Жанр: Фантастика
Хроники Эльрика 1. Город мечты
...у казалось, что впереди у Мелнибонэ прекрасные боевые времена. Золотые боевые барки и
воины Имррира смогут снова отправиться в поход, чтобы варвары из Молодых королевств вечно жили,
как им то подобает, в восхитительном страхе. Он уже представлял себе, как поживится богатствами
Лормира, Аргимилиара и Пикарайда, а может быть, Илмиоры и Джадмара. Его даже могут назначить
губернатором какой-нибудь провинции, скажем, острова Пурпурных городов. Ах, какие роскошные
мучения припасены у него для этих выскочек - морских владык, в особенности для графа Смиоргана
Лысого, который уже сейчас пытался соперничать с Мелнибонэ - его остров стал богатейшим
торговым портом! Провожая бесчувственную Симорил в башню, капитан поглядывал на ее тело и
чувствовал, как его одолевает похоть. Йиркун отблагодарит его за преданность, в этом он не
сомневался. Несмотря на холодный ветер, капитан даже вспотел в предвкушении будущего. Он сам
будет охранять Симорил. Уж он-то вовсю насладится этим.
Йиркун во главе своей армии прошествовал к башне Д'а'рпутны - башне императоров, в которой
находился Рубиновый трон. Он решил обойтись без носилок, которые были поданы ему, и шел пешком,
чтобы насладиться каждым мгновением своего торжества. Он приблизился к башне, возвышавшейся
над другими в самом центре Имррира, как приближаются к возлюбленной. Он приблизился к башне,
изощряя свои ощущения неторопливостью, потому что знал: теперь она принадлежит ему. Он
оглянулся. За ним маршировала его армия. Ее вели Магум Колим и Дивим Твар. Вдоль петляющих
улиц стояли люди и низко кланялись ему. Рабы падали ниц. Даже вьючных животных ставили на
колени при его приближении. Йиркун почти ощущал вкус власти, как можно ощущать вкус сочного
плода. Он глубоко вдыхал воздух. Даже воздух принадлежал ему. Весь Имррир принадлежал ему. Всё
Мелнибонэ. А скоро весь мир будет у его ног. И уж тогда-то он будет править. Ах, как он будет
править! Снова великий ужас воцарится на земле, ужас, который охватит всех! Император Йиркун,
ликуя, почти не видя ничего вокруг, вошел в башню. Он помедлил у огромных дверей тронного зала.
Он дал знак открыть двери, и когда они распахнулись, он стал вкушать вид зала по крохотным
кусочкам, растягивая наслаждение. Стены, знамена, трофеи, галереи - все это теперь принадлежало
ему. Тронный зал сейчас был пуст, но скоро он наполнится цветом и праздником и настоящими
мелнибонийскими развлечениями. Давно уже запах крови не услащал воздух в этом зале. Его глаза
медленно обшаривали ступеньку за ступенькой у подножия Рубинового трона. Но прежде чем Йиркун
взглянул на трон, он услышал, как Дивим Твар за его спиной издал изумленный вздох. Тогда он резко
перевел взгляд на Рубиновый трон, и челюсть его отвисла. Глаза Йиркуна в недоумении расширились.
- Иллюзия!
- Призрак, - не без удовлетворения сказал Дивим Твар.
- Ересь! - крикнул император Йиркун, делая нетвердые шаги вперед и указывая пальцем на
фигуру в плаще и капюшоне, восседающую на Рубиновом троне. - Трон мой! Мой!
Фигура ничего не ответила.
- Мой! Исчезни! Этот трон принадлежит Йиркуну. Теперь Йиркун император! Кто ты такой? С
какой стати ты встал на моем пути?
Капюшон упал на плечи, и все увидели белое лицо в копне струящихся молочно-белых волос.
Малиновые глаза холодно смотрели на вопящую фигуру, которая, спотыкаясь, двигалась к трону.
- Ты мертв, Элрик! Я знаю, что ты мертв! Призрак ничего не ответил, но едва заметная улыбка
коснулась его белых губ.
- Ты не мог выжить. Ты утонул. Ты не можешь вернуться. Твоя душа принадлежит Пьяраю!
