Жанр: Электронное издание
profkill
...дной степной автократии, в то время как за кадром остались вещи гораздо более
несуразные и порой просто необъяснимые?
Судите сами. Снят одним росчерком пера начальник регионального УФСБ, не
угодивший правящему клану; полковник МВД из проверочной комиссии, хапнувший дозу
летальной информашки, средь бела дня вдруг сигает вниз головой с балкона; в
республиканской больнице стабильно поправляются раненые чеченские боевики; для
устранения неугодной журналистки сидящего в СИЗО преступника в извращенной форме
отпускают в "увольнение"; находящийся в федеральном розыске господин Абу Мовсаев
в сопровождении личной охраны вовсю раскатывает по Элисте, нанося визиты
чиновникам МВД и госаппарата и производя между делом экскурсию с банкетами по
местам прежней27 службы...
...Вот лишь незначительные крохи информации, которая доступна каждому жителю
Калмыкии - без какого-либо ограничения! Ну и что - кто-нибудь почесался?
Нет, нам был нужен компромат иного рода...
Мы собирались поискать, чем таким занимается Кир-хан со товарищи, что
могло бы сильно не понравиться его могущественной московской "крыше". Эти
уездные князья - такие баловники, такие шалуны! При всей их вящей лояльности
Центру, на местах всегда сыщется масса соблазнов организовать втихаря свой
персональный бизнес, с которого не нужно отчислять проценты Покровителям. Наряду
с этим на местах всегда возникают возможности производить кое-какие махинации
совместно с некоторыми сторонними силами, которые ханским Покровителям, скажем
так, не очень дружественны...
Иными словами, мы с Бо собирались произвести разведку: кое-что снять,
записать, сфотографировать, подсобрать материалец какой-никакой и в дальнейшем
товарища хана некоторым образом прошантажировать. Нет, не нагло и развязно, как
в кино показывают, а так себе - самую малость, слегка. Ты хороший парень, и мы
тоже ничего себе пацаны. Вот что у нас есть - глянь-ка. Мы ничего такого не
просим: ты только отдай назад что взял - с тебя не убудет. А мы взамен клянемся
молчать до гробовой доски и любить тебя как брата...
Экипировались соответствующим случаю образом - благо в средствах мы не
стеснены. Взяли ноутбук с наработанной базой и адресом в Интернете, цифровую
видеокамеру, два диктофона, пару портативных фотоаппаратов и кое-какие шпионские
штучки из арсенала фирмы, возглавляемой Бо. Я очень хотел прихватить пару
хороших стволов, но Бо категорически отверг такое заманчивое предложение:
- Мы там стрелять не собираемся. Да и спокойнее так: сам знаешь, когда оно
под рукой, трудно удержаться от соблазна...
Ну вот: собрались, посовещались, экипировались, сели на вишневый Джип
"Grand Cherokee", принадлежащий Бо, - и покатили себе потихоньку. Благо мой
родной Новотопчинск тут неподалеку - каких-нибудь восемьсот километров...
...Мерная поступь корабля пустыни действовала не хуже хорошего
транквилизатора. Если бы не дурные мысли да неудобное положение, давно бы уже
заснул: солнышко ласково припекает, птички щебечут, травами пахнет так хорошо... А
с другого верблюжьего бока соблазнительно храпит мой толстяк. Бо вообще фаталист
по натуре: если он будет точно знать, что вечером ему предстоит умереть, то это
событие ни в коем случае не будет воспринято им как повод для отказа от хорошего
обеда с последующим двухчасовым сном.
А меня терзали дурные предчувствия. Что-то подсказывало, что испытание,
уготованное мне монахами в случае смерти травмированного тибетского инока, -
полнейшая дрянь. Не будут меня там феи степные ласкать, игриво прислоняясь к
организму разными местами и проверяя, скольких за раз я смогу удовлетворить в
нетрадиционных позах. И пить армянский коньяк наперегонки с главным монашеским
обжорой не заставят. А будет там скорее всего какая-нибудь летальная пакость...
- Приехали? - несколько нервозно поинтересовался я, когда после достаточно
продолжительного времени передвижения караван вдруг стал.
