Жанр: Любовные романы
Повелитель
...имена?
— Рады познакомиться! — Томас улыбнулся. — А сейчас — добро
пожаловать, братья и сестры радуги, на наши земли, где властвует древняя
магия, — торжественно произнес он. Потом, уже неофициальным тоном,
предложил: — Хорошо будет, если мы все вместе пойдем к Ледяному Джеку и
Кире, чтобы представить вас, и избавим их от спуска вниз, в пещеру. При
обычных обстоятельствах нам не пришлось бы являться к вам втроем, но мы
обеспокоены агрессивным поведением гоблинотроллей. Эти мутанты
отвратительны. — Он подумал, не добавить ли еще чего.
Самый смуглый из них, Абриал, все еще пристально разглядывал пришельцев. И
Зи вдруг поняла, что, даже не дотронувшись до нее, он узнал все о хобгоблине
из магазина. Абриал ничего не сказал об этом и предположил:
— Думаю, дракон решил как следует заняться гоблинотроллями.
— Но дракон до сих пор не вернулся! — оттолкнув Ника и посмотрев
на Томаса, возразил Гензель. — Я уверен, что дракон хочет вернуться и
покатать нас!
Томас улыбнулся.
— Может быть, дракон появится здесь позже. В самом деле, если он чего-
то захочет, то обязательно это сделает. Но он не будет возвращаться той
дорогой, по которой мы должны идти. Туннели слишком узкие, а дракон слишком
огромный, чтобы там пройти.
— Ох! — Гензель, явно разочарованный, взял Ника за руку и
посмотрел на своего нового защитника с надеждой в глазах.
Ник явно не горел желанием снова встретиться с драконом, но не хотел и
огорчать Гензеля. Он получил небольшую передышку.
Зи улыбнулась этой мысли, чувствуя себя, несмотря ни на что, счастливой и
полной надежд.
— Не беспокойся, — послышался уверенный и доброжелательный голос
Томаса, — вы снова насладитесь встречей с драконом, и очень скоро. Он
всегда возвращается, как завалящий пенни.
— Нам пора уходить, — напомнил Абриал, глядя Нику в глаза. Его
пристальный взгляд оказался не таким ласковым, как голос. В нем полыхало что-
то разрушительное. — Я попросил Ниссу прервать поиски Квазима во сне,
но она ждет нашего возвращения. Вы же понимаете, как это бывает с женщинами.
Томас кивнул.
— Я тоже не хочу, чтобы Кира выходила из холма, пока мы не
возвратимся. — Он повернулся к гостям. — О'кей, ребята, вам надо
кое-что узнать о наших волшебных дорогах. Во-первых, они почти всегда
невидимые. Во-вторых, они могут казаться... живыми. Не беспокойтесь по этому
поводу. Просто дороги у нас такие, чтобы можно было быстро перемещаться. За
пять минут мы преодолеем более двухсот миль — это очень удобно. Мы не должны
терять друг друга из виду, а дети пусть держат за руку кого-нибудь из
взрослых.
— Гм, — начал Ник, — а вы уверены, что это безопасно для нас?
Я слышал истории... — Он перестал читать сказки, которые считал чистыми
выдумками, после семи лет. Но теперь ему пришлось пересмотреть свое
отношение к ним.
— Совсем безопасно. Ведь среди нас нет чистокровных людей, не так ли?
Зи посмотрела на Ника, потрясенная услышанным.
— Ты немного волшебник? — спросила она. Ник кивнул, а потом
сказал:
— Да. Кажется, я немного пикси. Как тебе это?
Он взглянул на Томаса, задавая себе вопрос, как тот узнал, что он не
чистокровный человек. Может быть, за последние двадцать четыре часа с ним
произошли какие-то изменения и его пробуждающиеся магические силы стали
заметны другим волшебным существам?
— Но почему я ничего не знала об этом?
Ник не понимал, озадачена Зи или обижена его упущением.
— Потому что два часа назад мне самому не было об этом известно. —
Не желая рассказывать о своем призраке в присутствии посторонних и опасаясь,
что Зи посчитает его обманщиком, Ник развел руками. — Понимаешь, это
трудно объяснить. Появился... голос, он стал со мной говорить, а потом
открыл мне тайну, сообщив, что я немного пикси. Казалось безумием обрушить
на тебя такую новость внезапно, поэтому я просто... Черт, не знаю! Я питал
надежду, что как-нибудь проснусь и все это окажется сном...
