Жанр: Фантастика
Зона бессмертного режима
...аза. Да, что-то галантного рандеву не получилось. "А ведь не складывается у
меня отдых-то, второй день, а уже пять трупов. Что же будет дальше, ведь вояж-то
двухнедельный? - Бродов тяжело вздохнул, резко отвернулся, посмотрел на дочь Японии,
суетящуюся вокруг супруга. - Вот это я понимаю, да, настоящая подруга, с такой можно и
в разведку. И почему это меня девушки хорошие не любят?"
В это время завибрировал телефон, звонила, как всегда в прекрасном настроении,
веселая и отзывчивая девушка Дорна.
- Привет, как дела? Меня не жди, рандеву отменяется, небольшие издержки общения.
Тут такие прилипчивые парни. Да ты, я думаю, уже с ними познакомился. Если хочешь
жить - двигай в Каир. Боже упаси, не поездом и не прямо сейчас, сделай паузу. Скушай
"Твикс". Ну все, я еще позвоню. Чао.
"Значит, небольшие издержки общения? - Бродов отключился, посмотрел на трупы,
угрюмо покачал головой. - Да, а ведь не случайно две трети террористов - женщины". Он
спрятал телефон, поправил сумку и, не теряя времени, пошел на выход. Прознают менты,
закроют коробочку, начнут копаться в дерьме. А оно ему надо?
Гид, как и обещался, был на месте, у статуи Потрясателя Вселенной .
- Ноги моей больше здесь не будет, - с ходу сообщил ему Бродов, изобразил гнев,
отвращение, ярость и тихую мужскую истерику. - У вас здесь в Египте такое, такое... И я
говорю не про пирамиду. Все, к черту, к дьяволу, уезжаю в Европу. Пока, приятно было.
Данила сунул гиду, чтобы тот еще больше охренел, стодолларовую бумажку, похлопал
по плечу и - ходу, ходу, ходу. Через необъятный двор, к громадинам пилонов, мимо
бараноголовых сфинксов, на набережную, к Нилу. По пути он кинул взгляд на
парковочную площадку, отыскал глазами красный минивен. "Счастливо оставаться,
земляки, дай-то бог больше не увидеться". Ему не суждено было узнать, что сегодняшним
вечером, переезжая через Нил, "мерс" вылетит на всем ходу на встречную, столкнется с
фурой, взорвется, вспыхнет и изуродованным болидом спикирует с моста. А потом, уже
спустя время, выяснится, что у него были надрезаны тормозные шланги .
Нет, ничего этого Бродов не знал - шел себе по набережной в направлении Луксора ,
бдел, крепил готовность, смотрел по сторонам и с практицизмом профи оценивал реалии.
Да, Дорна совершенно права, сейчас необходимо взять тайм-аут. Те, кто так алчут его
крови, наверняка уже взяли под контроль и железную дорогу, и автобусы, и все более или
менее нормальные отели. Значит, надо не высовываться, изменить свой статус и плотно
слиться с трудовыми, не избалованными роскошью массами. Пойти в египетский народ.
А пока что Бродов шел по набережной, шевелил извилинами, смотрел на воду,
вдумчиво советовался с инстинктом самосохранения. Текли по кругу его мысли, текла
священная древняя река. Вода в ней была такая грязная, будто рядом лопнула
канализация. Впрочем, нет - рядом все было в целости и сохранности. Потому что терять
герметичность было решительно нечему .
"М-да, почище Ангары будет", - с горечью подумал Бродов, сплюнул, выругался и
принялся воплощать мысли в жизнь. Милостиво снизошел до домогающегося извозчика,
сбил, чтобы уважали, дену и залез в нелепый, аляповатый экипаж. Однако не поехал
никуда, велел парковаться и позвонил за тридевять земель в Иркутск.
- Привет. Это я. Коробочку включи, второй канал. Сейчас пришлю привет, с ответом не
тяни. Как понял?