- Ты хотел сказать: "Пи...дец, приехали!"? - хриплым ото сна голосом
отозвался Бо и, прокашлявшись, задал вопрос приставленному к нашему верблюду
монаху.
- Спасибо, ты добрый, - пробормотал я. - Если тебя когда-нибудь поведут
расстреливать, я тоже от души посмеюсь.
- За нами кто-то наблюдает, - перевел Бо ответ монашка. - Они встали,
потому что не хотят показывать направление движения.
- Вот даже как! - тихонько порадовался я. Наблюдают - это хорошо. Эти
наблюдатели могут оказаться дотошными государевыми людьми и припрутся
поинтересоваться - кто да кто тут по степям на верблюдах гуляет? То есть у меня
есть шанс... - А кто наблюдает? И вообще, хотелось бы хоть краешком узнать, куда
нас волокут? Знаешь - такое нездоровое любопытство разбирает, может, даже
некоторым образом неуместное в данной...
- Да я тебе скажу - куда, - лениво прервал мои словоизлияния Бо. -
Помнишь, у меня дядя - брат отца?
- Помню. - Я подумал, как бы покорректнее подобрать формулировку: - Эм-м...
Это тот, что в путешествие отправился?
- Да, это тот самый сумасшедший, - не принял подачки Бо - он вообще любит
называть вещи своими именами. - Тот, что сдуру на Тибет удрал и в монахи
подался.
- Ну это ничего, ничего - там прекрасный воздух, родниковая вода, там Дао
снисходит в души страждущих, и... эм-м... - Я вдруг запнулся - что-то меня в ответе
Бо насторожило. - Ну и как он там - на Тибете?
- Никак, - буркнул Бо. - Ни хрена тамошний воздух на него не подействовал
- как был сумасшедшим, так и остался. И он сейчас не на Тибете. Он, сволочь,
сюда помирать приехал. В родные степи. Вот теперь эти лысые уроды нас к нему и
конвоируют. Проститься хочет, псих-одиночка.
- Ай-я-яй! - не на шутку озаботился я. Вот здорово! Шутка Бо насчет
какого-то там эфемерного испытания приобрела вдруг более отчетливые очертания.
Я, вообще говоря, к сумасшедшим того... не очень. Я бы как-нибудь и без них
обошелся - в жизни и так много интересного и занимательного ...
- Вот и я сразу сказал: пи...дец тебе, - напомнил Бо. - А ты как-то внимания
не обратил...
- А что ж ты сразу не сказал, куда нас тащат? - обиженно воскликнул я. -
Мы уже сколько едем - ты ни слова ни полслова...
- А ты не спрашивал, - философски изрек Бо. - А потом - какая разница?
Тебе что - от этого... Погоди-ка! Слышишь?
- Слышу! - отозвался я, уловив где-то вдалеке до боли знакомый рокот
винтов.
Вот оно - чудо научно-технического прогресса! Железный птица называется. И
хорошо, ежели эта птица принадлежит к такому ведомству, как федеральная
пограничная служба. Или к другой федеральной службе - немножко непограничной.
Тогда люди в железной птице наверняка заинтересуются, что это за караван гуляет
тут по степи. Потому как это запросто может быть, например, караван с наркотой
или оружием. А такие караваны положено отслеживать со всем пристрастием!
- А они услышали гораздо раньше, - заметил Бо, имея в виду монашков - мои
восторги по поводу "вертушки"его не задели. - Стареем?
- Они мяса не едят, - негромко ответил я, держа уши торчком в сторону
источника равномерного рокота. - Они постятся, занимаются чем Положено. Они к
богу ближе...Интересно, как там поломанный монашек?
- Ему плохо, - раздался вдруг рядом печальный голос старшины монахов. -
Совсем плохо. Но он - сильный. Если нам никто не мешает, приходим быстро. Тогда
лечим хорошо. Тебе лучше - нет твоей вины.
