Жанр: Любовные романы
Пираньи
...ился рядом. Водителя нельзя
было увидеть, но сверху я заметил, как те двое, что стояли около
фольксвагена
, заговорили с ним.
Форд
отъехал, они тоже сели в свою
машину и умчались прочь. Я посмотрел, как они завернули за угол, вернулся в
комнату, взял с кровати чемодан и дипломат и вынес в большую комнату.
Альма уже ждала меня. Я взглянул на нее и не смог оторвать глаз. На ней была
темная норковая шубка, небрежно накинутая на плечи. На полу стояли два
больших чемодана, свернутый чехол и маленький четырехугольный кофр для
драгоценностей. Все было дорогое и фирменное. Я улыбнулся.
— Ты просто класс. Собираешься путешествовать? Она засмеялась.
— Я лечу в Нью-Йорк вместе с тобой.
— Эй, послушай, я не помню, чтобы мы так договаривались.
— Не глупи. Ты что, думаешь, он бы мне поверил, если бы я ему не
сказала, что ты берешь меня с собой в Нью-Йорк?
— Это не так просто. Тебе нужна виза. Она улыбнулась.
— У меня многоразовая въездная виза. Ведь я же училась там в школе.
Я молчал.
— Я год училась в школе в Париже.
— Ты и туда хочешь поехать?
— Возможно, но у тебя со мной хлопот не будет. Мой патрон оставил за
мной небольшой номер в отеле
Пьер
.
Я расхохотался.
— Может, ты пустишь меня пожить? У меня-то нет пристанища в Нью-Йорке.
— Ты можешь гостить у меня, сколько захочешь.
Раздался звонок внутреннего переговорного устройства. Она нажала на кнопку и
ответила. У всех домофонов специфический металлический звук, и этот не был
исключением. Мужской голос звучал визгливо и возбужденно. Девушка что-то
сказала. Мужчина ответил. Наконец она кивнула и произнесла единственное
слово, которое я понял:
О'кей
.
— Капитан внизу, в гараже под домом. С ним два детектива. Он говорит,
что они сообщили ему, что три подозрительных субъекта ждут в машине прямо на
выезде из гаража. Они думают, что это боевики, потому что на машине
колумбийские номера. Он предупредил, чтобы мы не открывали дверь никому,
кроме него.
— Черт побери, — сказал я и достал пистолет из кармана. — В
квартире есть запасной выход?
— Дверь для прислуги на кухне.
— Лучше забаррикадировать ее столом. Нельзя, чтобы кто-нибудь напал на
нас сзади.
Она позвала мамачиту, и мы все пошли на кухню. Я помог придвинуть тяжелый
деревянный стол к двери, и мы вернулись в комнату. Альма заговорила со
служанкой, женщина начала всхлипывать. Она обняла девушку и расцеловала ее.
Альма тоже ее поцеловала и добавила что-то по-испански. Мамачита ушла.
— Я сказала ей, чтобы она шла к себе в комнату и заперлась. Здесь
полиция, и они обо всем позаботятся.
— Хорошо. Может быть, тебе стоит пойти вместе с ней?
Она отрицательно замотала головой.
— Я должна быть здесь, рядом с тобой. Ты не узнаешь капитана по голосу.
— Почему ты делаешь все это для меня? — спросил я. — Мне было
бы спокойнее, если бы ты была в безопасности.
— Я останусь с тобой, — просто сказала она. — Ты ведь вытащил
меня из воды, когда меня чуть не съели пираньи. А кроме того, мы друзья и
любим друг друга.
Я ничего не сказал, просто нагнулся и поцеловал ее.
— Друзья и любим друг друга, — повторил я.
Глава 9
— Десять минут прошло. Он что-то задерживается. Альма посмотрела мне в
лицо.
— Он очень осторожный человек и знает что делает, я уверена в этом.
— Может быть, но я начинаю нервничать.
Я подошел к входной двери и посмотрел в глазок с широким углом обзора. Виден
был весь коридор до самой двери лифта. Все как будто замерло. Я обернулся к
Альме.
— Ты можешь позвонить ему в гараж?
— Нет. Здесь односторонняя связь, позвонить можно только снизу.
Через секунду раздался писк переговорного устройства. В динамике зазвучал
мужской голос. Альма быстро ответила. Снова заговорил мужчина, его голос был
настойчивым и нервным. Девушка оглянулась на меня. На ее лице застыло
удивление.
