Жанр: Юмор
Сборник юмора
...умаешь, он долго еще будет орать?", -
спросил Кеша, невольно морщясь от иступленных и
захлебывающихся в крови воплей наколотого на колья
Негроицида.
"Наверное, пока кровь не зальет легкие", - ответил
второй мальчик, которого, кстати, звали Мормоша, и у
которого была дома самая большая игрушечная железная
дорога во всем городе. Он был очень умный, и к его мнению
все прислушивались. Особенно всех детей поражала его
способность к предсказанию срока, когда умрет очередная
жертва, попавшая в медвежью яму. Из 15-43 человек,
попадавших в нее каждую неделю, Мормоша всегда угадывал
время смерти с точностью до секунды в 26 случаях.
Мальчики продолжали пялить глаза на корчашегося
глубоко внизу Негроицида и предпочитали молчать, затаив
дыхание в ожидании таинства. Один из карманов Негроицида
распоролся, и дорогие удобрения сыпались на самое дно.
Как бы сейчас разрывалось от горя сердце старика Бурлака,
при виде пропадающего зазря бесценного продукта для его
виноградной бахчи!
"Кеша! Кеша - иди домой - тебе пора спать!" -
раздался женский голос. "Хватит торчать у этой ямы, а то
свалишься в нее неуклюже, как твой отец, и умрешь в
муках, как твой дедушка. Представляешь какое горе ты
доставишь родной матери? Ведь я тебя еще не
застраховала!"
"Ох уж эти родители!", - вздохнул Кеша, "Только о
деньгах и думают. Ладно, пока, Мормоша, завтра в школе
расскажешь, какие были его последние слова".
Мормоша проводил взглядом товарища, а сам засунув
руки в карманы, приготовился ждать последнего слова
умирающего героя.
БЕТХОВЕН ВЕРСУС ФРАНКЕНШТЕЙН
Людвиг Ван Гог Беховен сидел в своей пресловутой
квартире, оклеенной настоящими обоями в аленький
цветочек, и от нечего делать сношался с какой-то
женщиной, какой именно автор не смог разглядеть, но судя
по ругани - с женой. На часах пробило 10 часов и
стеклянную крышку осколком шрапнели - сие возвестило о
приходе величайшего шрапнельшика Трансильвании Сальери.
Сальери как всегда вошел в его комнату, по своей
уникальной привычке открыв дверь, прежде чем в нее войти.
Сальери уже давно тайной, но пламенной любовью любил жену
Бетховена. Каждый вечер он выходил себе на балкон, откуда
открывался прекрасный вид на замок Бетховена, и тихонько
мастурбировал, глядя, как пани Бетховен жарит на кухне
картошку для ужина, обеда или завтрака - ничего другого
она готовить не умела... Не считая, конечно, всяких
мелких пакостей и интриг.
Позавчера пани Бетховен задушила кошку представителя
звукозаписывающей фирмы, который вот уже третий год
ошивался вокруг их замка, в тщетной надежде подписать
*.-bракт с Людвигом на выпуск четырнадцати компактдисков.
Дабы не скучать в своей длительной и промозглой
жизни на улице, на второй год ошивания, агент завел себе
кошечку, которую подкармливал, гладил и натравливал на
агентов конкурирующих фирм, которых болталось в
окрестностях от пятидесяти до пятисот экзмепляров, в
зависимости от погоды и настроения владельца кошки.
Львиная их доля, стараниями самого Бетховена болталась на
столетних дубах.
Но пани Бетховен кошку откровенно невзлюбила - от
нее ужасно воняло мочой. От пани Бетховен, а не от кошки,
как вы могли бы подумать. Поэтому кошка бросалась
постоянно на пани Бетховен, срывая парик и бурные
аплодисменты наблюдающих на это исподтишка и из-под
эшафотов агентов. Жена Бетховена в конце-концов
подкараулила кошку в тот самый момент, когда она
справляла свою естественную надобность - надобность
поспать. Пани схватила бедное животное своими немытыми
руками за шею и давила до тех пор, пока не приехала
полиция, и не увезла ее в сумасшедший дом.
