Жанр: Любовные романы
Без маски
...ри отчетливо звучало
предупреждение.
Но она, проигнорировав его, продолжала:
— Граф Эглинтон может сколько угодно отказываться от притязаний на мой
денежный сундук, но я от него не отказываюсь. Мое приданое в денежном
выражении оценивается в двадцать тысяч фунтов, не так ли? И если уж я стала
придворной дамой, то мне потребуются теперь деньги на всякую мелочь. Так что
извольте платить — и не затягивайте с этим, поскольку годы идут, а я отнюдь
не становлюсь моложе.
Ньюкасл покосился на Монтгомери и со вздохом проговорил:
— Вот чего я добился, потакая ей во всем, когда она была ребенком. Не
завидую вам, граф, ибо перевоспитывать ее придется именно вам.
Велвет одарила отца любезной улыбкой.
— Когда мы с графом будем пребывать в Болсовере, приезжай навестить нас
там, отец. И свою милейшую жену Маргарет не забудь прихватить. Скажи ей, что
я очень, очень хочу ее видеть.
Приподняв юбку, Велвет проследовала к конюшне. Сделав реверанс перед
королем, она сказала:
— Ваше величество, я хотела бы полюбоваться вашей конной гвардией.
Карл снял шляпу и с поклоном ответил:
— Не сомневаюсь, что мои гвардейцы оправдают ваши надежды, моя
прелесть.
В ту ночь Грейстил обнял жену в полутемной спальне и сказал:
— Мне оставалось только восхищаться тем, как ты отстаивала наши с тобой
интересы перед интересами своих родственников. Ну а когда ты пригласила отца
с визитом в Болсовер, я понял, какого мужества это от тебя потребовало.
Велвет очень польстили слова мужа, и она расплылась в улыбке.
— С другой же стороны, когда ты затребовала свое приданое, я совершенно
опешил, ибо мы с твоим отцом перед этим обо всем договорились.
— Это потому, что ты родился под знаком Овна. Овнам нравится всегда и
во всем быть самыми главными и держать все в своих руках.
— Нет. — Грейстил решительно покачал головой. — Это потому,
что я мужчина, которому не нравится, когда женщина меняет его решения.
Она приподнялась на цыпочках и поцеловала его в щеку.
— Да, я такая. Настоящая ведьма — вот кто. Даже отец сказал, что не
завидует тебе, так как ты должен перевоспитывать меня.
— Уверен, что справлюсь с этим, — ответил Грейстил с усмешкой. Он
поцеловал жену в губы, и она крепко прижалась к нему. — В следующий
раз, дорогая, не оспаривай моих решений на публике.
Велвет поцеловала мужа в ответ и еще крепче к нему прижалась. Но она,
разумеется, вовсе не собиралась выполнять его требования.
Велвет быстро стала одной из самых заметных дам при королевском дворе.
Графиня Эглинтон была красивой, жизнерадостной, и она всегда прекрасно
одевалась. Однако не эти качества выделяли ее из толпы придворных дам.
Большинство придворных легко вступали в случайные связи и были совершенно
безнравственными, а Велвет Монтгомери в этом смысле являлась исключением.
Что же касается короля Карла, то он готовился в самое ближайшее время
вступить в брак. Недавно в Уайтхолл прибыл герцог Ормонд, который привез с
собой португальского посла Франсиско де Мелло, предлагавшего Карлу руку
дочери короля Португалии. И сразу же начались переговоры, которые король
постоянно торопил, так что Мелло отплыл домой уже в начале июля, увозя с
собой проект брачного договора. Принцесса Екатерина Браганса могла стать
королевой Англии и женой Карла Стюарта в обмен на привилегии в торговле с
португальскими колониями и внушительную сумму наличных.
Все лето король трудился во благо Англии, и можно было не сомневаться, что
сложность и множественность стоявших перед ним задач сломили бы менее
крепкого и энергичного человека. Кроме того, король Карл по-прежнему не
отказывал себе в удовольствиях, поэтому всякого рода увеселения и
празднества случались при дворе постоянно. Следует отметить, что за первые
месяцы своего правления Карл зарекомендовал себя человеком весьма скромным,
доброжелательным, и эти его качества многих к нему привлекали.
