Жанр: Любовные романы
Порочная невинность
...ой и, с трудом проглотив комок
в горле, прошептал:
— Они тебя ищут, папа.
— Знаю, что ищут. Но они меня не найдут, не так ли?
— Нет, сэр, не найдут.
— А ты знаешь, парень, почему? Потому что на моей стороне бог! Этим ублюдкам-
безбожникам никогда меня не найти. Между нами священная война. — Он
улыбнулся, и Сай почувствовал, как в животе у него похолодело. — Они
бросили меня в темницу, а убийцу, сына той шлюхи, оставили на свободе. Она
была шлюхой, вавилонской блудницей. Она продавала себя, будучи моей!
Сай не понял, о ком он говорит, но на всякий случай кивнул в знак согласия:
— Да, сэр.
— Но они понесут наказание, будут наказаны за свои пороки — все до
последнего колена! — Взгляд его стал осмысленнее, и он взглянул на
Сая. — А где ты, парень, достал велосипед?
Сай хотел было сказать, что это велосипед Джима, но побоялся, что если
солжет, то язык у него отсохнет.
— Мне его дали взаймы. — Сая начала бить дрожь, но ему казалось,
что единственный выход — признаться во всем. — Я достал себе работу. Я
работаю в
Сладких Водах
...
Глаза Остина побелели. Он шагнул вперед, большие почерневшие кулаки
судорожно сжались.
— Ты пошел туда сам?! В это змеиное гнездо? Сай давно знал, что есть
вещи пострашнее, чем ремень: отцовские кулаки. Из глаз у неги брызнули
слезы.
— Я больше не пойду туда, клянусь! Я только подумал, что... Но
отцовская рука сдавила ему горло, слова замерли, и он стал задыхаться.
— Даже сын мой предал меня, плоть от плоти моей, кость от кости
моей! — И Остин отшвырнул мальчика, как пустой мешок.
Сай больно уткнулся локтями о каменную стену, но не издал ни звука. И долго
в тишине слышалось только его тяжелое дыхание.
— Нет, ты пойдешь, — наконец сказал Остин, растягивая
слова. — Ты пойдешь туда и будешь следить, будешь сообщать мне, что он
делает и в какой комнате спит. Ты мне расскажешь обо всем, что увидишь и
услышишь.
Сай вытер рукавом глаза.
— Да, сэр.
— А потом ты принесешь мне поесть. Принесешь сюда и будешь носить
каждое утро и каждый вечер. — Он приблизил лицо к Саю. Изо рта у него
скверно пахло, словно из разверстой могилы. Свет, падающий в пещеру, блеснул
в его глазах, и они показались Саю почти белыми. — И ничего не скажешь
ни матери, ни Вернону. Ты ничего и никому не скажешь обо мне.
— Да, сэр. — И Сай отчаянно закивал, чтобы отец не усомнился в
нем. — Но Верной — он бы помог тебе. Он может привести твой грузовик...
Остин ударил его по губам.
— Я сказал — никому! За Верноном они будут следить день и ночь. Они
знают, что он на моей стороне. А ты — на тебя они внимания не обратят. Но
запомни: я сам стану следить за тобой — даже когда меня здесь не будет.
Господь даст мне возможность все видеть и слышать. И если ты сделаешь что-
нибудь не так, его гнев падет на тебя и сметет с лица земли. И я буду его
орудием.
Сай добирался до
Сладких Вод
почти час. Проехав примерно четверть пути, он
должен был остановиться, и его сильно вырвало. Завтрак пропал. Когда желудок
освободился, он вымыл опухшее, испачканное лицо в ручье и был вынужден
некоторое время посидеть на траве. Когда же Сай снова взобрался на
велосипед, ноги так дрожали, что он мог ехать только очень медленно — иначе
бы просто упал.
Добравшись до
Сладких Вод
, он увидел, что Такер разбирает утреннюю почту
на боковой террасе. Стараясь двигаться легко и непринужденно, Сай
припарковал велосипед.
— Доброе утро, Сай.
— Доброе утро, мистер Такер. — Голос его охрип, и Саю пришлось
откашляться, прежде чем продолжать. — Я очень виноват, что опоздал. Я
был...
— Ты сам определяешь время своей работы, Сай. — Такер рассеянно
просмотрел биржевую сводку и отложил ее в сторону. — У нас ведь здесь
не контора.
