Жанр: Юмор
Рассказы и повести
...аже не открыли ворота, сказав, что
это замок Карабаса, который никого из самозванцев не желает
видеть. И еще с башни показали копию справки.
Что делать, подумал рыцарь, если король настолько стал все
путать от наступившей с преклонным возрастом мудрости. Одно
остается - воспитать достойного сына, который дождется нового
короля и попытается восстановить честь и достоинство заслуженного
рода. Против воли короля идти с боем на вероломного Карабаса он
не мог, в силу старой закалки и дисциплины. А пережить старого
короля он не надеялся, поскольку после подвигов весь был в
неизлечимых ранах... Тут он и начал собирать секретные бумаги...
На этом записки, которые сходу смогла прочитать Кэт, и
заканчивались...
Если подучить и другие языки, то можно и все остальное
прочитать...
ГЛАВА ШЕСТАЯ
в которой рассказывается о том,
как приятно влюбляться, не дожидаясь лучших времен
Рыцарь печального образа чувствовал легкое головокружение от
одного только вида Кэт. Чем ближе к Кэт подвигалась его голова -
тем сильнее она и кружилась. Поэтому он делал вид, что
внимательно слушает Кэтин литературный перевод ларчиковых
секретных записей, определяющих его рыцарскую судьбу.
Бобин же обошелся без головокружений и других растройств на
сентиментальной почве. И, в отличие от рыцаря, вида никакого не
делал. Пользуясь своим положением он уже спал у Кэт на коленях,
свернувшись колечком. Рыцарь об этом мог лишь мечтать, да и то во
сне, поскольку наяву был, как и положено, в латах... А на коленях
у Кэт, между прочим, было теплее и уютнее, чем под столом. Были и
другие преимущества.
С учетом головокружения и зависти к коту Фред Львиная Доля с
первого раза мало что понял из секретных бумаг, кроме того, что
для него это жизненно важно.
- Это для меня жизненно важно, - сказал он и спрятал в шлеме
глупую блаженную улыбку, совершенно не соответствовавшую
трагической откровенности бумаг.
Он попросил Кэт прочитать еще раз.
- Один ваш голос чего стоит, - добавил некстати рыцарь и
покраснел.
Кэт старательно стала все повторять. Бобин, практически не
просыпаясь, сменил при этом на ее коленях одну уютную позу на
другую и уткнулся мокрым носом в пупок под тонким скромненьким
платьем, посмотрев при этом искоса одним сонным глазом на
рыцаря... Тогда рыцарь взял себя в руки и успешно принял всю
информацию во втором чтении... Кот бы этого ни в жизнь не смог
сделать...
- Значит мы правильно и мудро начали боевой поход с визита к
прекрасной даме по имени Кэт! (Рыцарь встал и очень красиво ей
поклонился. Сев обратно, он рефлекторно придвинулся поближе к
Бобину). Если кто и сомневался - совершенно напрасно! (Непонятно
к кому и в связи с чем обратился он). Ох, не случайно-таки мы
здесь! Теперь я знаю все про вероломство Карабаса! Теперь мой
долг восстановить справедливость и славное имя отца! - сказал
рыцарь печального образа энергично.
Он сходу предложил Кэт место переводчика в стационаре замка
и поднял очередной тост "За нетленную красоту эрудиции!". В связи
с этим он попытался также погладить ее руку... Но несколько
преждевременно... Обстановка и так наэлектризовалась...
Бытовое электричество пока отсутствовало, несмотря на
появлявшиеся в замках у простых рыцарей то там, то тут разности
потенциалов. В ожидании прогресса электричество выделялось
преимущественно молниями, поэтому разумные люди старались
держаться подальше от напряжения до лучших времен, когда с легкой
руки Ома можно будет разделить его на большое сопротивление...
Кэт решительно отдернула свою руку, словно от электротока...
Впрочем, искра между ними-таки проскочила, свидетельствуя о
наличии разницы потенциалов, положения, интеллекта, эрудиции,
жизненного опыта, возраста и пола...
Кэт сказала, что надо подумать. Это слишком серьезно, чтобы
решать за ужином при свечах после изысканных тостов... Да и вся
она сейчас расстроилась, поскольку ей жалко благородного папу
достойного рыцаря Фреда Львиная Доля, который пострадал из-за
своей порядочности и доброты... Да и ее бедный дедушка наказывал
ей держать ухо востро с рыцарями... особенно печального образа...
