Жанр: Любовные романы
Смерть в ночном эфире
...sp;— сказала она. — Полиция ведет
себя так потому, что они уверены, так же как и я, что этот звонок — не блеф.
Я буду счастлива, если все это ока—жется ложной тревогой. Но если наши
догадки верны, то жизнь девушки в опасности. И тем не менее, повторяю, я
очень сожалею, что ты оказался втянут во все это.
Стэн немного успокоился. Он всегда в первую очередь думал только о себе.
— Полиция уже разговаривала с нашим генеральным менеджером. Разумеется,
он немедленно позвонил дяде Уилкинсу. Тот тут же перезвонил начальнику
управления полиции, и я уверен, тому мало не показалось.
— Значит, с тебя сняты все подозрения.
— меня что, подозревали? — воскликнул Стэн.
— Я неловко выразилась, забудь об этом. Иди и купи себе какую-нибудь
новую электронную игрушку. В мага—зинах всегда найдется то, чего у тебя еще
нет. Побалуй се—бя. Тебе станет лучше.
— Это не так легко, Пэрис,. — важно заявил Стэн. — Мой дядя
еще больше вышел из себя, чем я. Он целый день на—званивал генеральному
менеджеру, выясняя, что происхо—дит. Разумеется, я перефразирую его слова.
Так что будь уверена, тебя скоро вызовут в святая святых.
— Я там уже побывала.
Генеральный менеджер радиостанции позвонил Пэрис на сотовый в тот момент,
когда она выезжала из поместья Кемпов. Он попросил о встрече, но это был
приказ, а не просьба. Ей устроили выволочку за то, что она, не сообщив о
звонке Валентино руководству компании, сразу обрати—лась в полицию. В первую
очередь менеджера заботила ре—путация радиостанции.
— Мне пришлось поставить ему запись звонка, — объ—яснила Пэрис
Стэну. — Это его взволновало, как взволно—вало всех, кто слышал. Он
говорил с сержантом Кертисом, который ведет расследование.
Генеральный менеджер разговаривал по громкой связи, так что Пэрис слышала их
разговор. Он согласился с тем, что Пэрис и все остальные сотрудники
радиостанции долж—ны сотрудничать с полицией, но особо оговорил, что если
исчезновение Джейни Кемп станет новостью номер один, то о радиостанций будет
упомянуто только в случае край—ней необходимости.
На что Кертис ему ответил:
— Честно говоря, сэр, меня куда больше волнует судьба девушки, чем
появление аббревиатуры вашей радиостан—ции в газетах и на телевидении.
Перед тем как отпустить Пэрис, менеджер язвительно напомнил, что ее столь
оберегаемая анонимность может быть разрушена. Она уже сама об этом думала и
надеялась, что до этого не дойдет. Годами Пэрис оберегала свою лич—ную жизнь
с фанатизмом золотоискателя, охраняющего золотую жилу. Она не хотела снова
стать основной фигу—рой сенсационной истории.
Но Пэрис не могла не согласиться с Кертисом. Спасе—ние жертвы Валентино
стояло на первом месте. Если срав—нивать, то нарушение ее тайны — это
ерунда.
Чтобы окончательно успокоить Стэна, она сказала:
— Не сомневайся, мне досталось по первое число за то, что я нарушила
субординацию. Так что тебе не одному пришлось несладко сегодня. А теперь,
может быть, ты дашь мне поработать?
— Это были наручные часы со встроенным радиоприем—ником.
— Что? — не поняла Пэрис.
— Я уже купил себе новую игрушку.
Пэрис рассмеялась, Стэн послал ей воздушный поцелуй и направился к двери.
Уже на пороге он обернулся через плечо и объявил:
— Кстати, Марвин звонил и сказал, что заболел.
— Заболел?
— Мне оставили об этом сообщение на автоответчике. Больше я ничего не
знаю.
Насколько было известно Пэрис, Марвин никогда не болел раньше. Ей стало
любопытно, почему он сказался больным именно сейчас? Она снова отложила
сортировку почты и направилась в маленькую кухню, расположенную в задней
части здания.
В эти вечерние часы в коридорах и кабинетах было тихо, горели только лампы
дежурного освещения. Сотрудники уже давно ушли, двери офисов были закрыты,
свет там не горел. Пэрис привыкла к этой тишине и темноте, к запа—хам пыли,
нагретого оборудования, подгоревшего кофе. От коврового покрытия пахло
табачным дымом, основательно пропитавшим его в те времена, когда еще не было
запрещено курить на рабочем месте.
