Жанр: Любовные романы
Подарок ангела
...бильный гудок и понял, что это — ему. И
все же медлил.
— Почему? На этот раз ты можешь получить приз. — Если то, что
он чувствовал в этот момент, было правдой, он мог поручиться за свои слова.
Она открыла дверь.
— Твое такси, Фрэнк. Ты лучше езжай. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отозвался он. И прежде чем Донна закрыла
дверь, он поцеловал кончики своих пальцев и скользнул ими по ее губам. И он
видел, как желание вернулось в ее глаза, несмотря на всю выстроенную ею
защиту. — Увидимся утром.
— Ладно.
Донна закрыла дверь. Нужно было сказать
нет
. Нужно было
сказать, что она будет занята. Если у нее осталась хоть капля здравого
смысла, она должна сбежать из дому, прежде чем он появится завтра.
Донна, вздохнув, прислонилась к двери и провела пальцами по
своим губам. Они еще дрожали.
Если у нее осталась хоть капля здравого смысла...
Гостиница
Альгамбра
с ее панелями красного дерева и
массивной мебелью напомнила Фрэнку о днях, проведенных в Байе, штат
Калифорния. Ему нравилась мексиканская атмосфера. В
Альгамбре
было чисто,
респектабельно и — что самое главное — Донна жила близко. Он сообщил
дежурному необходимую информацию, извлек на свет свою кредитную карточку и
через пять минут был удостоен ключа от номера.
Номер находился на седьмом этаже.
Семь
всегда было для него
счастливым числом.
В лифте он поднимался вместе с парочкой новобрачных, которым
явно не терпелось сорвать друг с друга одежду и начать медовый месяц. Это
снова напомнило ему о Донне. Он позавидовал новобрачным.
Войдя в свой номер, Фрэнк поставил чемодан на низкий столик и
повалился на кровать. Усталость наконец дала о себе знать. Он смотрел в
потолок и мог поклясться, что видит очертания лица Донны в тенях,
отбрасываемых светом из окон напротив.
Что ни говори, день был интересный, подумал он. Чертовски
интересный.
Поздновато вспомнив, что обещал позвонить Джинни, когда
доберется до Сиэтла, Фрэнк устало сел и потянулся за телефоном. Поставил
аппарат к себе на колени и набрал на клавиатуре номер сестры. Он успел
насчитать шесть гудков, прежде чем на том конце сняли трубку.
Совершенно сонный голос пробормотал:
— Алло?
Он прислонился к спинке кровати, устраиваясь поудобнее.
— Хорошенький из тебя доктор. Будь у меня приступ, я бы
скончался, ожидая, пока ты снимаешь трубку.
— Ничего страшного. — Голос Джинни был уже абсолютно бодрым.
Этот талант она воспитывала в себе годами. — Я бы вытащила тебя с того
света. Без дополнительной оплаты. — (Он услышал приглушенный мужской голос в
трубке. Шейн, разумеется, интересовался, кто говорит.) — Я не знаю, —
ответила она голосу. — Шейн спрашивает, где ты, Фрэнк. Мы тебя совсем
потеряли.
— В гостинице
Альгамбра
.
Этого они не ожидали услышать.
— А почему не в квартире Грега? Он уже выкинул тебя на улицу?
— Она не стала рассказывать Фрэнку, как волновалась, гадая, что с ним и
почему он не звонит. Пусть Фрэнк — старший брат, это не мешало ей
беспокоиться за него при каждой отлучке.
Он рассказал ей о странном исчезновении Грега в связи с
неожиданной деловой поездкой. Это привело ее в еще большее недоумение.
— Так почему же ты не едешь домой?
Где же все началось? За такое короткое время произошло так
много.
— Я встретил во время перелета женщину...
Этого было достаточно.
— Ага, значит, ты зря время не теряешь?
Он понимал, что сестра подумала, и поспешил ее разуверить:
— Нельзя сказать, чтобы я для этого что-то сделал. Она сама
упала мне на колени.
