Жанр: Любовные романы
Повелитель
...ь
хорошей жизнью, жизнью, в которой она не будет
растрачивать ценную энергию, борясь со своей природой, жизнью, в которой
есть любовь, семья и... надежда.
Зи покачала головой. Однажды отец сказал, что ее магические способности
помогут ей сразу же узнать своего единственного мужчину, когда он встретится
на ее пути. Волшебство проявится в ней, и, будет ли этот человек гоблином
или волшебником, они соединятся, потому что это будет магический союз.
Восхищаясь человеческой цивилизацией, отец ни разу не говорил, что женщина-
гоблин может найти себе супруга среди людей, и это ее беспокоило. Люди не
обладают волшебными способностями, и это замечательно, ведь Зи пыталась
стать такой, как они. В ней магического не так много. Но как же узнать
мужчину, который создан только для нее, еслии он вообще не владеет магией?
Естественно, напрашивался вопрос — будет это человек или кто-то другой?
Сможет ли она стать женой обыкновеного человека, если в ней течет кровь
гоблинов? Зи выглядела почти так же, как люди, если не принимать во внимание
этих шрамов на боках. Но она только внешне человек — а внутри она больше
ощущала себя гоблином.
Зи жалела, что у нее нет магического кристалла какого-нибудь драгоценного
камня, в который она могла бы пристально всматриваться, чтобы найти там
ответ. Несомненно, Ник мог быть ним единственным мужчиной. Даже до появления
автомобиля Зи чувствовала приближение, ощущала биение его сердца и дверью,
пока он стучался и просил открыть. А случившееся и рождественскую ночь, то,
что они влюбились друг в друга, казалось настоящим волшебством —
волшебством, как она его понимала. И с детьми Ник был щедрым, любящим и
нежным. Зи так хотелось сделать для него что-нибудь хорошее.
О, как Зи желала стать той единственной женщиной, которая разделит с ним
интересную, обеспеченную жизнь и будет имеете с ним предаваться чудесным
мечтам. И они с детьми никогда больше не будут голодать и чувствовать себя
униженными. И если все происходящее не было волшебством, то чем тогда? То,
что они полюбили друг друга, уже удивительно. Она так долго не хотела
становиться женщиной, помня грубость и оскорбления кузена Паспара, кроме
того, она боялась изменений, происходящих с женщинами-лутин, когда они
отдавали себя мужчинам. До сегодняшнего вечера Зи думала, что лучше вынести
самые ужасные побои, пытки, возможно, даже умереть, чем отдать мужчине свое
тело, пожертвовать свободой. Да, они с Ником стали близки всего через
несколько часов после знакомства, а теперь она бродит по темному лесу в
сильный мороз, пытаясь разыскать то, что его обрадует.
Это наверняка действие волшебства, по-другому быть не могло.
Ее мысли вернулись к празднику Рождества. Она должна найти сосну, пока над
горами не взойдет солнце. Найти и принести в хижину как дар Нику. Только
тогда все будет хорошо.
Уставшая Зи все шла и шла, углубляясь в лес. Стужа заморозила небольшой
ручей, который надо было перейти. Земля от мороза стала твердой как камень.
Ветви и прутья раньше гнулись, когда она касалась их, проходя мимо, а теперь
они превратились в оружие — дубины и ножи, ранящие ее плоть, как только Зи к
ним прикасалась. От холода воздух стал разреженным, и каждое дуновение было
очень хорошо слышно. Может быть, это была самая холодная ночь в году.
Если бы на моем месте оказался пугливый путник, — подумала Зи, —
он очень испугался бы, представив, что кто-то ужасный сидит высоко на кривых
ветвях старого дуба или прячется за пушистыми древними елями
.
Уловив краем глаза вспышку света, она быстро обернулась, но никого не
увидела, не было там никакого дикого зверя, собирающегося напасть, ничего,
кроме глухих зарослей гималайского ягодного кустарника, пышно
разраставшегося летом, красуясь ягодами, до которых было трудно дотянуться.
Лозы, теперь коричневые, были без плодов, но все еще вооружены острыми
шипами. Эти многочисленные когти красиво сверкали даже в тусклых лучах
приближающегося рассвета.
Она прошла еще немного, и ее молитвы были услышаны. Кто-то оставил Зи ясный
знак. Она увидела группу молодых сосенок, помеченных пластиковыми ленточками
— красными, зелеными и желтыми.