Как-то раз Велвет вместе с другими придворными дамами наблюдала за теннисным
поединком между королем и Джеймсом Батлером, герцогом Ормондом.
— Его величество, как обычно, выигрывает, — сказала Велвет, —
но ваш отец, Мэри, тоже отличный теннисист. Вам ведь нравится пребывание при
нашем дворе?
Пятнадцатилетняя Мэри Батлер со священным трепетом внимала словам старшей
подруги.
— Да, очень нравится, — закивала она. Потом вдруг воскликнула: — У
вас такие красивые волосы, миледи! Как я хотела бы иметь локоны и завитки
вроде ваших...
Графиня Эглинтон весело рассмеялась.
— Во-первых, зовите меня просто Велвет. А во-вторых, ничто не мешает
вам обзавестись такими же завитками, как у меня. Приезжайте к нам в гости, и
мы с моей служанкой Эммой покажем вам, как уложить волосы в такую прическу.
Кстати, я слышала, что ваш отец ездил по Европе с миссией... Он должен был
найти для нашего короля невесту. Интересно, преуспел ли он?
Мэри вспыхнула:
— Отец никогда не обсуждает со мной сердечные дела его величества. И
вообще я в такие дела не вмешиваюсь.
Велвет с улыбкой кивнула:
— И правильно делаете, Мэри.
Она решила, что сама обо всем расспросит короля.
Когда теннисный матч завершился — вничью, как выяснилось, ибо соперники
выиграли по два сета каждый, — Велвет последовала за возвращавшимся во
дворец Карлом. Сопровождавшие его придворные деликатно удалились, дабы
позволить им уединиться.
— Здравствуй, моя красавица! — Король улыбнулся молодой
графине. — Тебе понравилась игра?
— Чрезвычайно. Его светлость герцог Ормонд — достойный противник.
— А Монтгомери играет в теннис? Мне почему-то представляется, что из
него выйдет отличный игрок.
— Разумеется, играет. Он хорошо играет во все игры, — ответила
Велвет с лукавой улыбкой. — Но так ли он хорош в теннисе, как Ормонд,
я, конечно, сказать не могу.
— Что ж, достойный ответ преданной и любящей жены.
— Кстати, к вопросу о женах, сир. Не хотели бы вы, чтобы я, порывшись в
астрологических книгах, представила вам подробную характеристику одной
женщины, имени которой мы упоминать не будем?
— Ох, Велвет, какая же ты любопытная! — Король рассмеялся, потом
вдруг сказал: — Дорогая, дай мне время принять ванну и переодеться. А потом
приходи со своими астрологическими книгами, и мы с тобой поболтаем на эту
тему.
Часом позже, когда Велвет постучала в дверь королевских апартаментов,
открывший ей секретарь провел ее во внутренние покои и ввел в небольшой
кабинет, где король сидел за письменным столом со своими любимыми спаниелями
у ног.
При виде гостьи Карл поднялся из-за стола, а его спаниели бросились к ней,
чтобы обнюхать ее юбки.
— Присаживайся, Велвет, и чувствуй себя как дома.
— Я, должно быть, отвлекаю вас от важных дел, сир?
— И хорошо, что отвлекаешь. Дела у меня никогда не кончаются.
Велвет опустилась в удобное кресло, а собачки расселись у ее ног. Карл же
вернулся на свое место за столом и с улыбкой сказал:
— Сейчас занимаюсь тем, что подписываю документы о возведении в сан
пэра тех, кто хорошо послужил моему делу. Например, Эдвард Монтегю, глава
Адмиралтейства, завтра станет графом Сандвичем.
— Он будет эскортировать вашу будущую жену в Англию на одном из своих
кораблей, не так ли?
— Это не его корабли, а мои. — Король усмехнулся и с любопытством
посмотрел на Велвет. — Ты, дорогая, упряма, как терьер. Никак не
оставишь эту тему. Неужели действительно веришь в астрологию?
— Верю, сир. Когда-то я сказала, что звезды обещают вам корону, и вы
поверили мне! Ну так вот: если вы назовете мне день рождения этой леди, я
расскажу вам, какая она.
Король ненадолго задумался.
— Год рождения я знаю. Что же касается всего остального... — Он
открыл небольшую записную книжку и пролистал несколько страничек. —
Вот, двадцать пятое ноября...
