Жанр: Электронное издание
dogwork
... как-то ненароком - Калина на
полчаса раньше приехал - тот как раз телух уже выпроваживал. А может, и не
случайно - кто знает.
- Записал что-нибудь? - с надеждой уточнил Александр Николаевич - Калина и
Зураб - одна компания, тут все просматривается.
- Откуда? - Крот повел плечами и насильственно отвел взгляд от "бардачка".
- Там у меня звук почему-то не получается - только изображение.
- Ну что тебе сказать, Колян, - опечалился Караваев. - Ну... мудак ты,
другого слова для тебя нету! Чего ж ты мне про всякую шлаедрень - как часы, а
про таких людей - ни хрена?
- А ты не спрашивал про Тонконоженко, - резонно заметил Крот, переставая
сосредотачиваться и ловко доставая бутылку из "бардачка". - По пятьдесят?
- Пей в одно рыло, деятель, - желчно буркнул Александр Николаевич. - Не
спрашивал... Не думал просто, что в твоей вошегонялке могут такие люди
околачиваться... Может, у тебя еще кто из этой когорты бывает?
- С ним несколько раз были какие-то большие, - Крот с удовольствием всосал
прямо из горла три добрых глотка, крякнул и слегка поморщился. - Вроде по телику
видал. Но я так особенно не присматривался.
- Ясно, друг ситный... А вчера, значит, господин Тонконоженко с компанией
опять у тебя зависал до полуночи...
- Нет, как раз вчера приехал один, - опроверг Крот. - Где-то после полудня
сразу. Ага...
- Ну-ну, не томи, - подбодрил Караваев, заинтригованно потирая ладони.
- В общем... Сказал, что дело у него ко мне, - Крот всосал еще глоток и
деликатно икнул, прикрыв рот ладонью. - Извиняюсь... Сказал, что у него
проблема. В общем, нужно свести его с очень серьезными людьми. Которые могут
решить серьезную проблему. И чтобы, значит, ни он этих людей не знал, ни они его
- чтобы никак они не соприкасались. А еще лучше - из другого города. Из Питера,
например. Вот...
. - Стоп, стоп... - Александр Николаевич не поверил своим ушам - вот это новости
с утра!.. - Ты это... погоди, не гони... Ты ничего не выдумываешь? Ты вчера
выпил сколько?
- Я вчера был в норме, - засмущался Крот. - Делать мне больше нечего -
выдумывать!
- Ох ты, е-мое! - Караваев даже языком поцокал от возбуждения - вот это
секретище обломился! - Ну ты даешь, друг ситный! Ну-ну - дальше?
- Дальше... - Крот неуютно поежился и опустил голову. - А я, значит... Даже
и не знаю, кто за язык дернул! Сказал, значит: люди - не проблема, Николай
Николаич! Гхм... Говорю - вы мне скажите, что за дело у вас, а я подумаю...
- Ой-е-е! - тихо прошептал Александр Николаевич. - Ты сдурел, Колян? Совсем
мозги пропил?
- Так получилось... - Крот машинально поднес горлышко ко рту, несколько
секунд изображал монумент жертвам алкоголя, затем справился, закрутил пробку и
решительно тиснул бутылку в "бардачок". - Вот так сделаем... Гхм... В общем,
сказал я - куда деться. Сам понимаешь - слово не воробей... А он - Тонкий, в
смысле - на меня так внимательно посмотрел, как-то облегченно вздохнул и
говорит: "Значит, я по адресу обратился..."
- Это он на твою идиотскую невозмутимость купился, - сокрушенно посетовал
Караваев. - Он же тебя не знает! Не знает, что ты тормоз и лентяй по жизни! Вот
это ты попал, Колян!
- В общем, я уже и сам догнал, что базар попутал, - от огорчения Крот -
интеллигентный, в общем-то, парнища - непроизвольно перешел на лексику своих
постоянных клиентов. - Но он уже понес... сказал, короче, что ему нужно
упаковать одного очень серьезного человека. До того серьезного, что лучше об
этом говорить, только хорошенько подумав...
- Кого? - осторожно выдохнул Караваев, боясь услышать ответ. - Имя.
