Жанр: Любовные романы
Джонни-ангел
...о ему
нравилась, но он не решался пригласить ее на свидание, потому что знал про
меня.
— Уж не ты ли это устроил? В смысле — привел его к ней в аптеку? —
Эта мысль только сейчас пришла ей в голову. Это было так похоже на Джонни!
Конечно же, это он сделал так, что Баз обратил на Бекки внимание. Как именно
он этого добился, Элис не могла даже представить, но в том, что дело
обстояло именно гак, она теперь не сомневалась.
— Можно и так сказать! — рассмеялся Джонни. Он и сам пока не знал
точно, как именно это у него получилось, но результатом он был
доволен. — Между прочим, Шарли еще не спит. Не слишком ли поздно для
нее?
— Ничего страшного. — Элис не сдержала улыбки. Сын казался ей
теперь совсем взрослым, и вместе с тем он по-прежнему оставался се любимым
маленьким Джонни. — Ведь ей уже четырнадцать... Когда тебе было
столько, сколько ей, ты ложился еще позднее, — напомнила она, радуясь в
глубине души, что Джонни проявляет почти родительскую заботу о
сестре. — Она...
Договорить Элис не успела. Дверь открылась, и в спальню вошел Джим. Ни она,
ни Джонни не слышали, как он поднялся наверх.
— С кем ты разговариваешь? — спросил Джим, в упор глядя на Элис.
— Кто, я? Ни с кем... То есть я, вероятно, разговаривала сама с собой.
В последнее время я иногда так делаю, когда остаюсь одна, не могу же я
молчать целыми днями, — ответила она, стараясь говорить как можно более
небрежным тоном. Ей не хотелось, чтобы муж что-то заподозрил. Правда,
догадаться, с кем именно она разговаривала, он вряд ли бы смог, однако он
мог забеспокоиться.
— Ты уж следи за собой, а то люди подумают, что ты помешалась, —
сдержанно пошутил Джим, и Элис поспешно кивнула. Джонни тем временем
потихоньку ретировался.
— Я заметил, в последнее время у тебя изменилось настроение, —
продолжал Джим. У тебя есть какая-то причина, или...
— Наверное, все дело в том, что я себя хорошо чувствую. Моя язва почти
зажила, — нашлась Элис. Душевная боль и депрессия, вызванные гибелью
Джонни, действительно почти оставили ее, и Джим это заметил. Он также
обратил внимание и на сегодняшний роскошный ужин, и на то, как свободно и
непринужденно разговаривает с ним жена. Она не казалась ни подавленной, ни
сломленной обрушившимся на нее горем. Перед ним была почти прежняя Элис, и
это удивило его. Дети тоже, казалось, приободрились. Джиму оставалось только
надеяться, что ему все это не почудилось и что его семья постепенно начинает
возвращаться к жизни. Конечно, он понимал, что они никогда не забудут Джонни
и никогда не смогут жить так, словно ничего не случилось. Сам он тоже вряд
ли сумеет простить себе аварию, в результате которой его младший сын потерял
способность говорить. Теперь до конца своих дней он будет казнить себя за
то, что совершил, и даже спиртное не поможет ему ни о чем забыть.
Потом Джим принял душ и лег, но заснул не сразу. Еще некоторое время они с
Элис разговаривали о всякой всячине. Сегодня Джим был гораздо в лучшей
форме, чем обычно, хотя и вернулся с работы не в настроении. ИЭлис не могла
не задаться вопросом, стал ли Джим меньше пить или он просто привык к
спиртному. Ответа у нее не было. Проснувшись на следующее утро, Элис
обнаружила рядом с диваном в гостиной упаковку пива, в которой не хватало
всего двух банок.
Она как раз убирала оставшееся пиво в холодильник, когда в кухню спустился
Джонни. Он снова был в своем любимом спортивном джемпере. Дождавшись, пока
Элис позавтракает, он попросил мать отвезти его на работу к Памеле в
парикмахерскую школу. Ему хотелось навестить мать Бекки, и Элис не стала
отказываться. Утром у нее всегда было свободное время, да ей и раньше
нравилось возить Джонни по разным местам — особенно когда он был еще
маленьким. Элис до сих пор помнила, как им всегда было интересно вдвоем.
