Жанр: Любовные романы
Звезда телерекламы
...олетное воздушное напоминание о забытых летних
днях, столь неуместное в окружении мертвенно-серых зимних физиономий. Я
мгновенно растаял.
— Вы правы, — расхохотался я, внезапно ощутив несвойственную для
себя растерянность. — Это практически чистая водка. Сегодня им, похоже,
некогда возиться с тоником и содовой.
— Я заметила, — кивнула прелестная незнакомка, морщась от гомона.
— Вы, кажется, тоже не в своей тарелке?
— Да, я предпочла бы поменьше людей на квадратный фут, да и рев не
столь одуряющий.
— Меня зовут Расс Тобин.
— А меня — Вики Херст.
— Сокращенно от Виктории?
— Нет. Просто Вики Херст.
— Очаровательно. Добыть вам что-нибудь выпить?
— Тогда я потеряю вас навсегда!
— Я сам вас найду.
Она улыбнулась.
— Нет, спасибо.
— Хотите попробовать мое зелье? Только предупреждаю — оно не для
слабонервных.
— Я согласна, — неожиданно для меня согласилась Вики.
Она пригубила водку и скорчила гримаску.
— Ого!
— Пожалуй, я унесу её отсюда в кармане, — предложил я. —
Пригодится, чтобы разводить краску, снимать лак с ногтей, счищать пятна...
— А чем вы занимаетесь? Тоже делаете рекламы?
— В некотором роде. Я снимаюсь.
— В чем?
— В телероликах. Здорово, да?
Она отступила на полшага, прищурилась и понимающе кивнула.
— Я вас узнала. Вы рекламировали... как его...
— Мыло "Глэмур"?
— Да, точно.
— Очень приятно, что вы вспомнили.
— К сожалению, я редко смотрю телевизор.
— Наоборот, замечательно. А чем вы занимаетесь?
Я ожидал услышать в ответ: "секретарша", "жена исполнительного директора"
или "агент".
— Я служу курьером.
— Извините, не понял.
— Курьером. Представителем фирмы, которая организует отдых-туры. Чем-то
вроде гида.
— А сюда вы вломились силой?
— Нет, — рассмеялась Вики. — Меня привел один рекламный
продюсер, который уже наклюкался до чертиков и несколько минут назад
отключился. Я ищу свое пальто. Я оставила его на одном из этих столов.
— Вики...
— Что?
— Как вы посмотрите на то, что я утащу вас из этого вертепа и чем-
нибудь угощу? Давайте закатимся в ресторанчик. Итальянский? Китайский?
Французский? Или, если хотите, тяпнем по двойному гамбургеру в "Уимпи"?
— С картофельными чипсами?
— Угу. И ещё с бумажными салфетками, кетчупом и двумя чашечками кофе.
Гулять, так гулять!
— Помогите мне найти пальто.
Мы поехали в один замечательный "Уимпи" на краю города, который я присмотрел
несколько месяцев назад. Вы не поверите, но в разных закусочных системы
"Уимпи" гамбургеры здорово отличаются между собой, несмотря на стандартные
ингредиенты и оборудование.
Я провел Вики вглубь зала и усадил за боковой столик — в противном случае,
набившиеся в "Уимпи" бездельники пожирали бы её глазами, отравляя мне весь
аппетит. А её стоило пожирать глазами, скажу я вам: загорелая мордашка,
золотистые волосы, длинные стройные ножки, заманчиво выглядывавшие из-под
пальто с пушистым меховым воротником. Нежная, женственная и преступно
притягательная.
Я заказал нам по гамбургеру с кофе и угостил Вики сигаретой.
— Расскажите мне про курьеров, — попросил я.
Вики с задумчивым видом затянулась.
— Компания, в которой я служу, называется "Ардмонт Холидейз"...
— Хм, кажется, я слышал о них.
— Да, фирма довольно крупная, — кивнула Вики. — Она
специализируется на организации отдыха в Испании, Италии, Португалии, да и
вообще по всему Средиземноморью. А я — их тамошний представитель в летний
сезон.
— И в чем состоят ваши обязанности?
— Неужели вы никогда не пользовались подобным туром?
Я хохотнул.
— Вики, открою вам страшную тайну. Я лишь раз в жизни был за границей —
когда снимался в рекламном ролике в Португалии.