- Не сказал. Что ж он, совсем дурак, что ли?! - махнул рукой Крот. - Но -
очень серьезного. Вот это сказал.
- Фу-у-у!!! - с искренним облечением выдохнул Александр Николаевич. - Если
в его понятии этот тип - очень серьезный, кто ж это... Вот черт, а! Час от часу
не легче! У них там что - свет клином сошелся на твоей вошегонял-ке? Такие
люди... такие проблемы... в таком месте решать!
- Ага... - безропотно согласился Крот. - Так получилось... Вот... Ну, я
сказал - хорошо, я подумаю. Подъезжайте завтра в шесть вечера.
- Почему - в шесть? - насторожился Караваев. - У тебя там что - в шесть?
- Да ничего у меня там. Просто так... - пожал плечами Крот. - Там у меня
график висит. Я глянул - сегодня с утра пятый ЖЭК в две смены парится, потом до
19.00 - "окно", никто не заказывал... Ну подумал: до шести - рановато для
делового человека, обед там, рабочий день, то да се... Ну и сказал - к шести.
- .И что он? - уточнил Караваев.
- Ничего - уехал, - Крот с сожалением щелкнул ногтем по "бардачку". -
Сказал, что непременно будет.
- А ты слабину не дал, случаем? - живо заинтересовался Александр
Николаевич. - Как он тебе показался?
- Чего не дал? - Крот обеспокоенно захлопал длиннющими ресницами. - Это в
каком плане?
- Ну, там - глазами бегать, горло прочищать без надобности, руками сучить -
неуверенность показывать, в общем, - пояснил Караваев. - Он как уехал -
озабоченный?
- Нет, такого не было, - Крот приосанился. - Я держался как обычно - ты
меня знаешь. А уехал он нормально. Как бы... обнадеженный, что ли. Ну, если и не
довольный, то не разочарованный...
- Так... - Караваев прочистил горло без надобности, посучил руками слегка и
плутовато подмигнул однокласснику. - Ну а у тебя есть на примете люди, что могут
такими делами заняться?
- Бакан-старший, - не задумываясь, сдал главного претендента Крот. - Из
тех, кого лично знаю, на такие расклады он больше всех тянет. У него ж "красная
бригада" - ты в курсе...
Караваев покачал головой. Он был не то чтобы в курсе, но краем уха слыхал -
из ресторанных разговоров, - что крепкая бригада братьев Бакановых состоит в
основном из бывших спецназовцев, ментов и вообще личностей военизированных,
которые в официозе охраняют четыре автостоянки и автосервис, принадлежащие их
боссу. С Баканом-старшим Александр Николаевич знаком не был - много чести для
какого-то бригадира! - но издалека показывали знающие люди. За руку "красную
бригаду" никто не ловил, но поговаривали, что отличается она особой жестокостью
и причастна самым прямым образом к некоторым леденящим душу ликвидам последних
двух лет. В общем, нехорошие люди - свяжешься с такими, семь раз потом
обжалеешься!
- Так... - раздумчиво протянул Караваев. - Так... Повезло тебе, Колян.
Повезло, что ко мне сразу обратился. Это, считай, что ты свой смертный приговор
взял, прочитал его вдоль и поперек, а в конце засомневался - подписывать или
нет? Вот так. Если бы ты сразу Бакану звякнул...
- Так это... - Крот виновато шмыгнул носом и отвернулся. - Я звякнул
Бакану...
- Ты... не шутишь? - Александр Николаевич от неожиданности вдруг осип. -
Ты... гхм-кхм - черт! - ты ничего не путаешь?
- Да какие тут могут быть шутки! - Крот, казалось, готов был расплакаться.
- Сразу, как уехал Тонкий, так и позвонил...
- Ага... Ага... - Караваев принялся лихорадочно соображать. - Так... Так...
Ну, Колян, - все. Ты покойник. Допрыгался, алкаш фуев! Но ты же ведь и меня
подставил! На хрена ты мне все это рассказал, забулдыга?! Тебе одному на тот
свет что - скучно?