— Да, сэр. И если вы мне скажете, с чего начать, я сейчас же приступлю.
— Ты завтракал?
— Да, сэр. — Сай невольно вздохнул, подумав, что от завтрака в его
желудке ничего не осталось.
— Тогда поднимайся сюда, я тебе дам указания на сегодня. Пожалуй...
Сай покорно, но без всякой охоты поднялся по трем закругленным ступенькам на
террасу. Такер улыбнулся мальчику, но внезапно помрачнел.
— Черт возьми, парень, что это с тобой?
— Ничего, сэр! — В голосе Сая зазвучала паника. — Я ничего не
сделал такого.
— Но у тебя же локти разбиты в кровь! Он взял Сая за руку и повернул
ее, чтобы получше разглядеть. Из ссадин на локтях все еще сочилась кровь.
— Я просто упал, вот и все. Такер прищурился.
— Это Верной?
Он сам в свое время дрался с Верноном и знал, что этому подонку ничего не
стоит избить мальчишку. Верной был очень похож на своего папашу.
— Нет, сэр. — Сай почувствовал сильное облегчение от того, что по
крайней мере сейчас говорит чистую правду. — Клянусь, Вернон и пальцем
меня не тронул. Он иногда злится, но я ему тогда не попадаюсь на глаза, и он
забывает про меня. Не то что отец... — Сай испуганно оборвал себя на
полуслове. — Это не Верной, сэр. Я сам упал.
Слушая это сбивчивое объяснение, Такер все больше хмурился. Что толку
наседать на мальчишку, заставляя признаться, что брат и отец его дубасят,
как боксер грушу? Он и без того смущен.
— Ладно, успокойся и ступай к Делле. Пусть приведет тебя в порядок.
— Нет, я...
— Парень, — Такер откинулся на спинку стула, — одна из
хозяйских привилегий состоит в том, чтобы приказывать. Входи немедленно,
умойся и достань себе из холодильника бутылку колы. А когда Делла тебя
подлечит, подметешь двор: должен же ты чем-то заработать сегодняшнее
жалованье.
— Да, сэр.
Охваченный чувством вины, Сай вошел в дом. На сердце у него было тяжело.
Такер, нахмурившись, посмотрел ему вслед. По правде говоря, мальчик выглядел
чертовски скверно, но как его можно за это упрекать?
Слухи о том, что случилось у Тэлботов, стремительно распространились по
городу, узнали об этом и в
Сладких Водах
. Такеру было предложено несколько
версий, но его связь Дарлин с Билли Ти Бонни интересовала только в одном
плане.
Тэлбот Младший застал жену, обнимающей Билли Ти на кухонном столе, поставил
Билли хорошую шишку величиной с гусиное яйцо, но никаких жалоб ни с одной
стороны не поступало. Это являлось лишним доказательством правоты Джози.
Такер обдумывал создавшееся положение все время после ленча, потом съел
кусок бананового пирога с кремом, испеченного Деллой, и еще немного подумал.
Это, в конце концов, дело принципа. Мужчина может на многое не обращать
внимание, но он недалеко уйдет, если не станет придерживаться своих
собственных правил.
Подкупив Деллу обещанием подарить ей новые серьги и доверху наполнить бачок
на автостанции, Такер взял у нее машину. Проехав до того места, где Дорога
Одинокого Кипариса пересекалась с Длинной улицей, он припарковался.
Билли Ти обязательно должен здесь проехать из дома в город. Насколько Такеру
было известно, Билли Ти ни за что не пропустит вечерок у Макгриди, если в
состоянии держать в руках бильярдный кий. Поэтому Такер достал сигарету и
приготовился ждать.
Он сидел на капоте Деллиного автомобиля и уже подумывал, не угоститься ли
второй сигаретой, как вдруг увидел, что по дороге идет Кэролайн, которую
буквально тащит за собой щенок на красном поводке. Заметив насмешливо
улыбающегося Такера, она сразу же отпустила поводок и перестала учить щенка
команде
К ноге
.
— Привет! — крикнул Такер. — Куда это тебя ведет собака?
— Мы гуляем.
Слегка запыхавшись, она подошла к машине. Вертя хвостом, Никудышник
подпрыгнул, чтобы обнюхать щиколотки Такера.
— Но это тебе не город. — Такер нагнулся, чтобы почесать голову
щенка, вставшего на задние лапы. — Здесь его можно выпускать гулять
прямо на дворе.
