Жанр: Любовные романы
Роковая страсть
...илли удастся вытащить.
— Когда ты возвращаешься в Вашингтон?
— Сам пока не знаю. Возможно, пару дней я еще пробуду здесь. — Тут
мне вспомнилась Лора, и я почувствовал себя не совсем уверенно. Получалось,
будто я изменил ей с Кэл. Глупость, конечно, но почему-то мне никак не
удавалось отделаться от этого чувства.
Кэл представила меня одновременно Элен Тарчер и всем сгрудившимся вокруг нее
почитателям, включая мисс Джеральдину, руководителя городской лиги и мэра
Эджертона. Она была хорошо одета, хотя и несколько походила на старую
летучую мышь; от ее выцветших голубых глаз, казалось, ничто не могло
ускользнуть.
— Ну что, молодой человек, — с явным неодобрением проговорила
она, — насколько я понимаю, вы приехали к нам, чтобы разобраться в
истории с вашей сестрой? Сколько раз я предупреждала ее, чтобы не гоняла
так, но она только отмахивалась. Впрочем, как мне говорили, теперь она пошла
на поправку. Это хорошо.
Я кивнул:
— Джилли тоже считает — все дело в скорости.
— И как долго вы собираетесь пробыть в Эджертоне?
— Право, Джеральдина, мистер Макдугал может подумать, что ему здесь не
рады, а это вовсе не так, — неожиданно вмешалась Элен Тарчер, которая
до этого, не произнося ни слова, изучающе смотрела на меня.
А ну как она
видит во мне возможную пару для ее дочери?
— вдруг подумал я. К счастью, в
это время к компании подошел муж Элен, и внимание гостей целиком
переключилось на него.
Алоизиус кивнул жене и чмокнул мисс Джеральдину в напудренную щеку.
— Вижу, вы уже познакомились с нашим гостем?
— Да, славный мальчик. Кажется, он хочет расшифровать название нашей
лиги?
— Верно. — Я согласно кивнул.
— Вот и Чарли Дак был занят тем же, — как бы невзначай заметила
Элен Тарчер. — Пару дней назад он говорил мне, что уже близок к
разгадке. Не стоило мне такую чушь выдумывать: в названии действительно нет
никакого смысла, и я планирую его сменить, да вот только пока ничего путного
в голову не приходит.
— Лучше поговорим об этом как-нибудь потом, дорогая. — Алоизиусу
явно начал надоедать этот разговор. — Где, интересно, пропадает негодяй
Каттер?
— Эджертонская городская лига, — сказала Элен, — вот и все.
Больше ничего не надо — так гораздо проще и ближе к делу.
— Зато ничуть не интересно, — тут же возразила мисс
Джеральдина. — Слишком примитивно, а я этого не люблю. Но не надо
отчаиваться, Элен, давайте лучше спросим у нашего красавчика. Вы ведь из
ФБР, верно?
— Так точно, мэм.
— Еще мне говорили, что вы явились сюда прямо из госпиталя.
— Это правда. Но сейчас я уже в отличной форме.
— Стало быть, вы у нас герой?
— Вовсе нет, мэм, просто оказался не в то время не в том месте. А что,
если так попробовать: к Знанию через Просвещение и Здравый Смысл?
— Неплохо, совсем неплохо. — Элен кивнула.
О Боже, кажется, она воспринимает все это всерьез, и мне не мешает
задуматься о последствиях. Впрочем, мне показалось, что в глазах ее
промелькнула усмешка.
— Но это же простой набор слов, — недовольно нахмурился
Алоизиус, — бессмыслица.
Элен Тарчер мгновенно послала мне ослепительную улыбку.
— Не отчаивайтесь. Мак, может, вам придет в голову что-нибудь еще. Вы
не против, что я вас так называю? Отлично. Мак — хорошее имя, надежное.
Бедняжка Кэл такая ноша на моих плечах...
— Пожалуйста, мама, не надо...
— Да-да, дорогая, я и забыла.
— Если вы скажете мне, для чего нужна эта ваша ЗПЗС, я, возможно,
сумею...
Элен Тарчер быстро взглянула в сторону Джеральдины, но та сохраняла полное
спокойствие.
