Жанр: Электронное издание
mykiller
...дерганая какая-то была, раза два сказала «влипли»,
и вообще... Велела мотоцикл утопить и из дома носа не показывать...
— А шантажировать Шохина тоже Светка придумала? — спросила я.
— Конечно... Да мы не надеялись даже, так, больше для смеха позвонили, а
он так испугался. Какой дурак от денег откажется? А где ребенок, я не знаю.
— Стоп, — перебила я. — Что тебе Светка рассказала обо мне и моем сыне?
— Ну... про взрыв этот два года назад, что вы живая и знаете, где деньги,
что ваш муж свистнул деньги у Севы Креста, потом сказала, что адвокат, ну,
жирный этот, вас привез, потому что ему тоже денег хочется, а нам главное — не
зевать, чтоб ложку мимо рта не пронесли...
— Она была любовницей Старосельцева?
— Ну да...
— И от него узнала обо мне?
— Наверное, от кого же еще?
— Вчера она приехала на серебристой «Ауди»? — задал вопрос Саша. — Чья это
машина?
— Не знаю... У ее шефа вроде «БМВ».
— А белую с тонированными стеклами «Волгу» видел возле ее дома?
— Да... Нет... не обращал внимания, мало, что ли, белых «Волг»?
— Старосельцева убили, — сказал Саша без перехода. — А теперь повесилась
твоя подружка...
— Убили? — Парень слегка подпрыгнул. — Вот почему она так перепугалась...
— А с шефом у нее тоже были дружеские отношения? — опять влезла я.
— Да... ну... Светка, она, как бы это сказать...
— Спала со многими, — подсказал Саша. — А тебя, как человека широких
взглядов, это не волновало. Где она работала?
— Да я не знаю названия, фирма какая-то...
— Здание рядом с Историческим музеем?
— Да, Светка не велела мне там появляться, даже звонить не разрешила, шеф
у нее ревнивый...
— Да уж, — хмыкнул Саша. — Должно быть, от его ревности она и наложила на
себя руки.
— Так она сама, да? — чему-то обрадовался Валентин.
— Ты ж видел записку, — пожал плечами Саша и кивнул мне: — Идем.
Мы направились к двери, Валентин вскочил и схватил меня за руку.
— Подождите, а мне что делать?
— Вызови милицию, — подсказала я.
— Зачем? — Его опять начало трясти.
— Ты обнаружил в квартире мертвую женщину. В таких случаях всегда звонят в
милицию.
— А вдруг они подумают...
— Мне наплевать, — сказала я, широко улыбнувшись. — Отпусти руку, ладно?
Руку он отпустил, но в квартире не остался, бежал рядом с нами чуть ли не
вприпрыжку и продолжал что-то говорить.
— Он весь дом на ноги поднимет, — прошипела я, и Саша со мной согласился,
но особенного беспокойства не проявлял, потом резко остановился и сказал
Валентину:
— На твоем месте, парень, я нашел бы нору поглубже...
— Я понял, — очень отчетливо и вроде бы даже спокойно заявил красавчик.
Саша слегка притормозил, пропуская парня вперед, и тот первым вышел из подъезда.
Он успел сделать пару шагов, взмахнул руками, точно собрался взлететь, и
рухнул на асфальт в трех шагах от меня. Что-то обожгло мне плечо, я взвизгнула,
подалась назад и только тогда увидела Сашу. Левой рукой он сжимал свое
предплечье и пытался закрыть дверь подъезда, оттолкнув меня ближе к ступенькам.
Я не удержалась на ногах и упала.
— Не зацепило? — испугался он, из-под пальцев на его светлой куртке
растекалось пятно ржавого цвета.
— Ты ранен? — взвизгнула я, но он меня не слушал.
— Уходим.
— Господи, куда уходим? — растерянно спросила я, вскакивая и оглядываясь.
— В кармане удостоверение, — бросил он, наваливаясь на дверь квартиры
напротив, и нажал звонок.
Дверь открыла женщина лет пятидесяти, она нахмурилась и тут же испуганно
охнула.
— Милиция! — гаркнул Саша. — У вас во дворе перестрелка. Телефон есть?
— Есть, — пролепетала женщина. Не обращая на нее внимания, мы ворвались в
квартиру. Саша стремительно бросился в кухню, ухватив меня за локоть. — Телефон
в прихожей! — крикнула женщина.