— Я хочу, чтобы он привык к поводку. Никудышник тут же повернулся и
начал грызть поводок — словно для того, чтобы показать бесполезность этого
намерения.
— Да он, кажется, уже привык к нему, — улыбнулся Такер. — А у
тебя, Кэро, усталый вид. Плохо спала?
— Да, щенок очень скулил.
Впрочем, даже когда он успокоился, Кэролайн долго не могла уснуть, все
думая, что каждую минуту может нагрянуть Остин Хэттингер.
— Тебе необходимы коробка и будильник.
— Извини, что?
— Щенок скучает по матери. Ты положи его в коробку на ту самую подушку,
что купила, и поставь рядом будильник. Он тикает, словно сердце, и это его
успокоит.
— О... — Кэролайн обдумала совет и решила не сообщать, что щенок
прекрасно успокоился, когда она взяла его к себе в постель. — Я
попробую. А что это ты стоишь тут на дороге?
— Сижу, — поправил он ее. — И неплохо провожу время.
— Ты выбрал для этого довольно странное место... Не знаешь, они еще не
поймали Хэттингера?
— Насколько мне известно, нет.
Он взглянул на Дорогу Одинокого Кипариса и увидел шлейф гравия за блестящим,
мчащимся на предельной скорости
Тандербердом
Билли Ти.
— Я думаю, тебе сейчас нужно вернуться домой и выбросить все это из
головы. А я, возможно, загляну к тебе попозже и посмотрю, как идет окраска
дома.
— Что случилось?
Она уже однажды видела у него такой взгляд — когда он бросился на нее,
придавив к полу в гостиной, а в это время повсюду летели осколки стекла и
слышались выстрелы. Он тогда еще спросил, есть ли у нее ружье...
Она услышала оглушительный рев магнитофона и обернулась:
— В чем дело, Такер?
— Это тебя совершенно не касается. Иди домой, Кэролайн. Он соскользнул
с капота в тот самый миг, как, взвизгнув тормозами, Билли Ти резко остановил
машину. Кэролайн взяла щенка на руки, но не двинулась с места.
— Привет, Факер, то есть Такер, — Билли Ти ухмыльнулся своей
остроте, не вынимая изо рта зубочистки.
Билли Ти был не в лучшем из своих настроений. У него страшно болела голова,
а самолюбие страдало еще сильнее. Нет, он был просто в убийственном
настроении, когда хочется всем надавать по морде.
— Привет, Билли Ти. — Сунув руки в карманы, Такер не спеша пересек
дорогу. — Я слышал, у тебя сегодня утром было маленькое приключеньице.
Билли Ти прищурился.
— А тебе какое дело, черт побери?
— Да я так просто сказал, чтобы завязать разговор. Я, между прочим, как
раз поджидал здесь тебя.
— Ну, и что дальше?
Краем глаза Такер видел, что Кэролайн тоже подошла, и, хотя она остановилась
в нескольких шагах от них, он очень разозлился.
— Я хотел бы кое-что выяснить с тобой.
Прежде чем Билли Ти успел что-либо сообразить, Такер нагнулся к раскрытому
окошку его машины и вытащил ключи от зажигания. Люди часто забывали, что он
может не только лениво полеживать в своем гамаке, но и двигаться очень
стремительно.
— У тебя что, мозги расплавились?! — Билли Ти распахнул дверцу и
выскочил из машины. — Или ты хочешь заработать еще один фингал под
глазом?
— Ну, мы еще успеем это обсудить. Кэролайн, если ты сделаешь хоть один
шаг вперед, ты меня ужасно расстроишь.
Билли Ти скользнул взглядом по Кэролайн — по ногам, животу и груди.
— Оставь ее в покое, Такер. Может, после того, как я размажу тебя по
дороге, она не откажется принять пивка с настоящим мужчиной.
Кэролайн вскинула голову.
— Сейчас же прекратите! Вы как два драчливых школьника. Такер, не знаю,
почему ты к нему прицепился, но я бы хотела, чтобы ты меня сейчас отвез
домой. Прямо сейчас.
Билли Ти ухмыльнулся и выплюнул зубочистку.
— Уже залез в штанишки к этой киске? И как, твоя машинка действует?
Кэролайн в гневе шагнула вперед, но Такер, быстро протянув руку, остановил
ее.
