Жанр: Любовные романы
Наказание - смерть
...bsp;У меня пока не сложилось определенное мнение на этот счет, —
ответила она. — И вообще, капитан Рот, что вы предпочитаете: стоять на
улице и допрашивать меня или прочитать подробный отчет, который я подготовлю
в ближайшее время?
Рот хотела было возмутиться, но передумала.
— Намек понят, лейтенант. Буду с вами откровенна. Детектив Коли работал
в моем отделе на протяжении мно—гих лет, и я хочу, чтобы мы сами
расследовали это убий—ство.
— Я понимаю ваши чувства, капитан, и смею заверить вас, что буду
проводить расследование со всей возможной тщательностью.
Да сними же ты эти чертовы очки! — подумала Ева про себя. — Я
хочу видеть твои глаза!
— Вы, конечно, можете попробовать и, возможно, добьетесь, чтобы
расследование передали вам, — добави—ла она. — Но я тоже буду с
вами откровенна и предупреж—даю, что я его так просто не отдам. Сегодня
утром я стоя—ла над телом Коли и видела, во что его превратили. Уве—ряю вас,
я горю желанием поймать убийцу не меньше, чем вы.
— Капитан! — вступил в разговор сержант Клуни, положив руку на
локоть Рот. От уголков его светло-голубых глаз разбегались морщинки, и от
этого лицо Клуни выгля—дело усталым и располагало к доверию. —
Лейтенант! — Он поочередно посмотрел на женщин. — Сейчас все мы
находимся во власти эмоций, и это вполне понятно. Но у нас есть работа,
которую мы обязаны выполнить.
— Ты прав, Арт, ты прав. Давайте покончим с этим. — Капитан Рот
подошла к подъезду и открыла замок с помо—щью универсального полицейского
ключ.
Клуни повернулся к Еве.
— Лейтенант, — нерешительно заговорил он, — я по—нимаю, что
вы захотите допросить Пэтси, жену Таджа, но прошу вас, не очень на нее
сейчас нажимайте. Я представ—ляю, через что ей предстоит пройти. Я сам всего
три меся—ца назад потерял сына. Он тоже был полицейским и по—гиб, патрулируя
улицы. Такое ощущение, что в тебе про—делали огромную дыру...
— Не волнуйтесь, я не буду бить ее ногами. — Ева во—шла в подъезд,
но затем остановилась и, обернувшись к сержанту, сказала уже более
миролюбиво: — Сержант, я не знала этого человека, но он был полицейским, и
он убит. Для меня этого вполне достаточно. Поняли?
— Хорошо, хорошо! Я все понял.
— Господи, до чего я ненавижу такие моменты! — про—бормотала Ева,
следуя за Рот по направлению к лифту. — Как только вы это
выдерживаете? — обратилась она к Клуни.
— Честно говоря, мне часто поручают выполнение этой печальной миссии.
Говорят, у меня хорошо получа—ется утешать людей, — он смущенно
улыбнулся. — Я со—глашаюсь на это. Почему бы и нет, если я могу хоть в
ма—лой степени облегчить страдания человека?
Они стояли возле лифта, дожидаясь, пока придет кабина. От улыбки Клуни не
осталось и следа, его губы были плотно сжаты.
— Как я это выдерживаю? Сам не пойму. Я знаю одно: на родных погибшего
хорошо действует, когда их утешает коп, а когда этот коп и сам пережил
подобное горе, у него это получается еще лучше. Вам приходилось терять кого-
нибудь из членов семьи, лейтенант?
Ева вспомнила темную комнату, мужчину, лежащего в луже крови, скорчившуюся в
углу маленькую девочку, ка—кой она тогда была, и сухо ответила:
— У меня нет семьи.
— Н-да... — только и произнес Клуни, когда, подняв—шись на четвертый
этаж, они вышли из кабины лифта.
Они знали, что женщина, которая откроет им дверь, поймет все в первую же
секунду. Жена копа, увидев на по—роге троих полицейских с мрачными лицами,
тут же дога—дается, с какой вестью они пожаловали к ней в дом. Про—звучат
какие-то слова, но они ни черта не будут стоить. С того момента, когда
откроется дверь квартиры, жизнь обитающих в ней людей окажется сломанной раз
и навсе—гда.