- Морем правят другие, - сказала фигура на Рубиновом троне. - Почему ты убил меня, кузен?
Вместо вероломного Йиркуна теперь в зале стоял другой Йиркун - испуганный, неуверенный.
- Потому что я должен править в Мелнибонэ. Потому что ты был недостаточно силен,
недостаточно жесток, ты и пошутить по-мелнибонийски никогда не умел...
- А разве это плохая шутка, кузен?
- Исчезни! Исчезни! Исчезни! Никакое привидение меня не испугает! В Мелнибонэ не может
править мертвый император!
- Это мы увидим, - сказал Элрик, давая знак Дивиму Твару и его воинам.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Традиционное правосудие
- А теперь я буду править так, как ты того хотел, кузен. - Элрик смотрел на воинов Дивима
Твара, окруживших несостоявшегося узурпатора и, схватив за руки, отобравших его оружие.
Йиркун дышал как загнанный волк. Он сверкал глазами и крутил головой, надеясь, что кто-нибудь
из воинов поддержит его, но они смотрели либо нейтрально, либо не скрывая презрения.
- И ты, принц Йиркун, первым почувствуешь все блага моего нового правления. Ты доволен?
Йиркун опустил голову. Теперь его пробрала дрожь. Элрик рассмеялся.
- Что же ты молчишь, кузен?
- Пусть Ариох и все Герцоги Ада вечно мучают тебя, - прорычал Йиркун. Он откинул назад
голову, глаза его безумно вращались в орбитах, губы искривились, - Ариох! Ариох! Предай
проклятию этого слабого альбиноса! Ариох! Уничтожь его, или пусть падет Мелнибонэ!
Элрик продолжал смеяться.
- Ариох не слышит тебя. Хаос теперь не имеет такой власти на земле. Нужно колдовство
посильнее твоего, чтобы Владыки Хаоса вернулись на землю и помогли тебе, как помогали нашим
предкам. А теперь, Йиркун, скажи мне, где госпожа Симорил.
Но Йиркун опять погрузился в упрямое молчание.
- Она в своей башне, мой император, - сказал Магум Колим.
- Ее повел туда один из прихвостней Йиркуна, - сказал Дивим Твар, - капитан стражников. Он
убил воина, который хотел защитить свою госпожу от Йиркуна. Возможно, Симорил в опасности, мой
господин.
- Быстро ступай в башню. Возьми с собой отряд. Приведи сюда Симорил и капитана ее стражи.
- А что делать с Йиркуном, мой господин? - спросил Дивим Твар.
- Он останется здесь, пока не вернется его сестра.
Дивим Твар поклонился и, отобрав несколько воинов, вышел из тронного зала. Все отметили, что
шаг Дивима Твара стал легче, а выражение лица - не таким мрачным, как в тот миг, когда он следом за
принцем Йиркуном приближался к тронному залу.
Йиркун поднял голову и оглядел двор. На какое-то мгновение он стал похож на неразумное и
озадаченное дитя. Весь гнев и вся ненависть исчезли, и Элрик даже испытал что-то вроде сочувствия к
своему кузену. Но на сей раз Элрик подавил в себе это чувство.
- Довольствуйся тем, кузен, что в течение нескольких часов ты обладал властью, ты
владычествовал над всем Мелнибонэ.
Йиркун произнес тихим недоуменным голосом:
- Как тебе удалось спастись? У тебя не было ни времени, ни сил на колдовство. Ты едва мог
двигаться, а твои доспехи должны были утащить тебя на дно, ты не мог не утонуть. Это несправедливо,
Элрик. Ты должен был утонуть.
Элрик пожал плечами.
- У меня есть друзья в море. Они в отличие от тебя признают мою королевскую кровь и мое
право властвовать.
Йиркун попытался скрыть удивление. Явно его уважение к Элрику выросло - как и его ненависть
к императору-альбиносу.
- Друзья?
- Да, - сказал Элрик с едва заметной улыбкой.
- А я... я думал, ты дал обет не использовать свое колдовское искусство.
- Ведь ты думал, что такой обет не подобает мелнибонийскому монарху, да? Что ж, я с тобой
согласен. Как видишь, Йиркун, в конечном счете победа осталась за тобой.