— О'кей, — сказала она в переговорник. Она отпустила кнопку, и
домофон замолчал.
— Я что-то не понимаю, — проговорила она. — Он назвал меня
Альма. Он никогда прежде не называл меня по имени.
— Но ведь тебя же так зовут.
— Да. Но ты не понимаешь, он очень корректный человек. И он никогда не
стал бы так со мной разговаривать. Это не его манера.
— Ладно, что он еще сказал?
— Во-первых, он спросил, упаковали ли мы чемоданы и при себе ли у тебя
дипломат. Я ответила, что мы готовы. Потом он сказал, что поднимается на
лифте. Он не был похож на самого себя.
Она покачала головой.
— Наверно, там что-то произошло. Иначе он не стал бы спрашивать о твоем
дипломате, ведь он не знал о нем.
Я снова повернулся и посмотрел в глазок.
— Ты ведь ничего не говорила ему про дипломат, — как бы невзначай
бросил я через плечо.
— Не валяй дурака, — рассердилась она. — Я же не идиотка.
Я улыбнулся.
— Я и не утверждаю, что ты идиотка. Но нам надо как-то выбираться
отсюда, и поскорее.
— Выход только здесь. Дверь на кухне ведет на лестницу.
Я опять посмотрел в глазок. Двери лифта начали открываться. Я поманил ее
рукой.
— Посмотри, это твой друг или нет? Она заглянула в отверстие.
— Это он, но за ним вышел еще один человек.
Мы поменялись местами. Ее знакомый был небольшого роста. На нем была
полицейская форма и сапоги на каблуках. Это делало его немного выше ростом.
Кобура расстегнута, пистолета в ней явно нет. Не было оружия и в его руке.
Человек, который шел за ним следом, был на голову выше него. Его рука как бы
упиралась капитану в спину. Через дверь послышался голос полицейского:
— Альма! Это Филип.
— Что будем делать? — шепотом спросила она.
Я снял свой пистолет с предохранителя и спрятался за дверь. Крепко сжимая
пистолет в руке, я кивнул ей и прошептал:
— Впусти.
Она повернула ручку и отступила в сторону. Дверь распахнулась. Капитана
втолкнули в квартиру, он с размаху налетел на Альму. Второй человек не успел
войти.
— Где американец? — резко спросил он с порога. Альма молчала,
потом рукой указала на дверь в спальню у себя за спиной. Мужчина заорал что-
то по-испански. Я ничего не понял, но по его тону мог догадаться, о чем он
спрашивает. Девушка отрицательно покачала головой. Он снова закричал и
двинулся вперед. Настал мой черед действовать.
Я изо всех сил ударил по его руке, в которой был пистолет. Оружие упало на
пол, а он ринулся на меня, пытаясь ухватить за руку. Меня научили в армии
нескольким приемам. Я немного отступил и ударил его в пах. Он
нечленораздельно замычал и согнулся пополам. Тут я ударил его рукояткой по
голове. Он упал, но все еще пытался дотянуться до своего пистолета. Тут
настала очередь полицейского. Он быстро схватил с пола оружие и помахал им в
воздухе.
— Это мой пистолет, — пояснил он.
— Хорошо.
Капитан склонился над лежавшим и, ловко заломив ему руки за спину, защелкнул
на запястьях наручники. Потом перевернул его на спину и резко ударил по
лицу. Тот огрызнулся. Полицейский ударил его пистолетом. Тонкие струйки
крови потекли из носа и рта. Он продолжал бить его.
— Только не на белом ковре. Он не отстирается, — вмешалась Альма.
Полицейский взглянул на нее. Улыбка появилась на его лице, он кивнул. Он был
силен, несмотря на небольшой рост. Он с легкостью вытащил бандита на
мраморный балкон и снова ударил наотмашь по лицу. Кровь хлестала уже ручьем.
Капитан что-то угрожающе сказал. Тот молча кивнул головой.
— Ты знаешь что-нибудь о нем? — заговорил я с полицейским.
Он ответил мне по-английски:
— Ничего. Только то, что он колумбиец. Мы думали, что их только трое.
Тех мы видели в
фольксвагене
, а этот прятался в гараже. Он скрутил меня,
когда я вылезал из машины.
