Жанр: Любовные романы
Призрак ночи
... изумлению, тот бесследно
пропал. Должно быть, где-то в стене была потайная дверца с хорошо
промасленными петлями, так что через нее можно было проходить туда и обратно
совершенно бесшумно. Она постояла еще немного, уставясь на то место, где
только что был садовник. Но вот появилось солнышко и пригрело ее, Мег
повернулась и побрела по усыпанной белыми камешками аллее к ожидавшей ее
Рут. Она шла, задумчиво крутя на пальце кольцо, не силах оторваться от него,
как будто это был волшебный амулет против неких злых сил. А может быть, злые
силы были здесь не при чем. Может, это просто болело ее разбитое сердце.
— Извини, что опоздал, — раздался в темноте голос Села. Этан не
пошевелился. Он был настолько погружен в собственные мысли, что даже не
заметил отсутствия старого друга.
— Который час? — спросил он, повернувшись на кресле и уставившись
на маячивший во мраке силуэт Сальваторе.
— Около шести. Вечера. Твоя подружка, должно быть, уже рвет и мечет.
Пойду-ка я отнесу ей что-нибудь поесть, а потом вернусь сюда.
— Что случилось? — резко спросил Этан, положив руки на стол.
Сел помедлил с ответом.
— Да так, небольшое происшествие в городе.
— Ты ушел вчера вечером и отсутствовал больше суток. Думаю, речь идет
не о маленьком происшествии. Включи свет.
— Да брось, Этан.
— Включи свет, Селли.
За всю свою жизнь Сальваторе ни разу не ослушался прямого приказа. Когда в
комнате зажглись лампы, Этан инстинктивно зажмурил глаза, давая им время
освоиться с ярким светом. Потом медленно их открыл и, увидев избитое лицо
Села, начал проклинать все на свете.
— Все не так уж плохо, Этан. Правда, вид довольно страшный, но боли
почти нет, — сказал Сальваторе, осторожно двигаясь по комнате.
— Что случилось?
— На строительной площадке на меня напала толпа молодчиков. Все как
обычно — куриной кровью они писали на машинах проклятия типа
Покайся или
Сгинь!
— Он с отвращением покачал головой. — Скорее всего, это были
прихвостни пастора Линкольна. А я почему-то замешкался и позволил захватить
себя врасплох.
— И что они сделали?
— Да просто отдубасили меня, вот и все. Я вернулся бы скорей, но они
сломали мне ребро. Поэтому я подумал, что надо бы его перевязать, но будь я
проклят, если обращусь за помощью к этому вечно пьяному докторишке. Особенно
после того, как заметил его среди толпы зевак.
— Я убью его.
— Успокойся, Этан. Видит Бог, мне пришлось пережить и не такое. Если бы
я вел себя осторожней, то отделался бы легким испугом. — Он приблизился
еще на шаг. — Ты уверен, что поступаешь правильно? Может, пора оставить
этот проклятый городишко в покое? Собрать вещи и махнуть на остров Святой
Анны? Ты можешь даже забрать с собой девушку, если захочешь. Но я твердо
уверен, что нужно уносить отсюда ноги!
Этан покачал голвой.
— Слишком поздно, Селли. Все кончено.
— Что случилось, пока меня не было? — с подозрением спросил
Сальваторе.
Этан посмотрел на него сквозь завесу волос.
— Ничего, — солгал он. За все десятилетия, которые Сел провел
рядом с ним, сначала в качестве отца, потом учителя и телохранителя, он
всегда говорил ему правду. А теперь вдруг солгал. Правда заключалась в том,
что он не желал обсуждать того, что случилось ночью. Больше того, он не
хотел, чтобы кто-нибудь вообще об этом знал. Память о драгоценном времени,
проведенном в постели с Мег, навечно останется в его сердце, и будет
принадлежать лишь ему одному.
Сел поверил ему на слово.
— И что дальше?
Этан откинулся в кресле и сложил кончики пальцев вместе. Его руки слегка
дрожали.
— Ты отправишь ее домой.
— Когда?
— Как только сделаешь необходимые приготовления. Сегодня ночью, в
крайнем случае, завтра.
— Значит, сегодня ночью, — сказал Сел. — Если ты уверен, что
этого хочешь.
— Я уверен. Увези ее отсюда, Сел. Пожалуйста.
В его голосе прозвучали и боль, и горечь, но он не стал их скрывать от Села.