Зи кивнула, улыбнувшись ему, и он вдруг ощутил приятное волнение, словно
предчувствовал, что их с Зи ждет счастье.
— И я это ощутила, когда холм молча наблюдал за нами. Я не знаю, был ли
это голос, но он, как луч, проник в меня, увидел всю мою жизнь и все узнал
обо мне, — пыталась объяснить счастливая Зи. И хотя Ник понимал, что
дальше молчать о призраке будет неправильно, он ей не противоречил. — И
очень хорошо, что в тебе тоже есть волшебство.
Было непонятно, почему это обрадовало Зи, ведь он не чувствовал в себе
ничего магического.
Ник поднял глаза и обнаружил, что Томас за ним наблюдает, он бы охотно
поспорил, что волшебник догадался о его тайне. Однако Томас молчал.
— Что ж, если все готовы, можно отчаливать. Нам направо по этой дороге,
леди, джентльмены и дети, — выкрикнул Роман, хлопая в ладоши. Когда он
вошел в туннель, его голос стал звучать, как голос карнавального
зазывалы. — Добро пожаловать на удивительную, поразительную,
незабываемую дорогу фэйри, о которой повествуется в древних сказаниях и
песне...
— В какой песне? — перебил его Гензель.
— Да, в какой песне? — переспросил Ник, последовав за всеми в
невидимый коридор.
Давай, ты же знаешь эту песню, Ник! Ты пойдешь по верхней дороге,
а я по нижней
, — подхватил призрак, как только Роман запел.
Ник знал эту песню и неуверенно присоединился к поющим. Зи взяла его за
правую руку, Гензель сжал его левую руку, правую руку Зи обхватила Гретель.
Нику казалось, будто они сейчас совершат прыжок.
Мы отправимся к мудрецу, чтобы стать умнее. И немного смелее. И, будем
надеяться, получим ответы на некоторые наши вопросы
, — мысленно
обратился Ник к привидению.
Вот в чем смысл жизни!
— Призрак
зааплодировал. —
Это намного лучше, чем насвистывать по ту
сторону стены кладбища. Ох, замолчи! Я и вправду не очень рад всей этой путанице. Как я предъявлю
тебя всем?
Эй, не жалуйся и ничего не объясняй! Нет способа заставить
поверить в мое существование. Черт возьми, ведь даже ты не вполне в этом
уверен. В конце концов, может, я просто галлюцинация. Раньше ты так и думал,
не правда ли?
Ха! Томас знает о тебе, — проворчал Ник немного сердито. — Держу
пари, что и Абриал Найтдемон знает. У меня такое чувство, что от этой
парочки ничего нельзя скрыть. Если они сейчас делают вид, что ничего не
случилось, на это есть какие-то причины
.
Гм... может быть, ты говоришь дело. И все же на твоем месте я бы
не волновался ни о чем. Я — это ты, а я не беспокоюсь
. Я и не сомневался, что ты спокоен, — буркнул Ник. — Наверное,
призракам никто в этом мире не может причинить зла!
Ты бы удивился, если бы узнал, что это не так
. Ник заметил, что Абриал пристально смотрит на него. Уже стемнело, но врач
мог поклясться чем угодно, что демон ночи улыбался.
Он слышит наш разговор, я это знаю
.
Тогда замолчи, наконец
.Глава 14
Ник, Зи и дети, проникнув по дорогам фэйри в глубь Кадалаха, познакомились с
его гостеприимными жителями. Зи немного удивилась, когда счастливо
улыбающихся детей увела молодая женщина по имени Хло. Зи осталась с Ником в
комнате, полной волшебников. Казалось, дети ничему не удивлялись, а вот для
Зи все было неожиданным. Во-первых, то, что Ник немного пикси. Неизвестно,
как к этому относиться. Конечно, это хорошо, хотя...
А потом хозяева Кадалаха. Томас не являлся главным волшебником — им был
Ледяной Джек. Волшебники не соответствовали ее представлениям о них. Обладая
неземной красотой и магическими силами, как ей и рассказывали, все же во
многих отношениях они казались просто людьми. Совсем как ее отец. В
сущности, в Хло вообще нельзя было заметить ничего магического.