— А что мне сказать Пэм, когда мы приедем? То есть — когда
я
приеду? — уточнила она, когда оба уже сидели в машине.
Джонни ответил не сразу. Он играл с ручками настройки автомагнитолы,
переключаясь с одной станции на другую и делая звук то громче, то тише. Судя
по его улыбке, Джонни не валял дурака, а получал удовольствие от своей
любимой музыки.
— Как, оказывается, мне этого не хватало! — воскликнул он
оживленно, и Элис, порадовавшись его реакции, снова вернулась к разговору.
Она сказала Джонни, что ни разу прежде не приезжала к Пэм на работу и ее
визит может показаться Памеле странным.
— Скажи, что хочешь подстричься или сделать новую прическу, —
предложил Джонни. — Ведь это только естественно, правда?
— Ну а потом? Зачем мы вообще туда едем?
— Я еще не знаю точно. Там будет один человек... Мне хотелось бы на
него посмотреть. Я понял это только вчера вечером, поэтому-то я ничего не
сказал тебе раньше. В общем, я объясню тебе все потом, ладно? — И он
громче включил музыку, давая матери понять, что не хочет больше говорить на
эту тему. Элис едва не обиделась, но потом решила, что Джонни наверняка
знает, что делает, а ей причины его поступков понимать не дано.
Через пять минут они уже были на месте. У Памелы как раз был перерыв между
занятиями, она отдыхала в рабочем зале в одном из кресел и очень удивилась,
когда увидела Элис.
— Что-нибудь случилось? — с тревогой спросила она, вставая и забыв
даже поздороваться. В последнее время Элис казалась ей какой-то не такой,
как обычно. Она словно пребывала в состоянии легкой эйфории, и Пэм несколько
раз спрашивала себя, уж не принимает ли ее подруга
прозак
. Подобное
лекарство вполне могли прописать ей в больнице — не для лечения язвы, а для
того, чтобы вывести Элис из депрессии, в которую она погрузилась после
смерти сына. В данном случае результат был, как говорится, налицо: Элис
постоянно выглядела оживленной и даже веселой.
— Нет-нет, ничего не случилось, все в порядке. Просто я решила привести
себя в порядок. Хватит ходить чучелом, сама себе стала противна.
— Ты куда-нибудь собираешься? — поинтересовалась Памела.
— Сегодня я ужинаю в городе, — сказала Элис первое, что пришло на
ум. Она очень старалась держаться как ни в чем не бывало, но, однако, помимо
ее воли ею вдруг овладела неуместная веселость. Должно быть, именно поэтому
она утратила бдительность и одернула Джонни, который на протяжении их
разговора забавлялся с одной из настенных сушилок.
— Не трогай ее, пожалуйста! — громко сказала она, и Пэм удивленно
уставилась на нее.
— Что — не трогать? — удивленно спросила она.
— Я хотела сказать... не трогай челку. Пусть остается такой, как есть.
А впрочем, ты мастер, тебе виднее. Я готова на все!
— Что ж, Элис, давай начнем. Если не хочешь стричь челку, я не буду. Я
только ее немного подровняю, — успокоила подругу Памела. В последнее
время ее беспокоили перемены, происшедшие с Элис, но выглядела та, по
совести сказать, намного лучше, чем раньше. Она немного прибавила в весе и
явно пребывала в отличном настроении. Язва ее, по всей видимости, больше не
мучила, и все же... все же было в поведении и облике Элис что-то такое, чему
Памела никак не могла подобрать разумного объяснения.
Но сейчас она постаралась выбросить из головы эти мысли и позвала трех своих
самых лучших учениц. Первая должна была вымыть Элис волосы, вторая —
подстричь, третья — уложить. Пока продолжались все эти операции, Джонни то
уходил, то возвращался. Он явно был чем-то очень озабочен, но Элис не могла
и предположить, что же так занимает его.
Примерно через час волосы Элис были подстрижены и тщательно уложены в
практичную и одновременно модную прическу
под пажа
. Посмотрев на себя в
зеркало, Элис осталась довольна увиденным. Поблагодарив подругу, она начала
прощаться, оглядываясь по сторонам в поисках Джонни, который в очередной раз
куда-то исчез и долго не возвращался. Наконец он появился в дверях — и не
один. Следом за ним в зале появился высокий привлекательный мужчина лет
сорока. Он отрекомендовался торговым представителем фирмы, выпускающей
шампуни, ополаскиватели и другие средства по уходу за волосами. Сама фирма
находилась в Лос-Анджелесе, однако в целях расширения зоны сбыта фирма
предлагала свою продукцию салонам красоты и парикмахерским школам и в
окрестностях города.
