Жанр: Любовные романы
Школа для толстушек
...а. - Пока ребята вещи собирают, поговорим,
потом отвезу его до метро".
Напрашивался и Никита: "Я с вами, возьмите, что вам, жалко, с Димкой вернусь".
Ирина вопросительно посмотрела на подругу. Ксюша махнула рукой - пусть едет. Обе
подумали - Марк его увидит и убедится в глупости своих домыслов.
Появление Никиты в Санлюбе было спонтанным, а визит соседа Тофика с
объяснениями Поля замыслила давно. Конечно, сейчас у них с Васей как бы все сгладилось.
Но ведь темное несправедливое пятно осталось! Разве не правильно по-человечески
поговорить и навести полную чистоту?
Утром Поля сдала анализ и тут же вернулась на такси в Санлюб. Но с отъездами и
разъездами получилось, что Джери два с лишним часа сидела взаперти. Она встретила Полю
бурным ликованием, прыжками с переворотами в воздухе и полным забвением вчерашней
экзекуции. Поля схватила щенка, и они принялись целоваться: Поля чмокала шерстяную
мордочку, Джери облизывала лицо хозяйки.
- Сейчас курабье по старинному бухарскому рецепту испеку, - обещала Поля, - дам
тебе одну штучку, только Ксюше не говори.
Курабье Поля уложила горкой па красивую тарелку, накрыла салфеткой и отправилась
к Тофику.
Он дал себе слово никогда не иметь дела с соседями справа. Но эта женщина! Она была
похожа на ходячую перину. Казалось, уткнешься - и провалишься в мягкую негу. А какое
печенье пекла! Курабье па языке таяли. А говорила! Каждое слово - прямо в сердце.
- Я хочу, - говорила Поля, - чтобы вы меня поняли как мужчина. Не в смысле мужчина
мужчину. А наоборот - мужчина женщину. От вас зависит моя честь.
Курабье вкупе с рыцарским порывом защитить честь прекрасной женщины сделали
свое дело - Тофик решился перейти границу соседнего участка.
Дальнейшие события развивались со скоростью, которая подвигает авторов романов
упоминать движение минутной стрелки: восемь часов десять минут, восемь часов двенадцать
минут...
Первыми приехали Марк, Вася и Олег. Они не успели подняться в свои комнаты, как
прибыла Ксюша с гостями. У Марка заходили желваки, когда он увидел Никиту. А тут и
Поля под ручку с Тофиком явилась. Вася позеленел.
Ксюша открыла рот, но не успела ничего сказать - зазвонил телефон. Охранники у
ворот коттеджного поселка сообщили, что группа, о которой она предупредила, уже въехала.
Не завтра, а сейчас, не в автобусе, а в автомобиле прибыли телохранители. Ксюша бросилась
к окну. Из машины выходил Полковник. Рассуждать было некогда. Действовала она быстро.
- Вася! Хватай Джери - и в подземелье! Все - в подземелье! Быстро.
Вася взял на руки щенка, но с места ни двинулся. Остальные тоже не думали
подчиняться.
- Девочки! - заорала Ксюша. - Верьте мне! Тащите их в бункер!
Показывая пример, Ксюша схватила ближайших к ней журналиста Диму с Олегом и
поволокла в тамбур, где находился потайной ход. Ирина и Поля, не больше других
понимавшие, что происходит, схватил за руки соответственно: Поля - Васю и Тофика, Ирина
- Марка и Никиту, потащили их вслед за Ксюшей.
Она сдвинула зеркало в сторону, открыла дверь и принялась заталкивать всех вовнутрь,
как стюардесса заталкивает на аварийный трап неразумных пассажиров, не понимающих,
что случилось с авиалайнером.
Во входную дверь уже звонили, когда Ксюша проскользнула в подземелье последней,
поставила зеркало на место и заблокировала (Лева эту кнопку обнаружил) вход. Теперь
снаружи дави не дави на панель, зеркало останется на месте.
Площадка сразу за входом была мала, внизу горел свет, невольно стали спускаться по
лестнице. Их встретил бородатый мужчина с ножом в руке. Он прижимался спиной к стене и
агрессивно рычал:
- Кто такие? Чего надо? Я живым не дамся!