— Разве ты не знаешь, Билли Ти, что так с леди говорить не полагается?
Но мы вернемся к этому немного погодя. А сейчас давай-ка побеседуем о моем
автомобиле.
— Слышал-слышал, что твою машину отправили в металлолом.
— Ты правильно слышал. В последнее время я старался не сталкиваться с
тобой. Билли Ти. Но я не могу спустить тебе просто так то, что ты сделал с
моей машиной.
Билли Ти фыркнул и сплюнул.
— Насколько мне известно, ты сам ее разбил.
— О да, но после того, как ты прокрался в
Сладкие Воды
и похимичил с
ней. — Такер знал, что по части мозгов Билли Ти не очень силен, и
храбро соврал:
— Дарлин всем рассказывает, что ты продырявил тормозную систему.
Понимаю, не очень хорошо с ее стороны выдавать тебя — особенно после того,
как ты подарил ей помаду Джози...
— Да она просто лживая шлюха!
— Это вполне возможно, но думаю, что на сей раз она не врет. Билли Ти
отбросил волосы со лба.
— Даже если не врет, ты ничего не сможешь доказать. — Он
издевательски улыбнулся. — Прямо тебе скажу: да, это я нахимичил.
Дарлин очень расстраивалась, что ты разбил сердце Эдды Лу, ну, я и решил
исправить ей настроение. А еще я это сделал потому, что тебя ненавижу! Но
доказать ты ничего не сможешь.
Словно обдумывая его слова, Такер неспешно вынул сигарету из пачки, отломил
кончик и закурил.
— Хорошо, ты меня ненавидишь, это я могу допустить. Но понимаешь, я вот
все думаю: а что, если бы кто-нибудь из моей семьи взял в то утро эту
машину? Тот, кто не умеет так хорошо крутить баранку, как я. И знаешь. Билли
Ти, я просто кипятком писаю, когда об этом думаю.
— И что же ты собираешься делать?
Такер внимательно разглядывал кончик сигареты.
— Да кое-что я, наверное, сделаю...
— Да ты всегда был дерьмо цыплячье! — Ухмыльнувшись, Билли Ти
расправил плечи. — Ну давай, продемонстрируй свой лучший удар.
— Что ж, раз ты об этом просишь... — И Такер изо всей силы пнул его
ногой в пах.
Билли Ти согнулся пополам, громко крякнул и, держась за низ живота, словно
подкошенный упал на обочину. Тогда Такер нагнулся и схватил его за горло —
да так крепко, что у Билли Ти глаза на лоб полезли.
— Нет, ты не отключайся, парень, я еще не все сказал. Ты знаешь, кто
тебе сдает в аренду землю? Вы задолжали мне за три месяца, и я буду очень
переживать, если придется прекратить наши деловые отношения. И насчет
хлопкосортировочной машины тоже подумай. Она ведь — вот какое
совпадение! — тоже моя. Ты, значит, захотел мне отомстить? Ну что ж, я
этому помешать не могу. Но, бог свидетель, ты потеряешь и землю, и работу.
Он еще сильнее сжал пальцы; Билли Ти застонал и свернулся в клубок.
— Мне моя машина очень нравилась, — вздохнул Такер. — И еще,
оказывается, я очень люблю эту леди, которую ты оскорбил. Так что лучше ты
не связывайся со мной. Билли Ти: я уже не тощий десятилетний мальчишка.
— Отпусти! — ухитрился выдавить из себя Билли Ти. Решив, что
достаточно проучил его, Такер разжал пальцы и поднялся. Кэролайн смотрела на
него широко открытыми глазами и не могла произнести ни слова. Щенка она уже
спустила на землю, и тот преспокойно поливал ботинки Билли Ти.
Такер, подхватив щенка под мышку, повернулся к Кэролайн и сказал:
— А теперь, детка, я отвезу тебя домой.
— И ты оставишь его в таком виде на дороге?!
Она чуть шею не вывернула, пока он тащил ее к машине Деллы.
— Да, именно так. И мы, наверное, еще успеем с тобой сегодня в кино.
— В кино... — машинально повторила Кэролайн. — Такер, я стояла
рядом и все видела! Ты ударил этого человека в...
— В приличном обществе мы называем это
персональной частной
собственностью
. Лезь на ту сторону, если не хочешь сама вести машину.
Она послушалась, но все никак не могла прийти в себя.