Вики сочувственно зацокала язычком.
— Значит, вы никогда не сталкивались с курьером, который денно и нощно
крутится, как белка в колесе, потакая вашим капризам?
— К стыду своему, нет. Я даже не представляю, что входит в круг
обязанностей курьера. Я всегда считал, что курьер это разновидность тайного
агента, который перевозит срочные депеши в кожаном дипломате или зонтике с
отвинчивающейся ручкой.
— Это совсем другие курьеры. Мы организуем отдых нашим туристам на
местах. Официально нас именуют гидами-представителями туристической фирмы,
но мы для простоты зовем себя курьерами. Курьер постоянно проживает на
курорте и присматривает за всеми прибывающими туристами. Он — или она
встречает гостей в аэропорту, следит за тем, чтобы их вместе с багажом
погрузили в нужный автобус, сопровождает в отель, организует экскурсии,
выслушивает жалобы, советует, где и как провести время, освобождает под
залог из тюрьмы, утирает слезы...
— Укладывает в постельку?
Изумрудные глаза озорно блеснули.
— Это правилами запрещено. И вообще, курьер встречает гостей и держит
их за руки вплоть до самого отлета. Провожает одних — и тут же встречает
новую компанию. И все начинается сначала.
— Словом, сплошная суета.
— Да, но очень интересная. Я её обожаю.
— И где вы... э-ээ... работаете?
— Лично я этим больше не занимаюсь. Я проработала с "Ардмонтом" со дня
их основания, уже целых пять лет. Теперь я — главный региональный менеджер.
Это значит, что я отвечаю за определенный регион и за всех наших курьеров,
которые там работают.
— Нечто вроде погонялы, да?
Официантка принесла нам гамбургеры. Вики дождалась, пока она уйдет, и лишь
потом ответила:
— Угу. Я принимаю участие в наборе и обучении новых курьеров, помогаю
решать сложные вопросы, да и вообще присматриваю, как идут дела.
— А за какой регион вы отвечаете?
Вики откусила кусочек гамбургера.
— О, вкусно. В этом году — за южную Италию.
— Целое лето в Италии? Это же просто сказка!
— Вообще-то, больше, чем лето. Я должна прибыть туда заранее, чтобы
проследить, что все идет так, как надо. Собственно говоря, я уезжаю туда уже
через две недели, а вернусь только в начале ноября.
Озарение пришло одновременно с кофе. Должно быть, это отразилось на моем
лице, потому что Вики оторвалась от еды и участливо спросила:
— Что случилось? Вам нездоровится?
— О, нет, — расхохотался я. — Как раз напротив. Мне вдруг
взбрела в голову сумасшедшая мысль. — Я потряс головой. — Чушь
какая!
— О чем вы?
— Сейчас скажу. — Я пригубил кофе. Вики терпеливо ждала. — Вы верите в судьбу, Вики?
— Иногда. А в чем дело?
— Мне вдруг подумалось, что наша встреча была предопределена свыше. Что
это перст судьбы.
— Почему? — рассмеялась она.
— Потому что вы минуту назад рассказали как раз про ту работу, которую
я искал, чтобы продержаться в течение ближайшего года.
— Ах, так вы сейчас безработный?
— Не совсем...
В течение следующих двадцати минут я поведал ей про всю затею с "Уайт-
Марвелом". И не только с ним. Я рассказал ей также, как сидел в
ливерпульской конторе, торговал швейными машинками, как собирал долги. Когда
нам принесли по второй чашечке кофе, я закончил:
— Так что, сами видите, профессия гида-представителя для меня просто
идеальна. Кстати, "Ардмонт" нанимает мужчин?
— Да. Хотя и в меньшей степени, чем женщин.
— Вики, положа руку на сердце, как вы оцениваете мои шансы на то, чтобы
устроиться на эту работу? Какими качествами должен обладать претендент?
— Умом... приятной внешностью... обходительностью..., — она
пожала плечами. — Да, это, пожалуй, главное.
— А как насчет языков?
— Знание иностранного языка, конечно, желательно, но необходимым
условием не является. Это зависит от того, в какой стране вы работаете. На
Мальорке, например, почти все изъясняются по-английски. Вот вам конкретный
пример: из шестнадцати наших курьеров на Мальорке лишь шестеро свободно
говорят по-испански. Остальные разговаривают на уровне средней школы.