Ксюша протиснулась через толпу гостей, повернулась к ним лицом и протянула руку в
сторону Костика:
- Знакомьтесь! Мой покойный муж!
ВИЗГИ И ЗАСЕДАНИЯ
- Это Костик, - повторила Ксюша. - Живой и невредимый.
Ирина ахнула, Поля ойкнула. Обе подумали, что Костик действительно очень хорош
собой. Густые ресницы, карие глаза, точеный носик, волнистая борода и длинные волосы -
прямо хоть сейчас в кино сниматься. Красавчик. Немудрено, что подруга долгие годы по
нему сохла.
- Сейчас быстро все объясню, - тараторила Ксюша. - Значит, так. Костика не убили,
вместо него другого похоронили. Сейчас за ним охотятся. Они собак отравили и на нас
покушаются. Но вы не волнуйтесь. Нам только одну ночь здесь пересидеть. Завтра приедут
десять боевиков с правом ношения оружия. Понятно?
Она говорила и смотрела на Олега. Он обещал сплясать на костях ее мужа и сейчас,
судя по всему, готовился это сделать.
Из ее торопливых объяснений никто ничего не понял.
- При чем тут детский фонд? - спросил журналист Дима. - Не врубаюсь!
- Я предчувств, - вдруг завопил Тофик, от волнения сокращая слова и проглатывая их
окончания, - я зналь. Но такая жэнщин! Аллах меня берег. Я, нэразумн, его не послюшл!
- А что ты, - шагнул к нему Вася, - как тебя? Хачик? Тофик? Что ты, лавровый лист,
вообще здесь делаешь?
- Женски честь, - волновался Тофик, - не надо оскырблять!
- Аналогично! - заявил Никита, из которого хмель еще не выветрился. - Марк?
Простите, не знаю отчества. Час назад, мы ехали в машине, я узнал, что вы обвиняете жену в
измене со мной. Был бы рад чести! - Он учтиво склонил голову. - Но! Вы счастливейший из
смертных! Вы единолично обладаете сокровищем.
- В ваших комплиментах я не нуждаюсь! - вспылил Марк.
Костик не знал, что такое театр абсурда. Но если бы его спросили, он бы ответил - то,
что происходит в данную минуту. Белобрысый парень неожиданно рванул к нему; выбил
нож, одной рукой припечатал его за горло к стене, а кулак другой руки воткнул в солнечное
сплетение.
- Чего ты хочешь, урод? - спрашивал Олег. - Что тебе от нее надо?
Ксюша растерялась. Ее поразило, что, когда нужно думать о своей безопасности,
мужчины начинают выяснять глупые отношения Марк шел с кулаками на Никиту. Вася,
растопырив пальцы, угрожал То-фику. Костик задыхался от нападения Олега. Только Дима
вместе с женщинами составлял группу изумленных зрителей.
- Поля! Звук! - опомнилась Ксюша.
Поля, не певунья и обладательница тихого мягкого голоса, умела верещать так, что
глаза вылезали из орбит. Однажды, еще во времена курсов похудения, она увидела
маленького ужика, который подобрался к ее ноге, и заголосила. У Левы, его мамы и Ксюши
потом целый день уши были как ватой забиты.
Поля хоть и тугодумка, а сразу сообразила, чего от нее требуется, включила вопиющее
сопрано. Опытные Ирина и Ксюша благоразумно закрыли ладошками уши. Дима от
неожиданности присел. Драчуны застыли, точно их заморозило прикосновение Снежной
королевы.
- Зачем вы ссоритесь? - спросила Поля нормальным, чуть охрипшим голосом. - Все
такие хорошие люди!
Хорошие люди воткнули указательные пальцы в уши и сотрясали свои барабанные
перепонки. Ксюша надеялась, что мощные перекрытия бункера не подвели, и на поверхность
визги не просочились.