— Насколько я знаю, это запрещенный прием. Никак не ожидала, что ты
способен устроить такую грязную драку!
— Всякая драка грязная, Кэролайн. Бог почему я всегда так усердно их
избегаю. — Он наклонился, быстро поцеловал ее и завел мотор. А затем
небрежным движением выкинул ключи от машины Билли Ти на дорогу. — Ну,
так как насчет кино?
Кэролайн только глубоко вздохнула:
— А что сегодня идет?
Глава 16
Пока Тоби и Джим усердно работали молотками на заднем крыльце и укрепляли
перила, Кэролайн целилась в жестянку из-под куриного супа. Прицелилась,
выстрелила — и опять промахнулась.
— Наклони голову немного вправо, — посоветовала Сьюзи. — Ты
все время дергаешься влево, когда нажимаешь курок.
— Но у меня это непроизвольно выходит.
— А ты постарайся в это время не дышать. Затаи дыхание и главное — не
жмурься. — Кэролайн снова выстрелила и снова промахнулась. — Да,
боюсь, на этот раз Четвертого июля тебе в соревновании не участвовать...
— Не сойду с места, пока не попаду!
— А может, тебе опять подумать об этом Луисе?
— Не поможет. Я уже от него освободилась.
— Ты уверена? Но в таком случае, может, расскажешь, что и как было, во
всех отвратных подробностях?
— Да они скорее банальны, чем отвратны. Я просто-напросто застала его с
другой.
— О! — Сьюзи нахмурилась и грозно потрясла своим ружьем. — И
ты не убила обоих?!
Кэролайн засмеялась.
— Нет. К сожалению, это все происходило, когда у меня был период слез и
стенаний. Но сейчас он, кажется, в прошлом.
— Что — период или Луис?
— И то, и другое. Черт побери, я просто обязана попасть в жестянку!
Конечно, это дело практики. Но никто так не понимает значения практики, как
музыкант. — Кэролайн опять подняла ружье и прицелилась. — Сейчас
эта жестянка у меня запоет!
Она слегка наклонилась вправо, и в следующий момент банка если и не запела,
то громко звякнула, что доставило Кэролайн большое удовлетворение.
— Прекрасный выстрел. — Сьюзи поощрительно похлопала Кэролайн по
спине. — Почему бы и дальше не попрактиковаться, пока везет?
— Нет, на сегодня хватит. — Кэролайн аккуратно разрядила
ружье. — Я и так поставила свой личный рекорд: вчера я больше двух
часов пристреливалась, прежде чем попала в эту дурацкую банку. А сегодня на
это ушло только час и сорок пять минут. — Она сунула неиспользованные
пули в карман за неимением более подходящего места. — Хочешь чего-
нибудь выпить?
— А я уж думала, ты этим не поинтересуешься никогда. И они направились
к дому.
— Ты все-таки поручила эту работу Тоби и Джиму? Молодец. Мне нравится голубой. Очень освежает.
— Они выкрасят и оба крыльца. Можно пройти, Тоби?
— Конечно, только поосторожней. Добрый день, миссис Трусдэйл.
— Привет, Тоби. Когда ты все здесь закончишь, почему бы тебе не зайти к
нам и не пристыдить как следует Берка? Он так и не собрался заняться боковой
дверью. Она скоро совсем перестанет открываться.
Утирая лицо шейным платком, Тоби улыбнулся. Пыль и грязь прочно засели в складках вспотевшего лица.
— Но ведь я же говорил ему, что надо сделать. Наверное, уже полгода
назад говорил.
— Вот именно. А он все только обещает. — Сьюзи обошла ящик с
инструментами. — Впрочем, у него сейчас слишком много других забот...
Улыбка на лице Тоби сразу увяла.
— Да, мэм. Джим, подержи-ка эту доску прямо. И он уже не отрывал
взгляда от своих рук, а Кэролайн провела Сьюзи на кухню.
— А вот и щенок, о котором я уже так много слышала! Сьюзи присела на
корточки возле одного из стульев, под который забился Никудышник: он
спрятался туда, как только прозвучал первый выстрел.
— Да, это мой свирепый сторожевой пес. — Кэролайн усмехнулась,
глядя, как щенок, скуля и повизгивая, лижет Сьюзи руку. — Я просто
сумасшедшая, что взяла его.