— Она — Стрелец, как и я!
Карл в притворном ужасе всплеснул руками:
— Помоги мне, Господи! Всюду сует свой нос, отчаянная, упрямая, да еще
и любопытна... как обезьяна, верно?
— Нет, сир. Все это — качества декабрьского Стрельца. Те же Стрельцы,
что рождаются в конце ноября, обладают мягким характером. Обычно они
застенчивые, строгие в вопросах морали и не выказывают непослушания даже в
малом. Кроме того, они обладают даром всепрощения, обожают животных,
ненавидят ссоры и драки и никогда не доставляют никому неприятностей, но
всяком случае — намеренно.
— Если верить твоим словам, она прямо-таки святая. Как ей,
спрашивается, обрести счастье с таким грешником, как я?
— Она будет счастлива, сир. Все Стрельцы наделены огромным даром любви.
— По-моему, Велвет, ты манипулируешь мной. Говоришь о качествах,
которые, по-твоему, должны мне нравиться, и утаиваешь все остальное.
Велвет поморщилась, но все-таки выложила всю правду:
— Люди, рожденные под знаком Стрельца, упрямы, откровенны и склонны к
эксцентрическим поступкам и увлечениям.
— Вроде увлечения астрологией, не так ли? — насмешливо
поинтересовался король. — Кстати, дай-ка мне описание человека,
рожденного в начале ноября.
— Это — Скорпионы. Они честолюбивы, требовательны и опасны, поскольку
обладают сильными страстями. Кроме того, они непреклонны в достижении цели,
а также очень мстительны, любят запугивать других и устраивать сцены. И
конечно же, они совершенно аморальны.
Карл подумал о Барбаре и пробормотал:
— Что ж, возможно, в этой твоей астрологии и в самом деле что-то
есть...
Они завели долгий разговор на эту тему, и в результате Карл получил описания
характеров некоторых своих родичей. Беседуя и посмеиваясь, король и
придворная дама совершенно забыли о времени и пропустили обеденный час. В
конце концов Проджерс постучал в дверь и тактично напомнил королю о том, что
уже настал вечер.
Закончив дежурство, Грейстил зашел в свои покои и снял мундир. Близился
обеденный час, а Велвет в их общих комнатах не было. Поскольку же они всегда
обедали вместе, граф спросил у служанки, где находится его жена.
— Я видела миледи, когда она вернулась после тенниса, — ответила
Эмма. — А после этого она снова ушла, но куда идет, не сказала.
Грейстил прождал жену еще минут тридцать, после чего отправился
расспрашивать Томаса, но и тот ничего не знал. Решив, что Велвет
присоединилась к придворным, обедавшим вместе с королем, граф быстро прошел
в западное крыло и приблизился к лестнице, ведущей в личные апартаменты
Карла. Стоявший там стражник вытянулся перед капитаном в струнку. Грейстил
спросил:
— Его величество изволил спускаться к обеду?
— Нет, сэр капитан, — ответил молодой гвардеец.
Потом вдруг покраснел и отвернулся.
— Что-нибудь не так, Фентон?
— Нет, все в порядке, сэр капитан. — Парень еще больше
смутился. — Его величество развлекает даму.
— Фентон, вам следует помалкивать об этом, — строго заметил
Грейстил. — В противном случае вас переведут на охрану дворцового
парка.
— Да, ясно, капитан, — пробормотал солдат.
В этот момент на лестнице, ведущей в королевские покои, появилась Велвет.
Увидев мужа, она просияла и воскликнула:
— Грейстил, как ты узнал, где меня искать?! Мы потеряли всякое
представление о времени! Король сегодня был очень мил!
Снова посмотрев на Фентона, граф сделал все возможное, чтобы сохранить
спокойствие. Стиснув зубы, он молча взял Велвет за руку и повел по коридору
в сторону лестницы, ведущей в их общие покои. Грейстил пытался внушить себе,
что ревновать, основываясь наодних лишь подозрениях, просто-напросто глупо.
Глава 18
— Я хитростью выведала у короля имя принцессы, которую он рассматривает
как свою будущую невесту.
— Хитростью? — переспросил Грейстил, еще не успевший лечь в
постель.
