Жанр: Любовные романы
Роковая страсть
...ове.
Я глубоко вдохнул, втягивая в себя все еще непривычный запах океана.
Кэл шагала быстро, сосредоточенно глядя себе под ноги — моя компания явно не
доставляла ей удовольствия. Когда она потянулась к дверце своего
БМВ
, я
слегка коснулся ее плеча.
— Минутку, мисс Тарчер. Может, все-таки скажете мне, что происходит?
Чего вы боитесь?
В первый раз за все это время она посмотрела прямо на меня немигающим
взглядом, и я разглядел за стеклами очков ее бледно-голубые, с серыми
крапинками, глаза, спокойные и умные. Неожиданно в них мелькнуло какое-то
странное выражение, смысл которого я так и не понял. Кэл гордо выпрямилась и
сразу стала довольно высокой и уверенной в себе. Голос ее, негромкий и
рассудительный, был под стать взгляду.
— А вот это, мистер Макдугал, вас совершенно не касается. Всего
доброго. Увидимся завтра вечером, если, конечно, вы не уедете из города
раньше.
Она равнодушно кивнула мне на прощание, нырнула в
БМВ
, и уже через
несколько секунд машина скрылась за поворотом.
Я продолжал стоять на месте, задумчиво вглядываясь в уходящий за горизонт
океан. Где-то ярдах в двухстах от берега покачивалась одинокая рыбацкая
лодка, в ней неподвижно сидели двое.
Я вздохнул и медленно побрел к дому.
Неожиданно навстречу мне из дверей дома выскочила Мэгги, засовывая на ходу
мобильник в карман куртки.
— Только что звонил доктор Ламберт: кто-то размозжил голову Чарли Даку.
Благодарение Господу, он живет по соседству с доктором и сумел доползти до
его двери. Док говорит, дела плохи. Я немедленно еду туда.
— Чарли Дак — это тот старикан, с которым мы вчера встретились в
Эдвардианце
? Помнится, он хотел о чем-то поговорить со мной. Просто бред
какой-то.
— Если не хуже. Ладно, мне нельзя терять ни минуты. Увидимся.
Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. И все же интересно, чего
хотел от меня Чарли?
Глава 6
Прихватив с собой пару сандвичей, я поехал по Пятой авеню на Ливерпуль-
стрит, где Пол трудился в лаборатории. Я вытащил его оттуда в половине
первого, и вскоре мы уселись перекусить за столик ближайшего кафе.
— Ничего не получается. — Пол поставил передо мной банку с
пивом. — Мысли разбегаются, так что даже простейших задач решить не
могу. — Он содрал фольгу с сандвича. — Ага, недожаренный ростбиф —
как раз то, что я люблю. Как это ты догадался. Мак?
— Джилли говорила, что ты ешь мясо только в таком виде и обязательно
намазываешь майонезом. Продавщица на Пятой, как видно, в точности знает твой
вкус.
На лице у Пола появилось страдальческое выражение.
— Знаешь, Мак, все никак не могу привыкнуть, что Джилли нет рядом:
никто не ругает меня растяпой за забывчивость и не просит оставить в покое и
не мешать заниматься делами — ведь ее работа ничуть не хуже и, я бы сказал,
даже важнее моей. Ты ведь знаешь, настроение у нее меняется каждую минуту:
она может наорать и тут же засмеяться. А потом перегнется через стол,
легонько за ухо укусит... Тяжко мне, вот и все.
— Пол, а кто такая Лора?
Рука Пола дернулась, и из банки вылилось немного пива; в какой-то момент мне
даже показалось, что беднягу вот-вот хватит удар. Он не выругался, вообще ни
единого слова не произнес, только тупо смотрел, как пиво капает на
поверхность стола.
Я передал ему бумажную салфетку и, дождавшись, пока он сотрет пятно, спросил
вновь:
— Ну так кто такая Лора? Расскажи мне про нее.
Пол надкусил сандвич и, не глядя на меня, принялся жевать. Затем он сделал
большой глоток пива и с трудом произнес:
— Лора? Не припомню такой.
Хотя Полу Бартлетту исполнилось тридцать шесть, он был на удивление тощим и
все еще одевался по-студенчески: носил широкие брюки цвета хаки, темно-
зеленую безрукавку и легкие светло-коричневые итальянские мокасины с
кисточками.