- Сейчас мы поужинаем, - говорила Поля. - Только не обижайтесь - консервами. А я
еще удивлялась, почему Ксюша от подземелья ключ не давала. А тут покойник, то есть,
простите, ее бывший муж. Очень приятно познакомиться! И ведь я ей говорила: продукты из
холодильника исчезают. Вечером была полная кастрюля супа - утром половина. Яйца
убегают, котлеты улетучиваются А она мне - не выдумывай. Вам носила? И правильно. Что
ж вы раньше не сказали? Мы бы вам сюда маленький холодильник и микроволновку. Не
поверите, по есть блюда, которые даже выигрывают, когда их не с пылу с жару, а
разогретыми подают. А вообще сказать, только не обижайтесь, дом для жизни не совсем
приспособленный. Вот, например, нет места для стиральной машины. Мы здесь, пока одни
женщины жили, еще управлялись. А как мужчины появились, просто беда в ванной стирать
У меня Вася чистоплотный, ему каждое утро свежую рубашку и белье надо. Марк и Олег
тоже привыкли. Я на кухне, а Ксюша и Ира стирают. И ведь вдуматься! Ира - доктор
больших наук, а Ксюша - так вообще героиня! Ей беспризорники еще памятник поставят. А
они портки стирают! Левочка мальчик интеллектуальный, а сколько бились, пока научился
правильно белье на веревки вешать и прищепка-ми закреплять. Я ему растолковала: хорошо
высушишь - легче гладить будет. "Гладить" - это по-народному. Ирина сколько раз
поправляла: надо говорить "утюжить". Но по-народному понятнее, верно? Вот еще об
участке можно сказать. Строители землю привезли и свой мусор ею засыпали. Цветы
сажаем, чуть копнули - там страсть. Унитаз вырыли, новый, непользованный...
Это был самый длинный монолог, когда-либо произносимый Полей. Она несла
какую-то чепуху, но ее слушали внимательно. Глупые речи действовали на мужчин как
холодный оздоравливающий душ. Ирина и Ксюша присели на стулья - ноги не держали. Они
с любовной улыбкой смотрели на подругу. Не семи пядей во лбу и ума не палата, а всегда
почему-то казалось, что в решающем бою она заткнет амбразуру своим классическим
бюстом. И Поля не подвела! Она говорила и говорила. О зарытых унитазах, о Леве и
погибших собаках, о Костике и неправильных сливах в туалетах, о Тофике и безвременно
исчезнувшей Лане, о своих выдающихся подругах и о сбалансированном питании.
Марк первым пришел в себя. Поля уже тихо и жалобно рассказывала о клещах,
которые атаковали их три месяца назад. Марк подошел к ней, взял руку и поцеловал:
- Поленька! Ты воплощение женской мудрости!
Следом приложился Никита:
- Потрясающая женщина! Кустодиев и Рембрандт задохнулись бы от восторга!
- Я незнакома с ними, - честно призналась Поля.
Подскочил Вася, которому активно не понравилось проявление мужского восхищения,
и задвинул жену за спину.
- Забываетесь и себе позволяете! Товарищи! Господа! - Он вдруг стал похож на
спикера из Думы. Одно лицо, как близнец или долго тренировался. - Вернемся к нашим
баранам. Суть вопроса: почему мы здесь находимся? На повестке дня заявление Ксюши.
Выслушаем ее и покойного, то есть ошибочно покойного мужа. Прошу всех садиться. Поля!
Ты почему садишься? А ужин? Вот, правильно, иди готовь. Женщина должна знать свое
место. - Против воли он посмотрел на Тофика и получил поддержку взглядом. - Стульев
всем хватило? Слово предоставляется Ксюше. Только медленно и внятно. Прессу, - Вася
метнул взгляд на Диму, - попрошу временно отключить микрофоны.
Журналист кивнул и незаметно включил маленький диктофон в кармане.
Ксюша говорила долго. Дольше Поли. Отвечала на уточняющие вопросы,
растолковывала замечания Костика. У нее с души свалился тяжкий груз. В конце Ксюша еще
раз повторила о принятых мерах безопасности и повинилась:
- Извините, что я от вас скрывала. Особенно ты, Олег, не обижайся! Я хотела одна со
всем справиться, не рисковать вами. Не получилось.
"Дура ты дура! - хотел сказать Олег. - Привыкла жить с альфонсом и не понимаешь,
что нормальный мужик не будет в сторонке сигаретку покуривать, когда баба валуны
катает". Вслух он ничего не сказал. У него еще будет возможность вправить Ксюше мозги.
