Жанр: Любовные романы
Стриптиз в кино
...осто мы обязаны
побеседовать с ней. Снять показания.
Ребята уже начали, и кое-что показалось интересным.
- Что именно, Джон? Он не ответил.
Флафи опять заверещала. Она насытилась и требовала внимания и ласки. Я
вполне понимала ее... Не говорила я вам,
что Флафи умеет улыбаться? Вы, конечно, не поверите, но это так. Честно.
Я представила, как Марла со всеми своими прелестями сидит в полицейском
участке перед Нейлором, и мне стало не
очень приятно. Если ему нужна помощь, я ведь тоже могла бы... дать показания и
все такое. Не хуже, чем она. Даже лучше.
Хоть сейчас...
- Мне пора, - сказал он. - А ты отдыхай. Заеду, когда освобожусь.
Из того, как Джон произнес последние слова, я сделала утешительный вывод,
что не совсем еще потеряла в его глазах
свое значение. Как свидетель.
Он подошел ко мне вплотную, я замерла, словно кролик перед удавом. Не в
первый раз я испытывала такое. Почему?
Сама не пойму. Может, из-за его глаз или этого... "после бритья". Или рук, таких
крепких и ласковых. А в общем, из-за всего
вместе - я так реагирую на него, как не знаю что... Но до сих пор все время чтото
мешало нам обоим включиться на
полную катушку. Какие-то внутренние тормоза. Или еще чего... Однако наступит
день... уже скоро... и тогда...
Я глубоко вздохнула, но не шевельнулась. Даже когда он обнял меня и стал
гладить по спине и чуть ниже, где сегодня
чиркнула пуля. И потом поцеловал меня. Наверное, минут пять, если не больше, мы
так стояли. Откуда только у меня силы
взялись с больной этой самой... Но боли я не ощущала, и Винус со своим убийцей и
Марла были от меня где-то за тысячу
миль.
Мне было тепло, я куда-то плыла. Возможно, на рыболовном суденышке моей
домохозяйки. Плыла и даже
постанывала от удовольствия. И услышала легкий стон Нейлора. Значит, и его
забрало.
Он оторвался от меня и повторил:
- Скоро вернусь.
- Буду ждать, - ответила я шепотом, потому что от внезапного ощущения
счастья перехватило горло. С вами такое
бывало?..
Словно почувствовав мое состояние, Флафи быстро выхватила из миски остатки
еды: ведь теперь придется, чего
доброго, делить пищу (и меня тоже) еще с одним человеком. Я понимала малышку -
собаки ведь как дети.
Нейлор был уже за дверью, я вытерла мордочку Флафи бумажной салфеткой,
погладила, почесала за ухом.
- Да, девочка, - поделилась я с ней своими глубокими размышлениями. - Так
бывает. Появится кто-то особенный,
не такой, как другие, и все идет кувырком, и сама не знаешь, что с тобой и как
будет дальше.
Флафи ответила протяжным воем, но я не была уверена, поняла ли она меня до
конца.
- Запомни, что сейчас увидела и услышала, - на всякий случай сказала я,
возвращаясь к действительности и снова
ощущая боль от моей заштопанной раны.
Вытряхнув из пузырька очередную обезболивающую таблетку, я проглотила ее и
запила большим глотком
самодельного кьянти, изготовленного руками моего отца. Мама всегда говорила нам,
что его напиток благодатно сгущает
кровь, и наливала по любому случаю - от ушибов, порезов и душевных потрясений.
Но в этот раз глоток вина, даже пара
хороших глотков не очень-то помогли мне: боль в том самом месте, а также
возбуждение рядом не проходили.
Впрочем, вру: минут через пять меня потянуло к постели, я уткнулась
головой в подушку, Флафи пристроилась у
моего бока. Засыпая, я размечталась - думала о маленьких, но таких приятных
неожиданностях, которые мне подарит
сотрудничество с лучшим и красивейшим детективом из отдела убийств города
Панама-Сити.
А проснувшись, окунулась в какой-то кошмар.
Кто-то что есть силы колотил в заднюю дверь трейлера, выкрикивая мое имя.
Флафи лаяла и трясла головой так, что я
боялась, она оторвется от тела. Что им всем надо? Почему бы не оставить меня в
покое?
