Жанр: Любовные романы
Поцелуй смерти
...mdash; по—вторила
Ева. — Пибоди, свяжись с Моррисом из отдела медэкспертизы. Ему нужно
сообщить о втором случае. Фини, ты можешь узнать у Макнаба, что он
обнаружил?
Россуэлл побагровел от гнева, поняв, что его игнори—руют. Когда дверь за ним
захлопнулась, Фини с усмешкой посмотрел на Еву.
— Быстро ты заводишь новых друзей.
— Это все моя яркая индивидуальность и искрометное остроумие. Против
них никто не может устоять. Боже, что за кретин! Ну да ладно, бог с ним. Я
собираюсь проверить клинику на Канал-стрит: Спиндлер пользовалась ей
пос—ледние двенадцать лет. Как знать, может быть, и Снукс посещал ее пару
раз. Пибоди, пошли со мной.
Они спустились на лифте к гаражам, и, как только вышли из кабины, Еве
позвонил Фини.
— Даллас, Макнаб нашел еще один случай. Наркоман по имени Джеспер Мотт,
у него также изъяли сердце. Это произошло три месяца назад.
— Три месяца? И что дало расследование? Кто его вел?
— Нью-йоркский департамент этим не занимался. Это случилось в Чикаго.
— Что?! — Перед мысленным взором Евы сразу пред—стала похожая на
паука трещина в оконном стекле, а ее кожу обожгло леденящим холодом.
— В Чикаго, — растерянно повторил Фини. — Что случилось,
Даллас? Ты в порядке?
— Да-да. — Ева взглянула в сторону гаража, где Пибо—ди терпеливо
ожидала возле их машины. — Можете пере—дать Пибоди имя следователя и
все необходимые данные? Я поручу ей связаться с чикагским департаментом,
зака—зать файлы и выяснить статус дела.
— Нет проблем. Может быть, хочешь перекусить, ма—лышка? Ты, наверное,
устала. У тебя такой голос...
— Со мной все в порядке. Поблагодари Макнаба за хо—рошую работу, и пусть он продолжает поиски.
— Неприятности, сэр? — осведомилась Пибоди.
— Нет. — Ева подошла к машине, раскодировала за—мок и влезла
внутрь. — Еще один случай в Чикаго. Фини сообщит тебе подробности. Как
только вернемся, свяжись со следователем и начальником участка и потребуй
копии их данных. Передашь их майору Уитни. Делай все по прави—лам, но
побыстрее.
— В отличие от некоторых, я всегда работаю по правилам, — чопорно
отозвалась Пибоди. — И почему тупицы вроде Россуэлла становятся
детективами?
— Потому что, — с чувством ответила Ева, — жизнь часто бывает
дерьмом.
Это замечание было, безусловно, справедливым в от—ношении пациентов клиники
на Канал-стрит, переполненной больными и умирающими. В коридоре женщина с
помятым лицом кормила грудью младенца, покуда у ее ног хныкал ребенок
постарше. Кто-то монотонно и хрип—ло кашлял. Полдюжины проституток, имеющих
лицензию, скучали, ожидая очередной проверки, позволяющей про—должать их
ночную работу.
Ева подошла к окошку, за которым сидела дежурная сестра.
— Заполните бланк, — сказала та усталым голосом и протянула ей
листок. — Не забудьте указать номер меди—цинской карты, удостоверения
личности и теперешний адрес.
Вместо ответа Ева показала значок через армирован—ное стекло.
— Кто дежурный врач?
Серые утомленные глаза сестры скользнули по значку.
— Доктор Диматто. Но она сейчас с пациентом.
— Здесь есть свободная комната?
— Если ее можно так назвать. — Сестра открыла кодо—вый замок и с
явной неохотой зашаркала по коридору. Двинувшись следом за ней, Пибоди
бросила взгляд через плечо.
— Я еще ни разу не бывала в таком месте.
— Считай, что тебе повезло. — Ева провела в подоб—ных местах много
времени и прекрасно знала, что госу—дарственные медицинские учреждения не
идут ни в какое сравнение с частными.
