Жанр: Электронное издание
ownment
...лядами, наконец достигли Женькиного дома.
- Спасибо, - поблагодарила подружка, объяснив, где следует остановиться.
- Не стоит благодарности, - джентльменски ответил Вадим, помог мне
выбраться из машины и как-то сразу сник. Женька,
весело посверкивая глазками, сказала:
- Еще раз спасибо и до свидания.
- Всего доброго, - пролепетал он, и тут взгляд его остановился на сумке в
Женькиных руках, и он с облегчением вздохнул:
- Позвольте, я ее донесу.
- О-о, вы и так были очень любезны...
- Что вы, мне это ничего не стоит.
К этому моменту они меня здорово достали, я сунула ему в руки сумку и
заявила:
- Неси! - И пошла вперед.
В квартире демонстрация взаимной вежливости продолжалась. Пока они
развлекались в прихожей, я прошла в кухню,
поставила на плиту чайник и достала конфеты из сумки. Потом выглянула в прихожую
и позвала:
- Идемте чай пить.
В общем, мы устроились в кухне и часа полтора мило болтали. Я-то в основном
молчала, зато подружка разливалась
соловьем, да и Вадим от нее не отставал. Чай им быстро надоел, и наш новый
знакомый сообщил, что в машине у него
завалялась пара бутылок шампанского. Посиделки грозили затянуться, я пробралась
к телефону и позвонила мужу. Оказалось,
что он страшно занят, говорить со мной сейчас не может, а с работы задержится. Я
чертыхнулась и подумала, может, зря я не
проявила должной инициативы, уступив первенство Женьке, но почти тотчас
устыдилась такой мысли. Вернулась к столу, на
котором к этому моменту появилось шампанское, и мы выпили за знакомство по
полному бокалу.
Разговоры после этого, как водится, пошли веселее, и вскоре мы перешли на
"ты". Хотя просидели уже почти три часа, о
Вадиме за это время я мало что узнала, если не считать того, что он
замечательный парень, неглупый, веселый и
разговорчивый. Занимается бизнесом, не женат (при этом сообщении Женька хищно
улыбнулась), у него трехкомнатная
квартира на площади Свободы и "БМВ", который мы имели счастье лицезреть. Женька,
очень хитрая бестия, взглянув на часы,
вспомнила, что ей пора в редакцию, а я засобиралась домой. Взгляд Вадима
затравленно метнулся. Как видно, он еще не успел
до конца определиться в своих симпатиях и на всякий случай хотел держать на
глазах обеих. Из положения вышел легко:
предложил сначала отвезти домой меня, а уж потом Женьку в редакцию. Оттуда она
мне позвонила примерно через полчаса.
- Ждет, - сказала удовлетворенно. - "БМВ" на самом виду, точно бельмо на
глазу. А я, прикинь, из такой тачки выплываю и
не спеша в коллектив... Ольга Бобылева как уткнулась физиономией в стекло, так и
стоит до сих пор, отлепиться не может. Я
никуда не спешу, мужик ждет, а коллеги нервничают. Короче, я счастлива. Как он
тебе? Может, и вправду замуж, а? Роман
Андреевич говорит "пора", а наш подполковник зря не скажет, у него глаз-алмаз...
- Что-то наш бизнесмен не больно на работу торопится. Полдня ерундой
страдает, и хоть бы что.
- Может, он в отпуске?
- Может. А свой отпуск любит проводить в магазинах.
- Да ладно. А вдруг мне повезло? Может, он такой дурак, что, раз взглянув
на меня, забыл про свой бизнес?
- Может, - согласилась я, хотя кое-какие сомнения у меня были.
- Ладно, поживем - увидим. Я тебе завтра позвоню.
- Чего ж не сегодня?
- Сегодня я буду занята, - хмыкнула Женька и повесила трубку. А я
устроилась в кресле с книжкой, намереваясь ждать
мужа.
Однако читать не получалось, я возвращалась мыслями к Вадиму, и чем чаще я
это делала, тем подозрительнее мне казалось
наше знакомство. Поэтому я не очень удивилась тому, что произошло дальше, а
произошло вот что: в квартире возник Роман
Андреевич и, даже не извинившись за то, что из-за его дурацкой работы мы опять
не поехали купаться, посмотрел на меня с
большой печалью и поинтересовался:
- Когда это кончится?
