Жанр: Любовные романы
Железные лилии
... ей скорее придется по душе даже насилие, чем робкое
ухаживание. Ну, конечно, не совсем жестко, но на пределе. Ты слишком
миндальничаешь, брат. Скрути ее в бараний рог, и она бу-дет тебя уважать.
— Не хотелось бы идти на крайности, может полу-читься, что она не
получит удовольствия, а наоборот — отвращение на всю жизнь. Ты же знаешь,
вспомни наши палестинские дела! — нахмурился Рей.
— Тут уж зависит от твоего мастерства, — согла-сился граф. —
Нужно пройти по лезвию. Не думаю, что тебя, Рей — опытного мужчину, надо
учить.
— Эти женщины слишком много на себя берут, — проговорил Рей после
небольшой паузы.
— Птичка решила, что она королева, — процедил граф, — а ей
отведена несколько другая роль.
— Женщины вообще безмерны, — подтвердил его брат.
— А чего они стоят без нас? — Альмер стал про-хаживаться по
каменным плитам площадки. — Все, чем они пользуются, без чего жить не
могут, создано и приоб-ретено нами, мужчинами. Этот замок, который дает им
кров, — граф указал себе под ноги, — положили мужские руки, как и
вообще все, что всюду построено. Чтобы бы они ели, если бы мы с тобой не
притащили две оленьи туши пару дней назад? — Альмер подошел к столу,
где стояли шахматы. — А знаешь, брат, в шахматах неверно названы
фигуры. Ферзь может ходить как ему угодно, и это должен быть мужчина, а
королева — только вслед за ним!
Рей улыбнулся. Любовное возбуждение, не полу-чавшее разрядки, давило на низ
живота и отдавалось ост-рой болью в спине при малейшем движении.
— А как ты думаешь, Ирис испытывала страсть вначале? Да она
сопротивлялась изо всех сил! А если бы я пошел у нее на поводу, уважала бы
она меня? Подари ей удовольствие, и она поймет, от чего так упорно отказыва-
лась! — граф прошел в другой конец площадки. Алый диск солнца почти
закатился за горизонт, в его дрожащем пла-мени были отчетливо видны кроны
далеких дубов.
— Ты слишком мягок с ней, Рей, — опять загово-рил граф, —
вспомни, как ты спас меня от верной погибели в Палестине. Павший конь, мой
бедный Мансур, придавил мне ногу, сарацины закололи бы меня как вепря. Твой
ост-рый меч и мужество спасли мне жизнь!
Альмер поставил кубок на ограждение стены и по-вернулся к брату.
— А как мы с тобой потом тащились по этой пус-тыне? Твой конь тоже пал,
а я не мог ступить на ногу! А сколько ты тащил не только меня, но и все
доспехи по рас-каленному песку! Я просил тебя — брось, Рей! Брось или
оружие, или меня. Но ты выстоял, ты спас нам жизнь, Рей, ты даже вынес наше
вооружение! А что этот цветочек де-лал бы там? Слезы, сопли и засохшие
лепестки на песке... И она борется с тобой?
— Каждый человек занимает места в жизни столь-ко, сколько сможет,
брат, — продолжил Альмер после не-долгой паузы. — Леди
вознамерилась занять слишком мно-го. Верни ее туда, где ей следует быть,
Рей. Ты сильный мужчина и могучий человек. Я знаю это, Рей. Девушка уже в
твоих руках, нужно только внятно и доходчиво объяснить ей это.
Граф подошел к Рею и положил свою жесткую ла-донь ему на руку.
— Думаешь, я не понимаю, Рей? — проговорил он, глядя рыцарю прямо
в лицо. — Ты всегда второй. Я — граф, ты — просто рыцарь! Я —
законнорожденный, ты — бастард, мне наследство — тебе ничего. А как воин ты
не хуже меня ничем!
Граф отошел на пару шагов и обернулся.
— Я не эгоист, брат, — продолжил он, — и я ценю твою верность
и все, что ты сделал для меня! Думаю, скоро все изменится. Ты тоже получишь
титул, получишь имение, мы будем равны. Наш план осуществится. Но ты сам дол-
жен справиться с собой. Не соглашайся на отказ, если тебе что-нибудь надо.
Иди и бери то, что ты хочешь. А я всегда буду с тобой рядом!