- Никто ж не знает, что я тебе все рассказал, - Крот недоуменно пожал
плечами - похоже, парень даже и предположить не мог, что, посвящая приятеля в
такие вот секреты, подвергает его опасности. - Ты-то тут при каких делах?
- Да при таких! - взвился Караваев. - Ну не болван ли, а?! Нет, вы
посмотрите на него! Если тебя правильно будут пытать, ты родную маму заложишь,
не то что одноклассника какого-то там вшивого!
- Не думаю, что до этого дойдет, - неуверенно буркнул Крот. - Я, в общемто,
только посредник. Свел людей - а дальше не мои проблемы.
- Я не знаю, как воспитан этот твой Бакан, но... - Александр Николаевич
вдруг осекся - поймал за хвост невесть откуда возникшую авантюрную идейку и,
боясь спугнуть незваную гостью, сосредоточенно нахмурился. - Ага... Ага... Таак...
- Чего - Бакан? - осторожно напомнил Крот. - В смысле - воспитан?
- Ага... Бакан, - Караваев встрепенулся - идея требовала серьезного
осмысления в более комфортной обстановке. Пока вырисовывались только контуры -
детали виделись расплывчато. - Бакан... А, ну да. Я бы, например, первым делом
поинтересовался у Тонконоженко - а сколько знает наш посредник? А знаешь ты уже
так много, что можно сразу, по окончании переговоров, топить в канале. А перед
этим хорошенько попытать - не сболтнул ли кому...
- И что - ничего нельзя сделать? - совсем пригорюнился Крот. - У тебя ж
такие связи... такие люди...
- Посиди-ка - мне с минуту поразмышлять надо, - Александр Николаевич
решительно покинул салон и направился в глубь сквера. - В одиночестве...
Крот, как заводной робот, тотчас же вышел из машины и потянулся следом.
- Ну не дурак ли? - возмутился Караваев. - Я же русским языком сказал - в
одиночестве! Чего прилип?
- Там Макс, - пожаловался Крот. - Ты вышел, а он сразу смотрит так
нехорошо...
- Ну так рядом с машиной постой! - воскликнул Александр Николаевич. - С
Максом он боится! С киллерами-злодеями, которые опаснее десяти Максов, он,
значит, спокойно ручкается, какие-то разговоры ведет! - А тут - собачонку
испужался...
Побродив минут пять вокруг каменных мужиков в бескозырках, Караваев
вернулся к машине.
- У тебя видеокамера где? - без обиняков спросил он Крота.
- В котельной, - Крот смущенно потупился. - А что?
- А котельная где?
- Не понял? - лицо Крота поглупело на порядок. - В смысле - где? В бане,
конечно. Где же ей быть еще?!
- Ты дурака не валяй, - досадливо нахмурился Караваев. - Я у тебя сколько
раз бывал - ни разу твоей котельной не видел. Потому и спрашиваю. Ну-ка, опиши
расположение.
- Возле сортира дверь видел?
- Ну.
- Там подсобка. В подсобке еще одна дверь - вот она ведет в котельную.
- Понял. Как снимаешь?
- А в гостиной панно мозаичное видел?
- Ну.
- А кусок этого панно как раз выходит в кочегарку. Котельную, в смысле.
Снаружи три лепестка зеркальные, а изнутри как раз просматривается. Там стоит
прозрачный стеклоблок, чтобы лучше было видно. Ну и...
- Ясно, - нетерпеливо оборвал Караваев. - Другая дверь там есть?
- В смысле - запасной выход? - проявил сообразительность Крот. - Вообще-то
есть - по технике пожарной безопасности положено. Но мы им не пользуемся, дверь
с улицы решеткой заварена.
- Это не проблема, - отмахнулся Александр Николаевич. - Дверь выходит прямо
на Ворошилова?
- Не совсем. С той стороны жилой двор - "колодец". Дом-то наш - жилой. Это
мы первый этаж...
- Да все понял, не продолжай! Ну, пусть - это не помешает, - Караваев упер
палец в грудь Крота и задал актуальный вопрос:
- А вообще, между нами... жить-то хочешь?
- Ну так... Пфф... Ну а чего ж я к тебе обратился-то? - Крот даже несколько
подрастерялся - вопрос показался ему очень странным.