Джинни окинула мысленным взором всю их жизнь от школьных
времен до настоящего. Многие пациентки приходили в больницу с жалобами на
здоровье только для того, чтобы Фрэнк измерил им давление и пульс.
— Ну, это не в первый раз.
— Да нет, я хочу сказать, в буквальном смысле, — снова
попытался объяснить он. — Просто пол салона ушел у нее из-под ног.
Сестра рассмеялась:
— Не сомневаюсь.
Фрэнк возмущенно выдохнул:
— Ты можешь быть серьезной?
— Смотря в какой ситуации. — Джинни не могла ошибиться: в
голосе Фрэнка было что-то необычное. — А ты?
— Не знаю, — честно признался он. Все это разворачивалось
слишком быстро. Он не в первый раз увлекался женщиной, но ни разу еще не
чувствовал себя таким очарованным. Похоже было на то, что в этой истории от
него ничего не зависит. — Раз уж я здесь, я, пожалуй, задержусь ненадолго,
на случай если Грег вернется так же неожиданно, как исчез.
— А-га. — Дело тут вовсе не в Греге, подумала Джинни, но пусть
все идет как идет. Она с самого начала почувствовала, что брату предстоит не
обычное путешествие. — Хорошо, что я связалась сегодня со службой медсестер.
Завтра утром они пришлют мне кого-нибудь.
Фрэнк рассмеялся. Джинни врасплох не застанешь.
— И кто-то еще говорит, что это я не теряю время даром...
— У меня было предчувствие.
— Да? Какого рода? — Может быть, она сумеет пролить какой-то
свет на происходящее, потому что сам он ничего не понимает. Словно его
разбудили ударом оглобли по голове.
— Ясно какого. — Фрэнк совершенно отчетливо видел, как сестра
пожимает плечами. — Я почувствовала, что имеется более серьезная причина для
твоей поездки, чем письмо старого друга. А если так, ты можешь задержаться
дольше, чем запланировано. Бывает, что все выходит по предначертанному, и
тогда уж нечего пытаться вставить свое словечко.
Она подумала о собственной судьбе, о странном стечении
событий, устроивших ее встречу с Шейном. Если бы хоть одна из деталей
мозаики не легла тогда на свое место, Джинни была бы сейчас в своей постели
одна. И в соседней комнате не спал бы бесценный малыш.
Фрэнк думал о почти непреодолимой потребности приехать сюда, о
пропавшем билете, о беременной женщине, которой понадобилась его помощь. Его
и Донны.
— Да, ты рассказывала.
— Так она хорошенькая?
— Хорошенькая и, пожалуй, чересчур хорошая, на свой лад. — Он
снова рассмеялся, и эти звуки радовали сердце Джинни. На этот раз осечки не
будет. На этот раз произойдет что-то действительно важное. У нее
предчувствие...
— Понимаю. Хотелось бы поглядеть на нее своими глазами. Я не
отдам своего брата кому попало.
Она пыталась руководить им чуть ли не с тех пор, как научилась
говорить. Иногда это раздражало Фрэнка, но чаще согревало сердце любовью.
Тем не менее...
— Скажи Шейну, что он не справляется с супружескими
обязанностями. Ему бы следовало держать тебя построже. Ты снова залезаешь в
слишком большие штаны.
— Мои штаны мне как раз впору. А ты никогда не мог обойтись
без моего присмотра, и сам это прекрасно знаешь. — Рука Шейна поползла вверх
по ее бедру, и Джинни почувствовала, что начинает терять нить разговора. —
Ладно, наслаждайся жизнью, пока я тут вкалываю.
Сестра действительно работала чересчур много, и Фрэнк это
прекрасно знал.
— Именно этим я и собираюсь заняться. Поцелуй за меня Молли и
Джонни.
— Обязательно. — Она накрыла руку мужа своей ладонью, чтобы
остановить его поползновения. Пока она не положит трубку. — Да, Молли
просила, чтобы ты привез ей в подарок книжку об истории Сиэтла.
Очень похоже на его племянницу.
— Я опасаюсь, что эта девчонка станет умнее, чем ей следует
для собственного блага.