— Мы занимаемся всем понемногу. Мак. Вначале я основала лигу, чтобы
заставить хозяев местного химического производства убирать за собой отходы,
и с помощью Алоизиуса это таки удалось. Получается, и мы кое на что
способны, а если взяться всем миром, так и вовсе горы можно свернуть. Теперь
лига приходит на помощь всем, кто в беде, и почти всегда нам удается
справляться с появляющимися проблемами. В общем, мы просто большой
клуб, — подытожила Элен, — и завтра нам предстоит организация
поминок по Чарли. Похороны во вторник, и мы постараемся, чтобы все прошло
как положено.
— Бедный старик, — вздохнула Кэл.
— Ну, довольно о грустном. — Алоизиус Тарчер нетерпеливо взмахнул
рукой. — Пора Джеральдине резать свой торт.
Я прошествовал вместе со всеми к длинному столу, в центре которого
возвышалось огромное трехслойное сооружение с бесчисленным количеством
воткнутых в него свечей.
— Не думай, будто мы хотим ее обидеть, — шепнула Кэл. —
Джеральдина сама всегда настаивает, чтобы количество свечей точно
соответствовало числу прожитых ею лет.
Я уже приготовился произнести в ответ какую-нибудь необязательную фразу, как
вдруг уголком глаза заметил двигавшегося ко мне через толпу гостей Пола. Отчего-
то ноги сами развернули меня в его сторону, и я стал пробираться к нему
навстречу.
— Я здесь! Что-нибудь случилось?
— Мак, Джилли исчезла. Мне только что звонили из больницы: никто даже
не имеет представления, где ее искать. Может, ты что-нибудь знаешь об этом?
Что она тебе говорила?
У меня мгновенно пересохло в горле; на какой-то миг мне даже показалось, что
стены зала вот-вот обрушатся и никто из нас не успеет спастись...
Глава 10
Мы вернулись в палату Джилли за полночь, и теперь я тупо смотрел на ее
кровать: впечатление было такое, будто она просто ненадолго вышла, не забыв
перед этим оправить одеяло.
— У нее не было никакой одежды, — сказал я, машинально сминая в
пальцах упаковку с лекарствами — Не могла же она выйти отсюда в одном
халате.
— Днем Джилли просила меня принести ей кое-какую одежду. — Пол
сокрушенно пожал плечами. — Я даже не предполагал... Мне не хотелось,
чтобы она чувствовала себя узницей. Но уверяю тебя, Джилли и словом не
обмолвилась, что собирается уходить отсюда.
— Бред какой-то, — раздался откуда-то из-за стены бас Роба
Моррисона, и вслед за тем он сам появился в дверях, — Она и ходить-то
еще толком не могла.
— Ну, я бы не сказала. — Мэгги с сомнением покачала
головой. — Джилли становилось лучше с каждой минутой, а она здесь уже
четыре дня. Может быть, кто-то в больнице знает, куда ее понесло?
— Я уже поинтересовался — никто ничего не видел. — Роб почесал
переносицу. — Не пойму, зачем ей было уходить? И почему она никому не
сказала ни слова? Я собрал всех, кто был под рукой, и мы прочесали больницу
сверху донизу, но пока похвастаться нечем.
— Пойду, поговорю с местной публикой, — заявила Мэгги, —
наверняка кто-то что-то видел, не дух же она бесплотный...
И тут Пола внезапно осенило:
— А что, если ее похитили?
Когда мы все, оставив дом Тарчеров, мчались сюда, ничего подобного нам в
голову не приходило.
— Интересно, кому это могло понадобиться? — Я инстинктивно
повернулся к Полу.
— Понятия не имею. Возможно, кто-то мог испугаться, что она вспомнит
все случившееся во вторник ночью. Проклятие, ее уже три часа как нет здесь.
Куда она сбежала? И зачем? А может, здесь Лора руку приложила? — Пол
понизил голос: — Мак, я совсем запутался. Ума не приложу, что там случилось
между ней и Джилли. Но кто еще может быть в этом замешан?
Хотя слова Пола звучали вполне убедительно, я не мог заставить себя
поверить, что Лора и впрямь затеяла нечто в этом роде. Но ведь Джилли
постоянно твердила, что Лора предала ее, что Лора опасна.
Подхватив Пола под локоть, я повел его к двери.
