Жанр: Любовные романы

Стриптиз в кино

сторінка №4

аписке. Чего
ради Нейлор станет мне угрожать? Просто
не нашел более простых и подходящих слов. Я налила воды в кофейник, отмерила
нужное количество кофе, после чего
повернулась к соседке и Флафи.
- Сейчас позвоню ему и поблагодарю за цветы, - тихо и твердо сказала я, но
никого не обманула своим напускным
спокойствием - ни себя, ни Рейдин.
Мне уже было ясно, что не в духе Нейлора посылать цветы в качестве
извинения. Да и ссоры-то не было. Он просто
попытался поставить меня на место, чтобы я не вмешивалась в его служебные дела.
Тем более речь шла не о чем-нибудь, а о
настоящем убийстве.
Рейдин смотрела на меня понимающими глазами, в которых была тревога. И
жалость.
Я набрала номер телефона отдела убийств. Стала ждать ответа, крепко прижав
трубку к уху.
- Уголовная полиция, Нейлор, - наконец услышала я, и сразу стало легче.
- Привет, - сказала я. - Спасибо за цветы и послание. Они прекрасны.
Последовала короткая пауза, а потом слова, которые я меньше всего хотела
услышать.
- Они не от меня. - Снова молчание, и потом: - Но я не удивляюсь. Ты
всегда заслуживала их.
- Не от тебя? - с фальшивой веселостью проговорила я. - Но в записке вроде
бы говорится о нашем вчерашнем
недоразумении. Так я поняла.
- Что ж, возможно, ты еще с кем-то повздорила, Кьяра. На тебя похоже. Или
я ошибаюсь?
Я прикусила язык. Если ему еще нет, мне было уже кое-что ясно. И страх
завозился где-то под ложечкой или в области
копчика. Надеюсь, я не слишком большая невежда в анатомии.
- Значит, не ты прислал мне целую дюжину роз и записку, где говорится,
чтобы я была осмотрительной и не лезла на
рожон? И что позаботишься обо мне?
Молчание длилось еще дольше.
- Я сейчас приеду, - буркнул Джон, и в трубке щелкнуло.
- Вызываешь подкрепление? - сказала Рейдин.
- Нет, но оно прибудет.
Насколько я понимала... насколько мы понимали, неприятности придвинулись
вплотную. А вместе с ними - и само
решение проблемы. Полученное только что предостережение - угроза, как правильно
определила полубезумная Рейдин -
означало одно: я вышла, сама того не понимая, на верный путь, и кто-то очень
испугался и не хотел, чтобы я двигалась
дальше по этому пути.
А еще это означало, что я ближе всех к разгадке. И что же посоветуете
делать? Отступить? Да ни за что на свете!
Нейлору, конечно, мое решение очень не понравится, но это уж, как
говорится, его проблема.

Глава 9


Рейдин и я продолжали молча смотреть друг на друга. Позади шипел кофейник,
он уже выключился, однако никто из
нас не спешил наполнять чашки.
- Да, похоже, дело пахнет порохом, - проговорила наконец соседка. - Комуто
ты стала на пути, Кьяра. Или
давнему твоему врагу, или тому, кто пристрелил эту вашу красотку и боится, что
ты его вычислишь. Твоя задница уже
пострадала, моя милая, и я бы на твоем месте не рисковала ею еще больше.
Она подошла к окошку, выглянула.
- Уверена, твой коп уже мчится по шоссе на выручку, расталкивая всех по
обочинам. Спорим, сейчас появится из-за
поворота.
Спорить не пришлось: коричневый "таурус" как раз въезжал на стоянку.
Рейдин вздохнула.
- Да, не зря говорят, что любовь - великая штука. - Она еще раз посмотрела
в окно. - Что ж, не буду вам,
молодым, мешать. - Снова вздохнула и направилась к выходу. - Помни, -
торжественно заявила она, открывая дверь, -
ничто так не сближает людей, как смертельная опасность.
Флафи, каким-то чудом учуяв приближение Нейлора, принялась прыгать возле
двери, а затем кинулась его встречать.
Я не прыгала, хотя была рада не меньше, а просто подошла к лестнице, откуда
увидела, как Джон вылез из машины и,
приметив идущую в его сторону Рейдин, у которой руки были привычно сложены за
спиной, сделал едва уловимое движение,
как бы намереваясь в следующий миг вытащить пистолет.

