Жанр: Любовные романы
Плоть и кровь
...вой кабинет, она обнаружила там Надин Ферст.
— Как вы прошли через охрану? — нахмурилась Ева.
— Это моя маленькая тайна, — ответила Надин, одарив Еву
ослепительной улыбкой. — Кроме того, большинство ваших сослуживцев
знает, как много нас с вами связывает.
— Чего вы хотите?
— Не отказалась бы от чашечки кофе.
Ева обреченно вздохнула и потянулась к термосу.
— Будьте добры, покороче, Надин. Криминогенная обстановка в городе
тяжелая.
— Следовательно, мы с вами обе при деле. Куда вас вызывали вчера
вечером, Даллас?
— Простите?
— Да ладно вам! Я ведь вчера была на приеме. Кстати, Мэвис просто
божественна. Сначала вы с Рорком куда-то исчезли... — Она пригубила
кофе. — Не нужно быть пронырой-репортером, чтобы догадаться, по какому
поводу. Но ваша сексуальная жизнь новостью не является, по крайней мере —
для меня.
Ева смотрела на нее холодно и равнодушно.
— Заканчивались тарталетки с креветками. Поэтому мы помчались на кухню
за добавкой.
— Да-да, — кивнула Надин и сосредоточилась на кофе. Даже в
кабинетах самого высокого начальства
Канала 75
такого роскошного напитка
не подавали. — Но потом я обратила внимание на то, что по окончании
представления вы куда-то увели Джесса Барроу. Больше ни вас, ни его никто не
видел.
— У нас с ним безумный роман, — сухо сказала Ева. — Но это
новости скорее для отдела сплетен.
— Завидую вам: он редкостный красавец. Но не будем отвлекаться. Рорк с
присущим ему шармом развлекал и выпроваживал гостей, не забыв при этом
передать ваши искренние сожаления о том, что вы вынуждены были отлучиться.
Срочная работа, — задумчиво сказала Надин. — Странно. В
полицейских сводках не упоминалось ни о чем, что требовало бы вашего личного
присутствия.
— Не все попадает в сводки, Надин. Я простой полицейский. И отправляюсь
туда, куда пошлют.
— Это расскажите кому-нибудь другому. Я знаю, насколько вы близки с
Мэвис. И в час ее триумфа вас могли отозвать только по делам исключительной
важности. — Надин наклонилась поближе к Еве. — Где Джесс Барроу,
Даллас? И что, черт возьми, он натворил?
— Мне нечего вам сообщить, Надин.
— Да ладно вам, Даллас! Вы же меня знаете. Я без вашего сигнала и
словечка не пророню. Он кого-нибудь убил?
В этот момент загудел внутренний телефон, и Ева с облегчением взяла трубку.
Пибоди сообщала, что ей через двадцать минут необходимо встретиться с Евой и
Фини.
— Мне надо работать, Надин, — деловито сказала Ева, отключив
связь. — Увы, ваш рейтинг мне поднять нечем.
— Даллас, мне отлично известно, что Джесс содержится под стражей. У
меня имеются собственные информаторы.
Ева с тоской отвернулась к окну. Сколько же болтливых крыс сидит под этой
крышей!
— Ничем не могу вам помочь.
— Вы собираетесь предъявить ему обвинения?
— Мне нечего сообщить средствам массовой информации.
— Пропади вы пропадом, Даллас!
— Надин, я и так балансирую на грани. Пожалуйста, не надо меня толкать.
Как только я смогу обнародовать информацию, вы будете первой, кто ее
получит. Довольствуйтесь этим.
— То есть ничем. — Надин встала. — Ясно одно: у вас на руках
что-то серьезное, иначе вы бы так не злились. Я прошу только о...
Внезапно дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась Мэвис.
— Боже мой, Даллас! Как ты могла арестовать Джесса?! Что ты творишь?
— Черт возьми, Мэвис! — Ева понимала, что Надин ловит каждое
слово. — Сядь. — Она указала Мэвис на стул, потом взглянула на
Надин. — А вас я попрошу уйти.
— Имейте совесть, Даллас! — Надин обняла Мэвис. — Вы что, не
видите, в каком она состоянии? Мэвис, вам надо выпить кофе.
