Жанр: История
Хетты и их современники в малой азии
...ствующую литературу по этому вопросу. Мы не
^можем остановиться здесь на всех малоубедительных и
^спорных выводах Маккуина, коснемся лишь некоторых
1[из них, более подробно рассмотрим отдельные результаты
^исследований последнего времени: они были достигнуты
1 после выхода в свет книги Дж. Маккуина и, естественно,
не могли быть им учтены.
1 Наука о древнем Востоке, и в частности хеттология,
^важная составная часть ее,-бурно прогрессирующая
^отрасль знания. И это вполне закономерно. Из года в год
редут раскопки археологи, не перестают "колдовать"
^над уже опубликованными и только что обнаруженными
^клинописными и иероглифическими текстами филологи,
^лингвисты и историки. Благодаря усилиям ученых разных
1стран каждодневно делаются открытия. Хотя они порой
. и незначительны и понятны лишь довольно узкому кругу
^специалистов, тем не менее они углубляют наши знания
' и в конце концов приводят к утверждению новых предоставлении.
Случаются и открытия, которые совершают
.переворот в науке о древнейших цивилизациях.
1 Несколько лет назад такое открытие было сделано
^итальянской археологической миссией под руководством
^Паоло Маттие, проводившей в сотрудничестве с Отделом
рревностей Сирийской Арабской Республики раскопки в
^Гелль-Мардихе, вблизи Алеппо (САР). Под курганной
^насыпью были обнаружены остатки могущественного
^орода-государства древнего Ближнего Востока Эбла,
^существовавшего в III-II тысячелетиях до н.э.; в архивах
Эблы найдены тысячи клинописных табличек^
^ См. об этом открытии: И. С. Клочков. Доселе неизвестная
1ержава.- "Знание - сила". 1977, № 8, с. 54--55; В. В. Иванов.
Тредварительные данные о материалах клинописного архива Эблы.-
^Народы Азии и Африки". 1980, № 2, с. 189-199.
II Зак. 419
1&ш
Еще более крупным событием, чем открытие Эблы,
стали в свое время обнаружение царских архивов Хатту"
сы и последующая дешифровка хеттских клинописных
текстов. Было не только ликвидировано белое пятно, но
и найден один из важнейших центров цивилизаций древ"
него Востока II тысячелетия до н.э. Очень ценные сведения
об истории Анатолии самого начала II тысячелетия
до н.э., еще до образования Древнехеттского царства,
дали документы ассирийских (ашшурских) торговых
колоний, написанные по-аккадски. Исключительно
важную страницу истории и культуры Анатолии открыли
раскопки Дж. Мелларта в Чатал-Хююке и Хаджиларе^
Он пришел к выводу, что уже в VII-V тысячелетиях до
н.э. Анатолия была "наиболее развитым центром неолитической
культуры на Ближнем Востоке".
К числу сложных проблем древнейшей истории Анатолии
относится вопрос о времени и путях появления
здесь народов, говоривших на индоевропейских языках.
Эти языки обычно именуются хетто-лувийскими (иначе -
анатолийскими). К ним относятся хеттский и палайский,
представленные клинописными памятниками начиная
с XVII-XVI вв. до н.э.; лувийский клинописный, известный
по памятникам XIV-XII вв. до н.э., и лувийский
иероглифический, надписи на котором относятся в
основном к X--VI II вв. до н.э. К хетто-лувийским относятся
также языки более позднего времени: ликийский
(непосредственно продолжающий лувийский), лидийский
(потомок хеттского языка) и, возможно, карийский.
Надписи на ликийском, лидийском и карийском,
дошедшие до нас, сделаны буквенным письмом.
Дж. Маккуин высказывает версию о проникновении
хетто-лувийцев в Анатолию не с востока (через Кавказ),
а с запада (через Балканы). Эту точку зрения разделяют
большинство исследователей. Однако прямых археологических
данных, подтверждающих ее, до сих пор
не обнаружено.