Этого делать не пришлось: Рейдин тоже увидела это движение и сказала с
улыбкой:
- Не бойся. Я сейчас не вооружена, и вообще ты не тот, кого мне хотелось
бы подстрелить.
- Очень на это надеюсь, мэм, - учтиво отозвался он.
Соседка прошла мимо него с видом королевы, удостоившей своего подданного
короткого разговора, и уже с крыльца
обернулась к нам и, помахав рукой, произнесла:
- С вами мои молитвы, дети мои. Будьте осторожны. Нейлор с улыбкой покачал
головой и вошел ко мне в трейлер.
- С тобой все в порядке? - были его первые слова.
- Лучше не бывает, - неискренне ответила я. - Ты мог так не спешить.
- Конечно, мог, - ответил он, вглядываясь в мое лицо. - Но предпочел
поторопиться.
Мне казалось, что, говоря это, он думал не об опасности, которая мне
угрожала, а совсем о другом. О том же, о чем,
признаться, думала сейчас я.
- Вчера мы попрощались не лучшим образом, если память мне не изменяет, -
сказал он, дотрагиваясь рукой до моей
щеки.
- Да, Нейлор, и кто-то, видно, решил вбить между нами клин, прислав... - я
указала рукой на вазу, - эти чудесные
цветы.
Он нахмурился:
- Покажи записку.
Прочитав ее, Джон долго вертел в руках конверт. Флафи крутилась возле
гостя, ожидая, когда он обратит на нее
внимание.
- Я с тобой, девочка, - сказал он.
Ему, и только ему, я разрешаю так обращаться ко мне.
- Из какого они цветочного магазина? - спросила я.
- Не знаю. - Джон протянул мне конверт. - Тебе ни о чем не говорит?
Конверт был абсолютно чистый, без единого знака или штампа. Я покачала
головой.
- А ты не обратила внимания на машину с посыльным?
Я снова качнула головой.
- Какая-то задрипанная тачка, а в ней почти мальчик.
- Паршиво! - почти одновременно проговорили мы, и я отправилась к
кофемолке, чтобы добавить еще кофе и
сварить так, как мы оба любили - покрепче, без молока и сахара.
Стоя спиной к Нейлору, я сказала, стараясь, чтобы голос звучал как можно
спокойнее:
- Видно, не только тебе не нравится, что я сую нос куда не следует.
Нейлор не ответил. Я налила ему кофе, протянула кружку, он отхлебнул и
только тогда проговорил, глядя на меня
поверх ее края:
- Не хочешь после всего этого прекратить свои поиски?
- А ты? - спросила я.
Раздражение опять мелькнуло в его глазах. Но я сама была виновата. Чего я
зациклилась на этом убийстве? Зачем лезу
на рожон?
- Это моя обязанность, - сухо ответил он. - За эту работу я получаю
деньги.
- Я тоже чувствую себя обязанной, - парировала я. - Правда, денег мне не
заплатят. Даже не дадут полицейский
жетон и оружие.
Он отставил кружку, придвинулся ко мне.
- Тогда тебе надо было бы научиться хотя бы элементарным приемам
самозащиты, дорогая.
Мне не понравился его несерьезный тон, но зато какая улыбка! И какой запах
от этого "после бритья"!
- Думаю, совсем не обязательно, - тихо сказала я. - Не очень-то они
помогут, если...
Я не успела договорить, так как спустя мгновение поняла, что лежу навзничь
на полу кухни, на мне - Нейлор и зад
болит ужасно. Но, подумалось мне, было бы еще больнее, если бы сверху лежал не
Нейлор.
Упершись руками в пол, он слегка приподнялся и сказал, приветливо
улыбаясь, что было совсем не к месту:
- Извини, пожалуйста. Но если бы ты умела защищаться, мне не удалось бы
сделать это с такой легкостью.
Я хотела сказать этому идиоту со всей прямотой, кто он такой, но Флафи
опередила меня и с визгом вцепилась ему в
руку.
Он вскрикнул.

