Жанр: Любовные романы
Смерть в ночном эфире
..., пока у нас нет достаточной ин—формации. Мы надеялись, что ваши
пленки нам помогут.
— Но они пролили не слишком много света, верно? — предположила
Пэрис. — Мне жаль.
В дверь негромко постучали, и в комнату заглянул еще один детектив.
— Прости, что прерываю, Кертис, но для тебя есть сооб—щение.
Сержант извинился и вышел из комнаты. Пэрис посмотрела на часы:
— Если я больше ничем не могу вам помочь, то мне пора...
Рондо буквально сорвался со своего стула, чтобы прово—дить Пэрис.
— Когда вам надо быть на радиостанции, мисс Гибсон?
— К половине восьмого. И, прошу вас, называйте меня Пэрис.
— А долго вы готовитесь к программе?
— Я сама выбираю музыку и отбираю необходимые дис—ки, располагаю их в
нужном порядке. Другая служба зара—нее размещает рекламу. Но большая часть
моей програм—мы — это импровизация. Я ведь никогда не знаю заранее, какую
песню попросят исполнить слушатели. Правда, я могу сразу же дать ее в эфир,
потому что программа выбора песен у нас компьютеризирована.
— Вы волнуетесь, когда выходите в эфир? — продолжал свои расспросы
Рондо.
Пэрис рассмеялась и тряхнула головой. Ее волосы рас—сыпались по плечам, от
этого Пэрис стала только привле—кательнее.
— Я слишком давно работаю, чтобы нервничать.
— Вы сами управляете оборудованием?
— Если вы говорите о контрольной панели, то да. И еще я сама отвечаю на
телефонные звонки. Я предпочитаю са—ма за всем следить.
— Когда вы только начинали, вам пришлось многому учиться заново?
— Да, я училась, но, честно говоря, вы наверняка знаете куда больше о
работе компьютера, чем я о радиоволнах.
Скрытый комплимент явно был приятен Рондо. На его лице появилась смущенная
улыбка.
— Вам не скучно работать в одиночестве?
— Нет. Я люблю музыку. И слушатели не дают мне рас—слабиться. Каждая
программа не похожа на другие.
— А вы не чувствуете себя одинокой?
— Откровенно говоря, мне это очень нравится.
Не дав возможности Рондо задать очередной вопрос, Дин вмешался в разговор:
— Я провожу тебя к выходу, Пэрис. Когда они выходили, Пэрис сказала:
— Я хотела бы быть в курсе событий. Пожалуйста, по—просите сержанта
Кертиса позвонить мне, когда ему будет что-либо известно о пропавшей
девушке.
Она обращалась к Рондо. Просила позвонить сержанта Кертиса, а не его, Дина.
Подчеркнутое игнорирование его было очевидным, и это здорово разозлило Дина.
Он был таким же полицейским, как сержант Роберт Кертис. И бо—лее того, он
был старшим по званию.
Дин потянулся к ручке двери, чтобы открыть ее, когда та вдруг распахнулась,
и перед ними предстал Кертис. Он был заметно краснее обычного. Его жидкие
светлые волосы, казалось, стояладыбом.
— Мы получили то, что хотели, — объявил он. — Каким-то
образом судебный хроникер узнал, что полиция ищет Джейни Кемп. Он обратился
с вопросом к судье, когда тот возвращался после перерыва. Его честь очень
недовольны.
— Жизни его дочери угрожает опасность, а Кемп беспо—коится об откликах
в прессе? — воскликнула Пэрис.
— Меня это тоже удивляет, — поддержал ее Дин. — Мне плевать,
доволен судья или нет.
— Отлично. У вас будет возможность сказать ему об этом в лицо. Шеф
приказал нам немедленно встретиться с Кемпом и пригладить его перышки.
10
Пэрис подъехала к дому судьи Кемпа следом за сержан—том Кертисом. Они вышли
из машин одновременно. Преж—де чем Кертис успел сказать что-либо, она его
опередила:
— Я иду вместе с вами.
— Это дело полиции, мисс Гибсон.
Если он обратился к ней по фамилии, это значило, что он еле сдерживается. Но
Пэрис не собиралась сдаваться.