Проигнорировав угрожающие интонации в его голосе, Велвет продолжала:
— Так вот, это Екатерина Браганса, дочь короля Португалии. Поскольку же
мы с принцессой одного возраста и обе рождены под знаком Стрельца, я
уверена, что мы с ней подружимся. Я была бы очень не прочь стать ее
фрейлиной.
— Такие дела быстро не решаются. Мы вполне можем оказаться не при
дворе, а совсем в другом месте, когда Карл женится, — пробурчал
Грейстил и тут же понял, что жена его уже не слушает — ее очаровательная
головка была полна всевозможных планов.
И он вдруг почувствовал, что ревность постепенно ослабевает. Забравшись в
постель, Грейстил сжал Велвет в объятиях.
Возможно, ее увлечение Карлом
начнет проходить, когда ко двору прибудет принцесса Екатерина
, —
подумал он с улыбкой.
Барбара ждала, когда Карл наконец-то насытится. Он, однако, не вышел из нее
даже после того, как излил свое семя. И тут Барбара, не выдержав,
заговорила:
— Мне нужно сообщить вам один секрет, Чарлз.
Он улыбнулся, но промолчал.
— Чарлз, у нас будет ребенок.
— Если так, то ничего не бойся, дорогая.
— С какой это стати я должна чего-то бояться? Напротив, я горжусь, что
ношу под сердцем дитя короля!
— Не так громко, дорогая. Как-никак ты замужняя дама. Никакого скандала
не будет, если ты не станешь кричать об этом с каждой крыши.
Барбара приподнялась и внимательно посмотрела на любовника.
— Сир, что вы хотите этим сказать? Что все подумают, будто это —
ребенок Палмера? Но я, между прочим, не спала с ним с тех пор, как сошлась с
вами. Не смейте отказываться от этого ребенка!
Король вздохнул и тихо проговорил:
— Разумеется, я не буду отказываться от него. Но достаточно и того, что
об этом знаем мы двое. Остальные же пусть думают что хотят. О таких вещах не
следует распространяться...
— Говорите, не следует?! — Теперь в голосе Барбары звучали
истерические нотки. — Вероятно, вам так удобнее! Ведь вы ведете
переговоры о вступлении в брак с особой королевской крови, не так ли? И вы
не хотите, чтобы ее приближенные знали, что у вас будет незаконный сын!
Карл уселся на краю постели и спустил ноги на пол. Ему надоели эти
бессмысленные разговоры.
— Барбара, ты отлично знаешь, что я должен жениться.
— Но вместо того чтобы жениться на мне, вы готовы грубо отодвинуть меня
в сторону, чтобы расчистить место для какой-то иностранки! — закричала
Барбара и тут же залилась слезами.
Карл снова вздохнул и погладил любовницу по плечу.
— Но ты же знаешь, что это невозможно, дорогая. Неужели ты забыла, что
у тебя есть муж? Пожалуйста, перестань плакать. Клянусь всеми святыми, что
не оставлю тебя.
Барбара шмыгнула носом и смахнула рукой слезы.
— Вы обещали мне титул, но обещание пока остается только обещанием.
Человек со стороны, пожалуй, подумает, что этой страной правит канцлер Хайд.
А между тем титул в данной ситуации представляется мне вещью наиважнейшей,
ибо мать вашего сына должна принадлежать к знати. Только получив титул, я
смогу высоко держать голову.
На следующей неделе в зале приемов Уайтхолла состоялся ряд празднеств и
увеселений в честь дня рождения Генри, герцога Глостера. Лорд Монтгомери
подарил младшему брату короля шпагу. Велвет же, памятуя, сколь сурово
относилась к молодому принцу его мать, приподнялась на цыпочках и поцеловала
его в лоб. После чего вручила ему перевязанный шнурком свиток с
астрологическим прогнозом. В этом свитке в самых возвышенных тонах
говорилось о достоинствах человека, родившегося под знаком Рака. В
частности, упоминалось о его доброте, склонности к юмору и способности
располагать к себе окружающих. Велвет намеренно не включила в этот список
такие качества, как болезненная чувствительность и склонность при малейшем
стороннем неодобрении прятаться в своей раковине, то есть уходить в себя.
— Желаю вам множество таких же веселых дней рождения, ваше высочество.