— Я вам сказала, Надин! — Ева готова была взорваться. —
Уходите, иначе я вас включу в черный список.
Эта угроза подействовала: с репортером, попавшим в черный список, не стал бы
разговаривать ни один сотрудник полиции.
— Ну ладно, ухожу. Но учтите: этого дела я не оставлю. — Она взяла
сумку, бросила на Еву испепеляющий взгляд и исчезла.
— Как ты могла? — причитала Мэвис. — Даллас, как ты могла это
сделать?
Пытаясь сохранить хоть какую-то конфиденциальность, Ева прикрыла дверь.
Голова у нее разболелась окончательно.
— Мэвис, это моя работа.
— Работа?! — Глаза Мэвис светились каким-то неоновым светом, под
ними были красные круги — от слез. Они удивительно сочетались с медными
прядями в ее пурпурной шевелюре. — А как же моя карьера? Только я
начала добиваться того, к чему стремилась, как ты засадила моего композитора
за решетку! И за что? — Мэвис перешла на визг. — За то, что он
стал к тебе клеиться и разозлил Рорка?
— Что?! — открыла рот Ева. — Откуда ты это взяла?
— Я только что говорила по телефону с Джессом. Он в отчаянии. Никогда
бы не поверила, что ты на такое способна, Даллас! — Она продолжала
сверкать глазами. — Я знаю, что Рорк для тебя значит все, но мы с тобой
все-таки подруги.
Держа в объятиях рыдающую Мэвис, Ева подумала, что сейчас с радостью
задушила бы Джесса собственными руками.
— Мы с тобой действительно подруги, и кому, как не тебе, знать, что я
по таким правилам не играю. И не сажаю человека за решетку только потому,
что он нанес мне личное оскорбление. Сядь, пожалуйста.
— Не хочу я сидеть! — завопила Мэвис, и Ева поняла, что голова ее
сейчас расколется.
— А я хочу. — Она тяжело опустилась в кресло. Сколько информации
она имеет право выдать гражданскому лицу? И сколько хочет выдать? Она
взглянула на Мэвис и вздохнула. Пусть будет как будет.
— Джесс — основной подозреваемый по делу о четырех убийствах.
— Что?! Ты белены объелась? Да Джесс никогда...
— Помолчи, — оборвала ее Ева. — Пока что доказательств нет,
но я над этим работаю. Обвиняется он и кое в чем еще, причем дело серьезное.
Если ты перестанешь выть и тихо сядешь, я расскажу тебе то, что могу.
— Ты даже не стала смотреть представление... — Мэвис все-таки села, но
рыдать не перестала.
— Мэвис, поверь, мне очень жаль. — Ева растерянно взъерошила
волосы: она всегда терялась при виде плачущего человека. — Но я ничего
не могла поделать. Понимаешь, Джесс занимается воздействием на мозг.
— Что-что? — Услышав это, Мэвис даже перестала плакать.
— Он разработал программу, которая посылает сигналы мозгу человека и
тем самым воздействует на его поведение. Он использовал ее на мне, на Рорке
и на тебе.
— На мне? Нет! Даллас, да это просто какая-то история про
Франкенштейна! Джесс не сумасшедший ученый. Он музыкант!
— Он инженер, музыковед и негодяй. Ева тяжко вздохнула и рассказала
все, что сочла необходимым. Пока она говорила, у Мэвис высохли слезы, взгляд
стал суровым. Губы ее сначала дрожали, потом вытянулись в строгую ниточку.
— Так, значит, он использовал меня, чтобы добраться до тебя и до Рорка?
Я была просто посредником... Господи, какая же я дура! Я так верила ему...
— Прекрати, — велела Ева, увидев, что Мэвис снова готова
зарыдать. — Я серьезно говорю. Я вымоталась, у меня ни секунды
свободной, голова раскалывается. Мне сейчас некогда тебе слезы вытирать.
Твоей вины здесь нет. Тебя использовали так же, как и меня. Он рассчитывал
на то, что Рорк будет финансировать его проект. Но это все уже в прошлом,
Мэвис. И я по-прежнему полицейский, а ты по-прежнему певица. Причем хорошая.