Советскими учеными Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Ивановым
в последние годы выдвинута принципиально новая
точка зрения^ Первоначальная территория обитания
индоевропейцев ("индоевропейская прародина"), как
считают они, находилась не в Северном Причерноморье,
"а в Передней Азии (от Балкан до Ближнего Востока и
Закавказья вплоть до Иранского плоскогорья и Южной
Туркмении). Авторы обосновывают эту теорию данными
археологии, лингвистики и мифологии. В частности, от1-мечается,
что относительно высокий уровень культуры,
1 которую удалось реконструировать для общеиндоевродейского
периода по языковым данным, может быть
объяснен близостью к древним месопотамским и закавказским
центрам цивилизации. Теория о переднеазиатской
прародине индоевропейцев кардинально меняет
существующую картину миграций индоевропейцев, и в
частности хетто-лувийцев. Предполагают, что последние,
как и носители общегреческого языка, лишь незначительно
сместились в западном направлении, т. е. из
Восточной Анатолии на запад ее, откуда греческие диалекты
позднее распространились на материковую Грецию
и острова Эгейского моря. Гипотеза Т. В. Гамкрелидзе
и В. В. Иванова в настоящее время оживленно
обсуждается советскими специалистами.
Проникновение хетто-лувийцев в среду неиндоевропейского
местного населения Анатолии, которое было
представлено здесь, вероятно, с древнейших времен, повидимому,
происходило не путем завоевания, а в результате
постепенной инфильтрации нового этнического элемента.
Предполагают, что неиндоевропейцы в языковом
отношении составляли не одну, а несколько групп. Но
имеющиеся в распоряжении исследователей данные позволяют
установить лишь некоторые из них. Из числа
этих народов на страницах книги Дж. Маккуина упоминаются,
в частности, хурриты, каски и хатты. Главное
внимание автор уделяет описанию столкновений интересов
царей и вождей хурритов, касков и правителей
хеттской державы. Поэтому остановимся, насколько это
"возможно, на некоторых аспектах этнокультурной исто^См.:
Дж. Мелларт. Древнейшие цивилизации Ближнего
Востока. М., 1982; Е. В. Антонова. Антропоморфная скульптура
древних земледельцев Передней и Средней Азии. М., 19(77; она же.
О характере религиозных представлений неолитических обитателей
Анатолии.- Культура и искусство народов Средней Азии в древности
и средневековье. М., 1979.
* Т. В. Гамкрелидзе, В. В. Иванов. Древняя Передняя
^Азия и индоевропейская проблема: временные и ареальные характеристики
общеиндоевропейского языка по лингвистическим и культурно-историческим
данным.- "Вестник древней истории". 1980, № 3;
они же. Миграции племен - носителей индоевропейских диалектов
- с первоначальной территории расселения на Ближнем Востоке
в исторические места их обитания в Евразии.- "Вестник древней
"стории". 1981. № 2.
рии этих народов, имеющей непосредственное отношение
к истории и культуре хеттского царства.
По мнению Я. М. Дьяконова, именно хатты и хурриты
на рубеже III-II тысячелетий до н.э. создали в
Малой Азии такие города-государства, как Пурусханда,
Амкува, Куссара, Хаттуса, Вахшушана, Самуха и др.
Во всяком случае, приведенные в деловых документах
ассирийских колоний имена купцов говорят о том, что в
торговых сделках участвовали как ашшурцы и, видимо,
хетты, лувийцы, так и хурриты и хатты.
Согласно одной из точек зрения, хурриты были автохтонами
Армянского нагорья, Северной Сирии, Северной
Месопотамии и Загросских гор (между Месопотамией и
Ираном) или занимали эти области с III тысячелетия
до н.э. Самый древний клинописный хурритский текст
относится ко второй половине III тысячелетия до н.э.
Но большинство таких текстов из различных районов
Передней Азии (в том числе таблички из архивов Хаттусы)
относятся, видимо, ко второй половине II тысячелетия
до н.э. Хурриты играли важную роль в истории
и культуре древней Передней Азии, значение которой
пока еще полностью не оценено.