— Где ваши люди? — спросил я.
— Они на улице, следят за теми, кто в машине. Он заговорил с Альмой по-
испански.
Она ответила по-английски:
— Я не знаю, почему они нас преследуют. Может быть, их тоже навели, так
же, как и вас, на того, другого американца.
Я одобрительно посмотрел на нее. Она не назвала Анжело по имени. Не стоило
привлекать к нам внимание.
— Но ты когда-нибудь встречала этого Анжело ди Стефано? — спросил
капитан.
— Возможно, — ответила она, — может быть, на какой-нибудь
дискотеке или вечеринке. Я встречаюсь со многими людьми.
— А с этим, — кивнул он в мою сторону, — как ты познакомилась
с ним?
— У одной подруги. Мы вместе учились в школе в Штатах. Она мне
позвонила и предупредила, что он мне будет звонить.
Он внимательно посмотрел на нее.
— Но ведь ты уехала с ним почти на две недели. Где же вы были?
— У меня, за городом.
— И ты собираешься с ним в Штаты. Быстро это у вас.
— Любовь — удивительная вещь, она приходит внезапно.
Капитан повернулся ко мне.
— А вы разбираетесь в пистолетах.
— Я служил в войсках особого назначения во Вьетнаме.
— Где вы достали пистолет?
— Я ему дала, — быстро ответила за меня Альма, — его дал мне
ваш генерал.
Он помолчал, а потом снова занялся колумбийцем, заговорив с ним по-испански.
Тот не отвечал.
Капитан приподнял его, поставил на ноги и прижал животом в перилам балкона.
Одной рукой прижав пистолет к его затылку, другой рукой он расстегнул
наручники и освободил его. Продолжая держать пистолет у его головы, он что-
то коротко проговорил по-испански. Колумбиец злобно огрызнулся. Мне
показалось, что он обругал капитана.
Наш друг пожал плечами и с силой ударил его пистолетом в затылок. Тот почти
перевалился через перила. Капитан легонько подтолкнул его снизу, потом
отступил на шаг назад, и колумбиец, перевалившись через перила, с криком
рухнул на асфальт.
Раздался глухой удар. Капитан посмотрел вниз, потом на нас. Его лицо ничего
не выражало.
— Неуклюжий сукин сын, — небрежно заметил он. — Он шлепнулся
прямо на крышу новой машины и испортил ее.
Мы молчали.
Он вложил свой пистолет в кобуру.
— Он бы нас всех перестрелял.
— Я знаю.
— Хотите посмотреть? Я покачал головой.
— Я этого достаточно насмотрелся во Вьетнаме. Он кивнул.
— Хорошо. Давайте вернемся в комнату. Я вызову еще людей и, пока мы
будем их ждать, проверю ваши документы.
Это ни с чем не сравнимое ощущение, когда эскорт мотоциклистов сопровождает
вас в аэропорт. Два мотоцикла с сиренами ехали впереди черно-белой
полицейской машины, потом мы в машине капитана, еще одна черно-белая машина
замыкала кортеж. Люди с любопытством смотрели на нас, когда мы мчались по
улицам.
Альма и я сидели на заднем сиденье, машину вел полицейский в форме, а
капитан Гонсалес сидел рядом с ним.
Он обернулся.
— Кажется, все обошлось. Колумбийцев нигде не видно.
— Интересно, куда же они делись?
— Кто знает. Мои люди потеряли их, когда они удирали после несчастного
случая.
Несчастный случай
— так он назвал то, что случилось, и это после того, как
сам скинул ублюдка с балкона. Он посмотрел на часы.
— Вы уже опоздали на свой рейс. Самолет вылетел в два часа, а следующий
рейс будет только завтра, — сказал он.
— Черт!
— Не стоит беспокоиться, рейс
Эйр Перу
отправляется в Нью-Йорк в
четыре часа. Я могу посадить вас в этот самолет.
Мы с Альмой переглянулись. Она кивнула.
— Это хороший самолет. У них есть салон первого класса. Я несколько раз
летала этим рейсом.
— Хорошо. Согласен.
— Нужно купить билет. Он протянул руку.
— Давайте деньги и документы. Я все устрою.
Из внутреннего кармана пиджака я достал свой паспорт и выездную визу, сверху
положил две бумажки по тысяче долларов и передал ему.
— Купите билет для Альмы тоже.