Я с трудом поднялась с постели и поплелась к двери, по дороге отодвинув
занавеску на окне. На парковочной
площадке стояли красный "порше" Винсента Гамбуццо и рядом еще одна тачка, не
знаю чья, кажется, "шевроле".
- Кьяра! - надрывался Винсент у двери. - Открой же!
- Как же, спешу и падаю, - пробормотала я, ковыряясь с задвижкой и пытаясь
разглядеть что-то сквозь замочную
скважину. Но видела только красный глаз Винсента.
- Да не откроет она, - раздался женский голос, - потому что меня увидела.
Черт! Дверь уже открылась, и, прежде чем я успела ее снова захлопнуть,
Винсент ввалился в комнату, а за ним
просочилась - кто бы вы думали? - Марла. Какого лешего он притащил в трейлер к
почти умирающей женщине эту
путану, которая при удобном случае пристрелила бы меня вместо несчастной Винус!
- Я не в состоянии сейчас принимать гостей, - сказала я. - Уходите.
Винсент Гамбуццо не двигался с места - триста фунтов живого веса,
упакованные в черный костюм, черную
рубашку, черный галстук, с нацепленными на все это темными очками, - босс стоял
и нервно двигал челюстями, думая, что
изображает улыбку.
- Кьяра, мы пришли не с визитом вежливости, - промямлил он.
- Тогда тем более отчаливайте.
Я хотела захлопнуть дверь, но он продвинулся еще дальше внутрь дома, и то
же сделали его спутники, укрывшиеся за
Винсентом, как за живым щитом, - Марла и ее закадычный дружок Рик Растяжка.
Вообще-то он просто Рик, я называю его так для себя, потому что, болтают,
он вкалывает стероиды, чтобы растянуть
некоторую немаловажную часть своего организма. Воображает себя борцомпрофессионалом,
но, ручаюсь, большей липы вы
не видели в жизни, хотя мускулатура у него накачана дай Бог каждому. Только без
мозговой поддержки, видать, не очень
работает.
Рик снисходительно улыбнулся мне и провел рукой по своим густым жирным
волосам. Он разинул было варежку, но
Винсент его опередил.
- Кьяра, - завел он, - дело касается нашего клуба. У нас у всех беда, и
надо быть вместе. От этого зависит общее
благополучие. Возьми себя в руки и сосредоточься.
Прямо как мэр перед выборами. Но что он от меня хочет? Чего они вечно ко
мне пристают, будто я мировой судья или
причина разных неприятностей? На лбу у меня, что ли, чего написано?
- Сделайте себе кофе, - сказала я, в упор глядя на Винсента. - У вас пять
минут. Потом я снова лягу в постель.
Последнее слово явно заинтересовало Рика, поэтому Марла придвинулась к
дружку. Но, как ни странно, не произнесла
ни звука. Даже не наступила ему на ногу. Ее молчание показалось мне
подозрительным.
- Присяду, - сказала я, - тяжело стоять. Винсент занялся кофейником, Рик и
Марла подвинули табуреты к столу и
тоже уселись.
- Кьяра, - произнес Винсент, начиная чистить фильтр, - облегчи свою душу,
расскажи нам, что ты обо всем этом
думаешь.
Тон был вроде бы шутливый, но в нем слышалась угроза. Я молчала, и Винсент
заговорил снова, деля свое внимание
между мной и кофейником, который он уже включил.
- Как я понимаю, - проговорил он, - Винус Лавмоушн пригласили мы с твоей
подачи, Кьяра, не так ли?.. И значит,
все несем ответственность.
Прямо не хозяин ночного клуба, а мэр. Почти президент... Так что вы от
меня хотите, мистер президент? Чем я могу
быть полезна?
- В интересах правосудия, - продолжал Винсент, - и потому что не можем
допустить, чтобы преступление не было
раскрыто, а преступник не понес наказания, мы должны всячески содействовать
исполнению закона и поддержать действия
местной полиции, которая оказалась в трудном положении и не знает, с чего начать
и что делать.
Последнее утверждение возмутило меня.
- Не будем очень волноваться за этих парней, - вставила я. - Они кое-что
соображают в своем деле. Джон Нейлор
лично взялся за него. Так он сказал.