- Флафи, фу! - закричала я. - Со мной все в порядке.
Однако было поздно: на руке выступила кровь. Что ж, один защитник у меня
определенно есть.
Нейлор уже не лежал, а сидел на мне, потирая руку и виновато глядя на
меня.
- Что ж, - сказала я ему, - теперь сам видишь, что защититься я могу. Если
б не отозвала ее, мой карликовый
киллер расправился бы с тобой. Так что не повторяй попыток.
Нейлор без особого одобрения взглянул на Флафи, и та улыбнулась в ответ.
Но улыбка не была приветливой. Видимо,
моя защитница несколько разочаровалась в этом человеке после его не слишком
обдуманного поступка.
- Ты же не сможешь все время таскать с собой Флафи, когда продолжишь
расследование убийства. И меня, к
сожалению, тоже. - Сейчас Нейлор говорил совершенно серьезно. - И должна помнить
об этом. Быть крайне осторожной и
на всякий случай владеть одним-двумя приемами самообороны. Разреши мне все-таки
показать их.
- Не надо, - сказала я.
- Надо, Кьяра... Ну что ты сделаешь, например, если я прижму тебя сейчас к
полу?
Он не только спросил, но и продемонстрировал это, наклонившись надо мной и
уперев руки мне в плечи.
Я начинала злиться, взыграли свойственные нашему роду Лаватини упрямство и
тяга к отпору. Нейлор не знал еще,
как опасно бросать мне вызов. Что ж, узнает.
Забыв о боли в ноге, я крутилась под ним, стараясь вырваться, пытаясь
достать руками до его самых болезненных
мест, но куда там... Меня словно прибили к полу гвоздями.
- Показать тебе, как можно в этом случае легко освободиться? - тоном
взявшего верх мальчишки спросил он.
Тоном Тома Сойера, победившего зануду Сида.
Я вздохнула. Что с ним поделаешь? Мужчины ведь в душе настоящие дети.
- Ладно. Покажи, Нейлор, и покончим с этим.
- С этим - да, - сказал он с явным намеком. - Но не с кое-чем другим... А
теперь слушай...
Он начал втолковывать мне, как расположить какую ногу, что делать с руками
и куда лучше всего нажимать или бить.
- А теперь давай! - скомандовал он, закончив инструктаж. - Вырывайся!
Я подчинилась команде - вырывалась, колотила, но особого успеха не
добилась. Он был явно недоволен... Да,
учитель попался въедливый и требовательный.
- Не очень-то у тебя получается, - сказал он кисло и снова принялся
втолковывать, куда, что и как.
У меня разболелась нога, спина. И вообще не было настроения играть в эти
игры. Поэтому я решила собраться,
сжаться в кулак и поскорее завершить наши дурацкие упражнения.
Я изо всех сил двинула его ногой - той, что не болела; мой мучитель
потерял равновесие и чуть не сковырнулся с
меня, но снова обрел устойчивое положение. Однако я воспользовалась тем, что он
не успел соединить ноги, и, помня
наставления, резко сдвинула колени и ударила его в одно из самых чувствительных
у мужчины мест.
Джон охнул, однако я не дала ему опомниться и нанесла рукой удар в другое
чувствительное место, которое он только
что показывал, - на внутренней стороне предплечья. Он охнул еще раз, накренился
и чуть не упал, а я выкатилась из-под
него.
Флафи тоже не ударила мордочкой в грязь - на этот раз она атаковала его
ботинок.
Вскочив с пола, я крикнула:
- Ну как? Вопросы есть?.. Помочь подняться? Лежа на кухонном полу, Джон
начал смеяться и долго не мог
остановиться, давая тем самым возможность Флафи продолжать атаку на его ботинок.
- Оставь его, Флаф, - попросила я. - Разве не видишь, он побежден...
Оставь, говорю, а то получишь!
Собачка отцепилась от Нейлора, тот встал и подошел ко мне. Когда он
заговорил, следов веселости на лице уже не
было.
- Кьяра, я хотел немного развлечь тебя, развеять твою тревогу, но дело
куда серьезнее, чем могло показаться. Тут уж
не до игры. Насколько можно сейчас судить, Винус оказалась случайной жертвой. И
не дорожного происшествия, а
преднамеренного убийства. Только направленного не на нее. Пуля скорее всего
предназначалась другому человеку... А твоя
подружка Марла никогда не играла в твоей команде. - Он замолчал, продолжая
смотреть на меня.

