Жанр: Любовные романы
Наказание - смерть
...ка плодотворно
сказывается на продуктивности труда. Какое печенье вы предпочитаете,
лейтенант?
— Да я не знаю. Любое. Вам позволено сказать мне, какова цель
сегодняшнего совещания?
— Конечно. Они обсуждают транспортные расходы одного из портов, который
принадлежит целому ряду ком—паний. Эти компании не выдерживают роста цен, и
их хо—зяева намерены предложить Рорку участие в реструктури—зации, чтобы
модернизировать порт.
Каро ловкими движениями наполнила кофейник и молочницу, поставив перед Евой
чашку из великолепного китайского фарфора.
— То есть Рорк предлагает разрешить их транспортные проблемы?
— Можно сказать и так. Я полагаю, что его команда намерена полностью
перестроить работу порта, сделав его весьма прибыльным.
— А они за это предлагают ему контрольный пакет?
— Пока нет. Но они вынуждены будут сделать это пе—ред концом
переговоров. Могу ли я предложить вам еще что-нибудь, лейтенант?
— Нет, спасибо. А что, Рорк всегда выигрывает?
Каро даже не моргнула:
— Конечно. Позовите меня, если вам что-нибудь по—надобится. — Она
направилась к двери, но на пороге огля—нулась: — Вам удалось застать его
врасплох, лейтенант. А это весьма непросто сделать.
Ева была рассержена и совершенно не хотела никакого печенья, но все-таки
съела одно, полагая, что сахар сейчас понадобится ее мозгу. И тут же
потянулась за следующим.
Когда вошел Рорк, Ева слизывала джем со своего большого пальца. Он
внимательно посмотрел на нее и ти—хо прикрыл за собой дверь.
Зол, — подумала Ева. — Не столько удивлен, сколько зол. Хорошо
.
Когда имеешь дело с одним из самых бога—тых людей страны, надо использовать
даже малейшее пре—имущество.
— Если ты пришла сюда для того, чтобы извиниться за прошлый вечер, то
не стоит этого делать, — начал Рорк. — Или ты хотела поговорить о
чем-то еще? У меня мало вре—мени, так что давай поскорее. Меня ждут люди.
Вот так он ведет свои дела, — подумала Ева. — Берет все в свои
руки и хладнокровно, но мягко гнет свою ли—нию. Он поднаторел в этом деле,
но, как и многие другие, упускает из виду мой собственный опыт ведения
допросов и бесед
.
— Ну что ж, мы дойдем и до прошлого вечера. Но по—скольку я тоже весьма
ограничена во времени, давай нач—нем сначала. Увидеться с Рикером мне было
необходимо по работе, и здесь мне не за что извиняться. Не помню, го—ворила
ли я тебе об этом раньше. Наверное, нет, раз я это—го не помню. По поводу
его хамского поведения я тоже не намерена объясняться с тобой, потому что
сама справи—лась с этим.
Рорк почувствовал, как горячая волна гнева подкатила к горлу, но промолчал
и, подойдя к стойке бара, налил се—бе чашку кофе.
— Я не собираюсь обсуждать с вами вашу работу, лей—тенант. Но дело в
том, что мы с Рикером были связаны об—щими делами, и я вам об этом говорил.
— Верно. И мы также говорили о том, что мне придет—ся с ним
встретиться.
— Ты не предупреждала, что намерена сделать это так быстро, без всякой
подготовки!
— Я никогда не предупреждаю о том, что собираюсь делать на работе. Я
просто делаю это, и все. Ты ведь тоже не посвящаешь меня в свои планы —
скажем, в это дело с портом.
— А разве я был должен это сделать? У тебя что, по—явился интерес к
проблемам развития транспортной ин—фраструктуры?
— Да, очень большой интерес. Ведь ты этим занима—ешься. Но ты не
советуешься со мной по своим делам. И я не обязана советоваться с тобой по
своим.
— Это совершенно разные вещи!
— Мне так не кажется!
— Представители этого порта не собираются заказы—вать меня наемным
убийцам.
