Жанр: Любовные романы
Поцелуй смерти
...ольствием наблюдая, как улыбка медленно смягчает ее черты. — Если
хочешь, давай найдем эту Бауэрс, и ты ее отдубасишь? А я пока по—держу твою
куртку.
На этот раз Ева рассмеялась.
— Ты просто хочешь посмотреть, как дерутся женщи—ны. И почему только
мужчины так это любят?
Рорк отхлебнул вина.
— Потому что женщины в этот момент расходуют очень много сексуальной
энергии. А мы ведь так легко возбуж—даемся.
— Мне ли не знать. — Ева с удивлением воззрилась на пустую
тарелку. Значит, она все-таки проголодалась. Секс, еда и сочувствующий
слушатель — все-таки в браке много достоинств. — Спасибо. Похоже, я в
самом деле чувствую себя лучше.
Ева решила, что, так как Рорк подал на стол, ей следует заняться посудой.
Она погрузила тарелки в посудомоеч—ную машину и сочла работу выполненной.
Рорк не стал указывать ей, что она поставила тарелки задом наперед и забыла
машину включить. Кухня явно не была стихией Евы. Ладно, посудой займется
Соммерсет.
— Пойдем в мой кабинет. У меня есть для тебя кое-что.
Ева с подозрением прищурилась.
— Я говорила тебе после Рождества: больше никаких подарков!
— Но мне нравится делать тебе подарки. — Направля—ясь к лифту,
Рорк взял жену под руку и провел пальцем по рукаву кашемирового свитера,
который когда-то подарил Еве. — Нравится видеть их на тебе. Но это
подарок друго—го сорта.
— Рорк, у меня очень много работы. Нужно наверстать упущенное.
Рорк промычал нечто неопределенное, и Ева тяжело вздохнула.
— Надеюсь, это не путешествие? Я и подумать о нем не могу с тех пор,
как потеряла столько дней из-за травмы прошлой осенью.
Рука Рорка, лежащая на плече Евы, невольно сжалась в кулак. Несколько
месяцев тому назад Ева серьезно по—страдала, и он старался не напоминать ей
об этом, хотя про себя твердо решил вывезти ее на пару недель в тропи—ки,
как только позволят дела. На пляже она расслабля—лась, как ни в каком другом
месте.
— Нет, это не путешествие.
— Тогда что? Мне в самом деле нужно работать!
— Приготовь нам кофе, ладно? — беспечно произнес Рорк, входя в
кабинет.
Ева заскрипела зубами. Ей пришлось напомнить себе, что Рорк дал ей
возможность выпустить пар, а потом вни—мательно выслушал и даже предложил
подержать ее курт—ку. Тем не менее она все еще сердито хмурилась, ставя кофе
на письменный стол.
Рорк рассеянно поблагодарил, продолжая возиться с пультом управления. Ева
знала, что он никогда не прибе—гал к помощи наладчиков и программистов —
очевидно, чтобы поддерживать себя в форме. Домашний рабочий ка—бинет очень
шел ему — так же, как и служебный. Пульты с разноцветными ручками и
лампочками в форме буквы U служили для него превосходным обрамлением.
Комната была переполнена всевозможными техничес—кими ухищрениями — факсами,
компьютерами и экрана—ми, — но при этом отличалась элегантностью,
всегда при—сущей Рорку, где бы он ни находился — в зале заседаний совета
директоров или в темном переулке. Узорчатые плитки пола, просторные окна,
шкафы и машины обтекаемой формы, изящные безделушки... Впрочем, Ева не
любила смотреть на Рорка, работающего здесь. Сознание того, что он и вся эта
роскошь принадлежат ей, расслабля—ло ее в самые неподходящие моменты.
— Так где же твой подарок? — спросила она, стараясь говорить
холодным и резким тоном.
— Разве ты не видишь? — Скользнув взглядом по ее лицу, Рорк кивнул
в сторону противоположной стены. — На экранах.
— Что?
— Список лучших хирургов вместе с личными и про—фессиональными данными.
Ева повернулась так круто, что пролила бы кофе на пульт, если бы Рорк
вовремя не схватил чашку.