Там ее посадили в самую глухую клетку, куда сажали
только самых глухих, ибо бедняга стала уверять, что она
жена Бетховена. Все доктора ржали, подражая Буцефалу,
прекрасно зная, что Бетховен вот уже двести лет как умер.
И очень медперсонал потом удивлялся, когда к ним на самом
деле заявился Бетховен со справкой, что он великий
композитор, автор знаменитого "Марша Мендельсона" и посовместительству
- муж жены Бетховена.
Жену отпустили, но самого Бетховена посадили,
аргументированно мотивируя это тем, что медицинское
учреждение мечтает заполучить его гениальный мозг в свою
коллекцию после вскрытия. Людвиг согласился с научной
ценностью своего пребывания под замком, однако на
следующий день сбежал, не выдержав дурного обращения -
главный санитар обращался к нему словом "Дурной".
На следующее утро Бетховен уже спокойно сношал свою
жену, но в этот самый момент в его комнату, шаркая
отлетающими заплатками от носков, приплелся Сальери.
- Здравствуй, Бетховен!
- Здравствуй, Сальери!
- Здравствуй, Жена Бетховена!
- Здравствуй, Сальери!
- Здравствуй, Моя жена!
- Здравствуй, Бетховен!
- Здравствуйте, муж и жена Бетховены!
- Здравствуй, Сальери!
- Здравствуй, Сальери!
- Я вам принес хорошую новость!
- Положи ее на тумбочку и греби отсюда!
Сальери положил новость на тумбочку, сел в свою
гондолу, и поплыл, перебирая веслами, домой по каналам
Венеции, громко горланя новейший хит номер один
последнего сезона - "Лунную Сонату".
Улицы грязного канала были испещрены плавающими
банановыми кожурами, апельсиновыми корками, обрывками
карикатур Кукрыниксов и разделительными буйками. Он
притормозил у плавающих белых параллельных досок - знака
пешеходного перехода и огляделся по сторонам. Из
раскрытых как пасть бармаглота, окон соседней хибары
$.-.a(+(al яростные многоваттные звуки "Танца с саблями"
Хачатуряна, а все стены вокруг были расписаны балончиками
с краской: "Хачатурян - рулез", "Все шансоньеточники -
придурки", "Спартак - чемпион последнего гладиаторского
чемпионата!".
Фонарщик задул красный свет, и Сальери поплыл
дальше, приближаясь к плавучему магазину компакт-дисков,
что сиял огнями посреди центрального озера и изрыгал из
динамиков звуки некоммерческой альтернативной музыки, в
основном трехаккродного панк-рока шарманщиков. Ввиду
постоянной большой качки, магазин плавно переваливался с
бока на бок, и его владелец целые дни посвящал тому, что
водружал свалившиеся с полок диски на место. На
обслуживание клиентов у него времени не оставалось,
поэтому товар не распродавался, и репертуар магазина
обновлялся исключительно за счет выброса разбитых дисков,
в которых благодаря качке он никогда не испытывал
недостатка.
Дабы кому-то можно было заняться торговлей, владелец
решил сам создать себе помошника. Из перекрашенных в
синий цвет баночек "Кока-колы", шлангов от противогазов
и девяносто восьми просроченных тампаксов он собрал себе
бесподобное существо. То есть существо, подобное бесу. И
назвал он его в честь изобретателя Теории Относительности
Альбертом Франкенштейном.