По знаку сестры они вошли в комнатушку, которую врачи по очереди
использовали в качестве офиса. Всю ме—бель составляли два стула и крошечный
письменный стол с компьютерной системой еще хуже той, которой Еве
при—ходилось пользоваться в управлении. Окон в комнате не было, но кто-то
постарался оживить атмосферу с помо—щью пары плакатов и виноградной лозы в
треснутом горшке.
На полке между стопками дискет находился букетик бумажных цветов.
— Снукс, — пробормотала Ева. — Он бывал здесь.
— Сэр?
— Его цветы! — Ева сняла букет с полки. — Он пода—рил их кому-
то, кто ему здесь понравился, и этот человек сохранил их. Мы нашли связующее
звено, Пибоди!
Ева все еще держала в руке цветы, когда дверь откры—лась и вошла миниатюрная
молодая женщина в белом ха—лате поверх мешковатого свитера и полинявших
джинсов. Короткие волосы цвета меда, растрепанные еще сильнее, чем у Евы,
обрамляли приятное румяное лицо. Однако глаза женщины напоминали штормовое
море, а голос зву—чал столь же грозно.
— Могу уделить вам три минуты. Меня ждут пациен—ты, а ваш значок здесь
ничего не значит.
Ева подняла брови. При обычных обстоятельствах та—кое вступление рассердило
бы ее, но она обратила внима—ние на темные тени под глазами молодой женщины
и ее напряженную позу.
Ева сама достаточно часто работала до изнеможения, чтобы уметь различать эти
признаки.
— Лейтенант Ева Даллас, — представилась она. — Мне нужны
сведения о паре пациентов.
— Доктор Луиза Диматто. Я не даю сведений о пациентах ни копам, ни кому
бы то ни было. Так что если это все...
— О мертвых пациентах, — уточнила Ева, когда Луиза повернулась к
двери. — Точнее, убитых. Я работаю в отде—ле убийств.
Обернувшись через плечо, Луиза посмотрела на Еву более внимательно. Она
увидела худощавую фигуру, жест—кое лицо и усталые глаза.
— Вы расследуете убийство?
— Целых два. — Ева протянула Луизе бумажные цве—ты, — Это
ваши?
— Да. Значит... — Она оборвала фразу, и на ее лице мельк—нуло
беспокойство. — О, только не Снукс! Кому могло по—надобиться убивать
Снукса? Он был абсолютно безобид—ным.
— Снукс был вашим пациентом?
— Вообще-то он не был ничьим пациентом. — Луиза подошла к древней
кофеварке и включила ее. — Раз в не—делю мы выезжаем в медицинском
фургоне для обследо—вания больных на месте. — Автомат издал шипящий
звук и отключился, вода не успела закипеть. Луиза с досадой стукнула кулаком
по столу. — Говорила же я, что надо ку—пить новую кофеварку! А теперь
нам опять урезали бюджет.
— Расскажите мне о Снуксе, — сухо потребовала Ева.
Усмехнувшись, Луиза провела рукой по волосам.
— Я часто видела Снукса, когда была моя очередь вы—езжать в фургоне, и
однажды вечером, около месяца назад, уговорила его согласиться на осмотр.
Мне не составило труда обнаружить, что без лечения он умрет от рака через
полгода. Я пыталась втолковать ему это, но он только рукой махнул, подарил
мне цветы и сказал, что я славная девушка. — Она глубоко
вздохнула. — Не думаю, что Снукс был сумасшедшим, хотя на
психиатрическое обсле—дование он не соглашался ни за какие деньги. Просто
его это не заботило.
— У вас есть записи результатов осмотра?
— Я могла бы их отыскать, но какой смысл? Если его убили, раку до него
не добраться.
— Я бы хотела приобщить их к моим файлам, — сказа—ла Ева. — А
как насчет Эрин Спиндлер? Она проходила здесь обследования.
— Спиндлер? — Луиза покачала головой. — Не думаю, что она
лечилась у меня, иначе бы я ее запомнила. Но если вам нужны сведения о
пациентах, лейтенант, то предо—ставьте мне побольше данных о них. Как они
умерли?
— Можно сказать, во время операции. — Ева сообщи—ла ей
подробности.
Когда Луиза справилась с удивлением, ее взгляд вновь стал спокойным и
холодным. Подумав, она покачала го—ловой.
