Жанр: Фантастика
Хроники Эльрика 1. Город мечты
...ла то здесь, то там, словно бы следуя линиям рун, совсем недавно
нарисованных Элриком.
Муха замирала то на одной руне, то на другой.
"Наверное, она влетела в окно", - подумал Элрик.
Его раздражала эта помеха и в то же время привлекала.
Муха села на лоб Элрика. Большая черная муха - жужжание ее было до неприличия громким.
Она потерла друг о Дружку свои передние лапки и, словно бы проявляя особый интерес к этому
бледному лицу, поползла по нему. Элрик вздрогнул, но прогнать муху у него не было сил. Когда она
снова появилась в поле его зрения, он скосил на нее глаза. Когда он ее не видел, он чувствовал ее
мохнатые лапы на своей коже. Потом она поднялась в воздух и, пролетев немного с прежним громким
жужжанием, уселась вблизи носа Элрика. И тут Элрик увидел глаза насекомого. Это были те самые
глаза (и в то же время другие), что он видел в ином измерении.
Он начал понимать, что это не какая-то обычная муха. У нее были черты, отдаленно
напоминающие человеческие.
Муха улыбалась ему.
Своей осипшей глоткой и сухими губами он смог произнести одно-единственное слово:
- Ариох?
И тут на месте, где сидела муха, появился прекрасный юноша. Прекрасный юноша заговорил
прекрасным голосом - мягким, сочувственным, но в то же время мужественным. На нем были одежды,
словно бы сделанные из жидких драгоценных камней, но они не слепили Элрика, потому что из них не
исходило никакого света. На его поясе висел узкий меч, но шлема на явившемся не было, а вокруг
головы мерцал красный огонь. Глаза у него были мудрые, глаза у него были старые, а если смотреть
внимательно, то в них можно было увидеть древнее и абсолютное зло.
- Элрик.
Больше юноша ничего не сказал, но и это вдохнуло силы в альбиноса, и он смог подняться на
колени.
- Элрик.
Теперь Элрик смог встать. Он был полон сил.
Юноша был выше Элрика. Он смотрел на императора Мелнибонэ сверху вниз и улыбался той же
улыбкой, которой улыбалась муха.
- Ты один и годишься на то, чтобы служить Ариоху. Давно меня не приглашали в это измерение,
но теперь, придя сюда, я помогу тебе, Элрик. Я стану твоим покровителем. Я буду защищать тебя, я дам
тебе силы и источник силы, хотя хозяином буду я, а ты - рабом.
- Как я должен служить тебе, Владыка Ариох? - спросил Элрик, которому пришлось сделать
чудовищное усилие над собой, потому что его наполнил ужас при мысли о скрытом содержании слов
демона.
- Сейчас ты будешь служить мне, служа себе. Но придет время, и я призову тебя, чтобы ты
послужил мне особым образом. А (пока) я почти ничего не прошу у тебя, кроме клятвы в том, что ты не
откажешься мне служить.
Элрик задумался.
- Ты должен дать эту клятву, - рассудительно сказал Ариох, - иначе я не смогу помочь тебе с
твоим кузеном Йиркуном и с его сестрой Симорил.
- Клянусь служить тебе, - сказал Элрик. Тело его наполнил ликующий огонь, и он задрожал от
радости и упал на колени.
- Тогда я скажу тебе, что ты время от времени можешь обращаться ко мне за помощью, и я
приду, если твоя нужда и в самом деле будет отчаянной. Я появлюсь в том виде, какой будет наиболее
соответствовать моменту, или вообще вне всякой формы, если это опять же будет соответствовать
моменту. А теперь, прежде чем я удалюсь, ты можешь задать мне еще один вопрос.
- Мне нужны ответы на два вопроса.
- На твой первый я не могу ответить. И не отвечу. Ты должен признать, что поклялся служить
мне. Я не скажу тебе, что тебя ждет в будущем. Но тебе нечего бояться, если ты будешь хорошо
служить мне.
- Тогда вот мой второй вопрос. Где принц Йиркун?