— Окно, — сказал он, я взобралась на подоконник, распахнула окно, и через
несколько секунд мы уже были на улице. Я крутила головой, высматривая врагов.
Заметив это, Саша меня успокоил: — Стреляли с крыши. Здесь он нас не достанет.
— А машина? — жалобно спросила я.
— Машину придется бросить.
Утро было раннее, и прохожих было совсем немного. Кое-как мы добрались до
парка и устроились на скамейке, о том, чтобь: в таком-виде идти через весь
город, не могло быть и речи.
— Тебе надо к врачу, — сказала я, глядя в лицо Саши, он заметно побледнел
и хмурился, должно быть, от боли.
— Дай сотовый, позвоню Вадиму, он заберет нас отсюда.
Вадим приехал минут через десять на новенькой «девятке», чем слегка удивил
меня, я даже подумала: не свистнул ли он ее впопыхах с какой-нибудь неохраняемой
стоянки. Пользуясь тем, что город точно вымер и только редкие троллейбусы,
грохоча, нарушают утреннюю тишину, мы полетели к квартире Бата. У меня это
удивления не вызвало: другого безопасного места я просто не знала, и мужчины,
кажется, тоже. Меня сейчас заботило другое.
— Вадим, ему надо к врачу, — сказала я тихо, но твердо. Вадим повернулся к
Саше, сидящему сзади, и спросил:
— Как ты?
— Нормально, — ответил тот, лично я его словам не поверила, а вот Вадима
они вроде бы успокоили, и он сосредоточился на дороге.
Уже возле подъезда Вадим отдал свою куртку Саше, накинув ее ему на плечи,
чтобы кто-то из случайно встреченных соседей не увидел кровь.
В квартире Саша повалился в кресло и сказал, обращаясь к другу:
— Помоги.
Вдвоем они смогли стянуть куртку и футболку, а потом занялись раной. Я
бессмысленно вертелась рядом. Мой вклад в общее дело заключался в кипячении воды
и прочих мелочах такого рода. С некоторым удивлением я смогла убедиться, что в
медицине Саша соображал много больше меня, действия его выглядели осмысленными,
он хорошо знал, чего хотел Пока я бегала с тазами, а Вадим мыл руки, сам сделал
себе уколы и внимательно разглядывал промытую рану в зеркале. Мне она очень не
понравилась.
— По-моему, мы уже давно должны быть в больнице, — сурово сказала я.
— Вроде бы у нас много дел? — удивился Саша.
— Я помню, что ты герой, но здоровье надо беречь.
— В больнице придется объяснять, откуда это украшение. Они вызовут
милицию.
— Ну и пусть. О стрельбе возле Светланиного дома они уже знают, а ты
случайный прохожий.
— У тебя что сегодня, утро дурацких предложений? — неожиданно разозлился
он, а я пожала плечами.
— Нет. Просто я испугалась, а теперь боюсь еще больше, потому что вижу:
дела скверные, хоть ты и храбришься.
— Нормальные дела, — развеселился Саша. — Если ты имеешь в виду эту
царапину, то не бери в голову. Честное слово, это ерунда. Из худших передряг
выбирался. Посмотри-ка на мою спину.
Я подошла сзади и посмотрела: чтобы мне было удобнее, он немного
переместился вперед, а я, не сдержавшись, брякнула:
— Вот черт!..
— Он самый, — хохотнул Саша.
— Что это такое? — растерялась я, слава богу, до сего дня мне ничего
подобного видеть не приходилось: бледно-серые рубцы на багровой коже очень
подошли бы какому-нибудь Крюгеру.
— Не повезло, — равнодушно ответил Саша, и разговор пришлось прекратить,
потому что Вадим вернулся из ванной. Был он хмур, даже бледен, но полон
решимости. — Справимся? — спросил Саша, голос звучал спокойно, даже лениво,
впрочем, может, лекарство уже начало действовать? Вадим в ответ кивнул.
Последующие полчаса мне дались с трудом. Очень хотелось сбежать или как
минимум закрыться в ванной. Но позволить себе такую роскошь я, к сожалению, не
могла и продолжала выполнять роль хирургической сестры. Когда все кончилось, я
смогла добраться до ванной, умыться, а главное — отдышаться. Посмотрела на свое
отражение в зеркале и покачала головой: выглядела я не лучше Саши.