- Думаешь, я уже не сообразила все это, Нейлор? - ответила я. - Но если
кто-то - не Марла, я почти уверена -
хочет все-таки меня убить, мне тем более не стоит бездействовать.
Он покачал головой:
- Я не в силах остановить тебя, девочка, хотя твое намерение граничит с
самоубийством. Но прошу, позволь хотя бы
давать тебе советы, которые ты, конечно, не будешь выполнять, а также по мере
возможности охранять тебя.
- Ладно, - с наигранной беспечностью ответила я. - Согласна. Хотя у меня
нет большого опыта в следовании
чужим советам и уж тем более в том, чтобы отдать себя на чье-то попечение.
Нейлор досадливо вздохнул.
- Я о другом, Кьяра. О том, что могу помочь тебе, даже если ты уедешь
отсюда. На время, конечно.
Я вплотную приблизилась к нему, обняла и нежно поцеловала.
- Спасибо, только ты сам знаешь, я не сделаю этого. Давай договоримся: я
стану копаться на своих грядках, ты - на
своих, и оба будем заботиться друг о друге. Идет?
В который раз за короткое время он издал глубокий вздох.
- Хоть кол на голове теши! Что с тобой поделаешь? Ответа на его вопрос не
знала и я сама.
Понимая, что слова бессильны, он опять поцеловал меня, его руки проникли
под мою одежду, и ситуация начала
накаляться... ну, вы понимаете... однако в эту минуту зазвонил телефон. Мой,
домашний.
В трубке раздался скользкий, наглый голос Рика:
- Привет, Кьяра. Надо бы повидаться. Хочу сообщить кое-какие фишки насчет
Марлы. Тебе должно быть интересно.
Я не очень поверила его словам, но ведь, сами знаете, с паршивой овцы... и
так далее, и я ответила:
- Что ж, как говорится, каждая бородавка к одному месту прибавка.
Встретимся в клубе.
Нейлор, который, как и моя мама, хорошо усвоил старинную мудрость "делу -
время, потехе - час", уже поправлял
галстук и осматривал свои ботинки, готовясь к уходу. Правда, с весьма
недовольным видом.
- Приезжай попозже, - шепнула я ему. - Я отправляюсь допрашивать Рика.
Обещает что-то жареное.
Нейлор скривился, однако я понимала, что, как профессионал, он не против
любых возможностей при сборе сведений.
Словно мне в отместку, зазвонил мобильник у него в кармане.
- Конечно, - ответил он, прослушав какое-то сообщение.
Я в эти минуты думала, что, даст Бог, когда он снова приедет ко мне,
телефоны будут молчать и он не начнет учить
меня способам самозащиты.
А бедная Флафи, видно, так издергалась за последние сутки, что у нее не
выдержали нервы, и мы услышали легкое
журчание.
- Черт возьми!
Это крикнул Нейлор, потому что Флафи пометила ему правый ботинок, признав
его таким образом своей
собственностью.

Глава 10


К четырем часам пополудни я подъехала к нашему клубу. Солнце жарило вовсю.
Темные очки у нас во Флориде не
дань моде, а необходимость.
С залитой солнечными лучами стоянки я прошла в сумрак здания. Было то
неопределенное время между ленчем и
концом рабочего дня для нормальных людей, когда на высоких табуретах у стойки
бара сидят в основном неудачники,
безработные, потерянные проигравшиеся люди, а на сцене борются за их внимание
самые никудышные, занюханные
танцовщицы.
Бармен был раздражителен и не слишком вежлив, позволив себе расслабиться
перед вечерним наплывом посетителей;
официантки сгрудились в конце прилавка и болтали о своем, тоже выказывая немалое
раздражение, если кто-то из гостей
осмеливался потревожить их заказом. Вообще-то они еще не успели передохнуть
после ленча - времени, когда на них
обрушивается лавина нетерпеливых клиентов, спешащих вернуться на работу. (Как
видите, клуб у нас не только ночной.)
Рика я заприметила сразу: он сидел среди неудачников, если таковыми можно
считать толстого телефонного мастера
справа от него и какого-то бородатого растрепанного типа, похожего на водилу
грузовика, - слева. На их фоне старина Рик
выглядел еще более вялым и дряблым, чем обычно.