- Принц Йиркун на юге, в земле варваров. Колдовством, превосходящим оружием и знаниями, он
покорил два небольших народа, один из которых называется Оин, а другой - Ю. Он уже сегодня
готовит войска Оина и Ю к походу на Мелнибонэ, ведь он знает, что твои силы рассеяны по всей земле
- в поисках его. Задай третий.
- Как он спрятался?
- Он не прятался. Он завладел Зеркалом Памяти - волшебным устройством, которое он нашел с
помощью колдовства. Тот, кто взглянет в это зеркало, теряет память. В этом зеркале миллионы
воспоминаний тех людей, которые заглядывали в него. И любого, кто отважится отправиться в Оин или
в Ю или зайдет морем в столицу (а она у обоих государств одна), заставляют заглянуть в зеркало, и он
забывает о том, что видел в тех землях принца Йиркуна и его людей. Это наилучший способ оставаться
необнаруженным.
- Верно. - Элрик нахмурил брови. - Поэтому было бы разумно уничтожить зеркало. Но что
случится после этого?
Ариох поднял свою красивую руку.
- Хотя я ответил больше чем на один вопрос (правда, все остальные были частью одного),
дальше отвечать я не буду. Возможно, в твоих интересах уничтожить зеркало, но лучше, если бы ты
придумал другие способы противостоять его воздействию, потому что - напоминаю тебе - оно
содержит много воспоминаний, и некоторые из них находились в заточении не одну тысячу лет. А
теперь мне пора. Пора и тебе - отправляйся в страны Оин и Ю, которые лежат на расстоянии
нескольких месяцев пути отсюда, следуй на юг, гораздо южнее Лормира. Лучше всего туда добраться
на Корабле, что плавает по суше и по морю. Прощай, Элрик.
Прежде чем исчезнуть, муха несколько мгновений жужжала на стене.
Элрик ринулся из зала, призывая своих рабов.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Корабль, что плавает по суше и по морю
- Сколько еще драконов спит в пещерах? - Элрик шагал туда-сюда по галерее, выходящей
окнами на город.
Наступило утро, но солнце не смогло пробиться сквозь плотные тучи, низко висевшие над
башнями Спящего города. Жизнь Имррира на улицах внизу текла как обычно, вот только воинов было
мало - большинство еще не вернулись домой из своих бесплодных поисков и, наверное, долго еще не
вернутся.
Дивим Твар стоял у перил галереи и невидящим взглядом смотрел на улицы. Усталое лицо, руки
сложены на груди, словно он пытался сохранить остаток сил.
- Вероятно, два. Разбудить их будет непросто, а если это и удастся, вряд ли они будут нам
полезны. О каком это "Корабле, что плавает по суше и по морю", говорил Ариох?
- Я читал о нем - в Серебряной книге и других фолиантах. Это волшебный корабль. На нем
плавал один мелнибонийский герой, когда Мелнибонэ еще не было империей. Но я не знаю, где он
находится и существует ли он вообще.
- А кто знает? - Дивим Твар распрямился и повернулся спиной к улице.
- Ариох, - пожал плечами Элрик. - Но он мне не скажет.
- А твои друзья - водные элементали? Разве они не обещали помогать тебе? И кому как не им
знать про корабли?
Элрик нахмурился, морщины, появившиеся некоторое время назад на его лице, стали заметнее.
- Да, Страаша, может, и знает. Но я не хочу еще раз прибегать к его помощи. Водные элементали
не обладают такой силой, как Владыки Хаоса. Их возможности ограничены, а кроме того, они
капризны, как и свойственно стихиям. Более того, Дивим Твар, мне не хотелось бы использовать
колдовство, если только в этом нет абсолютной необходимости...
- Ты колдун, Элрик. И ты недавно доказал свое высокое искусство в этой области -
воспользовался самым сильным колдовством и смог вызвать Владыку Хаоса. Почему же ты
сомневаешься? Я бы посоветовал тебе, мой господин король, поразмыслить над своей логикой, и тогда
ты поймешь, что она непоследовательна. Ты решил воспользоваться колдовством, чтобы найти принца
Йиркуна. Жребий уже брошен. Было бы разумно воспользоваться колдовством еще раз.