- Как всегда, с полуслова, - заверил его Рыжий, отрывисто цыкнул зубом и отключился,
а Бродов вытащил цифровик, открыл ноутбук и занялся делами. Привет отправил в
лучшем виде, да не простой, а фотографический. Лучше один раз увидеть... Потом
расплатился, вылез и бодро заработал ножками. Минут через пять он уже сидел в
маршрутке. Старая, видевшая и лучшие времена "тойота" повезла его в Луксор - тусклый
арабский отсвет египетского былого великолепия. Хождение в простой трудовой народ
началось.
Глава 6
Чтобы тебе жить во время великих перемен.
Китайское проклятье
- И вот, дорогие коллеги, что мы имеем. - Кашлянув, Тот взмахнул дистанционной
указкой и выпустил белый лучик в направлении экрана. - Наиболее адекватный район
приводнения вот здесь, на расстоянии примерно в тридцать беру от намеченной точки
базы. Ну, естественно, с определенной долей апроксимации...
На какое-то время он изменил свой имидж и превратился из набушмаченного фраера в
донельзя благообразного академического мужа. Почему - не ясно. В рубке размещались в
основном свои, все ануннаки нормальные - Ан с сыновьями, Мочегон, Красноглаз,
Парсукал, Вырвиглаз и Зануда. Были еще, правда, и пернатые, орлы - глав-летун чубатый
Нинурта и помощничек его пейсатый Зу. Самый главный же орел - Шамаш - отсутствовал
- лично, никому не доверяя, инспектировал матчасть. Благо на звездолете этой самой
матчасти было завались. Сидели перед экраном не просто так, шевелили мозговыми
извилинами - судили, рядили, прикидывали так и этак, с какого конца подбираться к
планете. Дело это было не простое, хлопотливое, весьма и весьма мудреное. Требовалось
найти место с умеренным климатом, плоским ландшафтом и водными ресурсами. И
кроме всего прочего, богатое источниками дешевой энергии. Это вам не Дуньку Кулакову
стоя, не Клавку раком и не Машку через ляжку. Наконец в первом приближении был
выбран район двух рек - могучих, полноводных и неторопливых, с широкими
плодородными долинами
потому что представлял в то время полосу болот и мелких озер.". Район, где находились
нефтяные поля, поражающие воображение. Здесь не нужно было заниматься разведкой,
бурением, обустройством скважин. Нет, нефть, асфальт, мастика, битум выходили здесь
на поверхность естественным путем. Только бери. А кроме того, совсем неподалеку
находился океан, на поверхность которого без особого риска могли опускаться челноки -
понятное дело, что на незнакомую планету гораздо безопаснее приводняться. А
десантным модулям - им что. Люминевые, доплывут...
- Итак, мы приводняемся вот сюда, на западную оконечность океана, быстренько
достигаем суши и, форсируя полосу проливов и болот, движемся в глубь материка к
намеченной точке. - Тот с академическим размахом оставил на экране красный след, как
будто бы нанес планете резаную рану. - Думаю, что нашей первоочередной задачей на
месте будет ирригация.
А на экране, освещаемая желтым солнцем, плыла чужая голубая планета. Она
переживала не лучшие времена - время великих перемен. Льды, покрывавшие ее
поверхность, потихоньку таяли, наполняли реки и океаны влагой и образовывали
бесчисленные озера, обширные дельты и болотные топи. Так что мудрый Тот был
совершенно прав - программа-минимум - это приводнение, а программа-максимум -
осушение. Нечего по второму разу жопу мочить. Лучше рога .
- Тэк-с, - вслух подумал Ан, медленно поднялся с кресла и при всеобщем одобрении
изрек: - Мыслю - все путем. Действуем согласно плану - разворачиваем базовый лагерь,
затем строим космодром, лабораторию, ферму, склад. Это так, для начала, чтобы
прикинуть хрен к носу. А там видно будет. Все. Я сказал.