— Судя по методам, какими ты ведешь свои дела, они могут захотеть это
сделать. Это с одной стороны. Теперь о другом. Общение с криминальным
элементом составляет часть моей работы. Ты женился на полицейском,
Рорк, — так будь добр смириться с этим.
— Я смирился. Но здесь речь идет совершенно о дру—гом. Рикеру нужна моя
голова. Твою он возьмет просто в качестве дополнительной награды.
— Конечно, я поняла это. Я поняла это, как только увидела цветы.
Почему, ты думаешь, я запаниковала? — Она наклонилась к нему, опершись
локтями на сто—лик. — Да, я запаниковала, и мне неприятно об этом
гово—рить. Когда я прочитала записку, я разозлилась. А затем мне стало очень
обидно: ты сделал именно то, на что он и рассчитывал! И я это предвидела.
Даже если и не думала об этом, то действовала именно так. Мне хотелось
только одного: поскорее избавиться от этих цветов, чтобы ты не видел их и не
знал о них. Я боялась за тебя! Это что, непо—зволительно?
Рорку было нечего ответить. Потягивая кофе, он пы—тался привести свои мысли
в порядок.
— Ты лгала мне.
— Я знаю, и я извиняюсь за это. Но в подобной ситуа—ции я бы сделала
это снова. В конце концов, не моя вина, что ты не способен совладать с
собой!
Рорк уставился на Еву, чувствуя, как внутри его нарас—тают одновременно
раздражение и удивление.
— Ты полагаешь, что причиной всего происшедшего является мой эгоизм?
— Но ты ведь мужчина, не так ли? Один очень автори—тетный специалист
сказал мне, что своим поведением я серьезно ранила твое
эго
. Это примерно
то же самое, что ударить мужчину в пах.
— И кто же этот авторитетный специалист? — спросил Рорк с
нежностью готовящейся к броску кобры.
— Я говорила об этом с Мэвис. — Ева заметила блеск в его глазах и
прикрыла свои, чтобы он не разгадал ее мысли. — Она мне все разъяснила,
а потом то же самое повто—рила и Мира. После того, как ты обиделся на меня,
у меня было право посоветоваться с умными людьми!
Рорк встал, подошел к окну и уставился на открываю—щийся из него вид на
город. Ему нужно было время, чтобы собраться с мыслями и успокоиться.
— Хорошо. У тебя было право посоветоваться с друзь—ями. Но даже если
причиной всего происшедшего стало мое раненое
эго
, главное здесь
совершенно в другом: ты не доверяешь мне.
— Это неправда! — Теперь, когда он поверил в свое ос—корбленное
эго
, Ева должна была закрепить успех. — Я никому так не доверяю, как
тебе. Но не отворачивайся от меня, Рорк! Никогда больше не делай этого. Мне
стало так страшно... — добавила она, когда Рорк повернулся к ней. — Я
не из пугливых, и не позволяю страху завладеть собой, но он живет во мне.
Нельзя сказать, что кто-то из нас был не прав. Просто у каждого своя правда.
— Какой потрясающий и точный анализ! — Рорк по—дошел к Еве,
оказавшись с ней лицом к лицу на расстоя—нии вытянутой руки. — И ты
полагаешь, что после пары ударов в пах я должен был кротко сидеть на
кушетке, как послушная кукла? Особенно после той сцены, которую я увидел
вчера вечером.
Она чуть не рассмеялась, представив себе такую карти—ну. Стоящего перед ней
мужчину никак нельзя было на—звать кротким. Он всегда делал то, что хотел и
когда хотел, презирая последствия.
— Все случилось неожиданно. Я вообще не понимаю, как это произошло.
Вебстер располагал конфиденциаль—ной информацией, мы разговаривали, а
потом... Я не знаю, что за муха его укусила!
— Ну конечно, — пробормотал Рорк, мрачно усмех—нувшись. —
Конечно, не знаешь.
— Я бы прекрасно справилась с ним сама. Но ты тут же подскочил к нам, и
вы, как два диких пса, вцепились друг в друга. И что же здесь
оскорбительного для тебя?
— Ты наставила на меня пистолет! — Рорк не мог об этом забыть и не
был уверен, что сможет вообще когда-нибудь забыть об этом.