Джилли не уставала повторять мне, что Пол — настоящий гений. Что ж, весьма
вероятно, но при этом он еще и порядочный лгунишка. Ну ничего, я и не таких
раскручивал.
— Все-таки, Пол, я хочу знать. Расскажи мне о ней, это важно.
— А почему, собственно? И откуда, черт побери, тебе вообще известно это
имя?
— От Джилли. — У меня вовсе не было идеи посвящать его в
подробности моего сна. Сейчас все это совершенно лишнее. — Откинувшись
на спинку стула, я небрежно пояснил: — Она несколько раз произнесла это имя.
Просто имя, и больше ничего. — О том, что Лора, по словам Джилли,
предала ее, я, разумеется, умолчал.
Неожиданно Пол успокоился, и только тут я понял, какую дал промашку: не
следовало говорить ему, что, кроме имени женщины, мне ничего не известно. Я
повел себя как полный идиот, а ведь меня специально натаскивали, учили, как
надо блефовать и вводить в заблуждение. Что ж, видно, старею. Но с другой
стороны. Полу-то зачем врать понадобилось? Впрочем, я тут же сообразил, что
Джилли могла иметь в виду: Лора и Пол вместе обманывали ее.
Пол снова впился зубами в сандвич, майонез потек по краям и капнул на
салфетку. Он принялся неторопливо жевать, явно пытаясь выиграть время.
Старая уловка: пока ты молчишь, другой авось заговорит — вот только меня на
такую удочку не поймаешь.
Наконец Пол прервал молчание:
— Ну, положим, действительно есть такая, в Сейлеме живет. Только это
совершенно посторонняя женщина, не уверен даже, что именно эту Лору Джилли
имела в виду: насколько мне известно, она не только не знала ее, даже не
слышала о ее существовании. — Пол отхлебнул пива, и рука у него теперь
ничуть не дрожала.
— Ну хорошо, пусть так. А ты-то откуда знаешь эту Лору? Надеюсь, у нее
есть фамилия?
— Не слишком ли много вопросов. Мак? К чему ты, собственно, клонишь?
— Знаешь, Джилли на самом деле сказала:
Лора предала меня
. Что она
имела в виду?
Пол потряс головой, словно в челюсть получил, и некоторое время собирался с
мыслями. Потом он сказал:
— Ну ладно, ладно, была Лора, что дальше? Все равно мы уже несколько
месяцев не встречаемся. Да, признаю, в какой-то момент я потерял голову, но
потом понял, что люблю Джилли и не хочу потерять ее.
— Стало быть, Лора — твоя любовница?
— Сногсшибательное открытие, а, Мак? Ну что ты смотришь на меня как на
ископаемое? Действительно, я на целых десять лет старше тебя, мышцы не
бугрятся, и вообще ничего общего с широкоплечим молодцом-полицейским,
гоняющимся за террористами, я не имею. Наверное, единственное, что говорит в
мою пользу, так это определенный уровень развития, благодаря чему, возможно,
Джилли и вышла за меня.
Я с трудом заставил себя проглотить очередной кусок сандвича. Так и есть.
Джилли предали оба: и Пол, и Лора. В этот момент у меня появилось сильнейшее
желание свернуть Полу Бартлетту шею. Я жевал медленно, точь-в-точь как
Пол, — это лучший способ успокоиться, а именно спокойствие мне сейчас
нужно было больше всего. Потом я заговорил, стараясь ничем не выдать своих
чувств:
— Давай-ка кое-что проясним, дружище. Честно говоря, мне трудно
поверить, что женатый человек, особенно женатый счастливо — а ведь это твой
случай, так? — станет бегать за первой попавшейся юбкой.
— Ты прав. Мне жаль, что так получилось, Мак. — Пол запустил
пальцы в свои светлые волосы. — Очень жаль, особенно теперь.
— Как фамилия этой Лоры?
— Скотт. Лора Скотт. Она работает в справочном отделе сейлемской
публичной библиотеки, где я с ней и познакомился.
— А что ты там забыл, в этой библиотеке?
Пол пожал плечами:
— У них отличные справочные материалы, из-за чего я их время от времени
вынужден навещать.
— А как Джилли узнала, что ты спишь с Лорой?
— Понятия не имею. Сам я, как ты понимаешь, ей об этом не говорил. Но
они, конечно, были знакомы и даже, кажется, считались подругами.
— Выходит, Джилли тоже бывала в сейлемской библиотеке?