- Тогда слушай меня внимательно и мотай на ус... У тебя когда этот ЖЭУ
номер пять отпарится?
- В час должны закончить. Потом окно - до семи...
- Помню, - Караваев принялся загибать пальцы. - Смотри: Валера-банщик, два
массажиста, Света в баре, повар Константиныч... Всех назвал?
- Еще оператор котельной, - подсказал Крот. - Их двое - двухсменная
круглосуточная вахта.
- Почему - круглосуточная? - удивился Александр Николаевич. - Зачем там
оператор вообще? Тебе что - деньги девать некуда?
- Так у меня, бывает, частенько ночь напролет гудят, - начал оправдываться
Крот. - Надо постоянно за температурой следить. Утром, бывает, начинают в девять
- вон, как пятый ЖЭК сегодня. Это надо часов в пять утра включать. А потом
русская парная - на бойлере. Там, если не углядеть - моментально рванет!
- Ладно - дело твое, - Караваев неодобрительно покачал головой - он такой
подход не одобрял. Ну как же это можно сочетать? Жрать, бухать и париться на всю
катушку, да не час-два, а ночь напролет. Это какая же нагрузка на организм! Баня
для того и нужна, чтобы как следует почиститься, душой отмякнуть, энергией
зарядиться. Пить водку и жрать нужно в ресторане, на природе и, вообще, в
специально отведенных для этого местах.
- Значит, так... Как только ЖЭУ уберутся, отпустишь весь персонал по домам.
Скажешь - все, до завтра клиентов не будет. Понятно?
- Понятно, - Крот почесал затылок. - А... а клиенты же будут! С семи вечера
до часу ночи - расписано же!
- Не знаю - это твои проблемы! - отрезал Александр Николаевич. - Звони
клиентам, ври что-нибудь - бойлер у тебя взорвался или сгорело чего-то. А хочешь
- сам обслуживай своих клиентов по всем статьям. Но после часа дня в твоей бане
быть никого не должно. Ты меня понял?
- А что будет-то? - не на шутку заинтересовался Крот.
- Я к тебе людей пришлю, - не стал томить Караваев. - Целую бригаду.
Плотников-электронщиков. Электронщики установят систему прослушивания и
видеосъемки, как в лучших студиях страны. Плотники замуруют дверь в подсобке
так, словно ее вообще там не было, а ту дверь, что на Ворошилова, - размуруют и
в порядок приведут...
- Ну ни хрена себе! - выразил сомнение Крот. - Это что ж - каждый раз, как
в котельную попасть, надо будет через три дома обегать?
- Жить хочешь? - некорректно напомнил Караваев.
- Хочу, - не стал геройствовать Крот. - Только непонятно что-то мне...
- Тогда делай все, как я сказал, - посоветовал Александр Николаевич. -
Позже все поймешь...
На место предстоящих переговоров Караваев подъехал к 16.30. Придирчиво
осмотрел подсобку, недовольно наморщил нос - красили нитро поверх свежего
цемента, остался устойчивый запах. Однако задачу выполнили - намеки на дверь
отсутствовали начисто.
- Проветри здесь хорошенько, - распорядился Александр Николаевич, отпуская
мастеров. - Лучше вентилятор притащи. Потом к этой стенке поставишь ведра и
пылесос.
- И что теперь - так все время будет? - удрученно поинтересовался Крот.
- А завтра с утра еще и входную дверь замуруют, - пообещал Александр
Николаевич, но, не заметив понимания, счел нужным объясниться:
- Шутка. Через часок после того, как разъедутся, я подошлю мужиков, они все
восстановят в первоначальном виде. Ладно, ты оставайся, а я прогуляюсь -
посмотрю, чего там Витя насочинял...
Витя - замначальника ресторанной СБ по техчасти - ожидал в котельной. Он с
полчаса назад закончил монтаж оборудования и теперь нетерпеливо перемещался
между бойлером и щитовой в ожидании хозяина - желал побыстрее "отстреляться" с
тем, чтобы успеть на футбольный матч.