особенно при свечах... Особенно если с тостами...
- Утро вечера мудренее,- охотно подтвердил древнюю мудрость
Фред Львиная Доля.
Но мудрость мудростью, а энергия энергией. И нет закона
превращения первой во вторую. И не будет. Поэтому вторую надо
выпускать вместе с паром по мере приобретения первой. Именно
поэтому рыцарь печального образа экстренно устроил перед сном
парад своего войска в полном составе и при полной боевой выкладке
вокруг домика... А потом отличившимся воинам или искренне
желавших отличиться при первом удобном случае дал увольнительные
в деревню до утра. А потом он уже больше просто не знал, что и
сделать - и скомандовал остальным отбой.
И опять он не спал всю ночь, со светлой грустью думая о Кэт.
Грусть опять добавляла мудрости. Он чувствовал, как с каждым
часом ее добавляется все больше. В голове у него снова
конфликтовали мысли: возвышенные с конкретными. Когда конкретные
мысли начинали совсем одолевать, он выходил проветриться,
посмотреть на звездное небо. И мысли возвращались в возвышенное
русло. К утру он совсем измотался от возвышенного. Да и куда
подспудно накопившуюся за это время мудрость с пользой для дела
теперь израсходовать?
Он уже определенно хотел на Кэт жениться... Ну и что, что не
знатного рода, хватит ему (и не только ему) знатного рода Шубки
из Леопарда (и не только ее, хотя и ее достаточно)... Из знатного
рода шубы не сошьешь... Может даже луче, когда незнатная. Меньше
знати и самураев будет вертеться возле замка.
- "Закрой замок на замок, чтобы замок не замок"... -
вспомнилась ему первая заповедь рыцаря, уходящего в славные
походы. А он добросовестно следовал рыцарским заповедям. Хотя это
не всегда, как оказалось, помогало...
Беда средних веков (по крайней мере в этих краях)
заключалась в том, что незнатных дам с незапамятных времен
разрешалось держать в дамах сердца только на правах фавориток. И
не более того (в смысле не количества, а статуса)... Но нет
безвыходных ситуаций - можно в крайних случаях и на безродных
жениться. Для таких казусов даже существовало
руководство-рекомендация, утвержденное еще предыдущим королем.
Рыцарь, которому невмоготу хочется жениться, просто должен
совершить какой-нибудь незаурядный подвиг во имя короля и
Отечества. Ты королю - дополнительную славу, он тебе - согласие
на брак, если уж так приспичило...
Король урвет тем самым нескольких дополнительных строк про
себя в Книге Истории, а безымянный рыцарь печального образа,
конкретно Фред Львиная Доля, доб'ется строки в Книге Записи Актов
Гражданского Состояния. И всем от бартера будет одна радость...
Кэт тоже не спала всю ночь. Она понимала, что далека по
социальной шкале от рыцаря до недосязаемости. Но, не взирая на
это, она отважилась на любовь с первого взгляда, что, если
признаться откровенно, не имело смысла, но случилось уже в
прошлый его визит непроизвольно, на уровне выделения адреналина и
других об'ективных процессов...
Она уже и до этого подозревала, что любовь - дело
нешуточное. Бедный дедушка девушки хоть и отбирал, в плане
подбора, книжки для ее чтения, но все равно Кэт начиталась
изрядно. Остается только догадываться, что было бы, если бы
бедная Кэт читала все подряд. Какие уж тут теперь шуточки. Так
что Кэт все равно знала про любовь. Кое-что. Но главное, она
чувствововала, что есть такая потребность. Но совершенно
отсутствовали об'екты для этого.
Поэтому она украдкой понарошку влюблялась время от времени в
оруженосцев из замка Карабаса, которые последнее время приходили
в их деревенский ларек за пивом. Несколько раз она чуть было даже
не заговорила с некоторыми оруженосцами о музыке и живописи... Но
те обычно сначала ни о чем другом не могли думать, а потом так
быстро напивались, что ей ничего не оставалось делать, как срочно
прятаться в своем бедном домике, предварительно закрывшись на все
крепкие запоры и задраив ставни на окнах. О пулеметах тогда еще
простые люди не могли и мечтать. Отбивались обычным домашним
инвентарем. Даже сломанный инвенарь оставляли на черный день...