Несмотря на предстоящую адову работу, на душе у него было славно. Будущее, по
крайней мере близкое, обрело четкие перспективы. Вчера через Гипернет с подачи
Парсукала удалось связаться с барыгой Исимудом. Тот, с ходу въехав в тему, выразил
согласие, однако был немногословен, словно древний затранец. Сказал, что актуальны
раданий, тринопля, мороженые органы и протоплазма. А также ханумак, куги, очищенная
кубаббара и икра карпа Ре в малой расфасовке. Еще сказал, что стоит великий шум, что
шукают с собаками какой-то звездолет, торжественно заверил, что как только, так сразу,
обозвался напоследок "вашим Изей" и с концами пропал. Настолько быстро, что
наверняка сеанс не засекли. М-да, сразу чувствуется - не дурак. Словом, теперь все было
ясно и понятно - кубаббара, куги, ханумак и тринопля. Ну а если получится - то и икра
карпа Ре. А впрочем, почему не должно получиться-то? Вон, что Нинти, что Энки
качественно подкованы, отлично натасканы, обучены всем секретам премудрых наук. Так
что пусть вкалывают, стараются, выращивают ханумак, разводят карпа Ре. Уж всяко будет
лучше, чем блуд и беспредел. А Энлиль пусть останется здесь, на звездолете, в семейном
лоне, на глазах у отца. И все, не будет ни шума, ни гама, ни вражды. Любовного, блин,
треугольника не будет.
После совещания в ЦП Ан с Тотом, Нинуртой и Зу двинулись вниз, на четвертый
уровень, где размещались ангары, трансбоксы и кибермастерские. Белый, стилизованный
под бобика серворобот что-то дружелюбно тявкнул, оскалился, бодро помахал антеннойхвостом
и, задрав для полной достоверности заднюю лапу, вывел их точнехонько пред очи
Шамаша - тот стоял на пандусе у грузового "Апина" и что есть силы материл двух
одноперых орлов:
- А мне насрать, сука, бля, такую мать, что так летать вас не учили. Привыкайте, так
вашу растак, дрочите жопу, и не так, и не в мать, фикусом. Тьфу, сука, бля, кактусом. -
Заметив Ана, он сбавил тон, крайне уважительно кивнул, добро, по-товарищески взглянул
на Тота и грозно, хищным зверем на Нинурту. - А ну, давай забирай своих щеглов и учи их
летать в трансгипрежиме. Мудаки, бля. Хрен вам в жопу, а не дезактивацию гена, падлы,
не вошкаетесь ни хера. Канай!
- С почтением внимаю, уважаемый Старший Инструктор. - Нинурта вытянулся, сделал
респект-салют и в свою очередь хищником оскалился на подчиненных: - А ну равняйсь!
Смирно! Вольно! Бегом на тренажер! Двуперый Зу! За ними! Выше колени! Взять на
контроль! И покрепче! Лично проверю! Даю пять минут! Время пошло!
Мгновение - и орлы, резко взяв низкий старт, разлетелись, в ангаре остались только
Ан, Тот, Шамаш и кабысдох-серворобот. Это не считая реактивного грузовика "Апина".
- И чему только их в академиях учат? А если завтра, бля, война? А если завтра, бля, в
поход? - без намека на патриотизм заметил Шамаш, с наслаждением, как это и положено
зэку, которые, знамо дело, сторожевых собак любят нежно, пнул серворобота и повел
дорогих гостей в лице Ана и Тота осматриваться. Полюбоваться на что было, было.
Хозяйство Шамашу досталось великое - трудяги-грузовики "Апины", транспортные
"Гиры", прогулочные яхты "My", туристические планетоиды класса "Шем". А огромные
запасы топлива, зипов, ремов, расходной роботехники, средств малой кибернетизации.
Да, вопросов нет, звездолет был действительно суперкласса - хочешь, любуйся на
астероиды, хочешь, высаживайся на планеты, хочешь, сиди не высовываясь. Что хочешь.
Так что было на чем вывозить кубаббару, куги, ханумак, триноплю и икру карпа Ре, ох
было. Вопрос только в том, как все это богатство взять. Да так, чтобы тихо, мирно, без
шума, зноя и пыли. А главное, без головной боли. Без всяких там разбродов, шатаний,
волнений рабочих масс. Без активной жизненной позиции кадров, которые, как известно,
решают все. Так что походили Ан и Тот в обществе Шамаша, полюбовались на триумф
технической вседорбийской мысли да и подались вниз, на нулевую палубу, в погрузочную
дельта-зону. Там, в секторе X, за силовым барьером стараниями Красноглаза и
поддужных была устроена зона настоящая, правильная, строгого режима. Со всеми
присущими зловещими аксессуарами - лазерным периметром, протоновыми локалками,
антигравитационными платформами в роли бочек . Все было сделано грамотно, по уму,
толково и с душой, благо знаний, энтузиазма и личного опыта хватало. И вот уже третий
день цвет, элита вседорбийского общества - успешные функционеры, вальяжные
генералы, процветающие политики - хавали пайку. Дрались за нее, ходили на парашу и
доблестно превращались кто в педерастов, кто в чертей. Мужиками становились делягибизнесмены,
ворами - и в самом деле воры из органов правопорядка. Процесс шел
активно, режим прессовал, уют был еще тот, а жирность ниже плинтуса. Похоже, скоро
уже можно было бы вести речь о нормах, выработке и трудовом десанте.