- Монитор, пульт управления, видеомагнитофон, два звукозаписывающих
устройства, - едва Караваев переступил порог, Витя с ходу приступил к
инструктажу. - Монитор разделен на три части - три камеры. Можно избирательно
включать и выключать их, регулировать резкость изображения и разрешение - вот
реостаты трансфокаторов, пронумерованы в соответствии с позициями камер. Это
регулировка поворотных устройств - не работает, камеры установлены статично. Но
все, что надо, - в фокусе. Магнитофоны снабжены системой автоактивации - как
только кто-то заговорит в помещении, включается запись. Все отлажено, вам
остается только включить вот этот тумблерок. Оп-п! Включили. Пошла видеозапись.
Оп-п! Выключили. Перемотали, стерли. Готово. Источник бесперебойного питания
брать не стал - вы сказали, что работы всего на полчаса-час, а в этом районе
отключение энергии на ближайшую пятилетку не планируется. Все, Александр
Николаевич, тут и ребенок управится. Я могу идти?
- После матча - сюда, - строго напомнил Караваев - он любил волейбол, к
футболу был глубоко равнодушен и потому не разделял нетерпение молодого
"электронщика". - Все демонтируешь, отвезешь обратно. Ни одной детальки чтоб не
забыл. О режиме молчания напоминать?
- Да что вы, Александр Николаевич! - возмутился Витя, лихорадочно упихивая
инструменты в сумку. - Я что - первый год у вас работаю?! Обижаете...
Проводив Витю, Александр Николаевич быстро освоился с аппаратурой и
прогулялся в баню - на предмет психореабилитации впавшего в нездоровую
задумчивость Крота.
- Ты поувереннее, посолиднее, Колян. Чего скис? Сразу на месте валить тебя
не будут - это я тебе гарантирую. Этот Бакан не дурак - прежде подумает сто раз.
- А вдруг - сразу, - выдвинул предположение Крот. - Мало ли что в жизни
случается? Знаешь, у меня утром какой-то другой настрой был. А чем ближе к
шести... Слушай, у меня такое желание - хочется все бросить и свалить куданибудь
подальше.
- Ну что тут поделаешь, - Караваев развел руками. - За слова отвечать надо.
Думать нужно было, прежде чем языком трепать. Теперь-то чего уж... Но ты шибко
не расстраивайся - я с тобой.
- Ты за стенкой сидеть будешь и видео смотреть, - позавидовал Крот. - А я -
тут...
- Я тебя со всех сторон обеспечил, - успокоил Александр Николаевич. - Так
что можешь чувствовать себя под глубоким прикрытием. Если вдруг ситуация
осложнится прямо во время встречи - главное, не теряй присутствия духа. Сразу
заявляй, что вас смотрят и пишут руоповцы, а возле бани сидит в засаде взвод
СОБРа. И ни хрена он тебе не сделает - зассыт.
- Думаешь? - Крот озабоченно почесал затылок. - Зассыт... Бакан вообще-то
не из пугливых. Ничего не боится. А если поймет, что попал, может под горячую
руку всех положить, кто там будет.
- Он, может, и не трус, но не полный же идиот! - уверенно сказал Караваев.
- Я тебе гарантирую - встреча пройдет как по писаному. А после мы тебя на
недельку упрячем в надежное местечко - пока все не кончится. Можешь расслабиться
- если за дело взялся я, все будет на высшем уровне! Держи хвост пистолетом.
Договорились?
- Я постараюсь, - Крот легонько этак приободрился и даже нашел силы
пошутить:
- Если меня завалят, ты там в котельной не плачь. Мужиком держись...
В котельной Александр Николаевич обосновался с максимально доступным
комфортом. Уселся у оборудованного под смотровое оконце стеклоблока - того
самого, что с другой стороны выходил тремя зеркальными лепестками мозаичного
панно в гостиную, - плеснул в фужер позаимствованного из кротовьего бара
коньяку, закурил "Парламент" и принялся неспешно перебирать детали сработанного
в аварийном темпе плана.