— Я начала все это, когда сегодня утром приехала к вам. Если я никогда
больше не услышу о Валентино и его зво—нок окажется блефом, то я принесу
глубочайшие извине—ния лично вам, всей полиции Остина и семье Кемп. А если
это не блеф, то я такой же участник, как вы и родители Джейни.
Следовательно, я имею право с ними поговорить.
Детектив посмотрел на Дина, словно спрашивая у него совета, как поступить с
этой упрямой женщиной. Но тот только пожал плечами:
— Вам решать, Кертис. Пэрис умеет разговаривать с людьми, в этом она
профессионал.
Комплимент из уст опытного, специально обученного переговорщика оказался
неожиданным. Кертис думал лишь секунду, потом неохотно проворчал:
— Ладно, согласен, только я не могу понять, зачем вам впутываться в это
дело еще больше, чем вы уже впутались.
— Я не впутывалась. Меня впутал Валентино, — огрыз—нулась Пэрис.
Пэрис и Дин пошли следом за Кертисом. Она сказала очень тихо, чтобы ее
слышал только Дин:
— Спасибо, что поддержал меня.
— Не стоит благодарности. Едва ли нас ожидает теплый прием.
Высокие двери дома открылись в ту же секунду, как они ступили на лестницу.
Судья Бэрд Кемп, высокий, утончен—ный и даже красивый, с мрачной гримасой
уставился на Кертиса, которого, очевидно,знал.
— Я изо всех сил стараюсь, чтобы никто ничего не узнал, а что позволяет
себе полиция? Вы притащили в мой дом полицейских! Что происходит, скажите на
милость? И кто эти люди?
Надо отдать Кертису должное, он хорошо держался, хотя его лицо и шея
побагровели.
— Судья Кемп, разрешите представить вам доктора Дина Мэллоя. Он
психолог в нашем управлении.
— Психолог? — ухмыльнулся судья.
Дин не стал протягивать судье руку, заранее зная, что от—ветного жеста не
будет.
— А это Пэрис Гибсон, — Кертис кивком указал на нее. Если ее имя и
было знакомо судье Кемпу, он не подал виду. Быстро оглядев женщину, он
уставился на Кертиса.
— Это вы пустили слух о том, что моя дочь пропала?
— Нет, судья, я этого не делал. Это сделали вы. Вы сами позвонили
полицейскому, который у вас на жалованье, и велели ему начать поиски.
На лбу Кемпа выступила жила.
— Я уже сказал вашему шефу, что требую немедленно выяснить, кто в
ответе за разглашение, хотя все было в высшей мере преувеличено. А он послал
ко мне вас, психо—лога и... — Он бросил взгляд на Пэрис. — Еще
неизвестно кого. Зачем вы здесь, черт побери?
— Ради всего святого, Бэрд. — Из дома вышла женщина. и суровым
взглядом призвала судью к сдержанности. — Не могли бы мы продолжить
разговор в доме, где нас никто посторонний не услышит? — Она обвела
приехавших не—проницаемым взглядом и холодно произнесла: — Вы не хотите
войти?
Пэрис и Дин последовали за Кертисом. Их провели в вычурно и богато
обставленную гостиную. Декоратор не пожалел выделенных ему средств на парчу,
позолоту и го—белены.
Судья решительным шагом подошел к столику с напит—ками, налил в рюмку из
хрустального графина и залпом выпил. Миссис Кемп присела на элегантную ручку
дивана, словно не собиралась задерживаться надолго.
Кертис остался стоять, он выглядел настолько же не—уместным в этой гостиной,
как пожарный гидрант.
— Миссис Кемп, Джейни дала о себе знать? Женщина посмотрела на мужа и
только потом ответила:
— Нет. Но когда наша дочь вернется домой, ее ждут большие неприятности.
Пэрис подумала о том, что серьезные неприятности могли быть у Джейни именно
сейчас, но промолчала.
— Она ведь подросток, что вы хотите! — Судья по-преж—нему стоял,
свирепо глядя на них, словно собирался при—говорить их всех к двадцати годам
каторжных работ. — Подростки всегда нарушают установленные правила, но
когда это делает моя дочь, то любые мелочи попадают на первые страницы
газет.
— Неужели вы не понимаете, что отрицательные отзывы в прессе только
усугубляют ситуацию? — Голос супруги судьи звучал возмущенно.