- Да, брат, а ведь у тебя здесь порядок. Образцовый, - искренне восхитился Ан и крайне
одобрительно кивнул. Красноглаз же очень нехорошо оскалился и голосом, полным
ненависти, изрек:
- А для этой сволоты, утес, мне ничего не в лом. Готов стараться рогом с восхода до
заката. БУР вот качественный замастрячили вчера, трюм, если бог даст, задвинем сегодня.
Путевый трюм, глухой, с невыгребной парашей. До упора прессовать надо всю эту гниль,
это разве ануннаки? Падло. Да любой пидор у нас на Нибиру даст сто очков фору
здешним паханам. Всех, так вот растак, на гной, всех, и не так, и не сяк, и не эдак, в
пахоту.
Затем Красноглаз цинично выругался, быстро совладал с эмоциями и принялся
вдаваться в детали - не спеша, вдумчиво, со знанием дела, с чувством, с толком, с
расстановкой. И чем больше Ан вникал, тем сильнее проникался мыслью, что да, все идет
как надо, все идет путем - в лагере активно доходили до кондиции восемьсот здоровых,
упитанных мужиков. Свинели, зверели, теряли все ануннакское, стремительно, на глазах
превращались в рабов. В послушных, с правильной резьбой винтиков машины его, Ана,
воли. Причем практически вечных, не ржавеющих, не поддающихся износу - почти у всех
местных ззков был дезактивирован ген старости. И ежели учесть, что в прогулочный
планетоид влезает полста голов, а самих этих планетоидов на борту не меньше дюжины,
то от масштабности всего задуманного просто захватывает дух. Как говорится, копать вам
не перекопать, возить не перевозить. Эх, срубить бы денег немерено, разобраться бы с
документами, извернуться бы с гражданством. А потом купить бы искусственную, а если
повезет, и натуральную планетку, да и зажить на ней в свое удовольствие. Так, чтобы -
дом, друзья, бабы, хороший ханумак, добрая тринопля. Дети, черт бы их побрал, внуки,
правнуки. Вот такую бы как эту планетку заиметь - с недрами, водой, атмосферой,
флорой, фауной. Вот такую бы конфетку. М-да. Ну да ничего, какие наши годы. Еще не
вечер. Главное - начать.
Словом, пообщался Ан с умельцем Красноглазом, с одобрением покивал и отправился
с мудрецом Тотом ужинать. Чинно, мирно, не спеша, по высшему разряду. С повышенной
жирностью. Ну да, как поешь, так и поработаешь. А работы впереди предстоял непочатый
край.
Через две недели
- Утес, они входят в атмосферу! - сугубо персонально, словно они были в рубке одни,
поведал Парсукал и, до предела увеличив картинку на экране, осведомился по связи: - Эй,
третий, третий, я второй! Как там дела? Есть ли турбулентность?
На экране, поблескивая на солнце, тремя стремительными серебряными каплями
планетоиды сближались с планетой. С той самой голубой, еще ни о чем таком даже не
подозревающей.
- Хорош понтоваться, ты, сучий потрох, твой номер шестнадцатый, - буркнули по связи
голосом Шамаша, смачно цыкнули зубом и незлобиво выругались. - Дела, сука, бля, у
прокламатора. У нас - заход в плотные слои. И хер с ней, с турбулентностью, прорвемся.
А, есть контакт, вздрогнули. Эх, хорошо пошло.