Я чувствовала, что Винсент недолюбливает Нейлора. Почему? Ну, тот никогда
не выказывал ему особого почтения.
Ему и его клубу. А ко мне относился... как бы это выразиться... неплохо. Но
сейчас Винсент, к моему удивлению, не стал
возражать.
- Ладно, - кивнул он, - замнем для ясности. Пусть полиция получает свою
непроверенную информацию и бежит по
ложному следу. Пусть.
Кофейник громко зашипел. Марла и Рик не обратили на это никакого внимания,
они во все глаза глядели на Винсента,
внимая ему, как пророку.
Тот продолжал базарить, но я не слушала. У меня опять разболелась рана,
хотелось одного: принять внутрь еще пару
глотков отцовского кьянти и растянуться на постели.
- Винсент, - сказала я со вздохом, - налей нам кофе и переходи к делу.
Он наполнил чашки, потом выдавил из своей туши:
- Кьяра, я знаю, у тебя не слишком хорошие отношения с Марлой.
"Не слишком хорошие"? Сказано чересчур мягко. Марла не раз пыталась так
или иначе испортить мне исполнение
номера, невесть что наговаривала на меня другим девушкам, старалась доказать,
что я никакая не прима, а так... дерьмо в
шоколаде. Или наоборот.
- Пожалуй, ты прав, - ответила я.
- Знаю, что не ошибся. Но кровь не водица, Кьяра... - Он любил ни к селу,
ни к городу приплести что-нибудь
эдакое. - И у нас одна кровь. Мы одна семья.
- Ближе к телу, Винсент, - сказала я. Он с неодобрением поглядел на меня.
- Слушай сюда, девочка. Копы подозревают в убийстве Винус Марлу, а это
неправильно. Слышишь? Мы должны
сделать все, чтобы найти ублюдка, который убил Винус и ранил тебя, и вынести
огонь из нашего дома. Затушить, пока не
разгорелся пожар.
Произнося эти слова, Винсент выпрямился на стуле и показался мне выше
своих пяти футов и семи дюймов. Но меня
не слишком проняла его прочувствованная речь. Я уже знала ему цену.
- Итак, - сказала я, поочередно оглядывая непрошеных гостей, - что я могу
или должна сделать в теперешнем
своем положении? Ведь я уже никакая не прима и не буду ею, мне остается лишь
получать пенсию за увечье на работе и
почивать на лаврах. Так что некоторые могут быть довольны.
Как видно, я заразилась от Винсента и тоже стала употреблять цветистые
выражения, суть которых ни мне, ни ему до
конца не ясна.
Марла взвизгнула, я ожидала продолжения, но его не последовало. В ее
глазах была молчаливая злоба. И страх. Я
поняла, она чувствует какую-то зависимость от меня. Вроде бы я та соломинка, за
которую только и оставалось уцепиться.
Впрочем, возможно, это мне показалось в моем полулихорадочном состоянии.
- Кьяра! - Опять в голосе Винсента был явный перебор отеческих чувств. -
Отбрось в сторону все прошлые обиды
и подумай о более высоком. Сможешь?
- Попробую, Винсент. Он поднялся из-за стола:
- Пойдем в гостиную.
И, не ожидая меня, направился туда. Помедлив, я похромала за ним. Что ни
говорите, он все еще оставался моим
работодателем.
Он сделал всего несколько шагов от кухни, вошел в комнатку, которую с
некоторым преувеличением можно было
назвать гостиной, и начал ходить по ней взад-вперед, отражаясь в зеркалах,
висевших на задней стенке. Это меня почему-то
разозлило: как он посмел отнимать мое единоличное право разглядывать в этих
зеркалах саму себя?
- Кьяра, - Гамбуццо понизил голос, стараясь говорить мягким тоном, но без
большого успеха, - ты не-должна так
наскакивать на Марлу. Конечно, она не лучшее украшение на рождественской елке,
но вносит свой вклад в наше дело. Ты
ведь не будешь спорить? - Я промолчала, и он продолжил: - У нее никого нет,
кроме нас.
Винсент отлично знал, что бьет на жалость, и у него это получилось: я
почувствовала укол совести. (Мало у меня было
сегодня уколов и без этого, когда я валялась на больничной койке.) Да, он прав:
эта толстомясая дурында совсем одна в
нашем мире. Насколько мне известно. Если не считать Рика Растяжку, а его считать
не стоит.