Дж. Маккуин называет хурритов "народом неизвестного
происхождения". Это утверждение не соответствует
действительности. В результате изучения хурритского
языка, важный вклад в которое внесли и советские ученые,
давно уже неоспоримо доказано, что хурритский
близкородствен урартскому^ Изучение же хурритских
текстов из различных архивов позволило предположить,
что "они отражают не единый литературный язык, а пучок
диалектов"^ которые делятся на три группы. Большой
интерес представляют результаты исследований, посвященных
установлению генетического родства хуррито-урартских
языков с кавказскими. На них мы остановимся
позднее.
Каски, история которых освещена в работах советских
исследователей Г. А. Меликишвили, Г. Г. Гиоргад*
См.: И. М. Дьяконов. Сравнительно-грамматический обзор
хурритского и урартского языков.- Переднеазиатский сборник.
Вып. 1. М.. 1961, с. 369^423; он же. Языки древней Передней
Азии. М., 1967, с. 123 и ел.; Г. А. Меликишвили. Урартский
язык. М., 1964, с. 10-^14 и ел.
^ См.: М. Л. Хачикян. Диалекты хурритского языка. Автореф.
канд. дис. М., 1978; среди работ советских авторов последнего времени,
посвященных хурритскому языку, см.: Н. А. Нозадзе. Вопросы
структуры хурритского глагола. Тб" 1978.
зе, И. М. Дьяконова,-это группа племен, населявших
во II тысячелетии до н.э. Северную и Северо-Восточную
Анатолию, а также Южное Причерноморье (Понт). Каски
занимались земледелием и скотоводством.
В период правления древнехеттского царя Хантили 1
(1590-1560) каски захватили ряд областей хеттского
царства (в том числе город Нерик, важнейший религиозный
центр хаттов и хеттов) и, возможно, навсегда
отрезали хеттов от Черного моря. Впоследствии они
многократно вторгались на территорию хеттского царства
и иногда доходили до его южных районов. В период
Муваталли (1306-1282) они дошли до Канеса (современный
Кайсери). Каски иногда действовали в союзе с
лувийским царством Арцавой; последняя даже нанимала
на службу каскские отряды. В свое время египетский
фараон Аменхотеп III обращался к царю Арцавы с
просьбой прислать ему касков-воинов для использования
в своей армии. Иногда хеттам удавалось заручиться
поддержкой касков. Так, последние сражались на стороне
хеттов в битве при Кадеше (Кинзе) против египтян.
Каски наряду с "народами моря" участвовали в разгроме
хеттского царства. После падения последнего каски
и их цари на протяжении нескольких веков упоминаются
в клинописных текстах как один из важных этносов
Анатолии. В качестве синонима названия касков в
надписи ассирийского царя Тиглатпаласара 1 (1115--
1077) фигурирует этноним абешла.
В период хеттского царства у касков происходил переход
от "военной демократии" (для которой характерны
вождь, племенный совет и т.п.) к принципу-правде*
ния "по-царски", о чем свидетельствуют "Анналы"
Мурсили II. Этот царь сообщает, что, когда его отец
Суппилулиума 1 находился в Митанни, некоторые области
хеттской страны были захвачены и разорены касками,
предводительствуемыми Пиххунией из "страны Типия".
Этот Пиххуния, по словам Мурсили, управлял не
так, как принято в стране Каска, где не было единовластия.
Пиххуния же внезапно стал править "по-царски".
Это, видимо, уже давно подготавливалось развитием
каскского общества.
В сообщении Мурсили содержится еще один любопытный
факт, характеризующий касков. В ответ на действия
Пиххунии Мурсили послал к нему посла с требованием
возвратить захваченных им хеттских подданных.