Встали рано утром только Изольда и Рей. Альмер никак не мог насытиться своей
любовницей. И поэтому, когда, наконец, они выехали, было уже достаточно
поздно. Солнце уже давно встало над раскидистыми деревьями, но не могло
проникнуть вглубь леса. Ночью шел дождь, и ко-гда маленькая кавалькада
неспешно продвигалась по узкой лесной тропинке, ведущей более коротким путем
к поме-стью барона Трэнтхема, на всадников и лошадей в изоби-лии падали
капли жемчужной влаги. Наконец тропинка вывела на более широкую дорожку,
которая была ярко ос-вещена жарким летним солнцем. Вдалеке виднелась высо-
кая башня с прилегающими пристроенными зданиями, на флагштоке которой
развевался разноцветный штандарт. Это и был замок барона Трэнтхема.
Небольшая крепость Бергфилд стояла на дороге между двумя большими масси-вами
леса. Это можно было назвать и широкой просекой, и узким полем. Дорога,
идущая посредине зеленых стен, рас-положенных справа и слева, доходила прямо
до каменной стены грубой кладки. Одинокая круглая башня была глав-ным
форпостом, а жильем для хозяина крепости служил небольшой двухэтажный
каменный дом. Стена, примыкав-шая к ней, охватывала внутренний дворик с хозяйственны-
ми постройками и жильем для слуг. Ни рвов, ни мостов... Оставалось только
удивляться безопасному соседству Бергфилда и дремучего леса.
— Я бы не хотел задерживаться там долго. Нужно еще навестить йоменов
Блетсона и Томпкинса. Если же мы поедем с дамами, то барон устроит целый
прием, — сказал граф. — Рей, Эдвин, подождите меня здесь немного.
Пусть леди спешатся и отдохнут на этой полянке. Мы с Флинтом мигом
обернемся.
И действительно, не прошло и часа, как Альмер, сопровождаемый оруженосцем,
подъехал к расположив-шимся на поляне Рею и их спутницам. Эдвин подтягивал
седло на Чик, лошади Ирис. Дождавшись, когда все усядут-ся на лошадей, граф
дал сигнал двигаться дальше.
— Все улажено. Барон обещал мне проследить за своими крепостными. Вообще-
то не очень хорошо, что до-ма йоменов находятся так далеко от деревни.
Интересно, что заставило их так обособиться? — Альмер недавно сде-лал
Иствик своим основным местом проживания и совер-шенно ничего не знал о своих
арендаторах.
— Надо расспросить управляющего, — задумчиво сказал Рей. —
Давайте скорей, а то не успеем засветло вер-нуться в замок. Всадники
пришпорили лошадей.
Девушки наслаждались поездкой. Это было так приятно — отдаться движению
резво скачущей лошади, чувствовать себя такой живой и свободной среди стреми-
тельно проносящихся деревьев и кустарников. Изольда ду-мала, как хорошо было
бы сейчас резко свернуть в сторону и скрыться вместе с Ирис подальше от
этого замка, ставше-го их тюрьмой, уехать куда угодно, хоть на край земли.
Она даже не думала, что будет дальше, даже если и удастся сбежать. Просто до
безумия мучила мысль, что они стали игрушками в руках этих властных мужчин.
Изольда была благодарна графу Альмеру, что он оставил их на поляне, не
заставив испытывать унижение под вопросительными взглядами домочадцев барона
Трэнтхема.
Наконец показались крытые соломой коттеджи йоменов замка Иствик. Выбежавшие
на бешеный лай собак, их жены склонились в поклонах перед своими господами.
Были посланы детишки на поле за отцами и братьями. Женщины стали приглашать
своего господина и его брата в дом. Когда гости вошли в дом, прежде всего,
бросился в глаза высокий камин. На его полу стоял железный тренож-ник, на
котором пылал огонь, а над огнем висел котел на железной цепи, прикрепленной
к большому железному же крюку. Дым уносился в отверстие, находящееся
наверху, но немалая доля его попадала и в кухню. Тут же рядом хлеб-ная печь,
около которой возилась пожилая женщина. На кухне были также стол, скамьи,
лари с сосудами для приго-товления сыра. Кроме того, у стен стояли корзины,
кувши-ны, корыто, в прихожей висели рыболовные сети. В кухне пол выложили
камнем, только в спальне он был деревян-ным. В спальне через открытую дверь
виднелась большая деревянная кровать.
После ужина, состоявшего из тушеной баранины с овощами и молочного мусса на
десерт, Альмер и Рей пере-говорили с йоменами об их проблемах. Разговор
затянулся надолго.
— Видимо, придется добираться домой в темноте, — с досадой сказал
Рей.