Но все-таки я зачем-то пробормотала:
- У нее есть Рик.
- Этот придурок? Брось, Кьяра. Он проходит сквозь женщин, как нож сквозь
масло. Его близкие отношения
кончаются, как только он застегнет молнию на штанах.
Я взглянула в сторону кухни. Растяжка поймал мой взгляд и доброжелательно
ощерился. Марла ущипнула его. Даже
на пороге крупных неприятностей она оставалась все той же ревнивой психопаткой.
- Кьяра, - говорил тем временем Винсент, - Марла нам сейчас нужна. Без ее
титек доходы клуба упадут еще
больше... То есть, хочу сказать, у меня сейчас такое положение, что... И ты, и
она...
Он умолк, как будто ему было трудно продолжать, и я удивилась: такого с
ним до сих пор не случалось.
- Расслабься, Винсент, - подбодрила я шефа, - и расскажи мамочке, что
случилось. Ты чего-то боишься?
- Ты не ошиблась, Кьяра. - Его лицо там, где оно не было прикрыто темными
очками, заметно побледнело. - Я в
большой заднице, девочка. У меня долги.
Я молчала. Если захочет, сам скажет, кому и сколько должен. Если нет - из
него не вытянешь клещами. Он захотел.
- Я должен кое-каким серьезным мужикам. Двадцать кусков, Кьяра. Если не
отдам к пятнадцатому, мне и клубу
кранты.
- Винсент! Ты связался с какой-то кодлой? Как ты мог! Они же сделают тебя!
- Кьяра, успокойся. Они - наша "крыша", понимаешь? Но я... э-э... я хотел
немного навешать им лапши и занизил
доходы... Видишь, говорю тебе все как на духу... А они узнали и требуют. У меня
сейчас нет, но если мы поработаем как
надо... Только... понимаешь, коней на переправе не меняют.
Коней - нет, но эту кобылу Марлу не мешало бы сменить, хотела я ему
сказать. Но опять промолчала. Потому что
почувствовала еще один укол. Опять жалости.
Клевая картинка вырисовывалась: Винсент наверняка связался с какой-то
мафией, и, похоже, все об этом давно знали,
кроме меня, доверчивой идиотки. Конечно, самое правильное было бы рвать отсюда
когти прямо сейчас, но... Очень большое
"но". Во-первых, куда мне деться? Где и как зарабатывать приличные деньги? Опять
сесть на голову предкам? Нет, я их
слишком люблю, чтобы такое проделать. И во-вторых (а может, во-первых), в этом
городишке есть некто по имени Джон
Нейлор, к которому я, вы уже знаете, очень неровно дышу и хочу, как бы он ни
сопротивлялся, помочь в раскрытии убийства
Винус. Ну и, наконец, в-третьих: что ни говорите про мою работу, мы, пусть
худая, все-таки семья. Винсент прав. К нам
ходят, на нас глазеют и, чего тут скрывать, нас не слишком уважают. И если мы не
станем держаться вместе, то вообще
потонем в дерьме, это уж точно...
- Хорошо, Винсент, - кивнула я. - Постараюсь сделать все, что смогу. - И
прежде чем он успел ответить,
вернулась на кухню.
А мой раненый зад? Совсем забыла о нем. Неужели скоро опять смогу
выставлять его на всеобщее обозрение?..
- Эй, - окликнула я Марлу, - выкладывай, какие у тебя проблемы и чем я
могу помочь.
Она тряхнула длинными темными волосами, в глазах промелькнуло явное
желание послать меня сами знаете куда, но
страх взял верх.
- Да, - она сглотнула, словно подавившись руганью, - нужна твоя помощь.
У меня тоже пропала всякая охота показывать ей свое превосходство, играть
с ней, как кошка с мышью. К черту! Мы
ведь одна семья.
- Тогда расскажи все подробно. Чего ты боишься и почему к тебе цепляются?
Ей-богу, у нее шары налились слезами, у меня тоже, и мы обе еще чуть - и
наговорили бы друг другу такой
благолепной лажи, что после не расхлебали бы. А уж как бы это мешало нам снова
собачиться, когда все благополучно
окончится, и не говорите.
