Жанр: Любовные романы
Джульетта
...nbsp;Странно, — нахмурился полковник. — У меня такое чувство,
что я тебя уже где-то видел.
- Вот в точности такое же чувство, — сказал Алессандро, обнимая
меня одной рукой, — возникло у меня при первой встрече. — И он
впился мне в губы долгим поцелуем, пока все не засмеялись и не забарабанили
по столам. К счастью, разговор быстро перешел на Палио.
Через два дня после драмы, разыгравшейся в крипте собора, Аквила наконец-то
выиграла скачку спустя почти два десятилетия разочарований. Несмотря на
советы врача насчет полного покоя и временного воздержания от сильных
эмоций, мы с Алессандро присутствовали на скачках, азартно болея за своих и
празднуя свое второе рождение. После этого мы вместе с Маленой, Винсенто и
другими аквилинами пошли в Сиенский собор стоять праздничную мессу в честь
Пресвятой Девы и палио, которое она милостиво даровала контраде Орла, хотя
Алессандро и находился в этот момент в Сиене.
Стоя в церкви и подпевая незнакомому гимну, я думала о крипте глубоко под
нами и о золотой статуе, о которой знали только мы. Может, когда-нибудь
древнюю усыпальницу сделают безопасной для посещения, а маэстро Липпи
восстановит статую и даст фигурам новые глаза, но до тех пор это будет нашей
тайной. Возможно, ее и не надо открывать. Дева Мария позволила отыскать свое
святилище, но все, кто вошел туда с нечистыми намерениями, мертвы — не
самая заманчивая реклама для туристов.
Старинное палио вернули Пресвятой Деве, как когда-то обещал Ромео. Мы
отвезли его во Флоренцию и отдали специалистам для чистки и консервации, и
теперь оно висит в стеклянном футляре в маленькой часовне Музея Орла,
удивляя своей чистотой, учитывая испытания, выпавшие на его долю. Контраду,
естественно, обуяла эйфория, оттого что мы отыскали эту важную историческую
реликвию, и никому не показалось странным, что я краснела, когда речь
заходила об истории обретения артефакта.
За десертом, грандиозным свадебным тортом, лично придуманным Евой-Марией,
Дженис перегнулась через стол и положила передо мной на стол пожелтевший
пергаментный свиток. Я сразу узнала письмо Джианноццы, которое брат Лоренцо
показал мне в кастелло Салимбени. Печать уже была сломана.
- Маленький подарок, — сказала Дженис, вручив мне сложенный лист
бумаги. — Это английский перевод. Брат Лоренцо отдал мне письмо, а Ева-
Мария помогла перевести.
Я видела, сестре не терпится, чтобы я прочитала письмо, поэтому я так и
сделала.
Вот что там говорилось:
Дорогая сестра моя, не могу высказать, как обрадовало меня твое
письмо после долгого молчания. Невыразима и печаль, в которую ввергли меня
сообщенные новости. Мать и отец мертвы, и Мино, и Джакопо, и маленький Бенни
— не знаю, какими словами кричать о моем глубочайшем горе. Много дней
я собиралась с силами написать тебе ответ.