Станцией FM 101.3 управлял медиаконгломерат Уилкинса Криншоу, в который
входили пять газет, три теле—станции, станция кабельного телевидения и семь
радио—станций. Офисы корпорации занимали три верхних этажа небоскреба в
Атланте, со стеклянными лифтами и двух—этажным водопадом в стерильном
гранитном вестибюле.
Но радиостанция в Остине, выкупленная у обанкротив—шегося владельца,
напоминала неповоротливого старого мамонта. Здесь в холле скромно журчал
лишь фонтанчик с питьевой водой, который вдобавок часто отключали.
Непривлекательное одноэтажное кирпичное строение одиноко стояло на холме в
пригороде Остина, в несколь—ких милях от местного Капитолия. Здание было
построено в начале пятидесятых и имело соответствующий вид. Оно переходило
из рук в руки, сменив двадцати двух владель—цев, надеявшихся получить
прибыль.
Плохо финансировавшаяся, жалкая радиостанция оста—валась почти вне поля
зрения корпорации, если не считать того времени, когда проверялись рейтинги.
FM 101.3 была родимым пятном на теле корпорации, но она стабильно давала
прибыль.
Несмотря на убожество здания, Пэрис его любила. У не—го была душа,
сохранившаяся, несмотря на шрамы и швы.
После темных коридоров дневной свет на кухне пока—зался особенно ярким. Даже
Пэрис пришлось постоять, привыкая к нему, несмотря на темные очки. Она взяла
па—кетик с чаем из своего личного ящика и положила его в кружку с водой,
которую она подогрела в микроволновке. Вода только начала приобретать
желтоватый цвет, когда до Пэрис донеслись голоса.
Выглянув в коридор, она с изумлением увидела Дина, идущего следом за Стэном.
Стэн по дороге объяснял:
— Она не предупредила меня, что ждет посетителя.
— Мисс Гибсон меня не ждет. Увидев Пэрис, Стэн сказал:
— Этот человек позвонил в парадную дверь. Я впустил его только после
того, как он показал удостоверение поли—цейского.
Пытаясь не показать Стэну свое неудовольствие, Пэрис представила Дина:
— Доктор Мэллой работает в департаменте полиции Остина. Сержант Кертис
обращался к нему за консультацией, чтобы составить психологический портрет
Валентино.
— Он тоже так сказал. — Стэн оглядел Дина с ног до го—ловы. —
Два по цене одного. Коп и психолог в одном фла—коне.
— Что-то в этом роде. — Дин напряженно улыбнулся. Стэн переводил
взгляд с него на Пэрис и обратно, но так как оба молчали, он наконец понял,
что оказался лишним. Криншоу обратился к Пэрис:
— Если я тебе понадоблюсь, я буду в аппаратной.
Дин посмотрел вслед Стэну. Когда тот отошел на доста—точное расстояние,
Мэллой повернулся к Пэрис и спро—сил:
— Это и есть Криншоу? Племянник владельца? Он гей?
— Понятия не имею. Что ты здесь делаешь, Дин?
Он вошел в кухню, и помещение словно уменьшилось в размерах.
— Кто-то должен быть здесь с тобой во время твоей про—граммы.
— Со мной Стэн.
— Ты бы доверила ему свою жизнь? Пэрис слабо улыбнулась:
— Ты прав.
— Пока мы не узнаем больше о человеке, называющем себя Валентино, ты
должна находиться под охраной поли—ции.
— Кертис предлагал прислать Карсона или Григса, но я отказалась.
— Я знаком с Григсом. Он хороший полицейский и на—стоящий бойскаут, но
ни он, ни...
— Карсон?
— Они не умеют разговаривать с теми, кто удерживает заложников. Я
должен быть здесь, если Валентино позво—нит снова. Если я почувствую его
слабину, то, возможно, мне удастся уговорить его назвать имя девушки,
которую он держит у себя, и сказать, где он ее прячет.
Пусть это было его поле деятельности и таким образом можно было оправдать
его присутствие, Пэрис все же со—мневалась в его искренности.
— Валентино может и не позвонить. Ты даром потеря—ешь вечер.