— Благодарю вас, леди Монтгомери! Но ведь мне сегодня исполнилось
двадцать... Не означает ли это, что меня следует наградить двадцатью
поцелуями? Извините, Грейстил! То, что я сказал, для ваших ушей не
предназначалось. Но коль скоро вы это слышали, предлагаю миледи просто со
мной потанцевать.
— С величайшим удовольствием, ваше высочество!.. — пропела Велвет,
подавая принцу руку.
Когда закончился гавот, Глостер подвел Велвет к мужу, составившему ей пару в
ее любимом танце
Куранты
. После этого она отпустила его
на волю
,
поскольку знала, что он предпочитает разговоры с мужчинами танцам с дамами.
Внезапно к Велвет подошла Барбара, на которой было новое бриллиантовое
ожерелье, помогавшее ей
держать выше голову
.
— Графиня, вы сегодня совершенно неотразимы. Какое чудо, что снова
открылись театры, правда? Я никогда еще там не бывала и не видела ни одной
пьесы, но, разумеется, мне не терпится посмотреть, что это такое.
— Между прочим, Карл считает актрис вполне невинным
развлечением, — с усмешкой заметил подошедший к дамам Бакингем.
Барбара взглянула на него и громко сказала:
— Пожалуйста, Джордж, принеси мне бокал того нового вина, что именуется
Шампанским. — Она указала на ливрейного лакея с подносом. — Мне
сообщили, что оно благотворно действует на желудок, когда дама находится в
деликатном положении.
Сказав это, Барбара многозначительно улыбнулась.
Велвет внимательно посмотрела на нее.
Но если Барбара действительно
беременна, то кто же в таком случае отец?
— думала она.
— Добрый вечер, леди Монтгомери. У вас такое красивое платье...
Велвет повернулась на голос и, увидев Мэри Батлер, представила ее Барбаре. В
следующее мгновение к ним приблизился лорд Кав.
Не замечая Велвет, он поклонился Мэри Батлер.
— Могу я пригласить вас на танец, леди Мэри?
Девушка вспыхнула:
— Буду рада, лорд Кавендиш.
— Проклятие... — пробормотала Велвет, когда Кав увел девушку.
— Ваш родственник — чрезвычайно симпатичный молодой человек, —
сказала Барбара.
— Совершенно распущенный субъект, — прошипела Велвет.
— Правда?.. Значит, леди Мэри ужасно повезло.
— Но ей всего пятнадцать, — запротестовала Велвет. Барбара сделала
глоток шампанского и с улыбкой заметила:
— В таком случае лорду Каву тоже повезло.
Когда танец закончился, Велвет подошла к Уиллу Кавендишу и заявила:
— Имейте в виду, Мэри Батлер — совершенно невинная девушка.
— Вот и хорошо, — закивал Кав. — В противном случае она бы
меня не заинтересовала.
— Я не позволю вам ее совратить!
— У меня самые достойные намерения. Ведь она дочь герцога.
— Вы имеете в виду брак?! — воскликнула Велвет.
Ей тут же представилось, какой нечастной станет бедняжка Мэри, если
действительно выйдет замуж за этого негодяя.
Холодные голубые глаза Кава полыхнули ненавистью.
— Ты сама вышла замуж за титул и земли. Так что мне странно слышать
порицания из уст столь двуличной сучки.
Резко развернувшись, Уилл Кавендиш снова направился к Мэри Батлер. В течение
следующего часа он трижды приглашал Мэри Батлер на танец, и Велвет не на
шутку встревожилась за девушку. В конце концов она решила, что должна
немедленно поговорить с Карлом и поделиться с ним своими опасениями.
Приблизившись к королю, стоявшему недалеко от двери, Велвет присела перед
ним в книксене. Он приветствовал ее галантным поклоном, после чего поднес к
губам ее руку. Велвет, приподнявшись на цыпочки, шепотом поведала королю о
своих подозрениях.
Выслушав ее, король усмехнулся и тихо спросил:
— А откуда ты знаешь, что молодой Кавендиш — развратник и женолюб?
— Он пытался изнасиловать меня, сир, — прошептала Велвет.
Король внимательно посмотрел на нее, потом молча взял за руку и вывел из
зала в холл, где никто не мог их подслушать.