Если они, конечно, выберутся отсюда живыми.
- Класс! - Дима поднял вверх большой палец. - Матерьялец скандальный. Тянет на
полосу или даже на разворот.
Ксюша не поняла, куда собирается разворачиваться журналист. Он достал диктофон и
проверил качество записи. Пояснил, что полоса - это газетная страница, разворот - две
смежные страницы.
- Позвольте задать вам еще несколько вопросов? - обратился он к Костику. - Меня
интересуют детали с покушением и ваши последующие скитания. Картинки, яркие моменты.
- Да, то есть как Ксюша скажет. - ответил Костик.
Олег ухмыльнулся, Вася осуждающе покачал головой, Марк и Никита невольно
обменялись понимающими взглядами. Живой покойник, конечно, внешне смазлив, но
труслив как заяц и туп как бревно. Тофик о Костике не думал, его беспокоила собственная
судьба, которой он так неразумно пожертвовал. Тофик рыскал глазами по лицам
сокамерников, пытаясь определить, кто будет главным, к кому нужно прилепиться.
- Подождите вы с интервью, успеете. - махнула рукой Ксюша.
- Надо обсудить ситуацию, - согласился Марк. - Да, наша первая отсидка здесь,
репетиция своего рода, надо сказать, была куда более приятна.
- Ружье в последнем акте. - подала голос Ирина, вспомнившая аналогии Марка с
театром.
- Какое ружье? - удивилась Ксюша. - Здесь нет никакого оружия.
- Известная фраза Чехова, - объяснила Ирина. - Если в первом акте на стене висит
ружье, в четвертом оно должно выстрелить. Если в доме имеется подземелье, должны быть и
заложники.
- Чехов - это хорошо, - Вася вернулся к обязанностям спикера, - но давайте
рассуждать по сути вопроса. Кстати, для новичков. Сортир здесь имеется - вон та дверь.
Итак, какие есть предложения?
- А какие могут быть предложения? - вступил в разговор Олег. - Ксюша, мать
Тереза, - обозвал он ее в сердцах, - права. Надо ждать. Организовать дежурство у пульта и у
двери.
- Дверь снаружи только автогеном можно открыть, - заметил Вася.
- Не важно, - поддержал Марк Олега, - лучше не рисковать. Камеры показывают то,
что делается вокруг дома. Происходящее внутри мы контролировать не можем.
- Я за этот дом, - подал голос Костик, - пятьдесят тысяч баксов отвалил. А тут одни
недоделки.
Он хотел привлечь в себе внимание, но на него посмотрели как на досадную помеху:
молчи уж!
- Если они ворвутся, - рассуждал Марк, - наши действия?
- У меня черный пояс по каратэ, - заявил хрупкий журналист.
- Забаррикадировать женщин, - подхватил Никита, - а самим врукопашную.
Тофик, так и не определивший, кто станет главным, пришел в ужас от их планов.
- Ви-ви-ви, - заикался он, - ви трэзьво подумайте! Зачем жертвы? Никто не виноват!
Они хотят одын человек! Не равный, понимаете, ситуаций. Одын или восемь! - С устным
счетом у Тофика дела обстояли неважно. - Жэнщны и дети! - Он сообразил, что детей здесь
не имеется, и уточнил, показал пальцем в потолок. - Там у всэх дэти! У меня пять дэвочек!
Вот-вот малчык родытся! За что, понмаете ли?
Повисло молчание. Костик съежился, как затравленный зверек.
- Ну что ж, - Вася нарушил тягостную тишину, - поступило предложение. Ставлю на
голосование. Кто за?
- Полю позовыте! - потребовал Тофик. Пришла Поля. Вася повторил:
- Поступило предложение отдать Константина захватчикам.
- Они его тут же убьют и закопают рядом с собаками, - высказала свое мнение Ксюша.
- Кто за? - спросил Вася. Взметнулась единственная рука Тофика.
- Хватит ерунду молоть! - разозлился Олег. Сам он с удовольствием бы прикончил
Ксюшиного мужа. Но подло выдать его на растерзание другим не мог. Такой парадокс.
