Жанр: Любовные романы
Плоть и кровь
... нам обеим будет
удобнее.
— Мне и стоя удобно.
— Как угодно. Но, будьте добры, сделайте несколько шагов назад. Не
хотелось бы, чтобы вы попытались воспользоваться оружием. Тогда мне придется
пустить в ход свое, а было бы безумно жаль терять такого хорошего слушателя.
Ева отступила назад. Она вдруг снова подумала о Рорке. Ведь если он
отправится искать ее, то явится сюда безоружным. Нет, уж пусть лучше сидит у
себя в кабинете: так он, по крайней мере, в безопасности.
— Вы же врач, — напомнила Рианне Ева. — Психиатр. Вы многие
годы посвятили тому, чтобы помогать людям. Зачем убивать, Рианна? Вас же
учили спасать.
— Возможно, такова моя генетическая предрасположенность, —
улыбнулась она. — Ах да, вам же не нравится эта теория. Вы готовы были
на нее опереться только для того, чтобы достичь желаемого результата по
вашему делу. Впрочем, она и не может вам нравиться: вы ведь не знаете, кто
вы и откуда. — Она заметила, как сверкнули Евины глаза, и
удовлетворенно кивнула. — Я изучила все сведения о Еве Даллас, как
только узнала, что Рорк поддерживает с вами отношения. Я очень привязана к
Рорку и даже одно время подумывала, не попробовать ли превратить нашу
короткую связь во что-то постоянное.
— Он вас бросил? Оскорбление попало в цель.
— Такой чисто женский приемчик не делает вам чести, Ева. Нет, не
бросил. Мы просто разошлись в разные стороны. Но у меня было намерение со
временем опять с ним сблизиться. Поэтому, узнав, что он стал проявлять такой
повышенный интерес к женщине-полицейскому, я была заинтригована. Это совсем
не в его стиле. Но вы.., вы оказались интересной особой. Особенно вы меня
заинтересовали после того, как я собрала о вас сведения.
Она уселась на ручку кресла. Парализующее устройство было по-прежнему
нацелено на Еву.
— Бедный измученный ребенок, найденный на улице в Далласе. И ничего не
помнит: ни того, как там очутилась, ни того, кто ее бил, насиловал, терзал.
Чистый лист! Мне показалось это любопытным. Ни прошлого, ни родителей,
ничего. Я с удовольствием займусь изучением вашего сознания.
— Вы до него не доберетесь!
— Доберусь обязательно. Вы сами меня об этом попросите после парочки
сеансов той игры, которую я для вас подобрала. Мне даже жаль, что вы
забудете все, что мы с вами сейчас обсуждаем. У вас такой острый ум, такая
удивительная энергия... Но зато у нас будет возможность поработать вместе. Я
очень люблю Уильяма, но он такой.., близорукий.
— Он в этом замешан?
— Никоим образом. Первый опыт я поставила именно на Уильяме. Опыт
оказался удачным, и мне стало гораздо проще с ним: он подчинялся любому
моему требованию. Уильям лучше меня ладит с электроникой. Он помогал мне
улучшить программу, которую я послала сенатору Перли.
— Зачем?
— Это был еще один опыт. А кроме того... Перли слишком рьяно выступал
против воздействия на подсознание. Электронные игры обожал, что, я думаю, вы
уже успели выяснить, но все время настаивал на ограничениях. Он выступал
против порнографии, требовал запретить эротические игры для двоих,
возмущался рекламой, использующей воздействие на подсознание, и все такое
прочее. Короче говоря, я назначила его жертвенным тельцом.
— Как вы раздобыли данные по его мозгу?
— Уильям постарался. Он ведь очень умен. На это у него ушло несколько
недель, но он сумел проникнуть в засекреченные сети. Так же, как ему удалось
залезть в компьютеры департамента полиции.
— И оттуда вы получили данные о моем мозге?
— Естественно. Ну а потом заслал туда вирус. Чтобы отдел электроники
знал, чем себя занять. Впрочем, это была только шутка. У Уильяма такое
доброе сердце, он бы страшно расстроился, узнав, что принимал участие в
принуждении людей к самоубийству.
— Но, тем не менее, вы его использовали, сделали причастным к этому.