План, в общем-то, к разряду ненадежных или авантюрных отнести было нельзя,
несмотря на скоропалительность его принятия. Все случилось так быстро, что
времени на взвешенные размышления не оставалось - нужно было немедленно
принимать решение: брать или не брать. В. студенческой юности Александру
Николаевичу довелось как-то проводить отпуск в большой компании "черных
следопытов", ковыряющихся на полях давних сражений, и теперь он обнаружил
неожиданное сходство ситуаций. Заступ глухо стукнул о металл, отозвавшийся
многообещающей пустотелостью - вот оно! А радоваться рано... пока коллеги,
копошащиеся вокруг, не обратили внимание на твою неожиданную находку, нужно
экстренно принять решение - копать дальше или завешить аккуратненько и сделать
вид, что ничего не нашел. Вешку поставить, конечно, благоразумнее: потом, когда
все перейдут на другой участок, можно будет вернуться и выкопать свою находку
неторопливо, обстоятельно, со всеми необходимыми мерами предосторожности. Но
коллеги не дураки - сами такие, а у большинства опыта в десять раз больше,
потому как не первое лето проводят таким вот образом. Метку наверняка быстро
обнаружат, раскопают без тебя или, того пуще, поменяют твою вешку на свою - поди
потом докажи. Поэтому приходится копать сразу и быстро, поскольку основной
принцип "черных следопытов" - кто нашел, тот и хозяин. А на полях давних
сражений не обязательно только офицерские сундуки и забытые сейфы водятся.
Некоторые, достаточно хорошо сохранившиеся находки, не будучи осторожно
извлеченными, разносят любопытных землекопов и их ближайшее окружение в клочья.
Статистика по этому пункту - просто удручающая...
Караваев, несмотря на наигранную крутизну, человек по жизни очень
осмотрительный, отпил глоток коньяка и искренне поздравил себя с необычайной для
него смелостью. Чтобы принять такое решение с ходу, без подготовки, нужно быть
действительно отчаянным рубакой - и, потом, он отчего-то почувствовал там, в
сквере, что заступ его лопаты стукнул именно о проржавевшую крышку офицерского
сундука, набитого трофейным золотом. Это проявление было сугубо интуитивного
свойства, никаких рациональных аргументов не имело, но Александр Николаевич
почему-то вдруг доверился ему целиком и решил сигануть со своего уютного бережка
в опасно звенящий струями подводных течений водоворот интриги. Ощутил вдруг наш
игрун, что это именно тот самый шанс, который выпадает если и не один раз в
жизни, но настолько нечасто, что многие его просто не дожидаются...
Караваев сделал еще глоток коньяка, аппетитно затянулся сигаретой и, достав
из кармана блокнот с ручкой, нарисовал на задней страничке почти правильную
окружность. По центру вписал треугольник, вокруг аккуратно расположил три
кружка. Затем пририсовал внизу, под окружностью, еще один треугольник и после
недолгих размышлений перечеркнул его жирным крестом.
- Сам виноват, - буркнул Александр Николаевич. - Язык твой - враг твой...
Увы, Кротом придется пожертвовать. В стройной схеме, сооруженной
Караваевым, старый приятель являлся-самым опасным и ненадежным звеном, от
которого, во избежание краха всего замысла, следовало как можно быстрее
избавиться. И если этого не сделает имеющий скверную репутацию Бакан, придется
сразу после переговоров срочно что-то придумывать...
Александр Николаевич с хрустом потянулся и, с некоторым сомнением
прислушиваясь к внутриличностному борению, плеснул в опустевший фужер коньяка.