Франкенштейн не стал утруждять себя изучением
физических материй, а уже в первый же день перевыполнил
план продаж, втюхав пациентам половину лежалого товара,
причем покупатели в ужасе от его внешнего вида, запаха и
бесконечных дебильных цитат из "Московского Комсомольца",
забывали забрать товар, и уносили ноги, сразу заплатив
деньги. Многие, правда, не успели вовремя унести ноги, и
ноги пришлось увозить на "Скорой помощи", ибо
Франкенштейн позаботился о том, чтобы конечности клиентов
были старательно откушены его острыми зубками, сияющими
на солнце и под луной ослепительной женоподобной улыбкой,
напоминающей о его тампаксовом происхождении.
Владелец магазина был столь вдохновлен удачным
бизнесом, что закупил весь тираж последнего сингла
Бетховена "Не дай мне погибнуть, захлебнувшись в слезах",
от которого отказались все остальные магазины, да и сам
Бетховен старательно вымарал свое имя с обложки,
расстроенный крайне неудачными продажами. Публике не
пришлась по вкусу романтическая лирика Бетховена о любви
к своей жене:
"Бейби, я тебя люблю
Я тебя люблю даже больше, чем свою предыдущую жену
Я обожаю Твои витые кудри
на выпуклом, как брюшко бульдога, лобке
Твои груди, промеж которых стекает пот,
как горнолыжник по трассе между двух прекрасных гор
Я тащусь от твоих бедер,
Что великолепны, как моя девяносто седьмая симфония,
Которая настолько гениальна,
Что я ее пока что не смог даже написать.
Я смотрю на тебя и рыдаю -
Ну почему я не могу тебя трахать даже тогда, когда я
ем?
Не дай мне погибнуть, бейби, захлебнувшись в
слезах!"
Сальери припарковал гондолу у магазина, и зашел
вовнутрь, с грустью и отчаянием в глазах смотря в окно на
то, как отлив уносит его суденышко вдаль. Сальери
оказался один на один с Франкенштейном.
Альберт-продавец в этот момент сидел рядом с кассой
и поглощал завтрак гнутой аллюминиевой ложкой, явно
украденной из пионерского лагеря. Мясо было подозрительно
похоже на человеческое, особенно вид кольца на
полуобглоданной руке наводил Сальери на неприятные мысли
о диете товарища Франкенштейна. Но бизнес был превыше
всего, и Сальери начал разговор:
"Привет, придурок, не хочешь купить несколько моих
альбомов, плюс еще подарочный си-ди-бокс из четырехсот
концертных альбомов, записанных во время моего последнего
турне по Гватемале?"
"Гкмх... Отвяжись, не видишь, я жру!", - проверенной
фразой Франкенштейн попытался отшить ненужного
приставалу.
"Так ты еще и глухой, оказывается? Не слышишь, что я
тебе предлагаю? Да ты разбогатеешь на эти дисках за два
дня - у тебя их с руками оторвут!"
"Пусть только попробуют! Я им сам головы поотрываю",
- буркнул Франкенштейн, многозначительно кивнув головой
куда-то в угол, где валялись какие-то подозрительные
круглые свертки.
"Ну ты и козел дефективный!", - Сальери сыпал
терминами из только-что прочитанной им нецензурированной,
настоящей версии книги Карнегги "Как приобретать себе
друзей". - "Неужели ты не понимаешь, что диски, и
особенно подарочные си-ди-боксы Сальери - это сейчас
самых ходовой товар? К тому же они выполнены в
специальной мягкой упаковке, и не разбиваются во время
качки в плавучих магазинах."
В глазах Франкенштейна после этого вдруг мелькнул
минутный интерес:
"Сколько сейчас минут", - забеспокоился и спросил
он.
"Двадцать девять", - проявил смекалку и посмотрел на
часы Сальери.
"Значит через минуту перерыв на обде кончается, и вы
сможете купить у нас что-нибудь полезное."
"Но я ничего не собираюсь покупать, я пришел
ПРОДАВАТЬ!", - заявил Сальери.
"Ничего, ничего, это излечимо", - разминая когтистые
пальчики довольно промямлил продавец.