— Да, ей там нравилось. Не спрашивай почему, но нравилось. Знаешь, Мак,
Лора — женщина застенчивая, замкнутая, она бы ни за что не призналась
Джилли. Так что ума не приложу, как ей удалось догадаться. Вообще-то они
совсем разные. Джилли красива, талантлива, общительна, как и все вы,
Макдугалы. Она никогда не идет просто, она вышагивает, источая при этом
уверенность, она никогда ни в чем не сомневается. Иное дело Лора. Иногда
кажется — перед тобой тень, настолько она всего боится, даже самой себя.
— Тогда чего же ты спал с этой тенью?
Пол задумчиво посмотрел на остатки сандвича.
— Как говорится, нельзя все время жевать один и тот же кусок мяса.
Может, мне просто захотелось разнообразия.
— И что, Лора Скотт все еще в Сейлеме?
— Понятия не имею. Когда я сказал ей, что все кончено, она выглядела
страшно подавленной. Не знаю, осталась ли она работать на прежнем месте, да
и какое это имеет значение? Говорю же тебе, Джилли никак не могла узнать об
этом романе — разве что я как-нибудь во сне произнес имя, которое она
услышала. Теперь уже все равно, дело прошлое.
Прошлое — только не для меня; но об этом я не стал говорить Полу. Даже в
бессознательном состоянии Джилли произносила это имя. Уж не из-за Лоры ли
она погнала свой
порше
к утесу?
Уже через час, крепко вцепившись в руль, я мчался к своей новой цели.
Сейлем, главный город штата Орегон, расположился в самом центре долины
Уилламет, на берегу одноименной реки, всего лишь в сорока трех милях к юго-
востоку от Портленда. Как-то Джилли, приканчивая третий бокал белого вина,
сказала мне, что индейцы называли эти края
Чемекета
—
место отдыха
;
Сейлем же, в свою очередь, на иврите означает
шалом
—
мир
.
Добравшись до окраины, я свернул с дороги, притормозил на небольшой стоянке
и набрал 411, однако в справочной не знали никакой Лоры Скотт. Тогда я
попросил дать мне номер местной публичной библиотеки. Через десять минут я
разыскал большое бетонное здание, разделяющее Либерти-стрит и Коммершиал-
стрит, — оно оказалось совсем недалеко от Уилламетского университета,
находившегося в южной части города.
От здания мэрии библиотеку отделял большой двор, а внутри ее было просторно
и светло. Пол покрывал ковер бирюзового оттенка, полки отсвечивали
оранжевым, и хотя я лично предпочел бы какой-нибудь другой цвет, студентам
такая пестрота, видимо, нравилась: возможно, она просто не давала им заснуть
над книгой. Пройдя к дежурному, я поинтересовался, работает ли здесь мисс
Скотт.
— Она заведует у нас отделом справочной литературы. — Мужчина,
отвечавший мне, судя по виду и сильному акценту, был явно из здешних краев.
Он ткнул пальцем куда-то направо, и я, поблагодарив его, проследовал в
указанном направлении.
И тут я впервые увидел Лору Скотт. Что там сказал Пол? Застенчивая, робкая,
чуть ли не тень самой себя... Возможно, он просто ослеп, ибо при виде ее я
почувствовал такое сильное желание, что мне даже пришлось облокотиться о
полку с книгами по английской истории девятнадцатого века. Даже слишком
длинное свободное платье скучно-оливкового цвета не могло скрыть
женственность ее форм. Волосы Лоры были сразу нескольких оттенков — темный
переходил в каштановый и потом в пепельно-серый; правда, они были скреплены
множеством заколок, но все равно нельзя было не заметить, какие они густые и
длинные. Теперь меня уже не слишком удивляло то, что Пол потерял голову.
Только вот почему он говорил, что она дурна собой? Определенно, в его планы
вовсе не входило помогать нашей встрече.
Впрочем, в одном отношении Пол был прав: Лора действительно выглядела как
настоящая библиотекарша, особенно с этой своей дурацкой прической. И все
равно я никак не мог избавиться от впечатления, что от нее исходит некое
сияние. Я снова оперся о полку с книгами. По-моему, я просто схожу с ума. А
может, это она нарочно напускает на себя такой вид, чтобы держать мужчин в
узде? Так или иначе, Пола она таки соблазнила.