- Спасибо, - растроганно пробормотал я, а сам подумал: а нет, пусть уж
лучше мешают! Как-то там оно выйдет с монашком - бабушка надвое сказала. А к
сумасшедшему в гости что-то совсем не хочется - особенно в связанном виде... Увы,
вскоре выяснилось, что мои надежды оказались напрасными. "Вертушка" недолго
покружила, держась на почтительном удалении, и убралась восвояси.
Незадача! Светлая грусть наполнила мое тренированное сердце. Эх ты,
железная птица! То ли принадлежишь ты не тому, кому надо, то ли пилоты
подслеповатыми оказались, то ли ещё куда...
- Непруха, - констатировал Бо, когда караван начал движение. - Не твой
день. Интересно - что это за испытание такое? Хорошо бы - в клетку со змеями. А?
- Сам дурак, и шутки такие же, - злобно буркнул я. После неких событий в
своей жизни я страшно не люблю змей. Бо прекрасно об этой нелюбви знает, хотя и
не догадывается, чем она вызвана. - Чем же это хорошо?
- Ну, лучше, чем в чан с кипящим маслом, - невозмутимо пояснил Бо свою
точку зрения. - Или жопой на кол. А?
- Лучше, - вынужден был согласиться я. - Чем в чан - конечно... Но лучше
как-нибудь обойтись без этого. Что-то я не расположен сегодня...
Часа через полтора, а может, меньше - время в мешке казалось резиновым -
караван остановился вновь.
- Вот теперь точно: "П...дец, приехали!" - предположил я. - Бо?
- Ни хрена, - буркнул Бо. - Опять какая-то заморочка.
Толстый, как всегда, оказался прав - что-то там у монахов опять не
ладилось. Залопотал старшина монаший, поднялась какая-то нездоровая суета - нас
в два приема бесцеремонно вытрусили из мешков, положив верблюда и перекинув меня
на сторону Бо (неглупые товарищи - я гораздо легче!).
- Ну ты коленки отъел! - возмутился Бо - при перекидывании я угодил
коленом в его мясистый живот. - Полегче!
Ответить я не успел: нас поставили на ноги, быстро развязали и стащили с
голов тряпки.
- Ух ты! - Степь нестерпимо ярко плеснула в глаза ослепительным изумрудом
разнотравья, шибанула в забитые пыльным мешком ноздри духмяными ароматами
нагретых солнцем соцветий. Красота! Лепота! И - жить хочется.
Да, кстати - насчет "жить". Я быстренько проморгался, осмотрелся и
принялся разминать затекшие конечности. Караван остановился в небольшой зеленой
балке, склоны которой были покрыты не шибко густым кустарником. Невдалеке,
подрагивая в сиреневой дымке, виднелись пологие холмы, сплошь покрытые лесом.
- Ну и куда нас занесло? - удивился я вслух: накануне, как полагается
любому нормальному вояке перед забросом на плацдарм, тщательно изучил карту
Калмыкии. Так вот - лесных массивов такого масштаба там нет! -Бо?
- Погоди, - отмахнулся Бо - он был занят. Старшина монахов, присев перед
ним на корточки, быстро лопотал что-то по-своему, показывая рукой на юг и чертя
в травеветкой. Бо изредка кивал и выглядел крайне озабоченным.
Монахи в это время проявляли какую-то нездоровую активность: один рвал
полынь и набивал ею мешки, из которых нас только что вытрусили, а остальные с
лихорадочной поспешностью ковырялись в кустиках, не хуже экскаваторов вырывая
пальцами из склона куски дерна - даже легко раненный трудился, действуя одной
рукой.
Немало удивившись такой неурочной деловой прыти, я с некоторым опозданием
принялся разрабатывать рациональную идею насчет окончательного обретения былой
свободы и некоторого возмещения морального ущерба. Погорячились вы, товарищи
монахи, так опрометчиво освободив наши конечности! Теперь нас двое, мы в боевой
готовности и знаем, каких пакостей от вас можно ожидать.
- Я очень извиняюсь, что прерываю вашу милую беседу... - елейным голоском
начал я, пребывая в некотором недоумении по поводу странной недогадливости Бо -
обычно он такие вещи с полунамека понимает. - Но не кажется ли вам, что пора...