Джесс почувствовал это, потому и использовал именно тебя. Он слишком ценит
свой талант и не позволил бы себе связаться с бездарностью. Ему нужна была
та, из которой можно сделать звезду. И ты ему подошла.
Мэвис утерла ладонью нос.
— Правда?
Она сказала это с такой надеждой в голосе, что Ева наконец поняла, какой
удар нанесла ее пресловутой самооценке.
— Правда. Ты была великолепна, Мэвис. Без дураков.
— Ну, хорошо. — Мэвис вытерла глаза. — Просто меня очень
обидело то, что ты ушла с представления. Но Леонардо сказал, что все это
глупости, ты бы не ушла, если бы могла. — Она вздохнула. — А потом
позвонил Джесс и все это мне выложил. Не надо мне было ему верить...
— Да это не важно. Все мы уладим. Извини, Мэвис, у меня сейчас очень
мало времени. Мне надо работать.
— Ты действительно думаешь, что этих людей убил он?
— То, что я думаю, не важно. Мне нужны доказательства.
Раздался стук в дверь, и на пороге появилась Пибоди.
— Извините, лейтенант. Мне подождать в коридоре?
— Нет, я ухожу. — Поднявшись, Мэвис слабо улыбнулась Еве. —
Извини за потоп и за все остальное.
— Все это мы уладим. Я поговорю с тобой, как только смогу. Не волнуйся.
Мэвис кивнула, но во взгляде ее блеснул дьявольский огонек. Как раз
волноваться она не собиралась.
— Что-нибудь случилось, лейтенант? — спросила Пибоди, когда Мэвис
вышла.
— Боюсь, Пибоди, все из рук вон плохо. — Ева села и принялась
тереть виски, пытаясь утихомирить боль. — Мира считает, что, судя по
психологическому портрету, наш мальчик не убийца. Кроме того, я умудрилась
обидеть ее тем, что хочу обратиться к другому консультанту. Надин Ферст роет
землю носом. В довершение всего я только что разбила сердце Мэвис и
подорвала ее веру в себя. Пибоди выдержала паузу:
— Ну а остальное?
— Остальное — отлично. — Ева не выдержала и улыбнулась. —
Господи, как же я хочу поработать с каким-нибудь нормальным убийством!
— Прошли те благословенные времена, — услышали они голос Фини,
входящего в кабинет. — Кажется, все в сборе? Тогда — за работу.
— Что новенького? — спросила его Ева.
— В студии подозреваемого обнаружено еще несколько дисков. Но данных по
нашим жертвам на них нет. Он работал очень методично. — Фини поежился:
Джесс весьма подробно описывал результаты своих экспериментов, в том числе и
опыта, поставленного на Еве и Рорке. — Указывал имена, время, суть
внушения. Я просмотрел все, но наши погибшие нигде не упоминаются.
Ева вдруг поняла, что ничего другого не ожидала.
— Я закодировал все данные, чтобы их могла просмотреть только
ты, — добавил Фини, покраснев.
— Почему? — нахмурилась Ева.
— Он.., довольно много рассуждает о тебе. — Фини посмотрел куда-то
поверх Евиной головы. — И рассуждает достаточно подробно.
Ева пожала плечами:
— Он ясно дал понять, что его интересует мой мозг.
— Видишь ли, его интересовали и другие части твоего тела, —
вздохнул Фини. — Он считал, что будет довольно интересно провести
эксперимент...
— Какой?
— По воздействию на твое сексуальное поведение.
Ева фыркнула: уж больно официальным тоном сказал это Фини.
— Он собрался при помощи этой игрушки затащить меня в свою постель?
Отлично. Можем предъявить ему обвинение в сексуальных домогательствах.
— А обо мне он что-нибудь говорил? — спросила Пибоди.
— У вас болезненное любопытство, сержант, — одернула ее Ева.
— Да нет, просто интересно, — вздохнула Пибоди, но настаивать не
стала.
— Мы можем добиться достаточно большого срока заключения, но по
основному делу пока что ничего нет, — вслух размышляла Ева. — И
психологический портрет, составленный доктором Мирой, работает против нас.