Будь здесь брат Лоренцо, он сказал бы мне, что все это часть
великого замысла Небес и что не стоит лить слезы над дорогими нам душами,
которые уже радуются в раю. Но его со мной нет, как нет и тебя. Я совершенно
одна в этом варварском краю. Как бы мне хотелось приехать и увидеть тебя, дражайшая сестра
моя, чтобы мы могли принести друг другу слово утешения в черные времена. Но
я узница в доме моего мужа, и хотя он почти не встает с одра болезни, слабея
день ото дня, опасаюсь, что он проживет до скончания времен. Иногда по ночам
я отваживаюсь выйти из дома и полежать на траве, глядя на звездное небо, но
завтра дом наводнят назойливые незнакомцы из Рима, какие-то торговые
партнеры по фамилии Гамбакорта, и свобода моя вновь ограничится стенами
дома. Но я не буду утомлять тебя моими печалями. Они ничто по сравнению с
испытаниями, выпавшими тебе. Меня несказанно опечалило, что дядя держит тебя под замком, и ты
одержима мыслью отомстить злодею С. Дражайшая сестра, я понимаю, это почти
невозможно, но молю тебя оставить эти пагубные планы. Положись на волю
Небес, которые в нужное время накажут этого человека должным образом. Я
много времени провела в часовне, вознося хвалу Небесам за твое спасение из
лап негодяев. Описание этого молодого человека, Ромео, заставляет поверить,
что он и есть тот самый рыцарь, которого ты давно ждала. Теперь я радуюсь, что именно я, а не ты, согласилась на этот
отвратительный брак. Пиши мне чаще, любимая сестра, ничего не таи, чтобы я
хоть так изведала любовь, в которой мне отказано. Я молюсь, чтобы письмо застало тебя в добром здравии и хорошем
расположении духа, забывшей о преследующих тебя демонах. Если будет на то
Божья воля, мы скоро увидимся, будем лежать на маргаритках и смеяться, забыв
прежние печали, словно их и не было. В радостном будущем, ожидающем нас, ты
повенчаешься со своим Ромео, а я, наконец, освобожусь от моих пут. Молись же
со мной об этом, любимая сестра, и сбудется по воле Небес. Вечно твоя Дж.. Когда я дочитала до конца, плакали мы обе — и Дженис, и я. Понимая,
что сидящие за столом озадачены таким взрывом эмоций, я обняла сестру и
поблагодарила за прекрасный подарок. Наверняка немногие гости смогли оценить
важность письма. Даже те, кто был знаком с печальной историей средневековых
Джульетты и Джианноццы, вряд ли поняли, что оно значит для нас с сестрой.
Уже почти в полночь я, наконец, смогла на цыпочках выйти в сад, ведя за
собой недовольного Алессандро. Гости уже отправились спать, и пришло время
исполнить то, что я давно хотела сделать. Открыв скрипучую дверь в часовню
Лоренцо, я повернулась к моему ворчливому спутнику и приложила палец к
губам.
- Нам не полагается быть здесь в такое время...
- Согласен, — тут же сказал Алессандро, пытаясь притянуть меня
поближе. — Позволь напомнить, где нам полагается сейчас быть.
- Ш-ш! — Я закрыла ему рот ладонью. — Я должна это сделать.
- Почему нельзя отложить до завтра?
Я убрала руку и поцеловала его в губы.
- Завтра я вообще-то не планирую вылезать из постели.
Тогда Алессандро охотнее позволил увлечь его на мраморную ротонду, где
стояла бронзовая статуя брата Лоренцо. В свете восходящей луны фигура
казалась почти живой, приветливо раскрывшей руки при виде нас. Шансы, что
статуя передавала настоящий облик брата Лоренцо, были, конечно, невелики, но
это не имело значения. Важно то, что мудрые, чуткие люди оценили силу
самопожертвования этого человека и дали нам возможность найти его и
поблагодарить.
Сняв распятие, с которым не расставалась с того самого момента, как
Алессандро вернул его мне, я поднялась на цыпочки и повесила серебряный
крест на шею статуи.
- Монна Мина сохранила это как залог их духовной связи, — сказала
я скорее себе. — Мне не нужно распятие, чтобы помнить, сколько брат
Лоренцо сделал для Ромео и Джульетты. — Я помолчала. — Кто
знает, может, проклятия и не было. Может, мы сами, все мы, посчитали себя
заслуживающими всяческих проклятий.
Алессандро ничего не сказал, коснувшись моей щеки, как у фонтана
Фонтебранда, и в этот раз я точно знала, что означает его прикосновение.
Были мы прокляты или нет, заплатили мы свой долг или нет, он мое
благословение, а я его, и этого достаточно, чтобы отразить любой удар,
который судьбе или Шекспиру, если у них достанет легкомыслия, вздумается нам
послать.