— Как ты себе это представляешь? — спросил я, едва мы оказались в
пустом коридоре. — Она что, приставила Джилли пистолет к виску, а потом
перебросила ее через плечо и скрылась? Тогда кто-то непременно должен был их
заметить. Нет, Пол, это совершеннейшая ерунда. Мне нужна правда, и только
правда. Ты действительно спал с Лорой?
— Если тебе так уж надо знать, то — нет. — Пол вспыхнул до корней
волос.
— Тогда зачем тебе понадобилось возводить на нее напраслину?
— Я хотел этого, но она не согласилась, вот я и решил поквитаться.
— Брось, откуда тебе было знать, что мы познакомимся с Лорой, а без
этого какая же месть?
— Действительно, какая? Но это правда, Мак, я хотел ее. Назови мой бред
мечтой, фантазией, как тебе угодно. Гордиться нечем, но что сказано, то
сказано. Теперь мне стыдно за свои слова.
— Джилли говорила, что Лора предала ее, — медленно раздумывал я
вслух. — Если ты действительно не спал с Лорой, если все это выдумка,
то что тогда она имела в виду?
— Наверное, она не сомневалась, что Лора моя любовница. — Пол
пожал плечами.
— Ты намекнул ей на это?
— Слушай, Мак, мы с Джилли живем восемь лет, и у нас за это время было
немало проблем.
— Когда я встречался с сестрой в феврале, она говорила, что вы отлично
ладите друг с другом.
— Да, но ведь брак — это не только секс.
— В тот вторник Лора была у вас дома?
— Естественно, нет, что ей там делать? Я уже говорил тебе, что мы с
Джилли были одни, палтус жарили. Да и какое это, собственно, имеет сейчас
значение? Побегу-ка я лучше в палату.
Я проводил Пола взглядом до дверей палаты, а потом мое внимание отвлекла
Химмел, появившаяся в конце коридора в сопровождении чуть не полудюжины
работников больницы. Я еще не видел ее в таком состоянии: казалось, она вот-
вот расплачется.
— О, мистер Макдугал, это я во всем виновата! Миссис Бартлетт исчезла в
мое дежурство!
Когда я заговорил, мой голос звучал предельно жестко:
— Мне нужна ваша помощь, миссис Химмел. Давайте отойдем куда-нибудь,
где потише.
Мы двинулись в сторону приемного покоя, где пили кофе две сиделки.
— Говорят, она пыталась покончить с собой, — сообщила одна из
них. — Наверное, решила снова повторить попытку.
Заметив нас, обе женщины вскочили.
— О, это вы, мистер Макдугал!
— Извините, но нам с миссис Химмел надо поговорить наедине.
Сиделки мгновенно испарились. Я усадил миссис Химмел на кожаный диван,
который, вероятно, стоял здесь еще лет тридцать назад.
— А теперь рассказывайте. — Я пристроился рядом. Миссис Химмел
глубоко вздохнула и стиснула руки. Слава Богу, бледность ее уменьшилась,
щеки порозовели.
— Миссис Бартлетт вела себя очень спокойно, — заговорила
она. — Это и неудивительно, подумать ей было о чем. Я ведь слышала все
эти разговоры, все хотели что-то от нее узнать. Еще сегодня утром она
говорила мне, будто все случившееся в тот вторник кажется ей чем-то
нереальным, но я не уверена, что она действительно думала так. И все-таки
это я во всем виновата, чего уж там скрывать. Если бы мне не взбрело в
голову съесть на ужин креветок, я сидела бы на своем месте, рядом с миссис
Бартлетт, и ничего бы не случилось.
— Креветки? — Я изумленно заморгал, и миссис Химмел снисходительно
усмехнулась. По-видимому, она уже полностью взяла себя в руки.
— Понимаю ваше удивление, но... Дело в том, что раньше после креветок
мне всегда было плохо. Вот бы мне всегда помнить о своей беде, но эти
выглядели так аппетитно, что я не могла не попробовать хоть немного. Потом я
почти час не выходила из туалета, и миссис Бартлетт вполне могла прошмыгнуть
в дверь палаты никем не замеченной. Конечно, она была одета — мистер
Бартлетт доставил ей целый чемодан одежды.
Так, стало быть, Пол в состоянии описать, во что Джилли может быть одета.
— Не исключено, что Бренда Флак, наша сиделка, права и миссис Бартлетт
собирается покончить с собой. Увы, это печальный результат моей небрежности.