Может быть, здесь побывал эльф, о котором рассказывал Ник? Зи ощутила, как
мороз побежал по коже, она стала принюхиваться и искать следы на снегу.
Ничего. Снег был нетронутым. Буря давно закончилась, но следов оленей или
других лесных зверей не было, и это казалось довольно странным. Неужели она
здесь единственная живая душа? Зи не замечала присутствия других живых
существ с тех пор, как вышла из лачуги. Может, их испугала буря — животные
весьма чувствительны к волшебным явлениям.
Она медленно пошла дальше, вглядываясь в предрассветные тени. Но все вокруг
дышало миром и спокойствием.
Большинство деревьев в рощице оказались небольшими, от четырех до десяти
футов в высоту. Зи подумала, что они либо больны, либо не разрастаются из-за
того, что им тесно. Она решила, что, прореживая деревья, помогает им стать
более крепкими, а значит, делает доброе дело, срубая одно из них. Зи жалела
деревья, потому что там, где она выросла, их было очень мало. Эта рощица,
хоть и реденькая, представлялась ей чудом. Убить сосну — даже ради
совершения обряда — казалось преступлением.
Десятифутовое дерево было самым красивым, во всяком случае, если смотреть на
него с одной стороны. Но его придется тянуть на гору, к хижине. К тому же Зи
была уверена, что такое высокое дерево не поместится в хижине. Она медленно
обходила другие деревья, рассматривая и оценивая их. Наконец Зи выбрала
сосну примерно своего роста.
Ее топорик оказался очень тупым, и Зи радовалась, что рубит не крепкий дуб.
Ей все же пришлось попотеть, прежде чем сосна поддалась и упала.
Срубив сосну, Зи обошла другие деревья и сняла с них пластиковые ленточки,
решив, что из них получатся красивые бантики для рождественской елки.
Несколько гигантских шишек, упавших с более высоких сосен, Зи решила
использовать вместо игрушек, а позже их можно будет сжечь. Сосновые шишки
очень хорошо горят.
Потребовалось несколько минут, показавшихся бесконечными из-за холода, чтобы
привязать шишки к той стороне дерева, которая не будет касаться снега, когда
Зи потащит его. Закончив работу, Зи покрепче ухватилась за ствол срубленного
дерева и потащила свое сокровище на гору. Поначалу не очень тяжелое дерево,
постепенно облепливаясь снегом, набирало вес с каждым шагом Зи. Хотя она
была сильной и привыкла к тяжелой работе, ее грудь вздымалась к тому
времени, когда замерзшие ноги ощутили наконец ровную поверхность.
Дойдя до хижины, очень уставшая, но счастливая, Зи сразу же поняла, что ей
будет трудно поставить дерево вертикально, чтобы стрясти с него снег. Оно
почему-то все время падало. Вероятно, существовали специальные
приспособления, с помощью которых Ник устанавливал деревья, но у нее ничего
подобного не было. Единственный выход — прислонить сосну к стене в углу
комнаты, подальше от камина.
Втащить дерево через дверь также оказалось проблематично. Сосна была
маленькой и гибкой, но размах ее ветвей был значительно больше ширины двери.
Будет слишком много шума.
Зи не знала, как ей лучше поступить: принести дерево в дом сейчас или подождать, пока все проснутся?
Ком мокрого снега упал на голову Зи, напомнив ей о том, как холодно было на
улице. Она зашаталась, но удержалась на ногах.
Внесу дерево в дом позже, когда Ник проснется
, — решила Зи. А сейчас
ей нужна была только кружка горячего чая, после чего она свернулась бы
калачиком в сильных руках Ника и уснула бы. И все тогда покажется ей
возможным, страхи исчезнут. Зи знала, что уснет крепко, без сновидений.
Глава 8
— Что ты собираешься делать с этими яйцами? — поинтересовался
Гензель, когда Ник разбил последнее над единственной имеющейся в доме
кастрюлей.
Звонкий детский голос разбудил Зи. Через минуту ее голова показалась из-под
одеяла.
— Доброе утро, — улыбнулся Ник.
— Доброе. — Зи зевнула.
— Ник! — Гензель дернул его за рукав и повторил свой вопрос: — Что
ты собираешься делать с яйцами?