Далее обсуждали стратегию обороны при возможном нападении и график дежурства
ночью. Ксюша и Ирина встали из-за стола, пошли помогать Поле в кладовку, оборудованную
Костиком под кухоньку.
У Поли уже вступил в действие основной инстинкт. Бандиты, подземелье, угроза жизни
- она все отодвинула в сторону, кроме заботы о голодных мужчинах. В ответ на ее стенания
Ирина заметила:
- Иисус пятью хлебами пять тысяч человек накормил.
- Подумаешь! - не оценила чуда Поля. - А мог бы он накормить десять человек, когда
одна вилка и одна ложка? Тарелок три, хлеба нет. Что делать? Пусть едят по очереди? А мы
будем быстренько вилку мыть?
- Все-таки ты, Поля, - неподражаемый человек! - рассмеялась Ирина.
- А как мужики на нее запали? - подхватила Ксюша. - Ручку целовать очередь
выстроилась.
- Что я неправильно сделала? - Поля решила, будто ее критикуют.
- Ты умница у нас! - Ксюша поцеловала ее в щеку - Девочки, вы очень на меня
сердитесь?
- Ты-то здесь при чем? - отмахнулась Поля.
- Совершенно верно, - поддакнула Ирина, - не терзайся понапрасну. Я постоянно
думаю, как вам пришла в голову гениальная идея услать Леву? Господи, как я вам
благодарна!
Поля и Ксюша переглянулись. Ответ нашелся у Поли. Вернее - вопрос.
- Кто из мужиков будет есть первым?
Маленькая проблема вызвала горячее обсуждение. Не только сильный пол, но и
женщины в напряженной ситуации, оказывается, способны отвлекаться на глупые
церемонии.
Элементарная вежливость требовала первыми накормить гостей - с этим все
согласились. А дальше пошли разногласия.
- Только не Никита, - попросила Ирина. - Марк волком на него смотрит.
- И не Тофик, - заявила Поля. - Он недавно тарелку курабье слопал. Вася будет
ревновать.
- Костик перебьется, - сказала Ксюша. - Олег мне не простит.
Журналист - единственная нейтральная фигура. А дальше? Дальше - как судьба ляжет.
Открывали дверь кладовки и звали: идите, следующий! Вилку Ксюша помыла, Поля
извиняется:
- Шпроты, зеленый горошек с майонезом, тушенка и компот из ананасов. Из напитков
только водопроводная вода.
Эта был самый позорный ужин, каким Поля когда-либо кормила людей. Мало того что
хлеба нет, так еще и питаются в одиночестве. Как тот солдат, о котором рассказывал Вася.
Жадный эгоист получал посылку из дома и в одиночестве хрумкал ее в туалете. Там ему
темную и устроили. Поля считала, что она тоже заслуживает темной.
Глава пятая,
в которой появляется боевой клан шотландцев и штурм заканчивается
свадьбой
"МАРИЯ СЕЛЕСТА"
Нерешительность, а правильнее сказать, трусливость Наветова раздражала Полковника.
Они топтались на месте, потому что Наветов забраковывал все планы активных действий.
Кирилл Сергеевич желал невозможного - свести к минимуму криминальный риск. Он
рассуждал как финансист, способный ограбить банк щелканьем по клавиатуре компьютера.
А требовалось устранить охрану и взорвать дверь сейфа - только так можно деньги
получить. Кирилл Сергеевич ерзал в мокрых штанишках.
Захватить мальчика Леву, к которому Самодурова питает горячую материнскую
привязанность? Открытый киднепинг? Ни в коем случае! Саму ее накачать спецпрепаратами,
развязывающими язык? А где гарантия, что она потом не поднимет бучу? Устранить ее?
Крайне подозрительно: сначала муж, потом жена - при прямой выгоде Наветова.
Наконец Полковник нашел выход.
- Давайте поступим следующим образом, - предложил он. - Я от вас никаких
распоряжений не получал, действую по собственному усмотрению?
Наветов ухватился за эту мысль, в лице поменялся. То губы кусал, а теперь подбородок
вскинул, заговорил начальственным голосом:
- Кстати, я говорил вам, что уезжаю на несколько дней за границу? Нет? Запамятовал.