Увидев меня, он вскочил со своего места и шумно приветствовал, привлекая
внимание присутствующих, как бы говоря
им: глядите, вот с этой звездой нашего заведения я на дружеской ноге.
- Кьяра, дорогуша! - крикнул он, устремляясь ко мне, и все повернули
головы и посмотрели на нас.
- Не устраивай показуху, - прошипела я, стараясь в то же время радушно
улыбаться. - И не хватай ни за какие
места, у меня все болит! - Это я добавила тоже шепотом, потому что он уже ткнул
меня в бок и теперь пытался дружески
обнять.
Пусть дружески, я даже могу в это поверить на минуту... но Рику всегда не
хватало элементарного умения себя вести,
и это было жутко противно.
- Отойдем куда-нибудь, - сказала я ему громко и, насколько возможно,
дружелюбно.
Мы прошли в кабину, которую прошлой ночью занимал опасный тип, и уселись
там. Рик хотел, чтобы я устроилась
рядом, но я, предпочла место напротив.
- Итак, ты собирался сообщить что-то новое о Марле? Я слушаю. Начинай.
Но Рик не спешил заговорить, а вместо этого поднял руку и щелкнул
пальцами, призывая кого-нибудь из официанток.
Никто не отозвался.
- Сначала немного расслабимся, дорогая, - сказал он мне.
- Я не хочу расслабляться, Рик. И позволь тебе заметить, что щелканье
пальцами давно уже вышло из моды и
считается очень грубым. В ответ девушка имеет законное право дать тебе по
физиономии - это раз, а во-вторых, выплеснуть
в морду заказанную тобой порцию. И в-третьих, намешать тебе в бокал или в кружку
немного мочи.
Он с полуоткрытым ртом прослушал мою отповедь, произнесенную самым
дружелюбным тоном, и, судя по
некоторым признакам, поверил.
Когда одна из официанток, узнав меня, подошла к нам, Рика было не узнать.
- Пожалуйста, милая, - обратился он к ней, - извините меня, если что не
так. Сам не знаю, что на меня нашло.
Вчера побывал в Нью-Йорке по срочному делу и наслушался там, да и нагляделся на
всяческие грубости. Как видно, не
отошел после них до сих пор. Ведь дурной пример заразителен, не правда ли?
- Оставь свои приколы и не смеши мои подметки, - ответила ему худощавая
юная блондинка. - Вчера ты весь
вечер торчал в клубе и был такой же неотесанный. Так чего надо?
Учить вежливому обращению официантку у меня уже не было сил. И настроения.
Я даже простила Рику его грубость.
Но промолчала.
Однако, как видно, мой урок не прошел для него даром: свой заказ он сделал
в высшей степени любезным, прямо-таки
светским тоном.
- Попрошу, дорогая, - сказал он, - бутылочку пивка с длинной шейкой и
закручивающейся пробочкой. И не надо
открывать. Я сделаю это сам. Моим рукам необходима тренировка.
Девушка кивнула и повернулась ко мне:
- Чего это ты пришла спозаранку, Кьяра?
- Так, поболтать.
- Хочешь кофе или чего?
- Пожалуйста, кока-колу, если не затруднит. Она с удивлением уставилась на
меня.
- Конечно, не затруднит, какой разговор?
Свой урок учтивости я посчитала законченным и попросила Рика рассказать,
что он хотел.
- Марла не могла убить эту девушку, - начал он.
- Почему же?
- Ее пушка была у меня. Еще до всего этого.
- А зачем?
- Сама попросила взять. Чтобы, говорит, не выстрелить в кого-нибудь...
В зале вновь заиграла музыка, и одна из новеньких начала лениво
обтанцовывать голый шест. Сама она не была ни
голой, ни полуголой - не то время суток. Да и вообще голых у нас не бывает -
только топлесс. Глядя на нее, я подумала,
что, если она и войдет вскоре в обойму стриптизерш, те, кто понимает, не получат
от этого особого удовольствия. Многие
забывают, что стриптиз тоже искусство. На грани порно. И переходить эту грань не
следует.
- Что ты сказал? - переспросила я у Рика.
- Я сказал, что Марла сама попросила взять у нее орудие. И я сделал это,
потому что хорошо знаю ее нрав. Бешеная
кобыла!