Вас это не беспокоит?
— Нет. Уильям сделал все, что от него требовалось, но на его месте мог
быть кто-то другой.
— Он же любит вас, неужели вы этого не видите?
— Да ладно вам! — рассмеялась Рианна. — Он щенок. Все мужчины
таковы, когда перед ними хорошенькая женщина. Они садятся на задние лапки и
бросают на тебя умоляющие взгляды. Это забавно, иногда утомительно, но порой
полезно. — Она с любопытством посмотрела на Еву. — Только не
говорите мне, что с Рорком вы не чувствуете своего женского превосходства.
— Мы никогда не используем друг друга.
— Значит, вы просто не понимаете свое преимущество. — Рианна
нахмурилась и поспешила сменить тему. — Многоуважаемая доктор Мира,
очевидно, сочла бы меня социопатом с тенденцией к насилию и тягой к власти.
Патологической лгуньей с нездоровым, даже опасным интересом к смерти.
Ева выдержала паузу.
— А вы бы согласились с этим диагнозом, доктор Отт?
— Конечно. И я с удовольствием объяснила бы ей, почему я такая. Моя
мать покончила с собой, когда мне было шесть лет. Отец не смог этого
пережить. Он отдал меня дедушке с бабушкой и отправился куда-то залечивать
раны. Думаю, это ему так и не удалось. Но я прекрасно помню лицо моей матери
после того, как она приняла смертельную дозу снотворного. Она казалась такой
красивой и счастливой. Так почему же смерть не может быть увлекательным
приключением?
— Попробуйте сами, — предложила Ева, — и вы все поймете.
— Когда-нибудь. Но только после того, как я завершу свои исследования.
— Так, значит, мы все для вас — лабораторные крысы? Лягушки под
микроскопом.
— В какой-то мере — да. Единственный, кого мне, пожалуй, жаль, —
это Дрю Матиас. Он был юн и талантлив... Я иногда консультировалась с ним,
когда мы с Уильямом работали в
Олимпусе
. Дрю в меня влюбился, и мы неплохо
проводили время. Я была польщена, а Уильям очень терпим к развлечениям на
стороне.
— Матиас слишком много знал, поэтому вы послали ему программу и велели
повеситься? — догадалась Ева.
— Приблизительно так. В этом, не было бы необходимости, но он не хотел,
чтобы наши отношения прекращались. Поэтому Дрю должен был умереть — иначе он
когда-нибудь взглянул бы на все трезво и понял бы слишком многое.
— А почему вы заставляли своих жертв обнажаться? Хотели их унизить?
— Нет! — Эта мысль Рианну шокировала. — Вовсе нет. В этом
есть своя символика. Нагими мы приходим в этот мир, нагими и уходим. Мы
завершаем круг. Дрю умер счастливым. Как и все остальные. Ни страданий, ни
боли. Только радость. Я не чудовище, Ева, я ученый.
— Нет, вы чудовище, Рианна. Современное общество сажает таких, как вы,
в тюрьму. В тюрьме вы не будете счастливы.
— Этого не случится. За все заплатит Джесс. После моего завтрашнего
отчета вы сделаете все, чтобы посадить его. Думаю, вам удастся убедить всех
остальных в том, что он принуждал людей к самоубийству, поскольку сами вы
будете в этом абсолютно уверены. Ну а когда я буду ставить следующие опыты,
то постараюсь, чтобы это происходило вдали от вас. Вас это больше беспокоить
не будет.
— Но одного человека вы выбрали поблизости от меня. — Ева
почувствовала, что тошнота подступила к горлу. — Зачем вам это
понадобилось? Чтобы привлечь мое внимание?
— Отчасти поэтому. Мне хотелось посмотреть, как вы работаете,
проверить, действительно ли вы такой прекрасный полицейский. А кроме того, я
решила оказать вам маленькую услугу: я знала, что вы терпеть не могли
Фицхью. Да и многие считали его высокомерным ослом, человеком неприятным в
общении. И знаете, он обожал жестокие игры, поэтому я выбрала для него
кровавую смерть. Лично я с ним никогда не встречалась, но иногда натыкалась
на него в компьютерной сети.