Джинни довольно улыбнулась. Молли сама научилась читать в
четыре года, потому что ей не хватало терпения ждать, пока кто-нибудь
почитает вслух.
— Хорошая наследственность.
— Как я погляжу, супружеская жизнь не научила тебя скромности.
Джинни рассмеялась, упав в объятия Шейна.
— Нет, зато я очень счастлива. Надо бы и тебе как-нибудь
попробовать.
Сейчас эта мысль не показалась ему такой пугающей, как прежде.
— Надо попробовать. Спокойной ночи, Джинни.
— Спокойной ночи. Да, Фрэнк! Он уже собирался повесить трубку.
— Что?
Голос Джинни смягчился:
— Не пропадай!
Фрэнк пропадать не собирался, но просьба сестры не показалась
ему странной. Джинни была большой паникершей, хоть и старалась скрыть это.
Когда он повесил трубку и снова лег, тень на потолке не
изменила своих очертаний.
Она все еще была похожа на Донну.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Донна не могла заснуть. Последние восемнадцать часов
перевернули ее мир вверх дном. Все чувства были взбудоражены и приведены в
полнейшее смятение. Она физически ощущала, как натянуты нервы, и не знала,
сможет ли вообще когда-нибудь заснуть.
Лежа в темноте своей комнаты, беспокойно ворочаясь в
двуспальной кровати, она снова и снова переживала тот поцелуй, пока он не
стал казаться длиной в полнометражный фильм.
Чувство вины делило с ней постель.
С тех пор как умер Тони, она и представить себе не могла жизни
с другим мужчиной. С тех пор она ни разу ни на кого не взглянула. А теперь
взглянула и начала тосковать. Рискованное занятие.
Скорее всего, Фрэнк Харриган не придет больше.
И в глубине души она понимала, что это будет для нее лучше
всего.
Всю ночь напролет ее мысли метались, как мячик,
перебрасываемый через теннисную сетку. Ни одна из сторон не выигрывала.
К двум часам, измученная эмоциональным напряжением, Донна
провалилась в забытье. Остаток ночи был заполнен обрывками сновидений,
таявших, едва успев начаться.
Дверной звонок сплелся с последним сном и нетерпеливо звучал
там, пока рассудок не всплыл к поверхности яви. Донна проснулась и протерла
глаза, чувствуя себя скорее мертвой, чем живой. Дверной звонок звучал наяву,
причем очень настойчиво.
Это был звонок в ее дверь.
Выбравшись из постели, Донна стряхнула простыню, умудрившуюся
туго обвиться вокруг ног во время ночных метаний, и поковыляла из комнаты. В
голове опасно ворочались мысли об убийстве при смягчающих обстоятельствах.
Она встала последней. Дети, которых приходилось чуть не
динамитом выталкивать из постелей с понедельника по пятницу, чтобы собрать в
школу, сегодня поднялись самостоятельно и, судя по доносившимся звукам,
готовы были начать день. Телевизор орал. В пустой гостиной Сэм Йосемит
грозил с экрана какому-то шалопаю. Стивен и Тейлор были не там. Донна
слышала, как мальчики тараторят, то и дело перебивая друг друга. Лиза
пыталась перекричать их.
Она подумала, что ее домочадцы снова ссорятся, но вдруг
сообразила, что они говорят с кем-то четвертым, и это не домоправительница.
Анджелина, хлопотавшая на кухне, критически подняла бровь,
увидев длинную футболку, в которой Донна спала.
— На вашем месте я надела бы что-нибудь еще.
Донна застонала, расчесываясь пятерней.
— У нас гости?
Одна сторона тонкого рта Анджелины поползла вверх в
полуулыбке.
— Гость, да еще такой, от какого и я бы не отказалась.
Донна боялась строить предположения, но они пришли сами. Не
может быть. Этого не может быть так скоро. Вторая сторона рта Анджелины
последовала за первой. Мать двоих детей и бабушка пяти внуков, Анджелина,
превратившись в живую двадцатилетнюю девушку, лукаво посмеивалась.