- Ты не можешь себе представить, каких душевных и физических усилий это требует...
- Могу, мой господин. Я твой друг. Я не хочу, чтобы ты испытывал боль, и тем не менее...
- Есть и еще одно препятствие, Дивим Твар: моя физическая слабость, - напомнил своему другу
Элрик. - Сколько я еще смогу пользоваться этими сверхсильными снадобьями, которые поддерживают
меня теперь? Да, они дают мне силы, но при этом истощают мои собственные ресурсы. Я могу умереть,
прежде чем найду Симорил.
- Я виноват, мой повелитель.
Но Элрик подошел к Дивиму Твару и положил свою белую руку на его желтоватого цвета плащ.
- Но что мне терять? Пожалуй, ты прав. Я трус - колеблюсь, когда речь идет о жизни Симорил.
Я повторяю свои глупости - те самые глупости, которые и стали причиной этой беды. Я сделаю то, о
чем ты говоришь. Ты пойдешь со мной на берег?
- Да.
Дивим Твар начал чувствовать, как груз, лежавший на совести Элрика, давит и на него. Для
мелнибонийца это было необычное чувство, и Дивим Твар отдавал себе отчет в том, что оно ему не
нравится.
В последний раз Элрик заглядывал сюда, когда они с Симорил были счастливы. Казалось, это
было так давно. Как же он был глуп, когда верил в долговечность этого счастья. Он направил своего
белого жеребца к скалам и морю за ними. Шел легкий дождь. Зима на Мелнибонэ быстро вступала в
свои права.
Они оставили коней у скал, чтобы их не испугало колдовство Элрика, и спустились к берегу.
Дождь падал в море. Над водой - не далее чем в пяти корабельных корпусах от береговой черты -
висел туман. Стояла мертвая тишина, и Дивиму Твару подумалось, что, оказавшись между высокими
черными скалами сзади и стеной тумана впереди, они вошли в безмолвный мир царства мертвых, где
легко можно встретить печальные души тех, кто по легенде совершил самоубийство, медленно
уничтожая свое тело по частям. Звук их шагов по прибрежной гальке был громок, но его сразу же
заглушал туман, который словно жадно поглощал его, словно питался этим звуком, поддерживая таким
образом в себе жизнь.
- Сейчас, - пробормотал Элрик. Он, казалось, не замечал мрачный, гнетущий пейзаж. - Сейчас
я должен вспомнить руну, которая так легко, сама по себе пришла мне на память всего несколько
месяцев назад.
Оставив Дивима Твара, он подошел к месту, где холодная вода плескалась у берега. Здесь он
медленно сел, скрестив ноги. Его невидящие глаза устремились в туман.
Дивиму Твару показалось, что альбинос, сев на берегу, уменьшился в размерах. Он стал похож на
беспомощного ребенка, и сердце Дивима Твара сострадало Элрику, как могло сострадать отважному, но
боязливому мальчику. Дивим Твар уже готов был предложить Элрику отказаться от колдовства и
искать страны Оин и Ю обычными средствами.
Но Элрик уже поднимал голову, как это делает собака, собирающаяся завыть на луну. С его губ
стали срываться странные, пугающие слова, и Дивим Твар понял, что даже если он попытается сейчас
заговорить, Элрик его не услышит.
Дивим Твар и сам был немного знаком с высоким слогом (его, как и всякого знатного
мелнибонийца, учили этому языку), но слова ничего ему не говорили, потому что Элрик использовал
специальные интонации и ударения, которые придавали словам особый и тайный смысл. К тому же он
распевал их голосом, то понижавшимся до глухого баса, то повышавшимся до визга. Слушать такие
звуки, производимые смертным, было неприятно, и теперь Дивим Твар точно знал, почему Элрик не
хочет прибегать к волшебству. Повелитель Драконьих пещер, хотя и был типичным мелнибонийцем,
почувствовал желание отойти назад шага на два-три, а то и вернуться на вершину скалы и наблюдать за
Элриком оттуда. Ему пришлось взять себя в руки, чтобы остаться на месте и смотреть, как
продолжается призывание.