— Конечно, — сказал он и сунул все в карман. — Сейчас три
часа. Устрою вас в зале для важных гостей.
— Спасибо.
— Когда ты собираешься вернуться? — спросил он у Альмы.
— Я еще не думала об этом. Может быть, я ненадолго съезжу в Париж.
— Замечательно, — вежливо отозвался он. — Пришли мне телекс,
когда надумаешь возвращаться. Я тебя встречу в аэропорту.
— Вы очень добры, Филип. Я обязательно дам вам знать.
Он оставил нас в зале для особо важных персон в обществе служащего
аэропорта, а сам отправился улаживать дела с билетами. Альма закурила
сигарету, а официантка принесла нам по бокалу шампанского.
— Извини, мне нужно отойти ненадолго.
— Не задерживайся.
Я пошел в туалет и едва успел добежать до писсуара. Я чувствовал облегчение,
почти наслаждение, пока не посмотрел в зеркало. У меня внутри все застыло, и
я чуть не описал брюки. Я быстро застегнул ширинку и повернулся. У меня за
спиной, облокотясь на дверь, стоял Винсент.
— А ты что здесь делаешь? Я думал, ты уже давно улетел, — спросил
я.
— Мне пришлось остаться. Ты уже разговаривал со своим дядей?
— Да.
— Хорошо. Тогда ты, наверно, уже рассказал ему, что я сделал для вас.
— Конечно. Он был очень доволен.
— Вот и отлично.
Он достал из кармана пистолет с навинченным на него глушителем.
— Тогда ты не сможешь отрицать, что вас с Анжело надули и всучили
вместо коки листья табака.
— Ты с ума сошел!
— Да, сойдешь здесь с ума за двадцать миллионов долларов, —
проговорил он, приближаясь ко мне.
Тут я увидел, как дверь у него за спиной распахнулась. Раздался хлопок. Это
выстрелил другой пистолет с глушителем. Пистолет Винса упал на пол. Я едва
успел отпрянуть, а он рухнул на пол с размозженным затылком. Все вокруг было
забрызгано кровью и мозгами.
В дверях стоял капитан Гонсалес.
— Это один из колумбийцев.
Я не мог вымолвить ни слова. Просто кивнул головой.
— А теперь идемте. Я пришлю человека, чтобы здесь убрали.
Я молчал.
Капитан едва заметно улыбнулся.
— Вы счастливчик. А теперь пора на посадку.
Когда мы вышли из туалета, капитан Гонсалес сделал знак одному из
полицейских. Тот подошел, и капитан что-то сказал ему по-испански. Он кивнул
и встал у двери так, чтобы никто не мог войти.
Я вопросительно взглянул на Гонсалеса.
— Я хочу, чтобы вы с Альмой оказались на борту самолета прежде, чем
полиция аэропорта узнает о происшедшем. Как только они начнут заниматься
всем этим, то сразу привлекут иммиграционную службу и вы погрязнете в
формальностях. Это может занять два-три дня. А я уверен, что вы ждете не
дождетесь, чтобы скорее попасть домой.
— Спасибо.
— Пожалуйста. Кроме того, вы спасли мне жизнь, помните, там, в
квартире.
— А вы спасли мою.
— Это мой долг — защищать ни в чем не повинных людей.
Я протянул ему руку.
— Еще раз большое спасибо.
Мы направились к залу, где нас ждала Альма.
— Странно, — заметил капитан. — Я не понимаю, почему
колумбийцы преследуют вас.
— Вероятно, они получили ту же информацию, что и ваш департамент.
Единственная проблема заключается в том, что я не тот человек, которого они
ищут, — ответил я.
— Вы не узнали того человека в туалете? Я отрицательно покачал головой.
— Нет.
— Но он же хотел вас убить.
— Я не знаю почему. Только благодаря вам ему это не удалось.
Он кивнул головой с самым серьезным видом.
— Я возьму с собой еще двоих, чтобы проводить вас до самолета. Не хочу,
чтобы с вами или с Альмой что-нибудь случилось.
— Я чувствую себя почти в безопасности. Вдруг он рассмеялся.
— Захотите ли вы когда-нибудь вернуться в Лиму? Я тоже засмеялся.
— Не думаю. Мне хватило впечатлений и от одного визита.