Хотя роман
Джульетта
является художественным произведением, сюжет восходит
к историческому факту. В самой первой версии трагедии
Ромео и Юлии
действие происходило в Сиене, а если познакомиться с историей города, станет
понятно, почему эта история произошла именно здесь.
В Средние века Сиену, пожалуй, больше других городов Тосканы раздирала
непримиримая клановая вражда. Здесь процветала кровная месть, и отношения
Толомеи и Салимбени очень напоминают соперничество шекспировских Капулетти и
Монтекки.
Тем не менее, я проявила немалую вольность, изобразив мессира Салимбени
злодеем и женоубийцей, и вряд ли доктор Антонио Тассо из сиенского Монте
Паски, любезно показавший моей матери палаццо Салимбени и поведавший его
примечательную историю, оценит идею камеры пыток, якобы отыскавшейся в
подвале его достоуважаемой организации.
Не придут в восторг и мои друзья Джан Паоло Риччи, Дарио Коломбо, Патрицио
Пуглиезе и Кристиан Кипо Риккарди, оттого что я изобразила старинные Палио
такими жестокими, но о правилах средневековых скачек нам известно очень
мало, поэтому прошу любые сомнения толковать в мою пользу.
Археолог Антонелла Росси Пуглиезе любезно ознакомила меня с самыми старыми
районами Сиены, и именно она вдохновила меня погрузиться в тайны подземного
города, в частности пещер Боттини и останков умерших от эпидемии бубонной
чумы 1348 года. По ее предложению моя мать посетила старую больницу Санта-
Мария делла Скала, где видела келью святой Екатерины и отверстие, ведущее в
средневековую чумную яму.
Менее макабристическая часть исследований моей матери стала возможной в
первую очередь благодаря Общественной библиотеке дельи Интронати,
государственному архиву и библиотеке Анчилли. Благодарим профессора Паоло
Нарди, падре Альфреда Уайта и Джона В. Печа за интересные и многое
объясняющие сведения. Неоценимой помощью стало для нас литературное наследие
покойного Йохана Йоргенсена, датского поэта и журналиста, чья биография
святой Екатерины Сиенской — покровительницы Европы — дает
необыкновенно интересное описание Сиены и Роккади Тентеннано четырнадцатого
века. Очень помогли в создании романа Музей контрады Совы и сиенская
муниципальная полиция, не арестовавшая мою мать за самовольное исследование
системы безопасности банка и тому подобные шалости.
Раз уж речь зашла о подозрительной деятельности, спешу извиниться перед
диретторе Роси, директором отеля
Чиусарели
, за эпизод со взломом его
красивейшего номера. Насколько я знаю, безопасности жильцов отеля ничто
никогда не угрожало, а директор и персонал отеля не вмешиваются в
передвижения своих постояльцев и не забирают из номеров их личные вещи.
Нужно подчеркнуть, что художник Липпи, который является реальным лицом,
вовсе не так эксцентричен, как я описала. Нет у него и захламленной
мастерской в центре Сиены, ее с успехом заменяет потрясающее ателье в старом
замке Толомеи в пригороде Сиены. Надеюсь, маэстро простит мне эту
художественную вольность.
Два друга из Сиены помогали особенно много и щедро делились знаниями о
городе: адвокат Алессио Пискини стал неиссякаемым источником информации,
связанной с контрадой Орла и традициями Палио, а писатель Симон Берни
терпеливо выдерживал град вопросов о применении итальянского в сиенской
логистике. Заявляю, что если в книгу вкралась фактическая ошибка, то это
целиком моя вина, а не их.
Хочу особо поблагодарить нескольких несиенцев: мою подругу и горячего борца
за свободу из Института гуманитарных наук Элизабет Маккаффри и приятельниц
по книжному клубу Джо Остин, Морин Фонтейн, Дару Джейн Лумис, Мию Паскаль,
Тэйми Солтер, Монику Стинсон и Альму Валевисиус, которые с большой
доброжелательностью раскритиковали первые варианты романа.