- Ты имеешь в виду, - откликнулась я, - когда начнешь приходить домой
вовремя?
- Нет. Я имею в виду, когда ты прекратишь совать свой нос куда не просят?
- Куда это я его сунула? - спросила я с подозрением и услышала в ответ:
- В белый "БМВ".
- Женька собралась за него замуж, - сообщила я, вовремя вспомнив о
приглядывающем за мной Сереже, а заодно решив
осчастливить мужа.
- Да неужто? - обрадовался он. - За "БМВ" или за того типа, который на нем
раскатывает?
- Не говори глупостей, конечно, за типа.
- И как вы его смогли подцепить?
- Мы познакомились в магазине, случайно...
- А как заманили его в магазин? - Роман Андреевич нес ужасную чепуху, но
кое-что меня насторожило, поэтому я
прекратила глупую перепалку и стала ждать, что мне еще скажет муж. - Этот тип
Николаев Вадим Александрович.
- Человек и бизнесмен! - ахнула я.
- Точно. И ты еще будешь утверждать, что вы встретились случайно, а не
выслеживали несчастного парня?
Я-то точно знала, что никого мы с Женькой не выслеживали, но в словах
Романа Андреевича была своя правда: встреча
выглядит подозрительно, и, поскольку мы с подружкой здесь ни при чем, значит,
это Вадим нас выслеживал...
- Женька в опасности! - взвизгнула я и кинулась к телефону. Ни дома, ни тем
более на работе ее не оказалось. Я страшно
разволновалась и торопливо поведала мужу, как нас свела судьба с Николаевым.
- Чудеса, - поскреб он в затылке. - Может, и вправду совпадение.
Но я в эти самые совпадения верить упорно не желала, беспокойство нарастало
с каждой минутой, и мы поехали к Женьке.
Дверь нам никто не открыл, я решилась побеспокоить соседей, но соседи ничего о
Женьке сообщить не могли и даже толком не
помнили, когда видели ее в последний раз.
К двенадцати часам ночи, непрерывно звоня подруге безо всякого толка, я
пришла в такое возбуждение, что, решив
наплевать на конспирацию, позвонила Вадиму домой. Автоответчик предложил мне
оставить сообщение.
- Где они могут быть? - металась я по гостиной.
- В кабаке, - оторвавшись от телевизора, заявил Роман Андреевич. Чем больше
я нервничала, тем спокойнее он становился. -
Я думаю, все очень просто: парень увидел ваше объявление в газете и
заинтересовался. В сказочку про то, что он не знает, кому
продал тачку, верится с трудом, и с Трусовым их что-то связывало. После того как
Трусов сыграл в ящик, ваш Вадим слегка
забеспокоился и, прочитав объявление, решил разведать, с какого бока вы в этом
деле. В настоящий момент он спаивает
Женьку с целью добыть информацию. Если учесть, что ценных сведений у этой дурехи
нет, парень выбросит деньги на ветер.
Слушай, а может, она в самом деле выйдет замуж? Это было бы здорово...
- Как ты можешь? - сказала я, в волнении заламывая руки. - Хорошо, если он
выспрашивает ее в ресторане, а что, если
допрашивает в совершенно другом месте? В каком-нибудь мрачном подвале или
брошенном доме...
- Не-а, это уже детектив. Сидят люди, болтают. Очень даже может быть, что и
подружатся. Тогда в ближайшие дни твоя
Женька будет занята, и я смогу вздохнуть с облегчением, потому что вся моя
головная боль от твоей подруги и...
- Рома, - сказала я, - я чувствую, что Женя в опасности. Она зовет меня...
- И в самом деле, голос внутри меня взывал с
мольбой: "Анфиса, Анфиса!" Я уже видела Женьку, несчастную, испуганную, а над
ней занесенный нож. Вадим зло смеялся,
при этом физиономией подозрительно напоминал Фреди Крюгера. Я рухнула в кресло и
попросила валерьянки.
Мы еще несколько раз звонили Женьке, с каждым разом я бледнела все больше и
больше и увеличивала дозы валерьянки.