Через несколько минут он спал, а мы с Вадимом пили крепкий чай в кухне.
— Как думаешь? — спросила я нерешительно. Он молча смотрел на меня не
меньше минуты и наконец кивнул.
— Все будет хорошо, вот увидишь. Рана пустяковая, от таких не умирают.
Крови много потерял, но Ключик — мужик крепкий.
— Почему Ключик? — улыбнулась я.
— Так... долго объяснять... дурацкая страсть к прозвищам.
— А как звали тебя?
Он усмехнулся и ответил:
— Мне больше нравится Вадим.
— Извини. — Я посидела немного, разглядывая чашку, и вновь вернулась к
тому, что сейчас меня очень беспокоило. — Ты, конечно, молодец, но этот наш
госпиталь в полевых условиях... Что, если ему станет хуже?
— Я ведь сказал, он крепкий парень.
— А если заражение или что-то там еще?
— Не забивай голову. Я бы на твоем месте лег спать.
Я кивнула, все разом уяснив. Вадим некоторое время наблюдал за мной, потом
извлек из кармана брюк листок бумаги и протянул мне.
— Белой «Волги» с такими номерами не существует. А хозяин «Ауди» Агапов
Денис Васильевич.
Я пожала плечами, эта фамилия мне ни о чем не говорила, что было несколько
странно. Из разговора с Валентином я сделала вывод, что Светлана работала
секретарем Извекова, человека, который был хозяином фирмы, где два года назад
трудился Димка. И вдруг появляется какой-то Агапов...
— Можешь узнать, что это за тип? — спросила я.
— Конечно, — пожал плечами Вадим.
— Хочу навестить старого друга. Ты здесь побудешь?
— Вряд ли Сашке понравится, что ты идешь куда-то одна.
— Он мой друг, а не охранник, — усмехнулась я. Вадим попытался улыбнуться,
но вышло невесело, а я позвонила Шохину.
Володя, должно быть, еще спал, потому что трубку снял только после шестого
гудка и зло проворчал:
—Да...
— Володя, это Лена, прости, если разбудила, — сказала я и добавила: — Я
нашла твоих шантажистов.
Через полчаса мы встретились. Он приехал на такси. Я ждала его у входа в
городской парк. Поздоровавшись, мы отправились в глубь аллеи, в это время
безлюдной. Где-то рядом лаяла собака, а детский голос настойчиво повторял: «Ко
мне, ко мне!»
— У Извекова была секретарша по имени Светлана? — спросила я.
— Да .. А почему была? — вдруг всполошился Володя.
— Она повесилась. Или ее повесили. Не смотри так, я здесь ни при чем.
Девушка отличалась излишней общительностью. Извеков был ее любовником, а еще тип
с дурацкой кличкой Свин. Кстати, ты не был знаком с адвокатом по фамилии
Старосельцев?
— Нет. Фамилию слышал. Шофер Извекова года полтора назад сбил женщину,
виноват он не был, но она умерла, в общем, понадобился адвокат.
— Ясно. Рассказал ли ей Извеков о том, что мой муж якобы украл деньги, или
она сама узнала об этом, и кому пришла в голову идея тебя шантажировать — судить
не берусь. Как сказал ее любовник, молодой парень, которого она содержала, они
даже не особенно рассчитывали на удачу. Знали, что вы с Димкой друзья, и
прикинули, что ты, возможно, не так уж безгрешен. Позвонили, приплели Севу
Креста, и ты стал платить им.
— Надо же, — покачал головой Володя. — Это что же, просто глупая шутка?
— Судя по всему, они неплохо на тебе заработали. Легкие деньги их
воодушевили, и в голову начали приходить идеи помасштабнее. Кому-то не давала
покоя мысль о пропавших деньгах, вот веселая парочка и решила подзаработать. Как
судьба свела Светлану с адвокатом по фамилии Старосельцев, я понятия не имею. От
него она узнала о том, что я жива. Как видно, он не был особенно осторожен и
поделился своими планами. Девчонка мигом сообразила, что на этом можно
заработать...