Все началось раньше, чем они успели постучаться. Дверь распахнулась, и на
пороге появилась Пэтси Коли — хрупкая женщина с эбонитовой кожей и густой
шапкой темных курчавых волос. Она, видимо, собралась на про—гулку: на груди
ее в сумке-"кенгуру" сидел младенец. Ря—дом, вцепившись в
материнскую юбку, приплясывал ма—ленький мальчик и радостно вопил:
— Идем качаться! Идем качаться!
Пэтси смеялась, однако смех сразу умер в ее глазах и улыбка погасла, когда
она увидела пришедших. Замерев как вкопанная, женщина еще крепче прижала
ребенка к груди.
— Тадж... — только и сказала она.
Рот сняла очки, однако холодный взгляд ее синих глаз был так же непроницаем,
как и темное стекло.
— Пэтси, позвольте нам войти.
Женщина даже не шелохнулась и лишь беспомощно повторяла:
— Тадж... Тадж...
Вперед выдвинулся Клуни и обнял ее за плечи.
— Пойдем, Пэтси. Давай сядем.
— Нет! Нет! Нет!
Мальчик заплакал и стал теребить безвольно повис—шую руку матери. Рот и Ева
переглянулись; в глазах обеих было сострадание и ощущение собственной
беспомощно—сти. Но тут между ними протиснулась Пибоди и присела на корточки.
— Привет, дружок!
— Пойдем на качели, мама! — жалобно всхлипывал мальчик, и по его
пухлым щечкам текли огромные слезы.
— А и вправду, лейтенант, может, мы с парнишкой по—ка погуляем на
улице?
— Прекрасная мысль! Молодец, Пибоди! — Ева и сама с трудом
сдерживала рвущиеся наружу слезы. — Миссис Коли, если не возражаете,
моя помощница пойдет с ва—шим сыном погулять. По-моему, это сейчас будет
лучше всего. Как его зовут?
— Чед. — Пэтси посмотрела на сына, словно выходила из глубокого
сна. — Мы с ним обычно гуляем в парке, в двух кварталах вниз по улице.
Там качели...
— Не беспокойтесь, миссис Коли, я о нем позабо—чусь. — С
ловкостью, удивившей Еву, Пибоди подхватила мальчика на руки и вышла на
площадку. — Эй, Чед, ты любишь соевые хот-доги?
— Давай я возьму у тебя малышку, Пэтси. — Клуни расстегнул
кенгуру
, высвободил ребенка и, к ужасу Евы, передал его ей.
— Послушайте, я не могу... — попыталась протесто—вать она, но
автоматически протянула руки и приняла де—вочку. Ладони у Евы сразу
вспотели. Девочка пролепетала что-то непонятное, и, встретившись с
доверчивым взгля—дом больших темных глаз, Ева окончательно утратила
присутствие духа. Она огляделась в поисках помощи, од—нако Рот и Клуни уже
усадили Пэтси на диван и располо—жились по обе стороны от нее. Комната была
небольшой, но уютной. На ковре были разбросаны игрушки, в воздухе пахло
тальковой присыпкой, карандашами и сахаром. Пахло детьми.
На полу возле стула стояла большая корзина с выстиранным, но еще не
выглаженным бельем. Ева облегченно вздохнула и положила ребенка поверх
белья.
— Лежи смирно, — прошептала она, неумело поглади—ла девочку по
темной головке и только после этого вновь осмелилась дышать.
Ева обернулась и посмотрела на сидящих. Пэтси била дрожь, она вцепилась в
руки Клуни и не выпускала их. Из ее груди не вырывалось ни звука, но по лицу
градом текли слезы.
Ева наблюдала эту сцену, и у нее щемило сердце.
Ви—димо, у них очень
дружный отдел, — думала она. — На—стоящая семья. И когда наступил
тяжелый момент, все встали плечом к плечу, чтобы поддержать друг друга
.
Горе заволокло комнату подобно туману. И теперь оно поселится здесь надолго
— до тех пор, пока время не зарубцует ужасную рану.
— Это моя вина! — наконец произнесла Пэтси. — Это я виновата!
