Жанр: Любовные романы
Трибьют
...ильно понимаешь, Силла.
— Ты думаешь, я смотрю на твою работу сквозь розовые очки? —
улыбнулась Силла. — У тебя получился сценарий, очень хороший сценарий.
Есть даже углы и направления съемок для камер.
— Они помогают мне запомнить, как я видел сцену, когда сочинял ее, даже
если потом изменю сюжет.
— А еще ты добавляешь маленькие рамочки, как на тех рисунках.
— Они помогают мне с разметкой.
— Ты добавил Стива — Бессмертного. Он будет так... он будет безумно
рад.
— Мне нужен был мост, связь между Касс и Брид. Персонаж, который живет
в обоих мирах и помогает двум сторонам героини понимать друг друга.
Примерно так, подумал Форд, как Стив помог Силле.
— Его появление многое изменило, добавило мне работы, но значительно
углубило сюжет. Появилось кое-что новое, о чем я не подозревал в самом
начале. Этот персонаж до сих пор продолжает эволюционировать. Но основная
история написана, и теперь я должен передать ее в рисунках. Иногда — по
крайней мере у меня — графика может влиять на сюжет. Посмотрим.
— Мне особенно нравится вот этот рисунок Брид, где она поворачивается,
как в фуэте, наверное, собираясь нанести удар ногой.
— Фуэте?
— Балетное па. — Силла подошла к рисунку и постучала по нему
пальцем. — Очень похоже, даже руки в правильном положении. Для полного
сходства опорная нога должна быть чуть сильнее вывернута наружу, но...
— Ты умеешь танцевать? Можешь продемонстрировать?
— Фуэте? Пожалуйста. Восемь лет в балетной школе. — Она исполнила
быстрое вращение. — Вот так. — Она повторила движение в другую
сторону еще быстрее. — Легко.
— Круто. Подожди. — Он выдвинул ящик стола и достал
фотоаппарат. — Проделай-ка это еще раз.
— Но я почти голая.
— Да, и поэтому я тут же выложу снимок в Интернете. Мне нужно
запечатлеть положение ног, о котором ты говорила.
Он понятия не имел, до какой степени она должна была доверять ему, чтобы
почти раздетой демонстрировать балетное па перед камерой.
— Еще разок, ладно? Хорошо. Потрясающе. Фуэте. Балет. — Он убрал
фотоаппарат. — Наверное, я где-то когда-то это уже видел. Восемь лет?
Теперь я понимаю, откуда эти высокие прыжки в третьей серии
Пустыря
, где
ты бежишь через лес, спасаясь от ожившего убийцы-психопата.
— Гран жете, — засмеялась она. — Если можно так выразиться.
— Я был уверен, что ты спасешься, — судя по тому, как ты бежала.
То есть ты смогла вернуться к домику, избежала смертельной ловушки и
летящего топора, но когда открыла дверь...
— Да-да, помню, — смеясь, перебила она его. — Обнаружила, что
оживший убийца-психопат воспользовался коротким путем, чтобы прикончить меня
здесь. Тогда я завопила.
— Это был ужасный вопль. Они использовали дублеров, да? И наверняка
усиление.
— Ну... — Она набрала полную грудь воздуха и издала крик, от
которого Форд в ужасе попятился. — Я и сама могла, — улыбнулась
она.
— Вот это да. У тебя отличные легкие. Давай спустимся вниз и выпьем
вина, пока будут восстанавливаться мои барабанные перепонки.
— С удовольствием.
Глава 17
Она не вспоминала о том, что ждало ее дома. А когда мысли о разбитой плитке
и осколках раковины приходили ей в голову, Силла решительно гнала их от
себя. Я подумаю об этом потом, повторяла она себе.
Не будет ничего страшного в том, если на один день она забудет обо всем.
День грез, наполненный любовью и сном за мокрыми от дождя окнами. Она не
могла вспомнить, когда в последний раз проводила целый день в компании
мужчины, если это не было связано с работой.
Даже мысль о вине и видеоиграх показалась ей привлекательной. Форд
безжалостно разгромил ее три раза подряд.
— Она... как ее зовут... Холли Берри?