— Я ничего не знаю о Спиндлер, но уверена, что ника—кой орган Снукса не
годился даже для черного рынка.
— Тем не менее, кто-то изъял у него сердце, и сделал это на высшем
уровне мастерства. Кто ваш главный кон—сультант-хирург?
— У нас нет консультантов со стороны, — устало отве—тила
Луиза. — А здесь я главный хирург. Так что если хо—тите отвезти меня на
допрос или предъявить мне обвине—ние, вам придется только подождать, пока я
закончу дела с пациентами.
Ева с трудом сдержала улыбку.
— В настоящее время я вас ни в чем не обвиняю, док—тор. Если только вы
сами не хотите признаться. Вот в этом. — Вынув из сумочки фотографии
жертв, она протянула их доктору.
Луиза, нахмурившись, долго изучала увеличенные снимки ран.
— У того, кто это сделал, золотые руки, — пробормо—тала она
наконец. — Я сама неплохой хирург, но о таком опыте даже мечтать не
могу. Проделать подобную опера—цию в жилище бомжа на тротуаре... — Она
покачала голо—вой и вернула Еве фотографии. — Я могу ненавидеть
человека, который это сотворил, но восхищаюсь его мастерст—вом.
— А у вас есть предположения, кто мог бы это сделать?
— Я не общаюсь с богами от хирургии, а вы ищете бога. Я попрошу Джен
найти сведения о Спиндлер, а мне нужно возвращаться к пациентам.
Но Луиза задержалась, снова посмотрев на цветы. В ее глазах появилось нечто
большее, чем усталость, — воз—можно, горе.
— Мы научились исцелять почти все недуги, но неко—торые люди страдают и
умирают преждевременно, так как они слишком бедны, трусливы или упрямы,
чтобы обра—щаться за помощью. Но мы справимся и с этим. — Она снова
взглянула на Еву. — Мы победим на всех фронтах, но на вашем, лейтенант,
никогда не добиться полной победы. Самым страшным врагом человека всегда
будет дру—гой человек. Поэтому мне придется продолжать лечить из—битых,
изрезанных и искромсанных двуногими хищника—ми, а вам — на них охотиться.
— Я тоже одерживаю победы, доктор, каждый раз, когда отправляю в клетку
очередного хищника. И я от—правлю туда убийц Снукса и Спиндлер — можете на
это рассчитывать.
— Я уже больше ни на что не рассчитываю, — покача—ла головой Луиза
и отправилась туда, где ее ждали боль—ные и умирающие.
Я... забавляюсь. В конце концов, великий труд должен быть
уравновешен периодами досуга и развлечений. Кроме того, мне нужно
поразмыслить об одной досадной помехе. В самый разгар работы моим
противником оказа—лась упрямая, решительная и умная женщина, обладаю—щая
огромным опытом в своей профессии. Но какой бы упрямой, решительной и умной ни была Ева Даллас, она
остается копом. Я и раньше имел дело с копами, поэтому знаю, что от них
легко избавиться тем или иным способом. Однако какой абсурд, что те, кто издает законы — за—коны, которые
меняются так же быстро и часто, как ве—тер, — считают, будто я нахожусь
под их юрисдикцией. Они называют то, что я делаю, убийством. Но устране—ние, и притом
гуманное, увечных, бесполезных и непро—дуктивных — не более убийство, чем
устранение вшей с человеческого тела. Жертвы, избранные мною, не более чем
паразиты, к тому же больные и умирающие. Эти существа заражены, испорчены и осуждены тем самым обществом,
чьи законы призваны мстить за них. Но где же были законы и призывы к
правосудию, когда те же создания теснились в жалких жилищах среди отбросов и
нечистот, презираемые, пренебрегаемые и проклинае—мые? Мертвые, они послужат куда более великой цели, чем та, которой они
не смогли достигнуть при жизни. Впрочем, если это называют убийством, я готов при—нять подобный
термин, как принимаю вызов упрямого лейтенанта. Пускай она суетится, ищет,
размышляет и делает выводы. Я уверен, что буду наслаждаться этим
по—единком. Но если она станет помехой, если каким-то чудом подберется слишком
близко ко мне и моей работе, тогда ею придется заняться. Даже у лейтенанта Даллас есть свои слабости.ГЛАВА 7
Макнаб обнаружил еще одного мертвого бомжа в одном из парижских переулков. У
него отсутствовала пе—чень, но его тело было так изуродовано одичавшими
кош—ками, бродящими по трущобам, что большинство физи—ческих доказательств
преступления оказалось уничтожен—ным. Тем не менее, Ева включила его имя в
свои файлы.