После часа ночи мы снова отправились к Женьке на квартиру, постояли возле
запертой двери, а потом объехали рестораны,
которые к тому моменту еще не закрылись. Женьки нигде не было. Мы звонили то
подружке, то Николаеву, но Женькин
телефон молчал, а автоответчик повторял занудливо, что Вадима нет дома. В пять
утра я была уверена, что больше никогда не
увижу Женьку, я имею в виду живой. Я рыдала на заднем сиденье машины и смоглатаки
убедить Романа Андреевича, что
дело нешуточное и требуется вмешательство милиции. Испугавшись, что я с минуты
на минуту скончаюсь, Роман Андреевич
дал необходимые распоряжения своим ребятам и предложил отправиться домой спать.
- Если они все еще на машине, их найдут и позвонят нам, - заявил он, но тут
в голову мне пришло вот что: какой прок от
этой машины, если Вадим уже разделался с Женькой? Она заезжала на работу, Вадим
ждал ее, а потом, скорее всего, отвез
домой и там, пользуясь ее беспечностью... Боже, я уже видела хладный Женькин
труп, лежащий на пороге ее квартиры.
- Вдруг она еще жива? - воскликнула я, муж подпрыгнул и спросил:
- Ты что, спятила? - Но снова порулил к Женькиному дому.
- Рома, надо ломать дверь, - твердо заявила я. - Сейчас пока еще есть
надежда. Рома, ломай дверь немедленно, или я ее сама
сломаю.
- Анфиса, нас посадят в тюрьму за взлом чужой квартиры, - жалобно напомнил
он, но ничто не могло остановить меня, и
Роман Андреевич это прекрасно знал, вздохнул и сказал обреченно:
- Пошли ломать.
Мы поднялись на лестничную площадку, Роман Андреевич вздохнул еще раз и,
слегка разбежавшись, толкнул дверь плечом,
раздался жуткий треск, и дверь, которой так гордилась Женька, в смысле ее
крепости, распахнулась, я вбежала в квартиру с
воплем:
- Женечка, я иду к тебе! - Но, к некоторому своему удивлению, подружку
нигде не обнаружила. Квартира ее была пуста,
вещи на своих местах и в порядке, то есть в том самом порядке, о котором можно
говорить в применении к моей подружке.
- Где труп? - спросил Роман Андреевич, а я пожала плечами. - Может, съездим
к Николаеву и взломаем дверь у него? Вдруг
труп там?
- Мы не можем оставить квартиру открытой, - пролепетала я, и это было сущей
правдой.
Я заплакала от жалости к себе и Женьке, конечно, тоже. Мы с мужем
устроились на ее диване, где и продремали в обнимку
до восьми часов утра. Ровно в восемь Ромке позвонили по радиотелефону, он
выслушал сообщение, закатил глаза к потолку и
заявил:
- Дорогая, мне срочно нужно на работу.
- Как ты можешь? - возмутилась я.
- Ты имеешь в виду Евгению Петровну? Она жива, здорова, если не считать
небольших отклонений в психике, и с минуту на
минуту появится здесь. - Роман Андреевич чмокнул меня в нос и буквально
испарился. Я не успела глаза протереть, а его уже
нет в квартире. На всякий случай я подошла к окну, муж как раз садился в свою
машину, помахал мне рукой и исчез вторично,
на этот раз за углом соседнего дома, а я села в кресло и стала волноваться и
ждать подругу.
- Что за дерьмо?! - завопила та в прихожей минут через двадцать. Я кинулась
туда и увидела Женьку, злющую, но
совершенно живую и без видимых увечий.
- Женечка, - ахнула я, - ты жива, слава богу, я всю ночь места себе не
находила... это просто ужас.
- Ужас, не то слово, - вздохнула Женька. Мы обнялись, и она пожаловалась:
- Ты еще не знаешь, что я пережила.
- Тебе угрожали, пытали?
- Не, до этого не дошло. Но до чего подлый народ менты. Забрали нас в
каталажку и продержали до восьми утра. Прикинь?
До восьми утра личности выясняли, а когда я им сказала, кто они такие,
посоветовали носить с собой паспорт. Я что, лицо
кавказской национальности? Нет, я на них в суд подам. Удостоверение мое даже
смотреть не стали... Напишу статью о
произволе в милиции и подам в суд. Вот честное слово...