— Сторм, — подсказал Форд. — Холли Берри — это актриса, и
действительно крутая. Сторм — один из главных персонажей истории о
суперменах. И тоже крутая.
— Послушай, она просто стоит или прыгает, — Силла нахмурилась,
глядя на джойстик. — Откуда мне знать, куда нажимать и что нужно
делать?
— Практика. Кроме того, тебе следует тщательнее продумать стратегию
подбора команды. У тебя одни девушки. Нужно было разбавить парнями.
— Моя стратегия — женская солидарность, — сказала она, и сидевший
под кофейным столиком Спок заворчал. — Хватит тебе, — пробормотала
она. — А еще я думаю, что ты мне дал неисправный пульт, потому что у
меня великолепная координация.
— Хочешь, поменяемся и сыграем еще раз.
— И часто ты играешь? — прищурилась Силла.
— Время от времени. Всю жизнь, — с улыбкой добавил он. — Я
непобедим в этой версии игры.
— Ты чокнутый.
— А ты лузер.
— Забирай свои игрушки, — она протянула ему пульт.
Только посмотрите на это, подумала она, когда он встал, чтобы спрятать
игровую приставку. Красавчик. Настоящий красавчик. Интересно, сколько таких
еще в мире?
— Спасение мира пробудило мой аппетит. А как насчет тебя? —
улыбнулся Форд.
— Я не спасала мир, — возразила она.
— Ты пыталась.
— А ты хвастун.
— Тогда мне лучше пойти в душ, чтобы смыть хвастовство. У меня есть
вчерашние спагетти и тефтели, подарок от Пенни Сойер.
— Ты здесь хорошо устроился, Форд. Любимая работа и потрясающий дом,
где ею можно заниматься. Смешная симпатичная собака. Близкие друзья, еще с
детства. Родители, с которыми ты общаешься достаточно близко, чтобы они
давали тебе еду с собой. Отличный фундамент.
— Не жалуюсь. Силла...
— Нет, пока нет, — она увидела в его глазах сочувствие. — Я
еще не готова думать об этом. Спагетти и тефтели — это как раз то, что
нужно.
— Холодные или разогреть?
— Это должны быть первоклассные спагетти и тефтели, чтобы их можно было
есть холодными.
— Пойдем со мной. — Он подошел к ней, взял за руку и повел за
собой на кухню. — Садись. — Он вытащил миску из холодильника, снял
крышку и взял вилку. — Ты свое получишь, — обратился он к Споку,
который пританцовывал и повизгивал рядом. Повернувшись, Форд поставил миску
на стол, а затем намотал немного спагетти на вилку. — Попробуй.
Она открыла рот, позволив ему кормить себя.
— О, очень вкусно. Правда. Дай-ка мне.
Засмеявшись, он протянул ей вилку. Отложив немного спагетти в тарелку Спока,
Форд налил два бокала вина. Они сидели за кухонным столом и ели холодные
спагетти прямо из миски.
— Когда я была маленькой, у нас жила кухарка. Анна-Мария с Сицилии.
Готова поклясться, что ее паста была не лучше этой. Что? — спросила
она, увидев, что он качает головой.
— Просто мне показалось странным, что я знаком с человеком, который
может сказать:
Когда я была маленькой, у нас жила кухарка
.
— У нас был еще и дворецкий, — улыбнулась она с полным ртом
спагетти.
— Выкладывай все.
— Две горничных, шофер, садовник, помощник садовника, личный помощник
матери, чистильщик бассейна, — она склонила голову и воткнула вилку в
тефтели. — А однажды мать обнаружила, что чистильщик бассейна, с
которым она спала, также спит с одной из горничных, и уволила обоих. С
большим скандалом. Ей пришлось на неделю уехать в Палм-Спрингс, чтобы
успокоиться, и там она встретила Номера Три — как это ни смешно, возле
бассейна. Почему-то я уверена, что он тоже спал с новым чистильщиком
бассейна, которого звали Рауль.
Форд молча размахивал вилкой, пока не проглотил спагетти.
— Ты выросла в мыльной опере восьмидесятых.
— Почти, — после некоторого раздумья согласилась Силла. — Но
в любом случае Анна-Мария не могла сравниться с твоей матерью.