— Верно. А ты считаешь, что я такая дура, чтобы бро—ситься между двумя
сумасшедшими дерущимися мужика—ми безоружной? Я сделала это машинально.
— Ну тогда о чем речь? Ты сделала это машинально. — Он натужно
рассмеялся. — Подумай сама, что ты гово—ришь, Ева?!
— Я бы никогда в тебя не выстрелила. Скорее всего. Ну, а если бы и
выстрелила, то очень бы сожалела по—том. — Она попыталась улыбнуться,
увидев, что Рорк тоже расслабился. — Ты стоял там потный, растерзанный
и дья—вольски злой. И чертовски сексуальный. Мне хотелось прыгнуть на тебя и
укусить. Я не ожидала от себя такой реакции. Но прежде чем я что-либо
поняла, ты схватил меня и прижал к стене.
— Поверь: борьба с тобой доставила мне меньше удо—вольствия, чем ее
результат.
— Тогда почему, когда я проснулась сегодня утром, те—бя не было рядом?
Почему после того случая ты ни разу не прикоснулся ко мне?..
Некоторое время Рорк мрачно смотрел на нее, потом вдруг коснулся кончиками
своих пальцев ее волос.
— Я не собирался извиняться за то, что произошло прошлым вечером. Не
собирался пока... В общем, мне по—казалось, что я оскорбил тебя. Если не
физически, то эмо—ционально, — быстро добавил он, прежде чем Ева успела
возразить. — Мне так показалось. После этого мне было весьма паршиво, я
беспокоился, что все случившееся мо—жет напомнить тебе о твоем детстве.
— О моем детстве?
Ева искренне не понимала, что он имеет в виду.
— О твоем отце. — Сказав это, Рорк как-то сразу об—мяк и съежился.
Удивление сменилось шоком.
— Как такое могло прийти тебе в голову?! Я хотела те—бя! Разве ты не
чувствовал, что я хотела тебя? Между нами не может произойти ничего, что...
— Старые видения про—мелькнули у нее перед глазами, но Ева отогнала
их. — Там не было любви, страсти, даже желания. Он насиловал ме—ня,
потому что был физически сильнее. Он насиловал ребенка, своего собственного
ребенка, потому что был чудо—вищем! Воспоминания о нем не могут помешать мне
быть счастливой с тобой...
— Ева, я не буду говорить, что я сожалею. — Рорк взял ее лицо в
ладони. — Мне бы не хотелось говорить этого. Но я скажу, что люблю
тебя. И что бы я ни делал, я всегда помню об этом.
Ева обняла мужа и спрятала лицо у него на груди.
— Я так переживала...
— Я тоже. — Он поцеловал ее в волосы и почувство—вал, что жизнь
вернулась в нормальное русло. — Мне тебя так не хватает, Ева!
— Я больше не позволю своей работе становиться между нами.
— Этого больше и не произойдет. Я надеюсь, мы на—учились справляться с
этим. — Он обнял ее и нежно поце—ловал. — Но ведь твоя работа —
тоже часть нашей жизни...
Ева вздохнула и посмотрела мужу в глаза:
— Ну вот, теперь все прошло.
— Что ты имеешь в виду?
— У меня в последние два дня побаливала голова. Те—перь прошло.
Наверное, это ты был моей головной болью.
— Дорогая, это же прекрасно!
— Да, но я тебе, кажется, слишком дорого обхожусь. Я сорвала тебе
сделку с этим портом?
— Что значат несколько сот миллионов долларов по сравнению с тем, что я
получаю от тебя?!
Ева понимала, что он поддразнивает ее, но все-таки побледнела:
— Ты смеешься?
— Рад, что чувство юмора не изменяет тебе. В любом случае мне надо
возвращаться к делам.
— Конечно. Я только хотела тебя спросить... Знаешь, хоть мы и
помирились, мне трудно говорить об этом... Я могу рассчитывать на твою
помощь в этом деле?
— Что за вопрос, лейтенант! Я полностью в вашем рас—поряжении.
— Вероятно, она мне понадобится, хотя пока я не могу сказать точно,
какая именно.