Представитель фирмы выглядел очень респектабельно — он был в дорогом костюме
и галстуке, завязанном безупречным узлом. Волосы его также были безупречно
подстрижены. Общаться с ним было легко и приятно, и уже после нескольких
минут общего разговора Элис была очарована им. На Пэм, однако, он, похоже,
не произвел впечатления. И все же, когда Элис уже покидала парикмахерскую,
они еще продолжали беседовать, причем уже не на профессиональные темы.
— Это ты устроил? — спросила Элис у Джонни, когда они ехали
обратно.
— Что именно? — осведомился он с самым невинным видом.
— Привел этого парня с шампунями. Признавайся, Джонни Петерсон, ведь
это твоих рук дело?
— Ты хочешь сказать, что я — сводник? — Он лукаво
улыбнулся. — Можно подумать — мне больше нечего делать, кроме как
устраивать личную жизнь миссис Адамс! Нет, я поехал с тобой вовсе не для
этого, — добавил он с достоинством, и Элис снова подумала, что ее сын
выглядит совсем взрослым.
— Вот как? Значит, мне показалось, — заметила Элис, которую его
слова нисколько не убедили. — Знаешь, все это очень, очень странно...
Но Джонни только загадочно улыбался. Больше он не проронил ни слова.
По дороге домой они заехали за Бобби. Увидев новую прическу матери, мальчик
удивленно вскинул брови и забрался на заднее сиденье. Туда же пересел и
Джонни, не забыв прибавить звук радио. Весь обратный путь он распевал
знакомые мелодии своих любимых групп, а Бобби кивал головой и отбивал такт
по спинке материнского сиденья. Он был рад возвращению Джонни, и его вовсе
не интересовало, как могло такое случиться — его брат сначала умер, а потом
воскрес. Для него это было словно вполне естественно. Бобби всегда любил
старшего брата, с Джонни ему было интересно и весело. Джонни всегда был
большим выдумщиком и с годами почти не изменился. Пока он был жив, братья
постоянно что-то затевали, мастерили, строили какие-то планы. И теперь,
после того как Джонни столь удивительным образом вернулся из-за роковой
черты, они прекрасно понимали друг друга даже без слов. Им было так хорошо
вместе, что Элис, от которой не укрылось, с каким восторгом и обожанием
смотрит Бобби на брата, даже испытала что-то похожее на укол ревности.
Вернувшись домой, Джонни и Бобби сразу отправились на баскетбольную
площадку, чтобы немного побросать мяч. Они все еще были там, когда из школы
вернулась Шарлотта. Она провалила контрольную по французскому языку, и
настроение у нее было самое мрачное, однако она не сдержала улыбки, увидев,
как Бобби неуклюже подпрыгивает, пытаясь забросить мяч в кольцо. Старшего
брата, стоявшего в нескольких дюймах от корзины. Шарлотта не видела.
— Давай покажу, как надо, — сказала она и, взяв у Бобби мяч,
несколько раз ударила им о землю, а потом плавным рассчитанным броском
отправила точно в корзину. — Усек? Смотри еще раз... — И Шарлотта
повторили бросок, действуя нарочито медленно, чтобы брат успел рассмотреть и
запомнить каждое движение.
— Да она просто чемпион! — с восхищением воскликнул Джонни, и
Бобби тут же повернулся к нему и улыбнулся.
— Куда ты смотришь? — удивилась Шарлотта. — Чтобы бросок
вышел точным, нужно смотреть на то место, куда собираешься отправить мяч. А
если будешь глазеть по сторонам, у тебя никогда ничего не получится!
— Она права, — кивнул Джонни. — Не смотри на меня, а слушай,
что тебе говорит сестра. Она бросает лучше, чем я.
Элис, наблюдавшая за всеми троими из окна кухни, улыбалась. Ей было радостно
видеть своих детей вместе, хотя она знала, что скоро такой возможности ей,
увы, уже и не представится. Она все еще стояла в задумчивости у окна, когда
примерно через полчаса в кухню вошел Джим. Судя по выражению его лица, у
него были какие-то важные новости.