Для кого? Пэрис изумилась тому, что миссис Кемп так обеспокоена ненужной
рекламой, вместо того чтобы ду—мать в первую очередь об исчезновении дочери.
Важно, что будет с девочкой, а не что об этом будут говорить.
Кертис все еще старался быть дипломатом.
— Судья, я пока не знаю, кто в департаменте полиции говорил с этим
репортером. Вполне вероятно, мы никогда об этом не узнаем. Виновный не
выйдет вперед и не приз—нается, а репортер будет защищать своего
осведомителя. Я предлагаю забыть сейчас об этом и...
— Вам легко говорить.
— Совсем нелегко, — сказал Дин, и его тон был настоль—ко властным,
что все обернулись к нему. — Я бы очень хотел, чтобы мы втроем пришли к
вам только затем, чтобы принести извинения за допущенную ошибку, за
разглаше—ние информации, за ложную тревогу. К сожалению, мы пришли к вам по
иному поводу. Вашей дочери может гро—зить серьезная опасность, вот почему мы
здесь.
Миссис Кемп соскользнула с ручки дивана на подушки. Судья раскачивался на
каблуках взад и вперед.
— Что вы имеете в виду? Откуда у вас такие сведения?
— Возможно, мне следует рассказать, почему я пришла к вам, —
вмешалась в разговор Пэрис.
Глаза судьи превратились в щелочки.
— Как ваше имя? Я забыл. Это вы школьный надзира—тель, который не давал
нам покоя весь прошлый учебный год?
— Нет. — Пэрис еще раз назвала себя. — Я веду про—грамму на
радио. Она идет по рабочим дням с десяти ве—чера до двух ночи.
— Радио?
— О! — воскликнула миссис Кемп. — Пэрис Гибсон. Ну конечно.
Джейни слушала вашу передачу.
Пэрис переглянулась с Кертисом и Дином, прежде чем снова повернуться к
судье, которому явно было ничего не известно ни о ней, ни о ее шоу.
— Мне звонят слушатели, иногда я даю их звонки в эфир, — пояснила
она.
— Ток-шоу на радио? Кучка левых радикалов, болтаю—щих о том о сем и ни
о чем конкретно.
Судья Кемп был на редкость несимпатичным челове—ком. Пэрис давно не сталкивалась с подобными типами.
— Нет, — ровным голосом ответила она. — Это не то, что вы
подумали. — Она попыталась рассказать ему о своей программе, но Кемп
прервал ее:
— Я все понял. Так в чем дело?
— Иногда наши слушатели рассказывают о своих лич—ных проблемах.
— Совершенно незнакомому человеку?
— Я не чужой человек для моих слушателей.
Судья изогнул седеющую бровь. Он определенно не привык к тому, чтобы ему
противоречили или поправляли его. Но Пэрис не интересовала реакция человека,
о кото—ром у нее уже сложилось не лучшее мнение.
Судья Кемп еще раз продемонстрировал свои дурные манеры и, не дослушав Пэрис, повернулся к Кертису:
— Я все же не понимаю, что в моем доме делает диджей.
— Полагаю, это поможет вам понять. — Детектив достал портативный
магнитофон и поставил его на кофейный столик. — Позвольте включить?
— Это еще что? — вскинулся судья.
— Сядь, Бэрд! — резко приказала миссис Кемп. Пэрис заметила злой
взгляд женщины. До нее, кажется, начала доходить вся серьезность
ситуации. — Что на пленке? — спросила миссис Кемп Кертиса.
— Мы хотим, чтобы вы послушали. Возможно, вы узнае—те голос вашей
дочери.
Судья недоуменно посмотрел на Пэрис:
— Джейни вам звонила? Зачем?
Пэрис не ответила, промолчали и все остальные. Зазву—чали голоса на пленке:
Видите ли, я познакомилась с этим парнем несколь—ко недель назад
.
Пэрис заметила, что Дин неотрывно наблюдает за мис—сис Кемп. Ее реакция была
очевидной, но было это от того, что она узнала голос, или от описания
коротких, но таких горячих отношений?
Когда пленка закончилась, Дин наклонился к миссис Кемп:
— Это голос Джейни?
— Похож на ее. Но она редко говорит с нами так ожив—ленно, поэтому
точно определить трудно.