В это время зазвонил ее мобильный телефон — помощник Уитни передал ей
приказание начальника срочно явиться в управление.
— Сейчас буду, — ответила Ева. — Ну вот, прозвенел звонок на
второй акт, — сказала она Рорку и, приподняв—шись на цыпочки, крепко
поцеловала его, прежде чем на—правиться к двери. — Кстати, ты, дружок,
должен мне но—вую лампу!
Когда Ева вошла в здание управления, она была готова к новым битвам, но
начальник полиции Тиббл встретил ее крепким рукопожатием. Большинство
полицейских боя—лись его, Ева — уважала. Он не сидел за столом, а стоял
перед ним, и такая манера разговора с подчиненными на—помнила ей о Рорке.
Возвышаясь над своими сотрудника—ми, он мог контролировать поведение и
реакцию каждого из них.
По знаку Тиббла Ева села между Уитни и капитаном Бейлисом, начальником
отдела внутренних расследова—ний. Капитан Рот сидела по другую сторону от
Бейлиса, а замыкал цепочку Фини.
— Начнем с информации, которую я получил в отно—шении внутреннего
расследования, сосредоточенного в основном вокруг сотрудников Сто двадцать
восьмого от—дела.
— Мистер Тиббл, я хотела бы сразу выразить протест по поводу того, что
подобное расследование было начато и проводится без моего ведома! —
вставила Рот.
— Принято, — кивнул начальник полиции. — Однако отдел
внутренних расследований не обязан уведомлять ру—ководителей тех
подразделений, в отношении которых он ведет следствие. А вот то, что вы не
поставили в извест—ность меня, — при этом Тиббл сурово посмотрел на
Бейлиса, — является превышением полномочий.
— Сэр! — Бейлис попытался встать, но Тиббл жестом усадил его на
место.
Неплохой жест, — подумала Ева. — Сурки должны сидеть в своих
норках
.
Щеки Бейлиса покрыл нездоровый румянец.
— Отделу внутренних расследований разрешено само—стоятельно проводить
технические мероприятия, когда интересы дела требуют режима секретности.
После того как у нас появились подозрения об утечке информации, было решено,
что эта операция будет проводиться исклю—чительно офицерами отдела
внутренних расследований.
Тиббл присел на краешек своего стола, что заставило Еву улыбнуться: она
снова вспомнила поведение Рорка на переговорах.
— А могу ли я поинтересоваться, капитан, кто принял такое решение?
— Мы обсуждали это с несколькими офицерами моего отдела.
— Понятно. Значит, именно вы решили нарушить субординацию.
— Да, сэр. — Бейлис сказал это резко и решительно. — У нас
были причины так поступить, чтобы избежать утеч—ки информации.
Проинформировав руководителей других подразделений, мы рисковали погубить
все расследование раньше, чем оно начнется.
— Должен ли я сделать из этого вывод, что майор Уитни находится у вас
под подозрением?
— Нет, сэр.
— Может быть, ваше расследование касается и меня?
Бейлис открыл было рот, но вовремя опомнился:
— Сэр, вы вне подозрений.
— Неужели? — язвительно проговорил Тиббл. — Спа—сибо,
капитан, успокоили, а то меня чуть инфаркт не хва—тил! А теперь, когда мы
установили, что ни меня, ни майо—ра Уитни не подозревают в совершении
преступлений, вы все еще отказываетесь проинформировать нас об этом
расследовании?
— Охота на ведьм! — выпалила Рот, но тут же замолча—ла, встретившись взглядом с Бейлисом.
— Я не считаю это целесообразным, пока операция не завершена, —
заявил он.
— Нужно ли мне, капитан, объяснять вам, в чем вы ошибаетесь?
Бейлис выдержал тяжелый взгляд начальника.
— Нет, сэр. Я сожалею о допущенной ошибке. И, согласно вашему приказу,
вам будут представлены все записи и документы, касающиеся упомянутой
операции.
— Надеюсь, включая и все материалы по расследова—нию убийств,
проводимому лейтенантом Даллас?
Бейлис стал мрачнее тучи:
— По моему мнению, эти два дела не связаны между собой.