— Я не потеряю ничего, Пэрис. Я пришел еще и потому, что хотел увидеть
тебя.
— Ты меня видел.
— Я хотел остаться с тобой наедине.
Она поставила чашку с чаем на стойку и повернулась к нему спиной.
— Дин, прошу тебя, не надо.
Он подошел совсем близко к ней, и Пэрис затаила дыха—ние, боясь, что он к
ней прикоснется. Она не знала, что с ней тогда будет, и не хотела испытывать
судьбу.
— Ничего не изменилось, Пэрис, — тихо произнес он. Она
усмехнулась:
— Все изменилось.
— Когда сегодня утром ты вошла в мой кабинет, про—шлое вернулось. Я был
поражен так же, как в тот раз, когда впервые увидел тебя. Помнишь? Это был
вечер после сне—гопада.
Снегопад в Хьюстоне сменился холодным дождем, во—рвавшимся в квартиру, когда
она открыла дверь, впуская Джека и Дина.
Она махнула рукой, торопя их, чтобы быстрее захлоп—нуть дверь. Джек
представил своего друга, но это было в суматохе, пока они снимали пальто и
боролись с зонтами, ни в какую не желавшими закрываться и ронявшими кап—ли
на пол в прихожей.
Повесив пальто на вешалку, поставив зонты в уголке, она повернулась и
улыбнулась лучшему другу своего жениха.
— Давайте начнем все сначала. Здравствуйте, Дин. Я Пэ—рис. Рада с вами
познакомиться.
— Я тоже рад.
У него оказалось крепкое рукопожатие, дружелюбная и теплая улыбка. Он был на
пару дюймов выше Джека, воло—сы на висках поседели раньше времени. Он не
обладал классической красотой, как Джек, но не проигрывал от этого. Джек
говорил Пэрис, что Дину приходится букваль—но отбиваться от женщин. И теперь
она понимала почему. Асимметричные черты его лица завораживали. Хотелось
вечно смотреть в эти серые глаза, опушенные темными длинными ресницами.
Потрясающее сочетание.
— Я думал, Джек меня обманывает, — сказал Дин.
— Джек никогда не лжет! — возмутилась Пэрис.
— Когда я спросил его, как вы выглядите, он сказал, что у меня дух
захватит, когда я вас увижу. Я решил, что он преувеличивает.
— Иногда Джек к этому склонен.
— Но не в этот раз, — покачал головой Дин.
Джек с улыбкой смотрел на них с другого конца комнаты.
— Пока вы обсуждаете мои недостатки, я пойду и при—несу всем нам
выпить.
Потом они поужинали в любимом ресторане Джека. После еды они переместились в
бар по соседству, где уст—роились перед камином пить кофе. Пэрис и Дин легко
перешли на
ты
. Мужчины развлекали Пэрис историями из их жизни в колледже.
Разумеется, в разговоре лидиро—вал Джек, но Дин явно с охотой уступил ему
центральное место. Джек был талантливым, ироничным рассказчиком.
А Дин отлично умел слушать. Он расспрашивал Пэрис о работе, и, пока она
рассказывала, из чего состоит ее обыч—ный рабочий день, он не спускал с нее
глаз. Он смотрел на нее с таким вниманием, словно слушал оракула,
предрека—ющего будущее всему роду человеческому. Это был дар, которым судьба
наградила Дина Мэллоя. Его собеседник чувствовал себя центром Вселенной.
Джек от души насладился вечером и выпил слишком много бренди. Он спал на
заднем сиденье, когда Дин оста—новил машину возле дома Пэрис.
— Полагаю, мы его потеряли, — заметил Дин.
Пэрис оглянулась на своего жениха, спавшего с чуть приоткрытым ртом и
негромко храпевшего.
— Да, пожалуй. Ты довезешь его до дома и уложишь в постель?
— Согласен, только не проси меня поцеловать его на ночь.
Она рассмеялась:
— Я так много слышала о тебе от Джека, что ты стал и моим другом тоже.
Пообещай, что мы еще встретимся за ужином все трое.
— Обещаю.
— Вот и хорошо. — Она собралась открыть дверцу.
— Подожди, я провожу тебя до квартиры. Несмотря на протесты Пэрис, Дин
вышел из машины, взял зонтик, раскрыл его и помог ей выйти. Он прошел с ней
до входной двери. Он даже взял у нее ключ, открыл ей дверь и дождался, пока
она отключит сигнализацию.