— Вполне справедливо, — согласился он. — Не стоит ей ничего
рассказывать о том, что случилось там, — добавил он, внимательно
посмотрев мне в глаза. — Она и так уже достаточно напугана.
— Как раз вовремя, — сказала Альма. — Я только что заказала
бутылку шампанского.
Капитан улыбнулся в ответ.
— У вас нет на это времени. Я договорился, чтобы вас посадили в самолет
до того, как объявят посадку.
— Куда нам спешить? До отлета еще сорок минут.
— Я хочу, чтобы вы сели в самолет прежде всех остальных. А мы проводим
вас до ваших мест. Потом я поставлю двух полицейских у трапа, и они проверят
всех пассажиров, летящих этим рейсом. Здесь видели трех человек в машине с
колумбийскими номерами.
— Ты хочешь сказать, что они могут здесь появиться?
— Я не хочу рисковать.
Он поднял маленький чемоданчик, который она брала с собой в салон, потом
взял другой.
— Пошли.
Мы вышли из здания аэропорта через дверь для персонала. Мы с Альмой шли за
капитаном через летное поле к самолету, два детектива по бокам, еще один
сзади. Молча мы поднялись по трапу на борт самолета. После яркого солнца мои
глаза довольно быстро привыкли к полумраку салона.
Стюардесса улыбнулась нам.
— Добро пожаловать, сеньорита Варгас и мистер Стивенс. Меня зовут
Мариса.
Альма вежливо улыбнулась и заговорила по-испански, стюардесса закивала. Мне
показалось, что они знакомы. Девушка провела нас к нашим местам. Мы сели в
последнем ряду салона первого класса спиной к переборке.
— Вам здесь будет удобно, — сказала стюардесса. — Первым
классом летят еще только двое.
— Спасибо, — поблагодарил я.
— Подать вам шампанское?
— Да, спасибо, — по-испански ответила Альма. Сев на свое место у
окна, она посмотрела на нашего друга и спросила:
— Вы присоединитесь к нам, капитан? Он поставил ее вещи на верхнюю
полку.
— Нет, спасибо, я на службе, — сказал он.
— Ну, теперь-то уж не о чем беспокоиться.
— Я перестану волноваться только тогда, когда вы взлетите, —
возразил он. — Наслаждайтесь шампанским. Уже объявили посадку на
самолет, и я хочу быть там со своими людьми. Вернусь через несколько минут.
Стюардесса поставила перед нами бутылку шампанского и фужеры, быстро
наполнила их и ушла встречать других пассажиров.
Я чокнулся с Альмой.
— Обслуживание по высшему классу. Гонсалес не спускает с нас глаз. Что
же он такое знает, чего не знаем мы?
— Он полицейский, а они любят демонстрировать свою осведомленность.
— По-моему, здесь нечто большее, — сказал я, думая о том, как
быстро он появился в туалете. — Но я не жалуюсь. Если бы не он, мы
сидели бы по уши в дерьме.
— Все закончилось благополучно, и мы летим в Штаты.
— Да, — согласился я, а потом чертыхнулся. — Я не успел
позвонить дяде. Он будет волноваться.
— Ничего, через десять часов мы уже будем в Нью-Йорке, и ты сможешь
позвонить ему из аэропорта Кеннеди.
Она снова наполнила бокалы.
— Расслабься, нам предстоит приятный полет, самолеты
ДС-8
Перуанской
авиакомпании более комфортабельны, чем
Боинг-707
Браниффа, хотя они и не
такие быстрые. Можно подремать.
— Я никогда не мог спать в самолете. Она улыбнулась.
— Это потому, что ты никогда не летал вместе со мной. Я буду держать
тебя за член всю дорогу. А еще я слегка припудрю его кокаином, и ты полетишь
сам, без помощи самолета.
— Ты просто киска.
— Нет, я перуанская кошечка, — засмеялась она. Мы снова чокнулись.
Я посмотрел на чету средних лет, которая в этот момент занимала свои места.
Они были хорошо одеты: на женщине норковое манто, на пальцах бриллиантовые
кольца. Мужчина снял фетровую шляпу, обнажив чахлые завитки седых волос.
Глаза его были прикрыты французскими очками с дымчатыми стеклами. Я
наблюдал, как они усаживались и стюардесса подавала им шампанское. Вернулся
капитан Гонсалес.