— У него была семья, — произнесла Ева через силу. — У Перли,
Матиаса и Сериз Деван тоже.
— Да ладно вам! Жизнь продолжается, — махнула рукой Рианна. —
Все устроится. Такова человеческая природа. А что касается Сериз, то в ней
материнства было не больше, чем в дворовой кошке. Она была такая
самоуверенная. Это меня просто бесило! Можете считать, что я выбрала ее
следующей жертвой из чувства личной неприязни. Забавно было смотреть, как
она умирала. Какая улыбка! Они все улыбались. Это была моя маленькая шутка и
мой им прощальный подарок. Ведь смерть — это так увлекательно, так
прекрасно, так радостно! Умри — и ты испытаешь истинное наслаждение. Они все
умирали с наслаждением.
— Они умирали с застывшими на лицах улыбками и ожогом в мозгу.
— О каком ожоге вы говорите? — нахмурилась Рианна.
Когда же наконец придет помощь? Сколько ей еще надо продержаться?
— Вы не знали об этом? В ваших опытах был один маленький недостаток,
Рианна. В лобной доли мозга остается небольшой ожог, который виден при
сканировании как затемнение. Если бы не это, едва ли мне удалось бы что-
нибудь раскопать.
— Ерунда! — Рианна снова махнула рукой, но видно было, что она
задумалась. — Это могло быть вызвано интенсивностью сублиминального
воздействия. Оно ведь должно быть очень точно направленным, чтобы преодолеть
инстинктивное сопротивление — тот самый инстинкт выживания. Надо будет над
этим поработать, отладить. — Во взгляде ее читалось
неудовольствие. — Ну, ничего. Уильям с этим справится. Я не люблю
недочетов.
— А между тем в вашем исследовании их предостаточно. Чтобы продолжать
работу, вам надо постоянно держать под контролем Уильяма. Интересно, сколько
раз вы испытывали на нем свое устройство, Рианна? А что, если при повторном
воздействии этот ожог увеличивается? Ведь неизвестно, какой вред это может
принести.
— Это все можно исправить. — Она рассеянно барабанила пальцами по
колену. — Я сделаю ему сканирование мозга. Если ожог у Уильяма есть, я
его вылечу.
— У него наверняка есть ожог. — Ева подошла чуть ближе. — Он
был у всех. А что, если вам не удастся вылечить Уильяма? По-видимому, тогда
его тоже придется убить. Вы не можете рисковать: вдруг этот ожог вызовет
непредсказуемое поведение?
— Нет. Нет. Я займусь этим немедленно. Сегодня же вечером.
— Может быть, уже поздно.
— Все можно вылечить! Я так далеко зашла, что не могу смириться с
неудачей.
— Боюсь, что придется. Не думаю, что вам будет легко контролировать
меня.
— У меня уже есть данные вашего мозга, — напомнила ей
Рианна. — И программа для вас готова. Так что все как раз будет очень
легко.
— Я вас еще удивлю, — пообещала Ева. — А Рорк? Ведь он рано
или поздно все узнает, а без него вы не можете создавать свое оборудование и
программы. Вы и его собираетесь контролировать?
— Я бы это сделала с превеликим удовольствием. Даже начала составлять
программу: небольшая прогулка, так сказать, по закоулкам памяти. Рорк такой
изобретательный любовник. У нас не было времени сопоставить впечатления, но,
думаю, вы со мной согласитесь.
Ева готова была взорваться, но сдержалась.
— Хотите получить от своей игрушки сексуальное удовольствие, доктор
Отт? Поведение, недостойное ученого.
— Зато как это забавно! Я не такой мастер, как Уильям, но хорошую игру
могу оценить. Игры порой могут развлечь и помогают расслабиться. Собственно,
с этого все и началось. Мы с Уильямом решили, что, изучая непосредственно
реакции игроков, сможем разработать новые опции для нашего виртуального
устройства. Но никто и не подозревал, что именно я создаю. Ну а что касается
Рорка... Мне пришлось пересмотреть свое решение. К сожалению, он слишком
углубился в изучение нашего устройства. Это становится опасным, и тут уже не
до развлечений... А, впрочем, Рорк вовсе не так уж необходим. — Она
улыбнулась уголком рта. — Как вы полагаете, кто будет владеть всем его
состоянием, если с ним что-то случится?