— Сегодня к нам обратились два новых клиента! — выпалил он с
порога. — Оба открывают свой бизнес, и нам предстоит большая работа.
Так всегда бывает, когда создаются новые предприятия и фирмы. Они дают
большой аванс и... и если все пойдет хорошо, они готовы и в будущем
пользоваться нашими услугами. Это большая удача, Элис!
— Джим, дорогой, это же чудесно! — обрадовалась Элис. Джима давно
преследовали неудачи, но теперь у него появилась надежда, и, кажется, все
могло измениться к лучшему. Уж не Джонни ли привел к Джиму этих клиентов,
сообразила Элис. Сначала он нашел кавалера для Бекки, потом познакомил Пэм с
интересным мужчиной, и вот теперь это... Да и в том, что Шарли взялась
опекать младшего брата, тоже была его заслуга.
Неплохо для начинающего ангела!
И вечером, когда после ужина Джонни поднялся в комнату к Бобби, Элис
похвалила его и поблагодарила за все, что он сделал.
Джонни ничего не сказал, только посмотрел на мать внимательным взглядом. Она
ждала объяснений, но Джонни ушел от разговора.
— Я еще немного побуду с Бобби, но потом мне нужно будет уйти, —
сказал он. — Загляну к Бекки... Надеюсь, этот Баз водит машину лучше
меня, — добавил он серьезно, и Элис в испуге уставилась на него.
— Как ты можешь говорить такие вещи! — взволнованно воскликнула
она, а Джонни молча наклонился к матери и поцеловал ее в лоб.
Занимаясь домашними делами, Элис все думала о Джонни, о том, что еще ему
нужно было завершить. Кажется, она начинала догадываться, почему он воскрес,
и надеялась, что он не выполнит свою задачу слишком скоро. Элис знала, что
рано или поздно Джонни все равно придется отправиться туда, откуда он к ним
вернулся, но — как бы хорошо ему там ни было — она вовсе не торопилась
расстаться с ним еще раз.
Да и Джонни, похоже, тоже не торопился.
Глава 7
Первое свидание Бекки с Базом Уотсоном прошло многообещающе даже несмотря на
то, что большую часть вечера девушка рассказывала своему новому приятелю о
Джонни. Сначала Баз повел ее в кино, потом они немного посидели в
Кафе
Джоя
. Баз не знал, что именно туда Джонни и Бекки отправились в ту страшную
ночь, но ему было известно, что это кафе — любимое место школьников, куда
они бегали за гамбургерами и молочными коктейлями. Он и сам, учась в школе,
тоже не раз там бывал.
В кафе Бекки рассказала ему о том, как они с Джонни встречались несколько
лет, как они любили друг друга и каким он был замечательным парнем. Базу
было невдомек, что сам Джонни тоже слышит эту хвалебную речь. Невидимый
окружающими, Джонни проник в кафе и присел на свободный стул рядом с Бекки.
Ее слова пробудили в нем приятные воспоминания, и он даже несколько раз
улыбнулся. Послушать Бекки, так он и вовсе мог показаться рыцарем без страха
и упрека, хотя это, конечно, было не так. Бывало, они даже ссорились,
причем, далеко не всегда правой стороной оказывался он.
Баз больше слушал, чем говорил, и, в конце концов, Джонни пришел к выводу,
что он действительно неплохой парень. В школе База, правда, считали
выскочкой и задавалой, ведь он был из состоятельной семьи. Его отец владел
сетью винных магазинов, охватывавшей всю Южную Калифорнию и приносившей
неплохой доход. Баз каждое лето отдыхал с родителями в Европе и ездил на
дорогой машине.
Пожалуй, больше всего Джонни подкупило то, что Баз слушал Бекки внимательно
и сочувственно, не перебивал и не пытался перевести разговор на себя. Он
даже сказал, что Джонни всегда казался ему хорошим парнем, но, к сожалению,
они не были хорошо знакомы.
А Бекки продолжала говорить только о Джонни. Пару раз ее глаза наполнились
слезами, и Баз, заметив это, утешал ее как мог.