— Я готовлю омлет. — Ник нахмурился, представив, каким маленьким
покажется омлет, разделенный на четверых. Почти вся упаковка яиц ушла на
яичный коктейль. Предвидя следующий вопрос, Ник добавил: — Смешиваешь все,
что есть в доме, с яйцами и жаришь. Будет вкусно. Это рождественское
блюдо, — пояснил он, чтобы остановить поток вопросов.
Гензель недоверчиво посмотрел на сковородку. Ник раздумывал, не вручить ли
сейчас детям подарки, чтобы отвлечь их от еды. Но хотелось подождать, когда
Зи встанет.
— Ты собираешься жарить яйца? — догадался Гензель.
— Да, конечно. Я не дам вам сырых яиц, так как есть их сырыми вредно.
Гензель открыл было рот для следующего вопроса, но подошла Зи и что-то
сказала ему на их необычном языке. Мальчик пожал плечами.
— Но я не заболею! — заявил он.
— Я нашел съедобные травы, — сообщил Ник Зи, по какой-то причине
ощущая неловкость при свете дня.
Зи прекрасно выглядела, хотя только что проснулась. Она и пахла хорошо. Он
почувствовал это прошлым вечером: она излучала великолепную радугу запахов.
Но, в отличие от радуги, состоящей всего из нескольких цветов, букет запахов
Зи поражал. Это были естественные запахи, но очень приятные... И это ему не
казалось. Многие женщины радовали глаз — модели и актрисы, — но они
были так же далеки, как и Луна. Зи была рядом, будоража его чувства.
— Травы? Здесь? — в голосе Зи звучало удивление.
Она выглядывала из одеяла, как из кокона. Ник сделал над собой усилие, чтобы
сосредоточиться на разговоре, чему очень мешал вид заспанной Зи с
взъерошенными волосами и ее очаровательный голос.
— Я знаю, что травы выглядят совсем неаппетитно, — заметил он.
Пожалуй, он выразился слишком деликатно, так как травы были сильно побиты
морозом. — Но после приготовления они станут очень вкусными. Хотя не
знаю, давать ли их детям.
Зи взяла маленький пучок почерневших стеблей и понюхала.
— Да, травы будут вкусными. Спасибо, Ник, что приготовил нам завтрак.
— Для меня это удовольствие. — Он очень обрадовался и, поймав ее
улыбку, почувствовал себя награжденным лавровым венком.
— Мы поедим, а потом я пойду на охоту, — решила Зи.
— На охоту? — Ник испугался. — Но... можно ли идти одной?
Ведь сейчас Рождество.
— Нет, я пойду не одна. Возьму с собой детей. Им нужно научиться
охотиться.
— Возьмешь детей? — ошеломленно повторил он. Потом выпалил слова,
которые дал зарок не говорить ни одной женщине: — Нет, ни за что! Знаешь,
сколько бывает несчастных случаев, когда детей берут на охоту? Пулевые
ранения трудно вылечить, а в прошлом году...
— Ник, я не стреляю из ружья, — внезапно прервала его Зи. —
Мы не любим оружия. Это не для нас.
— Лук и стрелы ничем не лучше, — сделав паузу, заметил Ник. —
Дети еще слишком маленькие для стрельбы из лука.
— Я и из лука не стреляю, — мягко возразила она.
— Тогда как ты убиваешь зверей? Копьем? — не понял Ник, чувствуя,
что все больше очаровывается ею, сам того не желая. — Или ты ставишь
капканы?
— Нет... Это трудно объяснить. Ты когда-нибудь видел рыбака, который
стоит в воде и ловит рыбу руками?
— Да. Один раз. По телевизору, — признался он.
— Вот так и мы это делаем. Без оружия.
Он посмотрел на Зи с уважением.
— Ты умеешь ловить рыбу голыми руками?
Замявшись, через минуту она ответила:
— Да.
— Что ж, я должен на это посмотреть. Знаешь, у меня есть два друга,
которым ты обязательно понравишься, — пообещал Ник. — Если снег не
растает, а мы застрянем здесь еще когда-нибудь, то все вместе пойдем на
рыбалку.
Зи пристально посмотрела на него, и он пожалел, что не знает, о чем она
думает:
— Я буду охотиться, даже если снег растает, — спокойно произнесла
Зи. — Нам всем надо что-то есть.