— Неужели? У вас есть свое мнение на этот счет, лей—тенант Даллас?
— Да, сэр. На мой взгляд, капитан Бейлис ошибся в анализе ситуации. Два
офицера полиции, оба — сотрудни—ки Сто двадцать восьмого отдела, были убиты
в течение недели. У нас есть все основания считать, что преступле—ния
совершены одним и тем же человеком. Полагаю, что лейтенант Миллз, убийство
которого мы расследуем, бу—дет посмертно обвинен в получении взяток,
давлении на свидетелей и попытках помешать следствию по делу
небе—зызвестного Макса Рикера. По настоянию отдела внут—ренних расследований
детектив Коли согласился изобра—жать коррумпированного офицера полиции. Как
только мы получили все эти данные, расследование натолкнулось на активное
сопротивление под предлогом того, что мы пытаемся скомпрометировать
погибшего офицера поли—ции.
— Наша операция находится в очень важной ста—дии! — Бейлис, с
трудом скрывая бешенство, повернулся к Еве. — Коли согласился работать
на нас добровольно. Его никто не принуждал. Он хотел получить повышение и
прибавку к зарплате. У нас не было причин считать, что его жизни что-то
угрожает, но зато были все основания надеяться, что он, работая в
Чистилище
, сможет всту—пить в контакт с Рикером.
Ева хотела спросить, какое отношение Рикер имеет к
Чистилищу
, но не стала.
Не здесь и не сейчас.
— А теперь, капитан? Теперь, когда он погиб?
Бейлис нахмурился:
— Мы считаем, что имеет смысл поддерживать легенду Коли. Таким образом
мы получим возможность выявить коррумпированных сотрудников Сто двадцать
восьмого отдела.
— Вы использовали одного из моих людей, не поста—вив меня в
известность! — закричала Рот. — Вы что, пола—гаете, что у меня
весь отдел состоит из одних Миллзов? Я несу ответственность за своих людей!
— Вы за них несете даже большую ответственность, чем вам
кажется, — многозначительно заметил Бейлис.
— Я считаю, что в отношении меня тоже было допу—щено нарушение
правил, — вступила в спор Ева. — Мне подбросили ложную информацию.
И я могу привести еще много примеров, когда расследование убийства
полицей—ского пытались завести в тупик. К тому же использовать погибшего
полицейского как свое прикрытие — подлый трюк. Коли погиб на боевом посту;
он заслуживает уваже—ния своих коллег!
— Хватит, лейтенант, — тихо пробормотал Уитни.
— Нет, сэр, нам предстоит еще долгий путь! — Ева встала со
стула. — Я не спорю с тем, что отдел внутренних расследований делает
важное дело, поскольку
грязные
полицейские пачкают все наше управление. Но
когда старший по званию действует в своих собственных инте—ресах и,
используя свое служебное положение, приказыва—ет нижестоящим повернуть ход
расследования убийства в выгодное для него русло, он становится таким же
гряз—ным
полицейским, как те, на которых он должен охо—титься.
— Вы забываетесь, лейтенант! — Бейлис вскочил на ноги. — По
какому праву вы считаете, что можете оскорб—лять меня?! Я уже пятнадцать лет
охраняю чистоту рядов управления! А вы сами отнюдь не Белоснежка. Связи
ва—шего мужа с Рикером можно, конечно, похоронить, но можно и вытащить на
свет! Вы вообще не имеете права за—ниматься этим делом!
— Не нападайте на моего офицера, — спокойно сказал Уитни. Он
поднял руку, останавливая Фини, который ре—шительно направился к
Бейлису. — И не смейте высказы—ваться по поводу ее личной жизни и
профессиональных способностей. Если бы я позволил втянуть себя в эту
пере—палку, я бы не без удовольствия сказал, что вы не стоите и половины
того, чего стоит лейтенант Даллас. Но я не собираюсь опускаться до этого.
Шеф Тиббл, я бы хотел сде—лать заявление.
Тиббл развел руками:
— Прошу вас, майор.