— Лейтенант! — робко сказала Пибоди. — А что, если она права?
И он невиновен?
— Я об этом все время думаю, — призналась Ева. — И это пугает
меня до смерти. Ведь если доктор Мира действительно права, значит, у кого-то
другого есть такая же игрушка. А у кого — мы понятия не имеем.
— Да, чуть не забыл, — вмешался в разговор Фини. — Спешу
сообщить, что наш клиент обзавелся адвокатом.
— Я так и предполагала. И кто же это?
— Леонора Баствик.
— Как же тесен мир!
— Она жаждет твоей крови, Даллас. — Фини достал пакетик с
орешками, угостил Пибоди. — Решила собрать пресс-конференцию. Говорят,
она согласилась работать бесплатно, только для того, чтобы поквитаться с
тобой. Плюс к тому — заработать себе хорошую прессу.
— Пусть попытается! Мы имеем право задержать любую пресс-конференцию на
двадцать четыре часа. Но к тому времени у нас на руках должно быть что-то
серьезное.
— Я кое-что раскопала, — сообщила Пибоди. — Возможно, это нам
что-то даст. Матиас действительно в течение двух семестров учился в
Массачусетском технологическом институте. К сожалению, Джесс к тому времени
уже закончил учебу, но на правах выпускника мог знакомиться с работами
студентов. Кроме того, он вел по электронной почте класс музыковедения. Во
время последнего семестра Матиас этот курс изучал.
Ева почувствовала прилив энергии.
— Отлично! Наконец-то хоть одна ниточка. Возможно, мы искали не там.
Что, если Перли тоже был как-то связан с остальными? Хотя бы общим интересом
к компьютерным играм.
— Это мы уже проверяли, — заметила Пибоди.
— Так проверьте еще раз! И повнимательнее. Не все компьютерные клубы
себя рекламируют. Если Матиас участвовал в разработке оборудования, он мог
кому-то проболтаться. Эти хакеры часто работают под псевдонимами. Фини,
можешь выяснить, какой был у него?
— Постараюсь, — кивнул Фини.
— Свяжись с Джеком Картером. Он жил с ним в одном номере в
Олимпусе
.
Возможно, он что-то знает. Вы, Пибоди, свяжитесь с сыном Девана, а я возьму
на себя Фицхью. — Она взглянула на часы. — Давайте действовать, не
теряя времени.
Итак, они вернулась к самому началу. Ева чувствовала, что связь необходимо
найти, и помочь ей может Рорк. Она позвонила ему по телефону из машины.
— О, лейтенант! Выспалась?
— Это было давно и недолго. Ты пока не собираешься домой?
— Нет. А почему ты спрашиваешь?
— Я хочу заглянуть к тебе в офис. Прямо сейчас.
Можно?
— Добро пожаловать.
— Я по делу, — строго предупредила она и, положив трубку, набрала
новый номер. — Надин?
— Да, лейтенант, — холодно отозвалась Надин.
— Завтра в девять утра у меня в кабинете.
— Мне прихватить с собой адвоката?
— Прихватите диктофон. Я дам вам сведения, которые будут оглашены на
пресс-конференции по делу Джесса Барроу.
— Какая еще пресс-конференция? — Надин сразу забыла все
обиды. — О ней не было объявлено!
— Значит, объявят позже. Если вас интересует интервью со следователем,
ведущим дело, будьте к девяти в участке.
— А что вы хотите взамен?
— Мне нужна информация о сенаторе Перли. Любая. Официальные данные меня
не интересуют. Я хочу знать про его личную жизнь, про хобби, про тайные
связи.
— Перли был чист, как шестнадцатилетняя девственница.
— Тайные связи на то и тайные, что о них никто не подозревает.
— А почему вы считаете, что я могу раздобыть информацию о личной жизни
государственного служащего?
— Потому что вы — это вы, Надин. Перешлите сведения на мой домашний
компьютер, а в девять часов приходите. Вы опередите остальных, по крайней
мере, на два часа. Подумайте о своем рейтинге. — Я о нем никогда не
забываю. Договорились. Добравшись без проблем до здания конторы Рорка, Ева
стала с большей теплотой думать об автосервисе при департаменте полиции:
место для парковки ей было забронировано.