В своем письменном ответе Пиххуния отказался выполнить
требование Мурсили и даже разразился угрозами
в его адрес. Если-де Мурсили затеет войну, то он, Пиххуния,
будет сражаться с ним не на своей земле, а встретится
с хеттским войском на его територии. Но Пиххунии
было не суждено осуществить свои тщеславные замыслы.
Мурсили разорил Типию и захватил самого Пиххунию.
Письменный ответ каскского царя, возможно,
был составлен самим хеттским послом. Однако, учитывая
то обстоятельство, что Пиххуния стал править
"по-царски", можно предположить, что в его "аппарате"
были писцы, писавшие по-хеттски. Тексты на каскском
неизвестны.
Об этнической принадлежности касков можно судить
лишь по названиям их населенных пунктов и областей
(часть которых, видимо, связана с названиями племен
и родов каска), а также по именам различных лиц.
Анализ географических и этнических названий касков
привел исследователей к выводу о родстве касков с хаттами
(Г. А. Меликишвили, Г. Г. Гиоргадзе). Кроме того,
на основании близости термина каска и его синонима
абешла с названиями адыгов (касог, кашог) и абхазов
(апсилы, апшилы) предполагают, что каски принадлежали
к абхазо-адыгской языковой группе (Г. А. Меликишвили,
И. М. Дьяконов).
В истории и культуре Анатолии древнейшего периода
важную роль играли хатты. При описании хаттов
Дж. Маккуин не упоминает многих исключительно важных
элементов, унаследованных от этого народа хеттами,
а суждения автора относительно истории хаттов
очень спорны. Большинство ученых, как западных, так
и советских, считают, что хатты - автохтонное население
Малой Азии. Во всяком случае, в III тысячелетии
до н.э. они занимали здесь территорию в излучине
р. Кызыл-Ирмак.
С хаттским этносом исследователи соотносят погре"
бения вождей XXIV-XXII вв. до н.э. из Алишара,Аладжи
(К. Биттель, Э. Акургал и др.; согласно Дж.Мелларту,
эти погребения датируются более древним периодом).
Отмечают также разительное сходство скульптурных
изображений животных из этих погребений с инвентарем
знаменитого майкопского кургана на Северном Кавказе
(аналогичные комплексы майкопской культуры выявлены
и в целом ряде других пунктов Краснодарского
края и Кабардино-Балкарии). Дж. Маккуин повторяет
эти выводы относительно погребений и инвентаря Аладжи.
Вместе с тем он, вслед за некоторыми западными
учеными, считает, что майкопская культура связана с
индоевропейцами. Поэтому сходство погребального инвентаря
майкопской культуры и культуры
Аладжи для Дж. Маккуина - свидетельство миграции
индоевропейцев в Анатолию. В основе этих заключений
о майкопской культуре лежит очень сомнительный тезис
^ о том, что "курганная культура" была характерна толь*
^ко для индоевропейских племен. Этот тезис и утвержден
ния Дж. Маккуина относительно "этнической принадлежности"
вождей из погребений Аладжи более чем сомнительны.
Майкопская культура действительно обнаруживает
связи с Анатолией и другими областями Ближнего
Востока; видимо, отсюда она и распространилась на
Северо-Западный Кавказ.
Совершенно неубедительной является и повторяемая
Маккуином гипотеза, что этнос, с которым связываются
погребения в Аладже, и вожди этого народа "последовали
за хеттами из Юго-Восточной Европы в Анатолию, а не
предшествовали им, т. е. появились в Центральной Аначено
в результате изучения письменных текстов-как
"каппадокийских табличек", так и собственно хеттских.
Согласно Дж. Маккуину, из "каппадокийских табличек"
якобы следует, что "страна Хатти" с ее хаттским языком
располагалась не в районе Хаттусы, а дальше на
востоке, вблизи Дивриги. Но в таком случае как объяснить
то обстоятельство, что столица хеттского царства
называлась Хаттусой (хат. НаЦиз, хет. НаИиза-), что
хетты продолжали называть свое государство "страной
Хатти", язык автохтонов - хаттским {НаШИ "по-хаттски"),
а свой язык-неситским {пезШ "по-неситски").