— Нет! — Клуни стиснул ее ладони, и женщина подня—ла на него
глаза. Каждый раз, когда ему приходилось сооб—щать людям о гибели их
близких, они пытались встретить—ся с ним взглядом — чтобы поверить в слова о
том, что все пройдет, найти в его глазах утешение. — Ты тут ни при чем.
— Он не пошел бы работать в этот проклятый клуб, ес—ли бы не я! После
рождения Джилли я решила не возвра—щаться на работу — мне хотелось
находиться дома, с деть—ми. Но пособие на детей было таким маленьким...
— Пэтси, Тадж был счастлив, что ты решила остаться дома. Он так
гордился и тобой, и детьми!
— Я не могу! Чед... — Женщина высвободила руки и закрыла лицо
ладонями. — Как я объясню ему, где папа? Как нам жить без Таджа? —
Она бессильно уронила руки на колени и огляделась вокруг невидящим
взглядом. — Я должна его увидеть! Может, тут какая-то ошибка...
Ева поняла, что настало ее время.
— Извините, миссис Коли, но, к сожалению, это не ошибка. Я лейтенант
Даллас, я возглавляю расследование.
— Значит, вы видели Таджа? — Пэтси с трудом подня—лась на ноги.
Колени ее подгибались.
— Да. И я глубоко сочувствую вам в связи с вашей утратой. Вы можете
поговорить со мной, миссис Коли? Для того чтобы найти человека, который это
сделал, мне нужна ваша помощь.
— Лейтенант Даллас... — начала Рот, но Пэтси замота—ла головой:
— Нет, нет! Я хочу говорить! Я должна это сделать ра—ди Таджа. Он бы
хотел... Где Джилли? Где моя девочка?
— Я... э-э-э...
Ева снова почувствовала, как у нее взмокли ладони, и беспомощно показала на
корзину.
— О! — Пэтси вытерла мокрое от слез лицо и нашла в себе силы
улыбнуться. — Она у меня такая красавица, правда? И очень спокойная.
Мне нужно уложить ее в кро—ватку.
— Сиди, Пэтси, я сам ее уложу. — Клуни поднялся с дивана. — А
ты пока поговори с лейтенантом. — Он бро—сил в сторону Евы взгляд,
полный печали и понимания. — Тадж бы решил именно так. Может, вызвать
кого-ни—будь — твою сестру, например?
Пэтси судорожно вздохнула.
— Да, Арт, позвони ей, пожалуйста. Позвони Карле.
— Я уложу малышку, а капитан Рот позвонит твоей се—стре. Хорошо,
капитан?
Рот сжала зубы. Было видно, что она колеблется.
Ни—чего
удивительного, — подумала Ева. — В этой комнате сейчас главный
Клуни, а капитан — не из тех людей, кото—рые привыкли выполнять приказы
своих подчиненных
.
— Да, конечно, — наконец решилась она и, бросив на Еву
предупреждающий взгляд, встала и вышла в сосед—нюю комнату.
— Вы работаете в том же отделе, что и Тадж? — спро—сила Пэтси.
— Нет, в другом.
— Ах, ну да, конечно. Вы, должно быть, из отдела по расследованию
убийств...
Только что Пэтси находилась на грани нервного сры—ва, она заикалась, и слова
толчками выходили из ее горла. Теперь же Ева с восхищением наблюдала, как за
считанные секунды женщина собралась и взяла себя в руки.
— Что вы хотите узнать?
— Вы не начали волноваться, когда сегодня утром ваш муж не вернулся
домой?
— Нет. — Пэтси оперлась на ручку дивана и медленно опустилась на
подушки. — Тадж еще накануне предупре—дил меня о том, что задержится
после закрытия клуба — он нередко так поступал. И еще Тадж сказал мне, что
дол—жен с кем-то встретиться.
— С кем именно?
— Он не сказал. Сообщил только о том, что у него на—значена встреча.
— Вам не приходит на ум, кто мог желать ему зла, мис—сис Коли?
— Он был полицейским, — просто ответила женщи—на. — Разве вы
не знаете людей, которые могут желать вам зла, лейтенант?
Да, пожалуй
, — подумала Ева и кивнула.
— А кого-нибудь конкретно можете назвать? Кого-то, чье имя он упоминал?