- Не надо в суд, - пролепетала я, начав кое-что понимать, и неожиданно для
самой себя рявкнула:
- Где ты была?
- Я кому рассказываю о горестях? Для кого стараюсь?
- Где ты была до этого? - возвысила я голос.
- А... С Вадимом, махнули к нему на дачу. Дачка у него, скажу я тебе,
покруче машинки. Камин, шкура на полу... в общем,
все как в лучших домах. Ты чего глаза выпучила, о каминах никогда не слышала? -
насторожилась подружка.
- Идиотка! - всхлипнула я. - Она там на шкурах прохлаждается, а я здесь
едва рассудка не лишилась, заставила Ромку
взломать дверь, думала, ты уже мертвая. А она черт-те чем черт-те с кем
занимается.
- Я полночи в ментовке куковала. Словили возле поворота на Абрамцево с
мигалками, автоматами, точно мы тонну героина
тащим, и ничего не объясняют. Я грешным делом решила, может, Вадим тачку того...
- Ты фамилию своего Вадима знаешь? - зарычала я.
- Ну...
- Как его фамилия, несчастная?
- Не помню, простая какая-то...
- Точно, простая. Николаев Вадим Александрович.
- Ну и что? - В этом месте Женька протяжно свистнула и устроилась в кресле.
- Иди ты, - сказала она, немного повращав
глазами. - Тот самый?
- Конечно.
- Чепуха получается. Когда мы пришли к нему в офис, он не пожелал с нами
встретиться, а вчера вдруг сам явился. А как он
вообще нас нашел?
- Объявление, - вздохнула я. - Наверняка это он звонил, якобы с телефонной
станции.
- А вот это мы сейчас выясним, - обрадовалась Женька. - Едем к нему
немедленно!
Но немедленно не получилось, сначала пришлось найти слесаря, а для этого
изрядно побегать, то есть бегала Женька, я
сторожила квартиру и прикидывала, стоит ли ей рассказывать, кому она обязана
гостеванием в милиции. На все это ушло часа
три, не меньше, я так ничего не решила, но, когда Женька вспоминала о произволе
милиции и начинала гневаться, я спокойно
и даже ласково напоминала, что всем нам свойственно ошибаться, и милиции в том
числе, дело это житейское, и не стоит
принимать его близко к сердцу. Женька подозрительно на меня поглядывала, но
мысль написать разгромную статью вроде бы
оставила, по крайней мере, не села за нее немедленно, как это свойственно ее
характеру, а решила для начала поехать к Вадиму
и вывести его на чистую воду.
- Ты подумай, какие мужики пошли, - качала она головой по дороге в его
офис. - Никому верить нельзя. Ведь я была готова
поклясться, что он влюбился с первого взгляда... ну, может, со второго... и что?
Выходит, все это притворство чистой воды. И
никакой тебе любви и замужества в перспективе, а сплошные хитрости.
- Он тебе вопросы задавал?
- Само собой, где родители, чем занимаюсь, какое шампанское мне нравится...
- А по делу? Про Трусова что-нибудь спрашивал?
- Нет. Правда, мы целый час выявляли общих знакомых. Теперь-то ясно, для
чего ему это понадобилось. - И многих
выявили?
- Многих. Но я его не порадовала. Ни об Инге, ни о ее брате ни словечка не
сказала.
Мы покинули такси и через минуту вошли в офис Николаева. Здесь нас ждало
разочарование: господин Николаев на работу
не явился, возможно, будет после обеда. Не оказалось его и дома. Женька поначалу
разозлилась, но, кое-что вспомнив, махнула
рукой:
- Он мне должен позвонить часов в шесть, авось объявится.
Мы простились до шести часов и разъехались по домам. В гостиной я
обнаружила супруга, который спал на полу по
причине жары, сунув под голову подушку с дивана. Спал так сладко, что я не
решилась его будить, прошла на цыпочках и
устроилась в кресле с намерением обдумать сложившуюся ситуацию, я имею в виду
ситуацию с Вадимом, но вместо этого
задремала: ночь выдалась не из легких, и моим нервам требовалась передышка.