Прозвенел будильник на столе, Франкенштейн запихал
его в рот и тщательно разжевал, стараясь не пропустить ни
единой шестеренки. Когда звон стих где-то между пищеводом
и желудком, Франкенштейн встал и подошел к самой
запыленной полке:
"Вот здесь лежат демо-записи Ростроповича совместно
с Beach Boys и тройные концептуальные альбомы с детских
утренников Карузо. Товар совершенно на хрен никому не
нужный. Вот вы сейчас и купите их ВСЕ."
При слове "ВСЕ" живот Сальери невольно содрогнулся и
начал немного пятиться к двери. Автоматические фотодвери
'"o*-c+( и растворились. В кислоте, которой плюнул на
вовремя увернувшегося Сальери Франкенштейн. Франкенштейн
протянул страшные волдырчатые лапы к шее композитора и
запел гнусавым сопрано "Молилась ли ты на ночь,
Дездемона". Не могущий стоять в стороне от искусства,
Сальери присоединился к хору и таким образом, перемежая
песнопения и крики с шумом борьбы Сальери и Франкенштейн
принялись отстаивать свои права на жизнь и смерть
соответственно.
Бетховен как раз занимался тем же самым, чем в
первом абзаце, как до его натренированного уха донеслись
явно фальшивящие надрывные партии из "Отелло и
Дездемоны".
"Непорядок", - проворчал гений, и напяливая халат
направился к выходу, не забыв прихватить метроном и
позолоченное сольфеджио. Он оседлал дельфина, и гондола
рассекая волны и полы его халата, под которыми ничего не
было кроме самого Бетховена, помчалась прямехонько к
магазину.
Сделав три круга почета вокруг торгового заведения,
и пропев несколько самых шлягерных нот из своих хитов,
Бетховен помпезно раздавая автографы вышел на магазинную
сушу. Она, правда, уже стала мокротой, благодаря обильной
крови, что природа одарила Сальери, а он, в свою очередь,
одарил ею линолеум.
Франкенштейн склонился над дергающимся от
недовольства почти расчлененным телом Сальери и
приговаривал: "Ты за что, сука, Моцарта отравила? Не мог
оставить его мне?"
В воздухе с характерным до-минорным свистом сверкнул
острый зазубренный полуметровый кинжал для вскрытия
запечатанных дисков, и Франкенштейн приготовился помочь
сбросить Сальери пять кило со своего грузного тела -
именно столько весила голова композитора вместе с
париком, а без оного - всего полкило.
"Я не травил Моцарта!!! И вообще он пока еще не
умирал - вы перепутали рассказы!!!"
"А мне наплевать!", - Франкентшейн зло захихикал,
забрызгав слюной потециальную жертву, тем самым
подтвердив свои слова.
И тут, распахнув халат, помня о великолепной походке
Батмана, и совсем забыв об отсутствии нижнего белья, в
комнату ворвался знаменитый и стремительный Бетховен со
спасительным воплем: "Не смей убивать моего друга! Не
смей, пупырчатая тварь!"
От изумления Франкенштейн даже хрюкнул и опустил
нож. На горло Сальери.
"Но почему?"
"Потому что Сальери мне должен пятьсот фунтов, и кто
мне их будет отдавать после его смерти? Пушкин?"
"Кто? Я? Да пошел бы ты!", - крикнула появившаяся
откуда-то из-за угла кудрявая голова и гордо скрылась в
грязных венецианских водах, как во глубине сибирских руд.
Франкенштейн сделал попытку задуматься над
происходящим. С одной стороны ему очень хотелось убить
Сальера, но с другой стороны стоял Бетховен, который явно
не желал впадать в финансовый кризис из-за детских
шалостей Франкенштейна.
"Давай сделаем альтернативный вариант", - предложил
/родавец, предварительно справившись в словаре, что
значит слово "альтернативный". "Пусть Сальери отдаст тебе
сейчас деньги, а потом я его убью."