— Я польщен, дорогая Велвет, что ты поделилась со мной своими
опасениями, — произнес Карл. — Твое стремление защитить юную леди
заслуживает всяческого уважения. Я скажу Ормонду, чтобы он приглядывал за
дочерью.
— Благодарю вас, сир. Вы сняли камень у меня с души.
— Между прочим, я ищу Барбару. Думаю, она сейчас там, где ведут игру в
карты. — Король улыбнулся и добавил: — Желаю удачного завершения
вечера, миледи.
Вернувшись в зал, Велвет сразу же направилась к Грейстилу, беседовавшему с
братьями короля Джеймсом и Генри. Джентльмены говорили о прудах, которые его
величество велел вырыть в Сент-Джеймсском парке.
— Когда работы закончатся, пруды будут соединены между собой наподобие
цепочки, — сказал Джеймс, объясняя идею короля своему младшему брату
Генри, герцогу Глостеру.
— А они, случайно, не зацветут? — высказал опасение Генри.
— Нет, потому что их будет питать Темза, — ответил
Грейстил. — Кстати, проточная вода позволит развести там рыбу.
Увидев Велвет, Генри тут же потерял интерес к рыбным прудам.
— Ваш покорный слуга, миледи! — воскликнул он с радостью. —
Надеюсь, у вас нет партнера для следующего танца?
— Моя жена собирается уходить, — скрипучим голосом произнес
Монтгомери.
Велвет поразила грубость мужа. Отвернувшись от него, она одарила молодого
принца чарующей улыбкой:
— Полагаю, у вас был приятный день рождения, ваше высочество?..
— Да, разумеется, миледи. Обещайте, что составите мне пару в танцах
завтра вечером...
— Это явится величайшим удовольствием и честью для меня, ваше
высочество, — проворковала Велвет, приседая перед принцами в реверансе.
Но прежде чем она успела пожелать королевским братьям доброй ночи, Грейстил,
кивнув принцам, вывел ее из зала.
— Какой дьявол в тебя вселился? — Велвет посмотрела на мрачного
как туча мужа.
Он не произнес ни слова, пока они не оказались в своих покоях. Плотно закрыв
дверь, он молча прошелся несколько раз по комнате. После чего резко
развернулся и в упор посмотрел на жену.
— Вашим победам не будет конца, не так ли, миледи?
С губ Велвет сорвался смешок.
— Ты о Глостере?
Она считала его обвинения абсурдными. И действительно, как мог такой умный и
зрелый мужчина, как Монтгомери, ревновать ее к младшему брату короля?
Существовал только один человек, ревность к которому могла быть оправдана. А
что, если... О Боже, ведь Грейстил видел, как она шепталась с Чарлзом!
— Складывается впечатление, что у тебя просто непреодолимая тяга к
Стюартам.
— Если ты имеешь в виду его величество, то он спросил меня, не видела
ли я Барбару. И я отвела его к двери игорной комнаты, — соврала
Велвет. — Она прямо-таки его околдовала, и он не может обходиться без
нее ни минуты.
— Барбара — шлюха, — процедил Грейстил сквозь зубы.
— Нет ничего зазорного в том, чтобы быть любовницей короля.
— Это почему же? Потому что королевская шлюха взимает большую плату за
свои услуги, чем любая другая?
— Барбара беременна. И я почти уверена, что отец ребенка — король,
поскольку она ходит гордая, как павлин.
— Скорее — как пава, — уточнил Грейстил, невольно
улыбнувшись. — Знаешь, дорогая, возможно, я на какое-то время увезу
тебя от двора.
— Грейстил, ты же знаешь, как я люблю Роухемптон. Но давай пока туда не
поедем. Скоро должны открыться театры, а я просто умираю от желания
посмотреть театральную постановку!
— Я отведу тебя в театр в начале следующей недели, — пообещал
Грейстил.
— Благодарю тебя, дорогой.
Велвет поняла, что грозовые тучи почти полностью рассеялись. Постепенно она
училась управлять своим деспотичным мужем, рожденным под знаком Овна. Вместо
того чтобы ссориться с ним, обвиняя его в припадках ревности, она говорила
ему ласковые слова. Ну а теперь, поскольку близилась ночь, ей оставалось
одно — затащить его поскорее в постель.
Однако внутренний голос ей говорил, что первой проявлять чувс
...Закладка в соц.сетях