Кстати сказать, меня тоже. На всякий случай я трижды произнес про себя:
Они
с Полом предали Джилли
, — а потом, дождавшись, пока очередной
посетитель — старшеклассник в мятых джинсах — не исчезнет с журналом в руках
за полками, я подошел поближе.
— Нынче школьники одеваются так, что хочется снять с них штаны и
надавать по заднице. Взять хоть этого малого, с которым вы только что
разговаривали, — стоит кашлянуть, и его джинсы окажутся на полу.
Кожа у нее на лице гладкая и молодая. Секунды три Лора простояла, словно
меня здесь и не было, — просто смотрела куда-то отсутствующим,
бесцветным, как рисовый пудинг, взглядом. Затем она повернулась в мою
сторону и, к немалому моему удивлению, откинув голову, расхохоталась. Ее
смех взорвал тишину, словно барабанный грохот.
Сидевший у своего столика дежурный библиограф поднял голову и даже слегка
приоткрыл рот: по-видимому, до сих пор ничего подобного ему слышать не
доводилось. Это был настоящий, неподдельный и чудесный смех.
Я с улыбкой протянул ей руку:
— Добрый день, мисс Скотт, меня зовут Форд Макдугал. У вас в городе я
новичок, только что начал преподавать в Уилламетском университете.
Политология, главным образом европейские страны, девятнадцатый век. Зашел к
вам посмотреть, чем студенты могут поживиться в городской библиотеке. Между
прочим, мне нравится это необычное сочетание: оранжевые полки и бирюзовый
ковер.
— Добрый день. Доктор Макдугал или мистер Макдугал?
— Простите, конечно, доктор Макдугал, просто не люблю употреблять все
эти титулы вне университетских стен.
— Прошу прощения за мой смех, — низким голосом проговорила
она. — Вообще-то обычно со мной такого не случается — на самом деле я
очень серьезный человек и смеюсь редко.
Откашлявшись, она поправила лацкан пиджака.
— Ладно, буду звать вас Макдугал — этого достаточно? А я Лора Скотт,
заведую справочным отделом.
Мы обменялись рукопожатием. Рука у нее на удивление сильная, кисти и пальцы
удлиненные, ногти отлично ухожены.
— И давно вы на этом месте?
— Около шести месяцев. Вообще-то я родом из Нью-Йорка, училась в
здешнем университете и получила диплом по библиотечному делу. Это моя первая
работа, в которой только одно плохо — жалованье. Едва могу позволить себе
купить корм для Грабстера — это мой кот, ему уже четыре года. И еще у меня
есть Нолан, тоже любитель поесть, только это птица.
Я с восторгом ловлю каждое ее слово. Грабстер и Нолан. Пожалуй, эти имена
мне нравятся, но еще больше нравится смотреть на ее губы — полные, со
следами алой помады.
В конце концов, мне пришлось незаметно ущипнуть себя. Кажется, я веду себя
как подросток.
— Согласен, с деньгами всегда морока. Мне, правда, легче, чем вам: ем я
немало, но зато не приходится делиться ни с Грабстером, ни с Ноланом.
Университет тоже платит не щедро. Должность у меня профессорская и кабинет с
хорошим обзором из окна, но система отопления настолько древняя, что я
постоянно боюсь, как бы ее не прорвало.
На сей раз она не засмеялась, но в уголках губ затаилась улыбка. Лора явно
находит меня забавным, а именно на это я и рассчитывал, придя сюда с заранее
заготовленным текстом. Мне предстояло очаровать эту дамочку и во что бы то
ни стало добиться от нее правды, но сейчас единственным моим желанием было
сгрести ее в охапку и отправиться с ней вдвоем на Таити.
— Как насчет того, чтобы поужинать сегодня? — Заметив, что она
колеблется, я тут же добавил: — Вижу, вы беспокоитесь, как бы я не оказался
Джеком Потрошителем, но ведь нам не обязательно куда-то идти, можно остаться
здесь. Таким образом, мне не удастся похитить вас и совершить какую-нибудь
непристойность, а вы сможете в любой момент вернуться сюда. Я тут заметил у
вас на первом этаже кафе
Амадей
— там не слишком плохо кормят, надеюсь...
— И очень напрасно. Если меня заставят съесть в этом чертовом заведении
еще хоть один салат, я просто умру, — решительно заявила Лора. Она
бросила взгляд на большие настенные часы и, улыбнувшись мне, кивнула: — В
конце этой улицы есть отличное местечко.