— Она бы обрадовалась этим словам. Но серьезно, на что это похоже?
Расти в окружении горничных и дворецких?
— Слишком много народу. И совсем не так здорово, как может показаться.
Это неприятно, — она подобрала нужное слово. — Я представляю, как
за эти слова на меня накинутся работающие женщины, которым еще нужно убирать
дом и готовить обед. Но, — она пожала плечами, — когда рядом все
время кто-то есть, о настоящем уединении можно только мечтать. Не вытащить
печенья из вазы, пока не пришло время обеда. И вообще никаких печений,
потому что камера полнит. Если ты поссорилась с матерью, то в подробности
посвящена вся прислуга. Более того, можно не сомневаться, что эти
подробности вскоре появятся в какой-нибудь бульварной газете или в желчных
мемуарах бывшего работника. В общем, — подвела итог Силла, — лучше
я буду есть вчерашние спагетти.
— Но если я правильно помню, ты не умеешь готовить.
— Да, и мне немного стыдно, — она потянулась за вином. — Я
уже подумала, не обратиться ли мне к Патти за советом в этой области. Я
люблю нарезать, — она несколько раз рассекла воздух ребром ладони,
демонстрируя движение. — Ну, всякие овощи, салат. Это у меня здорово
получается.
— Неплохо для начала.
— Тут главное — уверенность. Ты же знаешь.
— Точно, но у меня никогда не было дворецкого. Раз в две недели я
вызываю службу уборки квартир, и мне хорошо известны все дороги к
заведениям, где продают блюда навынос. Плюс у меня прямая связь с Брайаном,
Мэттом и Шанной, у которых всегда дома найдется закуска к пиву.
— Это становится системой?
— Хорошо налаженной, — кивнул он и заправил прядь волос ей за ухо.
— Если и когда я научусь готовить что-нибудь кроме горячего бутерброда
с сыром и консервированного супа, то это будет мое очередное личное
достижение.
— А какие у тебя уже есть?
— Реконструкция дома и его прибыльная продажа. Собственный бизнес,
который приносит реальный доход. Но сначала нужно достигнуть другой цели —
получить лицензию на строительные работы, а для этого нужно сдать экзамен.
Через пару недель, если я...
— Ты собираешься сдавать экзамен? Обожаю экзамены, — у него
буквально загорелись глаза. — Тебе нужен напарник для занятий? Да, я
пишу слово
ботаник
с заглавной буквы.
Она замерла, не донеся до рта последнюю — она пообещала себе это — порцию
спагетти.
— Ты любишь экзамены?
— Ну да. Это вопросы и ответы. Верные или неверные, выбор правильного
варианта. Как это можно не любить. Я в восторге от экзаменов. Тебе нужна
помощь.
— Думаю, что справлюсь сама. Я уже начала готовиться. Кажется, я уже
встречала таких, как ты, когда пыталась учиться в колледже. Они каждый раз
заставляли меня чувствовать свое ничтожество. Так что подобные тебе — одна
из главных причин того, что я вылетела после первого же семестра.
— Надо было просить таких, как я, чтобы они помогли тебе с учебой.
Кроме того, ты должна быть им благодарна, что сейчас оказалась именно здесь.
— Хм, — она решительно отодвинула миску от себя, поближе к
нему. — Логично. Предыдущее унижение и неудача привели меня к насыщению
спагетти и тефтелями.
— Другими словами, все, что ни делается, все к лучшему.
— Есть такая наклейка на бампер. Мне нужно подвигаться, — она
прижала ладонь к животу и соскользнула с табурета. — И я
продемонстрирую благодарность тем, что вымою посуду, в том числе ту, что
осталась после завтрака.
— Мы были заняты другими делами.
— Похоже на то.
Несколько мгновений он наслаждался вином, наблюдая за ней. Потом встал,
подошел к ней и повернул лицом к себе. В руке она держала деревянную ложку,
а на ее губах играла легкая улыбка. Он намотал ее волосы вокруг ладони — и
увидел, как ее глаза широко раскрылись от удивления, — а потом потянул,
так, что голова откинулась назад.
И прижался губами к ее губам.