Донна вздохнула и пошла на голоса в гостиную.
Донна моргнула и уставилась на Фрэнка. Он стоял посреди
комнаты в окружении ее семьи. Все было в точности как вчера вечером, за
исключением чемодана. И на ней была футболка, заменяющая ночную рубашку.
Донна подавила отчаянное смущение.
— Разве ты не уезжал вчера вечером домой? То есть... я хотела
сказать, в гостиницу?
У нее был очаровательно взъерошенный вид. Краешек футболки
соблазнительно завернулся на бедре. Мужчина может многое узнать о женщине,
увидев, какой она встает с постели. Глаза Донны еще туманились сном, волосы
были в легком беспорядке — Фрэнк признал, что она неотразима.
— Уезжал, — сказал он. — И гостиница оказалась очень милой.
— Лучшая в Сиэтле, — пробормотала она.
Ей стало очень не хватать халата, непроницаемого для
рентгеновских лучей его глаз. Под его взглядом она стала казаться себе
совсем обнаженной. Донна задрала подбородок, решив не обращать внимания.
— Почему же ты из нее сбежал с утра пораньше?
Ответ можно было прочитать в его глазах. Донна одернула
футболку.
Невинная улыбка тронула его губы.
— Я хотел пригласить вас всех на завтрак в обмен на ответную
любезность.
— Любезность? — медленно переспросила она, силясь понять, о
чем он говорит, а мальчики уже кричали
ура
и скакали по комнате.
У нее все еще мутилось в голове. С утра она бывала не в лучшей
форме. Обычно требовалась пара чашек кофе, чтобы привести мозг в рабочее
состояние и присоединиться к круговерти внешнего мира.
Фрэнк видел замешательство и подозрения, легшие морщинами на
ее лбу.
— Любезность, — повторил он. — Экскурсия по Сиэтлу, например.
— Фрэнк зацепил большие пальцы за пояс джинсов. — Я знаю, что Космическая
игла где-то неподалеку, но понятия не имею, где именно.
Никому еще не удавалось не найти это сооружение.
— В центре города, — ответила она. — Ты ее не пропустишь.
Привлеченная разговором, в комнату вошла Анджелина. Возможно,
впрочем, ее привело желание посмотреть на красивого мужчину. Донна старалась
не обращать на нее внимания.
Взгляд Фрэнка заставил Донну зарыться босыми пальцами ног в
ковер.
— Не люблю бродить по городу в одиночестве, — сказал он.
— Значит, — бросилась на помощь Лиза, пока Донна не успела
обрезать его, — тебе повезло. — Она взяла Фрэнка двумя руками за локоть,
отвлекая его внимание от начинавшей хмуриться Донны. — Как раз вчера вечером
Донна говорила мне, что невозможно до конца насладиться всеми красотами
Сиэтла.
Донна, раскрыв рот, взирала на золовку.
— Наслаждаться красотами Сиэтла лучше всего в большой
компании, — ответил Лизе Фрэнк, прекрасно видя, что мальчики ловят каждое
слово, — я собирался пригласить всех.
Стивен уже прыгал, предвкушая утвердительный ответ.
— И нас тоже? — Его личико светилось от нетерпения.
— И вас тоже, — кивнул Фрэнк. Потом обернулся к стоящей рядом
женщине. — И Лизу.
В Лизины планы это не входило. Слишком хорошо зная свою
невестку, она не хотела служить Донне буфером. Уронив руки, Лиза замотала
головой:
— Нет, я...
— Да, Лиза, — сказала вдруг Донна.
Чем больше народу, тем безопаснее. Если ее затягивает во все
это, как облачко пыли в пылесос, то пусть уж и Лиза будет там. Она понимала,
как это смешно, и все-таки нервничала. Донна не хотела оказаться наедине с
Фрэнком, боялась остаться с ним наедине. Чем больше между ними людей, тем
лучше.
Лиза стала отбиваться всерьез, но потом вдруг сдалась. Если
она пойдет, то сможет занять мальчиков и предоставить Донне возможность
остаться с Фрэнком наедине. Глядишь, что-то и выйдет.