— Все в порядке, — сказал он. — Все пассажиры на борту. Их
немного: всего сорок семь человек в следующем салоне.
— Может быть, вы теперь присоединитесь к нам и выпьете
шампанского? — предложила Альма.
— Нет, еще раз спасибо, — извинился капитан. — Мне еще нужно
заполнить кучу всяких бумаг.
Он протянул мне на прощание руку.
— Счастливого пути, мистер Стивенс. Большая честь познакомиться с вами.
— Я тоже очень рад, капитан Гонсалес, — сказал я, пожимая его
руку. — Спасибо за все, что вы для нас сделали.
— Por nada, — сказал он и с уважением поцеловал руку Альмы.
— Hasta luego, сеньорита Варгас. Альма кивнула.
— Mil gracias, Capitan. Могу я просить вас об одном одолжении?
— Все, что вы пожелаете.
— Мы прилетим в Нью-Йорк где-то между двумя и тремя часами утра. Будьте
добры, пошлите телекс в мой отель, пусть они пришлют лимузин в аэропорт.
— Я сделаю это немедленно, сеньорита Варгас, — сказал он, приложил
руку к фуражке в качестве прощального салюта, повернулся и вышел из
самолета.
Я услышал щелчок закрывшейся за ним двери, и тут же уши наполнились свистом
и жужжанием заработавших моторов. Альма повернулась к иллюминатору, глядя на
поле. Я придвинулся ближе и тоже посмотрел в окно. Капитан со своими людьми
шел к зданию аэропорта. Заработала внутренняя радиосвязь, и голос стюардессы
объявил инструкции по безопасности сначала на испанском, а потом на
английском языке. Тем временем самолет выруливал на взлетную полосу. Наконец
он медленно повернул и замер перед разгоном. Его удерживали только тормоза,
моторы начали набирать обороты. Вдруг Альма схватила меня за руку. Она
сжимала ее все крепче и крепче, пока самолет набирал скорость. Она слегка
вскрикнула, когда мы оторвались от земли, и повернула ко мне свое
побледневшее лицо.
— Меня это всегда пугает.
Но я не слушал ее. В голове вертелась мысль о том, что она попросила
отправить телекс в ее отель. Только сейчас до меня дошло, что она не сказала
ему, в какой отель. Она положила руку мне на колено.
— Отель
Пьер
, — задумчиво произнес я.
— Ну и что? — она посмотрела на меня.
— Ты не сказала капитану название отеля. Она улыбнулась.
— Я же говорила тебе, что мы старые друзья. Он давно знает, что мой
покровитель подарил мне номер в этом отеле.
Мы уже летели больше трех часов и успели выпить две бутылки шампанского. Я
дремал. Когда стюардесса положила мне руку на плечо, я открыл глаза.
У нее в руках была новая бутылка шампанского.
— Примите поздравления, мы только что пересекли экватор.
— Ты спала? — спросил я Альму.
— Так, дремала, — ответила она, пока стюардесса разливала
шампанское. Когда она отошла к другим пассажирам, Альма подняла свой бокал и
поцеловала меня.
— Я тебя тоже поздравляю, — сказал я и поцеловал ее.
— У меня для тебя особый подарок, — она хитро улыбнулась и сунула
мне что-то в руку.
— Что это?
— Понюхай.
Я поднес пакетик к носу.
— Пахнет знакомой кошечкой и духами. Она рассмеялась.
— Ты правильно догадался. Это мои трусики. Они все еще мокрые. Я сняла
их, когда ты задремал. Положи их в нагрудный карман, пусть все думают, что
это платок.
Я так и сделал.
— Ты сумасшедшая.
— Не совсем. Я просто хочу, чтобы у тебя осталась какая-нибудь вещица,
которая будет напоминать тебе о том, как мы пересекли экватор на высоте
тридцать тысяч футов.
— Ты заставила меня парить даже выше. Вернулась стюардесса.
— Сейчас будет ужин, — сказала она.
Я почувствовал руку Альмы на своем плече, повернулся и открыл глаза. Я лежал
в удобной постели, дневной свет струился через открытое окно. Она была уже
одета и смотрела на меня с улыбкой.
— Ты так сладко спал.
Я помотал головой, стряхивая паутину сна.
— Который сейчас час?
— Половина первого.
Я подскочил в кровати.
— Я должен
...Закладка в соц.сетях