Его вновь охватило необузданное желание — здесь и сейчас. Он отпустил волосы
Силлы и стянул с нее рубашку. Не прерывая поцелуя, он потянул вниз джинсы с
ее бедер.
Это был неистовый вихрь страсти. В мгновение ока она оказалась без одежды.
Она почувствовала, как ее ноги отрываются от пола; голова закружилась,
сердце замерло. Форд опустил ее на стол и раздвинул ей ноги.
И овладел ею.
Ее рука непроизвольно дернулась, и она услышала, как что-то разбилось;
наверное, это у нее в голове, подумала она. Его пальцы впивались ей в бедра,
когда он раз за разом погружался в нее, вызывая ответное желание и острое
наслаждение. Охваченная страстью, она обвила его ногами.
Кровь пульсировала у него под кожей — тысячи беспощадных барабанов. Желание,
охватившее Форда, казалось, стиснуло зубы и не отпускало, несмотря на все
попытки утолить его. Страстная ярость заставляла его овладевать ею, наполняя
тем же необузданным огнем, что горел в нем.
Затем все кончилось, и это было как возвращение из тьмы на свет.
Ее голова бессильно опустилась на его плечо, дыхание было частым и
прерывистым. Она почувствовала, как он дрожит, и обрадовалась, что она не
одна испытывала это.
— Форд, — с трудом выговорила она. — Господи.
— Дай мне минутку. Я помогу тебе спуститься.
— Не торопись. Мне и здесь хорошо. Где я?
— Может, в соусе для спагетти, — его смех щекотал ей шею.
— Тогда нам нужен рецепт.
Отдышавшись, он отклонился назад и внимательно посмотрел на нее.
— А теперь мне правда не помешает фотоаппарат. Ты первая голая женщина,
которая сидит на моем кухонном столе, и я хочу запечатлеть этот момент.
— Ни за что. Мой контракт не предусматривает съемок обнаженной.
— Чертовски жаль, — он погладил ее по волосам. — Думаю, что
после того, как я разыграл сцену викинга и его жертвы, самое меньшее, что я
могу, — это помочь тебе вымыть посуду.
— Самое меньшее. Дай мне, пожалуйста, рубашку.
— Послушай, я конфисковал твою одежду. Придется тебе мыть тарелки
голой.
Подняв голову, она удивленно вскинула брови. Форд, вздохнув, поднял с пола
ее рубашку.
— Жаль, что ты не хочешь сфотографироваться.
Он проснулся в темноте — в доме тихо, кровать пуста. Сонный и растерянный,
он встал и пошел искать ее. В одном из уголков его мозга притаилась
готовность рассердиться, если она ушла домой, не разбудив его.
Он обнаружил, что входная дверь открыта, и увидел силуэт Силлы, сидящей на
веранде на одном из стульев; у ее ног лежал Спок. Отодвигая москитную сетку,
Форд почувствовал аромат кофе.
— Доброе утро, — она подняла голову.
— Пока темно, это еще не утро. — Он сел рядом с ней. — Дай
глотнуть.
— Возвращайся в постель.
— Ты дашь мне кофе или мне придется отбирать его силой?
— Я должна решить, что делать дальше, — она протянула ему чашку.
— В... — он взял ее запястье и, прищурившись, посмотрел на
часы. — В шесть минут шестого утра.
— Я не занималась этим вчера, не думала об этом. По крайней мере, не
часто. Я даже оставила дома свой телефон, чтобы полицейские не смогли до
меня дозвониться. Чтобы никто не смог. Я нырнула и спряталась.
— Ты взяла выходной. Не знаю, почему бы тебе не отдохнуть еще пару
дней, прежде чем ты попытаешься принять решение.
— Есть веские причины, почему мне нельзя больше тянуть. Через пару
часов приедут подрядчики, если я не откажусь от их услуг. Двухдневный
перерыв сильно нарушит график работ, который и так уже полетел к черту. Я
собью их планы, а также планы их работников. Подрядчики обычно работают на
нескольких объектах сразу, и я лишусь нужных людей, если пущу все на
самотек. Так что если я решу все бросить, то должна сказать им об этом.
— Ты не властна над обстоятельствами, и никто не будет тебя винить.