— Что ж, — сказала Лиза, — вы себе раздобыли прекрасных гидов.
— Отлично. — Он повернулся к Донне: — Переодеваться будешь или тебе удобнее ехать так?
Стервец.
— Пожалуй, переоденусь. — Она развернулась на голых пятках и
отправилась в свою спальню.
— Правильное решение, — прозвучал вслед голос Фрэнка.
— Я лично так не думаю, — прошипела Донна. Пожалуй, она
сражалась не так стойко, как следовало бы.
Стивен и Тейлор в один голос требовали сходить в местную
забегаловку, где пирожки и сэндвичи приготавливались в мгновение ока. Фрэнку
было все равно, но он подозревал, что Лиза и Донна предпочли бы заведение,
где не приходится загорать под стоваттной лампочкой. Стон, вырвавшийся у
Донны, позволил ему сделать такое заключение.
Он тактично предложил компромисс между выбором мальчиков и
более приличным рестораном. Они позавтракали во всемирно известном ресторане
всемирно известными блинами. Примерно тонной.
Фрэнк с удовольствием наблюдал, как Стивен подчищает горку
блинов. Это была уже вторая, а мальчик не выказывал признаков насыщения.
Фрэнк перегнулся через стол и громко, с деланным беспокойством
прошептал Донне:
— Ты уверена, что у него не завелись ленточные черви?
Стивен остановился и выпятил губу.
— Нет у меня никаких червей. Я давно уже прошу у мамы купить
змейку, а она говорит, что не купит, потому что мне придется кормить ее
живыми червяками.
Донна содрогнулась от одной только мысли об этом. При
способности Стивена терять вещи, змея уже на второй день ползала бы по всему
дому.
— У Стивена всегда хороший аппетит. Он, похоже, переваривает
все, не успев встать из-за стола. — И Тони был таким же, вспомнила она. У
него был отличный обмен веществ. — Это — семейное.
— Я заметил. — Фрэнк улыбнулся в ответ на ее вопросительный
взгляд. — Твоя еда, если судить по виду, переварена наилучшим образом.
Это был обычный комплимент. Ну, может быть, более
непринужденный, чем большинство других. Но в смятение приходить не из-за
чего. Как будто ей раньше не доводилось слышать комплиментов! Однако за его
шутливыми словами крылось нечто серьезное. С ней и раньше флиртовали
мужчины. Они флиртовали с Донной Маккалоу, толковой деловой женщиной. А вот
с мамой Тейлора и Стивена не флиртовал никто и никогда. До сих пор.
Донна чувствовала, как краснеют щеки.
— Ну так, — начала она чуть поспешнее, чем следовало бы,
сложив руки перед своей пустой кофейной чашкой, — куда именно ты хотел бы
отправиться?
В темный, интимный кинотеатр, в последний ряд, где можно без
помех пообниматься. Эта мысль вызвала улыбку у него на губах. Он не
занимался ничем подобным лет с семнадцати. Но было в Донне что-то,
вызывавшее желание вернуться в юность и пережить ее заново. С ней.
Донне стало горячо от мысли, что, какие бы слова ни произнес
сейчас Фрэнк, он скажет не то, что подумал. Она видела это по его глазам.
Он улыбнулся, увидев краску на ее лице.
— Почему бы нам не начать с луна-парка
Веселый лес
?
Донна поджала губы, а мальчики встретили выбор воплями
одобрения. Неплохо сказано для заблудившегося в чужом городе туриста.
Обманщик. По меньшей мере он успел изучить путеводитель.
Она попыталась рассердиться, но не смогла. И все же пронзила
его взглядом.
— Вряд ли ты мог придумать это сию секунду.
Фрэнк невинно пожал плечами.
— Удачное предложение? — поинтересовался он.
— Мне казалось, ты хочешь посмотреть Космическую иглу.
Он уже успел все обдумать за завтраком.
— Давайте отложим это немного. Я слышал, что там наверху
отличный ресторан с потрясающим видом на вечерний город.