— Пожалуй, нет. Тадж вообще не любил говорить со мной о работе. Это
было его принципом. По долгу службы ему приходилось иметь дело с разными
подонками, и он не хотел разговорами о них пачкать свою семью. Однако вчера
он был встревожен.
Пэтси сложила руки на коленях и опустила голову. Еве бросилось в глаза
широкое золотое обручальное кольцо.
— Я видела, что он чем-то обеспокоен, и спросила его об этом, однако он
только отмахнулся. В этом был весь Тадж. — Пэтси слабо
улыбнулась. — Некоторые люди ска—зали бы, что он привык командовать в
доме, но... просто он был таким, вот и все. Во многих отношениях он был
весьма старомоден. Но Тадж был прекрасным человеком, великолепным отцом и
очень любил свою работу. — Жен—щина плотно сжала губы, помолчала и
продолжила: — Он был готов погибнуть, выполняя свой долг; он даже гор—дился
бы этим. Но не так, не так! У него даже это отобра—ли. А его самого отобрали
у меня и у детей. Как такое мог—ло случиться, лейтенант?! Кто мог это
сделать?
У Евы не было ответов. Она лишь могла задавать все новые и новые вопросы.
ГЛАВА 2
— Ужасно! — выдохнула Пибоди.
— Да. — Ева резко тронула машину и отъехала от тро—туара. Она
чувствовала, как ее пригибает огромное горе, воцарившееся в квартире Коли,
словно частицу его она унесла с собой. — Но Пэтси справится — хотя бы
ради де—тей. Она сильная женщина.
— А детишки у нее и впрямь замечательные. Парниш—ка — просто чудо!
Расколол меня на соевый хот-дог, три шоколадных батончика и сладкую вату.
— Я думаю, ему недолго пришлось тебя упрашивать. Любишь детей?
Пибоди улыбнулась.
— У меня племянник примерно такого возраста.
— У тебя, по-моему, есть племянники любых возрас—тов.
— Ну, не совсем, но почти.
— Слушай, Пибоди, можешь ты, основываясь на сво—ем богатом опыте
внутрисемейных отношений, растолко—вать мне одну вещь? Вот, допустим, живет
семья — хоро—шая, дружная, крепкая: муж, жена, чудесные детишки. Так почему
жена, которая является становым хребтом и моз—гом семьи, не знает ровным
счетом ничего о работе мужа? О его повседневных делах, о том, что его
тревожит.
— Возможно, он просто предпочитает, возвращаясь домой, оставлять работу
за дверью.
— Нет, эта версия меня не вдохновляет. Если ты с кем-то живешь, ты
должен знать, о чем думает, чем занимается этот человек. Пэтси говорит, что
муж был чем-то обеспо—коен, но она даже не попыталась выяснить, чем
имен—но. — Ева притормозила на оживленном перекрестке, на—морщила лоб и
покачала головой, — Нет, я этого не понимаю!
— Просто у вас с Рорком иная супружеская динамика.
— А это что еще за чертовщина?
— Ну-у... — Пибоди осторожно покосилась на сидев—шую за рулем
Еву. — Это всего лишь вежливая попытка сказать, что вы оба упрямы, как,
извините, ослы. Если один хочет что-то узнать о другом, он будет тянуть из
него жилы, пока не вызнает все до последнего. А поскольку вы оба очень
наблюдательные, ни один из вас не в состоянии ничего скрыть от другого. Но
вот если взять, к примеру, мою тетю Мириам...
— А может, не надо?
— Я только хочу сказать, что они с дядей Джимом же—наты уже больше
сорока лет. Он каждый день уходит на работу, а вечером возвращается домой. У
них — четверо детей, восемь... нет, девять внуков, и они вполне счастли—вы.
Но тетя даже не знает, сколько зарабатывает ее муж. Он просто содержит ее,
и...
Ева едва не врезалась в ехавшее впереди такси.
— Что он делает?
— Вот видите! Я же говорила, что у вас — другая дина—мика. В общем, он
дает ей деньги на содержание дома и на еду. Вечером она спрашивает у него,
как прошел день, он отвечает, что хорошо, и на этом тема работы
исчерпана. — Пибоди пожала плечами. — Вот так и живут. Теперь
возь—мем мою двоюродную сестру Фреду...