— Подожди, — перебил Володя. — Каким образом он мог узнать, что ты жива?
— Ему рассказал об этом один подопечный. Старосельцев рассудил: раз я не
пошла в милицию, а сбежала, значит, деньги у меня. Всем страшно хотелось этих
денег... А тут еще вышла газета с фотографией Ваньки, ты ее, возможно, не
заметил...
— Заметил, — вздохнул Володя. — И не только я. Мне многие звонили, общие
знакомые... Снимок так себе, у ребенка другое имя, я решил — просто похож, и
все...
— Кто-то не поленился и отправился к корреспонденту газеты, а потом
переслал фотографию Старосельцеву. Он проявил небывалое рвение и сумел меня
найти, а вот ребенка — нет. Ванька исчез вместе с человеком, которого называет
отцом...
— Как же так?.. — растерялся Володя. — Ведь ребенку надо как-то объяснить;
I — Послушай дальше. Меня нашли и приказали искать деньги. Как только я
появилась здесь, начались интересные вещи. Для начала меня хотели убить. Скажи,
зачем, если предполагается, что я знаю, где деньги? Потом убивают Старосельцева,
вслед за ним Светлану и ее дружка. Какой в этом смысл?
— О господи, Лена, откуда мне знать?
— Напрягись, подумай...
— Нечего думать... кто-то боится, что все всплывет наружу. Так?
— Что всплывет? — спросила я.
— Ну... кража, то есть кто украл эти проклятые деньги.
— Точно. Кто в действительности украл деньги.
— Ты... ты думаешь?
— Конечно. И ты так думаешь. Кто-то боится, что об этом узнают
заинтересованные лица, например, Сева Крест.
— А если это сам он?
— Укокошил всю команду? Смысл? Кресту нужны деньги, а не трупы. Жажду
мести он удовлетворил, взорвав дом.
— Выходит... — Володя замер и посмотрел на меня. — Выходит, Димку
подставили?
— Точно. Он никого не собирался обкрадывать, жил себе спокойно, не
подозревая об опасности... Я знаю, ты любил Ваньку... Где он? — спросила я,
нащупав пистолет под курткой. Глаза у Володи буквально полезли на лоб.
— Ты... да ты что, ты с ума сошла...
— Очень может быть. Сказкой о том, что Димка вор, попотчевал меня ты. И
Креста ты не зря боялся, поэтому и платил, ты ведь не знал, что именно успели
разнюхать эти ребята.
— Подожди, подожди! — Володя вытянул руку, точно загораживаясь от удара. —
Я ничего не знал о его делах ..
— Ты не пришел на мой день рождения, свалился с температурой.
— Лена...
— Ты даже памятники на могилах поставил, должно быть, совесть мучила.
— Памятник поставила Наташка! — отчаянно крикнул он.
— Кто? — не поняла я.
— Я... я думал, ты знала... Она работала в бухгалтерии, Донцова Наташка. .
У них с Димкой... в общем, она его любила. Он ей помогал, купил квартиру,
машину... После похорон мы как-то все потеряли друг друга из виду, а зимой
встретились, она сейчас в налоговой. Про памятник она сама мне рассказала... —
Он вздохнул и тихо добавил: — Ты не права, Лена, я не брал этих денег. Подумай
сама: как бы я смог проделать такое... ведь они не в сумке лежали у меня под
столом. Я много думал об этом... Я не нахожу объяснения...
— Сукин ты сын! — рявкнула я, потому что к этому моменту заметила кое-что
интересное. Прямо по аллее в нашу сторону неслась «Нива», ей здесь явно было не
место, к тому же не так давно я уже имела счастье ее видеть: возле кафе, где нас
с Сашей обстреляли какие-то психи. Ну вот и свиделись...
Володя вскинул голову, удивленно приоткрыл рот и схватил меня за локоть, я
оттолкнула его и бросилась через кусты, стараясь держаться ближе к деревьям,
здесь проехать на машине не было никакой возможности. Возле выхода из парка меня
мог поджидать еще кто-то, и я должна достичь ограды, перелезть через нее и
спуститься с крутого холма вниз. Там, среди частных домов, проще затеряться. Я
бежала, очень надеясь на свое везение, но услышала крик и оглянулась, как раз в
тот момент, когда тело Володи от чудовищного удара буквально взметнулось над
машиной. Его отбросило в сторону, он упал, но не на асфальт, а в кусты, «Нива»
лихо развернулась, намереваясь преследовать меня. Между деревьями им не
проехать, но ничто не мешает двигаться по аллее. В конце концов, у ограды они
все равно будут раньше... Я резко сменила направление, «Ниве» вновь пришлось
разворачиваться, теперь я бежала к выходу из парка, там ступеньки, выезд на
проспект, там они не смогут нестись как угорелые.