Да, в натруженном за последние несколько часов внутреннем мире господина
Караваева царил временный хаос. До недавнего момента вроде бы целостная
личностная субстанция Александра Николаевича разделилась на некие условные
эфемерные сущности, которые теперь устраивали "разборки", не спросись хозяина -
а можно ли вообще? Некий шустрый худобан - Караваеву он виделся облаченным в
"бандитский" спортивный костюм и мотоциклетный шлем, - цепкий, верткий, хваткий
и назойливый, настойчиво орал, махая на всех остальных когтистыми лапами:
"Шанс! Это шанс! Такое бывает раз в жизни! Все бросать и немедля
заниматься!!!" Рыхлый толстун в домашних тапочках и банном халате, неуютно
съежившийся на широком диване, пытался спорить с худобаном, в качестве аргумента
вяло помахивая здоровенным, но безнадежно ожиревшим кулаком: "Заткнись,
доходяга! Куда ты нас тянешь? Это ж можно так попасть! Это ж авантюра! Нам и так
неплохо живется..." А в углу, сидя на корточках и размазывая слезы по щекам,
хныкала какая-то несовершеннолетняя хлипенькая родственница в изорванной
комбинашке. Над этой несовершеннолетней худобан совместно с толстуном совсем
недавно надругались в извращенной форме, теша необузданную похоть, но она уже
успела свыкнуться со своим личным горем, вешаться передумала и теперь, осознавая
неотвратимость грядущих перемен, пыталась принять участие в общей судьбе. "Как
же вам не стыдно, гады похотливые!" - сквозь слезы увещевала насильственно
инцестированная. - Разве можно людей обманывать? Разве можно наживаться за счет
шантажа? А что вы собираетесь делать с Кротом? Это же вообще ни в какие ворота
не лезет! Вы что - совсем сдурели, монстры гормональные?!"
- Да уж, - конфузливо крякнул Александр Николаевич, мотая головой в целях
восстановления баланса. - Шанс, конечно...
Безусловно, это был шанс. Тонконоженко - человек влиятельный, баснословно
богатый и политически перспективный. Такая прекрасная возможность поймать его за
руку при оформлении "заказа" - это все равно, что взять не выпадавший полгода
jack-pot в лучшем казино Монте-Карло. Так ведь неизвестно еще, что за типа он
собирается "заказывать"! А ну как тот тип окажется еще круче, богаче и
перспективнее? Тогда, вместо того, чтобы шантажировать господина Тонконоженко,
его можно выгодно продать тому типу. И так и этак - получается вполне прелестная
картинка.
- Да я вас разорю, ребята, - забывшись, пробормотал Александр Николаевич,
булькая коньяком. - Вы у меня офисное оборудование продавать будете и тачки свои
паленые, чтобы семьи прокормить!
Минуточку, минуточку - почему это "вы"? Какие такие тачки? Так вот же,
дорогие мои! Вы тут задремали в кресле и не разобрались сразу во всей глубине
грандиозных намерений нашего игруна! Александр свет Николаевич, который никогда
в жизни не шантажировал никого, кроме, пожалуй, своей секретарши Ирочки
(стращал, что, если будет постоянно хихикать во время этого на столе, расскажет
про них ее мужу: у нее муж - тяжелоатлет), решил поиметь всех троих фигурантов
предстоящего "заказа" одним махом! То есть первым делом сдать Тонконоженко
"заказанному", выговорив обязательным условием, чтобы этот "заказанный" на
недельку куда-нибудь спрятался. А затем уже вовсю шантажировать "заказчика" и...
киллера. Бакана то бишь. Это ведь у Бакана - "паленые" тачки, большие люди типа
Тонконоженко такой дрянью не пользуются. То обстоятельство, что с Бакана
особенно шибко не наваришься, а "огрести" можно, что называется, "по самое не
могу", Караваева шибко не смущало - он никогда ни с чем подобным не сталкивался,
но в глубинную мощь своего интеллекта верил свято и всеми фибрами души ощущал,
что вполне провернет такую хитрую комбинацию.
А что, спрашивается, подвигло преуспевающего вроде бы со всех сторон
владельца ресторана и законопослушного гражданина на такую рисковую авантюру? Да
обычные житейские обстоятельства, рутинные и знакомые своей фатальной
безысходностью любому обывателю типа нас с вами. Однако об этих обстоятельствах
- несколько позже. В нашей баньке кое-какие подвижки намечаются: через
оборудованный под смотровое оконце стеклоблок Александр Николаевич увидел, как
Крот метнулся к выходу, и сделал вывод, что события стали развиваться как
минимум на полчаса ранее запланированного срока...
- А ты как будто не рад мне, - сказал Бакан, входя в гостиную и плюхаясь в
большущее кожаное кресло, стоявшее во главе стола. - Где все твои?
Караваев положил палец на тумблер пульта управл
...Закладка в соц.сетях