Пение рун продолжалось довольно долго. Дождь все сильнее барабанил по прибрежной гальке,
покрывшейся теперь глянцем. Он свирепо лупил спокойное, темное море, хлестал немощную голову
поющего беловолосого существа и вызывал дрожь у Дивима Твара, который плотнее запахнул свой
плащ.
- Страаша... Страаша... Страаша...
Слова смешивались со звуком дождя. Они были почти не похожи на слова, скорее - звуки,
которые может производить дождь, или язык, на котором говорит море.
- Страаша...
И опять у Дивима Твара возникло желание оставить свое место, но теперь он хотел подойти к
Элрику, сказать ему, чтобы он остановился и взвесил другие возможности добраться до земель Оин и
Ю.
- Страаша!
В этом крике слышалась таинственная агония.
- Страаша!
Губы Дивима Твара готовы были произнести имя Элрика, но он вдруг почувствовал, что не может
сделать это.
- Страаша!
Фигура со скрещенными ногами раскачивалась. Это слово стало зовом ветра сквозь пещеры
времени.
- Страаша!
Дивиму Твару стало очевидно, что руна по каким-то причинам не действует, и Элрик
безрезультатно тратит свои силы.
Но повелитель Драконьих пещер ничего не мог поделать. Язык его не двигался. Ноги, казалось,
вросли в землю.
Он посмотрел на туман. Вроде бы тот подкрался ближе к берегу. Вроде бы он приобрел какой-то
странный, почти светящийся, зеленоватый оттенок.
Вода вдруг взволновалась. Море ринулось на берег. Зашуршала галька. Туман отступил. В воздухе
замелькали неясные огоньки, и Дивиму Твару показалось, что он увидел туманный силуэт огромной
фигуры, появляющейся из моря. И тут он понял, что пение Элрика прекратилось.
- Король Страаша, - начал говорить Элрик, и теперь его голос стал почти нормальным, - ты
пришел. Я благодарю тебя.
Силуэт заговорил - его голос напомнил Дивиму Твару звук неторопливых, тяжелых волн,
перекатывающихся под дружеским солнцем.
- Мы, элементали, озабочены, Элрик. До нас дошел слух, что ты пригласил в свой мир Владыку
Хаоса, а стихии никогда не любили Владык Хаоса. Но я знаю, ты сделал это, потому что такова твоя
судьба, и мы не питаем к тебе вражды.
- Это было вынужденное решение, король Страаша. Ничего другого мне не оставалось. Если ты
поэтому не склонен помогать мне, я тебя пойму и больше не обращусь к тебе.
- Я помогу тебе, хотя помогать тебе теперь стало труднее. Но не из-за того, что должно
произойти в ближайшем будущем, а из-за того, что грядет через много лет. А теперь побыстрее
скажи мне, как мы, водные элементали, можем послужить тебе?
- Тебе известно, где находится Корабль, что плавает по суше и по морю? Мне необходимо его
найти, потому что я должен исполнить обет и найти свою возлюбленную Симорил.
- Я хорошо знаю этот корабль - он принадлежит мне. На него предъявляет права и Гроум, но
этот корабль мой. По справедливости он мой.
- Гроум Земной?
- Гроум Земель под корнями. Гроум Почвы и всего, что живет в ней. Мой брат. Гроум. Давнымдавно,
когда мы, элементали, еще не вели счет времени, мы с Гроумом построили этот корабль,
чтобы можно было путешествовать между царствами Воды и Земли - как мы пожелаем. Но мы
поссорились (да будь мы прокляты за эту глупость) и начали драться. А это означало землетрясения,
приливные волны, извержения вулканов, тайфуны и сражения, в которых участвовали все стихии. В
результате возникли новые континенты, а старые погрузились под воду. Мы дрались уже не в первый
раз, но тот был последний. И наконец, чтобы не уничтожить друг друга окончательно, мы
замирились. Я отдал Гроуму часть моих владений, а он отдал мне Корабль, что плавает по суше и по
морю. Но отдавал он его не очень охотно, а потому этот корабль плавает по морям лучше, чем по
суше. Гроум, если у него появляется такая возможность, препятствует ходу корабля. И все же, если
этот корабль тебе нужен, ты можешь взять его.