Не все великие поэты, художники, музыканты, говорят, были
трезвенниками, но не до такой же степени!..
Кроме приходящих за пивом оруженосцев в деревне были одни
старики, которые уже давно отвоевались. И музыкой не особенно
интересовались из-за потерянного в бурной молодости слуха.
Ах да, был еще один, но его можно не считать. Он, правда, не
пил и не курил. Впрочем, в те времена и другие тоже не курили,
поскольку это было еще не принято. Но занудой тем не менее он
был. Он приставал к Кэт в самое неподходящее время и самыми
неумными способами. Заискивал перед ней в абсурдной форме,
например спрашивал: "Можно вас на минуточку?", хотя какой смысл
вкладывается в слово "минуточка" об'яснить толком не мог,
ссылаясь на общепринятую форму знакомства... Он ничего не мог
лучше придумать, чем, подкараулив ее на улице, не задать
какой-нибудь абстрактный вопрос, вроде: "Девушка, не подскажете,
сколько сейчас времени?" Он был каким-то хронометрически
озабоченным. Можно подумать, что сам не видит, где солнце. Иногда
и поздним вечером после заката приставал с этим вопросом про
четвертое измерение, что было уже абсолютно бестактно... Уж лучше
бы пил... Так что его можно не считать.
А еще Кэт ловила себя но том, что связана с луной. Ясно, что
не веревочкой связана. Но разницы никакой. Она время от времени
чувствовала, что луна погружается в нее и холодит внутри внизу.
Но этого мало. Возникало непередаваемое и непереводимое в слова
чувство полетности. А вместе с этим возникало и неодолимое
желание стать великодушной ведьмой. А это уже мало не покажется и
постороннему человеку, что уж говорить о бедном дедушке.
Однажды она впервые немного полетала по дому. Это были самые
сильные ощущения невыразимого восторга и сопричастности Стихии.
Но сопричастность быстро прошла, превратившись в тихий лунный
свет. А потом она испугалась всего этого в себе. А потом даже
поплакала.
Но от этого желание снова полетать только усилилось.
После этого она стала еще лучше, заботливей, нежней и милей,
чем была. Стала значительно красивее. Чаще стало возникать
желание посмотреться целиком голенькой в осколочек венецианского
зеркала, которое они однажды нашли с дедушкой в глухом лесу...
Рассматривать себя голую, было намного интереснее, чем смотреть
украдкой на грязно одетых пьяных мужиков... Хотя бороды у
некоторых были все-таки красивыми... Только непонятно было, какие
из этого надо сделать правильные выводы...
Полеты циклически повторялись при любой погоде...
Бедный дедушка, когда первый раз увидел, как она летает по
их убогому домику, сказал со светлой грустью:
- Вот ты и стала настоящей нормальной взрослой женщиной, моя
внучка. Можно мне и помирать спокойно...
Они обнялись и она с радостью осознала, что она нормальная,
поскольку лучше и убедительнее дедушки об'яснить, что так и
должно быть, никто бы не мог. А бедный и старенький мудрый
дедушка умер наконец счастливым.
Рыцарь печального образа Фред Львиная Доля надел на рассвете
свой шлем с новым пером, которым он очень гордился, сдув с него
походную пыль, и стал ждать, когда Кэт проснется. Он должен
дождаться принципиального согласия Кэт на свой подвиг с
последующей женитьбой... Спросить было совершенно необходимо. Не
заручившись согласием Кэт подвиг совершать нет особого смысла.
Даже рискованно. При Дворе могут истолковать двояко или даже
трояко. Существовало бы четверяко - истолковали бы и так, через
удвоенное двояко...
Он привык важные разговоры вести в шлеме при оружии - так
обычно его партнер сразу понимал без лишних слов серьезность его
намерений. Поэтому Фред Львиная Доля и надел шлем, который, он
знал это точно, очень ему шел...
Поскольку Кэт всю ночь тоже не спала, ждать, когда она
проснется, пришлось долго всего лишь потому, что время медленно
тянулось, а совсем не потому, что она якобы долго спала.
Весь завтрак он просидел в шлеме и при мече, не решаясь
перейти к делу. Потом, во время сладкого, когда отступать дальше
уже было некуда, покраснел внутри шлема и сказал Кэт, что ее
любит. Кэт побледнела и стала еще красивей. Потом Фред, став
совершенно багровым, сказал о своем желании на ней жениться. Кэт
еще немножко больше побледнела и теперь уже упала в обморок.