- Да, грамотно идут. - Ан вперился в экран, где планетоиды выписывали кривую, очень
глубокомысленно вздохнул и ласково воззрился на Энлиля, тихо ликующего по соседству.
- А как тебе, сынок?
Индифферентным голосом спросил, даже как-то вяло, не давая ни малейшей пищи для
размышлений.
- Да, отец, хорошо идут, - с редкостной почтительностью ответил тот, разом
подобрался, изобразил восторг, но все же прокололся, не совладал с собой, радостно
улыбнулся: - Скоро сядут.
На душе, в сердце и особенно в малом тазе у него было необыкновенно благостно.
Господи, какое же это счастье, что братца Энки отправили на гной, в пахоту на эту
чертову планету. Пусть, пусть встает там грудью на трудовом посту, а он, Энлиль, здесь, с
Нинти... тоже уж что-нибудь да поставит. Нет, право же, умом папахена не понять - то
рожу бьет ножищами на бреющем, то сам устраивает такую лафу. Никакой логики,
последовательности и здравого смысла, как видно, конкретно уже съезжает в маразм. Ну
и ладно. Молодым везде у нас дорога, а старикам везде у нас покой. Вечный.
Поцарствовал и хватит, пора, пора передавать эстафету.
В то же время Энки, злющий как черт, сидел в салоне головного планетоида и был не
то чтобы в миноре или не в духе - в жестоком, беспросветном, крайнем пессимизме.
Дьявол побери этого чертового родителя, играющего постоянно на стороне Энлиля. Ну
это же надо, блин, постараться, пошевелить извилинами, придумать херню - отправить
его, первенца Энки, космической скоростью конкретно в болото. За тридевять земель к
едрене фене, туда, куда и Макар своих телок не гонял. На какую-то там третью голубую
планету. Кайлить куги, рыть кубаб и разводить, такую мать, карпа Ре. А Энлиль тем
временем будет крыть Нинти. Отковывать достойнейшего продолжателя правящей
династии, ублюдка, который в конце концов и примет эстафету власти. Ну, сука, гнида,
падла, бля, такую мать! Настроение Энки усугублялось еще и тем, что соседи-попутчики
ему совсем не нравились: жуть какой начитанный очкастый Тот, данный ему, Энки, Аном
в заместители, зверюга и садист мокрушник Красноглаз, да не один, а со своим
подхватом, и главное, вся эта сволочь потерпевшая, откомандированная с понтом на
свежий воздух. Почти весь планетоид забит бывшими политиками, промышленниками,
штабными офицерами. Именно забит. Один только ануннак и есть на ануннака похожий -
рулило Шамаш, да ведь и тот сидит за стенкой в пилотском кресле и напоминает о себе
лишь громким матом. Да, хорошо, такую мать, начинается вояж, здорово, отрадно,
пользительно для души. А Энлиль там на звездолете уже небось жарит Нинти. И так, и
сяк, и этак. А тут сношайся с безопасностью, посадкой, погрузкой, дренажом. Эх, такую
мать, нет в жизни счастья. Особенно в половой. Так, предаваясь мрачным мыслям, он
даже не заметил, как челнок снизился, сбросил скорость и пошел на посадку. За бортом, в
прорезях иллюминаторов, закурчавились облака, показались суша, льды, растительность,
клякса океана. Вот она превратилась в лужу, в пруд, в маленькое озерцо и, наконец, в
безбрежное, не охватываемое взглядом водяное пространство.
- Эй там, на борту! Зекс ! - рявкнул Шамаш.
Тут же рыкнули посадочные двигатели, планетоид содрогнулся, невесомо завис и
послушно опустился на пси-подушку. Внизу, на расстоянии ануннакского роста, лениво
перекатывались волны.
- Третий, третий, я пятый, - прорезался в эфире Зу. - Приводнился без происшествий. А
вы?
- Третий, я четвертый, - следом объявился Нинурта. - Аналогично.
- А ну, закройте пасти. Я что, такую мать, слепой? - отозвался Шамаш, глянув на
экраны обзора, быстро перевел глаза на сполохи анализаторов, выругался, прищурился, с
удовлетворением кивнул и принялся докладывать в Центр: - Утес, все пихточкой. Есть
контакт. Атмосферия путевая, пищак не дерет, кислородий присутствует, аномалиев нет.