Сам Кадалах — другое дело. Зи и представить себе не могла более чудесного
места. Она считала, что образ жизни волшебников такой же, как и у гоблинов
их общины, но в шийне все было по-другому. Поразительные растения в саду не
имели сходства с растениями в тех садах, которыми она когда-либо
наслаждалась — или представляла в своем воображении. Зи готова была держать
пари, что для этих цветов и деревьев не существовало времен года. Эти сады
вечные: они есть и будут всегда. Такое место люди называют Эдемом.
Зи сидела в беседке, едва вспоминая о своих спутниках, ошеломленная
ароматами неземной красоты цветов. Ей казалось, будто что-то в ней — ее
волшебная часть — пыталась вступить в контакт с жизненной силой, щедро
разлитой вокруг. Это все было чудесно, но почти нереально. Многообразие
великолепных пейзажей и ароматов поражало. Неподалеку она увидела террасы,
ниспадающие каскадом. Каждую покрывал водопад сияющих цветов сказочно
красивых оттенков, с тонким нежным ароматом. Все казалось знакомым, но Зи не
могла вспомнить ни один цветок. Это походило на прогулку во сне по какому-то
таинственному месту вне человеческого мира и мира лутин.
Но сады поражали не только красотой и экзотическими запахами. Тихое пение
птиц сливалось с еле слышным звучанием музыкальных инструментов. Мелодия
словно рождалась из спокойно текущего ручья с водой легкого лазурного
оттенка. Он извивался по пещере, находясь всегда рядом с ними, где бы они ни
шли. Легкий ветерок иногда обсыпал волосы Зи дождем лепестков, еще более
нежных, чем материнская ласка, которой в детстве Зи так не хватало. Здесь
все словно обращалось с любовью к той маленькой Зи, постоянно чувствовавшей
себя никому не нужной, не находящей нигде себе места. На ее истерзанное
сердце будто проливался целебный бальзам. Она знала, что может стать частью
этого ни с чем не сравнимого мира.
Ей вдруг захотелось рассказать Нику о нахлынувших ощущениях, но... Зи только
беспомощно оглянулась по сторонам. Некоторые чувства невозможно выразить
словами, по крайней мере, обычно употребляемыми словами. То, что она
испытывала, было словно ответом на тайную молитву. Много раз после смерти
отца Зи пыталась молиться Богине, которой он поклонялся, но не чувствовала
отклика.
Ее снова окутал дождь лепестков, прошептавших, что Богиня услышала робкий
зов Зи, приняла и полюбила ее. Теперь она принадлежит Богине и можно уже ни
о чем не беспокоиться, доверив ей управление своей судьбой.
Зи готова была заплакать. После всех испытаний, уже не надеясь на это, она
наконец-то обрела свои корни, свою родину. И сады узнали ее, приняли и
полюбили. Ник помог ей обрести этот мир. И всего за два какие-то дня она
будто дважды получила благословение. Но, возможно, ей вскоре придется
распрощаться со своим неожиданным счастьем. Надеяться, что ей разрешат здесь
остаться, — это было бы уж слишком. Тем не менее, уехав сейчас, она
почувствовала бы себя изгнанной.
А Ник... Он сдержал свое слово и привез Зи в Кадалах, но вдруг все, что
здесь произошло, оттолкнет его? Трудно представить, как относится Ник к
тому, что он не совсем человек.
Будто почувствовав ее состояние, Ник протянул к ней руку и ободряюще
улыбнулся.
— Я понимаю, что вы устали, — останавливаясь возле каменного стола
со стеклянными стульями, тихо произнес Томас Мэрроубон. — Но нам нужно
знать все, что вам известно об атом хобгоблине Квазиме. Что-то из этой
неприятной истории уже понятно, но этого хитрого ублюдка трудно
преследовать. Любая помощь, оказанная вами, поможет решить нашу задачу.
— Да, конечно, — согласилась Зи, пытаясь собраться с мыслями.
Это было трудно. Единственное, чего она хотела, так это погрузиться в
очарование волшебства окружающего ее мира. Это гораздо лучше, чем
столкнуться лицом к лицу со своими страхами. Томас обнадеживающе улыбнулся
ей.
— Остальные...