Один раз он уже солгал старому другу — на большее у Этана просто не осталось
сил.
— Считай, что ее нет, — спокойно сказал Сел и вышел из комнаты,
думая о новом поручении. Этан ничуть не удивился. Сел был собственником — в
течение многих лет он заботился об Этане, был в центре его внимания, поэтому
ревниво относился к любому вмешательству в их дружеские отношения.
У Сальваторе были небольшие романтические приключения, продиктованные лишь
заботой о здоровом образе жизни. Он с удовольствием помог бы Этану
организовать такие же ни к чему не обязывающие встречи с какой-нибудь
здоровой девицей, которая охотно посещала бы его в темноте, не задавая
лишних вопросов.
Сальваторе невзлюбил Меган с первого взгляда, почему это случилось, Этан
догадывался. Как Сел, так и Этан прекрасно сознавали, что с приездом Мег их
жизнь изменится. Эта перспектива пугала как Сальваторе, так и самого Этана.
Он больше никогда ее не увидит. Нужно будет держаться из последних сил,
чтобы не попросить Села узнать, что приключится с Меган в последующие годы.
Известие о том, что она вышла замуж и завела детей, разобьет ему сердце. Но
если он узнает, что она одинока и горюет о прошлом, будет еще хуже.
Может быть, еще рано думать о будущем. Кто значет, чем все может
закончиться? Ему не нужно было смотреть на разбитое лицо Села, чтобы
убедиться, что жители Оук Гроув окончательно сошли с ума. По его расчетам,
так и должно было случиться. Рано или поздно им надоест жечь кресты. Тогда
они придут сюда с горящими факелами, чтобы предать огню этот дом, как некую
жертву своему мстительному богу. Этан надеялся, что в это время будет
находиться в здании.
Бригады со строительными рабочими прибудут через два дня, чтобы приступить к
возведению исследовательского центра. На этот раз жадные горожане отказались
работать над его проектом — оказалось, даже у них лопнуло терпение. За
последние два дня никто, кроме Рут, не приходил, чтобы работать по дому.
Судя по всему, горожане готовились к решающей битве. Этан искренне надеялся,
что все они сгинут в пламени пожара.
Вот и еще одна причина, чтобы убрать отсюда Мег. Он рассчитывал на то, что у
него в запасе имеется еще несколько дней, но где взять гарантии? Он хотел,
чтобы девушка была как можно дальше отсюда, когда случится неизбежное. Может
быть, ей следует подумать об отложенной поездке в Европу.
Этан представил себе пятьдесят лет, которые ему предстоит прожить без Мег.
Они растянулись перед ним бесконечной чередой одиноких дней, наполненных
мучительными воспоминаниями. Если несчастные безумцы не подожгут дом, он
сделает это сам.
Меган сидела посредине огромной кровати, прижав колени к груди, и дрожала.
Она потеряла счет дням, проведенным с странном доме Этана Уинслоу, но в
одном была совершенно уверена. Впервые за все время ее не перевели в другую
комнату.
Она пыталась убедить себя в том, что это добрый знак, что Этан соскучится и
скоро присоединится к ней на этом королевском ложе, но сама в это не верила.
Отчаяние, как огромная зловещая птица, распростерла над ней свои черные
крылья. Он больше никогда не придет к ней.
Мег не прикоснулась к еде, которую принесла Рут, и не обратила внимание на
ее веселое щебетание. Она сама застелила кровать, чтобы скрыть
доказательства того, что спала в эту ночь не одна. Ей не хотелось беседовать
о том, что произошло, особенно с женщиной, которая тоже делила постель с
Этаном Уинслоу.
Она понимала, что ведет себя глупо и нечестно по отношению к бедной женщине,
но ей не хотелось ни видеть Рут, ни говорить с ней. Она никогда не думала,
что будет мучиться от ревности. Но мысль о том, что Этан тоже занимался
любовью с Рут, сводила ее с ума.
Тем не менее в глубине души Мег была уверена в том, что неправа. Может быть,
у Этана и были в свое время отношения с Рут, но они носили скорее деловой
характер. Быть может, он даже занимался с ней любовью, но в этом не было
ничего схожего с тем, что он пережил вместе с Мег. Несколько часов,
проведенных в ее объятиях, значили для Этана гораздо больше, нежели годы,
проведенные с Рут. Мег не понимала, откуда взялась такая непоколебимая
уверенность, но знала, что права.