— Не стоит этого делать, милорд! Сейчас в лесу опасно. Волков развелось
неимоверное количество. Хоро-шо было бы, если милорд граф приказал бы своим
рыцарям пострелять этих серых демонов. Недавно напали на стадо, и среди
белого дня, на глазах у моего сына, зарезали трех телят. Собаки не смогли
отбиться, стая была не маленькая. Вам лучше было бы переночевать здесь. Мы
пойдем спать на сеновал, а вы переночуете в коттедже, — один из йоме-
нов, рослый мужчина с рыжими растрепанными волосами, счастливый от
оказанного ему уважения посещением гос-подина, гостеприимно показал в
сторону собственной спальни.
— Как ты, Альмер? — Рей вопросительно посмот-рел на брата.
— Ладно, останемся! Он прав. Не люблю глупого риска, тем более, что с
нами женщины. Только лучше будет переночевать на сеновале. Ты в одном сарае,
а я — в дру-гом. Вспомним детство, помнишь наш любимый сарай в замке отца? В
сене нет блох, не то, что в домах. У нас с то-бой шкуры дубленые. Но леди не
заснут, я думаю. А ору-женосцы пусть подумают, где им будет удобно.
Граф с Реем и оруженосцами после плотного ужи-на искупались в ручье,
протекавшем рядом с домом госте-приимного хозяина. Девушкам была предложено
смыть дорожную пыль горячей водой. Пожилая женщина, жена рыжего Тома,
приказала сыновьям натаскать полную бадью чистой родниковой воды из ручья.
Ирис и Изольда, разве-селившись от приятной поездки, весело намыливали друг
друга пахучим самодельным мылом. Мыло пахло розами, которые в изобилии росли
возле опрятных коттеджей.
— Видимо, Мэри знает секрет изготовления хоро-шего мыла. Надо бы
расспросить ее! Потом организую его изготовление в замке Рочестер, —
взяла на заметку Изоль-да. — И поймала себя на мысли, что она не
оставила наде-жду вернуться в родной дом.
— Ну что, вымылись? Пойдем спать! — Альмер подхватил на руки Ирис
и понес ее в сторону сеновала, где Мэри уже расстелила чистые простыни из
домотканого льняного полотна. Изольда молча стояла, со страхом пони-мая, что
ей придется спать вместе с Реем. Тот также под-хватил ее, как и граф, и
зашагал в сторону дальнего сарая, где они должны были ночевать. Было стыдно
сопротив-ляться на глазах у оруженосцев, и заботливых Томаса и Мэри. И она
безропотно обхватила крепкую шею мужчины.
— Все, мне не удастся ничего сделать. Он же страшно обозлится, если я
буду отбиваться на глазах у та-кого количества людей. А если мы разделим
постель, он принудит меня! — бились в голове лихорадочные мысли. —
А Мэри и Том не помогут. Они вообще приняли нас за шлюх, которых взяли для
развлечения их господа. И они никогда не пойдут против своего лорда и его
брата. И зачем я согласилась поехать на эту прогулку, осталась бы лучше в
замке! По крайней мере, никто бы не наблюдал за моим унижением. Ах, как я
устала от этих страданий! Лучше бы вместе с матушкой уйти на небеса. Там,
наверно, меня уже никто не будет мучить!
Когда они добрались до сарая, напуганная пленни-ца увидела, что его двери
распахнуты, и в глубине, на большой копне сена, постелена постель.
— Прекрасная спальня для первой брачной ночи графини Рочестер! —
иронически подумала Изольда. И услышала, как Рей проговорил:
— Конечно, это не моя спальня в замке, но зато очень романтично. Я с
детства любил ночевать на сеновале. И Альмер также.
Он донес свою пленницу до расстеленных просты-ней и осторожно опустил ее.
Затем подошел к воротам и, захлопнув их, задвинул большой дубовый засов.
— Но ведь еще рано ложиться спать, еще совер-шенно светло. Солнце еще
только начало садиться! — ма-лодушно пролепетала Изольда. И, правда,
красные лучи пронизывали щелястый сарай, и было довольно светло.
— Мы завтра рано встанем. И еще я хочу полюбо-ваться тобой обнаженной.