— Мы здесь, — объявил волшебник с серебристыми волосами и
проницательным взглядом. Зи интуитивно поняла, что это главный волшебник,
Ледяной Джек. — Садитесь, пожалуйста. Мы начнем без Ниссы. Она
совершает прогулку во сне, пытаясь определить местонахождение Квазима.
Абриал охраняет ее, пока она там, но вскоре он присоединится к нам.
— Квазим — это чудовище, напугавшее Зи? — уточнил Ник. —
Фальшивый Санта в торговом центре?
— Да. Он хобгоблин. Повелитель хобгоблинов и воистину отвратительный
результат экспериментов. — Ледяной Джек что-то налил в кубки, стоящие
на столе, и раздал их. — Выпейте этот напиток до дна, он взбодрит вас
на некоторое время. Мы быстро все обсудим, а потом вы отдохнете.
Зи попробовала напиток, предложенный Джеком. Она знала, что это
сильнодействующее средство, но все же решилась и сделала большой глоток. Ей
надо сосредоточиться, чтобы вспомнить все об этом существе.
Ледяной Джек мягко заговорил с ней:
— Вы правильно поступили, придя к нам, это позволит вам остаться в
живых, а мы займемся Квазимом, который знает о вас все. Начни с того
момента, когда вы с детьми увидели его в магазине. И не беспокойся, что мы
тебе не поверим, даже если рассказ будет неточным. Ты можешь воспринимать
то, что недоступно обычным чувствам. Просто изложи свои впечатления.
Успокоившись, Зи начала рассказывать. Но даже взбодрившись после выпитого и
сжимая руку Ника, она с трудом говорила об этом. Упоминание имени Квазима,
казалось, могло вызвать его дух. Но она продолжала, собрав все свои силы.
— Это все правда, — заключил Ледяной Джек через несколько минут
после того, как Зи закончила говорить. Пока другие обсуждали услышанное, он
сидел молча, склонив голову набок, будто к чему-то прислушиваясь. —
Квазим обманом увел человеческих детей и держит их где-то в районе Долины
Смерти. Нисса продолжает искать его логово даже сейчас. Больше всего меня
беспокоит неопределенность. Непонятно, как он собирается дальше поступить с
похищенными детьми. Зи, что ты знаешь о его дальнейших намерениях?
— Я... — Она замялась. — Мне нечем это подтвердить, но
кажется, Квазим собирается принести малышей в жертву. Одного похищения
недостаточно, чтобы спровоцировать людей на войну. А я думаю, что именно
этого он и хочет.
— Он может так поступить? — спросил Ледяной Джек Абриала.
Найтдемон проскользнул в комнату несколько минут назад. — Он бы убил
сотни человеческих детей, чтобы развязать войну?
Абриал, помрачнев, посмотрел на младенца, которого держал на руках. Это был
сын Романа, Иннис. Абриал часто возился с детьми, стараясь как можно лучше
подготовиться к появлению собственного ребенка, и теперь мог без труда
контактировать с этими крошечными частичками будущего, заключенными в
маленькие тельца.
Он поднял голову, а потом кивнул и тихо произнес:
— Да, думаю, он может их убить.
Иннис зашевелился, и Абриал вернул ребенка Роману, не желая негативно
воздействовать на него своей темной природой.
— Тогда все понятно. — Ледяного Джека ужаснул ответ Абриала, но он
этого не показал. — Следующий вопрос: какую общину Квазим выберет для
осуществления своего коварного плана? Зная об этом, мы бы могли ограничить
крут поисков. Ведь он наверняка уже выбрал место для совершения ритуала.
— Его первейшая цель — родовое гнездо короля Карбона, повелителя лос-
анджелесской общины, — заявил Абриал без колебаний.
— Но Карбон мертв! — напомнил ему Ледяной Джек. — А гоблины
сосредоточили свои силы на севере.
— Да. Но лос-анджелесская община его отвергла. Она тоже хочет
господствовать. Квазиму нужна хорошо известная людям община.
— Тогда нам тоже надо начинать действовать, — сказал Ледяной
Джек. — Я немедленно пошлю туда разведчиков. Кира и Ио отправятся
вместе. Нужно, чтобы Лирис вернулась из Сан-Франциско. — Зи вспомнила,
что Лирис — жена Романа, но она с ней еще не встречалась. Ледяной Джек
продолжил: — Лирис займется проверкой записей, используя свои человеческие
источники. Она действует лучше любого хорька, когда нужно что-то найти. А
Томас...