Она раскачивалась на кровати, обняв колени руками и прижав их к груди.
Спустилась ночь, но она не зажгла лампу. Если будет светло, Этан не придет.
А он был ей так нужен, тело Мег трепетало от неутоленного желания, сердце
тяжело билось в груди. Все, что она могла — это сидеть, ждать и пытаться
совладать с чувством страха.
Мег услышала, как в двери повернулся ключ, и тревога ее усилилась. Этану не
нужен был ключ. Она сжалась в комочек и опустила голову, страшась
встретиться лицом к лицу с неизбежным.
В комнату проник свет из коридора, и она различила в полумраке неясный
силуэт.
— Собери свои вещи, — угрюмо сказал Сел, в его голосе звучала
неприкрытая враждебность.
Она окинула взглядом его избитое лицо и гневные глаза.
— Ты хочешь перевести меня в другую комнату? — с надеждой спросила
она. Неужели он отведет ее в комнату Этана, в его постель, и она всегда
будет с ним рядом?
Пожалуйста, Господи, сделай, чтобы так и
было. Сел покачал головой.
— Сегодня ночью ты уедешь, вернешься назад к беспечной жизни.
Она не могла пошевелиться.
— Каким образом?
— Я достал автомобиль, бензина в нем хватит, чтобы довезти тебя, куда
нужно. Завтра утром ты будешь думать обо всем, что случилось с тобой, как о
ночном кошмаре.
— А если я откажусь уезжать?
Он уставился на нее в недоумении.
— С тех пор, как ты сюда приехала, ты только и делала, что стонала,
жаловалась и умоляла тебя отпустить. Считай, что твое желание сбылась.
— А если я откажусь уезжать? — снова спросила она.
— Тогда я отнесу тебя в машину и доставлю в ближайший аэропорт. Ты
никогда не сможешь найти дорогу назад. А если и найдешь, то скорее всего,
будет слишком поздно.
— Слишком поздно?
— Либо все это место провалится в ад, или все мы. Пойми, девочка, ты
ему не нужна. Этан закончил играть с тобой в кошки-мышки. Он хочет, чтобы ты
уехала.
Мег боялась шелохнуться, буря боли и гнева готова была поглотить ее душу.
Чувство гнева одержало верх.
— Когда?
— Мне нужно подготовить машину, заправить ее бензином. Я вернусь за
тобой через час. И не думай, что сможешь найти Этана. Этот дом — настоящий
лабиринт, новичку здесь легко потеряться. Этан не хочет тебя видеть, и он ни
за что не изменит своего решения. Хочешь ты или нет, тебе придется уехать.
Так что будь готова.
Сальваторе вышел, громко хлопнув дверью.
Мег дождалась, пока в коридоре не смолкли его тяжелые шаги. Затем соскочила
с кровати, не в силах унять гневного чувства, клокотавшего в груди.
Трясущимися руками она сорвала с себя просторное платье и натянула джинсы и
свитер. Значит, Этан решил, что может отделаться от нее? Он похитил ее,
запер в своем доме, занялся с ней любовью, а потом решил, что может вот так
просто взять и отослать ее домой без единого слова?
Его ждет горькое разочарование. Никогда в жизни Мег не страдала из-за того,
что ей дали отставку после первой же ночи любви и не собиралась этого делать
ради своего призрака. Если Этану не терпится избавиться от Мег, пускай он
скажет об этом сам.
Мег не сомневалась, что без труда отыщет хозяйскую комнату среди хитроумного
сплетения коридоров. По отношению к Этану у нее выработалось особое шестое
чувство, которое дожно было привести ее прямиком к нему. Он должен
поговорить с ней, и не в привычной темноте, а включив свет. Пускай посмотрит
ей в глаза и скажет, чтобы она уезжала. И может быть, она так и сделает.
Глава четырнадцатая
Этану казалось, что он слышит раскаты далекого грома, который бушевал где-то
там в вышине, над толщей стали и бетона, дерева и пластика. Один-одинешенек,
он сидел в кромешной тьме в самом центре нелепого дома и ждал, когда же она
уедет.
Он не сомневался, что точно узнает, когда именно Мег переступит порог его
дома. Потому что она унесет с собой его сердце, и тогда боль, которая сейчас
осторожно перекатывалась под кожей, заполонит каждую клеточку его тела,
ослепит его и вытеснит все разумные мысли из головы. Он и дальше будет
сидеть во тьме и понемногу умирать от тоски.