Она взяла их домой, решив поработать там до возвраще—ния Рорка из Лос-
Анджелеса.
На сей раз Соммерсет ее не разочаровал, появившись в холле через несколько
секунд после того, как она шагнула через порог. Темные глаза дворецкого
уставились на Еву, а длинный тонкий нос брезгливо сморщился.
— Так как вы явились поздно, лейтенант, и не сочли нужным уведомить
меня о ваших планах, я полагаю, вы уже пообедали.
Ева не ела ничего, кроме шоколадки, которую ей уда—лось найти, но только
пожала плечами, снимая куртку.
— Я не нуждаюсь в вас, чтобы приготовить себе обед.
— Вот и хорошо. — Соммерсет наблюдал, как Ева бро—сает куртку на
стойку перил, отлично понимая, что она поступает так снова и снова из-за
того, что это оскорбляет его педантичное чувство порядка. — Тем более
что я ниче—го готовить не намерен, коль скоро вы не удосужились
ин—формировать меня о времени вашего прихода.
Склонив голову набок, Ева в свою очередь окинула взглядом его высокую
костлявую фигуру и преувеличенно вздохнула.
— Это послужит мне уроком.
— У вас есть помощница, лейтенант. Было бы так про—сто поручить ей
сообщать мне о ваших планах, дабы в доме мог поддерживаться какой-то
порядок.
— У Пибоди есть более важные заботы — как, впро—чем, и у меня.
— Ваша работа меня не касается, — фыркнул дворец—кий. — В
отличие от домашнего хозяйства. Я отметил в вашем календаре
благотворительный прием в АМА. Вам следует приготовиться и выглядеть
презентабельно... — Сделав паузу, он брезгливо посмотрел на ее обшарпанные
ботинки и мятые брюки. — Если это возможно, конечно. Прием состоится в
пятницу в половине восьмого.
Ева угрожающе шагнула вперед.
— Держите свои лапы подальше от моего календаря.
— Рорк поручил мне сделать в нем отметку и напомнить вам о
приеме. — Соммерсет самодовольно улыб—нулся.
Ева решила потребовать от мужа, чтобы он прекратил навязывать ей своего нациста-
дворецкого.
— Черт возьми, я сто раз говорила вам, чтобы вы не лезли в мои дела.
— Я получаю указания от Рорка, а не от вас.
— А я не потерплю их ни от вас, ни от него! — бросила она,
поднимаясь по лестнице. — Зарубите это себе на носу.
Они расстались, вполне удовлетворенные стычкой.
Войдя в свой кабинет, Ева направилась прямо к микроволновке. Она бы умерла
со стыда, если бы догадалась, что Соммерсет специально вложил ей в голову
мысль об обеде, отлично понимая, что теперь Ева поест хотя бы назло ему.
Еву ждала сковородка с тушеной говядиной в тесте; это было одно из ее
любимых блюд. Как только она вклю—чила печь, подошел Галахад и начал
тереться о ее ноги.
— Я прекрасно знаю, что ты уже пообедал, — провор—чала Ева. Но
когда она открыла дверцу, и в воздухе распро—странился аромат мяса, Галахад
требовательно замяукал. Чтобы отделаться от него, Ева положила немного мяса
в миску, и кот прыгнул на нее, словно это была мышь, ко—торая могла убежать.
Ева отнесла мясо и кофе в кабинет и начала есть, включив компьютер и изучая
поступающую информацию. Интуиция многое ей подсказывала, но, чтобы
удостовериться в правильности выводов, приходилось ждать пере—вода файлов и
установления процента вероятности.
В медицинской карте Спиндлер из клиники на Канал-стрит говорилось, что
пациентка страдала почечным забо—леванием в результате перенесенной в
детстве инфекции. Почки функционировали, но требовали регулярного лече—ния.