Еще час я прогуливался по сейлемской публичной библиотеке, а затем мы
двинулись вниз по Либерти-стрит и вскоре оказались в
Май Тхай
— том самом
отличном местечке, оказавшемся настолько темным и пыльным, что поначалу мне
даже стало слегка не по себе.
Перед тем как выйти из библиотеки, Лора распустила волосы, и мне сразу
захотелось потрогать их. По дороге она слегка прижималась ко мне и совсем не
напоминала застенчивую простушку. Она вела себя совершенно непринужденно,
охотно смеялась моим шуткам, так что в ее обществе я чувствовал себя парнем
что надо. Лора рассказала, что в марте ей исполнилось двадцать восемь, она
не замужем, живет в доме на четыре семьи прямо у реки, играет в теннис и
увлекается верховой ездой, а ее конюшня находится в пяти милях от города.
Со мной у нее явно никаких проблем, да и мне вовсе не хочется ее
останавливать. Для себя я придумал увлекательную академическую карьеру,
сплетенную из историй, в разное время рассказанных мне друзьями и
родственниками, хорошо знакомыми с университетской жизнью. Когда Лора доела
сате из цыплят, я понял, что ужин заканчивается — а ведь я приехал сюда
вовсе не затем, чтобы пофлиртовать или тем более затеять серьезный роман с
этой женщиной.
— Знаете, — непринужденно начал я, глядя на очаровательную
библиотекаршу, как кобра на мангусту, — у меня есть родственники в
Эджертоне, в часе езды отсюда, прямо на берегу океана.
Лора продолжала жевать, но я сразу почувствовал в ней какую-то перемену.
Глаза, до того подернутые поволокой, вдруг сузились, и даже сквозь очки было
видно, как изменилось их выражение. Однако комментариев так и не
последовало.
— Моего кузена зовут Роб Моррисон, он полицейский, — как ни в чем
не бывало продолжал я. — У него свой домик на самом побережье.
Выглядываешь в окно — и ощущение такое, будто на лодке покачиваешься.
Слышали когда-нибудь об этом городке? Может быть, вы даже знаете там кого-
нибудь?
Интересно, скажет она правду или нет?
— Слышала и знаю.
Я едва со стула не свалился от изумления: чего это она так
разоткровенничалась с совершенно незнакомым ей человеком? А впрочем, может,
именно поэтому: у нее нет оснований не доверять мне.
— И кузена моего знаете?
— Роба Моррисона? Н-нет, что-то не припоминаю.
— Если бы увидели хоть раз, то наверняка бы не забыли — он у нас
настоящий атлет, чемпион.
Лора глубоко вздохнула, прижала руки к груди и прикрыла глаза. Теперь никто
в целом мире не назвал бы ее обыкновенной скромницей.
— Я знаю там только Джилли и Пола Бартлеттов.
— Мир тесен, — заметил я в надежде, что мой голос звучит по-
прежнему ровно. — Мне приходилось встречаться и с этой четой. — Я
отправил в рот ложку кокосового супа. — Вы немного моложе Джилли, так
что вряд вместе ходили в школу. Где же вы познакомились?
— Это было месяцев пять назад, здесь, в Сейлеме, — она приехала
поработать в нашей библиотеке. Мы тогда разговорились: она искала
публикации, связанные с бесплодием. Я посоветовала ей воспользоваться
Интернетом, но она сказала, что эта техника ей не по зубам. Потом мы
встречались довольно регулярно, раз-два в неделю, либо здесь, либо в
Эджертоне. А Пола я узнала позже, месяца три назад.
Откинувшись на мягкую спинку стула, я машинально постукивал по столу вилкой.
Стало быть, Джилли сказала Лоре, что ничего не понимает в компьютерах?
Интересно, зачем ей понадобилась эта ложь — ведь она смолоду настоящий
чемпион в этом деле. И при чем тут бесплодие?
— Стало быть, вы с Джилли подруги? — промямлил я наконец.
— Да.
— И еще вы были любовницей Пола Бартлетта, не так ли?
Лора склонила голову кабок, и ее чудесные волосы, стекая пышной волной по
левому плечу, едва не попали в тарелку.
— Как вас следует понимать, мистер Макдугал? Неужели Джилли послала вас
сюда? Что вообще происходит?