Он не был столь наивен, чтобы полагать, что ее отъезд обойдется без всяких
сложностей. Наверняка, ее будут грызть противоречивые чувства. С одной
стороны, ей во что бы то ни стало хотелось покинуть странный дом, это было
ее заветной мечтой с самого первого дня. С другой стороны, Этан прекрасно
осознавал, что прошлой ночью между ними произошло нечто особенное. Он прочел
это в ее невероятных голубых глазах, увидел в уголках дрожащих губ, услышал
в тихом, беспомощном признании в любви.
Она с этим справится, упрямо подумал Этан, стараясь совладать со своими
чувствами, призывая на помощь железную выдержку. Просто она временно подпала
под влияние старого дома, его обитателей и необычных обстоятельств. Как
только она вернется к своей прежней жизни, яркому солнцу, шуму больших
городов, она тут же поймет, как крупно ей повезло.
Может быть, и для него еще не все потеряно, и он тоже сможет каким-то
образом пережить все напасти. Он прислушается к доброму совету Села и
покинет город, оставит мысль о мести, распрощается с Джозефом и Рут и
вернется на остров. И никто не будет глазеть на него, да что там — даже не
посмотрит дважды, и он сможет греться на солнышке, плавать в океане, дышать
соленым морским воздухом и ощущать, как легкий тропический бриз мягко
обвевает кожу. Там нет безжалостно палящего солнца, наоборот, его лучи
ласковы и нежны, а ночи полны мира и тепла.
Но кого он старался обмануть? Ведь ему не нужны были ни морские бризы, ни
солнце, ни вода. Он не нуждался ни в чем, кроме того единственного, чего не
мог получить. Меган Кэри.
Он откинулся на спинку кресла и в непроницаемой тьме закрыл глаза.
Пускай она уезжает побыстрей, взмолился он к далекому
Богу, в которого давно не верил.
Меган безнадежно затерялась в огромном доме. А ведь она была уверена, что
найдет Этана. Она всегда превосходно ориентировалась на местности, к тому же
ее столько раз провожали в его логово, что не сомневалась — найти Этана не
составит большого труда.
Вместо этого она все дальше и дальше углублялась в недра огромного старого
дома, блуждая по бесконечным коридорам, которые попеременно освещались то
газовыми, керосиновыми или шахтерскими лампами, то свечами, то тусклым
электрическим светом. До тех пор, пока не оказалась в кромешной тьме. Ей
казалось, что она слышит какие-то непонятные скребущиеся звуки. Крысы,
вспомнила она слова Сальваторе, сказанные им в первый день ее приезда, но
ведь тогда она не знала, правду он говорит или нет. Но стоя одиноко посреди
темного незнакомого коридора, она потеряла всякие сомнения на этот счет.
А еще она распознала противный писклявый звук, сопровождавшийся хлопаньем
множества крыльев. Летучие мыши! Она нервно провела рукой по спутанным
волосам. Неужели летучие хищники действительно норовят вцепиться человеку в
волосы? И правда ли то, что они любят ползать по одежде?!
Мег все еще различала тусклый свет в самом конце похожего на мрачный туннель
коридора, ведущего в недра здания. Вдалеке послышались раскаты грома, и Мег
не смогла сдержать нервного смешка. Ей бы стоять здесь в белой развевающейся
одежде со свечой в руке — точь в точь как идеальная героиня в классическом
романе ужасов! Да только готические героини не носят ни джинсов, ни блузок,
не говоря уже о кроссовках. А еще их не душит ярость из-за того, что их
бессовестным образом соблазнили и бросили. Этан насмехался над ней, называя
героиней-девственницей. Но сейчас на ее месте оказалась рассерженная и
весьма решительная женщина.
Меган не сомневалась только в одном. Она не покинет этот дом до тех пор,
пока сам Этан не скажет ей об этом.
Она не знала, когда чувство беспокойства сменилось страхом, а затем
переросло в панику. В довершение всего, раздался оглушительный раскат грома,
который, казалось, потряс до основания не только огромный дом, в котором
стены заходили ходуном и задребезжали окна, но и саму Меган, у которой зуб
на зуб не попадал от страха. Последний огонек света внезапно погас, и она
пронзительно закричала, с ужасом сознавая, что осталась в кромешной тьме
наедине с полчищами крыс и летучих мышей.