— Думаю, не будет. Но все равно получится эффект домино. Кроме того,
мне следует обдумать свой бюджет, который тоже полетел к черту. Я уже
подошла к верхней границе допустимых расходов, но это был мой выбор — со
всеми изменениями и дополнениями, которые я сделала.
— Если тебе нужно...
— Нет, — она не дала ему договорить. — Мои финансы в порядке,
и если бы я не могла себе этого позволить, то не затевала бы проект. Если
мне действительно понадобятся дополнительные деньги, то я сделаю несколько
звонков и возьму работу по озвучиванию ролей. Суть в том, что я не могу
бросить дом в таком состоянии, наполовину готовым. Еще в марте я заказала
шкафы, а окончательный расчет должна произвести после доставки. Еще через
пару месяцев вернется из реставрации кухонная мебель. И еще много деталей,
больших и маленьких. Все это должно быть закончено, и это не обсуждается.
Вопрос в том, хочу ли я это заканчивать и хочу ли я остаться. Смогу ли я?
Должна ли я?
Он сделал еще один глоток кофе из ее чашки. Серьезный разговор, подумал он,
требует серьезности.
— Скажи, а что ты станешь делать, если решишь продать этот дом, чтобы
ремонт заканчивал кто-то другой? Если ты решишь уехать.
— На свете есть много мест, куда я могу скрыться, не таща за собой того
багажа, который есть у меня тут. Достаточно ткнуть наугад в карту и выбрать
место. При необходимости я могу согласиться поработать
голосом за кадром
,
чтобы пополнить свой банковский счет. Найти дом, который можно
отреставрировать и выгодно продать. Регулярные поступления от проката
Нашей
семьи
тоже будут кстати. А если мне не захочется напрягаться, то я могу
найти работу. Например, в новом отделении Стива в Нью-Йорке.
— Тогда ты откажешься от высоких личных целей.
— Может, я просто отложу их достижение. Проблема в том... — она
умолкла и сделала глоток кофе из кружки, которую он ей вернул. —
Проблема в том, — повторила она, — что мне нравится этот дом и что
мне хорошо здесь. Мне нравится, что я вижу, когда выглядываю из окна или
выхожу за порог. И я злюсь оттого, что какой-то негодяй заставляет меня
отказаться от всего этого.
— Мне больше нравится, когда ты злишься, — сказал Форд,
почувствовав, как ослабла натянутая внутри его струна.
— Мне тоже, но невозможно все время злиться. Та часть меня, которая не
злится и не расстроена, просто напугана.
— Это потому, что ты не глупа. Кто-то сознательно хочет причинить тебе
вред. Ты и должна бояться, Силла, пока не узнаешь, кто это, почему он это
делает, и пока не остановишь его.
— Я не знаю, с чего начать.
— Ты по-прежнему думаешь, что это старик Хеннесси?
— Он единственный из всех, кого я здесь встретила, кто открыто меня
ненавидит. В киносценарии это означало бы, что он этого не делал. Но...
— Мы пойдем и поговорим с ним.
— И что мы ему скажем?
— Придумаем что-нибудь, но главное — дать ему понять, что ты остаешься,
что будешь жить здесь и что ни дом, ни ты сама не отвечаете за то, что
случилось тут тридцать лет назад. Кроме того, я сделаю копии писем, которые
ты нашла. Хочу прочесть их повнимательнее — и тебе тоже нужно это сделать.
Подумай, может, показать их полиции. Потому что если это не Хеннесси, то
следующий наиболее вероятный подозреваемый — это человек, который имеет
отношение к этим письмам и до которого дошли слухи о том, что письма
существуют и что они у тебя. Раскрыта тайна женатого любовника Дженет Харди?
Это будет новость. Большая, пикантная, скандальная новость.
Она уже думала об этом. Конечно, думала. Но...
— Они не подписаны.
— Может быть, там есть ключи, которые позволят вычислить автора. А
может, и нет — прошло тридцать пять лет. Ты помнишь все, что писала тридцать
пять лет назад?
— Мне двадцать восемь, но я уловила твою мысль. — Она внимательно
смотрела на него сквозь неподвижную, светлеющую мглу. — Ты много об
этом думал.