— Да нет, быть того не может. — Я сжал кулаки. — Джилли не
раз повторяла, что это просто несчастный случай, и у меня нет оснований ей
не верить, А вот почему она, не сказав никому ни слова, ушла из больницы,
это действительно вопрос, ответа на который я пока не знаю, хотя докопаюсь
непременно. Вы мне лучше вот что скажите: не случилось ли в больнице в это
ваше дежурство чего-нибудь необычного?
— Да нет, я ничего не припомню. Разве что один звонок — звонила та юная
дама, что была тут вчера.
— Лора Скотт?
— Кажется, ее звали именно так. Она попросила к телефону вашу сестру,
но на линии что-то случилось, и они так и не успели поговорить. Впрочем,
после этого я не заметила в поведении миссис Бартлетт ничего необычного.
К трем утра мое расследование не продвинулось ни на шаг. Нам так и не
удалось обнаружить хоть кого-нибудь, кто бы видел Джилли, когда она покидала
больницу. Мэгги Шеффилд объявила ее в розыск. Поскольку мы даже не знали,
уехала Джилли на машине или ушла пешком, нам не оставалось ничего другого,
как только дать подробное описание внешности и всего, что могло быть на ней
надето.
Я обратился в телефонную компанию и выяснил, что вечером Джилли кто-то
звонил в палату из единственного автомата на Пятой авеню. Было это без
двенадцати минут девять. Лора же звонила около восьми, но, как и говорила
старшая сестра, разговор так и не состоялся.
Когда я снова вошел в палат, там сидел Пол, голова его была низко опущена.
— Кто-то звонил Джилли из автомата.
— Из того, что на Пятой авеню, напротив кондитерской? Впрочем, другого
у нас и нет.
— Любому было нетрудно незаметно уйти с приема и позвонить. В том числе
и тебе. Пол.
— Ты прав. — Он так и не поднял головы. — У Каттера своя
версия — он уверяет, что Джилли до смерти хочется, чтобы люди поверили,
будто она собиралась добровольно уйти из жизни и в любой момент готова
повторить попытку. Ей, видите ли, нужно, чтобы мы жалели ее, чтобы мучались.
А потом она объявится и вволю посмеется над нами. Между прочим, Катгер тоже
был здесь и вместе со всеми участвовал в поисках.
— Ладно, уже поздно, нам надо хоть немного поспать. Мои мозги
отказываются работать, да и все равно до утра нам здесь делать нечего.
Поехали домой, Пол.
Перед визитом к Лоре Скотт мне необходимо было как минимум три часа сна.
На следующее утро, едва пробило семь, я уже въехал на стоянку перед домом, в
котором жила Лора Скотт, и, выйдя из машины, огляделся. Все стоявшие вокруг
коттеджи были построены не более трех-четырех лет назад и напоминали дома,
типичные для сельской Франции: в каждом из них было по три квартиры, а
обшивка их состояла из светло-серой древесины. Перед домами был разбит
симпатичный парк с детскими площадками и прудом, в котором плавали дикие
утки. Слева виднелись бассейн и небольшая площадка для гольфа. Я вспомнил,
что Лора жаловалась на маленькую зарплату, однако было не похоже, чтобы
здесь жили бедняки.
Когда, открыв дверь, Лора увидела меня, она удивленно заморгала:
— Что случилось. Мак?
— Вы вчера не навестили Джилли, хотя собирались сделать это?
Она молча покачала головой, и ее роскошные волосы волнами рассыпались по
плечам. Хотя на Лоре были потертые джинсы, просторная безрукавка и
кроссовки, она казалась чрезвычайно элегантной и женственной.
— Что же вы стоите, входите. Сейчас заварю кофе.
— Спасибо.
Последовав за хозяйкой, я оказался в одном из самых красивых домов, в
которых мне только приходилось бывать. Пол и стены в небольшом холле были
выложены плиткой мягких персиковых тонов, вместе составляющих изображение
буколических сцен из жизни сельской Франции, красивая дубовая лестница вела
наверх. Из холла мы прошли в гостиную восьмиугольной формы, которая казалась
особенно большой благодаря искусно устроенным нишам и потаенным уголкам. По
всему полу были раскиданы обернутые алым шелком подушки, объемистый диван
поражал глаз ярким покрывалом. Повсюду вдоль стен красовались необычной
формы лампы, фонарики, а также еще какие-то предметы совершенно непонятного
мне назначения. В результате казалось, что в комнате не осталось ни единого
свободного дюйма; однако это было не совсем так, потому что я еще не
упомянул о множестве растений и цветов. На спинке одного из стульев
восседала, внимательно разглядывая меня, какая-то птичка — скорее всего это
был попугай откуда-то с южных островов. Заметив меня, он тут же принялся
издавать довольно мелодичные звуки и чистить перышки.