— Спасибо, что проводил меня.
— Не за что. Так когда это произойдет?
— Ты о чем?
— О свадьбе. Я должен внести ее в мой календарь. Ша—фер не может
пропустить такое событие, ты же понима—ешь.
— Я еще не назначила дату. В сентябре или в октябре, я думаю.
— Так долго ждать? — удивился Дин. — Со слов Джека у меня
создалось впечатление, что это случится раньше.
— Если бы все решал он, так бы и было. Но я хочу ис—пользовать осенние
краски.
— Это будет красиво. Вы венчаетесь в церкви?
— Да, в пресвитерианской.
— А где будет прием?
— Скорее всего в загородном клубе.
— Надо столько всего продумать, правда?
— Да, — согласилась Пэрис.
Казалось, Дин не обращал внимания на то, что капли ' стекают с зонта ему на
ботинки. А Пэрис не замечала, что дождь забрызгал пол в прихожей. Даже в тот
первый вечер они слишком долго смотрели друг на друга.
Дин первым пришел в себя и торопливо попрощался:
— Спокойной ночи, Пэрис.
— Спокойной ночи.
Когда мужчина знакомит будущую супругу с лучшим другом, очень часто между
ними с первого взгляда вспыхи—вает неприязнь, осложняя жизнь тому, кто любит
их обоих. Дин сразу понравился Пэрис.
Она сочла это хорошим предзнаменованием.
Дин взял ее за руку и заставил повернуться к нему. Те—перь, в кухне старого
здания, он смотрел на нее точно так же, как в тот первый вечер, и это снова
поразило Пэрис. Она почувствовала, что еще мгновение, и она не сумеет
сдержаться.
— Дин, пожалуйста, давай забудем об этом.
Пэрис попыталась обойти его, но он преградил ей дорогу.
— Возможно, обстоятельства изменились, Пэрис, но это не имеет значения.
— Джек всегда имел значение, — возразила Пэрис.
— Он прошел через ад, я знаю это.
— Ты не можешь знать, во что превратилась его жизнь после той ночи.
Дин склонил к ней голову и произнес:
— Ты права, я не знаю. Потому что ты ясно дала мне по—нять, что я не
должен навещать его. Никогда.
— Он бы не захотел, чтобы ты увидел его таким, именно ты. — Ее
голос дрогнул. — Поверь мне на слово. Джек умер еще тогда, но только
семь лет спустя его сердце наконец перестало биться.
— Я сожалею о том, что случилось с ним, — прошептал Дин. —
Разве ты об этом не знаешь? Неужели ты думаешь, что я мог забыть? Господи,
Пэрис, неужели ты считаешь меня таким жестокосердым? Я жил с тем, что
случилось, так же как и ты. — Он шумно выдохнул, провел рукой по
волосам, потом снова взглянул на нее. — Даже рискуя рас—сердить тебя, я
все-таки скажу. В том, что случилось с Дже—ком, виноват только он сам. Ни
твоей вины, ни моей в этом нет.
— Ничего бы не произошло, если бы...
— Но несчастье произошло. И мы не можем вернуться назад и все
исправить.
— Это сеанс терапии, доктор Мэллой?
— Да, прости, я увлекся. Скажу проще. Я не дам сожале—ниям сожрать меня
заживо. Я стараюсь избавиться от них.
— Молодец!
— Значит, твой способ справиться с чувством вины луч—ше? Полезнее для
эмоционального состояния? Ты полага—ешь, что надо выкопать нору поглубже и в
ней спрятать—ся? — Он мрачно оглядел грязную кухню. — Ты только
по—смотри. Здесь кошмарная, грязная, пугающая крысиная нора.
— Мне нравится, — сухо сказала Пэрис.
— Потому что ты считаешь, что лучшего не заслужива—ешь.
Когда Дин подошел на шаг ближе, Пэрис захотелось вы—ставить локти вперед,
чтобы защититься от его приближе—ния. Она пыталась спрятаться и от его слов,
которые были правдой. Пэрис сознавала правоту Дина, но это только ук—репило
ее в нежелании слушать его.
— Пэрис, никто не станет спорить с тем, что ты блестя—ще работаешь на
радио. Твои слушатели любят тебя. Но ты могла бы стать звездой
теленовостей, — убеждал Дин.