— Не надо Фреду, я тебя поняла! — перебила ее Ева, сняла трубку
автомобильного телефона и набрала номер отделения судебно-медицинской
экспертизы. Ее немед—ленно соединили с Морсом, главным патологоанатомом.
— Я все еще работаю с телом, Даллас, — сказал Морс непривычно
серьезным голосом. — Как же его отделали, боже праведный!
— Я знаю. Ты уже провел токсикологическое исследо—вание?
— А как же, первым делом! Наркотики в организме не обнаружены. Перед
самой смертью он выпил кружку пива и съел пару бутербродов. Похоже, что
первый удар ему был нанесен как раз в тот момент, когда он пил пиво.
По—следний раз этот парень основательно поел шесть часов назад — большой
сандвич с цыпленком, мясной салат, ко—фе. Кроме этого, могу тебе сказать
только, что перед тем, как какой-то подонок превратил бедолагу в кусок
мертво—го мяса, у него было отличное здоровье, он находился в прекрасной
форме.
— Ясно. Причиной смерти стал проломленный череп?
— Я же сказал тебе, что еще не закончил работать с те—лом. — В
голосе Морса зазвучали резкие нотки, однако он тут же спохватился и
проговорил примирительным то—ном: — Ладно, ладно! Кое-что я могу тебе
сообщить, но не очень много. Нападавший подошел к жертве сзади, и пер—вый
удар пришелся на затылок. Порезы на лице показыва—ют, что от этого удара
жертва врезалась лицом во что-то стеклянное. Второй удар, нанесенный сбоку в
челюсть, повалил несчастного на пол, а потом ублюдок расколол ему голову,
как кокосовый орех. Он умер, даже не успев сообразить, что происходит. Все
остальные травмы нане—сены жертве уже после смерти, и я еще не успел их как
следует осмотреть.
— Пока того, что ты сообщил, мне вполне хватит. Из—вини, что я тебя
тереблю.
— Да нет, дело не в тебе. Просто я был знаком с уби—тым и воспринимаю
это дело как личное. Он был класс—ным парнем — жизнерадостным, любил
показывать фото—графии своих детишек... В нашей работе не часто встреча—ешь
улыбающиеся лица, а он все время так и лучился. — Морс помолчал, а
потом добавил: — Я рад, что это дело ведешь ты, Даллас. Я пришлю тебе отчет
к концу рабочего дня.
В трубке зазвучали короткие гудки.
— Классный парень... — повторила Ева слова, сказан—ные Морсом. —
Кому же понадобилось учинить такое с хорошим человеком, образцовым отцом и
любящим мужем? Кто осмелился превратить в отбивную копа, зная, что на поимку
убийцы будет мобилизована вся полиция, что мы будем рыть землю до тех пор,
пока не отомстим? Видимо, наш
классный парень
здорово встал кому-то
поперек горла.
— Может, тому, кого он когда-то засадил?
Да, каждого полицейского не могли не беспокоить те люди, которые благодаря
его усилиям в свое время оказа—лись за решеткой. Но именно поэтому копы
никогда не забывают о том, что им могут попытаться отомстить.
— Нет, если коп выпивает с человеком, которого он когда-то засадил, а
потом поворачивается к нему спиной, то этим самым он буквально приглашает
собутыльника проломить ему голову. Давай-ка, Пибоди, сосредоточимся на том,
чтобы как можно скорее получить о нем всю имеющуюся информацию. Я хочу знать
досконально, что представлял собой Тадж Коли и каким он был полицей—ским.
Возле кабинета Евы на лавке, стоявшей у стены, сиде—ла женщина. Увидев Еву с Пибоди, она поднялась.
— Лейтенант Даллас?
— Она самая.
— Меня зовут Ру Маклин. Я только что узнала о том, что случилось с
Таджем. Я... — Женщина развела рука—ми. — Рорк сказал мне, что вы
хотели бы со мной поговорить, вот я и приехала. Я хочу вам помочь.
— Очень вам благодарна. Подождите минутку. — Ева повернулась к
своей помощнице: — Пибоди, найди досье Таджа Коли, а затем проверь состояние
его финансов.
— Простите, лейтенант, каким же образом мне удастся получить информацию
о его финансовом положении?