Ник уставился на нее, как на сумасшедшую. Неужели ей было непонятно, что
прошлая ночь все изменила? Она теперь не одна. Конечно же, он позаботится о
том, чтобы Зи и дети больше не голодали.
Но об этом Ник ничего не говорил Зи, откуда же ей было знать, что решил для
себя Ник.
Не торопи события, но и не веди себя, как
глухонемой
, — посоветовал призрак.
— Конечно, вам... надо что-то есть. Но как только снег растает, мы все
отсюда уедем. В ближайшем городе мы поедим как следует. — Ник говорил
уверенно. Он не любил рисковать
ягуаром
, но все-таки придется ехать по
этим ужасным дорогам, чтобы накормить Зи и детей. — Потом мы решим, что
делать дальше.
— Замечательно, что ты заботишься о нас! — радостно произнесла Зи.
Она сглотнула и добавила: — Но Ник, мы не сможем поехать с тобой. Это
опасно.
— Опасно? Ты думаешь, я тебя обижу? — в ужасе воскликнул Ник.
— Нет! Конечно нет. Не поэтому. — Зи что-то сказала Гензелю, и тот
отошел от них, и она продолжила, понизив голос до шепота: — Знаешь, по-
моему, семья не будет против, если я возьму детей, но... — Она
замолчала, умоляюще глядя на него, надеясь, что он поймет.
— Но ваши родственники возражают? — предположил Ник. —
Думаешь, они вас ищут?
— Боюсь, это так, — вздохнула Зи. — Я надеялась, что мы
благополучно скрылись, но прошлой ночью... — Она вдруг смолкла. —
Мне кажется, кое-кто знает, где мы, поэтому нужно быстрее уходить отсюда.
Для меня очень важно как можно скорее попасть в крепость Кадалах, а время
бежит так быстро!
— А дети не могут вернуться домой? — Ник вспоминал все странные
разговоры и поступки Гензеля и Гретель. — Ты думаешь, там им не будут
уделять внимания? Или с ними станут плохо обращаться? Черт возьми! Их уже
кто-то обидел?
— Их просто сделают рабами, — уныло пояснила Зи, а потом добавила,
еще больше понизив голос: — Лаз отпустил бы нас ради нашей матери. Но его
кузены... Для них это вопрос чести. Я уверена, что прошлой ночью они нас
преследовали. К счастью, кузены не очень хорошие охотники, к тому же они
никогда не моются и воняют хуже, чем койот. Поэтому всегда известно, когда
они приближаются.
Перед Ником пронеслось видение Лаза и его кузенов, косоглазых, с редкими
зубами. Вечно грязные, они превратились в ходячие кладези разных микробов.
Когда они не могут достать самогон, пьют зубной эликсир. И никто из них не
смог бы произнести по буквам слово
пес
, даже если показать им буквы П, Е и
С и дать неделю на размышление. Ник вздрогнул. Возможно, они пошли против
правил, но он не мог винить Зи за то, что та увела детей от таких
родственников.
— Но когда-нибудь они устанут искать нас и призовут на помощь
других, — добавила Зи. В ее голосе вдруг прозвучало отчаяние. — К
тому времени нам необходимо быть далеко отсюда. А дети должны уметь выживать
сами, если вдруг останутся одни.
Ник посмотрел на пустую коробку из-под собачьих галет, и вспышка гнева,
такого мощного, как молния прошлой ночью, пронеслась по его телу.
Эти сумасшедшие сервайвелисты добрались уже и до Соединенных Штатов. Ему
следовало понять это раньше. Это объясняло все — и неосведомленность детей о
мире, их странные диеты и странный язык — все. Ник вспомнил, что он слышал о
разных сектах и о тех несчастьях, которые случаются с детьми, попавшимися на
удочку сектантов. Уэйко, Джонстаун... и думать не хотелось об этих кошмарах.
Он никогда не позволит Зи и детям попасть в их руки!
— С вами ничего не случится. Мы отправимся на восток, — твердо
заявил он. Потребовалось усилие, чтобы сдержать гнев. — Как только снег
растает и
ягуар
сможет проехать. И мы нигде не остановимся, пока не доедем
до дома Джейса — разве что поесть и заправить автомобиль.
Зи моргнула.