Я угостил её сигаретой и, поднося зажигалку, спросил:
— Как по-вашему, Вики, из меня получился бы курьер? Она затянулась,
выпустила колечко дыма и игриво посмотрела на меня, склонив голову набок.
— А когда вы готовы начать — завтра утром?
— Нет, я серьезно.
— Я тоже. Я уверена, что Филип Ардмонт наймет вас.
— В самом деле?
— Безусловно. Я, э-ээ, выдам вам профессиональную тайну. Хотите знать,
какое самое главное требование, предъявляемое к курьеру?
— Еще бы!
В глазах Вики заплясали озорные чертики.
— Сексапильность. Для клиентов это не менее важно, чем хорошая еда и
чистое постельное белье.
— Неужели?
— Да, вот, представьте себе. Секс имеет важнейшее значение для
успешного отпуска. Ведь отпуск это райское время — две недели блаженного
отдыха после пятидесяти недель постылой работы. Подумайте о сотнях тысяч
секретарш, фабричных работниц, машинисток, стенографисток и продавщиц,
которые целый год только и мечтают о том, как провести эти волшебные две
недели. Они жаждут вырваться на свободу. Им нужно солнце, а также песок и
море, но прежде всего — секс. В любой форме. Случайный ли партнер по танцу
ущипнет за попку в итальянском баре, или красавец-незнакомец затащит в
постель — как угодно. — Вики обворожительно сверкнула зубками. — О
мужчинах судить вам, но я, как женщина, могу вас заверить: если такая
машинистка или продавщица вернется после своего отдыха в Англию, так ни разу
и не услышав непристойного предложения, отпуск для неё потрачен впустую.
Любовь, в той или иной форме, должна присутствовать в меню всегда. А что
может быть лучше для начала отпуска, чем уже в аэропорту встретить
обаятельного загорелого курьера, источающего сексапильность из всех пор?
— Да, ну и работа, — легонько присвистнул я. — Так вы и
вправду думаете, что я...
— Да ладно вам. Сами знаете, что вы чертовски привлекательны.
Я рассмеялся, чтобы скрыть смущение.
— А с оплатой как? — поинтересовался я, чтобы сменить тему.
— Для начала вам положат десять фунтов в неделю плюс полный пансион.
Скорее всего, вам выделят номер в одном из отелей, которые арендует Ардмонт.
Или подыщут квартиру... хотя, по всей вероятности, вам придется жить в ней
вдвоем с другим курьером... — Заметив мою лукавую усмешку, Вики тут же
добавила: — В вашем случае, с другим мужчиной, мистер Тобин.
— Жаль.
— Если хотите жить в одиночку, компания внесет половину арендной платы,
а остальное доплатите вы.
— Вполне разумно.
— Кроме жалованья, вам положены различные премии, как официальные, так
и нет. Хороший курьер обычно получает приличные комиссионные от фирм,
предоставляющих машины напрокат и организующих экскурсии — это официальные
премии. Кроме того, существуют и неофициальные отчисления от ночных клубов,
а также магазинов и ресторанчиков, если курьер уговорит своих клиентов
воспользоваться ими. Чтобы вы поняли, насколько привлекательными могут быть
подобные премии, я вам признаюсь: за четыре года, что я проработала
курьером, я не потратила из своего жалованья ни пенса, а жила исключительно
на комиссионные.
— Могу представить. Лично меня, например, вы уговорите на все что
угодно.
— И... — Вики прыснула, — некоторые отели и ночные клубы
предоставляют бесплатную выпивку и даже сигареты курьерам, которые приносят
им прибыль. Словом, в этой работе много привлекательного.
— Чем больше вы рассказываете, тем больше она мне по душе.
— Погодите, вы ещё не слышали про недостатки. В любой работе, связанной
с живыми людьми, есть масса сложностей. Во-первых, иногда попадаются
совершенно невыносимые клиенты. Не успев сойти на землю, они уже принимаются
ныть и жаловаться. Все им не так: гостиница, обслуживание, пляжи, жара,
ветер, экскурсии...
Я кивнул.
— Да, я знаю. Мне приходилось сталкиваться с такими, когда я торговал
швейными машинками.