Из состояния сладкой дремы меня вывел телефон. Я кинулась в прихожую, чтобы
поскорее снять трубку, пока настойчивые
звонки не разбудили Романа Андреевича.
- Слушаю, - сказала я, а женский голос на том конце провода спросил:
- Кто вы? - Вот те раз, интересный вопрос.
- Я? - Ничего более толкового в тот момент я произнести не могла, а женщина
опять спросила:
- Почему вас интересует убийство?
- О господи, - пролепетала я. - Вы Инга? Пожалуйста, поговорите со мной.
Что с Лелькой, где ребенок?
- С ребенком все в порядке. Я же написала ее матери, чтобы не беспокоилась.
Только он ее не получит.
- Кто? Что не получит? - Такая бестолковость на меня в ту минуту напала,
что просто беда. Тут я увидела Романа
Андреевича, схватив радиотелефон, он торопливо набрал номер и зашипел:
- Костя, звонят в мою квартиру, определи откуда. - Сжал мою руку, шепнув:
- Говори с ней, все равно о чем.
- Он не получит ребенка, - сказала женщина и вдруг всхлипнула:
- Он убийца, он его убил. Вы же знаете. Он опять выйдет сухим из воды.
Валерки нет, а всем наплевать. Он вор и никогда не
увидит своего ребенка. Он должен сидеть в тюрьме. Девочка мне все рассказала.
Его дочка знает, что он убийца. - Женщина
почему-то не называла имени Игоря, обходясь местоимениями. Она заплакала, а я
попросила:
- Пожалуйста, не вешайте трубку, поговорите со мной. Вы должны понимать,
что ребенок... - Я услышала короткие гудки и в
отчаянии повернулась к мужу. Через несколько минут Ромка, выслушав сообщение,
сказал:
- Она звонила из автомата на углу Ямской. Машину послали, но вряд ли успеют
ее перехватить, там рядом рынок.
Муж оказался прав. Подъехав к телефонной будке, его ребята обнаружили в ней
старичка-пенсионера, а никого похожего на
Ингу в радиусе пятисот метров не наблюдалось. Я сразу же позвонила Женьке, через
полчаса она приехала и принялась
кругами носиться по моей гостиной.
- Что будем делать? - не выдержала я.
- А что мы сделаем, если твой Ромка ничего не смог?
- Я не это имею в виду. Расскажем о звонке Вере?
- Не знаю, - подумав, ответила Женька. - Черт-те что происходит. Сначала
эта Инга свистнула собственного ребенка, чтобы
подзаработать на нем, а теперь обвиняет Игоря в убийстве брата.
- И еще в воровстве, - подсказала я.
- В каком воровстве? - нахмурилась подружка.
- Откуда мне знать? Она назвала его вором и убийцей.
- Может, Инга имела в виду, что он украл у нее ребенка?
- Насколько нам известно, Инга сама отказалась от дочки. И проявляет
трогательную заботу о приемной матери. Письмо
написала, да и в сегодняшнем разговоре...
- Тогда что он у нее украл? - озадачилась Женька, а Роман Андреевич, до сей
поры сурово молчавший, вдруг хмыкнул и
заявил:
- Нижний...
- Чего? - не поняли мы.
Он нахмурился, резко поднялся, гаркнул:
- Меня в этом доме кормить будут?! - И пошел на кухню. Я кинулась за ним.
- Ромочка, что ты хотел сказать?
- Я хотел сказать, что сегодня не обедал. Инга в городе, Лелька в
безопасности, менты хоть и растяпы, но ее найдут. Так что
никуда не лезьте и приготовьте пожрать, в конце концов.
Я хотела достойно ответить, но Женька неожиданно потянула меня за рукав
ближе к плите и при этом ласково пропела:
- Да мы сей момент, Ромик. Глазом не успеешь моргнуть, а у нас уже все
готово. - И зашипела на ухо:
- Чисть картошку, а я салат покромсаю.
Увидев, что мы заняты делом, Роман Андреевич, прихватив газету, отправился
на лоджию, а Женька, проводив его взглядом
и не снижая темпов работы, тихонько заговорила:
- Ромка твой прав, пожалуй, все упирается в Нижний.
- При чем здесь Нижний? - нахмурилась я.
- Притом. Вспомни, по какой такой нужде Инге пришлось его спешно покинуть?