Здесь нельзя зажигать свечи, — с этими словами он отстегнул тяжелый меч
и бросил его на пол рядом с постелью. Ремень, рубашка, сапоги полетели
вслед. Затем бесстыдный Рей снял свои штаны. Изольда вспыхнула и зажмурилась
изо всех сил. Перед ней стоял мускулистый рыцарь с книги, которую Ирис и
Изольда тайно рассматривали в комнате Квентина. Там были нари-сованы
различные картинки. Рыцарь целует прекрасную даму, затем они уже без одежды
ласкают друг друга на ло-же. Рыцарь, как ребенок Салины, зачем-то взял обнажен-
ную грудь дамы в рот. На следующей картинке было изо-бражено то, что больше
всего интересовало юных девушек. Рыцарь был изображен с огромным, торчащим
впереди мужским естеством. Девушки видели его у мальчишек, ко-гда они бегали
без штанишек. Но то, что они увидели на картинке, не шло ни в какое
сравнение. Тогда они с Ирис решили, что художник просто сильно преувеличил.
Но вот Рей стоит рядом и сразу видно, что художник рисовал все в натуральную
величину.
— Тебе помочь? — жестко спросил он. — Открой глаза! Я тебя не
съем.
Он подошел к сидящей на простынях девушке и рывком поднял ее. Видно было,
что он злится. Она стояла совершенно покорная, куда девалась ее смелость и
дер-зость. Когда она поняла, что он не уступит, и очень зол, девушка не
решалась оказывать сопротивление. Изольда всегда чувствовала грань, которую
не стоит переходить. Мужчина осторожно снял с нее тяжелое бархатное платье,
и она осталась в легкой шелковой рубашке. Затем и рубаш-ка полетела на
пахучее сено.
— Завтра все тело искусают травинки, когда буду одеваться, — как-
то мимоходом подумала растерянная Изольда и тихонько засмеялась. Ее сейчас
лишат чести, а она думает о том, что на нижнюю рубашку нацепляется колючей
травы
— Почему ты смеешься? — тихо шепнул он ей.
— От стыда! — также тихо ответила она. Меня еще никогда не
раздевал посторонний мужчина.
— Я — твой мужчина! Ты предназначена мне судьбой! — он страстно
поцеловал ее яркий рот. — Считай меня своим мужем!
— Я думаю, чтобы быть мужем и женой, необхо-димо, чтобы нас обвенчали в
церкви, — напомнила она ему.
— Ах, моя дорогая! Сколько условностей люди на-выдумывали! Главное,
чтобы я тебя считал своей женой, а все остальное — мишура. Мы с Альмером
побывали в вос-точных странах, где люди прекрасно живут и без нашего бога. У
них своя вера, свой бог. А у нас братом своя вера — честь, мужество, сила,
клятва. Вот это наш бог. И конечно, красота женщин! Вот чему мы поклоняемся!
А ты прекрас-на! Ты выглядишь именно так, как я представлял в своих мечтах
мою возлюбленную!
Да, юная девушка была бесподобно сложена. Еще на озере Рей отметил ее
соблазнительную фигурку, которая так задела его чувства, распалив в нем
огонь неутоленного желания. У нее была роскошная зрелая грудь, казавшаяся
особенно пышной на фоне ее стройной фигурки, узкая та-лия плавно переходила
в неширокие бедра и длинные изящные ноги. Крутые локоны черного цвета
красиво нис-падали на хрупкую спину, подчеркивая безупречность нежной кожи
кремового цвета.
Он стал осыпать ее страстными поцелуями все ее лицо, шею, покатые плечи.
Изольда задыхалась от этой жарких объятий. Он полностью сломил ее
сопротивление, девушка покорно подчинилась его воле. Ее покорность
подстегнула его страсть, он даже испытал прилив благо-дарности. Его сильные,
с грубой кожей ладони обхватили изящную талию юной пленницы и притянули ее
поближе. Лучи садившегося солнца еще освещали сарай изнутри, тонкое девичье
тело на фоне его массивного и мускулисто-го казалось особенно слабым и
беззащитным. Ее хруп-кость и юность тронули сердце рыцаря, и злость на нее
ис-чезла, уступив место всепоглощающей нежности. Ощущая ее страх, который
она старательно скрывала, Рей стал лас-кать ее, успокаивая и разжигая
желание в неискушенном девичьем теле. Изольда была просто смята его
страстным напором, ничего подобного она не испытывала в своей ко-ротенькой
жизни. Живя у брата, и полностью поглощенная своими мечтами о возвращении в
родной дом, она совер-шенно не интересовалась этой стороной жизни. И хотя
она была очень красива, у нее было мало поклонников, по-скольку она всех
отпугивала своим холодным надменным видом. Так что, можно было смело
считать, что это был ее первый любовный опыт. Страстный поцелуй могучего
мужчины вызвал отклик в ее девственном теле, как будто оно проснулось и
зажглось огнем необычайной силы. Изольда наслаждалась жарким языком внутри
своего рта, который ласкал ее так эротически, что она невольно стала
отвечать, посасывая и переплетаясь с ним.