Больное сердце и больные почки... Ева была готова держать пари на месячное
жалованье, что органы, изъятые у жертв в Париже, окажутся в таком же
скверном состоя—нии.
Доктор Смерть выбирает специфические органы у специфических жертв
, —
подумала она.
Нью-Йорк, Чикаго, Париж... Где еще он побывал и куда собирается отправиться
дальше?
Возможно, убийца вовсе не проживает в Нью-Йорке. Он может в поисках жертв
перебираться с места на место, странствуя по всему свету. Но ведь кто-то
наверняка знает его, а значит, должен узнать и его работу.
Ева рассуждала, добавляя собственные выводы к опи—санию Миры. Этот человек —
мастер своего дела, он по—лучил блестящее образование и обладает огромным
опы—том. Возможно, в течение своей карьеры хирурга он спас множество жизней.
Что же побудило его отнимать их? Безумие? Но едва ли это обычное
сумасшествие. Скорее, дело в гордости и высокомерии. Еще бы — ведь у него
руки от бога
! Он работает методично, выбирая образцы в беднейших районах
разных городов.
Образцы... Ева поджала губы. Очевидно, он именно так и думает о своих
жертвах. Образцы для экспериментов, но каких и с какой целью?
Пожалуй, следует начать поиски в исследовательском отделе Центра Дрейка. Но
какая же может быть связь между этим роскошным дворцом здоровья и гетто
клини—ки на Канал-стрит? Вероятно, убийца видел медицинские карты, знал
пациентов, их привычки и пороки. Суда по всему, пороки интересовали его
больше всего...
Сдвинув брови, Ева затребовала сведения о транс—плантации и реконструкции
органов. Через час у нее на—чало стучать в голове, а слова на экране стали
расплывать—ся. Ей приходилось требовать объяснения сотен терминов.
Понадобится вечность, чтобы сориентироваться в этой медицинской
абракадабре
, — думала Ева. Ей нужен был опытный консультант, сведущий
в данной области, кото—рый мог бы объяснить все в выражениях, доступных
по—ниманию любителя. Лучше — в полицейских выражениях...
Взглянув на часы, Ева обнаружила, что уже почти пол—ночь. Было слишком
поздно связываться с Мирой или Моррисом — единственными медиками, которым
она до—веряла.
Шипя от раздражения, Ева начала изучать очередную статью из газеты
десятилетней давности, и в голове у нее внезапно прояснилось.
"КЛИНИКА НОРДИКА ОБЪЯВЛЯЕТ О КРУПНЕЙ—ШЕМ МЕДИЦИНСКОМ
ОТКРЫТИИ! После более чем двух десятилетий исследований и ра—боты над созданием
искусственных органов доктор Уэстли Френд, глава исследовательского отдела
клиники Нордика, объявил об успешной имплантации искусственных сердца и
почек пациенту Икс. Клиника Нордика вместе с Центром Дрейка в Нью-Йорке
посвятила около двадцати лет изысканиям в области разработки искусственных
ор—ганов, которые могут массово производиться и успешно заменять
человеческие".
Далее статья описывала значение этого открытия. Со—здание материала, который
не отторгает человеческий ор—ганизм, произвело революцию в медицине.
Учитывая современные методы тестирования, диагностировать врож—денный порок
сердца можно на очень ранних стадиях, и теперь появилась возможность быстро
удалить больное сердце и заменить его искусственным, которое будет
про—должать функционировать не менее семидесяти пяти лет, что составляет
среднюю продолжительность жизни.
В случае смерти первоначального обладателя искусст—венного органа его можно
извлечь и имплантировать дру—гому пациенту.
Отныне исследования в области реконструкции чело—веческих органов
прекращены в обоих центрах, поскольку это крайне дорогостоящие операции.
Зато работа над ис—кусственными аналогами будет продвигаться вперед
.
Итак, реконструирование человеческих органов пре—кратилось лет десять тому
назад, — подумала Ева. — Может быть, кто-то решил запустить
процесс снова?
Центр Нордика в Чикаго и Центр Дрейка в Нью-Йорке. Еще одно связующее звено.