Рианна весело рассмеялась, а Ева молча смотрела на нее.
— Ну, конечно же, вы, дорогая! Все это будет вашим, все будет под
контролем у вас, а следовательно, и у меня. Не волнуйтесь, я не заставлю вас
вдоветь долго. Мы вам кого-нибудь найдем. Я сама выберу вам нового мужа.
У Евы от ужаса кровь застыла в жилах, сжалось в комок сердце.
— Вы сделали программу для него?
— Закончила сегодня днем. Интересно, он ее уже опробовал? Рорк такой
внимательный человек, он интересуется всей производимой его компаниями
продукцией.
Ева сделала небольшое движение в сторону стола, на котором лежал ее
револьвер, и это не ускользнуло от внимания Рианны.
— Не делайте этого. Мне придется вас парализовать.
— Я задушу вас своими собственными руками. — Ева постаралась
сделать максимально глубокий вздох, велела себе думать. — Клянусь.
Рорк, сидевший в своем кабинете, снова просматривал информацию на
компьютере.
Я что-то упустил, — думал он. — Но что?
Он протер глаза, сел поудобнее. Надо передохнуть, решил он. Прочистить
мозги, дать отдых глазам. Взяв со стола виртуальные очки, он стал задумчиво
вертеть их в руках.
— Вы не станете рисковать. Попытайтесь только, я вас парализую, и вы не
успеете ему помочь. А так — остается надежда, что вы сможете это остановить,
сможете спасти его. — Она презрительно усмехнулась. — Видите, Ева,
я вас прекрасно понимаю.
— Ошибаетесь!
Вместо того чтобы кинуться вперед, Ева отпрыгнула назад и выключила свет.
Комната погрузилась во тьму, но она успела схватить свое оружие. Однако
Рианна выстрелила первой, и Ева почувствовала укол в правое плечо. Она упала
на пол, за стол, и стиснула зубы от боли, но постаралась, чтобы ее голос
звучал спокойно:
— Стрелять я умею лучше, чем вы. — Правая рука дрожала, и ей
пришлось переложить револьвер в левую. — В этом вы только любитель:
недаром ваше оружие сработало, как обычный револьвер. Бросьте его, тогда,
возможно, я вас не убью.
— Вы меня и так не убьете! — прошипела Рианна. — Вы слишком
хороший полицейский. Крайние меры принимают только тогда, когда остальные
способы оказываются недейственными.
Она у двери, — поняла Ева, прислушиваясь и стараясь дышать
бесшумно. — Если она ее откроет, то сразу окажется на свету
.
— Здесь никого, кроме нас с вами, нет. Кто об этом узнает?
— Вы слишком совестливая. Не забывайте, я вас хорошо знаю. Вы не
сможете с этим жить.
Еще ближе к двери. Прекрасно. Только попытайся выйти, сука, и я тебя
пристрелю!
Дверь открылась, но Рианна не выбежала. Вместо этого в комнату вошел Уильям.
— Рианна, что ты делаешь в темноте? Ева вскочила на ноги, и Рианна
выстрелила. Но рука ее дрогнула, и она попала в Уильяма.
— Господи, Уильям!
В голосе ее было больше отвращения, чем отчаяния. Уильям стал оседать на
пол, и Ева, использовав его как прикрытие, кинулась на Рианну. Она
действительно не хотела убивать ее, но должна была обезоружить.
Еве удалось схватить Рианну за руку с парализующим устройством, которым та,
как выяснилось, не успела воспользоваться. Однако Рианна отбивалась как
бешеная и знала, куда целиться. Она ведь сама накладывала мази на все Евины
синяки и ссадины и теперь била именно по ним. Локтем она ударила Еву по
бедру, ногой — по больному колену.
— Сука! — Ева почти ослепла от боли, но ей все-таки удалось сунуть
револьвер Рианне в подбородок. — Только пошевелись, и я тебя вырублю!
Она задыхалась, истекала кровью, тело звенело от боли. Но главное — она
сходила с ума от беспокойства за Рорка. Что, если он успел воспользоваться
виртуальными очками с гибельной программой?!