- Погоди, - опять махнул на меня рукой Бо. - Щас...Старшина монахов
прекратил лопотать и поднял вверх руку, призывая к вниманию. На несколько секунд
служители культа застыли как изваяние. Мы с Бо тоже замерли и прислушались. Что
там - опять "вертушка"?
- Джип, - сумрачно обронил Бо.
Да, где-то вдалеке был слышен приближающийся гул автомобиля. Какой марки
машина, разобрать с такого расстояния было проблематично, но Бо сказал - джип. У
него у самого - джип, он свою машину любит, лелеет и различает тон работы её
двигателя среди десятков аналогичных моделей.
Джип - машина вместительная. На ней могут прикатить семь-восемь человек. И
не с пустыми руками!
- Нужно быстро. - Бесстрастное лицо старшины монахов чуть заметно
дрогнуло, лоб украсился вдруг капельками пота.
- Пошли. - Бо схватил меня за руку и поволок к импровизированной норе,
оборудованной в кустах монахами.
- Хотя бы вкратце - чего мы делаем?! - Я. даже не старался скрыть своего
удивления. - Ни слова не понял!
- Спрятаться негде, - пояснил Бо, продираясь сквозь кустики и поудобнее
устраиваясь в отрытой монахами нише. - До леса - километр. Они нас сверху
завалят. Когда все кончится, мы уйдем. Шевелись!
- Черт знает что, - буркнул я, с сомнением озирая окрестности.
Действительно, спрятаться в балке было негде - она хорошо просматривалась на
всем своем протяжении. До лесистых холмов - как минимум километр открытого
участка степи, просто удрать, чтобы остаться незамеченным, невозможно. Другой
вопрос: отчего это мы должны в данном положении слушаться монахов и прятаться
или удирать от преследующих их людей? Очень, очень сомнительная ситуация!
- Ко мне, я сказал!!! - возвысил голос Бо, которого уже начали обкладывать
дерном.
- Чтоб мне сдохнуть! - в отчаянии воскликнул я, однако не замедлил
присоединиться: привычка во всем полагаться на толстяка оказалась сильнее любых
сомнений. -Пусть только глаза и уши оставят - иначе я не согласен.
Бо что-то пробурчал на своем: старшина кивнул, отдал трудившимся вокруг
нас монахам распоряжение и специально для меня, тупого недотепы, пояснил:
- Оч-чень плохие люди. Очень. Нельзя пускать к Посвященному. Все кончится
- вы уходите...
Вскоре нас заложили дерном и травой, оставив небольшие отверстия для глаз,
ушей и органов дыхания. Монахи отошли подальше, отряхнули свои накидки, вытерли
руки о траву и изобразили томный отдых, слегка усугубляемый некоторой возней с
травмированным мною товарищем, который все это время возлежал в тени небольшого
деревца.
- Вопросы, - прошептал я, прислушиваясь к приближающемуся звуку двигателя.
- Кто такой - Посвященный? Кто такие - плохие люди? И потом, что значит -"все
кончится"? Что кончится?
- Ты лежи и смотри, - пробурчал Бо. - Сам все увидишь.
- Имею право знать! - возмутился я. - По-твоему, я похож на барана,
который безропотно ложится под нож?
- На барана не похож, - хмыкнул Бо, осторожно выплюнув попавший в рот
маленький камешек. - Баран -кудрявый... Посвященный - это мой сумасшедший дядя.
Эти лысые считают, что я должен во что бы то ни стало попасть к нему. А следят
за ними плохие люди. Кто такие -точно не знаю. Какие-нибудь гондоны, которым
нельзя к Посвященному. Все?
- А что - "кончится"? - не удовлетворился я ответом. - Что именно
кончится?
- Когда кончится, мы увидим, - философски заметил Бо. - А пока - гляди.
Началось...
И впрямь - началось. Солидно рыкнув, на краю балки возникла нахальная
джипья морда, оскалилась усиленным бампером и, уставившись мутными фарами на
монахов, зависла над склоном.
Из джипа вышли пятеро хлопцев примерно моего возраста: крепенькие такие,
проворные, без животов. Хлопцы были облачены в разномастный камуфляж, форменные
же футболки, разгрузочные жилеты и кроссовки, а в руках имели "СКС"28 7,62
калибра.