— Нужно идти по следу денег, — отозвался Томас. — Я его
обнаружил. Но не ожидай многого. Вряд ли Квазим использовал кредитные
карточки. В его стиле сразу брать то, что он хочет, и он убивает любого, кто
встанет на его пути.
— Я знаю. Но ведь твоя лаборатория оснащена компьютерами, и если он
воспользовался кредитными карточками каких-то банков, ты сможешь отследить
это.
— Неужели вы думаете, что Нисса не найдет детей в царстве снов? —
Абриал не сомневался в способностях своей беременной жены. — Квазим,
вероятно, ввел их в состояние транса. Она сможет определить местонахождение
детей — столько умов, пребывающих в состоянии транса, находятся на небольшой
территории в пустыне, их нельзя не заметить.
— Если никто их не найдет, Нисса наверняка сможет сделать это. Но
Квазим способен прятаться очень хорошо, ведь он несколько месяцев назад
исчез, не оставив ни малейшего следа. А нам всем нужно морально
подготовиться и держать магические силы наготове, чтобы остановить его на
жертвенном участке только в том случае, если произойдет самое плохое. Я не
разрешаю вам с Ниссой одним вступать с ним в битву. — Ледяной Джек
кивнул, снова общаясь с кем-то или чем-то невидимым. — На этом пока
все. Зи нужно отдохнуть, а остальные пусть займутся составлением плана.
— Квазим использует сердце Мэбигон? — спросил Роман Абриала после
того как Ио пошла с Зи и маленьким Иннисом укладывать их спать. Когда
мужчины остались одни, они организовали что-то вроде военного совета.
Ледяной Джек налил всем еще вина, а Лирис, уже вернувшаяся из Сан-Франциско,
принесла поднос с фруктами и ушла. Нику стало интересно — дискриминация по
полу здесь обычное явление, или женщины выполняли какое-то другое задание.
Он не мог понять, почему мужчины не хотят, чтобы женщины были посвящены в
детали предстоящей операции — ведь они были разведчицами. Конечно, Ник не
собирался что-то скрывать от Зи.
— Это мое предположение, — ответил Абриал, — с помощью сердца
Квазим, вероятно, овладел некоторыми из ее самых отвратительных
способностей. — Лицо ночного демона немного расслабилось. — И все-
таки я думаю, лучше, если сердце использует Квазим, а не Мэбигон. Она и
мертвая представляла для нас угрозу. Он оказал нам услугу, отобрав силу у
этой негодяйки.
— Ты с такой нежностью о ней говоришь! — заметил Роман. —
Видимо, она доставила тебе настоящее удовольствие.
— Радуйся, что не ты испытал на себе это удовольствие. Я никогда не
знал более эгоистичного и безжалостного создания.
— Мэбигон? Кто это? — поинтересовался Ник.
— При жизни она была королевой Сил Тьмы — королевой черной
магии, — объяснил Абриал. — И наглядным подтверждением
справедливости старого афоризма о том, что абсолютная порочность всегда
неразделима с абсолютной властью.
— Достаточно справедливо. Но Квазим — не бойскаут. Что делает его
особенно ужасным — отсутствие свойственных людям и волшебникам моральных
ограничений и неуравновешенность, — заметил Томас. — Да и с какой
стати ему придерживаться моральных принципов? Ведь он не человек и отнюдь не
волшебник. Это словно иметь дело с психопатом, не полностью потерявшим
разум. То есть, мозги у него работают, и он веками планировал, как совершит
возмездие.
— А как Нисса все это воспринимает? — Ледяной Джек взглянул на
Абриала. — Из наших с ней разговоров мне это непонятно. В последние дни
она полностью ушла в себя.
Найтдемон развел руками.
— Нисса страдает. Несмотря на все, что ей сделали Квазим и Мэбигон, она
все-таки надеется, что ее отец не способен уничтожить детей.
Слова Абриала ошеломили Ника. Квазим — отец Ниссы? Он знаком с Бисше,
матерью Ниссы. Тогда Квазим по отношению к Бисше... кто? Уж точно не муж!