— Считаю до трех, — предупредила она. — Бросай оружие — или я
тебя отключу.
— Вам этого не сделать. — Голос у Рианны был наглым и уверенным,
она победно улыбалась. — Это сделаю я. — Ей удалось каким-то
образом вывернуть руку с оружием, за которую Ева ее держала, и приставить
оружие к своей шее. — Ненавижу тюремные камеры, — сказала она и
выстрелила.
— Боже мой!
Рианна еще дергалась в предсмертных конвульсиях, Уильям корчился на полу, а
Ева уже мчалась по коридору, даже не замечая, что плачет.
Навстречу ей кто-то шел, но она даже не притормозила.
— Даллас! Господи!
— Туда! — Она промчалась мимо Фини, не обращая внимания на его
взволнованные вопросы. — А вы, Пибоди, со мной. Скорее. Она метнулась к
лифту.
— Даллас, что случилось? — Пибоди едва поспевала за ней. — Вы
истекаете кровью, лейтенант. Что происходит?
— Рорк! Рорк! Господи! Пожалуйста! — Слезы ручьем текли у нее по
лицу, но она была в такой панике, что ничего не чувствовала. — Она его
убивает. Она собирается его убить!
В лифте Пибоди дотронулась до Евиного плеча, но та с досадой отмахнулась.
— Я ничего не понимаю, Даллас! Кто напал на Рорка?
— Рианна. Она мертва. Но сейчас она его убивает. — Ева едва могла
дышать. — Мы его остановим! Что бы она ему ни велела, мы его остановим,
правда? — Она взглянула на Пибоди обезумевшими глазами. — Она его
не заберет!
Двери лифта не успели до конца открыться, а Ева с Пибоди уже выскочили. Ева,
хоть и была ранена, бежала быстрее, подгоняемая страхом. Она кинулась к
двери в кабинет и едва не налетела на Рорка.
— Рорк! — Ева готова была задушить его в объятьях. — Господи!
С тобой все в порядке! Ты жив!
— Что с тобой? — Обнимая ее, он чувствовал, как она дрожит.
Она стала ощупывать его лицо, заглядывать в глаза.
— Посмотри на меня! Ты им пользовался? Ты опробовал виртуальную
установку?
— Нет. Ева...
— Пибоди, следите за его поведением. Может быть, он уже все забыл.
Вызовите санитаров. Ему надо сделать сканирование мозга.
— Ну, этого я, положим, не позволю, но санитаров, Пибоди, вызывайте. На
сей раз она отправится в больницу, даже если придется ее связать.
Ева отступила в сторону, отдышалась и внимательно его оглядела.
— Теперь мне ясно: ты его не использовал.
— Я же сказал, что нет. — Рорк задумался на мгновение. — Так
эта установка сейчас настроена на меня? Черт, надо было раньше
догадаться! — Он изо всех сил стукнул кулаком по стене и заметил, что
Ева сразу подняла оружие. — Да убери ты эту штуку. У меня нет позывов к
самоубийству. Я просто злюсь. Она все делала у меня под носом, а я начал
догадываться об этом минут пять назад!
Псидок
... Доктор-психиатр, —
пояснил он. — Этим именем Рианна пользовалась в играх. Значит, она все
еще играет... Оказывается, за последний год Матиас десятки раз с ней
контактировал. А ведь я внимательно просматривал все данные по устройству,
которые они мне давали. Они даже не стали ничего скрывать. Рианна знала, что
я доверяю ей и Уильяму.
— Уильям не виноват. Он не знал, что делает. А Рианна в какой-то момент
поняла, что рано или поздно ты обо всем догадаешься. Поэтому она... — Ева
запнулась: ей снова стало трудно дышать. — Поэтому она сделала
устройство специально для тебя.
— И я бы им воспользовался, если бы меня не отвлекли. — Он подумал
о Мэвис и улыбнулся, а потом взглянул на нее. Взглянул на порванную рубашку
Евы, на пятна крови.
— Она тебя ранила?
— Это ее кровь. —
В основном
, — подумала Ева про себя и
мрачно вздохнула. — Она мертва, Рорк. Самоубийство. Я не могла ее
остановить. А может, не хотела? Она сказала мне про устройство.., для тебя.