Я пробежала еще метров сто, споткнулась и упала в траву, снова вскочила и
вот тогда сделала то, чего ни парни в «Ниве», ни я сама не ожидали.
Развернувшись к ним лицом, рывком достала пистолет и выстрелила. Трижды. Машину
занесло, передние колеса на мгновение оторвались от земли, правой стороной
«Нива» ударилась в дерево, ее еще раз подбросило, и она завалилась в кусты.
Передняя дверь открылась, и я выстрелила еще раз. Глаза ослепли от неожиданной,
вспышки, раздался взрыв, и я упала, загораживая голову от осколков.
Жар коснулся спины, я отползла в сторону, тряся головой и пытаясь прийти в
себя. Потом вспомнила о Володе и бросилась к нему, на ходу пряча пистолет.
Он лежал в кустах, и одного взгляда было достаточно, чтобы понять: ему уже
никто не поможет. Я зажмурилась, всхлипнула и наконец сообразила, что мне надо
побыстрее убраться отсюда.
Задыхаясь и кусая губы, чтобы не разреветься, я рванула все по той же
аллее, выскочила из парка и прямо возле ступеней увидела хорошо знакомый мне
«Шевроле», а рядом с ним парня, надо полагать, его хозяина. Помнится, парня
звали Володя и именно его нелегкая угораздила пригласить меня танцевать
несколько дней назад, перед памятной дракой у ресторана. Я выхватила оружие, но
парень на это никак не отреагировал, стоял, смотрел, смешно приоткрыв рот, и
двигаться как будто вообще не собирался.
— Отстань от меня, урод! — крикнула я, боясь разрыдаться.
— Уже отстал, — очень серьезно ответил он.
До квартиры Бата я добиралась троллейбусом, сограждане смотрели на меня с
недоумением, так что, проехав остановок пять, я была вынуждена покинуть
транспортное средство и немного посидеть на скамейке в чужом дворе, чтобы прийти
в себя. Потом я вдруг испугалась, что за мной следят и я выведу своих
преследователей прямиком к нужной квартире, и принялась перескакивать с
троллейбуса на троллейбус, меняя маршрут и приглядываясь к окружающим. Через час
стало ясно, что я либо свихнусь от подозрений, либо попаду на глаза особо
бдительному стражу закона, а это, с пистолетом в кармане, совершенно ни к чему.
В конце концов я смогла успокоиться и через полчаса уже звонила в дверь
квартиры Бата. Открыл мне Вадим, посмотрел на меня так, как обычно смотрят на
пьяных, и, сообразив, что я пьяной быть не должна, спросил:
— Что случилось?
—Если не возражаешь, расскажу позднее. Как Саша?
— Спит. Есть хочешь? Я там кое-что приготовил... Мне пора на работу. Ключи
возьму с собой. Еще одни на шкафчике в кухне. Вернусь утром.
— Ты сразу уходишь?
— Мне только-только добраться, тебя ждал, не хотел оставлять Сашку одного.
Мы простились кивком, и Вадим ушел. Я заглянула в кухню, сунула нос в
кастрюли, не испытывая ни малейшего желания есть. Потом отправилась к Саше.
Он спал на диване, отвернувшись к стене. Левая рука, перебинтованная до
самого плеча, покоилась поверх клетчатого пледа. Я осторожно села рядом и
вздохнула. Лицо его было бледным, на висках проступили крохотные капли пота. Я
всхлипнула, торопливо отошла к окну и стала теребить занавеску.
— Как дела? — вдруг спросил он.
— Ты не спишь? — вздрогнула я.
— Сам не знаю, Подойди, сядь рядом.
Я вытерла глаза, придвинула кресло к дивану и забралась на него с ногами.
Мне было холодно, руки противно дрожали, я куталась в покрывало и смотрела на
Сашу.