Йиркун в упор взглянул на Элрика, словно пытаясь понять тайное значение его слов.
- Ты вернешь Владык Хаоса?
- Ни один даже самый сильный колдун не может призвать Владык Хаоса, так же как Владык
Закона, если они сами не пожелают быть призванными. Ты это знаешь. Ты должен это знать, Йиркун.
Разве ты сам не пытался? А Ариох так и не пришел, разве нет? Разве он принес тебе тот дар, о котором
ты просил, - два Черных Меча?
- Ты знаешь, что я просил его об этом?
- Я не знал. Догадывался. Теперь знаю.
Йиркун попытался что-то сказать, но гнев переполнял его так, что слова не подчинялись ему.
Вместо этого он издал сдавленный рык и несколько мгновений пытался вырваться из рук державших
его стражников.
Дивим Твар вернулся с Симорил. Девушка была еще бледна, но улыбалась. Она вбежала в
тронный зал.
- Элрик!
- Симорил! Тебе никто не причинил вреда?
Симорил бросила взгляд на поникшего капитана своих стражников, которого тоже привели в
тронный зал. На ее тонком лице появилось выражение отвращения. Потом она отрицательно покачала
головой.
- Нет, мне никто не причинил вреда.
Капитан стражников дрожал от ужаса. Он умоляющим взглядом смотрел на Йиркуна, словно его
сотоварищ по пленению мог ему чем-то помочь. Но Йиркун продолжал разглядывать пол.
- Подведите этого поближе. - Элрик показал на капитана стражников.
Того подтащили к подножию ступенек, ведущих к Рубиновому трону. Капитан застонал.
- Ты жалкий предатель, - сказал Элрик. - У Йиркуна по крайней мере хватило мужества
попытаться убить меня. И у него были такие честолюбивые помыслы. А твое честолюбие состояло в
том, чтобы стать его прихвостнем. И поэтому ты предал свою госпожу и убил одного из своих людей.
Как тебя зовут?
Слова капитану давались с трудом, но наконец он пробормотал:
- Меня зовут Валгарик. А что я мог сделать? Я служу Рубиновому трону, кто бы на нем ни сидел.
- Значит, предатель заявляет, что руководствовался преданностью. Но я так не думаю.
- Так оно и было, мой господин. Так оно и было. - Капитан начал скулить. Он упал на колени.
- Убей меня легко. Не наказывай меня.
Элрик хотел было выполнить просьбу капитана, но тут он взглянул на Йиркуна, а потом вспомнил
выражение на лице Симорил, когда та смотрела на своего стражника. Он чувствовал важность момента
и знал, что на примере капитана Валгарика должен теперь преподать всем урок. Поэтому он покачал
головой.
- Нет, я накажу тебя. Сегодня ты умрешь здесь по традициям Мелнибонэ, когда мои придворные
будут праздновать новую эру моего правления.
Валгарик начал плакать. Потом он взял себя в руки, прекратил рыдания и поднялся на ноги - как
настоящий мелнибониец. Он низко поклонился и сделал шаг назад, предаваясь в руки стражи.
- Я должен подумать, как ты разделишь судьбу с тем, кому хотел служить, - сказал Элрик. -
Как ты убил молодого воина, который хотел остаться верным Симорил?
- Мечом. Я пронзил его. Это был чистый удар. Один.
- А что стало с телом?
- Принц Йиркун приказал мне скормить его рабам принцессы Симорил.
- Понимаю. Что ж, принц Йиркун, ты можешь сегодня присоединиться к нашему пиршеству,
пока капитан Валгарик будет развлекать нас своей смертью.
Лицо Йиркуна стало бледнее лица Элрика.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Тебе будут подавать кусочки плоти капитана Валгарика, которые доктор Остряк будет вырезать
из его тела. Ты сможешь давать указания, как бы тебе хотелось приготовить мясо капитана. Мы не
хотим, чтобы ты ел его в сыром виде.
Даже Дивим Твар был удивлен решением Элрика. Оно, конечно же, было в духе Мелнибонэ и
иронично усовершенствовало идею самого Йиркуна, но не отвечало характеру Элрика, того Элрика,
которого он знал до сегодняшнего дня.