В общем, товарищи могли равновероятно быть либо охотниками, либо
бандитами. Четверо явно были тутошние, а один, в котором я сразу определил
командира, - метис. Последствия проделок соседей-дагестанцев. Метис этот был в
панаме, в аккуратной солидной бородке, а на шее у него болтался
двенадцатикратный бинокль.
Панамный метис повесил карабин на плечо, стволом вниз, преувеличенно
радостно выкрикнул приветствие и, расплывшись в широченной улыбке, припустил к
старшине монахов, лопоча что-то приятственное на слух. Ну ни дать ни взять -
заплутавшие в безразмерной степи беззаботные гуляки, несказанно обрадовавшиеся
при виде невесть как затесавшихся в эту балочку служителей культа!
Только вот спутники панамного слегка подкачали. Им, судя по всему, уроки
коммуникабельности не прививали - не за тем держат. Поэтому спутники улыбки на
лицах имели явно натянутые, присоединяться к командиру не спешили, а
рассредоточились по склону с интервалом в пять-семь метров, чуть спустились и
встали на некотором удалении, держа стоянку под полным огневым контролем. А один
вообще остался наверху, у джипа, и улыбкой себя утруждать счел нецелесообразным:
настороженно поворачивал башку на 180 градусов, озирая окрестности.
И пожалуй, самый красноречивый штрих в дополнение к сказанному: спутники
метиса отнюдь не торопились следовать примеру командира и вешать карабины на
плечи - каждый держал оружие в готовности, удобно уложив цевьем на локтевой
сгиб.
- Чмошники, - тихонько заметил Бо, послушав лопотание панамного. -
Краеведы фуевы!
- Краеведы? - удивился я.
- Ага, - подтвердил Бо. - Этот, в панаме, гонит, что они - краеведы, едут
поклониться Посвященному. Да заплутали маленько. Просит дорогу подсказать.
- А старшина - что? - уточнил я.
- Старшина - ничего, - сумрачно прошептал Бо. Да, старшина не спешил
обрадовать краеведов - это и без перевода было ясно. Плечами жал, головой мотал
и вообще всем своим видом демонстрировал повышенную доброжелательность,
сопряженную с некоторым недоумением: какой такой Посвященный? Откуда
Посвященный? Где этот самый Посвященный и что он собой представляет?!
Метис в панаме оказался вполне толковым парнем, настаивать не стал, видя
такое отношение. Окинув балочку беглым взором, уверенно направился к нашему
верблюду, бесцеремонно ощупал мешки, взрезал ножом веревку, их соединяющую, и
поинтересовался, что там внутри. А внутри - сами знаете. Свежесорванная полынь
его слегка озадачила.
Обернувшись к старшине, метис задал вопрос. Служитель культа обвел рукой
вокруг себя, ткнул пальцем в небо и что-то ответил.
- Типа - целебная трава, - прошептал Бо. - Для лекарств собирали...
Отряхнув руки, метис улыбнулся в последний раз и опять что-то спросил.
Старшина монаший, красноречиво приложив руку к сердцу, старательно замотал
головой: что вы, товарищ, за кого вы нас принимаете?!
"Бац!" - Метис стряхнул карабин с плеча, ловко перехватил за цевье и
увесисто закатал прикладом в лоб собеседнику.
- Ом-мани!!! - Монахи мгновенно подскочили, зароптали, подались было к
обидчику. Четверо на склоне согласованно ощетинились стволами, воинственно
рявкнули хором. Старшина, помотав головой, замахал на своих руками, призывая к
смирению.
- Чмо! - прокомментировал ситуацию Бо. - За такие вещи надо опускать на
месте...
Метис гадко ухмыльнулся в сторону монахов, повел стволом и коротко
распорядился, ткнув пальцем в землю.
Старшина подтвердил команду: монахи послушно распростерлись ниц и положили
руки на затылки. Старшина опустился на колени, собираясь присоединиться к
меньшим коллегам, но метис имел на этот счет иное мнение: уткнув ствол карабина
под подбородок своей жертве, он вновь внятно задал вопрос.