Когда она пришла в себя, то сказала, что она ни коим образом
не говорит ему "нет". Даже ни в коем случае не намекает на отказ.
Но это надо серьезно обдумать, как учат умные книги, как говорил
бедный дедушка... Да и невозможно это, да и они почти не знают
друг друга, да и он не должен забывать о сыновьем долге по
возвращению себе другого славного имени. А то она выйдет,
предположим, за него замуж и переименуется, а потом он вернет
себе настоящее имя и сам переименуется из того временного имени,
в которое она-то уже переименовалась... Кстати, она не на шутку
боится Карабаса и его оруженосцев, да и не все бумаги еще
переведены и прочитаны, кстати и Бобин куда-то затерялся, да и
вообще она сейчас не соображает, что к чему... И заплакала от
нахлынувшей на нее собственной бестолковости...
Рыцарь печального образа Фред Львиная Доля понял, что она
абсолютно права. Он устыдился, наконец, собственных порывов. Надо
отстоять честь отца, наказать вероломство, восстановить
справедливость, сделать еще много хорошего... А потом уже со
своим шлемом в калашный ряд. Или как там правильнее сказать...
- Я еще скоро вернусь,- сказал он Кэт и скомандовал общий
сбор. Войско в составе десяти человек полностью собралось и
направилось в сторону замка Карабаса, громко гремя железным
оружием.
Фред Львиная Доля пел песню, чем удивлял ехавшего рядом
оруженосца, которому после уколов было не до песен. Да он и
раньше до этого не опускался.
Яркие флаги развевались почем зря.
Бобина опять нигде не было...
в которой рассказывается о том,
как нехорошо быть узурпатором
Если только вдуматься, сколько от кошек терпит человечество!
И это только в настоящем времени... А если оценить проблему во
всем ее историческом долготерпении, включая и не нашу эру?... Это
же миллионы миллионов усатых узурпаторов прошло чере заботливые
руки человечества...
Но все равно тут уже ничего не изменить в силу об'ективности
происходящего процесса...
Карабас, вернувшись неизвестно откуда после славного похода,
так и жил в плотном кошачьем окружении. Правда "славным" поход
был только со слов самого Карабаса, поскольку проверить было
невозможно. Да и кому это надо.
Зато кошки теперь были в замке везде. Он из-за них не
высыпался и приобрел многочисленные неврозы, порезы и укусы.
Большую часть его обедов кошки растаскивали еще на стадии
приготовления. Но вино и пиво кошки не пили - это естественно.
Карабасу теперь ничего не оставалось, как много пить, мало
закусывая. Поэтому у него стали болеть уже и живот, и печень, в
довершение к пострадавшей раньше всего остального голове, с
которой все и началось. В его глазах теперь часто бегали белые
мышки в сапогах, которые в разноцветном кошачьем контексте
создавали крутой сюр. Юркие сюрреалистки, бегавшие в глазах
Карабаса, утверждали, что они не мышки, а белые слоники. Кошки же
утверждали, что за слоников они тем более не отвечают... При
таком беспределе, творящемся вокруг, Карабас часто и беспричинно
свирепствовал.
Так сидел он однажды свирепый посреди рыцарского зала, а по
углам сидели четыре кошки. У каждой по четыре лапы. Карабас
чувствовал неодолимую потребность отгадать народную загадку:
сколько всего ног находится сейчас в зале, а сколько лап... Ему
ответ нужен был всего лишь для общего развития и душевного
равновесия, но постоянно получалось круглое число пять... от чего
он свирепел еще больше...
В это-то время все и произошло...
В лесочке около замка Карабаса разбили свой временный лагерь
дикие вассалы. У них все лагеря были временные, так что дело
обычное...
Они имели на Карабаса большой зуб. Как-то так получалось,
что на Карабаса все имели зуб, даже те, кто его не знал. Чистое
Эльдорадо стоматологии.
Поэтому дикие вассалы замыслили сделать Карабасу что-нибудь
плохое. Но не знали пока, что конкретно, и главное - как. Вот и
стояли лагерем в лесочке около замка, обдумывая. И обедали.
Мимо лагеря проходил черный толстый кот. Для развлечения
вассалы сначала стали бросать в него об'едками обеда,
представлявшими из себя обглоданные кости. У вассалов с
развлечениями в лесу было традиционно плохо. Игры типа "найди
флаг противника" были придуманы значительно позже и в рамках
другого дикого движения...