— Что ты об этом знаешь?
— Я знаю, что я прав. И более того, ты знаешь, что я прав. Не в силах
смотреть ему в глаза, Пэрис опустила голову и уставилась в пол. Она подавила
порыв схватить его за лацканы пиджака, хорошенько тряхнуть и потребовать,
чтобы он либо сменил тему, либо немедленно доказал ей, что она искупила свою
вину.
— Я сделала то, что должна была сделать, — прошептала она.
— Потому что считала это своим долгом?
— Это и было моим долгом.
— Было. — Дин сделал ударение на этом слове. — Что еще ты
должна Джеку теперь, когда он умер? — Он взял ее за плечи. Впервые за
семь лет Дин коснулся ее. Теплая вол—на накрыла Пэрис, и она подавила
желание прижаться к нему всем телом.
Вместо этого она сказала:
— Дин, прошу тебя, не надо. Мне пришлось нелегко, но я сделала выбор.
Что сделано, то сделано, ты сам это пони—маешь. В любом случае я не намерена
спорить с тобой об этом.
— Спорить я тоже не хочу.
— И говорить об этом не надо, — добавила Пэрис.
— Не будем.
— И думать об этом я тоже не желаю.
— А я никогда не перестану думать об этом. — Дин по—низил голос.
Его руки крепче обняли ее плечи. Он придви—нулся к ней. Пэрис ощутила его
дыхание.
— Почему ты прячешься в темноте, Пэрис? — спросил Дин едва слышно.
— Я не прячусь.
— Неужели? Я едва нашел дорогу в этом коридоре.
— К этому просто надо привыкнуть.
— Здравствуй, тьма, моя старинная подруга.
— Ты цитируешь Саймона и Гарфанкеля? — удивилась она.
— Разве это не главная песня в сегодняшней программе?
— Возможно, тебе следовало бы стать диджеем. — Она улыбнулась,
надеясь перевести разговор в более безопас—ное русло. Но Дин не собирался
сдаваться.
Его глаза не отрывались от ее лица.
— Ты красива, но никто из твоих слушателей не знает, как ты выглядишь.
— В этом нет необходимости. Радио воздействует на людей иначе.
— Но обычно радиоведущие показываются в рекламе. У тебя же есть только
голос.
— Мне не нужно ничего другого. Я не хочу, чтобы на меня обращали
внимание.
— Неужели? Тогда, может быть, тебе следовало бы снять защитные очки?
— Она не может. Ее глаза слишком чувствительны к све—ту, —
раздался знакомый голос.
Они не подозревали, что Стэн стоит рядом. Они оберну—лись к нему, Дин
отпустил плечи Пэрис.
Стэн с подозрением посмотрел на него, но обратился к Пэрис:
— Сейчас без пяти десять. Гарри расскажет последние новости, потом
реклама и твой эфир. Тебе пора.
14
— Эй, Гэвин!
Он обернулся, увидел Мелиссу Хэтчер и остановился, чтобы она смогла догнать
его. Когда девушка подошла по—ближе, ее улыбка увяла.
Гэвин перешел прямо к делу:
— Ты сошла с ума, Мелисса! Ты что, такая дура, что не понимаешь — надо
держать рот на замке?
— Ты злишься? — спросила Мелисса.
— А ты как думаешь?
— Из-за чего? Что я такого сделала?
— Ты сказала моему отцу, что мы знакомы! — возму—щенно воскликнул
Гэвин.
— Подумаешь, большое дело! — фыркнула она.
— Мы сегодня с ним ужинали, и он стал расспрашивать меня о
Секс-клубе
. Что ты на это скажешь?
Она хлопнула себя ладонью по бедру.
— Можно подумать, это я все рассказала твоему папочке.
— Значит, он услышал от кого-то еще.
— Возможно, от того, другого копа, лысого коротыш—ки. — Она
затянулась косяком и передала его Гэвину. — Держи, тебе надо остыть.
Он оттолкнул ее руку.
— Что ты знаешь о Джейни?
— Она по уши в дерьме. Ее ищут копы, ищут родите—ли. — Увидев
знакомых, Мелисса помахала им рукой и крикнула: — Эй, я вернулась из Франции
и такого вам по—расскажу!