Потом он повез Бекки домой. По дороге Баз не пытался распускать руки, чего
Джонни опасался. Он рассказывал Бекки об университете — о том, что в будущем
году он обязательно продолжит учебу, но сейчас его отец чувствует себя не
очень хорошо, поэтому Базу пришлось сделать перерыв в занятиях, чтобы помочь
отцу управлять делами. В семье он был старшим; с четырнадцати лет Баз каждое
лето работал в отцовской компании и прекрасно разбирался в виноторговом
бизнесе. Он очень много знал о сортах вин и даже поделился с Бекки кое-
какими секретами, с помощью которых можно отличить хорошее вино от плохого.
Летние поездки в Европу, которым так завидовали его одноклассники, тоже,
оказывается, были связаны с бизнесом: отец База летал не куда-нибудь, а во
Францию. Там они посещали виноградники и винодельческие заводы, изучая
особенности производства лучших вин. Благодаря этим поездкам Баз многое
узнал, многому научился и мог хоть сейчас заменить отца в делах компании — в
отличие от своих младших братьев и сестер, которых отцовский бизнес пока не
интересовал.
Все это Баз рассказывал с большим воодушевлением, однако в действительности
думал он вовсе не о делах. Он был очарован Бекки. Баз обратил на нее
внимание еще в школе, но ему и в голову не могло прийти, что она станет
такой красавицей. Впрочем, он еще тогда хотел пригласить ее на свой
выпускной вечер, но не решился, зная, что она встречается с Джонни. Сейчас
он признался в этом и добавил, что она бы, наверное, на него даже не
взглянула.
Эти слова заставили Бекки улыбнуться.
— Если ты хочешь сказать, что я не подозревала о твоем
существовании, — ответила она, — то нет, подозревала. Просто я не
знала, что я тебе нравлюсь.
Какое-то время Бекки занималась с Базом на факультативе по французскому
языку, но все его друзья, как и сам Баз, были на два года старше ее, и она
ужасно их стеснялась.
— Я думал, Джонни убьет меня, если я приглашу тебя на свидание, —
рассмеялся Баз. — Кроме того, зачем я был тебе нужен? Ведь Джонни был
звездой школьной футбольной команды, а я занимался всего лишь фехтованием.
Он, конечно, шутил, но Бекки подумала, что теперь многое изменилось. Джонни
больше не было, а Баз ей понравился, хотя они и провели вместе всего
несколько часов. Он был неглуп, хорошо воспитан и красив; кроме того, во
многих отношениях он был более взрослым, самостоятельным и ответственным,
чем Джонни. Не юноша, а молодой, двадцатиоднолетний мужчина...
— Спасибо за приятный вечер, Бекки, — сказал Баз на
прощание. — Я знаю — после всего, что случилось, тебе, наверное,
нелегко встречаться с другим человеком, и я тебе благодарен за то, что
приняла мое приглашение.
В ответ Бекки только вздохнула. Джонни был единственным, с кем она
встречалась, единственным, кого она любила. Но он погиб, и в глубине души
Бекки сознавала, что, в конце концов, ей придется перестать оглядываться на
прошлое и двигаться дальше. И хотя в данный момент она не чувствовала себя
готовой что-то менять, ей было приятно разговаривать с Базом, слушать его
рассказы об университете, о его друзьях, о поездках во Францию, и даже о
виноторговом бизнесе его отца. Сближало их и то, что, как и Бекки, Баз был
старшим среди нескольких братьев и сестер, и он рассказывал о них с большой
теплотой. И хотя его семья была богата, а Адамсы жили несравненно скромнее,
между Базом и Бекки было много общего — такого, что могло послужить основой
для дальнейших отношений, как чисто дружеских, так и более близких. Именно
поэтому, когда Баз пригласил Бекки поужинать с ним в субботу вечером, она не
стала кокетничать и отказываться.
— Буду рада, — сказала она честно.
Они подъехали к ее дому, и Баз помог ей выйти из
Мерседеса
. Эту машину
отец подарил ему два года назад, когда он уехал учиться в Лос-Анджелес. В
университете Баз специализировался на экономике и подумывал о двухгодичном
после дипломном курсе, прослушав который он мог бы получить степень магистра
делового администрирования. Все это он рассказал Бекки, а она ответила, что
хочет добиться стипендии и поступить в колледж. Но это будет только на
будущий год, добавила она. Пока же Бекки собиралась работать в аптеке, чтобы
иметь возможность помогать матери.