— Да. Во-первых, тот, кто забрался в амбар. Маловероятно, что он
рассчитывал поживиться сувенирами, связанными с Дженет Харди. С одной
стороны, дом уже много лет стоял пустой, и я видел, как время от времени кто-
то рыскал в его окрестностях. С другой стороны, большинство людей считают,
что внутри ничего не осталось, а если что и осталось, то это хлам, брошенный
жильцами, а не самой Дженет. Но затем приезжаешь ты.
— Я убираю хлам и складываю его в амбар. Совершенно очевидно, что я
сортирую вещи, отделяя все, что принадлежало моей бабушке.
— Кого-то разбирает любопытство и, возможно, жадность. Это вполне
вероятно. Нападение на Стива может быть связано с этим. Человека застали,
когда он рылся в чужих вещах. Он запаниковал. Но это всего лишь безвредное,
хотя и неприятное вторжение. Если же дело в письмах, то на кону стоит
репутация. Это уже причина для нападения, а возможно, и попытки убийства.
Она передернула плечами.
— Обескураженный, разозленный и испуганный. Испуганный, что все
раскроется.
— Да, поэтому ты должна быть осторожнее. Теперь, дверь твоего пикапа.
Это личное оскорбление, направленное против тебя. И надпись на каменной
стене тоже. Возможно, все это дело рук двух разных людей.
— Ну да. Два человека, которые меня ненавидят.
— По крайней мере, такое возможно. И, наконец, разгром в доме. Это
нечто более личное, откровенное и открытое. Так что сегодня ты покупаешь
систему сигнализации.
— Неужели?
— Это могу сделать и я, — он не отреагировал на ледяные нотки в ее
голосе. — Но поскольку это твой дом, тебе лучше заняться этим самой.
Если ты не сделаешь этого сегодня, то это сделаю я. После того как ты сидела
голой на моем кухонном столе, я за тебя отвечаю.
Она молчала, борясь с желанием рассердиться.
— Я все равно собиралась это сделать — независимо от того, останусь я
тут или нет.
— Хорошо. Я, конечно, могу ночевать там вместе с тобой. С
удовольствием. Но это не выход, и, кроме того, дом в какие-то моменты все
равно будет оставаться пустым. Ты должна быть в безопасности и чувствовать
себя в безопасности. Тебе нужно защитить свою собственность. И никаких
уеду
, Силла. Ты уже решила остаться.
Ей действительно хочется вспылить, подумала Силла, но с ним это было не так
просто.
— Ладно, ты можешь быть крутым и даже назойливым, но не настолько,
чтобы требовать от меня спрятаться, пока ты не убьешь дракона.
— Жаль, что я оставил мои сияющие доспехи в оружейной. А может, мне
просто нравится секс, которого я лишусь, если ты уедешь. Или я просто не
хочу, чтобы ты отказывалась от того, что любишь.
Да, на него трудно сердиться.
— Когда я приехала сюда, то убеждала себя, что это просто дом. Я
вкладывала душу и в другие дома — именно в этом вся прелесть реконструкции —
и потом продавала их. Это просто дом — дерево, стекло, трубы и провода на
клочке земли.
Она опустила взгляд — он накрыл ее ладони своими, словно говоря: я все
понимаю.
— Конечно, это не просто дом, по крайней мере для меня. Я не хочу его
отдавать, Форд. Я никогда не смогу его вернуть, не смогу вернуть то, что
нашла здесь, если откажусь от него.
Кроме того, мне нравится секс, — она перевернула его ладони и сплела
свои пальцы с его пальцами.
— Это невозможно переоценить.
— Вот и ладно, — она глубоко вздохнула. — Мне нужно
возвращаться. Приготовиться. Начинать.
— Подожди, я надену туфли. Провожу тебя домой.
Мэтт стоял посреди хозяйской ванны, уперев руки в бока; его лицо было
мрачным.
— Мне чертовски жаль, Силла. Не могу понять, что это за люди, честное
слово. Не беспокойтесь, мы приведем в порядок эту стену. Стэн вернется и
положит новую плитку. Я скажу кому-нибудь из моих людей, чтобы он сколол
разбитую плитку,
...Закладка в соц.сетях