Священнослужитель баловать супостата разнообразием не стал - отрицательно
помотал головой и что-то произнес, обратив взор к небу. Клацнув затвором, метис
вставил ствол карабина главному монаху в рот и принялся медленно считать - порусски.
Старшина бестрепетно сложил руки перед грудью и зажмурился, всем своим
видом выражая покорность суровой судьбе.
Досчитав до десяти, метис вынул ствол изо рта жертвы, огорченно покрутил
головой и сильно ударил прикладом карабина старшину промеж лопаток. Тот молча
упал на четвереньки, проявляя редкостное терпение: в моей прошлой жизни мне
порой перепадало в таком вот ракурсе - уверяю вас, на что я парень крепкий, и то
после такого гостинца непременно заорал бы благим матом!
Метис пожал плечами и, нехорошо перекосив лицо, направился к
травмированному мною вчера монашку, который все это время лежал в тени
небольшого деревца. Приставив ствол карабина к голове раненого, обладатель
панамы обернулся к неприступному старшине и задал успевший уже всем надоесть
вопрос: за последние пять минут я даже запомнил, как это произносится. Старшина
отрицательно помотал головой. Гангстер в панаме немигающе уставился на раненого
и на несколько мгновений призадумался...
- Это неправильно, - прошептал я. - Ой как неправильно!
- Угу, - согласился Бо. - Плохо стоят. И - далеко. Пока вскочим, добежим -
в пять смычков дуршлаг сделают.
- Да при чем здесь - "стоят"! - возмутился я. - Старшина их неправильно
себя ведет. Угробит же мальчишку! Если б с тобой так - я бы не задумываясь сдал
бы хоть десяток всяких посвященных. Тем более ему все равно скоро помирать. Если
уже не по...
"Ту-дух!!!" - раскатисто шарахнул выстрел. Череп несчастного монашка,
пыхнув в небо жарким парком, брызнул во все стороны ошметьями кровавой каши.
Однако, разрывными бьет!
- Урод! - выдохнул я, непроизвольно подбираясь для прыжка.
- Стоять! - зашипел Бо, уловив мой порыв. - Рано! А пятерых монахов,
лежавших на дне балки, удержать в то мгновение было затруднительно. Разом
вскочив, они издали какое-то подобие боевого клича и бросились к супостатам,
скрючив перед собой руки, готовые безжалостно впиться во вражьи глотки.
"Ту-дух! Ту-дух! Ту-дух!" - слаженно забухали карабины троих "краеведов",
уродуя разрывными пулями взметнувшиеся в бессмысленной атаке жилистые тела.
Создавалось такое впечатление, что "краеведы" с самого начала ждали этого
момента, что готовы были к такому раскладу...
Через несколько секунд все было кончено. Обильно забрызганные монашьи
накидки, завалившиеся вперехлест друг на друга, слабо шевелящиеся тела, чей-то
пузырящийся предсмертный хрип на фоне прянувшего в небо испуганной птицей эха
выстрелов...
И, казалось, уже навсегда забытый, до боли знакомый запах, господствующий
надо всей этой мерзостью: острая смесь пороха и крови, ни с чем не сравнимый
фимиам ближнего боя, в котором тебе повезло остаться в живых...
Трое спустились со склона и несколько нервозно организовали контроль в
головы: видать, не часто случается у них такое, хлопчики заметно взбудоражены.
Метис меж тем лениво мордовал ногами монашьего старшину - тот в момент
общего штурма тоже предпринял какие-то телодвижения, не желая бросать своих
питомцев на произвол судьбы.
Я лежал, ощущая, как за ухом возится какой-то вредный букаш, и тихонько
плавился от ненависти и страха. Несмотря на то что минут двадцать назад
собирался задать монахам за вчерашние галлюциногенные штучки, сейчас я испытывал
острое желание как можно скорее удавить всех этих камуфляжных уродов, пока есть
преимущество внезапного нападения.