Вода соленая, фон правильный, зараза отсутствует, дна не видно. Жить вроде можно. Ну,
все, утес, мы тронулись.
- Давай, - коротко, но с чувством напутствовал его Ан, значимо прищелкнул языком, и
планетоиды, построившись вытянутой "свиньей", быстро заскользили над волнами - путь
их лежал на север, к берегу материка, к месту, позднее названному Двуречьем.
- Да, вот оно, море-океан, водная стихия. - Тот с видом завоевателя глянул в
иллюминатор, с уханьем зевнул и, вытащив свой любимый портативный вычислитель,
дружески ухмыльнулся Энки: - А что, коллега, неплохо было бы узнать составчик здешней
воды? Каков процент куги, какое содержание кубаббары. Да и в верхних донных слоях
было бы неплохо покопаться, ох, совсем неплохо, а?
- Да, неплохо это было бы, неплохо, - с сухостью, дабы обозначить дистанцию и сразу
поставить заместителя на место, отозвался Энки. - Вот этим-то, коллега, и займитесь
первым делом. По готовности я проверю.
Что, получил гранату, очкастый умник? То-то. Впредь не высовывайся и не гони волну.
Инициатива, она наказуема.
- Браво, коллега, брависсимо, вы просто читаете мысли, - нисколько не обиделся Тот. -
Я как раз и собирался сейчас заняться теоретическим обоснованием. Предположим, что
процент куги среднестатистичен, а содержание кубаббары... - И, кривя лицо, ужасно
улыбаясь, он углубился в вычисления с на редкость отрешенным, фанатичноисступленным,
но донельзя счастливым лицом. Чувствовалось, что он занят сейчас
главным делом всей своей непростой жизни.
"Надо же, дела-то какие, ведь одни маньяки вокруг", - косо посмотрел на него Энки,
горестно, с отвращением вздохнул и, представив, что сейчас творится на звездолете,
окончательно расстроился, кинулся в тоску, утвердился в мысли, что жизнь сплошное
дерьмо. Воспаленное воображение нарисовало ему Нинти - длинноногую, рыжеволосую,
крутобедро-высокогрудую, с тесным, уютнейшим, укромным лоном и белоснежношелковистой
кожей. Стоящую на четвереньках на ковре. А этот гад, этот выродок, это
исчадие ада Энлиль, наполовину голый, со вздыбленным фаллосом, гнусно и
сладострастно ухмыляясь...
В общем, Энки даже и не заметил, как миновали шельф, выбрались на сушу и с
напором двинулись в глубь материка. Внизу, под брюхом планетоидов, потянулись озера,
болота, трясина, рукава - осока, кустарники, зелень, камыши, бурлящая мутная вода. А
вокруг - туча, скопище, тьма, мириады кричащих птиц, обретающихся в этом царстве
шума, гама, суеты и жирной грязи. Интересно, и что же служит им пищей? Гм. Наверняка
в болотах этих кто-то есть.
Чем богаты здешние окрестности, стало до предела ясно, когда наконец прибыли на
место и с оглядкой вышли из планетоидов. Все вокруг - и растительность, и топи - прямотаки
кишело гадами. Казалось, что на этой планете обитают лишь рептилии и птицы и
бедному карпу Ре на ней места не найдется. Такое положение дел нисколько не
устраивало Энки, а потому он, поддавшись настроению, схватился за протонный ствол.
- Ну, суки, падлы ползучие, сейчас я вас. В импульсном режиме...
М-да, протонный бластер, да еще под настроение - штука серьезная. Таких мокрых дел
наворотить можно, потом и не расхлебаешь.
- А может, и не стоит так-то вот, напрямик, дорогой коллега, - с мягкостью заметил
Тот, с доброй улыбкой подошел, твердо заглянул в глазаa. - Сейчас наладим
звукогенератор, определимся с частотой, выкопаем ямку повместительнее. И ладушки -
все змейки будут в гости к нам. Сами приползут, на протоплазму. Ну а если, дорогой
коллега, есть что-то личное, то тоже никаких проблем - берите лазерную мелкашку и
вперед. Нынче, говорят, в моде женские подвязки из змеиной кожи. Только учтите, они
кусаются. Что змеи, дорогой коллега, что бабы.