- Марла, - повторила я, - включи хотя бы парочку мозговых извилин и
расскажи внятно, что и как.
Мои слова вывели ее из несвойственного состояния прекраснодушия, она сразу
стала самой собой.
- Твой чертов коп, - рявкнула она, - решил, что это я убила Винус!
- С чего ты взяла?
Марла перевела взгляд на Рика, потом опять повернулась ко мне.
- Можем поговорить с глазу на глаз, Кьяра?
Рик был очень занят - пытался получше рассмотреть, что у меня там, под
всеми лентами и кружевами халата (не могу
понять, неужели не нагляделся на меня и на других, кто каждый вечер торчит у
него перед глазами почти совсем голый?), -
и потому до него не дошло, что подружка не хочет говорить при нем.
- Конечно, Марла, - сказала я и взяла кружку с кофе. - Пойдем присядем на
лестнице.
Мы уселись, я вытянула больную ногу и приготовилась слушать.
- Вот какое дело... - начала она. - Рикки... вообще-то он неплохой, только
слишком любит женщин. Не может
пройти мимо любой юбки. Я как бы терплю эти штуки, потому что другие девушки не
принимают его всерьез и меня, типа,
уважают...
Нет, Марла, подумала я, ты дважды ошиблась: твой Рикки дерьмо, это вопервых,
и никто тебя не уважает в нашем
клубе, это во-вторых. Но все равно мне тебя жалко, ведь ты наверняка никого не
убивала. Она продолжала:
- А Винус повела себя по-другому. Я их застукала у выхода, где декорации,
знаешь? Эта паршивая тварь прямо
улеглась на него... Ох, прости, сорвалось с языка, ведь ее уже нет на свете,
бедняжки...
Марла враждебно посмотрела на меня. Я молчала. Нога болела как не знаю
что. Казалось, швы, наложенные на рану,
сейчас разойдутся и кровь потечет по ступенькам, на которых мы сидим.
- Я послала Рика подальше, - говорила Марла, - и мы остались вдвоем с
Винус. Уж я ей выдала все, что думала...
А ты бы на моем месте не сделала так? - Я опять не ответила, и она продолжила: -
Наверное, кто-то услышал нас и
переврал мои слова.
- Какие слова?
Марла так заерзала на ступеньке, что я испугалась, как бы ей не воткнулась
в задницу заноза.
- Какие слова? - Она вздохнула. - Ну, разные... Сама знаешь. Если их
выдернуть и взять отдельно...
- Марла, не темни. Говори толком, что тебя беспокоит. Она уставилась на
меня. В ее невыразительных глазах
сквозило отчаяние.
- Я сказала ей, - произнесла она дрожащим голосом, - что убью, если еще
раз увижу рядом с Рикки.
- Мало ли что можно брякнуть, - попробовала я успокоить ее, но мне не
удалось.
- Еще я добавила, - продолжила она, - что у меня есть оружие и я уже
раньше стреляла, так что пускай она
поостережется...
- Это правда? - не удержалась я.
- Что - правда?
- То, что ты ляпнула. У тебя есть пистолет? Марла помедлила, прежде чем
ответить.
- Да, - со вздохом призналась она. - У меня они есть.
- Они? Несколько пистолетов?
В ее лице, в глазах сейчас не было и следа обычной для нее агрессивности.
Просто испуганная глупая девчонка.
- А что такого? - сказала она. - Разве их нет у каждого?
- У каждого, Марла? Не думаю. А у тебя целый арсенал? Сколько же, если не
секрет?
Она пожала плечами:
- Не знаю. Не считала. Штуки четыре. Или пять. Я их не коллекционирую, не
думай. Просто я жила в Алабаме... -
Это было сказано так, словно я, идиотка, не секу, сколько в Алабаме положено
иметь пистолетов на душу населения. Если бы
она говорила о Нью-Йорке, я бы еще могла понять.
- Марла, ты сказала, если я не ошибаюсь, что уже применяла оружие. Да?
- О! - Она тряхнула головой и рассмеялась. Смех был довольно странный -
как будто вот-вот перейдет в
истерический плач. - Я как-то выстрелила в своего школьного приятеля.
- Убила его?