Не зная, что ждет ее впереди, Мег боялась идти дальше по темному коридору,
продолжая упрямо отмахиваться от своего не на шутку разыгравшегося
воображения. Она присела на корточки возле каменной стены и прижала колени к
груди. Ей было очень-очень холодно. И одиноко.
Этан, подумала она, призывая его в приступе отчаяния и
тоски.
Этан, мне страшно.
А потом не было ни света, ни звука, только легкое движение воздуха — и вот
его ладони на ее руках — она знала, что это не может быть никто другой,
только Этан — и он помогает ей подняться на ноги и до боли сжимает в кольце
своих сильных рук.
Но Меган было все равно. Рыдая от облегчения, она прильнула к нему, обвила
руками за шею и, приподнявшись на цыпочках, нашла его губы.
Он попытался было уклониться, но она запустила руки в его длинные волосы и
удержала на месте, заставив принять ее отчаянный поцелуй. И Этан не смог
сдержать себя, он ответил Мег поцелуем, в котором слились гнев и отчаяние.
Она провела руками по его телу. На нем была свободная рубашка, и Мег без
дальнейших раздумий дернула за ворот, от этого резкого движения пуговицы
разлетелись в стороны, полы рубашки разошлись, обнажив его теплую гладкую
кожу. Она оторвалась от его рта и прикоснулась губами к мощной груди, в то
время, как ее руки боролись с застежкой на ремне его брюк.
Когда она опустилась перед ним на колени, Этан застонал от боли и
наслаждения, но затем его пальцы болезненно вонзились ей в плечи, он рывком
поднял ее на ноги и прижал к стене.
— Не надо, — сказал он, вложив в одно слово все свое отчаяние.
Меган дрожала от нетерпения и желания. Она жаждала прикоснуться к Этану,
прижаться лицом к его голому животу, приласкать его ртом. Ей хотелось
подарить ему ласки, на которые она раньше не решалась, любить его всеми
возможными способами. А еще она боялась... боялась...
— Не отсылай меня домой, — в отчаянии прошептала она. — Не
надо. Ты же не хочешь, чтобы я уехала. Я знаю, что не хочешь.
Пальцы на ее плечах на мгновение сжались, причинив ей боль, но потом они
отпустили ее, и Этан отступил в темноту коридора.
— Ты ничего не знаешь, — сказал он, казалось, каждое слово дается
ему с огромным трудом. — Игра окончена. Возвращайся в свой маленький
безопасный мирок, к любовникам, к отцу. Забудь про это место. Забудь обо
мне.
— Я не могу. Этан, я люблю...
— Нет! — резко оборвал он ее. — Все окончено, Меган. Я
получил то, что хотел. А сейчас я хочу, чтобы ты уехала.
Это правда, устало подумала она. Он говорил то, о чем думал. И голос у него
был такой бесстрастный, суровый, а невыносимое чувство страстного томления,
рвущееся у нее из груди, видимо, принадлежало ей одной.
Стена за ее спиной была холодной и твердой. Мег слышала, как где-то высоко
над ними бушует гроза и знала, что ее выбор очень прост. Она может броситься
к его ногам. Или броситься бежать.
Но ведь она уже умоляла его, и это ни к чему не привело. Без сомнения, он
мог без труда разглядеть в темноте ее белое, заплаканное лицо, глаза, полные
сожаления и горечи. В то время как она не видела перед собой совсем ничего.
Казалось, молчание между ними протянулось в бесконечность. Но затем Мег
решила положить ему конец. Она не видела Этана, но знала, где именно он
стоял в темноте. Подойдя ближе, она взяла его искалеченное лицо в ладони и
прижала к себе.
— Будь ты проклят, Этан, — всхлипнула она.
По ее лицу текли слезы, а она с безнадежным отчаянием целовала его холодные
безответные губы. Потом, когда Мег почувствовала, что он протягивает к ней
руки, она резко оттолкнула его и бросилась бежать.
Казалось, что чувство, которое помогало ей находить правильное направление,
снова вернулось к ней. Мег быстро достигла викторианской части дома,
пробежала через прихожую с вычурной мебелью, открыла входную дверь и
выскочила на крыльцо. Она надеялась, даже молилась, чтобы дверь оказалась
запертой на ключ точно так же, как надеялась и молилась, что Этан последует
за ней по бесконечным коридорам. Но этого не случилось. Он не стал
преследовать ее. И дверь легко открылась под напором ее дрожащих пальцев,
выпустив Мег в грозовую ночь.