— Что скажете вы, судья? — поинтересовался Кертис.
— Я не могу быть на сто процентов уверен. Но какая, черт побери,
разница, она это или нет? Мы знаем, что Джей—ни заводит себе приятелей. Она
перелетает от одного к другому с такой скоростью, что мы не успеваем
уследить за ней. Наша дочь весьма общительная девица. Но я не могу понять, в
чем проблема?
— Мы очень надеемся, что проблемы нет, — ответил Кертис. — Но
это может быть связано со звонком другого слушателя программы мисс
Гибсон. — Говоря это, детек—тив поменял кассету. Прежде чем нажать на
пуск
, он обратился к миссис Кемп: — Я заранее прошу прощения, мэм, за
грубые выражения, которые есть в этой записи.
Они прослушали ее в молчании. К тому времени, когда Валентино пожелал Пэрис
спокойной ночи, судья отвер—нулся к окну. Миссис Кемп зажала рот ухоженной
рукой.
Кемп подошел к Пэрис и спросил ее:
— Когда вы получили этот звонок?
— Вчера ночью перед самым концом эфира. Я сразу же позвонила в 911.
Кертис продолжил ее рассказ и ввел Кемпов в курс дела:
— Джейни единственная, кого объявили пропавшей.
Если это она звонила Пэрис раньше, то Валентино мог го—ворить о ней.
— Если бы я услышал подобные доказательства в суде, я бы немедленно
отверг их.
— Вы, судья, вероятно, так бы и поступили, но я этого сделать не
могу. — Голос Кертиса звучал твердо. — После того как репортер
обрушился на вас с вопросами, вы отме—нили неофициальные поиски дочери, и я
вас понимаю. Но вы, сэр, должны знать, что пока мы с вами разговариваем,
патрульные усилили поиски, наши сотрудники проверяют все возможные варианты.
Судья выглядел так, словно вот-вот взорвется.
— И кто за это отвечает?
— Я, — сказал Дин. — Я рекомендовал это, и сержант Кертис со
мной согласился.
Миссис Кемп повернулась к Дину: — Простите меня, нас не представили. Я не
знаю, кто вы. Мэллой назвал свое имя и должность и еще раз объяс—нил, почему
принимает участие в этом деле.
— Вполне вероятно, что все это окажется блефом, мис—сис Кемп. Но пока
мы не знаем этого наверняка, мы долж—ны принимать слова позвонившего
всерьез.
Женщина неожиданно встала.
— Кто-нибудь хочет кофе?
И прежде чем ей успели ответить, миссис Кемп стреми—тельно вышла из комнаты.
Судья выругался сквозь зубы.
— Неужели в этом была необходимость? — спросил он Дина.
Тот едва сдерживался. Пэрис заметила, как Дин напряг—ся, когда он обратился
к судье:
— Я от всего сердца надеюсь, что у вас будет повод по—дать на меня
официальную жалобу. Я надеюсь, что ваша дочь танцующей походкой войдет сюда,
и я буду выглядеть полным идиотом. И тогда у вас будет возможность
требо—вать моего увольнения. Но пока ваша грубость непрости—тельна, а ваше
упрямство граничит с глупостью. Этот Ва-лентино дал нам семьдесят два часа,
и вы истратили из них двадцать минут, потому что ведете себя по-идиотски. Я
пред—лагаю нам всем забыть о гордости и заняться поисками вашей дочери.
Дин и судья смотрели друг на друга. Никто не хотел уступать в этом
молчаливом противоборстве воли. Кертис от—кашлялся и спросил:
— Когда вы видели Джейни в последний раз, судья? Кемпу явно стало
легче, потому что появился предлог отвести глаза от Дина.
— Вчера, — резко ответил он. — Во всяком случае, Мэри—ан
видела ее вчера. Во второй половине дня. Вчера вечером мы поздно вернулись
домой. Мы подумали, что Джейни у себя в комнате. Только сегодня утром
выяснилось, что она не ночевала дома. — Он сел и перекинул ногу на
ногу, но его беззаботная поза выглядела искусственно. — Я уверен, что
она со своими друзьями.
— У меня сын возраста Джейни, — обратился к нему Дин. — С ним
нелегко. Иногда может показаться, что мы с ним ненавидим друг друга. Если не
считать обычных взле—тов и падений, которые всегда бывают в отношениях с
подростками, вы можете сказать, что вы в хороших отно—шениях с дочерью?