Перецеловав всю шею и точеные плечи, Рей повер-нул девушку и стал осыпать
короткими поцелуями-укусами ее спину, впалый бархатистый живот и поглажи-
вать шершавым ладонями изящные бедра. Его загорелые сильные пальцы
подхватили чересчур полные для такой тоненькой фигуры груди и, сведя их
вместе, осторожно сжали, наслаждаясь их уже вполне женской зрелостью. Рей
склонил свою светловолосую голову к роскошным грудям и обрушил на них
водопад поцелуев. Разжигая ее, он довел себя до такого состояния, что,
казалось, его фаллос стал тверже камня.
— Все, надо приступать к главному! А то я кончу, так и не начав, —
рыцарь подхватил ее на руки и положил на простыни. Лег рядом и жадно приник
к знойным пыш-ным грудям, увенчанными прекрасными карминовыми со-сками.
Страсть, уже давно не получавшая выхода, бушева-ла в нем и лишала разума. Он
жадно впился в девственную грудь, втянул всю верхушку в свой изнемогающий
жадный рот, наслаждаясь упругостью нетронутого девичьего соска. От
необыкновенно острого удовольствия Изольда вскрик-нула и чувственно
застонала. Рей понял, что она, так же как и он, горит от жаркой страсти, и с
новой силой набро-сился на ее грудь. Он теперь не сдерживался, поняв, что
испанская кровь девушки дала о себе знать, и она уже не в состоянии
сдерживать свое желание. Он мял ее, терзал ее жадными поцелуями — укусами,
покусывал соски, причи-няя легкую боль. Но она не стала возражать. Девушка,
чув-ственно постанывая от сильной страсти, стала подставлять его поцелуям
свои спелые груди. Ей уже было все равно — и что подумают о ней окружающие,
и что она потеряет свою девственность, и что он не подходит ей, высокород-
ной графине Рочестер! Его действия разожгли сильный жар внизу живота, она с
ужасом почувствовала, как внутри ее, там, где соединяются ноги, стало
влажно. И вдруг ощутила, как жесткие пальцы проникли в это влажное место, и
стало так хорошо, что она опять не смогла сдержать сладостраст-ного тягучего
стона.
— О, моя прелесть, ты уже истекаешь нектаром желания! — жарко
шептал он ей в пылающее ушко. — Скажи мне, что ты хочешь меня!
Рей снова стал страстно целовать, проникнув горя-чим влажным языком в ее
девственный рот. Он ласкал чувствительный бугорок в ее лоне шершавыми подушечка-
ми своего жесткого пальца. Это было невозможно вытер-петь!
— Скажи, что ты хочешь, чтобы я овладел тобой, чтобы я был внутри
тебя! — чувственный низкий голос мужчины вызывал сладкую негу и истому.
Ее желание пе-решло все рамки и требовало немедленного утоления. Она не
знала, как это надо сделать, но догадывалась, что он зна-ет и умеет.
— Да, милый Рей, я хочу тебя, возьми меня! — уже не пугал
устрашающий размер твердого мужского орудия, которое он осторожно стал
вводить в ее жаждущее лоно, раскинув ее ноги в стороны, еле сдерживая себя,
чтобы од-ним ударом ворваться в желанную жаркую глубину. Вдруг стало очень
больно.
— Рей, мы не подходим, друг другу, ты мне причи-няешь боль!
Остановись! — она тщетно пыталась его столкнуть с себя.
— Потерпи, моя любовь! Если бы я мог взять твою боль на себя, я с
радостью согласился! Но это будет недол-го! — он нажал еще сильнее.
Поняв, что осторожными дей-ствиями он лишь усугубляет ее боль, с силой
прорвал ее девственность и остановился, сдерживаясь изо всех сил.
Боль была страшной. Изольда захлебнулась в кри-ке, который он поймал жадным
поцелуем. Охваченная смя-тением, она забилась в его сильных руках,
пронзенная и раненная могучим фаллосом.