Услышав о своей участи, капитан Валгарик испустил полный ужаса вопль и вперился взглядом в
принца Йиркуна, словно тот уже вкушал его плоть. Йиркун попытался отвернуться, плечи его дрожали.
- И это будет только начало, - сказал Элрик. - Пир начнется в полночь. А до этого времени
заточите Йиркуна в его башню.
После того как принца Йиркуна и капитана Валгарика увели, Дивим Твар и принцесса Симорил
подошли к Элрику, который откинулся к спинке своего огромного трона и вперил взор в никуда.
- Умная пытка, - сказал Дивим Твар.
Симорил добавила:
- Они оба заслужили это.
- Да, - пробормотал Элрик. - Именно так и поступил бы мой отец. Именно так поступил бы и
Йиркун, окажись он на моем месте. Я всего лишь следую традициям. Я больше не делаю вида, что
принадлежу себе. Я останусь здесь до своей смерти - в ловушке Рубинового трона - и буду служить
ему, как, по словам Валгарика, служил он.
- А ты не мог бы убить их быстро? - спросила Симорил. - Ты знаешь, что я не прошу за своего
брата, потому что он мой брат. Я ненавижу его как никого другого. Но если ты последуешь своему
плану, это может погубить тебя.
- Ну и что? Значит, я буду уничтожен. Пусть я стану всего лишь бездумным продолжением моих
предков. Марионетка призраков и воспоминаний, которую дергают за веревочки, уходящие назад во
времени на десять тысяч лет.
- Может быть, тебе нужно сначала выспаться... - предложил Дивим Твар.
- Я чувствую, что после этого не буду спать много ночей. Но твой брат не умрет, Симорил.
После наказания - когда он отведает мяса капитана Валгарика - он будет отправлен в ссылку. Он в
одиночестве отправится в Молодые королевства. Но ему не будет позволено взять с собой его
колдовские книги. Он должен будет существовать в земле варваров сам по себе. Я полагаю, это не
слишком суровое наказание.
- Оно слишком мягкое, - сказала Симорил. - Лучше его убить. Пошли к нему воинов, чтобы у
него не было времени замыслить какой-нибудь заговор.
- Я не боюсь его заговоров. - Элрик устало поднялся. - А теперь мне хотелось бы, чтобы вы
оба оставили меня и вернулись за час до начала праздника. Я должен подумать.
- Я вернусь в свою башню и подготовлюсь к вечеру, - сказала Симорил. Она поцеловала
Элрика в бледный лоб. Он поднял глаза, светившиеся любовью и нежностью, протянул руку и
прикоснулся к ее волосам и щеке. - Помни, что я тебя люблю, Элрик, - сказала она.
- Я прикажу, чтобы тебя проводили домой, - сказал ей Дивим Твар. - И ты должна выбрать
нового командира для своей стражи. Позволь мне тебе в этом помочь.
- Я буду тебе благодарна, Дивим Твар.
Они оставили Элрика, который замер на Рубиновом троне и вперил свой взгляд в никуда. Рука,
которую он время от времени поднимал к своей бледной голове, немного подрагивала, а его странные,
малиновые глаза с болью смотрели на мир.
Немного спустя он поднялся с Рубинового трона и медленно, наклонив голову, пошел в свои
покои - стражники потянулись следом. Он помедлил у дверей, за которыми по ступенькам можно
было подняться в библиотеку. Он инстинктивно искал утешения и забвения в знаниях, но в этот миг
вдруг испытал прилив ненависти к своим книгам и свиткам. Уж слишком они были озабочены такими
понятиями, как "нравственность" или "справедливость". Он винил их в том, что теперь, когда он
принял решение вести себя как то подобает мелнибонийскому монарху, чувства вины и отчаяния
наполняли его. Поэтому он прошел мимо дверей библиотеки в свои покои, но и здесь ему было не по
себе. Обстановка в его покоях царила аскетичная, они не были обставлены в соответствии с теми
представлениями о роскоши, свойственными всем мелнибонийцам (кроме его отца), которые получали
удовольствие от сочетания кричащих красок и необычных форм. Он все здесь изменит и сделает это как
можно скорее. Он подчинится тем призракам, которые овладели им. Какое-то время он бродил из
комнаты в комнату, пытаясь заглушить в себе голос, который требовал, чтобы он проявил милосердие к
Валгарику и Йиркуну, хотя бы убил их обоих сразу, а еще лучше - отправил в ссылку. Но изменить это
решение уже было невозможно.