Казалось, судья готов выпалить, что его отношения с до—черью Дина не
касаются. Но он взял себя в руки и ответил:
— С ней было достаточно трудно временами.
— Она возвращалась позже, чем следовало? Экспери—ментировала с
алкоголем? Общалась с ребятами, которые вам не нравились? Вы понимаете, я
говорю, исходя из соб—ственного опыта.
Дин сознательно поставил себя и судью на одну плос—кость, и это помогло
преодолеть барьеры, выставленные Кемпом. Кертис обрадовался такому повороту
событий и не вмешивался.
— Всего понемногу, — признался судья и повернулся к Пэрис: —
Сержант Кертис сказал, что этот дегенерат уже звонил вам раньше.
— Да, был звонок от человека, назвавшегося этим име—нем.
— Вам что-нибудь известно о нем?
— Нет.
— Вы не имеете представления, кто бы это мог быть?
— К сожалению, ни малейшего.
— Вы намеренно провоцируете такую откровенность ваших слушателей?
Вопрос застал Пэрис врасплох. Но прежде чем она суме—ла подобрать слова для
ответа, вмешался Дин:
— Пэрис не может нести ответственность за действия тех, кто слушает ее
программу.
— Спасибо, Дин, но я сама способна себя защитить. — Она с высоко
поднятой головой встретила враждебный взгляд судьи. — Меня совершенно
не волнует, что вы ду—маете обо мне и моей программе, судья Кемп. Мне не
тре—буется ваше одобрение, и я его не жду. Я здесь только пото—му, что
первая услышала угрозы Валентино, и я разделяю тревогу доктора Мэллоя. Я
уважаю его мнение и как пси—холога, и как криминалиста. Детективные
способности сержанта Кертиса трудно переоценить. Было бы весьма разумно с
вашей стороны прислушаться к тому, что они вам говорят.
А моя точка зрендя основывается на многолетнем опы—те. Мне звонили люди в
самом разном эмоциональном со—стоянии. Они говорили со мной и сквозь смех, и
сквозь слезы. Они делились со мной радостью, горем, печалью, душевной болью,
восторгом. Иногда они мне лгали. Обыч—но я могу понять, когда слушатели
обманывают меня, когда они лишь изображают чувства, надеясь произвести на
меня впечатление. Иногда они идут на это, надеясь, что такой спектакль
заставит меня дать их звонок в эфир. — Пэрис указала на
магнитофон. — Валентино даже намеком не дал мне понять, что хочет,
чтобы я дала его звонок в эфир. Он позвонил не для этого. Он хотел сообщить
о своем поступке мне. Я думаю, что он готов сделать то, о чем говорил— Вы
можете оскорблять меня, если вам от этого легче, но что бы вы мне ни
говорили, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь полиции вернуть вашу
дочь в целости и сохранности.
Гнетущую тишину, повисшую в комнате после слов Пэрис, нарушило появление
Мэриан Кемп. Казалось, она намеренно выбрала время.
— Я решила, что всем придется по вкусу чай со льдом.
За ней в гостиную вошла горничная с серебряным под—носом. На нем стояли
высокие стаканы с напитком, куда были добавлены лимон и свежая мята. Каждый
стакан стоял на вышитой льняной салфетке. К.серебряной сахар—нице с
кусочками сахара прилагались тонкие серебряные щипчики.
Как только все взяли чай и горничная вышла, Кертис поставил свой стакан на
кофейный столик.
— Есть еще кое-что, о чем вы должны знать, — обратил—ся он к
Кемпам. — У вашей дочери есть компьютер?
— Она от него не отходит, — ответила Мэриан.
Судья и его жена слушали в напряженном молчании, пока Кертис рассказывал им
о
Секс-клубе
. Когда он за—кончил, Кемп требовательно поинтересовался,
почему его супруга должна была выслушивать все эти непристойности.
— Потому что нам необходимо проверить компьютер Джейни.
Кемп запротестовал. Они с Кертисом пустились в ярост—ное обсуждение
процедуры изъятия улик, неприкосновен—ности личной жизни и грубого нарушения
прав личности.