Лифт бесшумно вознес ее на самый верхний этаж. Секретарша Рорка радостно
приветствовала Еву и проводила по коридору к кабинету Рорка.
Но Рорк был не один.
— Прошу прощения. — Ева постаралась не выказывать своего
разочарования: Уильяма и Рианну она не рассчитывала здесь встретить. —
Я вам помешала?
— Вовсе нет. — Рорк подошел к ней и поцеловал в щеку. — Мы
как раз заканчиваем.
— Ваш муж выжимает из своих сотрудников все соки, — сказал Уильям,
пожимая Еве руку. — Боюсь, если бы вы не пришли, нам с Рианной пришлось
бы остаться без ужина.
— Уильям способен думать или об электронике, или о своем
желудке, — рассмеялась Рианна.
— Еще о тебе. Может быть, вы к нам присоединитесь? — спросил он
Еву. — Мы хотели заглянуть в здешний французский ресторанчик.
— Полицейские обычно обходятся без пищи. — Ева решила выдержать
тон шутливой светской беседы. — Но все равно, спасибо за приглашение.
— Вам надо питаться регулярно, особенно в таком состоянии. —
Рианна окинула Еву быстрым профессиональным взглядом. — Боли есть?
— Почти нет. Спасибо за помощь. Если после ужина у вас найдется
минутка, я хотела поговорить с вами по одному делу.
— Конечно. А могу я поинтересоваться, по какому?
— Я хотела просить вас дать консультацию. Если вы согласитесь, мы могли
бы встретиться завтра с утра.
— Консультация относительно реального человека? С превеликим
удовольствием.
— Рианна устала от машин, — пояснил Уильям. — Она уже
несколько недель твердит о том, что хочет заняться частной практикой.
— Виртуальная реальность, голограммы, автотроника... — Она закатила
свои восхитительные глаза. — Я жажду плоти и крови! Рорк устроил нас на
тридцать втором этаже, в западном крыле. Думаю, за час я Уильяма накормлю.
Подходите туда.
— Благодарю.
— Да, Рорк! — вспомнила Рианна уже у двери. — Мы с Уильямом
ждем не дождемся, когда ты лично испытаешь нашу новую аппаратуру.
— И они еще жалуются, что я выжимаю из сотрудников все соки! Сегодня
вечером, попозже.
— Замечательно! До встречи, Ева.
— Рианна! Я сейчас умру с голоду, — Уильям потащил ее к двери.
— Я не хотела тебе мешать, — извинилась Ева.
— Ты и не помешала. Я с удовольствием устрою передышку перед тем, как
закопаться в груду отчетов. Все данные по интересующей тебя аппаратуре
готовы. Я их просмотрел, но ничего интересного пока что не нашел.
— А за это отдельное спасибо. — Теперь и она могла позволить себе
небольшую передышку.
— Уильям быстрее бы с этим разобрался, — продолжил Рорк. —
Но, поскольку они с Ри сами участвовали в разработке, я решил, что к нему за
помощью обращаться не следует.
— И правильно. Афишировать этого не будем.
— Кстати, Рианна обеспокоена твоим состоянием. Я, надо сказать, тоже.
— Она меня здорово подлечила. У нее прекрасно получается.
— Да, она многое умеет. — Он озабоченно посмотрел на Еву. — У
тебя болит голова?
— Что толку запрещать несанкционированное сканирование мозга, если ты,
например, и так меня насквозь видишь? — Она взяла его за руку. —
Жаль, что я тебя насквозь не вижу. Это даже обидно. Рорк улыбнулся и
поцеловал ее в лоб.
— Я тебя люблю.
— Я пришла сюда не за этим, — пробормотала Ева, когда он обнял ее.
— Всего минутку! Мне это необходимо. — Он сквозь одежду нащупал
бриллиант у нее на груди — тот самый, который она когда-то носила так
неохотно, а теперь не снимала. — Все. Мне достаточно. — Он
отпустил ее, но она еще несколько мгновений стояла, прижавшись к нему, а
такое с ней случалось редко. — Что вас заботит, лейтенант?