— Каким угодно! Покопайся в компьютерных файлах, позвони Фини из отдела
электронного сыска, выясни, с кем из своего отдела он был наиболее близок.
Если он не рассказывал о своей работе жене, возможно, он говорил о служебных
делах с коллегами. Мне нужно знать, было ли у него какое-то хобби, увлечение
на стороне. И мне нужно знать, над каким делом он работал перед тем, как
погиб—нуть. Я хочу знать о нем все! Поняла?
— Так точно, лейтенант.
— Мисс Маклин, давайте поговорим в комнате для до—просов. Боюсь, что в
моем кабинете... гм... царит некото—рый беспорядок.
— Как вам будет угодно. До сих пор не понимаю, как такое могло
случиться! У меня это просто не укладывается в голове!
— Вот сейчас мы об этом и поговорим. —
Поговорим
официально
, — мысленно добавила Ева, ведя Ру по лаби—ринту Управления
полиции по направлению к комнате для допросов — крошечному помещению, в
котором сто—яли стол и два стула. — Я хочу предупредить, что наш
разговор носит официальный характер и по его результатам будет составлен
отчет, — проговорила она, предложив го—стье садиться.
— Как вам угодно, — повторила Ру. — Я хочу помочь следствию.
Ева включила диктофон и заговорила:
— Запись допроса Ру Маклин. Допрос проводит лейте—нант Ева Даллас. Ру
Маклин добровольно выразила жела—ние оказать помощь в расследовании дела об
убийстве Таджа Коли. Благодарю вас за то, что проявили добрую волю, мисс
Маклин.
— Не стоит благодарности. Я даже не знаю, что полез—ного могу вам
сообщить.
— Вы являетесь управляющим клуба, в котором рабо—тал барменом Тадж
Коли?
Глядя на собеседницу, Ева думала, что именно такую женщину Рорк и должен был
взять на это место — холе—ную, стильную, привлекательную. Глубокие фиалковые
глаза, в которых сейчас плескалась тревога, светились сап—фирами на фоне
белоснежной кожи. Тонкие черты лица, волевой подбородок. Соблазнительные
линии тела облегал элегантный костюм цвета сливы, причем короткая юбка не
скрывала ни дюйма роскошных ног, от которых перехвати—ло бы дух у любого
мужчины. Светло-золотистые волосы женщины были забраны назад и туго стянуты
на затылке.
— Да, я являюсь управляющим в клубе
Чистилище
уже на протяжении
четырех лет.
— Чем вы занимались до этого?
— Выполняла обязанности метрдотеля в небольшом клубе в центре города. А
еще раньше была танцовщи—цей. — На губах женщины появилась едва
уловимая улыбка. — Артисткой. Но затем я решила бросить это ремесло и
заняться менеджментом. Или, на худой конец, такой ра—ботой, которая
позволила бы мне не раздеваться на публи—ке. И вот Рорк предоставил мне
такую возможность — сначала в
Трендс
в качестве, как я уже сказала,
метрдо—теля, а затем в
Чистилище
. Ваш муж ценит в людях чес—толюбие,
лейтенант.
Ева не хотела углубляться в эту тему, особенно с уче—том лежавшего на столе
включенного диктофона.
— Входит ли в ваши обязанности, как менеджера клу—ба, подбор персонала?
— Да, Таджа наняла именно я. Он искал работу с не—полной занятостью.
Его жена незадолго до этого родила ребенка и была вынуждена довольствоваться
государст—венным пособием, поэтому Таджу был нужен приработок. Он выразил
желание работать в ночную смену, и ему с удовольствием пошли навстречу.
Кроме того, он был же—натым мужчиной, что для нас немаловажно.
— Это условие является обязательным для всех ваших сотрудников?
— Нет, не обязательным, но желательным. — Как бы в доказательство
своих слов Ру показала руку, украшенную только одним кольцом — обручальным,
похожим на трех сплетенных змеек. — Тадж, кроме того, умел готовить и
подавать коктейли. А главное — он с первого взгляда мог определить, от кого
из посетителей можно ожидать непри—ятностей. Я не знала, что он полицейский.
В анкете Тадж написал, что работает в охранной фирме, и проверка
под
...Закладка в соц.сетях