Кот увертывался, но не убегал. Потом вассалам это надоело и
они решили приманить его, чтобы, поймав, повесить на второй ветке
стоящего рядом дуба (первая уже была занята). Мол, доигрался,
братец, извини, если что не так!
окончания игровой части стихийно начинавшегося мероприятия, шкуру
использовать на шапку. Без шапки зимой будет холодно, а в шапке
будет тепло. Разница очевидная. Ему хотелось ее почувствовать.
Поэтому вассалы разложили всякую приманку и спрятались за
деревьями. Но кот неожиданно кудат-то исчез.
Вдруг главарь вассалов, спрятавшийся за тем самым дубом, на
котором была эта вторая ветка, почувствовал, что на него что-то
капает. На лысой макушке образвалась лужица. Не так чтоб большая
- кот наплакал... Лысина была большая, а кот наплакал совсем
немножко... Он поднял глаза вверх, чтобы посмотреть, откуда на
безоблачном небе взялся дождь. Вверху вместо дождя на той самой
второй ветке находился тот самый кот, пока, естественно, не
повешенный...
Шипящим камнем упал Бобин прямо на физиономию главаря,
укусив его за большой красный нос и поцарапав пухлые щеки. А
потом отскочил и неторопливо побежал прочь.
Первыми вышли из паралича от истошного визга главаря
непосредственные подхалимы. Пятеро главных подхалимов бросились
за котом, успев головой поклясться главарю, что кот заплатит за
главный нос не только своей шкурой, но и собственной кровью...
Кот бежал в траве, но по поднятому трубой хвосту маршрут
хорошо прослеживался. Бежал долго-долго, а исчез быстро. Когда
подхалимы подбежали ближе к месту исчезновения хвоста, то увидели
у упавшего огромного дерева достаточно большой, если правильно
встать на четвереньки, вход в темную пещеру. Затоптались
подхалимы на месте, но понимая, что в отсутствии кота шкура будет
спущена с них - встали на четвереньки и сиганули следом в
пещеру...
Вдалеке светились кошачьи глаза. Подхалимы на четвереньках
лихо, словно с рождения так перемещались, понеслись по пещере за
убегающими зелеными огоньками. Но в стае подхалимов наростало
теоретическое недоумение: на каком месте у убегающего кота должны
находиться светящиеся глаза, чтобы они были видны бегущим следом
подхалимам? Догонять обычным способом при положении глаза в глаза
невозможно физиологически... Вроде как у подхалимов в положении
"на четвереньках" глаза должны светиться из того же места, что и
у кошек. А уж искры из глаз могли выскочить вообще откуда
угодно... Но самым уязвимым местом разумного организма все-равно
оставался зад. За ним нужен глаз да глаз... Поэтому копчиком
вперед, чтобы глаза светили назад, могут бегать только
самоубийцы... Но это была, конечно, поверхностная мысль,
поскольку об этом некогда было всерьез думать, иначе
травмировались то нос, то макушка.
Но нельзя отвлекаться... Только полностью мысленно
погрузившись в свои конечности подхалимы смогли обеспечить вполне
конкурентноспособную рысь на всех четырех.
Вскоре все запыхались, но отсупать было нельзя, а кошачьи
глаза стали быстро размножаться. Их стало больше пяти. Но зато
потом они разом пропали... Когда вассалы-подхалимы проскакали еще
немножко, то почувствовали, что лаз идет вверх... Наконец голова
певого подхалима уперлась в секретный люк, голова второго
подхалима уперлась в зад первого и так далее. Подхалимы тем самым
создали большое давление на люк, чего тот не выдержал и открылся.
Выбравшись, они оказались в рыцарском зале замка, где в самом
центре сидел сам Карабас. Как дурак.
Стая кошек в отдалении напоминала заинтересованных зрителей
корриды. Карабас как раз совсем сбился со счета и набычился... От
количества кошачьих конечностей рябило в глазах и загадка не
решалась. А тут еще лапы вассалов добавились... Может выпить чуть
больше лекарства и плюнуть на задачу... Что с дурака возьмешь?!
По закону - ничего. Дуракам закон не писан...