— Рассказывай, — попросил он, и я рассказала.
— Да, он был классным подозреваемым, — выслушав меня, заметил Саша. — Но
Шохин убит, а это значит, что ты ошиблась. Есть кто-то еще. Человек, укравший
деньги и боящийся разоблачения до такой степени, что готов убивать налево и
направо, сколотив для этой цели бригаду из бывших зеков.
— Точно. И еще этот человек очень близок к нам.
— К нам? — удивился Саша.
— К моей семье, к моей прежней жизни. Понимаешь?
— И ты думаешь, что это твой муж?
— Я думаю, с кем сейчас мой сын? Кто тот человек, которого он зовет отцом?
Кто это может быть, Саша?
— Кто-то из близких, кого он хорошо знал и кому доверяет?
— Разве может быть по-другому?
— Не знаю, — ответил он, было заметно, что ему тяжело говорить.
— Давай я тебя покормлю, — всполошилась я.
— Спасибо, лучше напои чаем.
Я бросилась в кухню, торопливо заглядывая в чужие ящики в поисках сахара и
чая, нашла поднос и наконец вернулась в комнату. Саша то ли дремал, то ли лежал
с закрытыми глазами. Я осторожно поставила поднос и села в кресло.
— Готово? — открыл он глаза — Помоги мне приподняться.
Я сунула ему за спину подушку, чтобы было удобнее, и стала поить чаем.
Руки у меня дрожали, и ложка противно билась о фарфоровую чашку.
— Тебе очень больно? — спросила я. Он покачал головой:
— Мне не больно. Слабость. Полежу пару дней... Если что, покажусь
знакомому врачу, он из наших...
— Может, мне стоит к нему съездить?
— Ерунда. Я ж тебе сказал, от таких пустяков не умирают. Выпей чаю и дай
мне руку, пожалуйста. — Я положила руку ему на грудь, он накрыл ее своей
ладонью, а я заплакала, тихо и горько. — Мы его найдем, — сказал Саша. — Верь
мне.
— Верю, — прошептала я, размазывая слезы. — Правда верю...
— Вот и хорошо. Ты просто здорово испугалась сегодня. Обещай, что больше
никуда не пойдешь одна.
Я допила уже остывший чай и, не глядя на Сашу, спросила:
— Тебе не помешает, если я лягу рядом?
— Нет, конечно, — улыбнулся он, я легла, прижавшись к его плечу, а он
обнял меня здоровой рукой. Я закрыла глаза и, кажется, мгновенно уснула.
В комнате было темно, только на кухне горел свет, пробиваясь сквозь
приоткрытую дверь. На диване я лежала одна, заботливо укрытая пледом. Бог знает,
почему меня это так напугало.
— Саша! — крикнула я, вскакивая. Он показался в комнате, шел, держась за
стену, в дверях выпрямился и подмигнул мне. — Господи, зачем ты встал? — с
трудом переводя дыхание, сказала я.
— Встал я в туалет, причина уважительная, к тому же ты совершенно напрасно
считаешь, что имеешь дело с человеком при смерти. Я съел все щи и доедаю
картошку, так что тебе лучше присоединиться, иначе останешься голодной.
— А который час?
— Почти три.
— Среди ночи есть картошку? — засмеялась я.
— Нто ж делать, если весь день я проспал. Так ты идешь? Я пошла и даже
смогла кое-что съесть, с огромным удовольствием глядя на Сашу. С удовольствием,
потому что на умирающего он в самом деле похож не был.
— У тебя глаза грустные, — заметила я.
— Сонные, — улыбнулся Саша.
— Нет, не сонные, а очень-очень грустные. Я давно это заметила.
— У частного сыщика без денег, без клиентов и без особого смысла в жизни
должны быть грустные глаза. Разве нет?
— Извини, но ты совсем не похож на частного сыщика.
— Вот тебе раз, — засмеялся он — А на кого я похож, по-твоему?
— На Александра Матросова, — съязвила я. Саша выглядел очень неплохо для
раненого, и теперь я начала злиться, что не так давно рыдала на его груди и даже
забралась к нему в постель. — У тебя такой вид, точно ты каждую минуту готов
закрыть грудью какую-нибудь амбразуру.