Ева затребовала данные о докторе Уэстли Фрейде, ра—ботавшем в клинике
Нордика в Чикаго, и на экране очень скоро появилась информация:
Д-р Уэстли
Френд. Иден—тификационный номер 987-002-34РФ. Родился в Чикаго, штат
Иллинойс, 15 декабря 1933 г. Умер 12 сентября 1999 г. Покончил с собой,
введя себе смертельную дозу барбиту—рата. Жена, Эллен, сын, доктор Уэстли
Френд-младший, дочь, Клер, внуки...
— Стоп! — приказала Ева, решив, что семьей она зай—мется позже, и
затребовала данные о причине самоубий—ства.
Требование невыполнимо. Доступ к данным закрыт
.
Выругавшись, Ева встала и начала ходить по комнате. Нужно узнать как можно
больше о докторе Уэстле Френде, его работе и его сотрудниках.
Чикаго!
— снова подумала она и вздрогнула. Воз—можно, понадобится туда
съездить. Ведь ей уже приходи—лось там бывать, напомнила себе Ева, и это ее
нисколько не беспокоило.
Да, но тогда она не вспоминала о прошлом...
С трудом отогнав эти мысли, Ева налила себе еще ко—фе. Ей удалось найти
связь между двумя медцентрами в двух городах. Найдет ли она такой же
медцентр в Париже? Кроме того, еще не факт, что преступник обосновался в
одном из этих центров. А ведь добыв нужные образцы, он должен где-то с ними
работать. Ему нужны первокласс—ные лаборатории, где его знают и не будут
задавать лиш—них вопросов.
Ева покачала головой. Нет, в любом случае убийца дол—жен работать в каком-то
крупном медицинском учрежде—нии. Иначе каким образом он сможет проводить
экспери—менты, исследования или что он там собирается делать? Для этого
требуется соответствующая документация, и при получении ее вопросов не
избежать.
С какой же целью он крадет эти чертовы органы?
Ева протерла усталые глаза и опустилась в кресло. Пя—тиминутный перерыв даст
мозгу возможность усваивать новую информацию. Всего пять минут...
Она закрыла глаза — и тут же провалилась в сон, слов—но камень в пруд.
Ей снился Чикаго.
Во время обратного перелета с Западного побережья Рорк успел обдумать свои
деловые проблемы и прибыл домой с ясной головой. Он не сомневался, что
найдет Еву в ее кабинете: она старалась не ложиться в постель без него.
Кроме того, Рорк знал, что, когда бизнес вынуждает его уезжать из дому, Еву
преследуют ночные кошмары, и последние несколько месяцев стремился свести
свои по—ездки к минимуму.
Теперь дома был человек, который его ждал... Рорк не переставал удивляться,
что до того, как Ева вошла в его жизнь, он не чувствовал себя одиноким.
Бизнес вполне удовлетворял его, а для развлечений существовали другие
женщины.
Любовь меняет человека, — думал он, входя в холл. — Все остальное
отодвигается на второй план
.
— Где Ева? — спросил он Соммерсета, который вышел поприветствовать
его.
— Лейтенант Даллас в своем кабинете, — чопорно до—ложил дворецкий.
— Естественно, — пробормотал Рорк.
Должно быть, она работает, если только не довела себя до изнеможения и не
дремлет, свернувшись калачиком в кресле. Рорк хорошо знал Еву и находил в
этом странное утешение. Он знал, что это дело будет занимать ее ум и сердце,
требовать всего ее времени и всего опыта, пока жертвы не будут отомщены. Сам
он мог лишь ненадолго отвлекать ее, ослабляя напряжение, или помогать ей, и
это шло на благо им обоим. Ему нравилось принимать участие в полицейской
работе, напоминавшей медленное собирание воедино фрагментов картинки-
загадки.
Возможно, причина заключалась еще и в том, что большую часть жизни Рорк
провел, так сказать, по другую сторону закона. Это пробуждало у него
ностальгические воспоминания. Однако, оглядываясь назад, он всякий раз
думал, что не стал бы изменять ни одного этапа своей жизни, потому что
каждый из них приводил его к Еве.
Поднявшись по лестнице, Рорк двинулся по одному из многочисленных коридоров
с классическими полотнами на стенах и другими сокровищами, которые он
собирал год за годом чес
...Закладка в соц.сетях