Снаружи было черным-черно, полную луну скрывали плотные зловещие тучи. Мег
слышала завывание ветра, раскат грома, шум деревьев. Вспышка молнии
расколола небо пополам, осветив машину, стоявшую прямо перед крыльцом.
Она не сомневалась, что найдет в ней свои чемоданы. В замке зажигания
непременно будет торчать ключ, а бак для горючего будет заполнен под
завязку. Таким образом, круг замкнется, ее отъезд будет делом решенным.
Снова вспыхнула молния и тут же раздался оглушительный раскат грома, Мег
закрыла глаза, чувствуя, как ее тело вибрирует от боли. Ей казалось, она
слышит, что Этан зовет ее, но не обратила на это внимания. Скорей всего, она
принимала желаемое за действительность. Он отослал ее прочь, и у нее не было
иного выхода, как сесть в машину и уехать.
Нельзя было медлить ни минуты. Она сбежала вниз по ступеням и вскочила в
машину. Стоило ей повернуть ключ зажигания, как двигатель завелся, и
последняя ее надежда рухнула. Нужно ехать. Разве что милостивый Боже
сжалится над ней и повалит дерево прямо перед машиной, чтобы остановить ее
нежеланное бегство.
Вспышка молнии осветила грозовой ландшафт, и Мег увидела, как деревья
согнулись под порывом бури. Но они тут же выпрямились, и девушка поняла, что
несмотря на боль в сердце, на бескрайнее отчаяние, ей все же придется
уехать.
Слезы струились по ее лицу, пока она старалась вырулить с подъездной дороги.
Начался дождь, его крупные капли яростно забарабанили по переднему стеклу,
мгновенно скрыв все, что находилось за светом от фар. Ослепленная слезами,
Мег не обращала внимания на окружающее, она резко повернула рычаг, взяв
резкий старт; из-под колес машины во все стороны полетели комья грязи.
Меган. Прозвучало не просто ее имя, это был крик
отчаяния, похожий на рык смертельно раненного животного. Он отозвался не в
ушах, а в ее сердце, наполняя ее нестерпимой болью, разрывая на части ее
душу.
Меган, кричал он,
если ты меня
покинешь, я умру. Меган, взывал он к ней.
Она резко нажала на тормоза, но машина продолжала свой ход, медленно сползая
по скользкой дороге в наполненную водой обочину. Фары безумно мигали сквозь
завесу дождя, но Мег ни на что не обращала внимания, она выбралась из машины
и бегом бросилась назад, к Этану.
Она не стала возвращаться в дом. На этот раз она прислушалась к своему
сердцу, которое знало, где найти любимого. Она свернула налево, с трудом
продираясь сквозь заросли сада, сквозь ветви кустов и деревьев, цеплявшихся
за волосы и царапавших заплаканное лицо. Один раз она поскользнулась и упала
в жидкую грязь, выругавшись сквозь зубы, потому что это замедлило ее бег. Но
она тут же поднялась на ноги и снова бросилась бежать; сердце отчаянно
билось в груди, но она упрямо продолжала бежать к Этану, подгоняемая его
призывом, полным боли и тоски.
Он стоял посреди незнакомого ей сада. Она остановилась возле входа, все еще
не видя Этана, но уверенная в том, что он находится где-то неподалеку, но
вот сверкнула молния и осветила высокую фигуру. На нем были черные брюки и
белая рубашка, которую она недавно пыталась сорвать с него; теперь,
намоченная дождем, она плотно облепила его мощную грудь. Этан поднял лицо
вверх, навстречу гневным небесам, длинные черные волосы влажным водопадом
струились по спине, а прекрасную половину лица исказила гримаса отчаяния. Но
вот он повернулся к ней, и Мег увидела обе стороны его лица, в которых
слились тьма и совершенство, и прочла в его глазах глубокую печаль, и
желание, и любовь.
— Меган, — закричал он, и на этот раз она услышала его наяву.
Она бросилась через заросли мокрого сада прямиком в объятия Этана, который
так неистово прижал ее к себе, что, казалось, у Мег захрустели косточки. Он
покрыл ее лицо жадными поцелуями, смешанными со слезами и дождем, а она
отвечала ему, еще сильней прильнув к мощной груди.
— Не слушай меня, &m
...Закладка в соц.сетях