Надеюсь, в мое отсутствие ничего страшного с фирмой не произойдет. Ситуация штатная, и
туч на горизонте не виднеется.
"Что ты передо мной-то дурочку валяешь? - мысленно ругнулся Полковник. - Если бы
у меня не было личного интереса, ты бы вертелся как уж на сковородке. Я шагу бы не сделал
без твоего письменного приказа".
Он не удержался от сарказма, но ядовитую фразу произнес подчеркнуто деловым
тоном:
- Я рекомендовал бы вам отдыхать за границей не менее недели.
В операции по захвату Ксении Георгиевны Самодуровой с самого начала пришлось
отойти от плана. Полковнику крайне не понравилась, что она посетила частное охранное
агентство. С какой целью? Нет ли за ней скрытой опеки? Чтобы все это выяснить,
понадобилось время. А затем Полковник, как он считал, получил исключительно приятные
известия. Самодурова наняла телохранителей. Для кого - понятно. В телефонном разговоре
(Ксюше звонил Вася) она жестко заявила: "Никто не остается! Вы все уезжаете! Никаких
проволочек, чтобы после семи вечера в Санлюбе никого, кроме меня, не было!"
Значит, нет необходимости перехватывать Самодурову по дороге в поселок. Можно
нагрянуть в гости. Семь плюс час для надежности - в восемь вечера она останется одна.
Времени для разговора у них достаточно, вся ночь. Липовая вдова успеет трижды продать
маму, папу и дорогого муженька. Не исключено, что и сам он уже сидит под кроватью в доме
с нелепым названием Санлюб, ведь именно туда она вызвала охрану.
Полковник снял наблюдение с Самодуровой, чтобы не дразнить гусей. Отправил бойца
в коттеджный поселок - сообщить, когда посторонние разъедутся. Полковник не знал, что
Ксюша задержалась в ресторане, что вместе с ней едут журналист и Никита. Ксюша
произвела на Полковника впечатление бой-бабы. Если такая грубо выпроваживает из своего
дома, никто не ослушается. Он не подозревал, что друзья обращают на Ксюшину грубость
столько же внимания, сколько на деликатность Ирины или застенчивость Поли - свойство
характера, и не более.
С бойцом-наблюдателем случился приступ, который каждого может захватить и в
поезде, и на работе, и в гостях - подходящих условий не существует. Боец свалился на
землю, корчился от страшной боли - нижнюю часть тела отрывало клещами по живому.
Кое-как дополз до ворот поселка, охранники вызвали "скорую". Долгожданное сообщение
Полковник получил из больницы: я здесь уже три часа, чуть концы не отдал, камень из почек
идет. Камень шел не вовремя. Оставалось надеяться, что бой-баба к назначенному сроку
распрощалась со своими приятелями. Откладывать Полковник не мог - завтра появятся
телохранители, и ситуация намного усложнится.
Полковник давно усвоил правило стратегического мышления - думай на два шага
вперед и на один назад. Позади была только одна ошибка - не послал никого на разведку.
Следовало удостовериться, что в доме, кроме Самодуровой, никого нет. Он спешил. Худшим
вариантом считал наличие лишних свидетелей. Но того, что обнаружил, никакое опытное
мышление подсказать не могло. Их было четверо, Полковник и три бойца. Они бродили по
пустому дому и ничего не понимали.
- "Мария Селеста", - усмехнулся один из бойцов.
- Что? - встрепенулся Полковник.
- Я в детстве морем, пиратами бредил, - ответил боец.
Он рассказал о загадочной бригантине по имени "Мария Селеста". Она вышла из
Нью-Йорка с грузом коньячного спирта, держала путь в Италию и пропала. Через месяц
бригантину встретил английский бриг. На запросы "Мария" не отвечала и рыскала по
волнам, безо всякой причины и постоянно меняя курс. Когда англичане поднялись на борт
"Марии", они не обнаружили ни одной живой души и совершенно необъяснимую
обстановку. Все вещи находились на местах, даже курительные трубки в кубрике матросов
лежали так, как если бы их хозяева отлучились на минуту. Груз был в целости, значит,
нападение пиратов исключалось. В каюте капитана драгоценности и деньги, запись в
бортовом журнале оборвана на полуслове, на камбузе полный запас питьевой воды и
продуктов. Куда испарилась команда? На этот вопрос так и не нашли ответа. "Марию
Селесту" привели в порт, обнаруживший ее капитан получил законных пять процентов
стоимости груза и бригантины.