- Нет, Кьяра. Это был несчастный случай, парень почти не пострадал. - Она
скривилась в усмешке. - Мы
охотились, и я перепутала его с уткой.
- Марла, ты шутишь?!
- Да нет. - Она подавила вздох. - Он остался жив, и с меня сняли все
обвинения. У нас в Юфоле такое случалось
чуть не каждый сезон. Конечно, после этого мы не были с ним как раньше... - Она
вытаращила глаза. - Ты не
представляешь, как я любила его!
Я действительно не могла себе этого представить. Как и того, что она может
сделать с тем, кого ненавидит.
Однако согласитесь, что на основании всего этого заподозрить ее в
преднамеренном убийстве Винус было бы не очень
разумно. А полицейские, в том числе Джон Нейлор, судя по ее словам и опасениям,
именно это уже сделали. Или готовы это
сделать.
- Марла, - спросила я, - где ты была, когда стреляли в Винус?
Она жутко напряглась, даже в лице переменилась, будто я спросила ее про
какие-нибудь интегралы или эту... как ее...
синусоиду.
- Я... - прошептала она, - шла.
- Куда ты шла? - Я была неумолима, как сам Джон Нейлор.
- Как куда? На стоянку, где всегда ставлю машину. Ох, если не ошибаюсь,
это как раз то место возле сосен, откуда,
по словам нашего Бруно, стрелял убийца. Уж кто-кто, а Бруно понимает во всех
таких делах: он ведь бывший не то
полицейский, не то кто-то в этом роде. Выходит, Марла подзалетела по самую
завязку в неприятности.
- Ты ведь сможешь, - робко проговорила она, - помочь мне отмыться от этого
дерьма?
Ухватившись за перила, я с трудом поднялась. Во мне смешалось сейчас
несколько ощущений, мыслей: да, Марла
выстрелила в Винус из одного из своих пяти чертовых пистолетов; да, она
абсолютно ни в чем не виновата, и ее можно
только пожалеть; и наконец, да, я должна помочь полиции, а значит, Джону Нейлору
разобраться во всем этом и сделать так,
чтобы не пострадал невиновный и чтобы справедливость восторжествовала.
- Конечно, Марла, - произнесла я, глядя вниз на ее бледное лицо, -
конечно, сделаю все, что смогу.
Она облегченно вздохнула, улыбнулась и тоже встала со ступенек.
- Спасибо тебе, дорогуша, - сказала она. - Уверена, ты знаешь, что нужно
делать. Помоги тебе Бог.
В ту минуту я подумала, что, пожалуй, сам Господь не ведает сейчас, как
тут быть, а потому вряд ли может мне
помочь. Единственное, что помогло бы, - если бы я могла сообразить
самостоятельно, как найти настоящего убийцу. Но...
Но ум, говорят, хорошо, а два - лучше. Я увидела: к моему трейлеру
приближается коричневый "таурус", а в нем не
кто иной, как Джон Нейлор.
Глава 5
Мои гости в полном составе поспешили отчалить, как только засекли
полицейского, и когда Джон, выйдя из машины,
приблизился к двери, их уже след простыл.
- В чем дело? - спросил он.
- Визит вежливости, - объяснила я.
Он нахмурился, вроде бы переваривая ответ, а на самом деле вглядывался в
мое лицо, и, как видно, что-то Нейлору в
нем не понравилось, потому что он сказал:
- Тебе надо пойти и прилечь, а не стоять здесь, как статуя, с чашкой в
руке и в премиленьком халате.
С этими словами, опасливо оглянувшись на трейлер, где жила Рейдин, он
обнял меня за плечи и повел в помещение.
- Она еще не вернулась из медицинского центра, - успокоила я его. - Пат
привезет ее оттуда.
- Это немного утешает, - сказал он с усмешкой и обнял меня еще крепче.
Мы были уже в комнате, но я не хотела, чтобы Джон отпускал меня. А он и не
спешил делать это. Но, с другой
стороны, мама с детства учила меня, что делу - время, потехе - час, и потому я
высвободилась из его рук.
- Я сделал тебе больно? - спросил Нейлор.
- Ни капельки. Просто хочу сначала задать несколько вопросов.
- Сначала? - поинтересовался он, сопровождая это улыбкой и легкими
прикосновениями пальцев к некоторым
сокровенным частям моего тела.