- Хорошо, что пистолет у тебя, Рик. Значит, мы можем передать его полиции.
Только почему ты сразу не сказал?
Официантка появилась с бутылкой пива для Рика и стаканом кока-колы для
меня. Лицо у него вытянулось, на нем
мелькнул испуг. Уж не оттого ли, что бутылка была открыта, а я только что
поведала ему о формах отмщения, к которым
могут прибегнуть оскорбленные служительницы баров? Но я ошибалась.
- Кьяра, - сказал он, - у меня нет этого пистолета.
- Куда же он делся? - спросила я голосом человека, ведущего протокол
дознания.
- Я... я подошел к машине... сунул руку, а его там нет.
- Выражайся яснее, Рик.
Я понимала, что Растяжке вообще нельзя верить, но, если он говорил правду,
дело принимало более серьезный и
запутанный оборот. Зато мне становились кристально ясными его сиюминутные
намерения. Этот подонок, наверное, даже
перед виселицей, уготованной для него, будет думать только об одном - о
траханье. Во всяком случае, сейчас, в достаточно
серьезный момент, он не придумал ничего лучшего, как шуровать ногами под столом,
стараясь коснуться моих колен.
На что он рассчитывал?.. И ведь совсем не алкаш какой-нибудь. Просто
сексуальный шиз. А что касается виселицы,
то, если он будет так себя вести и дальше, она и вправду может грозить - только
не ему, а Марле.
Я отодвинула ноги на безопасное расстояние и повторила:
- Ну, Рикки, говори!
- Я, значит, положил эту штуку к себе в бардачок. Вынул у нее из машины и
сунул в свою, это ясно? И забыл на фиг.
До того утра, когда Марла сказала, что копы спрашивали у нее насчет оружия, а
она не могла найти. Я тогда и говорю: а ты,
детка, не помнишь разве, что я забрал его в свою тачку?
Я постаралась кое-что уточнить:
- Значит, Марла думала, что оружие у тебя? Он с готовностью кивнул:
- Ага, я ж и говорю. А его там уже не было. Кто-то ему приделал
здоровенные ноги.
До чего все-таки тупой - не мог просечь немудреную вещь: для копов будет
яснее ясного, что оружие взяла именно
Марла, использовала и потеряла. То есть выбросила куда-то. Или возможен другой
вариант: Рик собственной персоной
выстрелил в Винус Лавмоушн. Только зачем?.. Эх, нужно, очень нужно найти
треклятый пистолет, чтобы убедиться:
стреляли вообще из него или нет. Однако у меня была неприятная уверенность, что,
если ствол окажется в руках у полиции,
мы все убедимся, что пуля, которая попала в Винус, вылетела именно из него. В
жизни ведь всегда так, как говорила моя
мама: пришла беда - отворяй ворота.
Я взглянула на Рика. Никаких следов тревоги не было заметно на его высоком
челе. (Если выражаться в стиле книжек,
которые я когда-то читала.) Даже наоборот: болван продолжал свои попытки
соблазнить меня, для чего скинул, как я поняла,
ботинок с одной ноги и, вытянув ее, начал гладить пальцами в нечистых носках мои
голые икры. Что носки нечистые, я
поняла, извините, по запаху.
Нет, это уж слишком! Его лечить надо! А поскольку лекарств под рукой не
было, я решилась на, как бы это сказать,
оперативное вмешательство. Короче говоря, выждала удобный момент и вонзила
острый каблук ему в палец. Кажется,
попала в большой. Но может, и в средний. Как бы то ни было, Рик заорал так, что
привлек внимание всей публики. Даже
девушка, трудившаяся возле шеста и пытавшаяся навернуть на него свои титьки,
остановилась и поглядела в нашу сторону.
- Боже мой, дорогуша, - сочувственно произнесла я. - Это была,
оказывается, твоя нога? Кто мог подумать? Я
была уверена, это перекладина между ножками стола.
Бедняга даже не мог ничего ответить. Он положил пострадавшую стопу к себе
на колено и со стоном раскачивался над
ней. Мне стало его по-настоящему жаль, но с такими сексуально озабоченными
психами иначе нельзя.
К моему облегчению, боль быстро стихала, потому что Растяжка поднял на
меня свои невыразительные шары и
мужественно заявил:
- Ничего, детка. Я выживу. За это я простила ему даже "детку". Из его
пальца, однако, продолжала идти кровь, он
распухал на глазах. Нужно было приложить что-то холодное, но официантка
игнорировала призывы Рика.