Господи, я так боялась, что не успею!
Я ее пыталась отвлечь, заговаривала ей зубы, а ты в это время мог... — Ева
не слышала, как Пибоди вышла, решив оставить их наедине. Ей было все равно,
присутствует при их разговоре кто-то или нет. Она так и стояла, глядя в
пустоту, и время от времени вздрагивала.
— Ева! — Рорк подошел к ней, обнял. — Ничего не случилось. Ты
успела, я с тобой. Успокойся. Все кончено.
Но она знала, что все это — паника, ощущение собственного бессилия,
леденящий ужас — вернется к ней во снах.
— Не кончено. По делу Рианны будет проводиться расследование. Начнут
проверять работу твоей компании, людей, которые участвовали в проекте.
— Это я как-нибудь перенесу. — Он заглянул ей в глаза. — С
компанией все в порядке, Ева. Можешь мне поверить. Я не поставлю тебя в
неловкое положение. Меня не арестуют.
Она взяла носовой платок, который он ей протянул, высморкалась.
— Очень на это надеюсь. Если окажется, что я замужем за преступником,
моей карьере конец.
— Скажи мне, почему она это делала?
— Потому что могла! Во всяком случае, так она сказала. Рианна обожала
властвовать. — Ева потерла ладонями щеки. Руки наконец перестали
дрожать. — Кстати, у нее были большие планы на мой счет. Хотела сделать
из меня ручного зверька. Вроде Уильяма. Она рассчитала, что после твоей
смерти я унаследую всю твою империю. Но правда ты мне такой подлости не
устроишь?
— Какой?
— Не сделаешь меня своей наследницей. Рорк рассмеялся и поцеловал ее.
— Ева, ты неповторима! Такая вещь может оскорбить только тебя. —
Он пригладил ей волосы. — Так она сделала программу и для тебя?
— Да. Мы просто не успели ее опробовать. Ой, Фини же здесь! Мне надо
обо всем ему рассказать.
— Мы сейчас вместе туда поднимемся. Она отключила телефон. Я как раз
туда направлялся, когда примчалась ты. Я не мог прозвониться и начал
волноваться.
— Трудно тебе со мной, — сказала она, коснувшись ладонью его щеки.
— Ничего, справляюсь. Полагаю, ты захочешь отправиться в участок —
составлять отчет?
— Таковы правила, Рорк, у меня в деле труп. Плюс четыре смерти, с этим
связанные.
— Я тебя отвезу. Но сначала — в больницу.
— В больницу я не поеду. Рианна совсем не умела стрелять. У меня просто
царапина, и кровь давно остановилась.
— Пусть мне это скажут врачи.
Пибоди приоткрыла дверь и заглянула в комнату.
— Прошу прощения. Прибыли медики. Их нужно пропустить в здание.
— Сейчас. Проводите их в кабинет доктора Отт, Пибоди. Там они и Еву
осмотрят, а потом я отправлю ее в больницу.
— Я же сказала, что в больницу ты меня не затащишь.
— Это я уже слышал. — Рорк нажал кнопку на пульте. — Будьте
добры, пропустите медиков. Пибоди, у вас есть с собой наручники?
— Как положено.
— Будьте добры, одолжите их мне. Надо сопроводить лейтенанта в
больницу.
— Эй, парень, только попытайся! Тогда посмотрим, кого надо будет
показывать врачам.
Пибоди мужественно прикусила губу: лейтенанту ее улыбочка вряд ли
понравилась бы.
— Понимаю ваши проблемы, Рорк, но помочь ничем не могу. Боюсь потерять
работу.
— Ничего страшного, Пибоди. — Он крепко обнял Еву, ринувшуюся было
к двери. — Обойдусь подручными средствами.
— Мне надо закончить работу, написать отчет! Я должна отправить в морг
труп! — вопила Ева, пытаясь вырваться.
— Я все это слышал. — Рорк поднял Еву на руки и внес в
лифт. — Пибоди, попросите медиков прихватить с собой оружие. Возможна
попытка к бегству.
— Отпусти меня, идиот! Я никуда не поеду! — Ева наконец не
выдержала и расхохоталась. Двери лифта закрылись.
Закладка в соц.сетях