— К счастью, их все-таки не так много. Как правило, мы имеем дело с
приятными людьми, которые прилетают, чтобы хорошо провести время и
отдохнуть. Они обычно идут нам навстречу, даже если вдруг случается какой-то
непредвиденный сбой. — Вики устремила на меня пристальный
взгляд. — Так вы серьезно насчет "Ардмонта"?
— Да, — кивнул я. — Все это, конечно, свалилось как снег на
голову, но именно такую работу я и присматривал. Скажу так: мне бы чертовски
хотелось попробовать.
— Что ж, тогда подумайте. Если решитесь, то я познакомлю вас с Филипом
Ардмонтом. Только не слишком тяните. В некоторых странах курортный сезон
открывается рано, уже с середины марта, а Ардмонт предпочитает нанимать
курьеров заранее.
Вики кинула взгляд на золотые наручные часики. Я, в свою очередь, посмотрел
на свои. Двенадцатый час.
— Мне пора домой, Расс. Завтра с утра меня ждут в бюро путешествий на
севере Лондона. Когда я живу в Англии, то время от времени работаю в
различных туристических фирмах, стараясь подыскать побольше новых клиентов
для Ардмонта.
— Хорошо, Вики. Я вас подвезу. Где вы живете?
Она чуть замялась.
— Э... в Ричмонде. Мне бы не хотелось, чтобы вы из-за меня делали крюк.
— Да я всегда еду домой через Ричмонд.
— Вот как? А где вы живете?
— В Майда-Вейле.
Вики рассмеялась. Чтобы попасть в Ричмонд, мне нужно было сделать крюк в
добрую дюжину миль.
— Не спорьте, — твердо сказал я.
— Хорошо, — улыбнулась она. — Спасибо, Расс.
Когда мы вышли на улицу, с неба сыпал мокрый снег, а под ногами хлюпала
слякоть. Подняв воротники, мы рысцой припустили к машине и плюхнулись на
сиденье — Вики, громко хохоча, а я, сыпя проклятиями на весь свет божий.
— Вам-то хорошо, — взвыл я. — Еще пара недель, и вы попадете
в рай. А мне каково!
Я завел мотор, запустил "дворники", чтобы смести с ветрового стекла две
тонны перемешанной со снегом грязи, включил печку и отъехал от тротуара.
— Кто знает, — улыбнулась Вики, — может, и вам осталось не
так уж долго мучиться.
— Господи, я бы отсек правую руку, чтобы так и случилось.
— О, нет, она вам ещё наверняка послужит.
— Думаете? — ухмыльнулся я.
— Уверена.
Я помотал головой.
— Все это звучит, как сказка. Порой мне кажется, что я уже никогда не
увижу солнца. — А вы, похоже, солнцепоклонник?
— Обожаю солнце. Мне совсем не обязательно загорать самому, но просто
нужно сознавать, что солнце ещё существует, что вокруг тепло.
— Да, тогда вам нужно становиться курьером.
— Вам кажется, что у меня получится?
— Я убеждена, что да. По сути дела, то, чем вы занимались прежде,
связано с этим напрямую. Та же работа с людьми. Продавать машинки, взимать
долги, брать интервью — значит, постоянно общаться с другими людьми. Если у
вас все это получается, то и в качестве курьера вас ждет успех. Отличия
только в тонкостях.
— Да, пожалуй, вы правы. И все-таки, я до сих пор не могу прийти в себя
от нашей встречи. Как вас угораздило попасть на эту вечеринку?
— Ардмонт развернул рекламную компанию к новому сезону, а продюсер, про
которого я вам говорила... тот парень, который набрался, как свинья...
— Как, кстати, его зовут?
— Ли Роупер. Он работает на "Уитли, Карра и Бэнкса".
— Нет, не знаю. Извините, что перебил.
— Так вот, его фирма делает для нас рекламу и Ли несколько раз приходил
к нам и советовался с Филипом Ардмонтом. Мы познакомились в нашей конторе, и
он пригласил меня на эту вечеринку.
— И упился в стельку. Хорош ухажер!
Вики рассмеялась.