Я встала и, оставив его нянчить свой наглый палец, пошла к дверям, сказав,
что пришлю помощь. Официантка потом
говорила мне, что сжалилась и принесла ему в огромном презервативе,
позаимствованном в мужском туалете, кусочки льда,
что подействовало на Рика благотворно и физически, и морально.

Глава 11


А я поехала в город, прямо к Марле.
Та жила в огромном многоэтажном доме на самом берегу Мексиканского залива
- где пляжи, магазины, отели,
шикарные рестораны. Шумное, жутко дорогое местечко. Но Марла в отличие от меня
любила шикануть и показать, что у нее
водятся деньжата. Она ездила на ярко-красной двухдверной тачке с убирающимся
верхом и даже каждый день ела. В общем,
была местной достопримечательностью и любила светиться везде, особенно в
бесчисленных магазинчиках одежды, где
задорого продают всякие диковинные наряды, вышитые бисером и усыпанные
блестками.
На лифте, прозрачном, как стакан, я поднялась на верхний этаж, и с каждым
новым этажом екало под ложечкой: я
боюсь высоты - долго падать.
Позвонив к ней в дверь, я еще некоторое время слышала, как играет музыка,
а Марла подпевает не совсем в такт.
Видно, она не слишком переживала по поводу случившегося. Или умела легко
переключаться и забывать нехорошее. Если
так, ей можно только позавидовать.
Наконец дверь открылась - после того как Марла заглянула в глазок и
убедилась, что это я. И вот она на пороге, в
нелепом белом халате, отделанном - представляете? - страусовыми перьями.
Несмотря на макияж, при свете дня было
хорошо видно, что лицо у нее испуганное, и я осудила себя за предположение о ее
полной бесчувственности.
- Что? - были ее первые слова. - Что-нибудь еще случилось?
Я прошла по толстому мягкому ковру через холл в гостиную и только тогда
ответила:
- Ничего нового. Просто хочу задать тебе несколько вопросов, но с
условием, что ты ответишь честно.
Она вылупила глаза с видом оскорбленной невинности.
- О чем ты. Кьяра? Я рассказала все как на духу.
- Только дух был с душком, - позволила я себе съязвить. - А сейчас давай
договоримся: ты не будешь увиливать и
станешь говорить правду, только правду, одну только правду.
- Про что, Кьяра? Я и так...
- Про оружие, про твоих дружков, про твои симпатии и антипатии. Это
понятно? - Я, кажется, начала входить в
роль настоящего детектива, и мне нравилось.
- Господи, - скривилась Марла, - разве мы не можем поговорить просто как
женщина с женщиной?
- Вот и скажи мне как женщина женщине: почему ты скрыла, что отдала свой
чертов пистолет Рику? Не сказала ни
мне, ни полиции? Может, потому, что боялась? - Она смотрела на меня не
отрываясь, как кролик на удава, и я была почти
уверена, что моя догадка верна. - Из-за того, что они сразу определили бы, что
из него стреляли? Да, Марла?
Ее молчание и глаза подтвердили мою правоту.
Я никогда не любила эту женщину, вы уже знаете, и она платила мне тем же.
Именно поэтому я пожалела сейчас, что
ввязалась в это дело... Но с другой стороны, как же иначе? Тем более если правда
то, что предположил Нейлор, - что пуля
была предназначена мне? Или Джон просто хотел напугать меня, чтобы я

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.