Ощущения - как у нормального юного натуралиста, совсем рядом с которым
откуда ни возьмись оказалась вдруг большая ядовитая змея, спешащая куда-то по
своим делам и пока что этого натуралиста не успевшая обнаружить. Страшно,
опасно, омерзительно - и есть реальный шанс разобраться с источником всех этих
ощущений. Только руку протяни...
- Ну что - все кончилось? - еле слышно прошипеля севшим от ярости голосом.
- Теперь мы можем уходить, да?
- Рано, - невозмутимо процедил Бо. - Щас они соберутся до кучи. Тогда и
пойдем.
Трое, разобравшись с монахами, двинулись к возившемуся со старшиной
командиру - часовой так и остался стоять наверху, у джипа, только башкой стал
крутить более активно, словно опасался, что сейчас кто-нибудь примчится из-за
горизонта и надерет всем подряд задницу.
Обступив корчившегося на земле старшину, вороги коротенько посовещались и
занялись делом: кто-то принялся рвать с избитого одежду, кто-то взялся
выламывать из кустов сухие ветки и складывать костерок.
- Часовой, - тревожно шепотнул я. - А?
- Ага, - откликнулся Бо. - Это усложняет...
От нас до джипа, стоящего на самом верху склона, было метров пятнадцать.
Снизу вверх - очень неудобно. Пока вскочишь, пока добежишь - как минимум пару
раз успеет выстрелить. Судя по тому, как держит оружие, стрелять обучен не хуже
соратников, только что порезвившихся внизу.
- Мобила, - озарился вдруг Бо. - С собой?
- Не понял? - переспросил я. Мобильный у меня, конечно, с собой - я
человек деловой, приходится таскать, даже идучи на свадьбу не сообразил
выложить. Бо тоже деловой человек, но мобильный телефон, как и пейджер,
игнорирует начисто: у него для этого двое шустрых пареньков приспособлены -
трубконосы. Конечно, смотрится солиднее, когда к тебе обращается почтительно изза
плеча крепенький мальчишка и сообщает: звонит такой-то, что передать? Но я
открою вам маленький секрет: если у меня язык что помело и я с ходу могу в
сносной речитативной форме обмусолить любой вопрос с человеком любого ранга, то
мудрый Бо... слегка косноязычен, страшно груб и любит поспать. Попробуй разбуди
его кто в неурочный час - обхамит ведь, не спросив, как звали! А общаться
зачастую приходится с товарищами, которые шутки юмора понимают слабо и чужого
хамства на дух не переносят. Потом приходится разбираться с ними, урегулировать
эти неурядицы - примеры место имеют. Передаточное звено в виде трубконоса очень
удобно: всегда есть время обдумать ситуацию или просто отказаться от общения,
сославшись на свое отсутствие...
А вот вопрос в данной ситуации странный - при чем здесь мобила?!
- Мобила с собой?
- Звякнуть в Новотопчинск - пусть бригаду вышлют? - нашел я в себе силы
скаламбурить.
- А если тебе звякнут? - предположил Бо.
Черт!!! Да ты, товарищ Бакланов, совсем инвалид умственного труда! В землю
закопался по уши, а такую деталь упустил!
Вообще удивительно, что до сих пор нас никто не спохватился и не
названивает по всем подряд номерам. На второй день сказали приходить к
двенадцати. Часов не видно, но, судя по солнцу, время как раз около этого. А ну
как сейчас дядя Бо похмельной рукой нашарит на тумбочке телефон, и...
- Ты легкий, - не дал развиться моим опасениям Бо. - Часовой - твой.
Встал, бросил мобилу, пошел. А я - к куче. На три счета...
- Погоди, погоди, - торопливо встрял я. - Имитация гранаты? Отвратительная
идея. Опасности не ждет. Если не профи - долго соображать будет: что за дрянь
летит и что неплохо бы упасть... А шмальнуть навскидку - запросто. Понять ничего
не успеет, по силуэту лупанет сдуру - и привет...
А в двадцати метрах правее нас между тем уже вовсю занялся нехитрый
костерок. Метис панамный достал из ножен на голени нож и сунул лезвие в пламя.
Понятное дело - не эксперимента для: закал
...Закладка в соц.сетях