— Мне не нравится! Слезь с меня! — она судорож-но билась под его
тяжелым телом. Но он уже не мог оста-новиться и начал осторожно продвигаться
вперед, не об-ращая внимания на ее просьбы. Хриплые стоны вырыва-лись из
груди охваченного страстью мужчины.
— Потерпи немного! Ты так восхитительно узка! — он стремился
овладеть ею полностью, но действовал осторожно, давая время эластичному лону
растянуться под его внушительный размер. Наконец Рей почувствовал, что он
вошел до упора, и оперся на локти, дав ей время при-выкнуть.
— Не могу сдержаться больше! Ладно, она получит свое удовольствие чуть
позже! — и начал двигаться, по-степенно ускоряя ритм и хрипло
постанывая от сильного наслаждения.
Изольда уже устала кричать, просить его и прекра-тила бессмысленное
сопротивление. Стало немного легче, боль стала сладкой и несильной. Мужчина
тем временем стал двигаться как ураган, он вонзался в ее лоно неистово и
исступленно, пока, наконец, не задрожал крупной дро-жью, испустив хриплый
вопль. Что-то жарко потекло вглубь ее тела. Рухнув на девушку, Рей
наслаждался ярост-ным экстазом. Он так давно хотел ее, что казалось, истече-
нию его семени не будет конца. Сразу стало легко в изму-ченных чреслах,
блаженство охватило всю нижнюю часть тела. Сердце стало успокаиваться,
спокойствие и умиро-творение охватило его. Почувствовав, что она бьется под
его обмякшим тяжелым телом, спохватился и скатился с нее в сторону. Лег на
бок и посмотрел на свою юную лю-бовницу.
— Извини, что не смог сдержаться и не привел те-бя к удовольствию! Но я
немного отдохну, и мы продол-жим, — с довольной улыбкой сказал он,
целуя в распухшие от поцелуев губы.
— Нет! — всхлипнула она. — Я очень довольна тобой! Хватит! Я
больше не вынесу!
Не ответив, он вскочил и принес полотенце, не-большую миску с водой и стал
осторожно вытирать кровь с ее бедер.
— Не нужно, я сама! — Изольда услышала запах роз, и поняла, что
эту воду приготовила заботливая Мэри, и от стыда ее лицо заалело. Но мужчина
не обращал на ее крики никакого внимания. После того, как он овладел ею,
хорошее настроение не покидало его, и ничего не могло вывести его из
равновесия. Изольда, постепенно успокаи-ваясь, с удовольствием подумала, что
все плохое позади, и нечего уже больше беречь. Рей не будет больше на нее
злиться, а Ирис с Альмером не будут смотреть на нее с осуждением за ее
неуступчивость. Стало легко и спокойно. Но ее беспокоило это мучительное
желание, оно никуда не ушло и оставалось глубоко в ее теле.
Рей обнял ее и затих, уткнувшись в ее пышную грудь. Его жаркое дыхание снова
стало разжигать неуто-ленную страсть, но, вспомнив о жестокой боли, она ее
обуздала. В его теплых объятиях девушка разомлела, ей стало хорошо и
спокойно, и она задремала. Очнулась она от охватившего ее наслаждения. Рей,
проснувшись, приник к ее груди, как рыцарь из книжки Квентина и, как
ребенок, сосал ее. Его длинные пальцы уже находились глубоко в ней. Боли не
было, было только сильное желание. Из ее груди вырвался жалобный стон, и она
обхватила его свет-лую голову руками. Страсть стала снова наплывать на нее,
и было уже все равно, будет больно или нет. Главное, нуж-но было, чтобы это
стальное копье снова вошло внутрь ее лона и, наконец, избавило от этого
измучившего ее жела-ния.
— Попроси его, моя любовь! — он положил руку на свой твердый меч
и, сжав ее пальцы, стал показывать, как надо его ласкать. — Он подарит
тебе то, что ты так же-лаешь. Охваченная страстью, девушка стала гладить и
лас-кать твердый пульсирующий фаллос. Его размеры уже не пугали, а казались
правильными и великолепными. Засто-нав, Рей перевернул ее и поставил на
колени.
— Обопрись на стенку, моя любовь! — шептал распаленный Рей, и она
с удовольствием почувствовала, как жаркий фаллос осторожно входит в ее
пылающее от желания лона.
— Ах, — вырвался стон наслаждения! — Как хо-рошо! Боль
исчезла, ее, как и не было. Рей стал вонзаться в жаркую глубину, рассказывая
ей, какое удовольствие она ему доставляет, и как
...Закладка в соц.сетях