— Пибоди нашла связь межу Барроу и Матиасом. Я хочу понять, можно ли из
этого что-то выжать. Скажи, а трудно получить доступ к нелегальному обмену
информацией, начав, к примеру, со студентов Массачусетского технологического
института?
— Обожаю трудные задачи!
Глаза у Рорка загорелись. Он подошел к столу, включил компьютер, потом
открыл потайную панель и включил что-то еще.
— Что это ты делаешь? Ты отключил компьютерную службу безопасности?
— Не задавайте вопросов, на которые не хотите услышать ответов,
лейтенант, — усмехнулся он. — Какой период тебя интересует?
Вздохнув, Ева открыла свою электронную записную книжку и уточнила, когда именно Матиас учился в МТИ.
— Меня интересует именно Матиас. Я еще не знаю, под какими псевдонимами
он работал. Фини их выясняет.
— Думаю, я смогу тебе помочь. А ты пока что закажи что-нибудь поесть.
— Что-нибудь из французской кухни? — спросила она язвительно.
— Бифштекс. С кровью!
Рорк придвинул к себе клавиатуру и начал работать.
Глава 19
Ева ела стоя, заглядывая Рорку через плечо. Когда ему это надоело, он, не
оборачиваясь, протянул руку и ущипнул ее.
— Не мешай.
— Я только хотела посмотреть, — буркнула она, но отошла. — Ты
на это уже полчаса потратил.
Рорк прекрасно знал, что с оборудованием, установленным в Центральном
участке, даже Фини понадобилось бы повозиться в два раза дольше.
— Дорогая моя Ева, — сказал он со вздохом, — это потому и
называется подпольем, что здесь один защитный слой на другом. Я обнаружил
два имени, которыми пользовался наш юный электронный гений. Наверняка будут
еще. Но, чтобы добраться до них, нужно время.
Он переключил компьютер на автопоиск и принялся за ужин.
Ева села так, чтобы видеть экран, по которому бежали какие-то цифры и
странные значки.
— Черт возьми, да это просто подпольные клубы компьютерных игр! И ведь
этим занимаются взрослые люди...
— Большинство людей ищет себе развлечений, Ева. Игры, фантазии, маска
анонима, надев которую, можно представить себя другим человеком.
Игры, — подумала она. — Может быть, все это действительно только
игры, а я просто плохо изучила правила и игроков?
— По-моему, хорошо быть тем, кто ты есть.
— Некоторым этого недостаточно. Подобные забавы привлекают людей
одиноких и эгоцентричных.
— И еще фанатиков.
— Естественно. Электронные сети, особенно подпольные, — это рай
для фанатиков. — Он сосредоточился на бифштексе. — Эти сети
предоставляют массу услуг, прежде всего информационных. И это может быть
вполне безобидным развлечением. Такие игры вполне легальны, — напомнил
он Еве, — но даже они не поддаются полному контролю. Потому что
осуществить его практически невозможно. К тому же это очень дорогое
удовольствие.
— Отдел электроники пытается за ними следить.
— Насколько это возможно. Посмотри-ка. — Рорк нажал на несколько
клавиш и перевел изображение на настенный экран. — Видишь? Это
Камелот
. Ролевая игра для большого количества участников, каждый из
которых хочет стать королем. А вот, — он показал на другой
экран, — очень недвусмысленная эротическая игра. Сексуальные фантазии в
виртуальной реальности для двоих! — Заметив, как Ева нахмурилась, он
усмехнулся:
— Ее выпускает одна из моих компаний. Кстати, пользуется огромным
спросом.
— Не сомневаюсь. — Она не стала спрашивать, играл ли он в нее сам:
порой информация бывает избыточной. — Одного я не понимаю. Можно
совершенно легально воспользоваться услугами платного партнера. И стоит
дешевле, чем такая игра, и сексом занимаешься наяву. Зачем нужно это?
— Фантазии, дорогая моя! Хочешь — контролируешь ситуацию, хочешь —
пускаешь ее на самотек. Программу можно запускать снов
...Закладка в соц.сетях