Вспомнила? У крутого дяди свистнули
денежки и обвинили в этом Ингу. Вот тебе и вор.
- Игорь-то здесь при чем?
- Ты ж детективы пишешь, напрягись. Я думаю, они на пару денежки свистнули,
а делиться он не захотел.
- Чушь какая-то. Как свистнули? Зачем это Игорю? А потом, что ж это
выходит: они продолжали поддерживать отношения
все эти годы?
- А почему нет? Старая любовь не забывается, у них ребенок... Предположим,
Инга, оказавшись в Нижнем Новгороде, дала о
себе знать. Встретились, любовь вспыхнула с новой силой... дальше тебе все
известно.
- В каком смысле? - нахмурилась я.
- Включи воображение. Инге подвернулся парень с деньгами, и она решает его
ограбить. Но в одиночку такое дело не
провернешь. Вот тогда она вспомнила об Игоре.
- Ни за что не поверю, - покачала я головой, придав голосу твердость. Я и в
самом деле не верила и принялась вправлять
Женьке мозги:
- Во-первых, слишком велик риск. Инга хорошо знала людей, к которым имел
отношение этот парень, и могла
предположить последствия такого шага. Вспомни, ее подруга не допускала даже
мысли о причастности Инги к пропаже денег.
- Люди часто поступают вопреки здравому смыслу.
- Допустим. Слушай, во-вторых: Игорь крайне неудачная кандидатура в
сообщники, он человек с определенным
положением, у него семья, и совать голову в петлю... чушь. Для этой роли скорее
подошел бы убитый в ее квартире Стасик. Он
был по уши влюблен, за душой ни гроша, а чтобы удержать возле себя женщину,
подобную Инге, нужны деньги.
- Отлично, возможно, так оно и было. Эти двое свистнули денежки, а Игорь их
"позаимствовал" у воров. Инга пустилась в
бега, а ее сообщника убили. Дальше все просто: она является сюда и требует у
Игоря деньги, он отказывает, и тогда она вместе с
братом похищает Лельку, чтобы вынудить его расстаться с украденным.
- Ты считаешь, что Игорь, окажись он в такой ситуации, пошел бы на риск и
не вернул ей деньги? Она вполне могла
пригрозить, что сообщит обобранным дружкам, где их денежки, и тогда... Скажи на
милость, зачем ему все это? Он
состоятельный человек, у него свой бизнес и репутация, наконец. Нет, тут что-то
другое.
- Что другое? - разозлилась Женька.
- Не знаю. Только я не могу поверить... - В этот момент с лоджии появился
Роман Андреевич, и мы с Женькой дружно
запели "Он говорил мне, будь ты моею...".
Со всеми этими спорами мы совершенно забыли про Вадима, а вспомнили только
около семи часов, и Женька сломя голову
понеслась домой в надежде, что он все-таки позвонит. Звонков не было, зато
подружка обнаружила в своей двери записку.
- "Женечка, - тщательно выговаривая слова, цитировала мне она по телефону.
- Страшно соскучился. Жаль, что не застал
тебя дома. Позвоню утром, может, удастся вместе пообедать. Вадим". Ну как?
- Мило, - сказала я.
- Неужто прикидывается? - вздохнула подружка.
- Может, и нет. Впечатление ты произвела.
- Надеюсь. Уж очень замуж хочется. Дачка, камин, чья-то шкура и белый
"БМВ". Это как раз то, чего мне недоставало. Я
рождена для полусвета. Может, позвонить самой?
- Не вздумай, - торопливо сказала я. - Пусть не воображает, что ты сразу
кинешься в его объятия. Человек должен
понимать...
- Что у нашего батюшки и сливочки не едятся, - дурным голосом закончила
Женька. - Так что на парное молочко мы
поплевываем. Но если этот гад не объявится, как же мы выясним, почто он с нами
решил встретиться?
- Объявится, для чего-то мы ему понадобились.
Вадим объявился на следующий день, ближе к обеду. Женька договорилась
встретиться с ним в "Старой Венеции" в шесть
часов и сразу же перезвонила мне. Мое появление в ресторане слегка удивило
Вадима, но он постарался это удивление скрыть,
приложился к моей ручке вслед за Женькиной и мило спросил, что мы желаем на
ужин.