У Донны было ощущение, будто она несется с высокой горы на
потерявших управление санях.
— Эй! — Она предостерегающе подняла руку. Ты, кажется,
говоришь о том, чтобы провести вместе весь день?
Если она вкладывала в свои слова обвинение в переходе границ,
то Фрэнк, похоже, этого смысла не понял. Он допил последний глоток кофе и
посмотрел Донне в лицо.
— Да. Есть возражения?
— Не-а! — заявил Тейлор, не дав матери и рта раскрыть.
— Никаких, — заявила Лиза с тем же энтузиазмом. При этом она
старалась избегать глаз Донны.
Стивен был уже на ногах, готовый сорваться с места.
— Пошли!
Донна заняла оборону, хотя и понимала, что положение ее
безнадежно. Она должна была воспротивиться, хотя бы ради соблюдения
приличий. В их жизнь неведомо откуда ворвался человек и тут же предъявил
права на целый день!
— Минуточку. У меня что, нет права голоса?
— Конечно, есть, — согласился он. — Если в том, что ты
скажешь, будет присутствовать слою
да
.
Дискуссия, развернувшаяся у нее в голове, не подлежала
оглашению и не доставила ей большого удовольствия. Ему она поведала только
итоговый вывод:
— Фрэнк, ты продвигаешься слишком быстро.
Чувственность его улыбки проникла сквозь кожу Донны, как тепло
горячей ванны. Причем присутствие семьи, похоже, не снижало действенности
его улыбки. Оно только спасало ее от немедленной капитуляции.
— Леди, — пообещал он Донне, когда она подзывала официантку со
счетом, — вы еще ничего не видели.
Она знала, что это правда.
Донна чувствовала себя так, будто осталась на верху трапа, от
которого отъехал самолет. Она качалась и могла упасть в любое мгновение.
Донна сдалась, и это никого не удивило.
— Хорошо. Мы отправляемся в парк, а потом посмотрим
Космическую иглу.
Фрэнк ухмыльнулся, кладя свою кредитную карточку рядом со
счетом, принесенным официанткой. Та управилась в одну секунду.
— Хороший выбор.
— Ты всегда добиваешься своего? — поинтересовалась Донна.
— Достаточно часто, чтобы оставаться оптимистом, — уклончиво
ответил он.
Более чем оптимистом, мрачно подумала Донна.
Но она не могла уразуметь, что оптимизм его питает.
Фрэнк тем временем погрузился в обсуждение с ее сыновьями
сравнительных достоинств популярных мультипликационных героев: Багза Банни и
кота Гарфилда. Его рейтинг у мальчиков поднялся еще пунктов на десять.
Донна только покачала головой. Этот человек невообразим.
Тейлор и Стивен таскали Фрэнка от одного из девятнадцати
аттракционов к другому. Донна пыталась отстать, но ей не давали. Против нее
устроили заговор. Лиза, Тейлор, Стивен и Фрэнк — особенно Фрэнк — были на
одной стороне, а она на другой. Всегда находился кто-то, кто брал ее за руку
и тащил, чтобы усадить рядом с Фрэнком, когда они отправлялись на какие-
нибудь русские горки. И она вцеплялась в него и визжала, падая с
пятидесятифутовой высоты.
Она смущалась, а он хохотал от удовольствия. И тогда она
начинала злиться. Но злиться было некогда, потому что тут же приходилось
идти на следующий аттракцион или любоваться следующим видом.
И сколько раз уже Фрэнк брал ее за руку и прижимал к себе!
Они обошли вдоль и поперек весь шестиакровый парк. День
наполнялся смехом и мимолетными прикосновениями, и далеко не столь
мимолетными последствиями этих прикосновений.
С ним приятно, думала Донна. Ей приятно с ним, но она этого не
хочет. Не хочет снова погружаться в смятение чувств.
Она боялась.
Когда день наконец приблизился к концу и Донна с Лизой упали
на траву передохнуть, Фрэнк затеял возню с мальчиками в нескольких шагах от
...Закладка в соц.сетях