Гэвин встал перед ней, чтобы она смотрела только на него.
— Джейни в самом деле пропала?
— Думаю, да. Так мне твой отец сказал. Кстати, он у тебя клевый. У него
есть подружка?
Нельзя было обвинять только наркотики в том, что у Мелиссы в голове пустота.
У нее, видимо, с рождения се—рого вещества не хватало. Но разве это
оправдание для такой тупости?
— Мелисса, что тебе известно о Джейни?
— Ничего, — пожала плечами Мелисса.
— Ты же ее лучшая подруга. — Гэвин искренне недоумевал.
— Меня здесь не было, — рассердилась Мелисса. — Я несколько
недель не видела ее высочество. Что тебе еще? — Она снова
затянулась. — Слушай, меня народ ждет. Поче—му бы тебе не остыть
малость, а?
Она быстро зашагала к компании, развлекавшейся тем, что, насадив садовый
шланг на канистру с пивом, они пы—тались пить из него. Пиво проливалось на
землю, но, похо—же, никому не было до этого дела. Выпивки почему-то всегда
было в избытке.
Гэвин подошел к своим приятелям, собравшимся, как обычно, вокруг пикапа
Крэга. Он отдал им бутылку бурбо—на, которую украл из бара в доме. Его
старик был так занят розысками Джейни Кемп, что пройдет немало времени,
прежде чем он обнаружит пропажу.
Крэг стал срезать сургучную печать с бутылки перочин—ным ножом.
— Тебе вчера здорово влетело? — поинтересовался он.
— Влетело, — отозвался Гэвин, прислоняясь к борту ма—шины и
разглядывая толпу в поисках знакомого лица.
— Ты здорово наклюкался.
— Меня вывернуло по дороге домой.
— Ничего себе!
Они захохотали, но их смех оборвался, когда один па—рень спросил:
— Ты слышал, что Джейни пропала?
— Это было в газетах, — ответил другой. — Моя мать
спрашивала, не знаю ли я ее.
— Спорим, ты не сказал ей, насколько хорошо ее зна—ешь.
— Точно, ты же не сообщил мамочке, что познал Джей-ни в библейском
смысле этого слова?
— Да что ты знаешь о Библии?
— Мой кузен священник.
— И что, ты много с ним общаешься?
— Он пытался спасти меня. Я не поддался. Передай бу—тылку.
Посыпались непристойные шутки, бутылка пошла по кругу. Крэг спрыгнул на
землю и подошел к Гэвину.
— Ты сегодня какой-то кислый. В чем дело?
— Ни в чем.
— Просто дуешься, да? — Крэг подождал, давая Гэвину возможность
объяснить свое настроение, но потом сдался, пожал плечами и остался просто
стоять рядом, так же вни—мательно разглядывая толпу. Неожиданно он
возбужденно прошептал: — Эй, смотри, видишь вон того парня?
Гэвин посмотрел туда, куда указывал Крэг, и увидел мужчину, выбиравшегося с
заднего сиденья автомобиля. Он поправил одежду и надвинул бейсболку пониже
на глаза. Следом за ним вышли две девушки. Они были про—сто куколки,
блондинки, грудастые, хотя их худые фигуры наводили на мысль об имплантатах.
— У них сиськи дутые, — прокомментировал Гэвин.
— Да наплевать!
Крэг продолжал пялиться на них.
— Интересно, цыпочки знают, что он коп? Гэвин изумленно посмотрел на
него:
— Коп? Быть такого не может.
— Говорят.
Пока они смотрели, троица крепко обнялась. Потом мужчина попрощался с
девицами, смачно шлепнув каж—дую напоследок по заднице и пообещав скорое
свидание.
Девушки пошли прочь, к сожалению, в противополож—ном от Гэвина и Крэга
направлении. Мужчина сел в свою машину, и пока он объезжал пикап Крэга,
Гэвин встретил—ся с ним взглядом.
— Чертов сукин сын, — выругался Крэг.
— Ты уверен, что он коп?
— На девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента.
— Тогда что он здесь делает?
— То же самое, что и мы, и на этот раз ему привалила удача.
— Да, двойная, — усмехнулся Гэвин.
— Везучий ублюдок. — Они смотрели вслед машине, пока красные огни
не скрылись за деревьями. — Я видел, ты трепался с Мелиссой.
...Закладка в соц.сетях