— Извините, мисс Скотт, я вам солгал. Никакой я не поофессор
Уилламетского университета, и в библиотеку пришел специально, чтобы
познакомиться с вами. Впрочем, меня действительно зовут Форд Макдугал, и я
брат Джилли, а сама она лежит в коме в местной больнице.
Лора Скотт вздрогнула и выронила ложку. Лицо ее мертвенно побледнело. На какой-
то момент мне даже показалось, что она вот-вот грохнется в обморок, и я даже
вскочил было, чтобы поддержать ее, но вовремя остановился. Судя по всему,
она вполне владеет собой, а вот я — нет.
Из всего, что я ей только что наговорил, Лора, кажется, услышала только
одно.
— Джилли в коме? Что за бред! Этого просто не может быть.
— Ну почему же?
— Потому что я видела ее в Эджертоне во вторник вечером.
Таким болваном я не чувствовал себя с тех самых пор, как в школе
преподавательница английской литературы сообщила мне, что
Грозовой перевал
— это название романа Эмилии Бронте, а вовсе не аристократический район
Лондона.
Некоторое время я тупо смотрел на Лору и наконец кое-как выговорил:
— Стало быть, во вторник вечером вы виделись с Джилли и Полом?
— Ну да, тогда они устроили нечто вроде вечеринки. Уйти мне пришлось
рано, так что я не знаю, что происходило потом.
— И кто еще был на этой вечеринке?
— Только мы трое. Повторяю, я пробыла у них недолго: у меня заболел
Грабстер, и ему надо было давать лекарство. Впрочем, какое все это имеет
значение? Расскажите лучше о Джилли. Надеюсь, она поправится?
— Сейчас никто не берется сказать, чем все это кончится.
— Но что же все-таки с ней случилось?
— Джилли врезалась на своем
порше
в утес, и машина рухнула в воду. К
счастью, мою сестру вытащил оттуда один полицейский. Но еще прежде она
говорила мне, что вы предали ее. Не поясните, что она имела в виду?
Лора тряхнула головой, и волосы ее вновь оказались в опасной близости от
тарелки.
— Ума не приложу. Стало быть, вы меня искали затем, чтобы выяснить,
каким образом я предала вашу сестру? Поверьте, я просто не понимаю, о чем
речь. — Внезапно Лора замолкла, а потом проговорила, уставившись в одну
точку: — Ерунда какая-то. Ведь Джилли — отличный водитель. Даже в голове не
укладывается. На той последней встрече она была в отличном настроении, все
время смеялась. Может быть, кто-то подтолкнул ее к этому утесу или то был
просто несчастный случай?
Даже мне, профессиональному сыщику, не приходило в голову, что Джилли мог
кто-нибудь
помочь
. А вот Лора так подумала...
— Все случилось в десяти милях от Эджертона, недалеко от Пересечения с
шоссе номер 101, и больше всего похоже на попытку самоубийства.
— Тогда как же она уцелела?
— Говорю вам, полицейский видел катастрофу и ухитрился вытащить Джилли
из затонувшей машины. Конечно, это больше похоже на чудо...
Лора медленно привстала и обвела взглядом стол, на котором громоздились
тарелки с Таиской едой, а потом, покачав головой, запустила руку в толстый
бумажник и, вытащив пятидесятидолларовую купюру, положила ее рядом с
супницей.
— Она всегда слишком гоняла на этой своей игрушке, сигналила, распевала
во все горло: ей нравилось чувство опасности. Вот только Джилли не из тех,
кто кончает самоубийством. Возможно, просто потеряла управление. Мне надо ее
видеть, сейчас же; Говорите, она в эджертонской больнице?
— Именно так. — Я поднялся и, прикоснувшись к ней, на мгновение
задержал ее руку. — Лора, скажите честно: вы спите с Полом? Или, может
быть, раньше?..
Она посмотрела на меня как на сумасшедшего:
— Разумеется, нет. Даже говорить об этом смешно.
Я поймал себя на том, что все еще держу ее руку и вовсе не хочу отпускать.
— А вот Пол утверждает, что до самого последнего времени был вашим
любовником. Может быть, поэтому Джилли говорит, что вы ее предали?
Лора стряхнула мою руку. На какой-то миг мне показалось, что она вот-вот
ударит меня, но, кажется, я ошибся.
— Я никогда не спала с Полом. Он лжет. Но зачем это ему? Не понимаю и
почему ваша сестра назвала меня предательницей.
— И все-таки что-то заст
...Закладка в соц.сетях