— Да нет, просто слишком мягкосердечная. — Сьюзи встала и взяла
стакан охлажденного чая, протянутый Кэролайн. — Спасибо. Я хотела
заехать к тебе пораньше, но с тех пор, как Марвелла обручилась, все в доме
идет кувырком.
— Да, я слышала об этом. Представляю, как ты переживаешь.
— Не говори! Реву целыми днями. — Она откусила предложенный
Кэролайн кекс. — Я знала, конечно, что это рано или поздно случится:
они вздыхают друг по дружке уже два года. А когда не вздыхают, то
цапаются, — а это всегда верный признак.
— Да, но она все равно твоя маленькая дочка...
— Это точно. — Сьюзи вытерла слезу. — Мой ребенок. Мой первый
ребенок. Когда я занята разговорами или домашними делами — все в порядке. Но
стоит мне сесть отдохнуть, как тут же начинаю реветь.
Кэролайн некоторое время нерешительно созерцала второй кусок кекса, но в
конце концов сочла, что заслуживает его.
— Они уже назначили дату?
— Сентябрь. Марвелла всегда очень любила хризантемы и хочет, чтобы в
церкви было полно хризантем и чтобы все ее пять подружек были в платьях
осенних красок. — Сьюзи проглотила последний кусочек кекса и глубоко
вздохнула. — У нас с Берком была очень тихая свадьба... Знаешь, с тех
пор как Остин сбежал, Берк забегает домой, только чтобы поспать несколько
часов. — Сьюзи подняла голову. — Миленькая, ты не боишься, что
Остин опять сюда заявится и... побеспокоит тебя?
— Не знаю. — Кэролайн встала, поскольку не могла сидеть, стоило ей
подумать об этом. — Я не исключаю такую возможность, хотя, признаться,
не вижу причин. — Она выглянула в окно, задержала взгляд на линии
деревьев и сразу вспомнила, что она там нашла. — Но я хочу сказать вот
что, Сьюзи. Мне кажется, что эти поиски Остина Хэттингера как-то отодвинули
на задний план событие двухнедельной давности. А я не могу забыть, что всего
две недели назад я пошла на пруд и обнаружила в нем труп его дочери.
— Но никто и не забывает об Эдде Лу. А также о Фрэнси и Арнетте. Однако
если думать об этом постоянно, то можно и свихнуться. — Сьюзи понизила
голос:
— Этот агент Бернс уже, наверное, опросил полгорода. Сегодня он
разговаривал с Дарлин. Мне только не нравится, что он работает отдельно от
Берка — очевидно, не хочет, чтобы местные власти вмешивались в дело
федеральной важности, которое ему поручили. По-моему, это только создает
дополнительные трудности: ведь Берк знает наших людей, они верят ему и не
доверяют янки в начищенных ботинках.
Кэролайн принужденно улыбнулась и взглянула на собственные туфли. Но Сьюзи,
махнув рукой, решительно отмела всякое отношение Кэролайн к Северу.
— Твои родные из здешних мест. Хотя, конечно, можно сказать, что вы
говорите с ним на одном языке и хорошо понимаете друг друга.
Кэролайн подняла брови.
— Сказать можно, но вряд ли это соответствует действительности.
— А мне показалось, что он тебя очень уважает...
— Он питает уважение к известной скрипачке Кэролайн Уэверли. А это
совсем другое. — Она пристально взглянула на Сьюзи. — Почему бы
тебе прямо не сказать, что у тебя на уме?
— Да я просто подумала, что раз вы с агентом Бернсом относитесь к
одному и тому же кругу людей, то он может прислушаться к твоему предложению.
— Какое же предложение я могла бы ему сделать?
— Он не должен таким образом отсекать Берка от дела! — выпалила
Сьюзи и мрачно взглянула на шоколадные крошки на столе. — И я говорю об
этом не только потому, что я жена Берка, люблю его и вижу, как все это для
него мучительно. Я говорю как женщина, как представительница здешней общины.
Убийца ваших девушек должен быть пойман, кто бы он ни был! Но без помощи
Берка это будет гораздо труднее. Ведь Берк хорошо знает всех здешних жителей
и с какого боку к ним подойти, чтобы они раскрылись.
— Я согласна с тобой, Сьюзи, честное слово, но не знаю, как и чем могу
помочь.
— Ты могла бы об этом упомянуть в каком-нибудь вашем разговоре — просто
так, как б
...Закладка в соц.сетях