- Да, - ответила я, решительно отстраняясь. - Хочешь кофе? Он отвлечет
тебя от определенных мыслей и придаст
необходимые силы.
- Силы? - переспросил он, продолжая сиять. - Для чего?
- Чтобы лучше думать. Нейлор сдался:
- Что ж, думать никому не заказано. Даже полицейскому детективу. Налей мне
кофе.
Судя по всему, он успел побывать дома, потому что сменил костюм и рубашку.
Эта была тоже белая, но другого
оттенка. И галстук на нем был другой - впрочем, тоже дорогой, шелковый. И пахло
от моего милого пижона его чудесным
одеколоном, немножко кожаными изделиями, и, разумеется, он был снова выбрит
чище, чем мне нравилось. У меня всегда
была слабость к пижонам. Насколько я уже знала Нейлора, он из тех, кто умел и
любил доходить во многом до грани, но не
переходил за нее и добивался своего по эту сторону. Если вы понимаете, о чем я
хочу сказать.
На эту тему я и рассуждала сама с собой, пока готовила кофе, испытывая
внутреннюю дрожь, когда он слишком
близко подходил ко мне, топчась по кухне.
И еще я подумала, стоя над кофейником, что мы с Нейлором подошли, видимо,
к какому-то новому повороту в наших
отношениях, а что будет за поворотом - один Бог ведает. А может, и не ведает.
- Ты о чем-то серьезно задумалась, Кьяра? - спросил он вкрадчиво. - Чегото
боишься?
Ну просто читает мои мысли!
- Так, да не совсем, - не слишком искренне ответила я, поворачиваясь к
нему и протягивая кружку. Из нее немного
выплеснулось на пол. - Страха у меня нет.
- А что есть?
Не отвечая, я прошла в комнату, он за мной с кружкой в руке. Я села на
тахту, стоящую у стенки. Он уселся рядом. Я
прислонилась к его плечу, сразу стало хорошо и спокойно: я перестала думать о
своей ране, о том, смогу ли работать, о
недавнем убийстве, о Марле... Но ведь я обещала ей.
- Что насчет Марлы? - спросила я.
- Следствие идет своим ходом, - ответил он коротко и неохотно.
- Нейлор! - воскликнула я обиженно. - Я тебе не какой-нибудь газетный
репортеришка, всюду сующий свой нос. Я
ведь тоже замешана во всем этом. Снизойди до меня, ответь. Проясни ситуацию.
Он не снизошел. Даже не пошевелил бровью.
- Хорошо! - не понижая тона, заявила я. - Тогда слушай меня. Марла грозила
пристукнуть Винус. И она
находилась в подходящем для этого месте в подходящее время. У нее есть оружие.
Она ведь у вас на подозрении, так?
Говоря все это, я не сводила глаз с Нейлора, пытаясь понять по выражению
лица, шокировала ли я его этими
сведениями. Но вид у детектива был скучающий.
- Кьяра, - сказал он потом, - ты говоришь все это, потому что ненавидишь
Марлу или у тебя что-то другое на уме?
Я поставила чашку на пол возле тахты - медленно, чтобы иметь время
подумать, и ответила так:
- У меня личный интерес, Джон. Кроме того, я уверена, что могу быть
полезна при расследовании.
Я ожидала взрыва презрительного хохота, однако он молчал и выжидательно
смотрел на меня.
- Не хочу путать ничьи следы, - продолжала я. - Но думаю... похоже, вы
ступили на ложный путь. Марла не могла
совершить такое, какие бы подозрения на нее ни падали.
Нейлор последовал моему примеру и тоже отставил кружку.
- Ты не можешь судить об этом, Кьяра. Твоя Марла не так безобидна, как
тебе кажется.
- Я вовсе не считаю ее овечкой. Она способна на многое, только не на
убийство соперницы. Драться, царапаться -
сколько угодно. Но убить... Если бы так, меня давно уже не было бы на свете. - Я
вспомнила, как парочку раз у нас
доходило до драки и какая ярость сверкала тогда в ее глазах. Вспомнила и
внутренне содрогнулась. - Для намеренного
убийства, - продолжала я гнуть свою линию, - нужно, чтобы у человека
...Закладка в соц.сетях