Наконец он опустился в кресло у окна, из которого открывался вид на весь город. По небу все еще
бежали беспокойные облака, но теперь сквозь них пробивалась луна, похожая на желтый глаз какого-то
полумертвого зверя. Казалось, она смотрела на него с какой-то торжествующей иронией, словно
радуясь поражению его совести. Элрик уронил голову на руки.
Пришло время, и слуги сообщили ему, что придворные уже собираются на праздничный пир. Он
позволил слугам одеть себя в желтое парадное одеяние и водрузить ему на голову корону, после чего
вернулся в тронный зал, где его встретили громкими приветствиями, гораздо более сердечными, чем
все, что ему доводилось слышать прежде. Он принял приветствия, а потом уселся на Рубиновый трон и
бросил взгляд на столы, которыми теперь был заставлен зал. Перед ним тоже поставили стол и два
дополнительных сиденья - для Дивима Твара и Симорил, которые должны сесть рядом с ним. Но
Дивима Твара и Симорил еще не было, не привели еще и предателя Валгарика. А где был Йиркун? Они
уже должны были находиться в центре зала - Валгарик в цепях и Йиркун рядом с ним за столом. Здесь
уже был доктор Остряк - он разогревал свою жаровню, на которой стояли сковородки, проверял и
подтачивал ножи. В зале стоял возбужденный шум - придворные ожидали потехи. Уже принесли еду,
хотя никто не имел права к ней прикоснуться, пока не начнет есть император.
Элрик дал знак командиру своей стражи.
- Принцесса Симорил и господин Дивим Твар еще не прибыли в башню?
- Нет, мой господин.
Симорил опаздывала редко, а Дивим Твар - никогда. Элрик нахмурился. Может быть, они не
были в восторге от предстоящего развлечения.
- А что узники?
- За ними послали, мой господин.
Доктор Остряк поднял нетерпеливый взгляд - его тонкие губы растянулись в предвкушении
предстоящего развлечения.
И тут поверх гула голосов, стоявшего в зале, Элрик услышал звук. Это было что-то вроде стона,
разносившегося по всей башне. Он наклонил голову и прислушался.
Двери тронного зала внезапно распахнулись, и появился Дивим Твар - он тяжело дышал и был в
крови, одежда его была разорвана, а на теле зияли раны. А следом за ним в зал ворвался туман -
бурлящий туман темно-пурпурного и ядовито-синего цвета; этот-то туман и издавал стоны.
Элрик вскочил с трона и отшвырнул в сторону стол. Он стрелой пронесся по ступеням к своему
другу. Стенающий туман пробирался в тронный зал глубже, словно пытаясь добраться до Дивима
Твара.
Элрик обнял своего друга.
- Дивим Твар! Что это за колдовство?
На лице Дивима Твара застыло выражение ужаса, губы его словно свело судорогой, но наконец он
произнес:
- Это колдовство Йиркуна. Он вызвал стонущий туман, чтобы тот помог ему бежать. Я
попытался выгнать туман из города, но он поглотил меня, и я потерял разум. Я отправился в башню к
Йиркуну, чтобы доставить его сюда вместе с пособником, но колдовство уже свершилось.
- А Симорил? Где она?
- Он взял ее, Элрик. Она с ним. С ним также Валгарик и еще сотня воинов, которые тайно
оставались преданы ему.
- Значит, мы должны снарядить за ним погоню. Мы скоро схватим его.
- Против стонущего тумана мы бессильны. Он наступает.