- Я благодарю тебя, король Страаша. Где мне его найти?
- Он придет к тебе. А теперь я устал - чем больше удаляюсь я от моего царства, тем труднее
мне поддерживать мою смертную оболочку. Прощай, Элрик. И будь осторожен. Ты сильнее, чем ты
думаешь, и многие будут пытаться использовать твою силу в своих интересах.
- Где мне ждать Корабль, что плавает по суше и по морю? Здесь?
- Нет. - Голос морского короля растворялся вместе с его силуэтом. Туда, где только что были
его очертания и зеленые огоньки, пополз серый туман. Море снова успокоилось. - Жди. Жди в своей
башне... Он придет...
Несколько малых волн накатились на берег, и все приобрело такой вид, словно короля Водных
Элементалей никогда и не было здесь. Дивим Твар потер глаза. Он - поначалу медленно - стал
двигаться к тому месту, где все еще сидел Элрик. Он осторожно наклонился и протянул альбиносу
руку. Элрик поднял на него удивленный взгляд.
- Дивим Твар? Сколько времени прошло?
- Несколько часов, Элрик. Скоро настанет ночь. Свет почти померк. Нам нужно поторопиться
назад в Имррир.
Элрик с помощью Дивима Твара поднялся на неверных ногах.
- Да, - рассеянно пробормотал он, - морской король сказал...
- Я слышал слова морского короля, Элрик. Я слышал его совет и слышал его предупреждение.
Ты должен запомнить и то и другое. Мне не очень-то нравится идея с этим волшебным кораблем. Как и
большинство вещей, имеющих колдовское происхождение, этот корабль наделен не только
добродетелями, но и пороками. Это как двусторонний клинок, которым ты собираешься поразить врага
и который поражает тебя...
- Там, где есть колдовство, этого следует ожидать. Ведь это ты, мой друг, настоял, чтобы я
прибегнул к нему.
- Да, - сказал Дивим Твар себе под нос; он шел первым по тропинке, ведущей вверх по скале,
туда, где стояли их лошади. - Да, я не забыл этого, мой король.
Элрик слабо улыбнулся и прикоснулся к руке Дивима Твара.
- Не переживай. Призывание завершилось, и теперь у нас есть судно, которое быстро доставит
нас к принцу Йиркуну в земли Оин и Ю.
- Будем надеяться. - Дивим Твар в душе сомневался, даст ли им какие-нибудь преимущества
Корабль, что плавает по суше и по морю. Они добрались до лошадей, и он принялся стряхивать воду с
боков своего чалого коня. - Я сожалею, что мы еще раз впустую растратили энергию драконов. С
эскадроном моих тварей мы бы вмиг расправились с принцем Йиркуном. Вот было бы здорово еще раз
вместе, бок о бок подняться в воздух, как мы делали это прежде.
- Мы займемся этим, когда покончим с Йиркуном и привезем домой Симорил, - сказал Элрик,
устало забрасывая свое тело в седло на белом жеребце. - Ты протрубишь в драконий рог, наши братья
драконы услышат зов, а потом мы с тобой споем "Песню драконьих владык". Мы оседлаем Огненного
Клыка и Мягкого Когтя, и наши стрекала засверкают огнем. Это будет похоже на прежние времена
Мелнибонэ, и мы не станем говорить, что свобода и власть - это одно и то же, а позволим Молодым
королевствам жить так, как они хотят, и будем уверены, что и они не станут вмешиваться в нашу жизнь.
Дивим Твар натянул поводья. Его одолевали мрачные мысли.
- Будем молиться, мой господин, чтобы этот день настал. Но я не моту прогнать навязчивую
мысль: мне кажется, что дни Имррира сочтены и моя собственная жизнь близится к закату...
- Чепуха, Дивим Твар. Ты переживешь меня. В этом нет никаких сомнений, хотя ты и старше
меня.
Они поскакали сквозь сгущающиеся сумерки. Дивим Твар сказал:
- У меня двое сыновей. Ты знаешь об этом, Элрик?
- Ты никогда не говорил о них.