Два человека послужили инструментами для превращения истории в книгу: мой
агент Дэн Лазар, чей энтузиазм, ум и эрудиция открыли такую возможность, и
мой редактор Сюзанна Портер, чей острый глаз и опыт помогли причесать и
сжать текст, не привлекая к этому меня. Большой честью и редкой привилегией
для меня стала возможность работать с ними.
И наконец, не могу обойти благодарностью моего мужа Джонатана Фортье: без
его любви, поддержки и юмора я не смогла бы написать эту книгу и до сих пор
пребывала бы в спячке, не подозревая, что сплю.
Я посвятила
Джульетту
моей прекрасной матери, Бриджит Моллинг Эриксен, чьи
великодушие и любовь безграничны; она посвятила почти столько же времени
работе над романом, как я — его написанию. Молюсь, чтобы книга
оправдала ее ожидания и чтобы мама вскоре загорелась новым авантюрным
проектом.
Цитаты из пьесы У. Шекспира
Ромео и Джульетта
приводятся в переводе Т.Л.
Щепкиной-Куперник.
От ит. principessa — принцесса.
Девственница-вегетарианка,
синий чулок
.
От англ. bipdie — чудной, с заскоком.
Извините! (ит.).
Господи! (ит.).
Крестная мать (ит.).
С благополучным возвращением! (ит.).
В оригинальные строки шекспировской пьесы Ева-Мария вместо
Вероны
вставляет
Сиену
.
Дорогой (ит.).
Добрый день. Добро пожаловать, капитан (ит.).
Это проблема? (ит.).
Никаких проблем (ит.).
Графиня (ит.).
Прекрасной фигуре (ит.).
Да? (ит.).
Хорошо... (ит.)
Проклятие на стене (ит.).
Салернитано Мазуччо (ок. 1415 — ок. 1475) — итальянский
писатель.
Луиджи Да Порто (1485-1529) — итальянский писатель и историограф.
Артур Брук — английский писатель и поэт.
Дорогая Диана (ит.).
Мелкая монета, одна сотая часть итальянской лиры.
Усадьба Томаса Джефферсона на юге штата Виргиния.
Здесь и выше — цитаты из
Оды к греческой вазе
Дж. Китса.
Глупышка, курица (ит.).
Госпожа, мадонна (ит.).
Черт возьми! (ит.).
Ты болтаешь вздор! (ит.).
Сибирская (черная) белка (ит.).
Должности сиенских чиновников.
То есть, готовится к обороне. По легенде, Микеланджело Буонаротти при
обороне Флоренции велел обвязать матрацами колокольню Сан-Миниато аль Монте,
чтобы уберечь от пушечных ядер
Подождите! (ит.).
Не двигайся! (ит.).
Мне очень жаль (ит.).
Синьорита знает Лучано Салимбени? (ит.).
Зд.: абсолютно подходящий (ит.).
Традиционно на сиенских Палио проигравшим считается не тот, кто пришел
последним, а тот, кто пришел вторым.
Слава Богу! (ит.).
Средневековая полуприлегающая верхняя одежда до колен, с застежкой спереди.
Конечно! (ит.).
Таинственная роза (ит.).
Стрельба по своим в результате ошибки.
Пряника (ит.).
Металлофон (нем.).
Быстро (ит.).
Шоу, спектакль (ит.).
Быстренько (ит.).
Совершеннейший бастард (ит.).
Поплавок (ит.).
Твой черед! (ит.).
Энрико! Где ты? (ит.)
Привет, Алессио, как поживаешь? (ит.).
Черт возьми! (ит.).
Вот черт! (ит.).
Давай-ка в дом, быстро! (ит.).
Оплошность, ляпсус (фр.).
Пожалуйста (ит.).
Пошли! (ит.).
Глупец! (ит.)
Склеп! (ит.).
Прошу тебя! (ит.).
Пошел в задницу! (ит.).
Закладка в соц.сетях