- Вадимушка, - совершенно не обращая внимания на меню, начала Женька, - ты
что ж это нам мозги-то пудришь, ангел?
Такую встречу разыграл, случайную...
- Что ты имеешь в виду? - спросил Вадим, но актером он был никудышным и сам
об этом догадывался.
- Может, прекратим валять дурака? - вздохнула Женька. - Может, поговорим
душевно и выясним, кому от кого что нужно?
- Я не очень понимаю, - сказал он, покачал головой и вздохнул:
- Ладно. Допустим, я хотел с вами поговорить. И с этой целью ждал возле
дома, а потом отправился следом за вами в
магазин, чтобы завязать знакомство.
- Мы к тебе в офис приходили, как раз с той же целью.
- Слушайте, мне не нужны неприятности, - разволновался он. - Мне совершенно
не хотелось, чтобы меня допрашивали в
милиции, и все такое... Мне нечего бояться, просто не хочу лишних хлопот.
- Ага, - кивнула Женька. - Мы поняли. Что дальше?
- Дальше - объявление в газете. Я... как бы это сказать... понял: что-то
происходит, и, разумеется, захотел знать что.
- А что происходит? - невинно спросила Женька.
- Валера погиб, пропала Инга. Кто-то их ищет. Возможно, друзья, а возможно,
враги. Я хотел знать...
- И позвонил? - подсказала я.
Вадим поморщился.
- Я понимаю, это было ужасно глупо... Я позвонил, придумав несусветную
чепуху, узнал адрес, навел справки... и
совершенно запутался. Громов Роман Андреевич, твой муж, - человек в определенных
кругах хорошо известный, и вдруг такое
объявление. Совершенная нелепица. Поэтому я решил, что лучше нам встретиться как
бы случайно... и в дружеской беседе
прояснить ситуацию.
- Ты ищешь Ингу? - догадалась я, а Женька, взглянув на Вадима, сердито
нахмурилась, из чего я заключила, что гостевание
на даче не было столь уж невинным и у Женьки есть претензии, но до поры до
времени она решила их попридержать, что меня
порадовало.
- Да, - с крайней неохотой кивнул Вадим, затем покосился в сторону подружки
и добавил:
- То есть я ее искал сначала...
- С начала чего? - все-таки не удержалась Женька.
- Не придирайся к словам, - вздохнул он. - Она пропала два месяца назад.
Просто однажды уехала и больше не вернулась.
Что я должен был думать? Я ничего о ней не знал, то есть мне казалось, что я
знаю о ней все, но, когда это произошло, я понял,
что не уверен ни в одном слове, произнесенном ею.
- Машину ты ей не продавал?
- Нет, конечно. Написал доверенность, чтобы она могла пользоваться "Део".
Потом она уехала, и больше я ее не видел.
- Когда вы познакомились?
- Три месяца назад. Я возвращался домой поздно вечером, погода скверная,
дождь, ветер... И увидел ее на перекрестке. -
Лицо Вадима приняло мечтательное выражение, Женька кашлянула, он нахмурился и
продолжил рассказ, стараясь обходиться
без лирических отступлений:
- Она стояла с чемоданом в руке, кутаясь в пальто, я остановил машину,
предложил ее подвезти. Оказалось, она приехала к
брату, но не застала его, паспорта, чтобы устроиться в гостиницу, не было, она
забыла его дома... Кстати, это не правда, очень
скоро я мог убедиться в этом. Я вообще сомневаюсь, была ли хоть половина правды
в ее рассказах... Мы поехали ко мне, и
почти месяц она жила в моей квартире. А потом исчезла. Я пытался ее искать,
осторожно, потому что уже понял: у нее какие-то
крупные неприятности, она от кого-то прячется, и... Я не нашел ее, зато у меня
появилась милиция с вопросами о машине.
Узнав, что речь идет об убийстве ее брата, я здорово испугался и решил молчать,
никому не рассказывать о том, что знал Ингу
и что она месяц жила у меня.
- Из твоей квартиры что-нибудь пропало? - как можно равнодушнее спросила я.
Вадим густо покраснел.
- Так, мелочи... Пятьсо
...Закладка в соц.сетях