— Кто такой Джейс и почему нужно к нему ехать? Он охотник?
— В некоторой степени. Джейсон Рич — адвокат, специалист по семейному
праву и мой хороший друг. Он борец за справедливость. Вместе с ним мы решим,
как оградить детей от наших родственников. А если Лаз и его мерзкие кузены
попытаются приблизиться к ним или к тебе, то они об этом очень и очень
пожалеют.
Ник всегда был против насилия, но детей и Зи он намеревался защищать, чего
бы это ему ни стоило.
— Но Ник, мне кажется, ты не совсем понял. Это...
— Не спорь со мной, Зи. — Он дотронулся до ее щеки рукой. —
Пожалуйста. Мы используем любые возможности. Эта свора — Лаз и его семья —
гораздо опаснее, чем ты думаешь. Ты лишком вжилась в ситуацию, чтобы видеть
ее такой, какая они есть. Раньше мне встречались люди такого типа. Это
фанатики, они не понимают разумных доводов. Я бы не утверждал, что они
воплощение зла, но они совершают ужасные поступки.
— Да, они действительно опасны.
Голос Зи звучал совершенно не так, как раньше, — теперь она говорила
холодно, монотонно. Ник обиделся, ему не верилось, что он смог так сильно
привязаться к ней за короткое время их знакомства.
— Я врач. Поверь, я видел все зло, какое люди могут причинять друг
другу, и знаю, что надо сделать, чтобы вы были в безопасности.
— Ник, — Зи улыбнулась и положила на его руку свою, — я рада,
что ты хочешь помочь. Спасибо. Это придает мне силы. Но как только мы будем
далеко отсюда, я смогу позаботиться о детях.
— Конечно, — согласился Ник, на самом деле сомневаясь в том, что
Зи сможет достаточно быстро устроить свое дело и обеспечивать себя, не
говоря уже о детях. Ей все равно нужна будет помощь, и она ее
получит. — И я буду рядом, чтобы убедиться, что у тебя есть работа, дом
и... все, в чем ты нуждаешься.
Ник не говорил Зи, что его дом станет и ее домом. Адвокат Джейс обязательно
объяснит Зи, что ее шансы стать опекуном детей повысятся, если она вступит в
брак с достойным человеком, имеющим необходимые средства для обеспечения
семьи, и если Джейс об этом не скажет Зи, то Ник предложит такой вариант.
Вчера его шокировала бы сама мысль о том, что он может совершить такой
импульсивный поступок, но в мягком свете рождественского утра он совсем
против этого не возражал.
— Что касается нашей безопасности, Ник, я думаю, ты сможешь кое-что
сделать. Я поеду к твоему другу Джейсу. Но сначала нам необходимо
отправиться в Кадалах. Многие дети в опасности, и я должна рассказать...
жителям Кадалаха о том, что случилось. Чтобы они были наготове.
— Что такое Кадалах? Город?
— Что-то в этом роде. Его жители... это похоже на совет. Они смогут
остановить происходящее.
— А у них нет телефона? — поинтересовался Ник. — Мы могли бы
просто им позвонить.
— Там нет телефона. Единственный известный мне способ найти — идти в
пустыню и смотреть по сторонам.
— Понятно, — медленно проговорил Ник, представив стоянку старых
домов на колесах
— в Неваде таких много. Это ему не нравилось. Тем более
если эта секта преследует других детей.
— Может быть, нам пойти в полицию? — Он поставил сковородку на
угли.
Зи покачала головой и присела рядом с ним.
— Полиция будет действовать слишком медленно и не найдет детей вовремя.
Нику не понравился ее ответ, но он подумал, что она права. В сельской
местности правоохранительные органы не всегда реагируют оперативно, особенно
если никому не угрожает непосредственная опасность.
— Очень хорошо. Мы поищем Кадалах, но потратим на это только один день.
Я хочу, чтобы ты и дети уехали отсюда как можно дальше.
Он быстро размешал яйца, стараясь, чтобы омлет не подгорел снизу.
— Очень хорошо, — повторила Зи, начиная улыбаться. — Уже
скоро день солнцестояния, и я смогу их найти. Если бы у меня был магический
кристалл или бриллиант!
Ник поинтересовался, о каком кристалле она говорит, но тут появились дети,
подпрыгивающие от радости.