— Поосторожнее, дорогая.
— Черт возьми, Рорк, я же говорила тебе, чтобы ты в это не лез!
— В самом деле? — В отличие от резкого голоса Евы, голос Рорка
звучал мягко и чуть насмешливо. — В таком случае я проявил
непослушание.
— Это моя работа, и я знаю, как ее выполнять. Я не желаю, чтобы ты
составлял для меня списки и получал секретную информацию, не имея на это
никакого права!
— Понятно. — Рорк нажал какую-то кнопку, и экраны напротив
погасли. — Все стерто, — весело заявил он, с удовольствием
наблюдая за ее реакцией. — Пожалуй, я успею дочитать книгу, пока ты
битый час будешь добы—вать сведения, которые я уже для тебя приготовил.
Ева издала некий нечленораздельный звук, так как не могла найти слов,
которые не звучали бы по-идиотски. Ей действительно потребовался бы минимум
час, и в любом случае она не смогла бы забраться так глубоко в базы дан—ных,
как Рорк.
— Думаешь, ты такой умный?
— А разве это не так?
Ева с трудом удержалась от смеха.
— Верни все назад. Я ведь знаю, что ты можешь это сделать.
— Конечно, могу, но теперь это тебе будет кое-чего стоить. —
Склонив голову набок, он поманил ее пальцем.
Гордость в душе Евы боролась с целесообразностью, и последняя, как всегда,
одержала верх. С сердитым видом Ева подошла к Рорку.
— Ну? — осведомилась она и выругалась, когда он уса—дил ее к себе
на колени. — Я не собираюсь играть в твои извращенные игры!
— А я-то надеялся. — Рорк провел рукой по пульту, и информация
вернулась на экраны. — В городе есть семь хирургов, отвечающих твоим
требованиям.
— Откуда ты знаешь эти требования? Я сама еще их не знала, когда
приезжала к тебе сегодня. — Она обернулась и посмотрела ему в
глаза. — Ты залез в мои файлы?!
— Я отвечу только в присутствии адвоката. Итак, твой свидетель видел
двух человек, — продолжал он. — На—сколько я понимаю, ты не
исключаешь женщин?
— Нет, ты мне скажи, разве я роюсь в твоих файлах? — осведомилась
Ева, тыча пальцем ему в плечо. — Или ко—паюсь в твоих сделках и акциях?
Она при всем желании не могла бы добраться до его файлов, но Рорк только
улыбнулся.
— Моя жизнь для тебя — открытая книга, дорогая. — Он слегка укусил
ее за нижнюю губу. — Хочешь посмот—реть видеозапись моего последнего
совета директоров?
— Можешь не беспокоиться. — Ева снова отвернулась, стараясь не
расслабляться, но когда руки Рорка обвились вокруг нее, невольно прижалась к
нему спиной, устроив—шись поуютнее. — Тиа Во, хирург общего профиля,
специализируется на пересадке и восстановлении органов, — прочла она
вслух. — Занимается частной практикой, со—трудничает с Центром Дрейка,
Ист-Сайдской хирургичес—кой клиникой и клиникой Нордика в Чикаго. Рост шесть
футов, крепкое телосложение... В темноте пьяный легко мог принять ее за
мужчину, особенно если на ней было длинное пальто. Ну и что нам еще известно
о докторе Во?
Пока компьютер перечислял подробности, Ева изуча—ла изображение угрюмой на
вид женщины пятидесяти восьми лет, с гладкими темными волосами, холодными
голубыми глазами и острым подбородком. Тиа Во получила отличное образование.
Почти тридцатилетняя работа в области трансплантации органов обеспечила ей
колоссальный годовой доход, который она пополняла, серти—фицируя продукцию
Новой жизни
. Эта фирма произво—дила искусственные органы и являлась, как
со вздохом от—метила Ева, дочерним предприятием
Рорк энтерпрайзис
.
Доктор Во была дважды разведена и последние шесть лет не состояла в браке.
Детей у нее не было, преступле—ний за ней не числилось, если не считать трех
исков за не—брежное лечение.
— Ты ее знаешь? — спросила Ева.
— Немного. Хладнокровная, амбициозная и целеустремленная особа.