— Нисса также подумывает об уничтожении сердца Квазима, которое
находится в Кадалахе, — продолжал Абриал. — Ее и Бисше удерживает
только мысль о том, что сердце Квазима может стать козырем в игре. Мне
известны ее намерения, но не думаю, что мы можем пойти на это. Он и с
сердцем Темной Королевы слишком опасен. Его не остановить, если он снова
получит свое собственное. По его поступкам видно, что он вовсе не безобидный
ягненок и ему не место в стаде.
— Зато
ты — кроткая овечка, — фыркнул Роман.
— Абриал, на чьей стороне ты будешь в грядущей битве? — Джек
обернулся, глядя в лицо своему другу. Ночной демон ответил не сразу, и
Ледяной Джек уточнил: — У Квазима теперь сердце твоей прежней королевы.
Означает ли это, что ты не сможешь с ним бороться?
Абриал замялся.
— Не знаю. Думаю, я попытаюсь найти это сердце. В конце концов, он
украл его у Мэбигон. Теоретически я должен вернуть ей сердце — даже если она
мертва.
— Надеюсь, что Квазим не знает о том, что твои возможности ограничены и
мы не окажемся в беде. — Томас помрачнел. — Ведь он не знает ни
что такое благородство, ни что такое честь и, не задумываясь, нанесет удар.
— Это так, — согласился Абриал. — Но в царстве снов есть тот,
кто сможет меня заменить в случае, если я не смогу при помощи магии напасть
на Квазима. Он может помочь спасти детей.
— Твой дядя Фаррар? — уточнил Ледяной Джек. — Он сделал много
хорошего, но мудро ли сейчас привлекать его? На этот раз мы имеем дело с
детьми.
— Дети и Крысолов из Гамельна — замечательное сочетание. Все равно что
выползти из сковородки в огонь. — Роман от ужаса закатил глаза.
Ник моргнул. Крысолов из Гамельна? Наверное, из-за действия вина он не очень
удивился этому.
— Дети погибнут, если срочно не остановить Квазима, — настаивал
Абриал.
Ледяной Джек не спорил. Абриал больше не предлагал вызвать Крысолова из
Гамельна.
— Знаете, чем дольше я всех вас слушаю, тем больше начинаю
нервничать, — медленно произнес Ник. — Я не трус, но мне кажется,
что ситуация становится все хуже.
Роман кивнул.
— Светлая голова. Если Квазим осуществит намеченное, опасность будет
угрожать и всем гоблинам. Знаете, в последние дни у меня такое чувство, что
мы имеем дело с самыми грязными и отвратительными Силами Зла, когда-либо
извергнутыми в наш мир подземельем. Вот что я хочу знать. Когда, наконец,
начнется что-нибудь веселое — заводная музыка, танцы, в общем, праздник?
Глаза у Романа были грустными, а голос — нет. Ник заметил, что Роману всегда
удается казаться веселым — в любой ситуации.
— Подлые Силы Зла? — Обычно вяло реагирующий на происходящее Томас
Мэрроубон, сказав это, засмеялся, и Ник немного успокоился. Значит, все было
не так плохо.
— Да, — продолжал Роман, — ты знаешь, о ком речь. Но
приверженцев Сил Зла матери с развитым чувством гражданского долга не
задушили в колыбелях, их не отравили предусмотрительные одноклассники и не
поразила молния, посланная заботливыми небожителями. Ничего этого не
произошло. Но они сами постоянно совершают ошибки: роняют в ванну
электроприборы, пробивают автомобилями заграждения над обрывами, мчась со
скоростью сто двадцать миль в час, принимают чересчур большие дозы фруктов
гоблинов...
— Думаю, эффектные автокатастрофы и передозировки припасены судьбой для
рок-звезд. Хотя мне нравится, когда в ванной есть телевизор, — Томас
продолжал посмеиваться. — Вы решили, что Квазим, как персонаж мыльной
оперы, смотрит телепередачи в ванной?
Роман покачал головой, внимательно глядя при этом на Ника.
— Я рад, что кто-то считает отсутствие равновесия во вселенной смешным.
Итак, что добавит пикси? Ты тоже можешь высказываться как участник нашей
борьбы.
Он в этом участвует? Конечно, Ник так и думал.
—&nbs
...Закладка в соц.сетях