В царских архивах Хаттусы найдено более сотни текстов,
записанных клинописью на хаттском языке. Большинство
из них одноязычные, но ряд текстов составлен
на двух языках-хаттском с параллельным переводом
на хеттский. Эти билингвы являются основным источником
для изучения хаттокого. К сожалению, билингв
очень мало, и к тому же некоторые большие двуязычные
тексты, найденные несколько десятков лет назад, до сих
пор не опубликованы и недоступны специалистам. Но,
даже имея в своем распоряжении билингву, специалист
неизбежно сталкивается со сложной проблемой, так как
хаттский и хеттский относятся к разным типам языков.
Характер решаемой исследователем задачи интерпретации
хаттского при наличии хеттского перевода очень
близок задаче, возникающей при сопоставлении, например,
одной, довольно простой глагольной формы абхазского
языка (очень сходного, в частности, по структуре
с хаттским) сиумырбан= русс. "не показывай меня ему"
(русский язык, как и хеттский, относится к индоевропейской
семье языков). Совершенно очевидно, что непросто
показать, что чему здесь соответствует, если, по существу,
эта глагольная форма абхазского языка разлагается
следующим образом: с-и-у-мы-р-ба-н-"меня-ему-ты-недавай-видеть"
и -н-показатель времени.
Подавляющая часть текстов на хаттском представляет
собой описания мифов, ритуалов, гимнов и т. п. Они составлялись
в древнехеттский период и впоследствии неоднократно
переписывались хеттскими писцами, по-видимому
плохо знавшими хаттский. Уже в древнехеттский
период, как считают некоторые исследователи, хаттский
язык вышел из употребления в Центральной Анатолии и
хатты говорили по-хеттски.
Анализ текстов царских архивов из Хаттусы, составленных
на хаттском и анатолийских языках, позволил
исследователям установить, что хатты оказали сильное
влияние на хеттов и палайцев. Это влияние отчетливо
прослеживается уже в "Тексте Анитты". В этом документе
наряду с хеттским богом ^шзитт^ (по происхождению
богом дневного света) упоминается обожествленный
трон Ца1та8иМа (от хат. ^апшазиН). Это
обстоятельство справедливо рассматривается исследователями
как свидетельство существования задолго до образования
Древнехеттского царства хаттско-хеттского и
хаттско-палайского двуязычия. Иначе говоря, хетты н
палайцы распространились в областях, которые до них
населяли хатты (хетты - в Центральной Анатолии, а палайцы
- северо-восточнее ее).
О влиянии хаттов на палайцев свидетельствуют, в
частности, имена палайских богов. Как показала А. Камменхубер,
из десяти богов палайского пантеона шесть
заимствованы у хаттов. Еще одно палайское (индоевропейское)
божество, по происхождению бог дневного
света - Т1уа1-, имеет прозвище, взятое из хаттского,-
Ра§Ьи1а§а§. Но это дает лишь слабое представление
о влиянии хаттов на палайцев, обусловленное малочисленностью
палайских текстов.
В другой традиции, в которой мы имеем в своем распоряжении
несравненно больше материала, а именно
в хеттской, наши представления о влиянии хаттского эт^
^ носа существенно шире. Это влияние обнаруживается в
трех сферах хеттской традиции: в религии (мифологии),
культуре и социальной организации^ Хаттский религиозный
элемент в хеттской традиции-это культы многочисленных
божеств, посвященные им празднества и мифы,
которые рассказывались во время их; это многочисленные
имена богов и титулы служителей их культов.
1 Из области культуры хаттов были заимствованы названия
железа (возможно, и некоторых других металлов),
музыкальных инструментов, изделий хаттской кухни
' (напитков, хлеба и т. п.), некоторых ценных пород деревьев,
диких животных.
Некоторые заимствования из хаттского сохранились
до настоящего времени, спустя несколько тысячелетий.