Считают, что у нее руки от бога и ум машины. Как видишь, пять лет назад она
была президен—том Американской медицинской ассоциации. В своей об—ласти
пользуется большим авторитетом.
— Выглядит она так, словно ей очень нравится потро—шить людей, —
заметила Ева.
— Так и должно быть. Иначе зачем ей этим заниматься?
Ева пожала плечами и продолжала читать список, по очереди изучая лица и
данные.
— С кем из этих людей ты знаком?
— Пожалуй, со всеми, — ответил Рорк. — В основном встречал их
на приемах. К счастью, я никогда не нуждался в их профессиональных услугах.
Его с удовольствием подумала, что он действительно очень здоровый человек.
— Кто из них наиболее властный?
— Кэгни, Во, Уэйверли, — не задумываясь, перечислил Рорк.
— Майкл Уэйверли. — Ева затребовала данные. — Со—рок восемь
лет, холост, заведует хирургией в Центре Дрей—ка. В настоящий момент —
президент АМА. — Она раз—глядывала красивое лицо, проницательные
зеленые глаза, золотистую шевелюру. — А кто наиболее самоуверенный?
— По-моему, это качество свойственно всем хирургам, но если говорить о
степени, то я бы снова выбрал Во, без—условно, Уэйверли, а также Ханса
Вандерхавена, главу исследовательского отдела Центра Дрейка. Он тоже
спе—циалист по пересадке органов, сотрудничает с тремя веду—щими центрами
здоровья страны и имеет солидные связи за рубежом. Ему около шестидесяти
пяти лет, он женат четвертый раз. Каждая из жен моложе своей
предшествен—ницы лет на десять. Теперешняя супруга — бывшая натур—щица и
едва достигла возраста, позволяющего голосовать.
— Мне не нужны сплетни, — чопорно произнесла Ева, но все-таки
поинтересовалась: — Что еще о нем известно?
— Бывшие жены его на дух не переносят. Предпослед—няя пыталась
произвести над ним импровизированную операцию при помощи пилки для ногтей,
когда застала его с вышеупомянутой натурщицей. Комиссия АМА по этике
погрозила ему пальцем, и этим дело кончилось.
— Пожалуй, ими я и займусь в первую очередь, — ре—шила Ева. —
То, что проделали со Снуксом, требовало не только опыта, но также властности
и самоуверенности.
— Тебе придется преодолеть немало препятствий, Ева, — осторожно
заметил Рорк. — Они наверняка сомк—нут ряды, обороняясь.
— У меня на руках убийство с изувеченным трупом и мотивом в виде кражи
жизненно важного органа. — Она пригладила волосы. — Если кто-то из
этих мясников что-то знает, я заставлю его расколоться.
— Если тебе нужны, так сказать, более личные впечат—ления, мы можем в
конце недели посетить благотвори—тельный показ мод и бал в Центре Дрейка.
— Показ мод? — Ева поморщилась: она охотнее всту—пила бы
врукопашную с наркоманом, потребляющим
зеве
. — Хорошо, но тогда мне
придется тоже сделать взнос в по—мощь нуждающимся.
— Кстати, один из дизайнеров — Леонардо, — сооб—щил ей
Рорк. — И там будет Мэвис.
Мысль о присутствии ее раскованной и элегантной подруги на чопорном
благотворительном мероприятии в медицинском учреждении подбодрила Еву.
— Посмотрим, как там на нее прореагируют.
Если бы не ситуация с Бауэрс, Ева провела бы следую—щий день, работая в
своем домашнем кабинете на ком—пьютере, который не причинял ей никаких
беспокойств. Но из гордости она решила присутствовать в Главном уп—равлении,
когда начнутся разговоры о происшедшем.
Утром Ева давала показания в суде по делу, раскрыто—му ей несколько месяцев
назад, поэтому в управление она прибыла только после часа. Ее первой задачей
было отыскать Пибоди, но вместо того, чтобы пройти в свой каби—нет и
позвонить ей оттуда, Ева направилась к комнатам детективов.