В конце концов Дин не выдержал:
— Неужели безопасность вашей дочери не выше требо—ваний закона? —
Его восклицание заставило спорящих за—молчать, и он воспользовался этой
возможностью: — Нам необходимо скопировать все, что есть на жестком диске в
компьютере Джейни.
— Я этого не позволю, — отрезал судья. — Если нечто подобное
этому
Секс-клубу
и существует, то моя дочь не имеет к нему никакого
отношения.
— Искать сексуальные отношения с незнакомыми людь—ми... — Мэриан Кемп
передернула плечами. — Омерзи—тельно.
— И с точки зрения родителей это не может не пугать, — обратился к
ней Дин. — Но я бы предпочел быть инфор—мированным, чем незнающим, а
вы?
Судя по всему, они были другого мнения, понял Дин, когда ни судья, ни миссис
Кемп ему не ответили.
— Мы не хотим нарушать ничью личную жизнь, ни вашу, ни вашей дочери, но
ее компьютер может помочь найти ее.
— Каким образом? — поинтересовался судья.
— Он может рассказать нам о ее друзьях и знакомых, о которых вы не
знаете, о людях, которые отправляли ей по—слания по электронной почте.
— Если вы найдете что-то противоправное, то это не будет иметь никакой
силы в суде, потому что вы получили эти сведения в обход закона, —
поспешил заявить Кемп.
— Тогда о чем вам беспокоиться?
Судья попался в ловушку, которую сам себе устроил, и понял это. А Дин
продолжал:
— Если у Джейни есть записная книжка с адресами электронной почты, в
чем я практически уверен, мы мо—жем послать всем адресатам сообщение с
просьбой свя—заться с вами, если они видели ее или что-то слышали о ней.
— С тем же успехом мы с ее матерью можем объявить всему миру, что не
способны уследить за нашей дочерью.
Дину не нравились эти люди, но у него не хватило духа озвучить очевидный
факт. Если бы Кемпы ладили со своей дочерью или лучше следили за ней, ни он
сам, ни Кертис не сидели бы теперь у них дома.
— Ее друзья узнают адрес и прочитают письмо, — про—должал
Мэллой. — Мы подпишем письмо вашим именем, никто не узнает, что его
посылала полиция. Мы пообеща—ем всем, кто что-то знает о Джейни, полную
анонимность.
— Миссис Кемп, — мягко сказала Пэрис, — электрон—ная почта
намного эффективнее полицейских, прочесыва—ющих город в поисках Джейни. И
потом, молодые люди начинают нервничать при приближении полицейских, даже
если они не сделали ничего плохого. Друзья Джейни не захотят разговаривать о
ней с полицейскими. А по элек—тронной почте, вполне возможно, ответят.
Это было убедительно, да и произнесла это Пэрис своим неподражаемым голосом.
Миссис Кемп бросила вырази—тельный взгляд на мужа и обратилась к Пэрис:
— Я провожу вас в ее комнату.
Судя по всему, приглашение относилось только к Пэ—рис. Она встала и
направилась следом за хозяйкой дома.
Не говоря ни слова, судья развернулся и вышел из ком—наты.
Кертис хлопнул себя по колену и поднялся.
— Все прошло хорошо, как думаете? Дин усмехнулся этому замечанию:
— Я полагаю, его честь считает себя выше этого непри—ятного дела.
— Держу пари, что Кемп уже звонит начальнику депар—тамента полиции и
устраивает ему разнос по поводу нового психолога.
— Мне все равно. Я готов подписаться под каждым сво—им словом и, если
потребуется, повторю все снова.
— Мне приходилось давать показания в суде, когда он
председательствовал. Я выступал и на стороне защиты, и на стороне обвинения.
Но полагаю, в следующий раз, когда я окажусь на месте свидетеля, мои
показания будут дискредитированы. — Кертис провел рукой по редеющим
волосам. — Я выйду на улицу, позвонить. Проверю, нет ли новостей.
Дин прошел за ним в холл.
— Я подожду Пэрис.
— Думаю, вам следует это сделать, — усмехнулся Кер—тис.
У Дина не нашлось удачного ответа на эту шпильку, он промолчал. Сунув руки в
карманы брюк, он принялся осматривать холл. Пол был выложен гладкими
мраморными пл
...Закладка в соц.сетях