Это прежде всего относится к названию железа, изобрел
тателями способа выплавки которого были хатты ^.За^
долго до того, как началось широкое использование это*
го металла в различных частях света (IX в. до н.э.),
у хаттов уже было налажено производство изделий из
него. В частности, в "Тексте Анитты" (XIX в. до н.э.)
говорится о железном троне и скипетре, которые в под'
тверждение своего "вассалитета" принес Анитте правитель
Пурусханды, хаттского или хурритского города,
Железо упомянуто и в документах ассирийских купцов.
Именно с целью получения этого металла ассирийские
купцы вели торговлю и создавали свои фактории в Анатолии.
Существует предположение, что хатты делали сво"
изделия из метеоритного железа. Действительно, метеоритное
железо было им хорошо знакомо, но исключительно
важно именно то, что ими было освоено производство
железа сыродутным способом. Металлургия железа
и название этого металла (хат. Нар/ша1к1-) распространились
из области культуры хаттов в Переднейт
Азии, а затем и в Евразии в целом; в конечном счете к
нему восходит и рус. железо. "Греки до времен Эсхила
сохраняли память о "халибах" ( 7^^; )-хатти, пер"
См., в частности: А. К а мменх у б е р. Хаттский язык.- Древние
языки Малой Азии. М" 1980, с. 27-33.
^ О ранней истории этого металла и заимствовании его из хатти
в другие языки см.: В. В. Иванов. Проблемы истории металлов
на древнем Востоке в свете данных лингвистики.- "Историко-филологический
журнал АН АрмССР". 1976, № 4(75), с. 76-84; онже.
'Славянские названия металлов и проблема восстановления ранних
этапов металлургии у славян.- "Советское славяноведение". 1979,
^ 5, с. 82-95.
вых изобретателях железа и стали, живших на черноморском
берегу Малой Азии",-отмечает В. В. Иванов.
Другим заимствованием из хаттского является название
леопарда. Как показал В. В. Иванов^, к хат.
Ь-аргазз- восходит как хеттское название священного животного
рагз-апа - "леопард", так и название животного
(со значениями "барс", "пантера", "тигр") в целом
ряде языков Евразии. Прослежена также связь, с одной
стороны, между почитанием леопарда в культуре хаттов,
которое "непосредственно продолжает значительно
более древнюю туземную малоазиатскую традицию,
засвидетельствованную еще в VII-V тысячелетиях
до н.э. в Чатал-Гююке, где культ этого животного -
чаще всего двух леопардов-отмечается в качестве
одной из наиболее характерных черт", и, с другой-ритуальной
значимостью этого животного в хеттской традиции,
о чем говорят "Текст Анитты" и другие документы^
Существует и другая линия преемственности между
хаттской и хеттской культурами-почитание льва. Лев
наряду с другими "животными богов" часто упоминается
в хеттских текстах. Под влиянием хатти хетты
почитали его как божество, ему был посвящен специальный
"львиный храм". Но особенно важно отметить,
что под влиянием хаттов лев стал у хеттов одним из
важнейших символов царской власти. Это обнаруживается
в таких древнехеттских документах, как "Анналы"
и "Законодательство" Хаттусили 1. В "Анналах", описывая
свою победу над страной Хассува, царь сравнивает
себя со львом: "И страну Хассува, подобно льву,
ногами [своими] я растоптал". В "Законодательстве"
Хаттусили 1, требуя у "собрания" признать наследником
престола Мурсили, резюмирует: "[Только) льва божество
может поставить на львиное место". Здесь перед нами
не просто метафора. В обозначении наследника престола
как льва явственно ощущается влияние хаттского обозначения
царя как 1а^1^а1 1аЬата-"правитель-отпрыск
льва"; 1аШ^а'1 - от хат. 1аШ^а- - "лев". В то же
время под "львиным местом" подразумевается царский
трон, возможно, наподобие того, на котором восседает
богиня на статуэтках из Хаджилара и Чатал-Хююка.