— Эй, Даллас! — Бэкстер, один из детективов, которо—му нравилось
ее поддразнивать, подмигнул ей и усмехнул—ся. — Надеюсь, ты надерешь ей
задницу?
Ева понимала, что это выражение поддержки, но про—молчала и, пожав плечами,
двинулась дальше. Из-за сто—лов до нее донеслось несколько других замечаний
на ту же тему.
— Даллас! — Йен Макнаб, подающий надежды детек—тив из электронного
отдела, вышел из каморки Пибоди. Он был красив как бог со своими длинными
золотистыми волосами, связанными на затылке, серебряной серьгой в левом ухе
и веселой улыбкой на лице. Ева работала вместе с ним над парой дел и знала,
что под смазливой внешнос—тью и болтливым языком скрываются быстрый ум и
без—ошибочная интуиция.
— Тебе нечем заняться, Макнаб?
— Вовсе нет, — усмехнулся он. — Просто я добывал информацию
для одного из ваших ребят и решил навес—тить Пибоди, прежде чем вернуться
туда, где есть работа для настоящего копа.
— Уберите этот прыщ с моей задницы, лейтенант! — пожаловалась
Пибоди.
— Я не трогал ее задницу — пока что, — улыбнулся Макнаб. Изводить
Пибоди было его любимым заняти—ем. — Мне пришло в голову, что вы могли
бы воспользоваться электроникой для решения своей проблемы.
Отлично умея читать между строк, Ева подняла брови. Судя по всему, он
предлагал залезть в компьютерное досье Бауэрс.
— Благодарю, но со своей проблемой я справлюсь сама. Мне нужна Пибоди,
Макнаб, так что выметайся от—сюда.
— Как прикажете. — Он бросил взгляд в сторону Пи—боди и
усмехнулся. — Поймаю тебя позже, красотка.
Пибоди сердито зашипела, а Макнаб, насвистывая, за—шагал прочь.
— Тупица! — Пибоди поднялась из-за стола. — Мои рапорты в
файле, лейтенант. Час назад поступило заклю—чение медэкспертизы.
— Отправь все касающееся убийства доктору Мире. И попроси ее меня
принять: мне необходима срочная кон—сультация. — Ева протянула Пибоди
диск. — Здесь пере—чень лучших хирургов города. Постарайся за пару
часов избавиться от возни с бумагами: мы отправимся на место преступления.
— Да, сэр. Вы в порядке?
— У меня нет времени беспокоиться из-за разных идиотов!
Ева повернулась и направилась в свой кабинет. Там она обнаружила послание от
идиотов из ремонтного бюро, извещающее, что ее компьютер работает нормально.
На—хмурившись, Ева связалась с капитаном Фини из элек—тронного отдела.
— Привет, Даллас! Послушай, что означает эта куча дерьма? Кто такая
Бауэрс? Почему ты до сих пор ее не уг—робила?
Ева невольно улыбнулась. Трудно было найти кого-нибудь надежнее, чем Фини.
— Я не могу тратить на нее время. У меня на руках убитый бомж с изъятым
сердцем.
— С изъятым сердцем? — Ева представила, как лохма—тые, цвета
ржавчины брови Фини поползли вверх. — По—чему я об этом не слышал?
— Наверно, тебе было не до того. Сплетни о склоках между копами куда
интереснее, чем мертвый бомж. Но этот случай действительно интересен.
Ева описала ему происшествие в нескольких кратких выражениях, к которым
полицейские прибегают в качест—ве служебного языка. Фини внимательно слушал.
— Жизнь становится все более гнусной, — заметил он, когда она
умолкла. — Что тебе нужно?
— Можешь побыстрее отыскать для меня похожие преступления?
— В городе, в стране, на Земле, на других планетах?
Ева улыбнулась.
— Сколько успеешь найти до конца смены.
Фини помолчал, потом усмехнулся.
— Ты никогда не просишь о мелочах. Ладно, попро—бую.
— Спасибо. Я бы сама этим занялась, но боюсь, что не кончу до второго
пришествия. Мой компьютер снова ба—рахлит.
— Может, тебе стоит попробовать обращаться с ним поуважительнее?