— Это Нолан, — проследив за моим взглядом, пояснила Лора. —
Он не говорит, чему, наверное, следует только радоваться.
— Фьюить!
— Это он так здоровается с гостями.
— Привет, Нолан. — Я отвернулся, и мы пошли дальше. За гостиной
находилась столовая, и за ней скромных размеров кухня, словно сошедшая с
рекламной полосы журнала
Приятного аппетита
. В целом квартира была совсем
неплоха, хотя и выглядела не такой большой, как мое собственное жилище.
— Сколько тут у вас спален?
— Три, и все наверху. А внизу есть еще кабинет. Я взял кофе, но
отказался от предложенных Лорой молока и сахара.
— Славное вы выбрали местечко, Лора.
— Спасибо.
— Я не ошибся, тут действительно на каждую квартиру два гаража?
— Все правильно. Этот дом мне достался по наследству от дяди Джорджа
три года назад.
— Стало быть, раньше он тут и жил, ваш дядя Джордж?
Лора кивнула и сделала несколько глотков из своей чашки. При этом голова ее
слегка наклонилась, отчего волосы сверкающим водопадом потекли по ее щеке.
Мне сразу захотелось нырнуть в этот водопад, подставить руки под его струи,
омыть в нем лицо. Еще входя в дом, я сразу же заметил, что на Лоре нет
лифчика. Сейчас мне это вспомнилось, и я судорожно сглотнул.
Кое-как справившись со своим так некстати пробудившимся либидо, я заставил
себя вернуться к тому, зачем, собственно, и приехал сюда.
— Как я понял, все эти дома выстроены не больше трех лет назад.
— Вы правы. Дядя Джордж внес деньги, когда строительство еще не было
закончено. Он умер полтора года назад. Никогда не забуду, как я впервые
вошла сюда: все кругом было выкрашено в черное, а комнаты забиты какой-то
тяжелой старой мебелью. Слава Богу, мне удалось быстро избавиться от нее, а
потом началось самое интересное — я принялась обживать дом, делать его
своим. — рассказывая, Лора перешла в гостиную, и я последовал за ней.
— Фьюить!
— Нолан любит кофе, но я даю ему самую капельку, да и то перед сном.
На сей раз я обошел стул, облюбованный Ноланом, и уселся напротив Лоры в
кресло, обитое бледно-желтым шелком, рядом со свежеокрашенным журнальным
столиком, на котором лежала пара фантастических романов.
— К Джилли я вчера не поехала, потому что было много работы. Мне еще
предстояло выступить на заседании совета попечителей, а вечером я неважно
себя почувствовала. Ну да ничего, я обязательно заеду к ней сегодня в
середине дня.
Неважно почувствовала? Может, как и сестра Химмел, объелась креветками и провела всю ночь в туалете?
— Вид у вас цветущий, от простуды и следа не осталось.
— Я не уверена, что это была простуда, просто голова жутко разболелась.
Ощущение было отвратительное. Я вернулась домой около четырех и проспала до
утра. Час назад я звонила в больницу, хотела узнать, когда можно навестить
Джилли, но так ни от кого ничего толком и не добилась. Отчего-то все
твердили одно и то же:
Мисс Бартлетт сейчас не может подойти
или
Миссис
Бартлетт сейчас не может взять трубку
. Что вы здесь делаете. Мак? И вообще,
что происходит?
— Сначала скажите, как прошло заседание совета попечителей?
Губы Лоры скривились в улыбке.
— Оно называлось
Вперед, в следующее столетие
. Разговор шел об
экономике библиотечного дела и о том, что библиотеки должны делать, чтобы
выжить.
— Я здесь, потому что Джилли нигде нет.
Лора вскочила, порывисто наклонилась ко мне.