— Да? — Он вроде бы удивился. — На самом деле я терпеть не могу подвиги. У
меня к ним стойкое отвращение. — Он посмотрел внимательно и добавил: — Я
подумал... как бы это сказать... если человек тебе стал почему-то дорог, зачем
стыдиться этого?
Я подняла брови, демонстрируя удивление.
— Ты обо мне?
— О себе ты скажешь сама, — без улыбки заявил он. — Если захочешь. Я
рассчитывал найти деньги, которые пообещал Бат, и сунулся в эту историю. А
теперь я очень хочу, чтобы ты нашла своего сына и была счастлива. Лучше всего со
мной.
— Любовь дороже денег? — хохотнула я.
— Конечно, дороже. Дураки думают иначе, а я уже поумнел.
— Звучит многообещающе, — кивнула я. — Можно, я пока ничего не буду
говорить?
— Можно, — засмеялся он. — Я просто хотел, чтобы ты знала: я тебя люблю.
Ты спала на моем плече, а я думал о том, как это здорово лежать в темноте и
знать, что ты рядом.
— Конечно, ты прав, — невесело усмехнулась я. — Извини, что болтаю всякие
глупости, это потому, что я... я не очень рассчитывала, что когда-нибудь смогу
что-то чувствовать. На самом деле я думала о том же .. И перестань так смотреть
на меня, не то опять разревусь.
— Подумаешь, — засмеялся Саша. — Бабьи слезы, как известно, стоят дешево.
Реви на здоровье.
Он обнял меня, притягивая к себе, а я хохотнула и показала ему язык
Вадим появился около девяти часов. Саша отдыхал, а я готовила завтрак.
— Как прошла ночь? — спросил он, устраиваясь за столом, я равнодушно
бросила:
— Нормально.
— Ага Я знал, что валяться в постели ему быстро надоест. Уже по квартире
бродит?
— Бродит, — пожаловалась я. — И меня не слушает.
— Охотно верю. Он вообще не умеет никого слушать. Таким родился.
— Что ты болтаешь? — обиделся Саша, появляясь в кухне.
— Пытаюсь втолковать девушке, с кем ей придется иметь дело.
— С хорошим человеком, — подсказала я, и мы засмеялись. Не спеша
позавтракали, Вадим заварил кофе и сказал, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Серебристая «Ауди» Агапова Дениса Васильевича в настоящее время
находится в фирме «Астор», у Агапова вообще-то две машины, эта самая «Ауди» и
«Газель». На «Газели» он в сильном подпитии умудрился влететь в «БМВ»,
принадлежащий этой фирме. Расплатиться не смог, вот «Ауди» у него и забрали. Во
временное пользование, так сказать, пока бабки не заплатит.
— Так... Давайте-ка проанализируем ситуацию, — предложил Саша.
— Подожди анализировать, — перебила я. — Вчера Володя сказал, что у моего
мужа была любовница. Я хочу с ней встретиться...
— Зачем? — Оба как будто удивились.
— Я тебе уже объясняла: человек, который все это затеял, где-то рядом.
Вдруг Димка ей что-то рассказывал, на что-то намекнул...
— Ты знаешь, где ее найти?
— Я знаю ее имя и место работы.
— Хорошо, пойдем, — кивнул он.
— Тебе нельзя, — влез Вадим. — Отлеживайся, не то опять кровотечение
начнется, а с Леной пойду я. Тебе сиделка без надобности, сам справишься. На
возможные возражения отвечаю сразу: пользы от тебя сейчас мало, а... все
остальное знаешь сам.
Я придвинула телефон и справочник. В справочнике значились шесть Донцовых
мужского пола и три женского. Но нужной мне Наташи не оказалось. Семь раз мне
ответили, что я ошиблась, а на восьмой тоненький детский голосок произнес:
— Я слушаю.
— Телефон может быть зарегистрирован под другой фамилией, — подсказал
Саша. — Или его вовсе нет в справочнике.
— Володя говорил, что она работает в налоговой... ( Через некоторое время
я уже знала, что Наталья Васильевна Донцова в настоящее время на больничном, и,
преодолев врожденное недоверие работников данного учреждения ко всем и вся,
смогла-таки раздобыть номер ее домашнего телефона.
— Хочешь п
...Закладка в соц.сетях