— Это легче сказать, чем сделать, когда лучшее оборудование забирает
электронный отдел. Я буду здесь — если на что-нибудь наткнешься, свяжись со
мной.
— Наткнусь, если есть на что натыкаться. Пока. — Он отключил
связь.
Ева изучила окончательное заключение Морриса, но не нашла в нем никаких
сюрпризов и новых данных.
Итак, Снукса отправят в Висконсин, —
подумала она. — К дочери, которую он не видел тридцать лет. Почему же
все-таки он предпочел провести столько времени в одино—честве, отрезанным от
семьи и от прошлого?
В свое время она сама поступила так же, хотя у нее не было иного выбора. Так
или иначе, ей это помогло стать тем, кем она являлась сейчас. Впрочем, то же
самое — в каком-то, весьма печальном смысле — можно было ска—зать и о
Снуксе...
Отогнав эти мысли, Ева двумя ударами кулака привела в действие компьютер,
заставив его выдать перечень наркоторговцев, орудовавших в районе места
преступления. При виде одного имени она улыбнулась уголками рта и откинулась
на спинку стула.
Она считала, что старина Ледо еще в тюрьме, но оказалось, что его выпустили
три месяца назад. Разыскать его и заставить говорить было не сложно — в
случае необходимости всегда можно воспользоваться теми же методами, которые
она использовала в борьбе с компьютером.
Но сначала — Мира. Собрав все необходимое для обоих интервью, Ева вышла из
кабинета, заглянула по до—роге к Пибоди и назначила ей встречу в гараже
через час.
Кабинет Миры заслуженно считался центром разре—шения эмоциональных и
душевных проблем, а также об—следования и анализа преступного склада ума, но
в нем всегда царила атмосфера покоя и изысканности. Ева ни—когда не могла
понять, как это получается и каким обра—зом доктору Мире удается, день за
днем имея дело с отбросами общества, сохранять спокойствие и
невозмути—мость.
Ева считала ее единственной настоящей леди, которую она когда-либо знала.
Мира была элегантной женщиной с волосами цвета собольего меха. Она
предпочитала обтягивающие фигуру костюмы неброских тонов, а из украшений
носила только нитку жемчуга. Правда, сегодня на ней были также жем—чужные
серьги, идеально гармонирующие с костюмом цвета хвои. Как обычно, она
кивнула Еве на одно из кресел в форме ковша и налила ей чаю.
— Как поживаете, Ева?
— Хорошо.
Ева никогда не забывала о необходимости переклю—чить скорость при встрече с
Мирой: и она сама, и окружающая обстановка не позволяли брать быка за рога и
сразу переходить к делу. Мелочи имели большое значение для Миры, а сама Мира
очень много значила для Евы. Взяв чашку чая, она притворилась, будто пьет.
— Как прошел ваш отпуск?
Мира улыбнулась, довольная тем, что Ева помнит о ее отсутствии в течение
нескольких дней.
— Чудесно. Ничто так не освежает тело и душу, как неделя на курорте с
минеральными водами. Меня там холи—ли и лелеяли. — Она засмеялась и
отхлебнула чаю. — Вы бы не выдержали там ни минуты.
Мира закинула ногу на ногу, удерживая одной рукой чашку и блюдце с тем
небрежным изяществом, которое свойственно некоторым женщинам от рождения и
кото—рое всегда заставляло Еву ощущать себя неуклюжей.
— Я слышала о ваших затруднениях с одной из поли—цейских. Сочувствую.
— Пустяки, — отозвалась Ева и вздохнула, понимая, что Миру не
проведешь. — Признаться, меня это вывело из себя. Полицейский из этой
Бауэрс никудышный, а у меня из-за нее теперь пятно на репутации.
— Я знаю, как много это для вас значит. — Мира наклонилась вперед
и коснулась руки Евы. — Но вам следует знать, что чем выше
продвигаешься по служебной лестнице и чем безупречнее твоя репутация, тем
больше люди определенного типа будут стремиться ее опорочить. Однако на сей
раз из этого ничего не выйдет. Я не могу вам многого сообщить, так как это
врачебная тайна, но скажу, что у этой женщины репутация кляузницы, и ее не
прини—мают всерьез.
