрожишь, аки девица на свадьбе? Али черта
узрел?
- Батюшка! - возопил полковник, дурея вдруг от морочного пронзительного
взгляда и не зная, что и делать: толи на колени бухнуться, побожиться истово, то
ли рвануть саблю из ножен, развалить страшного старикашку до задницы да крикнуть
клич своим - а ну, в клинки пришлых! - Да то... навет то, батюшка!!! Ни в чем
невинны людишки мои, как и сам я! Хлебом присягаю...
- Ну, добро, коли хлебом, - неожиданно миролюбиво согласился старец. -
Хлеб всему голова!
Ловко махнув дрожавшую крупной дрожью чарку на каравае, что держал
обмерший Капуста, и отломив от свежеиспеченного хлеба добрый кус, Ушаков запихал
его в рот, жадно зажевал - проголодался с дороги. Зыркнул по сторонам,
призадумался на миг. Тут нельзя, как привык повсюду: давить людишек ужасом да
страхом пред своим именем. Городовые казаки, конечно, уж не те босяки, что с
Болотниковым шалили, - люди государевы, к службе гораздо приспособлены... Однако
Дон тут рядом - не ровен час, палку перегнешь, так и снимутся тишком всей
заставой, да и уйдут себе куда получше. Потом на сие представительство палкой
никого не загонишь!
- Коли чист - бояться не пристало, - ласково сказал Андрей Иванович. - А
то прям как детята малые... Я что -с рогами? Тьфу... Пусть не дрожат - не с розыском
я, а по службе государевой. Веди гостевать - чего мы тут растопырились посередь
двора...
Покуда размещали команду, Андрей Иванович в сопровождении Зотова бегло
осмотрел хозяйство и окрестности. Неловко ему тут было вслепую, привык старый
стервятник знать, что вокруг творится, где да как лежит - на новом месте свою
работу всегда начинал с изучения обстановки и осмотра местности.
Калмыки - народ кочевой, на одном месте вечно торчать не приспособлены.
Русскому представительству поневоле приходится подлаживаться под местный уклад,
потому волгские казак35, как никто, лучше годны для такой миссии. Регулярный
армейский гарнизон, поставь его здесь, будет слеп, глух и беспомощен.
Обосновать базу по всем правилам фортификационного искусства не
представлялось возможным. Вкопанные по периметру лагеря нечастые колья,
перетянутые крепкими рыбацкими сетями, - импровизированный забор; небольшие
юрты, рассчитанные на компактное проживание десятка ратных людей; сборно-щитовой
двухкомнатный домишко полковника, служивший одновременно штабом и апартаментами
для приема гостей, а также нехитрые конструкции хозяйственно-служебного профиля
- все это в случае необходимости за короткое время легко сворачивалось и
грузилось на повозки (кибитки).
Впрочем, несмотря на временность и походный аскетизм, в лагере было чисто,
опрятно и как-то по-особенному уютно. Все при своих местах, грязь скребками
вычищена, дорожки галькой отсыпаны - даже отхожее место обнесено кольями,
выметено как следует и колючкой36 выложено. Воины хоть и со вчерашним бражным
перегаром, но бодры, дисциплиниро
...Закладка в соц.сетях