- Их родили мне прежние мои любовницы.
- Я рад за тебя.
- Они превосходные мелнибонийцы.
- К чему ты говоришь об этом, Дивим Твар? - Элрик заглянул в лицо своего друга, пытаясь
прочесть его выражение.
- К тому, что я люблю их и хочу, чтобы они наслаждались жизнью на острове Драконов.
- Почему бы и нет?
- Не знаю. - Дивим Твар в упор посмотрел на Эл-рика. - Я хочу сказать, что судьба моих
сыновей в твоих руках, Элрик.
- В моих?
- Из того, что я услышал от элементаля воды, я понял, что от твоего решения зависит судьба
острова Драконов. Я прошу тебя помнить о моих сыновьях, Элрик.
- Я буду помнить о них, Дивим Твар. Я уверен, из них получатся прекрасные Владыки драконов,
а один из них унаследует твою должность повелителя Драконьих пещер.
- Кажется, ты не понял меня, мой господин император.
И тогда Элрик торжественно посмотрел на своего друга и покачал головой.
- Я понял тебя, старый друг. Но я думаю, ты слишком сурово судишь меня, если считаешь, что я
могу сделать что-либо во вред Мелнибонэ и всему, что оно собой представляет.
- Тогда прости меня. - Дивим Твар опустил голову. Но выражение его глаз не изменилось.
Добравшись до дома, они переоделись, выпили горячего вина и поели приправленной пряностями
пищи. Элрик, невзирая на всю свою усталость, испытывал душевный подъем, какого не знал уже много
месяцев. Но за этим внешним настроением, которое побуждало его говорить весело и двигаться
энергично, крылось что-то еще. Дивим Твар полагал, что перспективы их явно улучшились и скоро они
вступят в борьбу с Йиркуном. Но впереди их подстерегали неведомые опасности и, вполне вероятно,
огромные трудности. Но он из чувства дружбы к Элрику не хотел портить ему настроение. Напротив,
он был рад тому, что Элрик, казалось, пришел в более позитивное расположение духа. Они принялись
обсуждать, что нужно им взять с собой в путешествие к таинственным землям Ю и Оина, высказывали
предположения о вместимости корабля, который может плыть по суше и по воде, - сколько воинов
смогут они взять на борт, сколько провизии.
Направившись в свою спальню, Элрик уже не волочил устало ноги, как это было свойственно ему
в последнее время, и Дивим Твар, пожелав ему спокойной ночи, еще раз испытал то же, что поразило
его на берегу, когда Элрик начинал свою руну. Возможно, он не случайно вспомнил сегодня своих
сыновей в разговоре с Элриком, вызвавшим у него чуть ли не отеческое чувство, словно Элрик был
мальчиком, с нетерпением предвкушавшим какое-то удовольствие, которое, возможно, вовсе и не
принесет ему ожидаемой радости.
Дивим Твар постарался прогнать эти мысли и тоже отправился спать. Элрик сам виноват в деле с
Йиркуном и Симорил, но Дивим Твар спрашивал себя, не лежит ли и на нем часть вины за случившееся.
Возможно, ему нужно было быть настойчивее со своим советом, убедительнее, пытаться больше влиять
на молодого императора. Но потом он совсем по-мелнибонийски прогнал эти сомнения и вопросы, как
совершенно бессмысленные. Было только одно правило: сколько хватит сил, ищи наслаждения. Но
неужели мелнибонийцы всегда следовали этому правилу? Внезапно Дивиму Твару пришла в голову
мысль: а что, если у Элрика не больная, а регрессивная кровь? Может быть, Элрик - реинкарнация
одного из своих далеких предков? Всегда ли мелнибонийцам было свойственно думать только о себе и
своих собственных наслаждениях?
И опять Дивим Твар прогнал от себя это предположение. Какой прок от всех этих размышлений?