В субботу Баз предложил пойти в дорогой французский ресторан, о котором
Бекки слышала, но никогда не была. Баз поспешил добавить, что ей там
обязательно понравится. Сам он питал слабость к французской кухне и, как он
уже ей говорил, знал толк в хороших винах.
— Ну как, договорились? — спросил он, провожая ее до двери. —
Впрочем, если это тебя почему-то не устраивает, ты только скажи. Не хочешь в
ресторан — сходим в кино, а потом перекусим в кафе. Просто я подумал, что
нам нужно разнообразить наши встречи... — Судя по выражению его лица,
он был бы счастлив и в том, и в другом случае, но Джонни, который,
невидимый, прислушивался к его словам, сразу отметил его слова насчет
разнообразия
. Значит, понял он, Баз всерьез заинтересовался Бекки и
намерен встречаться с ней и дальше. Казалось бы, Джонни должен был бы
возненавидеть парня, но никакой враждебности к сопернику он, как ни странно,
не испытывал. Напротив, он был очень рад, что Бекки понравилась Базу и что
он хочет и дальше с ней встречаться. Не мог Джонни назвать теперь База
богатым пижоном
, потому что он им не был. Оказывается, этот парень умел и
любил работать!
У самых дверей Бекки остановилась и повернулась к Базу.
— Прости меня за то, что сегодня я так много говорила о Джонни, —
сказала она негромко. — Просто... просто мне до сих пор очень его не
хватает. Без него все в моей жизни так изменилось...
— Я понимаю, — ответил Баз. — Не надо извиняться, Бекки, я
все понимаю.
Бекки кивнула ему на прощание, и Баз сел в машину и уехал. Джонни проводил
взглядом удаляющийся
Мерседес
и медленно побрел домой.
Элис уже лежала в постели и читала, когда в спальню вошел сын. Она отложила
книгу и улыбнулась.
— Ну и где ты пропадал весь вечер? — спросила она. Точно такой же
вопрос она задавала ему бессчетное число раз и раньше.
— Я был с Бекки, — ответил Джонни, но в его голосе прозвучали
грустные нотки. Взглянув на него повнимательнее, Элис поняла, что он чем-то
расстроен, словно подросток, который не получил то, на что надеялся.
— Мне кажется, ты сказал — у нее сегодня свидание? — удивилась
Элис. — Разве что-то не получилось?
— Получилось даже лучше, чем я ожидал, — честно признался
Джонни. — Бекки встречалась сегодня с Базом Уотсоном. И он оказался
вполне приличным парнем.
— Ты так и ходил за ними весь вечер? — Элис уже поняла причину его
огорчения и встревожилась. Вряд ли даже в его нынешнем состоянии Джонни мог
хладнокровно смотреть, как Бекки общается с другим юношей, да и слежка за
бывшей возлюбленной казалась ей не самой удачной идеей.
— Нет, не весь вечер. Я немного посидел с ними в кафе, а потом... потом
у меня были другие дела. Я только проследил, как он привез ее домой, и ушел.
— Иди-ка сюда... — Элис похлопала рукой по кровати рядом с собой,
и Джонни послушно сел. — Объясни мне, пожалуйста, зачем ты это сделал?
Она искренне переживала за Джонни, к тому же ей очень не нравилось унылое
выражение его лица.
— Я хотел убедиться, что Баз ее не обидит.
— Ну и как — он оправдал твои ожидания?
— Более чем. Представляешь, Бекки весь вечер рассказывала ему о том,
какой я хороший, а он терпеливо ее слушал. Оказывается, он и сам был обо мне
прекрасного мнения еще в школе. А в субботу вечером Баз приглашает Бекки в
Шез Жак
.
— Вот и прекрасно. Знаешь, у меня предложение: что, если ты на
некоторое время оставишь их в покое? Да и тебе, наверное, мало радости
смотреть, как Бекки встречается с другим. Давай сделаем вот как: в те дни,
когда он куда-нибудь ее пригласит, ты будешь оставаться дома со мной и
Бобби, о'кей? Ты ведь нужен и нам, милый!
— Мне казалось, я должен знать, как развиваются события. Хотя бы в
самом начале. — Джонни сделал над с
...Закладка в соц.сетях