— Давайте завтракать, — предложил Ник так весело, как только
мог. — А потом развернем подарки и будем их рассматривать.
Зи захлопала в ладоши и посмотрела на брата и сестру.
— Это будет чудесно! Я сегодня так голодна!
Ник внезапно обрадовался. Ведь у него был бриллиантовый кулон! Зи, похоже,
мечтает о бриллианте. Это украшение казалось знаком свыше. Он не верил в
предзнаменования, но небеса словно помогали его плану. Конечно, Ник дарит не
кольцо, но это уже кое-что. К помолвке он выберет для любимой Зи подарок
получше.
Итак, ты решил связать себя обещанием?
— послышался
голос привидения.
— Да, — пробормотал Ник. — Я решил связать себя обещанием.
— Я тоже голодна, — объявила Гретель. Она появилась у стола и
начала осматривать носки, в которые Ник положил белый шоколад, немного
леденцовых палочек и сушеных абрикос. — Хорошо пахнет. Можно нам их
съесть?
— Вы можете съесть то, что находится в них. После завтрака, —
уточнил Ник. — А подарки развернем потом. Мы все хотим посмотреть, что
принес нам Санта, правда ведь?
— Да, — согласилась Гретель, но в ее голосе еще звучало сомнение.
Она не совсем поверила в существование доброго, но невидимого эльфа.
Зи также сказала
да
, но более уверенно. В ее глазах сверкнула искорка
надежды. Нику стало интересно, получала ли она когда-нибудь рождественский
подарок или, как и у детей, для нее это будет в первый раз? Если так, то
Нику начинало нравиться быть для нее во всем первым.
Он поспешно разложил омлет по тарелкам. Ему не терпелось посмотреть на
реакцию Зи, когда та откроет свой подарок.
Омлет исчез очень быстро, то ли из-за выдающихся кулинарных способностей
Ника, то ли из-за маленьких порций. Поэтому Ник без всяких возражений
наблюдал за тем, Как дети закончили завтрак порцией собачьих галет.
— Еще не пора? — поинтересовалась Гретель, пристально разглядывая
носки и пакеты, лежащие грудой в центре стола. — Я хочу открыть
рождественские носки.
В радостном предвкушении Ник положил блюдо из-под омлета в сковородку, в
которой он растопил на огне снег, и объявил, что наконец пришло время
смотреть подарки. Он уже встал и подошел к столу, но Зи воскликнула:
— Подожди!
Она что-то сказала детям на их родном языке, и те тоже встали. Гретель
засмеялась. Все трое направились к двери.
— Что?...
— Закрой глаза, Ник. Добрый эльф и тебе кое-что принес на Рождество.
Он уставился на Зи, чувствуя себя глупо и ничего не понимая. Сюда приходил
Санта? Но как? Когда?
— Зи... — начал он, ощутив внезапную тревогу. — Ведь если на
крыльце посылка, в ней может быть что-то опасное от твоих кузенов. — В
конце концов, посылка не может быть от Санты. — Послушай, я не думаю,
что...
— Ник! — взмолилась Зи. — Закрой глаза. Доверься мне.
— Хорошо.
Сбитый с толку, слегка нервничая, он выполнил ее просьбу. Открылась дверь.
Послышался смех, за которым раздалось непонятное шуршание. Зи шепотом давала
указания. Негромко лопнула, закрываясь, дверь.
Вдруг воздух наполнился ароматом недавно срубленной сосны. Чем-то пошелестев
в углу комнаты, Зи попросила:
— Открой глаза!
Ник повернулся лицом к Зи. Она и дети стояли возле поставленной в угол
срубленной сосны, украшенной обрывками пластиковых ленточек. Казалось,
дерево вырастает из пола. Сосна выглядела ужасно, это было жалкое зрелище
даже для Чарли Брауна — но все-таки перед ним было самое красивое дерево из
всех, что он когда-либо видел.
Ник был так тронут, что едва мог говорить. Он подошел к троице и их
рождественскому сюрпризу, наклонился и раскинул руки, чтобы обнять сразу
всех.
— Спасибо, — тихо сказал он. — Это самый лучший подарок из
всех, что я когда-либо получал. И самое лучшее Рождество в моей жизни.
Довольные реакцией Ника, дети заливисто смеялись.
— Зи нашла сос
...Закладка в соц.сетях