Бетховену предлагаемый вариант очень понравился, но
глубоко в души, где-то около печени, он не хотел его
смерти, ибо буквально пару часов назад Сальери положил
ему на тумбочку потрясающую новость - он составил
завещание, в котором все свое наследство в случае гибели
оставит в пользу Всекитайской ТеррористическоПросветительской
Организации Бесстрашных Убийц Бетховенов
и Лифтеров Второго Разряда.
"Давай так", - Бетховен начал излагать свой план.
"Сначала ты отпускаешь Сальери домой, чтобы он как и
раньше мог сочинять романсы, травить Моцартов и дрочить
на балконе при виде моей жареной картошки. Затем я продаю
тебе скрипку самого Бетховена, который, как ты знаешь,
умер уже двести лет назад, и на вырученные деньги ты
купишь билет в Диснейленд, где сможешь спокойно и
безнаказанно под видом сказочного чудовища убивать
маленьких детишек и торговцев гамбургерами с пониженным ЖИЗНЬ ЦЕРКОВНАЯ, ЖИЗНЬ ЗАГАДОЧНАЯ:
Горячий ветер Индонезии, непонятно каким образом
очутившийся в Колумбии, развевал над цветочной клумбой
поросль марципана, где-то рядом раздавался праздничный
звон - это кузнец подковывал слонов, а вдали били
колокола. Били их младшие работники кузни - это были
устаревшие модели колоколов, и местная попадья отдала их
подмастерьям кузнеца, дабы они их раскололи и сдали в
макулатуру. Вся деревня в этот самый момент готовилась к
"%+(*.,c празднику Смены Колоколов. А спустя еще секунду
она к нему приготовилась. Специально из столицы на
двухстах велосипедах был привезен колоссальный ГиперКолокол,
отлитый по проекту великого архитекторапалеонтолога
Муслима Гракекека.
Главный поп сегодня чувствовал себя неважно. С утра
он проснулся с необычной для себя мыслью: "а не
попробовать ли мне гуталину?". Он никогда раньше не ел
гуталин, и даже не слышал о том, чтобы кто-то пытался это
делать. Но внутренний голос упорно твердил: "Гуталин -
это именно то, что тебе нужно, братец поп. Скажи своему
внешнему голосу, чтобы он позвал жену и она принесла пару
банок"
- Жена! Попадья! Бросай свои молитвы и свечки и беги
сюда, гуталин неси, падла!
Спустя несколько минут и ноги на пол, поп привстал с
кровати и потянулся к тумбочке, где уже лежал принесенный
верной, как смерть, супругой, дымящийся от долгого
лежания под солнцем гуталин.
Пах он не очень аппетитно, но поп знал, что запаху
доверять нельзя. Поп вообще ничему и никому не доверял,
кроме Бога. Причем в Бога поп по-настоящему поверил после
того, как однажды, потехи ради выписал доверенность на
свой автомобиль на имя Бога. Чтобы вы думали? Проснувшись
на следующее утро он не нашел автомобиль на своем
привычном месте, рядом с соседским курятником поверх
маленьких желтых пушистых тушек. Поп убедился в
существовании Бога, одолжившим у него машину покататься,
а местный шериф убедился в том, что сбежавший недавно из
тюрьмы местный угонщик автомобилей Карбонат Кальция не
сидит без дела.
Поп подвинул баночку с гуталином поближе к себе и
пристально начал вглядываться в чарующую матовую черноту
субстанции. Она выглядела девственно чистой и нетронутой
- еще бы, ведь гуталином еще никто не пользовался, ибо во
всей деревне ни у кого не было ни одного ботинка. Правда,
у окрестной футбольной команды "Нордические Буйволы" были
бутсы, но они их прекратили мазать гуталином после того
злополучного матча, когда от удара нагуталиненных бутс
сам мячик покрылся толстым слоем обувного крема и стал
невидимым на фоне черного от буйвольского помета поля.