— Изучив документы отдела внутренних расследова—ний, я пришел к выводу,
что капитан Бейлис серьезно превысил свои полномочия и заслуживает
дисциплинарного взыскания. Более того, пока все данные анализиру—ются и пока
не принято решение о продолжении внутрен—него расследования, я рекомендую
отстранить капитана Бейлиса от работы.
— Но у нас есть полицейские, которых подкармливает Рикер! —
взвился Бейлис. — Я считаю, что мы не вправе прекращать это
расследование!
— Не берите на себя слишком много, капитан. Реше—ние о продолжении
расследования будете принимать не вы. И отныне никакие новые расследования
без моего приказа проводиться не будут. — Тиббл сурово посмот—рел на
Бейлиса. — Вы отстранены от дел, а ваше будущее мы решим позднее —
после дисциплинарного расследо—вания. Советую вам проконсультироваться с
вашим адво—катом.
— Шеф Тиббл...
— Все, капитан! Не вынуждайте меня выражаться еще более резко!
Бейлис стиснул зубы и повернулся на каблуках. Перед тем как выйти из
комнаты, он бросил уничтожающий взгляд на Еву.
— Сэр, позвольте мне сказать! — выпалила капитан Рот, быстро
вскочив на ноги. — Я прошу позволить мне ознакомиться с документами по
расследованию в моем от—деле. Под подозрением мои люди, мой отдел, а он для
ме—ня — как семья!
— Капитан Рот, в вашей семье слишком много грязи. В просьбе отказано. К
завтрашнему утру вы должны по—дать подробный рапорт о ситуации в вашем
подразделе—нии. Я лично займусь наведением порядка... в вашей
се—мье
. Так
что завтра к полудню жду вас с подробным до—кладом.
— Слушаюсь! Я сознаю, что несу полную ответствен—ность за сложившуюся
ситуацию. Миллз был моим подчи—ненным, и я не могу не отвечать за то, что он
сделал. Если после расследования вы сочтете, что меня надо отправить в
отставку...
— Не торопите события, капитан. Жду вас завтра в полдень.
— Есть, сэр!
Когда она вышла, Тиббл вновь присел на край своего стола.
— Теперь о вас, лейтенант. Как глубоко вы влезли в это дерьмо и кто ваш
информатор? Советую вам назвать его имя. Рассматривайте это как приказ.
— Сэр, я уже достаточно глубоко влезла в это
дерь—мо
, как вы изволили
выразиться, но, к сожалению, вы—нуждена нарушить ваш приказ и скрыть имя
моего информатора.
Тиббл посмотрел на Уитни:
— Кажется, я проиграл вам полтинник. Надо было быть полным идиотом,
чтобы согласиться поспорить, что она назовет имя информатора... Скажите мне,
Даллас, вы глубоко изучили биографию капитана Рот?
— Да, сэр. Я заинтересовалась ею в рамках общего рас—следования дел по
убийству Коли и Миллза. У меня ощу—щение, что они оба были убиты кем-то из
наших.
— Что ж, действуйте. Но вам предстоит трудная дорога.
— Да, сэр.
— Вы подозреваете Рот?
— Она руководит отделом. Не рассматривать ее в каче—стве подозреваемой
было бы неправильно. Я допросила ее, проанализировала ее деятельность и
пришла к выводу, что такую возможность отбрасывать нельзя.
— Насколько велика вероятность того, что убийца — она?
— Около 60 процентов.
— Немного, но и это вызывает беспокойство. Я не бу—ду отнимать свое и
ваше время, требуя, чтобы вы держали меня в курсе расследования.
Пока, — подчеркнул Тиббл. — Но я прошу вас, лейтенант, сказать мне
откро—венно, связывают ли вашего мужа с Рикером деловые или личные отношения
и должны ли они интересовать наше управление.
— Мой муж не связан с Максом Рикером никакими деловыми отношениями.
— А личными?
Становится горячо!
— подумала Ева.
— Сэр, когда я говорила с Рикером, у меня создалось впечатление, что он
испытывает личную неприязнь к Рорку. Он не раскрывал ее причины, но
достаточно ясно дал это понять. Рорк — весьма успешный предприниматель, и
его имя у всех на слуху, — сказала Ева, за неимением ниче—го
лучшего. —
...Закладка в соц.сетях