- А недавно около Австралии обнаружили рыболовецкое судно...
- Хватит байки травить! - одернул бойца Полковник.
Но он должен был признать, что сравнение с Летучим голландцем справедливо. В
пепельнице недокуренная сигарета - сероватый столбик пепла и обуглившийся фильтр. На
кухне в кастрюлях булькает какая-то еда, стол накрыт к ужину. Найдены три дамские
сумочки с полным содержимым всякой ерунды. Какая женщина уйдет из дома без сумочки?
Куда они испарились? Сколько их было? Как сквозь землю провалились! Точно - под землю!
- Ищем схорон, - отдал приказ Полковник. - Обследовать каждый миллиметр!
Они простукивали степы и пол на первом этаже. В кухне разворотили мебель, плотно
пригнанную к степе. В гостиной в нескольких подозрительных местах вскрыли паркет.
Обнаружили камеры наблюдения на улице, но пульта не было. Значит, точно где-то тайный
схорон.
"Искать!" - требовал белый от гнева Полковник. Но его бойцов и не требовалось
подгонять - их захватил охотничий азарт.
Понять, куда ведут кабели от камер, можно было, только раздолбив стену, куда они
были вмурованы. Долбили ту стену, что была к лесу и не видна соседям. Один стоял на
лестнице и орудовал зубилом и молотком (инструментов в гараже хоть отбавляй), другой
светил ему фонариком.
На зеркало в прихожей сразу обратили внимание - идеальная и типичная маскировка
для тайного хода.
В Санлюбе было много архитектурных недостатков и просчетов, но его строили для
бандитов, и схорон выполнили на совесть. Зеркало окружала широкая вычурная рама с
имитацией чеканки по меди. По периметру между рамой и зеркалом просвета не видно,
поэтому обнаружить рельсы в стене, не разворотив ее, практически невозможно. Но и чтобы
разворотить стену, требовалось умение медвежатника - за штукатуркой был спрятан
железный лист, припаянный к потолку и плинтусу. Зеркало разбили, открывшаяся
металлическая подложка могла служить как основой зеркала, так и щитом. Принесли
электродрель, вертикальную пилу "болгарку" Сверла буксовали и ломались, пила оставляла
лишь царапины.
Заложники внизу знали, что началась атака и нападают по двум фронтам. Что-то
скребут снаружи, и характерный шум доносится от двери. Число нападавших определить не
удалось - к сумерках изображение на мониторах было нечетким, только тени. Сошлись на
том. что бандитов не больше десятка. От идеи построить баррикаду отказались - слишком
тесно, она им самим закупорит выход. Из оружия имели нож, вилку и ложку.
Нож захватил Никита, продемонстрировав отработанное в детстве умение попадать в
цель. Когда брошенный его рукой нож врезался точно в нацарапанный на двери круг, Ирина
почувствовала тошноту. Представила, как нож вонзается в человеческое горло.
Дима, отломав две ножки у стула и привязав к ним шнур, до того служивший пояском
Полиного платья, соорудил нечто вроде нунчаков - боевого оружия ниндзя.
Костик точил зубья вилки о каменные ступеньки и говорил, что в тюрьме это была бы
вещь незаменимая. Рядом неумело елозил по камню черенком ложки Тофик. Он выбрал в
главные Костика. После ужина журналист успел взять короткое интервью у заложника номер
один, и Тофик поразился, какой Костик богатый и влиятельным человек. С восточной
пылкостью Тофик повинился в том, что предлагал выдать "такой важный человек"
бандитам, и рассыпался в клятвах и уверениях в своей преданности. Костик его простил и
теперь относился к новоявленному адъютанту не без барского понукания.
Марк, Вася и Олег доломали стул и попросту вооружились дубинками. Казалось, никто
из мужчин не испытывае
...Закладка в соц.сетях