- Прищемим хвост и тем, и этим, - резко воодушевился Энки, бросился за стволом и
принялся покушаться на близползущих ни в чем не повинных гадов, причем стараясь
уязвить их, дабы не портить шкуры, всенепременнейше в глаз. Однако же, увы и ах, рука
его дрожала - буйное, отлично развитое воображение все рисовало и рисовало ему Нинти.
Длинноногую, рыжеволосую, крутобедро-высокогрудую, с тесным, уютнейшим,
укромным лоном и белоснежно-шелковистой кожей. В одних только просвечивающих
чулочках на тех самых змеиных подвязках...
- Ну вот и хорошо, вот и ладно, никто не будет крутиться под ногами. - Тот, глянув на
змеиный геноцид, кивнул, мигом сориентировался на месте и, выработав без труда
глобальную концепцию, довел ее в деталях до Красноглаза: - Вот так, так, так, так. Ну
как?
- Мазево, ништяк, ну ты и мозга, - восхитился тот, с чувством проникся одобрением и
принялся активнейше воплощать планы в жизнь. Для чего перво-наперво задействовал
подневольные трудовые массы. - Зэки! - сказал массам он. - Пора бы уже, сука, бля,
упереться рогом. Выдадите объем - будут вам "ноги" , расконвой и повышенная жирность.
Нет - я вас всех педерастами сделаю. Всосали? Или разжевать?
А Мочегон со товарищи уже вытаскивали виброломы, инициировали субнасосы,
дистанционно активировали пси-выгребалки, лазерные заступы и резонансные носилки
повышенной вместимости. И началась работа адова, ужасная пахота, великий гной - не за
страх и не за совесть, а за жирность и за "ноги".
Сперва, дабы застолбить владения, расстарались с оградой - могучей, силовой, которую
и бронелазом не возьмешь. Затем внутри периметра ре без посредства Энки свели счеты с
фауной, разобрались с флорой, устроили дренаж и, поставив модули для жилья, вырыли
землянки для существования. Каждому, как говорится, свое. Потом оправились,
перекурили и, без излишеств перекусив, взялись за яму - огромную, снаружи изгороди,
более похожую на жерло вулкана. Вот уж намахались-то лопатами, навыгребали-то земли,
повычерпывали-то воды. Да и умелец Тот тоже не зевал, даром не расслаблялся, попусту
не тратил время - все чего-то считал, возился с аппаратурой, прикидывал, регулировал,
ударял по мат-части. И вот наконец свершилось, настала кульминация - окрестные болота
вдруг словно заштормило. Чутко зашумел камыш, с плеском забурлила вода, зачмокала,
пошла рябью грязь, и на свет божий, оглушительно шипя, показалось сонмище змей.
Образуя речки, ручейки, широкие потоки, они с поразительным единством и с завидной
целеустремленностью дружно потекли в одну сторону. В сторону котлована, вырытого с
подачи Тота. Мгновение - и он стал наполняться разноцветной, отвратительно
пульсирующей массой.
- Ну, сука, бля, и гадюшник! - громко восхитился Шамаш, Энки завистливо вздохнул,
Мочегон и Красноглаз переглянулись, хмыкнули и не сказали ничего. А что попусту-то
звонить, и так голимо ясно - глыба, дока, мозга, светило и светильник разума. Тологой
сапсаган , одним словом.
А гады между тем все шли и шли могучей разноцветной рекой, в яме вскоре их уже
набралось более чем достаточно.
- Ну-с, на сегодня хватит, - с рачительностью изрек Тот, - а то ведь технология изъятия
яда у нас не отработана.
Он сплюнул с сожалением, коротко вздохнул и с видом доброго хозяина выключил
аппаратуру.
И все рептилии словно вынырнули из какого-то своего сна - моментом замедлились,
нарушили строй и в недоуменном молчании отправились восвояси. Сегодня им всем
крупно повезло, а вот что же будет завтра?
- Спать не лягу, пока не научусь изымать яд, - клятвенно пообещал себе Тот,
...Закладка в соц.сетях