— Значит, вы ее тестировали? — воскликнула Ева.
Мира приподняла брови.
— Без комментариев. — Эти слова практически озна—чали
утвердительный ответ. — Я просто хочу, как друг и коллега, предложить
вам мою поддержку. А теперь... — она откинулась на спинку стула и снова
глотнула чаю, — ...перейдем к вашему делу.
Еве понадобилось несколько секунд, чтобы сообра—зить, о чем идет речь, и она
в который раз сказала себе, что личные дела нельзя смешивать с работой.
— Я не буду останавливаться на подробностях — пола—гаю, вы с ними уже
ознакомились. Скажу только, что убийца, судя по всему, обладает большим
опытом в лазер—ной хирургии и удалении органов.
— Да, я читала заключение доктора Морриса и согласна с ним. Тем не
менее, это не означает, что вы охотитесь за членом медицинского
сообщества. — Мира подняла палец, прежде чем Ева успела
возразить. — Он мог уйти на покой или, к примеру, спиться — с хирургами
такое слу—чается. Ясно, что этот человек сбился с пути, иначе он ни—когда не
нарушил бы самую священную клятву и не отнял бы чужую жизнь. Так что
неизвестно, есть ли у него дип—лом и практикует ли он сейчас.
— Но вы согласны, что когда-то он, безусловно, прак—тиковал?
— Да. Судя по вашим находкам на месте преступления и вскрытию,
проведенному Моррисом, вы ищете челове—ка, обладающего специфическим опытом,
который требу—ет многолетней подготовки и практики.
Ева задумчиво склонила голову набок.
— А что вы скажете о типе человека, который может хладнокровно убить
кого-то ради изношенного и беспо—лезного органа, а потом спасти пациента на
операцион—ном столе?
— Я бы сказала, что это возможное проявление мании величия.
Комплекс
бога
присущ многим врачам. Зачас—тую он необходим, так как, чтобы разрезать
человеческое тело, требуется смелость и даже самоуверенность.
— Полагаю, что многие из тех, кто этим занимается, получают искреннее
удовольствие, — пробормотала Ева.
— Удовольствие? — Мира сделала паузу. — Возможно. Я знаю, что
вы не жалуете врачей, но большинство из них имеет призвание, властную
потребность исцелять. В лю—бой профессии, требующей опыта, встречаются люди,
ко—торые... забывают о смирении. — Она улыбнулась. — Ведь и вас,
например, делает отличным полицейским отнюдь не смирение, а внутренняя
убежденность в своих способ—ностях к этой работе.
— Верно, — кивнула Ева.
— Однако сострадание не позволяет вам забывать об истинной цели
профессии. К сожалению, ваши и мои коллеги иногда утрачивают это чувство.
— С копами это случается, когда работа становится ру—тиной или когда им
нравится демонстрировать свою власть, — заметила Ева. — А врачи
ведь должны зарабаты—вать деньги!
— Деньги — это стимул, — согласилась Мира. — Врачу требуются
годы, чтобы компенсировать истраченное на обучение и стажировку. Однако
компенсировать прихо—дится не только материальные затраты. Самая быстрая
компенсация — спасение человеческой жизни. Ну а обла—дание талантом и опытом
в этой области позволяет кое-кому мнить себя сверхчеловеком. Как он может
считать других равными себе, погружая руки в их тела и исцеляя их? —
Она снова помолчала, задумчиво потягивая чай. — У людей такого типа
часто возникает защитная реакция в виде эмоциональной отстраненности — под
их скальпе—лем не человеческое существо, а всего лишь очередной па—циент.
— С полицейскими происходит то же самое.
Мира посмотрела Еве прямо в глаза.
— Далеко не со всеми. Лучшие из полицейских на такое не способны, хотя
это часто причиняет им неудобст—ва. Думаю, в данном расследовании мы сразу
можем обозначить несколько основных моментов. Человек, которо—го вы ищете,
не питал к жертве личную ненависть и не был одержим страстью к насилию. Это
хладнокровная, це—леустремленная и организованная личность.
— Разве любой хирург не должен обладать этими каче—ствами? —
спросила Ева.
—&
...Закладка в соц.сетях