"Нордические буйволы" в результате пропустили
девятнадцать мячей в свои ворота, и пропустили бы,
вероятно, еще больше, если бы ворота посередине матча
вдруг не рухнули, подгрызенные бешеными бобрами из
окрестного болота, и озадаченные соперники замерли
посередине поля, не зная, куда забивать следующие голы.
Поп поднес баночку к носу и принюхался
повнимательнее. Сквозь мощный запах сопревших каблуков,
он учуял отдаленный аромат сатиновых шнурков, и, надо
сказать, это не вызвало у его желудка особого энтузиазма.
Но внутренний голос все-же повторял: "Ты просто-таки
обязан сьесть сегодня баночку гуталина на завтрак. От
этого пока еще никто не умер, ибо пока еще этого никто не
делал."
Засаленный спросоньи палец попа коснулся поверхности
гуталиновой пасты. Поп поглядел на темный мазок,
оставшийся на подушечке его пальца, и тихонько лизнул его
o'k*.,. Вопреки ожиданиям, рвотной реакции не
последовало. Поп подождал еще полчасика, но желудок лишь
урчал голодными интонациями, даже не думая отдавать свое
содержимое обратно через верх.
Гуталин не показался попу особо вкусным, поэтому он
достал из ящика солонку, и обильно посыпал белыми
крупинками предполагаемый свой завтрак. Вторая проба, для
чистоты эксперимента взятая другим пальцем показала, что
гуталин повел себя как нормальная еда и стал соленым. Но
ничуть не более вкусным. Тотчас же открылась вторая
баночка, из которой поп извлек два куска сахара, и
положил их в гуталин. Куски почему-то не растворялись, и
работник божественной промышленности аккуратно и мягко
стал размешивать сахар, стараясь не выплеснуть содержимое
баночки за ее края. Через некоторое время месиво стало
напоминать ледяные торосы посреди выгребной ямы. Поп
выудил из-под матраса чайную ложку и запустил ее в
баночку по самую рукоятку. Зажмурив глаза он приготовился
вкусить результат своих кулинарных изысканий, и вскоре с
отвращением почувствовал его на своем языке. Стараясь не
дышать, он начал пережевывать гуталин во рту, заглатывая
мелкими кусочками. Первая ложка была съедена с
минимальным удовольствием - и это минимальное
удовольствие настало только тогла, когда поп обнаружил,
что проглотилось уже все, и можно сделать передышку.
Передышав четырнадцать или пятнадцать вздохов, поп
покликал жену, дабы та принесла ему приправ.
Под скрипенье кроватных пружин под упитанной
задницей, поп с гримасой неподдельного омерзения смешивал
в баночке с гуталином укроп, корицу, ваниль и уксус.
Водрузив сверху лавровый лист, и держа наготове листочек
подорожника чтобы закусить, поп зачерпнул ложечкой еще
одну порцию. Еда стала еще гадостней, чем была в чистом
виде - это поп осознал после того, как в желудке началось
землетрясение и часть уже было поглощенного гуталина
вывалилась через рот и ноздри на подушку. К счастью это
была подушка попадьи, и поп не испытал особого
расстройства, кроме желудочного.
Под подбадривания и утешения внутреннего голоса, он
поглядел на остатки завтрака на дне гуталиновой баночки и
усилием воли вдохнув в себя воздух сожрал последние
мазки. Желудок рванул, и поп, растопырив от ужаса веки
выскочил в усеянный баклажанными грядками двор,
разбрасывая во все стороны капли теплого желудочного
сока.
"Будь проклят тот день, когда я купил этот чертов
крем для обуви!" - проклинал себя и обувную индустрию
поп, - "И ведь какого черта, спрашивается? У меня ведь и
обуви никогда не было!"
Он носился кругами вдоль заборчика и изрыгал
проклятия вперемешку с комками гуталина. Попадья в
суеверном страхе стояла в дверях и крестилась, умоляя
Бога, чтобы он прекратил муки попа, и тот умер
безболезненно.