Туман и в самом деле начал обволакивать их. Элрик попытался рассеять его, размахивая руками,
но он собрался вокруг него плотной массой. Печальный стон наполнял уши Элрика, а жуткие цвета
слепили его глаза. Он попытался прорваться сквозь туман, но тот оставался вокруг. И теперь ему
показалось, что за стонами он слышит слова: "Элрик слаб. Элрик глуп. Элрик должен умереть!"
- Прекрати! - крикнул он.
Он столкнулся с кем-то и упал на колени. Он начал отползать в сторону, отчаянно пытаясь
вырваться из тумана. Теперь в тумане стали вырисовываться лица - страшные лица, ничего ужаснее он
в жизни не видел даже в своих ночных кошмарах.
- Симорил! - закричал он. - Симорил!
И одно из этих лиц стало лицом Симорил - Симорил, которая насмехалась и издевалась над ним,
потом ее лицо начало постепенно стареть, и наконец он увидел грязную старуху, а потом - череп с
лоскутами полусгнившей плоти. Он закрыл глаза, но этот образ не исчез. "Симорил! - шептали голоса.
- Симорил!" Отчаяние овладевало Элриком, и он слабел от этого. Он позвал Дивима Твара, но
услышал только насмешливое эхо - такое же отозвалось ему, когда он назвал имя Симорил. Он
сомкнул уста, закрыл глаза и, продолжая ползти, попытался освободиться от стонущего тумана. Но
прежде чем стоны сделались всхлипами, а всхлипы стали слабыми отзвуками, прошли, казалось, часы.
Он попытался подняться и открыл глаза, чтобы увидеть, как рассеивается туман, но его ноги
подогнулись, и он рухнул на первую из ступенек, ведущих к Рубиновому трону. Он еще раз не
последовал совету Симорил, как поступить с ее братом, и ей снова грозила опасность. Последняя мысль
Элрика была проста: "Я не гожусь для жизни".
Вызвать Владыку Хаоса
Как только Элрик пришел в себя после удара, от которого лишился сознания, а оттого потерял еще
больше времени, он послал за Дивимом Тваром. Он с нетерпением ждал новостей, но Дивим Твар
ничего не мог сообщить ему. Йиркун призвал себе на помощь колдовские силы, и те помогли ему
бежать.
- Наверно, у него были какие-то колдовские способы покинуть остров, потому что он бежал не
на корабле, - сказал Дивим Твар.
- Ты должен снарядить погоню, - сказал Элрик. - Пошли тысячи отрядов, если понадобится.
Пошли всех мелнибонийцев. Попытайся разбудить драконов, чтобы можно было воспользоваться ими.
Подготовь боевые барки. Отправь наших людей во все уголки мира, но найди Симорил.
- Я уже сделал все это, - сказал Дивим Твар. - Вот только Симорил я пока не нашел.
Прошел месяц. Воины Имррира прочесали Молодые королевства в поисках своих
соотечественников, вставших на путь измены.
"Я заботился больше о себе, чем о Симорил, и называл это "нравственность", - подумал
альбинос. - Я подвергал испытанию свою обидчивость, а не свою совесть".
Прошел второй месяц, и драконы Имррира наводнили небеса на юге и на востоке, на западе и на
севере, но, хотя они и перелетали через горы, моря, леса и долины и невольно сеяли панику во многих
городах, нигде не нашли и следа Йиркуна и его отряда.
"Ведь в конечном счете человека судят по его делам, - подумал Элрик. - Я взвесил все, что я
делал, - не то, что собирался сделать, и не то, что мне хотелось бы сделать, и вот выяснилось: все, что
я сделал, было глупо, разрушительно и не имело никакого смысла. Йиркун был прав, презирая меня, а я
именно за это воспылал к нему ненавистью".
Настал четвертый месяц; корабли Имррира стояли в дальних портах, а моряки Имррира
спрашивали других странников и землепроходцев, не знают ли те что-нибудь про Йиркуна. Но
колдовство Йиркуна было сильным, и никто его не видел (или не помнил, что видел).
"Теперь я должен попытаться понять скрытое значение всех этих мыслей", - сказал сам себе
Элрик.