— Он был навеселе уже в семь часов, когда заехал за мной. Угостил
незабываемым ужином. Я едва не сбежала от него в ресторане, когда он,
рассказывая какой-то похабный анекдот, лихо смахнул на пол все тарелки. Я
чуть не умерла от стыда.
— Ужас!
— Не совсем. В конце вечера... я все же получила большое удовольствие.
— Вот как? А что случилось?
— Познакомилась вот с этим чудовищем, которое угостило меня
гамбургером. Чудовище, кстати, на редкость милое.
— О, спасибо.
— Оно спасло мне вечер.
— Может, это вы его спасли?
— Кто знает, — загадочно протянула Вики.
Путь до Ричмонда занял полчаса. В одиночку я добрался бы минут за двадцать,
несмотря на снегопад, но мне хотелось продлить удовольствие. Я готов был
провести за рулем хоть целую ночь, слушая веселое щебетание Вики. Давно я
так не наслаждался женским обществом. Хотя не прошло и двух часов с тех пор,
как мы познакомились, от Вики веяло таким теплом и искренностью, словно мы
были знакомы целую вечность.
Кое-что она рассказала и о себе. Родилась в Лейчестере; окончив школу,
поступила на секретарские курсы, после чего проработала около года в
страховой компании. Затем перешла в местную туристическую компанию, а потом
перебралась в Лондон и стала работать у Ардмонта, который только-только
основал собственное дело. Год спустя стала курьером. Я прикинул, что ей года
двадцать три-двадцать четыре.
Даже речь её доставляла мне истинное наслаждение. Я упивался её голосом,
певучим и нежным. Он каким-то непостижимым образом успокаивал меня, а время
от времени навевал приятный холодок в затылке. Мне начинало казаться, что я
качаюсь на ласковых волнах. Поразительная девушка.
Мы въехали в Ричмонд и, следуя указаниям Вики, вскоре подкатили к огромному
многоквартирному дому. Я остановил машину на вполне пристойной стоянке, на
удивление чистой и убранной. Уже подойдя к дому, я обратил внимание, что
выглядит он довольно богатым.
Заперев машину, я прошел следом за Вики через вращающуюся дверь в роскошный
вестибюль, под стать своему собрату в "Кроксли". Меня поразило обилие флоры.
Помимо всевозможных горшочков с цветами, в вестибюле был разбит настоящий
сад. Розовые стены были украшены огромными зеркалами, скрытый матовый свет
создавал уютный полумрак, приятный для глаз. Утопая по щиколотки в пушистом
сером ковре, мы неслышно прошагали к лифту.
Вики нажала на кнопку. Я ещё раз огляделся по сторонам, прикинув, что работа
курьера должна оплачиваться на порядок выше, чем рассказала Вики.
Она, должно быть, прочитала мои мысли, потому что вдруг сказала:
— Красиво, правда? На одно лишь курьерское жалованье, я, конечно, не
могла бы себе этого позволить.
Двери лифта бесшумно распахнулись. Мы вошли в зеркальную кабинку, и Вики
нажала на кнопку второго этажа. Пару секунд спустя она уже вела меня по
застланному ковровой дорожкой коридору. Остановившись перед дверью с
табличкой 206, она отперла дверь своим ключом.
Сомнений в том, что делать дальше, у меня не было. Вики решительно шагнула в
прихожую и включила свет, так что мне ничего не оставалось, как последовать
за ней. Войдя, я прикрыл за собой дверь.
Небольшая прихожая была обставлена со вкусом: бледно-зеленый ковер,
серебристые обои, разукрашенные бутылочно-зеленым цветочным орнаментом, на
стенах изящные хрустальные бра... Чисто, тепло и уютно.
Подойдя к трюмо из красного дерева с зеркалом в золоченой раме, Вики взяла с
серебряного подноса несколько конвертов, небрежно просмотрела их и положила
на место. Затем взяла из платяного шкафа вешалку и протянула мне.
Повесив наши пальто в шкаф, она зашагала по коридору по направлению к
стоявшей нараспашку двери, по пути миновав несколько закрытых дверей.
— Туалет, — небрежно бросила она, проходя мимо одной из них.
Мы вошли в гостиную, Вики щелкнула настенным выключателем и прошагала
прямиком к столику, на котором выстроилась целая батарея бутылок и стаканов.
Роскошно обставленная гостиная так и дышала богатством и великолепием.