Через пять минут силы пресвятейшей особы иссякли, и
он рухнул на грядку, перезрелые баклажаны под его пузом
лопнули и обдали попадью с ног до головы кабачковой
икрой. Темно-бурые потеки поверх выходного праздничного
сарафана женщины были очень похожи на аналогичные
#cb +(-.".-желудочные пятна на пижаме мужа. Столпившиеся
у забора снаружи соседи с подпрыгивая, чтобы увидеть
происходящее во дворе, пытались разгадать причины столь
странного внешнего вида недвижимых супругов.
... На следующее утро попа видели в хирургичекой
больнице имени Джека Потрошителя, где он заказал себе
операцию по удалению внутреннего уха. Теперь он,
наверное, сможет жить спокойно - внутренний голос не
доставит его семье никаких хлопот.
КАК ГОТОВИТЬ ГЛИНТВЕЙН
(пособие для тех, кому не жалко переводить при этом
продукты)
или
КАК ПОТРЕБЛЯТЬ ЭТОТ ГЛИНТВЕЙН
(пособие для тех, кто хочет при этом выжить)
Существуют тысячи способов готовить глинтвейновые
жидкости, но, к сожалению, автору этой статьи не известно
пока ни одного. Именно поэтому он приглашает читателя
этой бесполезной инструкции в удивительный мир кулинарных
приключений, поисков и неожиданных открытий.
Техника безопасности при приготовлении глинтвейна:
1. Перед приготовлением глинтвейна убедитесь в его
наличии перед Вами;
2. Обязательно помойте руки перед процессом
приготовления и потребления. Паталогоанатому гораздо
приятнее будет работать потом с чистеньким пациентом;
3. Во избежания отравления алкогольными парами, не
окунайте в кипящую кастрюлю детей, животных и прочие
предметы интерьера и фокстерьера Вашей квартиры;
4. Ни в коем случае не оставляйте кипящий
глинтвейновый раствор без присмотра на длительное время -
за два три года в ваше отсутствие его смогут выпить даже
мухи;
Техника опасности при приготовлении глинтвейна:
1. Техникой опасности являются газовые и
электрические плиты, во избежание несчастных случаев и
лишних денежных затрат на газ и электричество ни в коем
случае не включайте их, особенно в период с 17-00 до 1835,
когда смертность в стране ничуть не меньше, чем в
другое время!
2. Очень опасной техникой является пылесос. Ни в
коем случае не доверяйте пылесосы детям - они могут
удавиться шлангом, но даже если они этого не сделают
сами, то их задушит кто-нибудь из ваших соседейнедоброжелателей
или представитель Международного
Общества Борьбы с Отпрысками Потребителей Глинтвейна и
Поклонников Ортопедического Импрессионизма. На время
приготовления глинтвейна рыдающих и предчуствующих
близкую кончину детей лучше спрятать подальше (куданибудь
в лес, поближе к кладбищу), а лучше - вообще
стараться не заводить их до того, как собраться
изготовлять глинтвейновое снадобье.
Исходные материалы:
1. Сухое красное вино. Сухое вино продается в
/ *%b(* e и этот порошок растворяется в воде, примерно
500 грамм на один стакан воды. Вино лучше подобрать
красное, но за отсутствием оного можно взять синее,
зеленое и даже совсем не зеленое. В любом случае цвет
вина должен быть в промежутке спектра от 200 до 1000 m, а
его стоимость не менее 100 рублей за ведро, иначе
вероятность отравления финальным продуктом повысится с
неизбежных 100% до 150% и даже 152%!
2. Эмалированная посуда. Эмалированная посуда, как
ни странно, отличается от неэмалированной наличием
присутствия эмалированного покрытия на неэмалированном
фундаменте. Неэмалированная посуда, как известно,
обладает меньшей степенью эмалированности, неже
...Закладка в соц.сетях