Самые быстрые из воинов устало возвращались домой со своими бесполезными новостями. И
когда вера исчезла и надежда умерла, Элрик исполнился решимости. Он обрел силы - как душевные,
так и физические. Он экспериментировал с новыми снадобьями, которые должны были увеличить запас
его жизненной силы. Он много читал в своей библиотеке, хотя теперь всем книгам предпочитал одни
колдовские, перечитывая их снова и снова.
Эти книги были написаны высоким мелнибонийским слогом - древним колдовским языком, с
помощью которого предки Элрика общались со сверхъестественными силами, которых они вызывали к
себе. И наконец-то Элрик испытал полное удовлетворение - он понял эти книги до конца, хотя то, что
он читал, временами грозило приостановить выбранный им образ действий.
А испытав удовлетворение (опасность неправильного понимания скрытого смысла того, что было
написано в этих книгах, грозила катастрофой), он, приняв снадобья, проспал три дня.
И теперь Элрик был готов. Он выгнал всех рабов и слуг из своих покоев. Он поставил стражников
у дверей, приказав им не впускать никого, каким бы срочным ни было дело. Он освободил один из
больших залов от всего, оставив там единственную колдовскую книгу, которую поместил в самом
центре. Потом он сел рядом с книгой и принялся думать.
Продумав более пяти часов, Элрик взял кисть и сосуд с чернилами и начал на стенах и полу
рисовать сложные символы. Некоторые из них имели такую замысловатую форму, что словно бы
исчезали под углом к поверхности, на которой были изображены. Покончив с этим, Элрик улегся в
самом центре нарисованной им огромной руны - к полу лицом, положив одну руку на колдовскую
книгу, а другую (с Акториосом на ней) вытянул в сторону ладонью вниз. Луна была полной. Ее лучи
падали прямо на голову Элрика, отчего его волосы стали серебряными. И тогда началось призывание.
Элрик направил свой разум в петляющие туннели логики, сквозь бескрайние долины идей, через
горы символов и бесконечные миры смежных истин. Он направлял свой разум все дальше и дальше, а с
ним посылал слова, слетавшие с его перекошенных губ, - слова, которые мало кто из его
современников был способен понять, хотя от одного их звука кровь застыла бы у них в жилах. Тело его
наливалось тяжестью, по мере того как он заставлял его оставаться в начальном положении, а время от
времени с его губ срывался стон. И постоянно снова и снова повторялись одни и те же слова.
Одним из этих слов было имя. "Ариох".
Ариох, демон-покровитель предков Элрика, один из самых могущественных Герцогов Ада,
которого звали Рыцарем Мечей, Повелителем Семи Бездн, Владыкой Высшего Ада и еще множеством
других имен.
- Ариох!
Именно Ариоха призывал Йиркун, прося у Владыки Хаоса проклятия на голову Элрика. Именно
Ариоха пытался призвать себе на помощь Йиркун, покушаясь на Рубиновый трон. Именно Ариох был
известен как хранитель двух Черных Мечей - мечей внеземного происхождения и бесконечной силы,
которой когда-то владели императоры Мелнибонэ.
- Ариох! Я вызываю тебя.
Ритмические и бессвязные руны вырывались из горла Элрика. Его мозг достиг сфер, в которых
обитал Ариох. Теперь он искал самого Ариоха.
- Ариох, тебя вызывает Элрик из Мелнибонэ.
Элрик узрел глаз, уставившийся на него. Этот глаз поплыл и присоединился к другому. Теперь на
него взирали два глаза.
- Ариох! Мой Владыка Хаоса! Помоги мне!
Глаза моргнули и исчезли.
- Ариох! Приди ко мне! Приди ко мне! Помоги мне, и я послужу тебе.
Очертания, ничуть не похожие на человеческие, материализовались, и наконец черная голова без
лица уставилась на Элрика. За головой мерцал ореол красных огней.
Потом и это исчезло.
Элрик в изнеможении позволил рассеяться возникшему было образу. Его разум рыскал по разным
измерениям. Его губы больше не распевали руны и имена. Он молча лежал в изнеможении на полу зала,
не в силах шевельнуться.
Он не сомневался - у него ничего не вышло.
Послышался какой-то тихий звук. Превозмогая боль, он с трудом поднял голову.
В зал залетела муха. Она жужжа
...Закладка в соц.сетях