— Но этого не может быть! Она не могла умереть! Джилли только что вышла
из комы и чувствовала себя отлично, по крайней мере так говорил врач. Вчера
я ей звонила, и сиделка, с которой я разговаривала, уверяла меня, что она в
хорошей форме.
— Стало быть, с самой Джилли вы не разговаривали?
— Нет, мне так и не дали. Что произошло. Мак?
— Да не волнуйтесь вы так, я же не сказал, что Джилли умерла. Просто
она куда-то исчезла из больницы.
Лора так же быстро подалась назад, не рассчитав, смахнула со стола чашку с
кофе. Чашка разлетелась на куски, и кофе струйкой поплыл по шелковому
персидскому коврику. У Лоры что-то булькнуло в горле; она отступила в
сторону, огорченно глядя на пол. Тогда я встал и убрал коврик, а потом взял
ее за руку и медленно потянул к себе. Она было заупрямилась, но потом
поняла, что сопротивляться все равно бесполезно, и, уступая, прижалась ко
мне.
— Ничего с ней не случилось, Лора, — прошептал я, вдыхая аромат ее
волос. — Просто я хотел у вас спросить, не знаете ли вы, почему она
ушла из больницы, вот и все. — Я отстранился от нее, потому что
чувствовал: еще чуть-чуть, и я забуду обо всем на свете. — Произошло
это вчера, около десяти вечера, и где она, никто не знает. Вот я и подумал,
может, вам что-то известно.
— Откуда? — Лора даже не пошевелилась. — Я не имею об этом ни
малейшего представления. Одну секунду, Мак, позвольте мне сперва убрать это
безобразие.
Вскоре она вернулась в гостиную с кипой бумажных салфеток и, опустившись на
колени, принялась вытирать пол.
— Вот именно. Никто понятия не имеет, куда она могла подеваться, никто
не видел, как она уходила, когда, с кем...
Лора подобрала осколки чашки и, сидя на корточках, посмотрела на меня снизу
вверх.
— Вы считаете, что я замешана во всей этой истории?
— Я приехал в надежде на то, что вы сможете чем-нибудь помочь. Вчера вы
звонили моей сестре. — Я поднял руку, давая понять, что сейчас ей не
следует перебивать меня. — С ней лично вы не разговаривали, это так, но
послушайте, Лора, вам ведь отлично известно, что Джилли не любит вас.
Возможно, она боится, считает, что вы каким-то образом предали ее. Я точно
знаю: ей хотелось бы держаться от вас подальше. Именно ваше присутствие
помогло ей выйти из комы, но это ничего не меняет — все равно Джилли не
хочет вас видеть.
В прошлый раз вы говорили, будто познакомились с Джилли в библиотеке — она
якобы искала материалы по женскому бесплодию. Извините, но это неправда.
Джилли только полгода назад начала подумывать о ребенке, так что у нее
просто не было нужды беспокоить себя подобными вопросами.
Лора поднялась, медленно и глубоко вздохнула.
— Я сказала вам правду — именно так я и познакомилась с Джилли. Откуда
вам знать, когда надо начинать волноваться в таких случаях? Возможно, она
еще раньше пыталась завести ребенка, только вам ничего не говорила. Пусть
Джилли не такая уж образованная, но она вовсе не дура.
— Вы действительно считаете Джилли необразованной?
— Она сама мне об этом говорила — по ее словам, ей едва удалось
окончить школу. Она все время твердила, какой Пол замечательный, настоящий
гений, а ей остается довольствоваться тем, чтобы ухаживать за ним. По-моему,
это просто смешно. Еще она говорила, что хочет ребенка, и все спрашивала,
пойдет ли он в отца, потому что, если младенец унаследует ее мозги, все
будет очень скверно. Я не стала ей говорить, что, по-моему, Пол слишком
тощий и совсем не следит за собой; надо надеяться, это ребенку не
передастся.
Если ее слова — ложь, то, следует признать, весьма изощренная.
— Послушайте, Лора, из всего этого следует, что Джилли кое-чего
недоговаривала. Она — ученый, исследователь со степенью кандидата наук по
фармакологии. Не пойму, зачем ей понадобилось морочить вам голову, и почему
Пол поддерживал этот обман? Знаете, если вчера вечером вас кто-нибудь видел,
то лучше бы вам его, или ее, отыскать, потому что, по правде сказ
...Закладка в соц.сетях