Золото, мрамор, античные статуэтки и украшения.
— Выпить хотите? — предложила Вики.
— С удовольствием. Если можно — водку. Да, Вики, вот это комната!
— Присаживайтесь. Советую попробовать софу — она божественна.
Я погрузился в невесомую пушистость, опасаясь, что провалюсь сквозь пол.
— Ого!
— Я предупреждала.
Вики поставила хрустальную рюмку, наполненную прозрачной, как слеза,
жидкостью, на мраморный столик передо мной, а сама сбросила туфли и
пристроилась на мягкой подушке, подвернув под себя ножки.
— Ваше здоровье!
— И ваше!
Я зажег ей сигарету, закурил сам и оглянулся по сторонам.
— Должно быть, жалко бросать все это и уезжать почти на весь год.
Вики улыбнулась и покачала головой.
— Это мне не принадлежит. Увы. Это квартира моей подруги, отец которой
любит немножко, ну, совсем чуть-чуть, баловать дочурку. Единственную,
правда. Сью — стюардесса в "Би-Оу-Эй-Си". Сами понимаете — зарабатывать на
жизнь ей ни к чему, но Сью обожает летать. Я познакомилась с ней три года
назад, когда она работала на "Бритиш Эйрлайнз", а я летела домой из Испании.
Мы подружились. Теперь я всегда останавливаюсь у нее.
— Мне бы такую подружку.
— Сью — лапочка. Она набита деньгами, но на себя ничего не тратит. Все
свободное время возится с умственно отсталыми детьми.
— Удивительная девушка.
— Согласна.
— А где она сейчас?
Я мог только надеяться, что мой вопрос прозвучал невинно и естественно. Мне
вовсе не улыбалось показаться Вики излишне назойливым.
Вики опустошила свой стакан и поставила его на столик. — В
Австралии, — сказала она. — Сегодня вечером она прилетает в Сидней
и проведет там неделю.
Неделю!
— Там сейчас хорошо? — полюбопытствовал я. — Как-никак,
Рождество на носу.
— Там замечательно, — вздохнула Вики. — Стоит страшная жара.
Упоминание о Рождестве напомнило мне, что только что наступил сочельник, а я
до сих пор не решил, где и как встречать праздник.
— Вы не забыли, что сегодня канун Рождества? — осведомился я.
— Почему? Завтра... — Вики посмотрела на часы. — Ах, вы в
этом смысле. Тогда вы правы.
— Как вы проводите Рождество?
— М-мм, вообще-то меня приглашают в три места, — задумчиво
произнесла она. — Но я никому не дала определенного ответа. Может, и
загляну на огонек. А у вас какие планы?
Я пожал плечами.
— Никаких.
Вики изумленно воззрилась на меня.
— Не хотите же вы сказать, что встречаете Рождество в одиночестве?
— Нет, конечно. Есть у меня приятель — такой же разгильдяй, как и я. Мы
с ним на пару всегда найдем развлечение.
— Не сомневаюсь, — улыбнулась Вики.
Она встала, пересекла гостиную и остановилась перед высоким шкафом, как мне
показалось — антикварным. Когда она распахнула дверцу, я увидел. что внутри
разместился проигрыватель. Вики порылась в пластинках, выбрала одну и
поставила. Когда она вернулась на софу, комнату заволокли чарующие звуки
скрипки и звонкие аккорды фортепьяно.
— Кофе хотите?
— С удовольствием, хотя мне бы не хотелось причинять вам
беспокойство... вам ведь завтра на работу.
— А вам?
— Нет, — рассмеялся я. — До середины января я свободен, как
ветер.
— Сейчас я сварю нам кофе. Идемте со мной на кухню, а то мне одной
скучно. И прихватите наши напитки.
Я проследовал за ней в просторную современную кухню, окрашенную в золотистые
и бронзовые тона. Примостившись на одном из четырех табуретов, расставленных
вокруг стойки бара, я с наслаждением наблюдал, как Вики ставит чайник и
хлопочет с кофе.
— Ничего, если я приготовлю растворимый? — спросила она.
— Обожаю растворимый, — сказал я. — Вы уверены, что мне ещё
не пора выметаться?
Вики повернулась и скорчила очаровательную грима
...Закладка в соц.сетях