Божество сидит на двух леопардах или на троне, с двух
В. В. Иванов. Разыскания в области анатолийского язьгкоанания.
3-8. ^Этимология. 1976". М., 1978, с. 153-158.
"" Там же, с. 154-155 и ел.
сторон которого стоят леопарды (или богиня держит на
коленях двух леопардов).
Сопоставление "львиного места" с троном богини из
Хаджилара и Чатал-Хююка может быть обосновано и
хаттско-хеттскими билингвами. В одном разделе билингвы
Кив II, 2, содержащей исключительно ценные
сведения о культе священного царя у хаттов, говорится,
что на ритуальный трон божество кладет (предназначенные
для царя) одеяния, обувь и покрывало. Здесь "покрывало",
вероятно, представляет собой шкуру, так как
в аналогичных строках другой билингвы (1700/и) речь
идет о возложении на сиденье (царя) шкуры льва и
шкуры леопарда.
Образ ритуального трона хаттов, покрытого шкурой
льва и леопарда, несомненно, имеет общие черты и с упомянутыми
выше статуэтками из Хаджилара и ЧаталХююка,
"львиным местом" "Законодательства" Хаттусили
1 и представленными, например, в африканских культурах
обрядами коронации, во время которых вождь,
правитель становился или усаживался на шкуру леопарда.
В хеттской социальной организации исследователями
выявлен целый ряд других элементов, унаследованных
от хаттов. Это титулы хеттского царя, царицы, царевича
и целого ряда придворных. Из хаттского заимствовано
название дворца и некоторых строений при нем. Здесь
речь идет не просто о заимствовании обозначений, а о
влиянии хаттской социальной организации на хеттскую.
Как считают некоторые исследователи, влияние хаттской
социальной организации обнаруживается и в специфической
иерахии царя и царицы в этом царстве. В иерархии
царя и царицы в хеттском царстве, по-видимому,
можно видеть продолжение хаттской традиции дуальной
формы власти (с двумя царями - мужчиной-царем -'
хат. каИе и женщиной-царицей-хат. каИаН), следы
которой обнаруживаются и в городах-государствах периода
ассирийских торговых факторий в Малой Азии.
Наследие хаттов продолжает ощущаться даже в поздний
период истории хеттского царства. В частности, привлекает
к себе внимание "царский" ритуал этого периода,
связанный с "заменой" царя. У хаттов и хеттов царь
рассматривался как символ плодородия коллектива и через
определенное время его "заменяли". В отличие от
сходных обрядов, практиковавшихся у многих народов
мира, во время которых стареющего вождя (царя) убивали,
в поздних хеттских ритуалах, заимствованных из
месопотамской традиции, царя подменял военнопленный
или с этой целью использовали статую. Военнопленного
облачали в царский наряд и по завершении обряда
изгоняли из города. На смену изгнанному "старому
царю" вступал на престол "новый царь" (т. е. прежний
правитель). Согласно описанию одного такого ритуала,
статую облачают в царские одежды, возлагают на голову
диадему, вставляют в уши серьги, а ноги обувают в
хаттскую обувь. Использование хаттской обуви в этом
ритуале - архаизм, восходящий к древним хаттским
обрядам "замены" царя.
Говоря о хаттах, Дж. Мамкуин отмечает лишь то, что
хаттский язык в структурном отношении сильно отличается
от индоевропейских. Действительно, до сравнительно
недавнего времени мало что было известно о генетической
принадлежности хуррито-урартских и хаттского
языков. В разное время высказывались гипотезы о родстве
их с некоторыми кавказскими. В 1954 г. лингвистами
- польским исследователем Я. Брауном и кавказоведом
Г.А. Климовым - была выдвинута гипотеза о родстве
хуррито-урартских языков с восточнокавказскими
(куда относятся дагестанские и нахские: чечено-ингушские
языки). Разрабатывая эту гипотезу, И.М. Дьяконов
отметил целый ряд фонологических, лексических
и морфологическ
...Закладка в соц.сетях