А отчаяние подхалимов наоборот сменилось ликованием. Они
нашли секретный подземный ход в замок. Черт с ним с котом! Черт с
ним с кошачьим племенем! Главарь за Карабаса простил бы им и двух
котов. Не в шапках счастье... Поэтому они радостно заорали и
запрыгали.
- Допился до диких вассалов,- подумал Карабас.
Закусывать было уже поздно. Это он понял, поэтому сердито
сдался без боя. Да и как воевать без оруженосцев...
Дикие вассалы через ход увели Карабаса под уздцы туда,
откуда сами недавно прискакали рысью. И люк за собой закрыли. Как
будь-то Карабаса в замке никогда и не было. Паразита этого.
Так быстро прошла вся операция, что вассалы-подхалимы даже
не успели понести потери.
Зато какую радость и удивление диких доброжелателей вызвало
скорое возвращение подхалимов, которые с собой привели пленного
Карабаса. Некоторые даже плакали.
В стане вассалов возник стихийный военный праздник. На
радостях дикие вассалы естественно решили Карабаса с'есть. И даже
стали вокруг него водить возбуждающие аппетит специальные
хороводы. А вождь вассалов в предвкушении неизбежного точил на
Карабаса зуб. Награжденные вождем подхалимы-захватчики плясали на
почетном месте внутри круга, радостно щекоча гусиными перьями
привязанного к дереву и пискляво визжащего Карабаса. После того,
как человек похихикает - он становится вкусней и питательней... И
содержательней...
Снобы с гурманами уже пытались отмачивать некоторые части
еще неразделанного Карабаса в столовом уксусе...
Тут как раз прибыли челноки из дальнего зарубежья с
красивыми бусами... Бусы были такими яркими и такими стеклянными,
что вассалы прекратили даже танцевать... Но из-за средневековой
инфляции челноки категорически соглашались только на бартер.
Договориться по-хорошему также не удалось из-за хорошей
вооруженности челноков...
Так Карабас был с большой неохотой отвязан и весь с
потрохами выгодно отдан в вечное дикое вассальство в край
восходящего солнца, где и исчез бесследно за горизонтом, вместе
со всеми своими уже отмоченными в уксусе частями и вооруженными
челноками.
Когда Рыцарь Фред Львиная Доля со своим отрядом под'ехал к
замку и начал трубить во все рога, по поводу того, что пришел
воевать с Карабасом до победы, то с замком стало происходить
что-то странное. Сначала там все быстро забегали. Потом
закричали. Потом снова быстро забегали. Потом опустили мост и с
белыми флагами вышли строем тридцать карабасовых оруженосцев с
хлебом-солью и ключами от винного погреба замка. Контуженный
оруженосец карабаса сделал неуклюжую попытку поцеловать рыцаря
печального образа прямо в шлем, ревниво пресеченную собственным
оруженосцем рыцаря, охранявшим рыцаря от лишних инфекций.
Когда недоумевающий Фред Львиная Доля с обнаженным мечем
ворвался в рыцарский зал, то там увидел слегка дремлюшего на
рыцарском стуле Бобина в окружении нескольких симпатичных
кошечек, которые дружно умывались.
- Где Карабас? - ни к кому не обращаясь спросил рыцарь.
- Meow! - ответил в никуда Бобин и ушел вместе с кошечками,
поскольку за последнее время у него набралось несколько
неотложных дел.
Долго искал в покоренном замке Фред Львиная Доля Карабаса.
На это ушло три дня и три ночи. Утомившись, он принял решение
об'явить Карабаса бесславно пропавшим без вести.
Благородному рыцарю печального образа Фреду Львиная Доля
предстояло разобраться с карабасовыми оруженосцами. С одной
стороны, он не имел желания их убивать. А с другой стороны он тем
более не мог их убивать, поскольку придерживался твердых
рыцарских принципов: лицом к лицу, щель в щель, глаз в глаз!
Настоящие рыцари со спины не наезжают даже в мирное время, между
прочим.
Он просто сразу всех уволил одним приказом по замку без
выходного пособия. Но некоторые не хотели просто так уходить, а
настаивали на том, что сначала должны предать Карабаса. Может
быть даже и бесплатно, поскольку у них с ним свои счеты. Особенно
рвался предать Карабаса контуженный оруженосец. А поскольку он
даже слегка плакал от нереализованной потребности, рыцарь принял
его первым.
Карабасовы оруженосцы уверяли, что очень нелюбимый ими и
...Поділитися у соцмережах