Мир - это мир. Мелнибониец - это мелнибониец. Прежде чем лечь, он зашел к обеим своим
возлюбленным, разбудил их и потребовал, чтобы они показали ему его сыновей - Дивима Слорма и
Дивима Мава. И когда принесли его сыновей с заспанными глазами, недоумевающих, он долго смотрел
на них, прежде чем отослать назад. Он им ничего не сказал, но часто морщил лоб, тер лицо и тряс
головой, а когда их унесли, сказал Ниопал и Сарамал, своим возлюбленным, которые недоумевали не
меньше его отпрысков:
- Отведите их завтра в Драконьи пещеры, пусть начинают учиться.
- Так рано, Дивим Твар? - спросила Ниопал.
- Да, боюсь, что времени осталось мало.
Он не стал распространяться на этот счет, потому что не мог. Просто такое было у него
предчувствие. Но это чувство быстро превращалось в наваждение.
Утром Дивим Твар вернулся в башню Элрика и нашел императора в галерее над городом; Элрик
мерил ее шагами и нетерпеливо спрашивал, не появился ли у берега какой-нибудь корабль. Слуги
всерьез отвечали, что если бы император мог описать этот корабль, то они бы знали, что им нужно
искать, но он не мог описать этот корабль, он только говорил, что, возможно, корабль появится и не на
море вовсе, а на суше. На нем было его военное облачение, и Дивим Твар сразу же понял, что Элрик
значительно увеличил порции снадобья, которое укрепляет его кровь. Малиновые глаза сверкали
бодрой жизненной силой, речь была быстрой, а когда Элрик делал даже самый малый жест, молочнобелые
руки двигались с неестественной скоростью.
- Ты сегодня здоров, мой господин? - спросил драконий магистр.
- Я в прекрасном расположении, спасибо, Дивим Твар, - усмехнулся Элрик. - Хотя я бы
чувствовал себя лучше, если бы здесь появился Корабль, что плавает по суше и по морю. - Он
подошел к перилам и оперся на них. Взгляд его скользнул сначала по водной глади, а потом по суше -
в пространство далеко за башнями и городскими стенами. - Где же он может быть? Жаль, что король
Страаша не пожелал уточнить.
- Я согласен с тобой. - Дивим Твар, не успев позавтракать дома, угощался разнообразными
яствами, стоявшими на столе. Было очевидно, что Элрик не прикоснулся к еде.
Дивим Твар спросил у себя, не подействовали ли такие большие количества снадобья на мозг его
старого друга. Не исключено, что Элриком начало овладевать безумие, вызванное его связью с
мощными колдовскими силами, его тревогой за Симорйл, его ненавистью к Йиркуну.
- Не лучше ли тебе отдохнуть и подождать, пока не появится корабль? - тихо предложил Дивим
Твар, вытирая губы.
- Да, в этом есть смысл, - согласился Элрик. - Но я не могу. Меня словно толкают какие-то
силы, я спешу встретиться с Йиркуном, отомстить ему, снова соединиться с Симорил.
- Я тебя понимаю. И тем не менее...
Смех Элрика прозвучал громко и резко.
- Ты печешься о моем здоровье прямо как Скрюченный. Две няньки мне не нужны, повелитель
Драконьих пещер.
Дивим Твар через силу улыбнулся.
- Ты прав. Что ж, я просто боюсь, чтобы волшебный корабль... Что это там? - Он ткнул пальцем
в направлении дальнего леса. - Там какое-то движение. Словно гуляет ветер. Но никакого ветра
сегодня нет.
Элрик проследил за направлением его взгляда.
- Ты прав. Интересно...
И тут они увидели, как что-то появилось из леса, словно бы рассекая землю. Это что-то сверкало
белым, синим и черным. Оно приближалось.
- Парус, - сказал Дивим Твар. - Кажется, это твой корабль, мой повелитель.
- Да, - прошептал Элрик, подавшись вперед. - Мой корабль. Готовься, Дивим Твар. За полдень
мы покинем Имррир.
Чего пожелал бог земли
Корабль был высок, строен и красив. Его перила, мачты, фальшборты красовались тонкой резьбой,
которая явно была не по плечу смертному резчику. Хотя дерево, послужившее материалом для
изготовления корабля, покрашено не было, оно отливало естественной синевой, чернотой и зеленью, а
также сочным дымчато-красным цветом. Корабельная оснастка имела цве
...Закладка в соц.сетях
